Определение Конституционного Суда РФ от 20.02.2002 № 23-О

«По жалобе гражданина Аствацатряна Василия Мелконовича на нарушение его конституционных прав абзацем первым пункта 3 статьи 2 Закона РСФСР „О крестьянском (фермерском) хозяйстве“ и Указом Президента Российской Федерации „О приведении земельного законодательства Российской Федерации в соответствие с Конституцией Российской Федерации“»

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 20 февраля 2002 г. № 23-О

ПО ЖАЛОБЕ ГРАЖДАНИНА АСТВАЦАТРЯНА ВАСИЛИЯ МЕЛКОНОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ АБЗАЦЕМ ПЕРВЫМ ПУНКТА 3 СТАТЬИ 2 ЗАКОНА РСФСР «О КРЕСТЬЯНСКОМ (ФЕРМЕРСКОМ) ХОЗЯЙСТВЕ» И УКАЗОМ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ «О ПРИВЕДЕНИИ ЗЕМЕЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СООТВЕТСТВИЕ С КОНСТИТУЦИЕЙ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя М.В. Баглая, судей Н.С. Бондаря, Н.В. Витрука, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, Г.А. Жилина, В.Д. Зорькина, А.Л. Кононова, В.О. Лучина, Т.Г. Морщаковой, Ю.Д. Рудкина, Н.В. Селезнева, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, О.С. Хохряковой, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев в пленарном заседании вопрос о соответствии жалобы гражданина В.М. Аствацатряна требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин В.М. Аствацатрян оспаривает конституционность абзаца первого пункта 3 статьи 2 Закона РСФСР от 22 ноября 1990 года «О крестьянском (фермерском) хозяйстве». Как следует из представленных материалов, В.М. Аствацатрян — глава фермерского хозяйства обратился в Правительство Российской Федерации с просьбой о выделении льготного инвестиционного кредита на строительство комплекса по переработке сельскохозяйственной продукции, однако поскольку кредит выделен не был и государство не выполнило обязательства по оказанию помощи при организации крестьянского хозяйства, вытекающие из статьи 5 Закона РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве», В.М. Аствацатрян обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к Правительству Российской Федерации и Министерству финансов Российской Федерации о взыскании убытков, возникших из-за необходимости использования заемных средств, полученных от частных лиц под проценты.

Решением от 25 сентября 2000 года Арбитражный суд города Москвы отказал в удовлетворении иска, сославшись на то, что согласно абзацу первому пункта 3 статьи 2 Закона РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» отношения крестьянского хозяйства с органами государственного управления строятся на основе договоров, при неисполнении которых истец вправе обращаться в арбитражный суд с соответствующими требованиями, а статья 5 названного Закона, которой определялись условия предоставления земельных участков гражданам, изъявившим желание вести крестьянское (фермерское) хозяйство, Указом Президента Российской Федерации от 24 декабря 1993 года «О приведении земельного законодательства Российской Федерации в соответствие с Конституцией Российской Федерации» признана недействующей.

По мнению заявителя, абзац первый пункта 3 статьи 2 Закона РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» не соответствует статьям 2, 7 (часть 1), 18, 34 (часть 1) и 53 Конституции Российской Федерации, поскольку ставит выполнение возложенных Конституцией Российской Федерации на государство обязательств в зависимость от наличия договора с гражданином. Кроме того, В.М. Аствацатрян считает не соответствующим статьям 35 (части 1 и 2) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации абзац третий пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 24 декабря 1993 года № 2287 «О приведении земельного законодательства в соответствие с Конституцией Российской Федерации», признающий недействующей статью 5 Закона РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве».

Секретариат Конституционного Суда Российской Федерации в пределах своих полномочий на основании части второй статьи 40 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» уведомлял В.М. Аствацатряна о том, что в соответствии с требованиями названного Закона его жалоба не может быть принята к рассмотрению. Однако в своей очередной жалобе заявитель настаивает на принятии Конституционным Судом Российской Федерации решения по поставленному им вопросу.

2. Конституция Российской Федерации, обладающая высшей юридической силой и прямым действием (статья 15, часть 1), закрепляет основные начала взаимоотношений государства и личности, в том числе в относящейся к ведению Российской Федерации сфере регулирования защиты прав и свобод человека и гражданина, а также в сфере кредитного регулирования (статья 71, пункты «в», «ж»). Согласно статье 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с положениями ее статей 8, 34 и 35, закрепленные в этих статьях права и свободы (включая свободу экономической деятельности, право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской деятельности и лежащие в его основе признание и защита права собственности) регулируются законом.

Одним из таких законов является Закон РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве», которым, как следует из его преамбулы, определяются экономические, социальные и правовые основы организации и деятельности крестьянских (фермерских) хозяйств и их ассоциаций на территории Российской Федерации. Закон гарантирует гражданам право на создание крестьянских (фермерских) хозяйств, хозяйственную самостоятельность, содействие их деятельности, защиту государством их законных интересов и прав свободного кооперирования.

Исходя из целей названного Закона, законодатель, определяя в статье 2 место крестьянского хозяйства в экономической системе, уравнял в правах крестьянское хозяйство с государственными, коллективными, индивидуальными и другими предприятиями и организациями и установил, что не допускается вмешательство в хозяйственную и иную деятельность крестьянского хозяйства со стороны государственных, общественных и кооперативных органов. В то же время согласно пункту 3 статьи 2 отношения крестьянского хозяйства с предприятиями, организациями, гражданами, органами государственного управления строятся на основе договоров. Субъекты аграрной предпринимательской деятельности заключают договоры, опосредующие их производственно — хозяйственные взаимоотношения как между собой, так и с другими хозяйствующими субъектами. Правовое регулирование договорных отношений осуществляется на основе ГК Российской Федерации и иных правовых актов.

3. При выявлении конституционно — правового смысла абзаца первого пункта 3 статьи 2 Закона РСФСР «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» следует, в частности, учитывать цели и содержание заключаемых договоров, с помощью которых реализуются право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34 Конституции Российской Федерации) и принцип свободы труда (статья 37 Конституции Российской Федерации). При этом в сфере имущественных отношений крестьянского (фермерского) хозяйства действуют общие принципы неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, обеспечения судебной защиты и восстановления нарушенного права (пункт 1 статьи 1 ГК Российской Федерации).

Свобода гражданско — правовых договоров в ее конституционно — правовом смысле (а значит, и порядок заключения и расторжения договоров), как отмечалось в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 2000 года по делу о проверке конституционности положения абзаца третьего пункта 2 статьи 77 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предполагает соблюдение принципов равенства и согласования воли сторон. Оспариваемое положение по его конституционно — правовому смыслу не может не исходить из равенства сторон, автономии их воли и имущественной самостоятельности (пункт 1 статьи 2 ГК Российской Федерации) и направлено на реализацию названных принципов применительно к положению крестьянских хозяйств в экономической системе государства и гражданско — правовых отношениях. Следовательно, сама по себе данная норма не препятствует защите прав заявителя и не нарушает его конституционные права, закрепленные в Конституции Российской Федерации, в ее статье 2, провозгласившей человека, его права и свободы высшей ценностью; статье 7 (часть 1), согласно которой Российская Федерация является социальным государством; статье 18, признающей, что права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими; статье 34 (часть 1), устанавливающей, что каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности; статье 53, предоставляющей каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Следовательно, по смыслу статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» жалоба В.М. Аствацатряна в этой части не может быть признана допустимой.

4. Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и права каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2). К таким способам защиты гражданских прав относится и возмещение убытков (статья 12 ГК Российской Федерации). В статье 15 (пункт 1) ГК Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Гражданин В.М. Аствацатрян утверждает, что убытки его фермерскому хозяйству причинены в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, не выделивших обещанный кредит. Вместе с тем взысканию убытков всегда предшествует оценка судом законности действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц, причин неисполнения федеральными органами государственной власти своих обязанностей и обязательств в сфере кредитования сельского хозяйства, а также условий кредитования конкретного заявителя и иных фактических обстоятельств, связанных с обязательствами по кредитованию. В деле заявителя, как это следует из решения Арбитражного суда города Москвы, такие обстоятельства не исследовались, однако проверка законности и обоснованности решения арбитражного суда к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, установленным статьей 125 Конституции Российской Федерации, не относится.

5. Согласно статье 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пункту 3 части первой статьи 3 и части первой статьи 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» граждане и их объединения вправе обращаться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобами на нарушение их конституционных прав и свобод лишь законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле.

Оспариваемый Указ Президента Российской Федерации к категории законов не относится. Поэтому в этой части жалоба В.М. Аствацатряна не является допустимой в соответствии с требованиями Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктами 1 и 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Аствацатряна Василия Мелконовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба может быть признана допустимой, а также поскольку разрешение поставленного в ней вопроса Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственно.

2. Выявленный в настоящем Определении конституционный смысл примененной в деле заявителя нормы является общеобязательным, в том числе в случае пересмотра решения Арбитражного суда города Москвы от 25 сентября 2000 года.

3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

---