Статья: Проблемы соблюдения личной и врачебной тайны при оказании медицинских услуг

(Винокуров В.А.)

(«Медицинское право: теория и практика», 2021, № 2)

Автор заявляет об отсутствии конфликта интересов.

Статья посвящена рассмотрению проблем, связанных с реализацией человеком и гражданином прав и свобод в части соблюдения личной и врачебной тайны, использования персональных данных при оказании медицинских услуг. Рассмотрены причины, которые могут предусматривать возможность ограничивать право человека и гражданина на его личную и врачебную тайну, в том числе связанные с распространением инфекционных заболеваний.

В статье осуществлено соотношение используемых в законодательстве понятий «личная тайна», «врачебная тайна», «персональные данные», выявлены проблемы, связанные с сохранением сведений, составляющих эти тайны и данные. Проанализирован тезис Пленума Верховного Суда Российской Федерации, противоречащий федеральному закону.

По результатам анализа законодательства, мнений ученых и специалистов сформулированы выводы и выработаны предложения, которые возможно использовать при подготовке соответствующих изменений в федеральные законы.

Ключевые слова: Конституция Российской Федерации, права и свободы человека и гражданина, личная тайна, врачебная тайна, персональные данные, инфекционное заболевание, медицинские услуги, медицинская организация.

COMPLIANCE ISSUES PERSONAL AND MEDICAL SECRETS WHEN PROVIDING MEDICAL SERVICES

V.A. Vinokurov

Vladimir Anatolyevich Vinokurov — Professor of the Department of Theory and History of State and Law of the St. Petersburg University of the State Fire Service of the Ministry of Emergency Situations of Russia, Doctor of Law, Associate Professor, Honored Lawyer of the Russian Federation, St. Petersburg.

The author declares that there is no conflict of interest.

The article is devoted to the consideration of problems related to the realization of human and citizen rights and freedoms in terms of personal and medical confidentiality, the use of personal data in the provision of medical services. The reasons that may provide for the possibility of restricting the right of a person and a citizen to his personal and medical secrecy, including those related to the spread of infectious diseases, are considered.

The article deals with the correlation of the concepts of «personal secret», «medical secrets», «personal data» used in the legislation, the problems associated with the preservation of the information constituting these secrets and data are identified. The thesis of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation, contrary to federal law, is analyzed.

Based on the results of the analysis of legislation, opinions of scientists and specialists, conclusions have been formulated and proposals have been developed that can be used in the preparation of appropriate amendments to federal laws.

Key words: the Constitution of the Russian Federation, human and civil rights and freedoms, personal secrecy, medical secrecy, personal data, infectious disease, medical services, medical organization.

Конституция Российской Федерации (далее также — Основной Закон государства), устанавливая в главе 2 основные права и свободы человека и гражданина в России, определила, что «каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну...» (ч. 1 ст. 23), что «сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются» (ч. 1 ст. 24) <1>. Данные постулаты являются базой для разработки и принятия федеральных законов, иных правовых актов, а также для их исполнения.

---

<1> Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года) (с учетом поправок, внесенных законами Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ, от 14.03.2020 № 1-ФКЗ) // URL: http://pravo.gov.ru/proxy/ips/?docbody=&nd=102027595 (дата обращения: 10.10.2021).

В Перечне сведений конфиденциального характера, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 6 марта 1997 года № 188, сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина (п. 1), а также сведения, связанные с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами, куда, в частности, включена и врачебная тайна (п. 4) <2>, относятся к сведениям конфиденциального характера.

---

<2> Указ Президента Российской Федерации от 06.03.1997 № 188 (ред. от 13.07.2015) «Об утверждении Перечня сведений конфиденциального характера» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. № 10. Ст. 1127.

Вопросы соблюдения врачебной тайны регулируются Федеральным законом «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», по которому эту тайну составляют «сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении» (ст. 13) <3>.

---

<3> Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 02.07.2021) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2011. № 48. Ст. 6724.

Федеральный закон «О персональных данных», предусматривая своей целью «обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну» (ст. 2), оперирует персональными данными, определяя их как любую информацию, относящуюся к физическому лицу (ст. 3) <4>.

---

<4> Федеральный закон от 27.07.2006 № 152-ФЗ (ред. от 02.07.2021) «О персональных данных» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2006. № 31 (ч. I). Ст. 3451.

Таким образом, в российском законодательстве по рассматриваемому в предпринятом нами исследовании вопросу используются понятия: «частная жизнь», «личная тайна», «сведения конфиденциального характера» и «врачебная тайна», но при этом в нормативных правовых актах не содержится однозначных определений указанным понятиям. Лишь упомянутый Перечень сведений конфиденциального характера является своеобразным связующим звеном между частной жизнью гражданина и врачебной тайной.

Конституционный Суд Российской Федерации посчитал, что «в понятие „частная жизнь“ включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если носит непротивоправный характер» <5>.

---

<5> Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 1253-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Супруна Михаила Николаевича на нарушение его конституционных прав статьей 137 Уголовного кодекса Российской Федерации // Документ опубликован не был. URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70105530/ (дата обращения: 10.10.2021).

Вопросы научного толкования понятий «частная жизнь» и «личная тайна» подробно рассматриваются в уголовном праве при анализе преступления, предусмотренного ст. 137 Уголовного кодекса Российской Федерации, именуемой «Нарушение неприкосновенности частной жизни» <6>. Как полагают авторы одного из комментариев к Уголовному кодексу Российской Федерации, «понятие личной или семейной тайны должно трактоваться исходя из представления потерпевшего. Любой факт из биографии лица, который оно не хочет разглашать, должен признаваться его тайной. Это может касаться состояния его здоровья, знакомств, семейных или личных отношений, материального положения, наличия банковских вкладов, политических взглядов, партийной принадлежности, отношения к религии. Сведения могут относиться и к профессиональной тайне — медицинской, адвокатской, тайне исповеди, тайне вкладов и т.п.» [2, с. 220]. Исходя из представленного выше понимания перечисленных понятий Б.Н. Кадников делает вывод, что «частная жизнь человека — это совокупность его тайн и таких сфер жизни, неприкосновенность и охрана которых гарантирована Конституцией Российской Федерации и другими федеральными законами и для ознакомления с которыми требуется согласие их обладателя либо иные законные основания» [1, с. 41].

---

<6> Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 01.07.2021) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 25. Ст. 2954.

По мнению И.Л. Петрухина, «личная тайна — это такая тайна, которая имеет отношение к конкретному человеку. Сведения личного характера могут сохраняться как от посторонних, так и от близких лиц. К ним можно отнести отдельные факты биографии человека, сведения о его здоровье, имущественном положении, связях, привычках, взглядах, встречах, сведения об интимной жизни, склонностях и т.п.» [4, с. 104]. Солидарен с ним и В.А. Новиков, который пришел к выводу о том, что «личная тайна — это сведения, касающиеся только одного лица и сохраняемые им в режиме секретности от других лиц, за исключением сведений, характеризующих публичную, служебную деятельность этого человека» [3, с. 44]; при этом к личной тайне автор данного определения полагает возможным отнести в том числе сведения о заболеваниях, включая социально опасные.

Подтверждая связь между личной и врачебной тайнами, судья Конституционного Суда Российской Федерации Н.В. Витрук сформулировал недвусмысленный вывод о том, что к личной тайне относится тайна сведений о состоянии здоровья человека <7>.

---

<7> Особое мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации Н.В. Витрука по делу о толковании положений статей 91 и 92 (часть 2) Конституции Российской Федерации о досрочном прекращении полномочий Президента Российской Федерации в случае стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2000 года № 12-П) // Собрание законодательства РФ. 2000. № 29. Ст. 3118.

Таким образом, позиция законодателя, а также мнения ученых позволяют сделать однозначный вывод о том, что врачебная тайна является частью тайны личной. В этой связи нелишним будет напомнить, что наличие или отсутствие у физического лица любых прививок также относится к личной и врачебной тайне, что информация о прививке может быть потребована при согласии гражданина, а без его согласия — только в случаях, установленных законом.

В этой связи нельзя не упомянуть о норме Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации», допускающей предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина, в том числе «при угрозе распространения инфекционных заболеваний, массовых отравлений и поражений» (п. 2 ч. 4 ст. 13) <8>. С апреля 2020 года обстановка, сложившаяся в результате распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, относится к чрезвычайной ситуации <9>. Уполномоченный федеральный орган исполнительной власти, созданный для осуществления государственного управления и координации деятельности федеральных органов исполнительной власти в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций (МЧС России), не принимал решения, объявляющего распространение новой коронавирусной инфекции чрезвычайной ситуацией. Карантин как ограничительное мероприятие, предусмотренное Федеральным законом «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» <10>, органами исполнительной власти субъекта Российской Федерации не вводился; предписание территориального органа, осуществляющего государственный санитарно-эпидемиологический надзор, на основании которого должен устанавливаться карантин, не издавалось.

---

<8> Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ...

<9> Федеральный закон от 21.12.1994 № 68-ФЗ (ред. от 30.12.2021) «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 35. Ст. 3648.

<10> Федеральный закон от 30.03.1999 № 52-ФЗ (ред. от 02.07.2021) «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. № 14. Ст. 1650.

В результате имеется несколько федеральных законов, не согласованных между собой и не определяющих конкретных ограничений прав и свобод человека и гражданина, которые возможно использовать соответствующим государственным органом и должностным лицом при возникновении ситуации, когда распространяется заболевание, представляющее опасность для окружающих.

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства <11>.

---

<11> Конституция Российской Федерации...

Во исполнение положений Основного Закона государства Федеральным законом «О персональных данных» введены ограничения прав и свобод, с перечисления которых начата данная статья. Так, данный Федеральный закон разрешает обработку персональных данных, касающихся в том числе состояния здоровья, без согласия субъекта персональных данных, если «обработка персональных данных осуществляется в медико-профилактических целях, в целях установления медицинского диагноза, оказания медицинских и медико-социальных услуг при условии, что обработка персональных данных осуществляется лицом, профессионально занимающимся медицинской деятельностью и обязанным в соответствии с законодательством Российской Федерации сохранять врачебную тайну» (ч. 2 ст. 9; п. 4 ч. 2 ст. 10) <12>. По всей видимости, основанием для подобного ограничения послужила необходимость защиты здоровья, прав и законных интересов других лиц.

---

<12> Федеральный закон от 27.07.2006 № 152-ФЗ...

В этом случае физическое лицо как субъект персональных данных, даже имея право отозвать согласие на обработку данных, реализовать это право не может, поскольку медицинская организация (при соблюдении ею врачебной тайны) продолжает их обработку в медицинских целях. Одновременно возникает вопрос о целесообразности получения информированного добровольного согласия от субъекта персональных данных, который становится пациентом. Поскольку в результате обращения в медицинскую организацию и получения медицинской помощи персональные данные, внесенные в медицинскую учетную документацию, не исключаются медицинской организацией из обработки, то они фактически не могут быть отозваны субъектом персональных данных. Медицинские организации при рассмотрении обращений субъектов персональных данных, которые желают отозвать свое согласие на обработку персональных данных, вынуждены отказывать в удовлетворении поступившего заявления со ссылкой на упомянутые выше нормы законов. На наш взгляд, отказ в обработке персональных данных, связанных с оказанием медицинской помощи, обоснован не только юридически, но и фактически: медицинская организация понесла расходы, оказывая медицинские услуги конкретному физическому лицу, то есть затратила лекарственные средства и препараты, медицинские изделия, оплатила труд врачей и другого медицинского персонала.

Поскольку по Конституции Российской Федерации признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина является обязанностью государства (ст. 3), а ограничения прав и свобод допускаются как исключение из общего правила (ст. 55) <13>, то соблюдение прав и свобод неоспоримо важнее, чем их ограничение.

---

<13> Конституция Российской Федерации...

Поэтому в целях соблюдения прав и свобод граждан, которые посчитали невозможным обработку их персональных данных медицинской организацией, следует законодательно предусмотреть алгоритм действий медицинской организацией, оказавшей такому лицу медицинскую помощь. Например, предусмотреть обработку персональных данных в медицинских целях без указания фамилии, имени, отчества, даты и места рождения, данных представленных документов, обозначив пациента только литерами. Но при этом гражданин, запретивший обработку персональных данных, должен понимать, что после его запрета он не сможет использовать данные медицинской организации для решения других возникающих в его жизни вопросов (например, при оформлении пенсии по инвалидности, для получения пособия, налогового вычета и т.п.).

Ограничение прав и свобод человека и гражданина в части соблюдения врачебной тайны как личной тайны физического лица допускается и Федеральным законом «Об основах здоровья граждан в Российской Федерации», который обязывает медицинские организации предоставлять сведения, составляющие врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя, в частности, по запросам:

а) органов дознания и следствия, суда в связи с проведением расследования или судебным разбирательством;

б) органов прокуратуры в связи с осуществлением ими прокурорского надзора;

в) органа уголовно-исполнительной системы в связи с исполнением уголовного наказания и осуществлением контроля за поведением условно осужденного, осужденного, в отношении которого отбывание наказания отсрочено, и лица, освобожденного условно-досрочно, а также в связи с исполнением осужденным обязанности пройти лечение от наркомании и медицинскую и (или) социальную реабилитацию (п. 3 ч. 4 ст. 13) <14>.

---

<14> Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ...

Рассматривая жалобы граждан различных государств, в том числе россиян, на нарушение их прав, связанных с обнародованием сведений личного характера, составляющих врачебную тайну, возникающим в связи с использованием вышеназванных (в других государствах — аналогичных) норм, Европейский суд по правам человека счел возможным раскрытие врачебной тайны, поскольку целью запросов правоохранительных органов является предотвращение преступлений и защита прав и свобод других лиц <15>. Европейский суд по правам человека посчитал, что «интересы пациентов и населения в целом по охране конфиденциальности медицинских сведений могут уступить по своей значимости интересам по расследованию и наказанию преступлений, а также по обеспечению гласности судебного разбирательства, если доказано, что такие интересы имеют более серьезное значение» <16>.

---

<15> Постановление Европейского суда правам человека от 25 февраля 1997 года по делу «Z. против Финляндии» // Официальный сайт ЕСПЧ. URL: https://europeancourt.ru/resheniya-evropejskogo-suda-na-russkom-yazyke/z-protiv-finlyandii-postanovlenie-evropejskogo-suda/ (дата обращения: 14 декабря 2021 г.).

<16> Постановление Европейского суда правам человека от 6 июня 2013 года по делу «Авилкина и другие против Российской Федерации» // Официальный сайт ЕСПЧ. URL: https://europeancourt.ru/resheniya-evropejskogo-suda-na-russkom-yazyke/avilkina-i-drugie-protiv-rossii-postanovlenie-evropejskogo-suda/ (дата обращения: 14 декабря 2021 г.).

Принимая во внимание нормы федеральных законов, позицию Европейского суда по правам человека, следует согласиться с тем, что врачебная тайна перестает быть тайной (полностью или частично), если речь заходит о преступлении. При этом Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» содержит довольно четкие формулировки, которые дают основание медицинской организации предоставить правоохранительным органам информацию, относящуюся к врачебной тайне.

На практике медицинские организации повсеместно сталкиваются с проблемой, когда расследование не начато, а орган дознания, дознаватель или следователь запрашивает данные по конкретному пациенту несмотря на то, что еще только рассматривает сообщение о преступлении. Формально-юридически пока уголовное дело не возбуждено, предоставлять данные по запросам правоохранительных органов, относящиеся к врачебной тайне, без согласия лица, в отношении которого эти сведения запрашиваются, не допускается.

Но, как оказалось, на практике это не совсем так. Анализируя вопрос о практике рассмотрения судами ходатайств о производстве следственных действий, Пленум Верховного Суда Российской Федерации предложил судам учитывать, что «при отсутствии согласия гражданина или его законного представителя отдельные сведения, составляющие врачебную тайну (например, о факте обращения гражданина за медицинской, в том числе психиатрической, помощью, нахождении на медицинском учете), могут быть представлены медицинской организацией без судебного решения по запросу следователя или дознавателя в связи с проведением проверки сообщения о преступлении...» <17>.

---

<17> Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 июня 2017 года № 19 «О практике рассмотрения судами ходатайств о производстве следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав граждан (статья 165 УПК РФ)» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2017. № 7.

Таким образом, несмотря на прямой законодательный запрет, Верховный Суд Российской Федерации позволил предоставлять данные, составляющие врачебную тайну, по сути, по запросу любого органа, должностного лица, проводящего проверку сообщения о преступлении, при отсутствии оснований, установленных Федеральным законом «Об основах здоровья граждан в Российской Федерации» <18>.

---

<18> Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ...

Не основанная на законе позиция Верховного Суда Российской Федерации вызывает озабоченность, поскольку на уровне высшей судебной инстанции страны происходит официальное попрание прав и свобод человека и гражданина, касающихся соблюдения личной тайны, расширяются рамки ограничений, право на установление которых имеет только федеральный законодатель.

Проблему запроса данных, составляющих врачебную тайну, при осуществлении проверки сообщения о преступлении можно решить простым и вполне законным путем. Для этого необходимо внести соответствующее дополнение в указанный выше Федеральный закон. Однако следует учитывать, что если по результатам рассмотрения сообщения о преступлении будет принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, то материалы проверки, содержащие врачебную тайну, следует относить к сведениям, составляющим тайну следствия, поскольку Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации данные предварительного расследования (предварительного следствия или дознания) не подлежат разглашению (ст. 161) <19>.

---

<19> Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 30.12.2021) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.

Проведенный анализ позволяет сделать следующие выводы и сформулировать некоторые предложения:

1. врачебная тайна — часть личной тайны, поэтому должна защищаться государством на уровне с личной тайной;

2. врачебная тайна может быть нарушена, но только с согласия ее владельца или в однозначно оговоренных федеральным законом случаях;

3. поскольку персональные данные, входящие в состав врачебной тайны, в настоящее время юридически не могут быть отозваны их владельцем, необходима разработка механизма, позволяющего реализовать данное право субъектом персональных данных, в том числе с иными возможными для этого субъекта ограничениями;

4. вполне обоснованная необходимость предоставлять дознавателю, следователю, прокурору сведения, составляющие врачебную тайну, до возбуждения уголовного дела должна быть законодательно урегулирована;

5. поскольку права и свободы человека и гражданина в России могут быть ограничены при определенных Конституцией Российской Федерации условиях только федеральным законом, необходимо предусмотреть в федеральном законе конкретный перечень прав и свобод человека и гражданина, каковые можно было бы ограничивать в случаях распространения заболевания (включая инфекционные), представляющего опасность для окружающих;

6. необходимо отменить абзац второй п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 июня 2017 года № 19 «О практике рассмотрения судами ходатайств о производстве следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав граждан (ст. 165 УПК РФ)» <20>, законодательно предусмотрев следующий правовой механизм:

во-первых, необходимо предоставить право Генеральному прокурору Российской Федерации направлять в высший судебный орган страны представления об устранении нарушений Конституции Российской Федерации постановлениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации и, при необходимости, обращаться в Конституционный Суд Российской Федерации для проверки конституционности данных постановлений, что потребует дополнения п. 3 ст. 24 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» <21> абзацем вторым следующего содержания:

«В случае несоответствия постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации Конституции Российской Федерации и законам Российской Федерации Генеральный прокурор Российской Федерации информирует об этом Президента Российской Федерации, а также вносит представление в Верховный Суд Российской Федерации или направляет запрос в Конституционный Суд Российской Федерации»;

во-вторых, задействовать высший судебный орган конституционного контроля в Российской Федерации, для чего включить в ст. 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» <22> новый п. 5.3 следующего содержания:

«5.3) по запросу Генерального прокурора Российской Федерации проверяет конституционность постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации;».

---

<20> Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ...

<21> Закон Российской Федерации от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» в редакции Федерального закона от 17.11.1995 № 168-ФЗ (ред. от 01.07.2021) // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 8. Ст. 366; Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 47. Ст. 4472.

<22> Федеральный конституционный закон от 21.07.1994 № 1-ФКЗ (ред. от 01.07.2021) «О Конституционном Суде Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 13. Ст. 1447.

Предложенные меры, на наш взгляд, позволят соблюдать и сохранять положенный в основу конституционного строя принцип, по которому Российская Федерация является правовым государством.

1. Кадников Б.Н. Уголовно-правовая охрана неприкосновенности частной жизни: Научно-практическое пособие. М.: ИД «Юриспруденция», 2011. 136 с.

2. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). 2-е издание, переработанное и дополненное / Отв. ред. В.И. Радченко; Науч. ред. А.С. Михлин, В.А. Казакова. М.: Проспект, 2008. 326 с.

3. Новиков В. Понятие частной жизни и уголовно-правовая охрана ее неприкосновенности // Уголовное право. 2011. № 1. С. 43 — 49.

4. Петрухин И.Л. Личные тайны (человек и власть). М.: Институт государства и права РАН, 1998. 232 с.

Подписано в печать

19.12.2021

---