Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 17.01.2019 № АПЛ18-575

<Об оставлении без изменения Решения Верховного Суда РФ от 08.10.2018 № АКПИ18-782, которым отказано в удовлетворении заявления о признании частично недействующими абзацев четвертого, пятого, шестого и седьмого пункта 18 Инструкции о порядке организации обязательного государственного личного страхования сотрудников Следственного комитета Российской Федерации, оформления документов и выплаты страховых сумм и компенсаций, утв. Приказом СК России от 05.09.2012 № 58>

Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Манохиной Г.В.,

членов коллегии Зайцева В.Ю., Меркулова В.П.,

при секретаре Г.,

с участием прокурора Масаловой Л.Ф.

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Х. о признании частично недействующими абзацев четвертого, пятого, шестого и седьмого пункта 18 Инструкции о порядке организации обязательного государственного личного страхования сотрудников Следственного комитета Российской Федерации, оформления документов и выплаты страховых сумм и компенсаций, утвержденной приказом Следственного комитета Российской Федерации от 5 сентября 2012 г. № 58,

по апелляционной жалобе Х. на решение Верховного Суда Российской Федерации от 8 октября 2018 г., которым в удовлетворении административного искового заявления отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю., объяснения представителя административного истца — адвоката Бетризова А.М., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя Следственного комитета Российской Федерации К., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., полагавшей апелляционную жалобу необоснованной, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

Следственный комитет Российской Федерации приказом от 5 сентября 2012 г. № 58 утвердил Инструкцию о порядке организации обязательного государственного личного страхования сотрудников Следственного комитета Российской Федерации, оформления документов и выплаты страховых сумм и компенсаций (далее — Инструкция).

Нормативный правовой акт 8 апреля 2013 г. зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации (далее — Минюст России), регистрационный номер 28029, и 19 апреля 2013 г. опубликован в «Российской газете» № 86.

Пунктом 18 Инструкции предусмотрено, что по результатам рассмотрения документов, представленных сотрудниками или членами их семей, специалистами и подразделениями центрального аппарата, следственного органа, учреждения или организации Следственного комитета для установления причинной связи гибели (смерти) сотрудника, телесных повреждений или иного вреда здоровью в связи с исполнением служебных обязанностей, комиссией выносится одно из следующих заключений: «гибель (смерть) сотрудника вследствие причинения ему телесных повреждений или иного вреда здоровью связана с исполнением служебных обязанностей» (абзац второй); «гибель (смерть) сотрудника вследствие причинения ему телесных повреждений или иного вреда здоровью не связана с исполнением служебных обязанностей» (абзац третий); «телесные повреждения (иной вред здоровью), исключающие возможность в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью, связаны с исполнением служебных обязанностей» (абзац четвертый); «телесные повреждения (иной вред здоровью), исключающие возможность в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью, не связаны с исполнением служебных обязанностей» (абзац пятый); «телесные повреждения (иной вред здоровью), не повлиявшие на способность заниматься в дальнейшем профессиональной деятельностью, связаны с исполнением служебных обязанностей» (абзац шестой); «телесные повреждения (иной вред здоровью), не повлиявшие на способность заниматься в дальнейшем профессиональной деятельностью, не связаны с исполнением служебных обязанностей» (абзац седьмой).

Х. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением, в котором просил признать абзацы четвертый, пятый, шестой и седьмой пункта 18 Инструкции не действующими в части, наделяющей соответствующую комиссию полномочиями по вынесению заключений (принятию решений) о признании телесных повреждений (иного вреда здоровью), исключающих возможность либо не повлиявших на способность заниматься в дальнейшем профессиональной деятельностью. В обоснование заявления административный истец ссылался на то, что оспариваемые положения противоречат пунктам 1, 5 части 3 статьи 8 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (далее — Закон о социальной защите инвалидов), пункту 4 части 4 статьи 16 Федерального закона от 28 декабря 2010 г. № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» (далее — Закон о Следственном комитете), пунктам 6, 7, 10 Правил медицинского освидетельствования на наличие или отсутствие заболевания, препятствующего поступлению на службу в следственные органы и учреждения Следственного комитета Российской Федерации и исполнению служебных обязанностей сотрудника Следственного комитета Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31 мая 2014 г. № 500 (далее — Правила медицинского освидетельствования).

Как полагает административный истец, Инструкция в оспариваемой части наделяет полномочиями по определению (установлению) степени годности сотрудника к дальнейшему осуществлению профессиональной деятельности членов комиссии, которые не обладают соответствующими навыками и необходимым уровнем профессиональной подготовки, предусмотренными для врачей-специалистов, не осуществляют медицинские виды деятельности.

В административном исковом заявлении указано, что Х., являясь сотрудником Следственного комитета Российской Федерации, в период прохождения службы в феврале 2014 г. в ходе исполнения служебных обязанностей получил телесные повреждения, квалифицированные как «тяжелая травма», в результате чего заключениями медико-социальной экспертизы от 18 июня 2015 г. и от 31 октября 2017 г. ему бессрочно установлена вторая группа инвалидности и определена степень утраты трудоспособности в размере 70%. Однако актом комиссии следственного органа Следственного комитета Российской Федерации от 1 июля 2016 г. вынесено заключение, согласно которому полученные административным истцом в связи с исполнением служебных обязанностей телесные повреждения не повлияли на способность заниматься в дальнейшем профессиональной деятельностью. Тем самым ему созданы препятствия в реализации права на получение льгот, государственных гарантий, а также мер социальной поддержки, предусмотренных действующим законодательством.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 8 октября 2018 г. в удовлетворении административного искового заявления административному истцу отказано.

В апелляционной жалобе Х., не согласившись с таким решением, просит его отменить, как незаконное и необоснованное, и принять по делу новое решение об удовлетворении административного иска. Считает, что суд первой инстанции в нарушение пункта 3 части 8 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации не выяснил соответствие оспариваемых предписаний Инструкции нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

По мнению административного истца, Следственный комитет Российской Федерации не наделен полномочиями по изданию Инструкции, поскольку на основании ее положений соответствующие комиссии следственных органов выносят заключения по вопросам, отнесенным к медицинской сфере деятельности.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу Следственный комитет Российской Федерации просит в ее удовлетворении отказать, полагая, что решение суда первой инстанции соответствует закону.

Минюст России в отзыве на апелляционную жалобу просил рассмотреть ее без участия своего представителя и поддержал позицию по данному делу, изложенную в письме от 20 сентября 2018 г. № 01-124917/18, о том, что комиссия следственного органа не применяет медицинские критерии в целях принятия решения о дальнейшем осуществлении профессиональной деятельности и прохождении службы, а устанавливает причинно-следственную связь гибели (смерти) сотрудника, причинения ему телесных повреждений или иного вреда здоровью с исполнением служебных обязанностей при наличии соответствующих документов.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемого решения суда не находит.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основанием для признания нормативного правового акта не действующим полностью или в части является его несоответствие иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу. Отказывая Х. в удовлетворении административного искового заявления, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что по настоящему административному делу такое основание для признания абзацев четвертого, пятого, шестого, седьмого пункта 18 Инструкции недействующими отсутствует.

При вынесении обжалуемого решения суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что Инструкция издана Следственным комитетом Российской Федерации в соответствии с полномочиями, предоставленными ему Законом о Следственном комитете (пункт 2 части 4 статьи 13, часть 11 статьи 36), а также подпунктом 8 пункта 43 Положения о Следственном комитете Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 14 января 2011 г. № 38, с соблюдением установленного порядка введения в действие и опубликования нормативного правового акта. Данные обстоятельства подтверждаются также вступившим в законную силу решением Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № АКПИ18-299.

Как следует из части 1, пункта 2 части 4 статьи 36 Закона о Следственном комитете, сотрудники Следственного комитета подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета; при этом в случае причинения сотруднику в связи с исполнением служебных обязанностей телесных повреждений или иного вреда здоровью, исключающих возможность в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью, ему выплачивается страховая сумма в размере, равном 36-кратному размеру его среднемесячного денежного содержания.

В силу части 5 статьи 36 названного закона в случае причинения сотруднику в связи с исполнением служебных обязанностей телесных повреждений или иного вреда здоровью, исключающих возможность в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью, ему ежемесячно выплачивается компенсация в виде разницы между его среднемесячным денежным содержанием и назначенной в связи с этим пенсией без учета суммы выплат, полученных по обязательному государственному личному страхованию.

Вопреки доводам Х., содержащимся как в административном исковом заявлении, так и в апелляционной жалобе, оспариваемые положения Инструкции не наделяют названные в ней комиссии полномочиями, относящимися к сфере медицинской деятельности, в связи с чем они не могут рассматриваться как противоречащие действующему законодательству.

Пунктом 12 Инструкции предусмотрено, что постоянно действующими комиссиями по определению причинной связи гибели (смерти) сотрудников Следственного комитета, причинения им телесных повреждений или иного вреда здоровью с исполнением служебных обязанностей, решению вопросов о выплатах сотрудникам или членам их семей страховых сумм и компенсаций и оформлению документов на их выплату устанавливается причинная связь гибели (смерти) сотрудников или полученных ими телесных повреждений или иного вреда здоровью с исполнением служебных обязанностей.

Согласно пункту 16 Инструкции в целях определения такой причинной связи соответствующая комиссия рассматривает документы, в том числе заключение по результатам служебной проверки, материалы расследования несчастных случаев на производстве, оформленные в соответствии с трудовым законодательством комиссией по расследованию несчастных случаев на производстве (в предусмотренных законодательством случаях — государственным инспектором труда), а также иные документы и материалы, полученные от сотрудников или членов их семей, специалистов и подразделений центрального аппарата, следственного органа, учреждения или организации Следственного комитета и (или) от соответствующих организаций, экспертных комиссий (экспертов), судов и других учреждений и организаций.

При необходимости комиссия запрашивает документы и материалы, необходимые для вынесения решения о причинной связи гибели (смерти) сотрудника, причинения ему телесных повреждений или иного вреда здоровью в связи с исполнением служебных обязанностей, в соответствующих учреждениях и организациях (пункт 17).

Судом первой инстанции правомерно отмечено в обжалуемом решении, что по смыслу абзацев четвертого, пятого, шестого и седьмого пункта 18 Инструкции в нормативном единстве с иными положениями данного правового акта к полномочиям комиссии относится исключительно вывод о том, связаны или нет телесные повреждения (иной вред здоровью), исключающие возможность в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью или не повлиявшие на способность заниматься в дальнейшем профессиональной деятельностью, с исполнением сотрудником служебных обязанностей.

Таким образом, оспариваемые предписания нормативного правового акта не регулируют отношения, относящиеся к медицинской сфере деятельности, и не наделяют комиссию полномочиями по медицинскому освидетельствованию сотрудников следственных органов.

Указанный вывод подтверждается также содержанием пунктов 19, 20 Инструкции, предусматривающих, что комиссией принимается решение только о наличии либо отсутствии причинной связи гибели (смерти) сотрудника, причинения ему телесных повреждений или иного вреда здоровью с исполнением служебных обязанностей, которое оформляется актом установления причинной связи гибели (смерти), причинения телесных повреждений или иного вреда здоровью сотрудника Следственного комитета Российской Федерации с исполнением служебных обязанностей по рекомендуемому образцу (приложение № 1).

Федеральный закон от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» определяет профессиональную трудоспособность как способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества, а степень утраты профессиональной трудоспособности как выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая (статья 3).

Порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской Федерации (часть 3 статьи 11).

Такой порядок содержится в Правилах установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 г. № 789 (далее — Правила).

Пункт 2 Правил предусматривает, что степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Одновременно с установлением степени утраты профессиональной трудоспособности учреждение медико-социальной экспертизы при наличии оснований определяет нуждаемость пострадавшего в медицинской, социальной и профессиональной реабилитации, а также признает пострадавшего инвалидом (пункт 3).

Освидетельствование пострадавшего проводится в учреждении медико-социальной экспертизы по месту его жительства либо по месту прикрепления к государственному или муниципальному лечебно-профилактическому учреждению здравоохранения (пункт 4).

Пунктами 14 - 17 Правил определены четыре степени утраты профессиональной трудоспособности, выраженные в процентах: 100, от 70 до 90, от 40 до 60, от 10 до 30.

Признание гражданина инвалидом и установление группы инвалидности регулируются Законом о социальной защите инвалидов. Порядок и условия признания лица инвалидом устанавливаются Правительством Российской Федерации (часть 4 статьи 1 названного закона).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 февраля 2006 г. № 95 «О порядке и условиях признания лица инвалидом» утверждены Правила признания лица инвалидом. Согласно пункту 2 этих правил признание гражданина инвалидом осуществляется при проведении медико-социальной экспертизы исходя из комплексной оценки состояния организма гражданина на основе анализа его клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых и психологических данных с использованием классификаций и критериев, утверждаемых Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации.

В зависимости от степени выраженности стойких расстройств функций организма, возникших в результате заболеваний, последствий травм или дефектов, гражданину, признанному инвалидом, устанавливается I, II или III группа инвалидности, а гражданину в возрасте до 18 лет — категория «ребенок-инвалид» (пункт 7).

Гражданину, признанному инвалидом, выдаются справка, подтверждающая факт установления инвалидности, с указанием группы инвалидности, а также индивидуальная программа реабилитации. Гражданину, не признанному инвалидом, по его желанию выдается справка о результатах медико-социальной экспертизы (пункт 36).

Проанализировав приведенные нормативные положения, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что обстоятельства, исключающие или допускающие возможность сотрудника в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью в случае получения телесных повреждений или иного вреда здоровью в связи с исполнением служебных обязанностей, должны быть подтверждены соответствующими документами, выдаваемыми исключительно учреждениями медико-социальной экспертизы.

Из содержания абзацев четвертого, пятого, шестого и седьмого пункта 18 Инструкции не усматривается, что названные обстоятельства устанавливаются комиссией самостоятельно. Подобные сведения, как обоснованно отмечено в обжалуемом решении, комиссия получает из рассматриваемых документов и материалов, в том числе документов экспертных комиссий (экспертов), содержащих результаты медицинских заключений с указанием информации о заболевании, утрате профессиональной трудоспособности, возможности по медицинским показаниям заниматься в дальнейшем профессиональной деятельностью и т.д.

Таким образом, оснований полагать, что оспариваемые положения Инструкции противоречат каким-либо нормативным правовым актам большей юридической силы, не имеется.

Вопреки утверждению в апелляционной жалобе о том, что абзацы четвертый, пятый, шестой и седьмой пункта 18 Инструкции не проверены на соответствие нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, при рассмотрении данного административного дела суд первой инстанции выяснил все обстоятельства, предусмотренные частью 8 статьи 213 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Заявляя требование о признании Инструкции частично недействующей, Х. фактически выражает несогласие с заключением комиссии следственного органа от 1 июля 2016 г. о том, что телесные повреждения (иной вред здоровью), не повлиявшие на способность заниматься в дальнейшем профессиональной деятельностью, связаны с исполнением служебных обязанностей. Однако проверка законности и обоснованности указанного акта не входит в предмет исследования и оценки Верховного Суда Российской Федерации по настоящему делу, рассматриваемому в порядке абстрактного нормоконтроля. Административный истец вправе обжаловать это заключение в установленном законом порядке с соблюдением правил родовой и территориальной подсудности.

Установив, что какому-либо федеральному закону или иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, абзацы четвертый, пятый, шестой и седьмой пункта 18 Инструкции в оспариваемой части не противоречат, суд первой инстанции правомерно, руководствуясь пунктом 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, отказал Х. в удовлетворении заявленного требования.

Обжалуемое судебное решение вынесено с соблюдением норм процессуального права и при правильном применении норм материального права. Предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оснований для отмены или изменения решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

решение Верховного Суда Российской Федерации от 8 октября 2018 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Х. — без удовлетворения.

---