Статья: Страхование гражданской (профессиональной) ответственности в период становления биомедицины
Актуально на 05.11.2026.
Как цитировать: Статья: Страхование гражданской (профессиональной) ответственности в период становления биомедицины. https://bukva.ai/docs/statya-strahovanie-grazhdanskoy-professionalnoy
(Мохов А.А.)
(«Медицинское право», 2020, № 1)
<*> Статья подготовлена при финансовой поддержке РФФИ (проект № 18-29-14063/18).
Мохов Александр Анатольевич, доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой медицинского права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА).
В работе рассматриваются проблемы страхования гражданской (профессиональной) ответственности медицинской организации и (или) лечащего врача в условиях высокорискового характера медицинской деятельности, активного внедрения в медицинскую практику новых средств медицинского применения, медицинских технологий (включая генетические). Делается вывод о том, что до настоящего времени однозначно не являются определенными субъекты и объекты страхования, возможные страховые случаи. Предлагается внедрение обязательного страхования гражданской (профессиональной) ответственности в отрасли, что требует изменений в правовом положении лечащих врачей, а также развития саморегулирования в медицине.
Ключевые слова: юридическая ответственность, гражданско-правовая ответственность, инновационная медицина, деликты в медицине, страхование гражданской (профессиональной) ответственности, изменение организационно-правовых основ медицинской деятельности, саморегулирование в медицине.
Insurance of Civil (Professional) Liability in the Biomedicine Establishment Period
Mokhov Aleksandr A., LL.D., Professor, Head of the Department of Medical Law of the Kutafin Moscow State Law University (MSAL).
The paper considers the problems of insurance of civil (professional) liability of a medical organization and (or) a physician under the conditions of a high-risk nature of medical activity, the active introduction of new medical devices, medical technologies (including genetic) into medical practice. It is concluded the fact that so far the subjects and objects of insurance, possible insured events are not clearly defined. The introduction of compulsory civil (professional) liability insurance in the industry is proposed, which requires changes in the legal status of attending physicians, as well as the development of self-regulation in medicine.
Key words: legal liability, civil liability, innovative medicine, medical tort, insurance of civil (professional) liability, change of the organizational and legal foundations of medical activity, self-regulation in medicine.
Медицинская деятельность — вид социальной и экономической активности, сопряженный с существенными рисками для здоровья и жизни пациентов, вовлеченных в лечебно-диагностический процесс, а в некоторых случаях — и иных граждан. В этой связи внимание к проблемам ненадлежащего оказания медицинской помощи, дефектам, ошибкам, несчастным случаям в медицине, непредвиденным реакциям на используемые средства медицинского применения постоянно возрастает <1>.
<1> См. подробнее: Сергеев Ю.Д. Ненадлежащее оказание медицинской помощи и пути ее профилактики — сверхактуальная научно-практическая проблема // Медицинское право. 2016. № 2. С. 3 — 5.
Так, Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» <2> (далее — Федеральный закон № 323-ФЗ) говорит о возмещении вреда, причиненного здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, а также о мониторинге безопасности медицинских изделий.
<2> Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2011. № 48. Ст. 6724.
Федеральный закон от 12 апреля 2010 г. № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» <3> указывает на возможные нежелательные реакции организма, связанные с применением лекарственного препарата, непредвиденные нежелательные реакции, а также на фармаконадзор как вид деятельности по мониторингу эффективности и безопасности лекарственных препаратов.
<3> Федеральный закон от 12 апреля 2010 г. № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» // СЗ РФ. 2010. № 16. Ст. 1815.
В Федеральном законе от 23 июня 2016 г. № 180-ФЗ «О биомедицинских клеточных продуктах» <4> закрепляются такие понятия, как «побочное действие», «нежелательная реакция» на биомедицинский клеточный продукт.
<4> Федеральный закон от 23 июня 2016 г. № 180-ФЗ «О биомедицинских клеточных продуктах» // СЗ РФ. 2016. № 2016. № 26 (часть I). Ст. 3849.
В Федеральном законе от 17 сентября 1998 г. № 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» <5> упоминаются поствакцинальные осложнения, закрепляются гарантии прав граждан при возникновении поствакцинальных осложнений.
<5> Федеральный закон от 17 сентября 1998 г. № 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» // СЗ РФ. 1998. № 38. Ст. 4736.
Изобилует упоминаниями о возможных рисках, причинении вреда здоровью или жизни человека (населения) и проектное законодательство. Например, в доработанном проекте федерального закона «О биологической безопасности» <6> к правам граждан в области биологической безопасности отнесено право на возмещение вреда, причиненного их жизни или здоровью, имуществу вследствие нарушения другими гражданами, в том числе индивидуальными предпринимателями и (или) юридическими лицами, законодательства в области биологической безопасности.
<6> Проект федерального закона «О биологической безопасности» (подготовлен Минздравом России 16.08.2017) // СПС «Гарант».
В период перехода от сложившейся во второй половине XX в. медицины к биомедицине меняются, модифицируются многие технологии, сложившиеся в отрасли, а также начинают внедряться новые. Генетические, тканевые и иные медицинские технологии вытесняют устаревшие лекарства, методы, способы лечения. Информационные технологии ускоряют процессы получения необходимой врачу для принятия решения информации, а внедряемые управленческие технологии влияют на динамику, скорость лечебно-диагностического, профилактического, реабилитационного и иных процессов, состав и назначение (ключевые роли) его основных участников (лечащих врачей, врачей-консультантов, диагностов, среднего медицинского персонала и др.).
Например, активное внедрение в медицинскую практику генетических технологий повлечет: ненужность ряда дорогостоящих и часто назначаемых в настоящее время исследований; сокращение времени поиска причин отдельных заболеваний; возможность подбора индивидуальной терапии исходя из особенностей обмена веществ, специфики работы отдельных систем и органов и др.; новые возможности профилактики ряда заболеваний (на самых ранних этапах, вплоть до эмбриональной стадии развития организма человека); сокращение, высвобождение медицинского и управленческого персонала. Одновременно с этим возрастают требования к медицинским работникам, их квалификации, а также «цена ошибки».
Процесс перехода от сложившейся медицины к биомедицине уже начат, но еще недостаточно осознан практиками и управленцами отрасли, продолжающими мыслить и действовать в сложившейся парадигме куративной западной медицины прошедшего столетия <7>. Об этом, в частности, свидетельствуют: Указ Президента РФ от 28 ноября 2018 г. № 680 «О развитии генетических технологий в Российской Федерации» <8>; Постановление Правительства РФ от 22 апреля 2019 г. № 479 «Об утверждении Федеральной научно-технической программы развития генетических технологий на 2019 — 2027 годы» <9>; распоряжение Правительства РФ от 28 февраля 2018 г. № 337-р «Об утверждении Плана мероприятий („дорожной карты“) „Развитие биотехнологий и генной инженерии“ на 2018 — 2020 годы» <10>; Приказ Министерства здравоохранения РФ от 24 апреля 2018 г. № 186 «Об утверждении Концепции предиктивной, превентивной и персонализированной медицины» <11>.
<7> См. подробнее: Аполихин О.И., Кабитов М.И., Золотухин О.В., Шишкин С.В. и др. Формирование новой модели здравоохранения: концептуальный подход и пилотная реализация // Менеджер здравоохранения. 2018. № 1. С. 9 — 19.
<8> Указ Президента РФ от 28 ноября 2018 г. № 680 «О развитии генетических технологий в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2018. № 49 (часть VI). Ст. 7586.
<9> Постановление Правительства РФ от 22 апреля 2019 г. № 479 «Об утверждении Федеральной научно-технической программы развития генетических технологий на 2019 — 2027 годы» // СЗ РФ. 2019. № 17. Ст. 2108.
<10> Распоряжение Правительства РФ от 28 февраля 2018 г. № 337-р «Об утверждении Плана мероприятий („дорожной карты“) „Развитие биотехнологий и генной инженерии“ на 2018 — 2020 годы» // СЗ РФ. 2018. № 11. Ст. 1643.
<11> Приказ Министерства здравоохранения РФ от 24 апреля 2018 г. № 186 «Об утверждении Концепции предиктивной, превентивной и персонализированной медицины». Текст Приказа официально опубликован не был.
В связи с изложенным дальше попросту нельзя откладывать решение вопроса о страховании профессиональной ответственности в отрасли. В противном случае в связи с ростом рисков в медицине и правовой неопределенностью возможных последствий их реализации для врачей и управленцев возникает закономерная «реакция избегания».
В пункте 7 ч. 1 ст. 72 Федерального закона № 323-ФЗ закреплено право медицинских работников на страхование риска своей профессиональной ответственности. В несколько ином виде это право (как право на страхование профессиональной ошибки) было закреплено уже в Основах законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487-1 <12>. Однако до настоящего времени страхование данного вида ответственности не получило в нашей стране какого-либо развития в силу наличия целого ряда правовых и иных проблем.
<12> Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487-1 // ВСНД РФ и ВС РФ. 1993. № 33. Ст. 1318 (документ утратил силу).
В действующем Федеральном законе № 323-ФЗ страхование риска профессиональной ответственности закреплено как право, а не как обязанность медицинского работника.
Как известно, ГК РФ и Закон РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» <13> (далее — Закон РФ № 4015-1) различают добровольное и обязательное страхование как формы страхования. В случаях добровольного страхования права и обязанности участников возникают только в результате заключения договора между страхователем и страховщиком на основе согласования их воль, достижения ими консенсуса, а при обязательном обязанность страховать определенный риск (риски) возложена на указанных законом лиц.
<13> Закон РФ от 27 ноября 1992 г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» // ВСНД РФ и ВС РФ. 1993. № 2. Ст. 56.
В силу части 4 ст. 3 Закона РФ № 4015-1 условия и порядок осуществления обязательного страхования определяются федеральными законами о конкретных видах обязательного страхования. В настоящее время необходимые для организации страхового дела положения (о субъектах и объектах страхования, страховых случаях, страховых взносах, страховых тарифах и др.) в действующем законодательстве отсутствуют.
Инициативный характер страхования ответственности, отсутствие единства и всеобщности такого рода страхования, а также четких ответов на ключевые вопросы, необходимых для организации страхового дела по отдельному направлению (виду) страхования ответственности, не позволяют надеяться на развитие страхования ответственности в медицине на добровольных началах в ближайшее время. Следует признать, что четверть века — достаточный срок для формирования необходимых предпосылок для развития рассматриваемого вида страхования. Если они до настоящего времени не сложились, значит, самостоятельно, без участия государства и законодателя, в ближайшие годы и не сложатся. Следовательно, нужно ставить вопрос о внедрении обязательного страхования ответственности, для чего предстоит ответить на ряд принципиально важных вопросов.
Формулировка Федерального закона № 323-ФЗ, где обобщенно указаны медицинские работники, риск профессиональной ответственности которых страхуется, не позволяет однозначно определить страхователя.
Согласно пункту 1 ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена, а в силу п. 1 ст. 935 ГК РФ риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, возлагается на лиц, указанных в федеральном законе.
Необходимо понять, о каких именно медицинских работниках идет речь. Федеральный закон № 323-ФЗ под медицинским работником понимает физическое лицо, которое имеет медицинское или иное образование, работает в медицинской организации и в трудовые (должностные) обязанности которого входит осуществление медицинской деятельности. К ним относится довольно широкий круг субъектов и участников лечебно-диагностического, реабилитационного, профилактического и иных процессов, характеризующих медицинскую деятельность.
Регулятором утверждена Номенклатура должностей медицинских работников <14>. К ним отнесены: руководители, врачи-специалисты, специалисты с немедицинским образованием и др. Их участие в непосредственном оказании медицинской помощи (услуг) пациенту различно: от оказания всех или основного объема осуществляемых медицинских вмешательств до эпизодического. Некоторые медицинские работники вообще не оказывают медицинской помощи (услуг) пациентам. В этой связи риски различных групп (категорий) медиков также значительно отличаются (в зависимости от функциональных обязанностей, занимаемой должности и др.).
<14> См.: Приказ Министерства здравоохранения РФ от 20 декабря 2012 г. № 1183н «Об утверждении Номенклатуры должностей медицинских работников и фармацевтических работников» // Российская газета. 2013. 27 марта.
В силу Федерального закона № 323-ФЗ обязанностями лечащего врача являются: организация своевременного квалифицированного обследования и лечения пациента; установление (постановка) диагноза заболевания; наблюдение (в том числе диспансерное); предоставление в установленном порядке информации о состоянии здоровья пациента; приглашение для консультаций врачей-специалистов (по требованию пациента либо по своей инициативе); созыв консилиума врачей (при необходимости); дача необходимых рекомендаций по применению лекарственных препаратов, медицинских изделий, продуктов лечебного питания и других средств медицинского применения; экспертиза временной нетрудоспособности; направление в другие медицинские организации (для оказания отдельных видов медицинской помощи).
Иными словами, лечащий врач — основной субъект большинства правоотношений, возникающих в связи с оказанием медицинской помощи (услуг) пациентам <15>. Отношения «лечащий врач — пациент» являются сердцевиной медицинского права. Именно лечащий врач по общему правилу несет основное «бремя ответственности». По крайней мере, применительно к рассматриваемым отношениям врач как физическое лицо является основным либо даже единственным субъектом правонарушения (уголовного, административного, трудового). Однако в силу специфики действующей модели здравоохранения и отечественного законодательства делинквентом по общему правилу является исполнитель в лице медицинской организации, а не врач.
<15> См. также: ч. 7 ст. 70 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2011. № 48. Ст. 6724; Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 23 марта 2012 г. № 252н «Об утверждении Порядка возложения на фельдшера, акушерку руководителем медицинской организации при организации оказания первичной медико-санитарной помощи и скорой медицинской помощи отдельных функций лечащего врача по непосредственному оказанию медицинской помощи пациенту в период наблюдения за ним и его лечения, в том числе по назначению и применению лекарственных препаратов, включая наркотические лекарственные препараты и психотропные лекарственные препараты» // Российская газета. 2012. 5 мая.
Как отмечалось, законодатель под медицинским работником понимает физическое лицо, которое работает в медицинской организации и в трудовые (должностные) обязанности которого входит осуществление медицинской деятельности. А лечащий врач — это лицо, назначаемое руководителем медицинской организации (подразделения медицинской организации) для осуществления лечебно-диагностического процесса и решения иных задач (ст. 70 Федерального закона № 323-ФЗ).
Следовательно, лечащий врач — это не более чем наемный работник, действующий в интересах работодателя, выполняющий его указания, распоряжения, подчиняющийся правилам внутреннего трудового распорядка.
В связи с изложенным вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, возмещает юридическое лицо (п. 1 ст. 1068 ГК РФ).
Также следует упомянуть и ст. 1079 ГК РФ, согласно которой юридические лица, чья деятельность связана с повышенной опасностью для окружающих (использование отдельных лекарственных препаратов и медицинских изделий, инновационных медицинских технологий, источников ионизирующего излучения и др.), в большинстве неблагоприятных клинических случаев и независимо от их вины обязаны будут возместить вред, причиненный источником повышенной опасности.
Таким образом, в нашей системе координат страховать свою гражданскую ответственность могут медицинские организации. У медицинских работников, как правило, нет интереса в страховании своей профессиональной ответственности.
В России в силу сложившейся модели здравоохранения медицинскую помощь (услуги) оказывают преимущественно государственные учреждения здравоохранения нескольких типов (автономные, бюджетные, казенные). Возложение на них обязанности по страхованию гражданской, а не профессиональной (юридическое лицо не имеет профессии) ответственности в принципе допустимо, но потребует значительных средств (в первую очередь бюджетных) и изменения условий их функционирования. Следует также еще раз вспомнить ч. 1 ст. 72 Федерального закона № 323-ФЗ, где указаны исключительно медицинские работники, риск профессиональной ответственности которых страхуется, а не медицинские организации.
Зарубежный опыт свидетельствует о доминировании иного подхода при решении проблемы страхования профессиональных рисков в медицине <16>. Как правило, страхователями выступают врачи, хотя имеется и иная практика (в тех же США, как в стране с развитым страхованием, часть или все риски в отдельных штатах могут страховать медицинские организации). По аналогичному пути формируется практика страхования ответственности представителей целого ряда профессий в России, чья деятельность характеризуется рядом особенностей (относительная автономия, высокорисковый характер деятельности, потребность в повышенной защите интересов заказчиков, потребителей услуг таких лиц и др.).
<16> См. подробнее: Морозов А.Н., Степаненко А.В., Кучеренко С.В. Профессиональная ответственность врача (опыт зарубежных стран) // Украинский нейрохирургический журнал. 2004. № 4. С. 88 — 92; Пилат В.Б. Сравнительный анализ российской и зарубежной практики страхования ответственности в медицине // Путеводитель предпринимателя. 2013. № 20. С. 209 — 219.
Например, в соответствии с Федеральным законом от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» <17> арбитражный управляющий должен иметь договор обязательного страхования ответственности.
<17> Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» // СЗ РФ. 2002. № 43. Ст. 4190.
Согласно статье 4 Федерального закона от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» <18> субъектами оценочной деятельности признаются физические лица, застраховавшие свою ответственность.
<18> Федеральный закон от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» // СЗ РФ. 1998. № 31. Ст. 3813.
Должен иметь договор обязательного страхования ответственности в силу императивного требования ст. 29 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности» <19> и кадастровый инженер.
<19> Федеральный закон от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности» // СЗ РФ. 2007. № 31. Ст. 4017.
Список лиц, чьи профессиональные риски страхуются, можно продолжить. При этом следует заметить, что все указанные выше лица в силу требований ст. 1 Федерального закона от 1 декабря 2007 г. № 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» <20> (далее — Федеральный закон № 315-ФЗ) должны быть членами одной из саморегулируемых организаций, объединяющих в своем составе субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности.
<20> Федеральный закон от 1 декабря 2007 г. № 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» // СЗ РФ. 2007. № 49. Ст. 6076.
<21> См. подробнее: Саморегулирование предпринимательской и профессиональной деятельности: единство и дифференциация / отв. ред. И.В. Ершова. М.: ИНФРА-М, 2015. 256 с.
Например, Федеральный закон от 4 декабря 2007 г. № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» <22> закрепляет принцип сочетания государственного регулирования с саморегулированием в данной сфере деятельности. Однако ни упоминаний о саморегулируемых организациях, ни отсылок к Федеральному закону № 315-ФЗ он не содержит. Функции, характерные для саморегулируемых организаций в сфере спорта, реализуют спортивные федерации и некоторые другие специально создаваемые негосударственные организации <23>.
<22> Федеральный закон от 4 декабря 2007 г. № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2007. № 50. Ст. 6242.
<23> См.: Спортивное право России: учебник / отв. ред. Д.И. Рогачев. М.: Проспект, 2016. С. 219 — 260.
Интересным представляется подход законодателя к выбору модели саморегулирования в области аудиторской деятельности. Согласно статье 4 Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» (далее — Закон № 307-ФЗ) <24> аудитор — это физическое лицо, являющееся членом одной из саморегулируемых организаций аудиторов, а согласно ст. 3 Закона № 307-ФЗ аудиторская организация — это организация, являющаяся членом одной из саморегулируемых организаций аудиторов. Иными словами, и физические лица, и юридические лица отдельной сферы деятельности должны быть членами саморегулируемой организации. Важно также заметить, что аудитор может как заниматься самостоятельно профессиональной деятельностью (индивидуальный аудитор), так и быть работником аудиторской организации, осуществлять деятельность на основании трудового договора с аудиторской организацией.
<24> Федеральный закон от 30 декабря 2008 г. № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» // СЗ РФ. 2009. № 1. Ст. 15.
России еще предстоит решить вопрос о модели саморегулирования в медицине. От этого будет зависеть и конкретный вид страхования — страхование профессиональной ответственности лечащего врача либо страхование гражданской ответственности медицинской организации. В принципе с позиций нивелирования отдельных рисков (находящихся за пределами деятельности конкретного врача, но в границах «зоны ответственности» медицинской организации) может быть поставлена на обсуждение и сочетанная модель страхования ответственности в медицине. В любом случае эти вопросы пришла пора ставить на обсуждение и решать.
1. Аполихин О.И. Формирование новой модели здравоохранения: концептуальный подход и пилотная реализация / О.И. Аполихин [и др.] // Менеджер здравоохранения. 2018. № 1. С. 9 — 19.
2. Морозов А.Н. Профессиональная ответственность врача (опыт зарубежных стран) / А.Н. Морозов, А.В. Степаненко, С.В. Кучеренко // Украинский нейрохирургический журнал. 2004. № 4. С. 88 — 92.
3. Пилат В.Б. Сравнительный анализ российской и зарубежной практики страхования ответственности в медицине / В.Б. Пилат // Путеводитель предпринимателя. 2013. № 20. С. 209 — 219.
4. Саморегулирование предпринимательской и профессиональной деятельности: единство и дифференциация / ответственный редактор И.В. Ершова. Москва: ИНФРА-М, 2015. 256 с.
5. Сергеев Ю.Д. Ненадлежащее оказание медицинской помощи и пути ее профилактики — сверхактуальная научно-практическая проблема / Ю.Д. Сергеев // Медицинское право. 2016. № 2. С. 3 — 5.
6. Спортивное право России: учебник / ответственный редактор Д.И. Рогачев. Москва: Проспект, 2016. 640 с.
21.01.2020