Определение Конституционного Суда РФ от 21.10.2008 № 862-О-О

«Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Камалиева Марата Дамировича на нарушение его конституционных прав статьей 6 Федерального закона „Об оперативно-розыскной деятельности“»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 21 октября 2008 г. № 862-О-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА КАМАЛИЕВА МАРАТА ДАМИРОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ СТАТЬЕЙ 6 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, С.М. Казанцева, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев по требованию гражданина М.Д. Камалиева вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин М.Д. Камалиев оспаривает конституционность статьи 6 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», позволившей, по его утверждению, проводить в служебном помещении сотрудника таможенного органа на основании постановления руководителя этого органа и без судебного решения наблюдение с применением средств видеозаписи, результаты которого в дальнейшем были использованы судом при доказывании фактов получения им взяток. Заявитель указывает, что во время осуществления этого оперативно-розыскного мероприятия им велись телефонные переговоры, в том числе по личному сотовому телефону, которые могли быть зафиксированы с помощью применявшихся технических средств; тем самым были нарушены его права на неприкосновенность частной жизни и на тайну телефонных переговоров, гарантированные статьей 23 Конституции Российской Федерации.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные заявителем материалы, не находит оснований для принятия его жалобы к рассмотрению.

Согласно Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» проведение предусмотренных его статьей 6 оперативно-розыскных мероприятий, в том числе наблюдения, возможно лишь в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств (статья 1) и для выполнения задач оперативно-розыскной деятельности по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, а также выявлению и установлению лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, осуществлению розыска лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от уголовного наказания, а также розыска без вести пропавших, добыванию информации о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации (статья 2); проведение оперативно-розыскных мероприятий не может быть произвольным, оно допускается лишь при наличии законных оснований, к которым относятся ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела (пункт 1 части второй статьи 7).

К тому же, как прямо указано в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности», не допускается осуществление этой деятельности для достижения целей и решения задач, не предусмотренных данным Федеральным законом (часть вторая статьи 5). Следовательно, такое оперативно-розыскное мероприятие, как наблюдение, не предполагает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни проверяемого лица, а направлено на достижение только указанных целей и решение задач оперативно-розыскной деятельности.

Это оперативно-розыскное мероприятие, представляющее собой визуальное, электронное или комплексное слежение и контроль за поведением (действиями) лица, направлено на получение информации о признаках его преступной деятельности и другой информации, необходимой для решения задач оперативно-розыскной деятельности, и не предполагает одновременного прослушивания телефонных переговоров наблюдаемого («прослушивание телефонных переговоров» — это самостоятельное оперативно-розыскное мероприятие). Следовательно, оно не связано с ограничением права на тайну телефонных переговоров, закрепленного статьей 23 Конституции Российской Федерации. Кроме того, в представленных заявителем материалах отсутствуют какие-либо документальные свидетельства того, что в ходе проводившегося в отношении него наблюдения осуществлялось техническое фиксирование телефонных переговоров, в том числе по личному сотовому телефону.

В Определениях от 11 июля 2006 года № 268-О и от 16 ноября 2006 года № 454-О Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что, по смыслу Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», применение технических средств осуществляется в рамках общего порядка проведения соответствующих оперативно-розыскных мероприятий для фиксации их хода и результатов. Применение технических средств фиксации наблюдаемых событий само по себе не предопределяет необходимость вынесения о том специального судебного решения, которое признается обязательным условием для проведения отдельных оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права человека и гражданина. В то же время, как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 марта 2007 года № 178-О-О, это не освобождает органы и должностных лиц, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, от обязанности обеспечивать при проведении конкретных оперативно-розыскных мероприятий соблюдение законов, защиту прав и свобод граждан, равно как не исключает и использование различных средств контроля, в том числе судебного, за законностью и обоснованностью проводимых мероприятий и использованием их результатов в уголовном судопроизводстве.

Таким образом, нет оснований полагать, что статья 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» сама по себе допускает произвольный сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица и ограничивает конституционное право заявителя на тайну телефонных переговоров. Проверка же законности и обоснованности проведения наблюдения с применением технических средств, а также использования его результатов в качестве доказательств по уголовному делу в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не входит.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Камалиева Марата Дамировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---