Статья: Применение вспомогательных репродуктивных технологий в России и Приднестровье: вопросы правового регулирования
Актуально на 10.11.2026.
Как цитировать: Статья: Применение вспомогательных репродуктивных технологий в России и Приднестровье: вопросы правового регулирования. https://bukva.ai/docs/statya-primenenie-vspomogatelnyh-reproduktivnyh-2
(Довнар А.Н.)
(«Медицинское право», 2024, № 1)
«Медицинское право», 2024, № 1
ПРИМЕНЕНИЕ ВСПОМОГАТЕЛЬНЫХ РЕПРОДУКТИВНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ
В РОССИИ И ПРИДНЕСТРОВЬЕ: ВОПРОСЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
Довнар Алексей Николаевич, юрисконсульт центра правовых экспертиз и сопровождения образовательной деятельности Дирекции по правовым вопросам Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», город Москва.
Статья посвящена анализу правового регулирования порядка применения вспомогательных репродуктивных технологий в Российской Федерации и Приднестровской Молдавской Республике. Автором сделан вывод о необходимости развития взаимоотношений между органами законодательной власти в обоих государствах для перенятия положительного опыта каждой из стран в сфере преодоления мужского и женского бесплодия.
Ключевые слова: медицинское право, преодоление бесплодия, ВРТ в России, ВРТ в Приднестровье, права пациентов, вспомогательная репродукция, суррогатное материнство, пробелы в праве.
The Use of ART in Russia and Transnistria: Legal Regulation Issues
Dovnar Aleksey N., Legal Counsel at the Center for Legal Examinations and Support of Education of the Legal Directorate of the National Research University Higher School of Economics, Moscow.
The article is dedicated to an analysis of the legal regulation of the use of the assisted reproductive technology in the Russian Federation and the Pridnestrovian Moldovan Republic. The author concludes that there is a necessity to develop cooperation between legislative authorities of both states to adopt positive experience of each state in the sphere of the struggle against male and female infertility.
Key words: medical law, struggle against infertility, ART in Russia, ART in Transnistria, patients' rights, assisted reproduction, surrogacy, legal gaps.
Среди множества проблем, которыми обременено человечество, отнюдь не последнее место сегодня занимает с каждым годом усугубляющийся по всему миру демографический кризис. Причин у этого негативного явления много, однако нас интересует болезнь мужской и женской репродуктивной системы, определяемая как неспособность добиться беременности после регулярных незащищенных половых актов на протяжении 12 или более месяцев <1>, которая нередко обусловливается диагностированием у половых партнеров бесплодия.
<1> Информационный бюллетень ВОЗ «Бесплодие». URL: https://www.who.int/ru/news-room/fact-sheets/detail/infertility (дата обращения: 26.07.2023).
По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), бесплодием на сегодняшний день страдают 17,5% взрослого населения, т.е. примерно каждый шестой человек в мире <2>, в России — 15% пар <3>, в Приднестровье — 55% пар <4>. Учитывая столь высокие показатели нарушений мужской и женской фертильности, предпринимаются попытки ее терапии, в каждом из государств разработана соответствующая нормативно-правовая база, которая и станет предметом анализа в предпринятом нами научном исследовании.
<2> ВОЗ: бесплодием страдает каждый шестой человек в мире. URL: https://www.who.int/ru/news/item/04-04-2023-1-in-6-people-globally-affected-by-infertility (дата обращения: 26.07.2023).
<3> Мохунь И.В. Проблемы бесплодия и репродуктивная культура на современном этапе развития Российской Федерации // Инновационная наука. 2020. № 6. С. 145.
<4> Чебан О.С., Кузьмин Е.В., Слепуха Н.В. и др. Анализ нормативно-правовой базы при оказании медицинской помощи семьям с бесплодием в ПМР // Склифосовские чтения: Актуальные вопросы хирургии: материалы X научно-практической конференции с международным участием. Тирасполь, 11 — 12 апреля 2020 г. Т. 1. Тирасполь: Приднестровский государственный университет имени Т.Г. Шевченко, 2020. С. 41.
Полагаем правильным начать рассмотрение нормативного регулирования с актов большей юридической силы. Так, в России действует Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», в котором вопросам вспомогательной репродукции посвящена лишь ст. 55, где штрихпунктирно раскрыт понятийный аппарат, обозначен субъектный состав правоотношений по искусственному родовспоможению, приведены некоторые аспекты криоконсервации, донорства и программы суррогатного материнства <5>. Остальные вопросы, затрагивающие множественные тонкости сложного процесса преодоления мужского и женского бесплодия, либо находятся в мандате деятельности Минздрава России, которое, реализуя свой функционал, приняло приказ, устанавливающий порядок использования вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ), противопоказания и ограничения к их применению <6>, либо вообще не находят своего отражения на уровне нормативных актов любого из уровней публичной власти.
<5> Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ (ред. от 28.04.2023) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2011. № 48. Ст. 6724.
<6> Приказ Минздрава России от 31 июля 2020 г. № 803н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению» // Официальный интернет-портал правовой информации http://www.pravo.gov.ru, 19.10.2020.
В свою очередь, в Приднестровье действуют два законодательных акта, в которых отражены репродуктивные права граждан: ст. 32 раздела VII Закона «Об охране здоровья граждан» предусматривается право каждой женщины детородного возраста на искусственное оплодотворение и имплантацию эмбриона <7>, тогда как в 24 статьях Закона «Об охране репродуктивного здоровья граждан и о планировании семьи» в дополнение к уже предусмотренным правомочиям установлены организационные основы обеспечения репродуктивных прав граждан и планирования семьи, а также гарантии обеспечения репродуктивных прав граждан <8>. Многие, главным образом медицинские, особенности использования репродуктивных технологий по преодолению бесплодия отражены в ведомственном Приказе Минздрава Приднестровья <9>.
<7> Закон Приднестровской Молдавской Республики от 16 января 1997 г. № 29-З (ред. от 21.02.2023) «Об основах охраны здоровья граждан» // Сборник законодательных актов. № 97-1.
<8> Закон Приднестровской Молдавской Республики от 16 мая 2012 г. № 71-З-У (ред. от 24.10.2018) «Об охране репродуктивного здоровья граждан и о планировании семьи» // Собрание актов законодательства Приднестровской Молдавской Республики. 2012. № 21. Ст. 1105.
<9> Приказ Минздрава Приднестровья от 28 января 2021 г. № 55 «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, медицинских противопоказаниях и ограничениях к их применению» // Официальный сайт Минюста Приднестровья. URL: http://minjust.org/web.nsf/all/publication (дата обращения: 26.07.2023).
Свои отличительные особенности в России и Приднестровье имеются также в перечне используемых для терапии бесплодия технологий. Так, в России на законодательном уровне закреплены только криоконсервация и донорство половых клеток, а также суррогатное материнство, тогда как приказ российского Минздрава дополняется следующими репродуктивными технологиями: экстракорпоральное оплодотворение, искусственная инсеминация, преимплантационное генетическое тестирование, редукция эмбрионов, вспомогательный хетчинг. Все перечисленные манипуляции относятся к ВРТ, за исключением искусственной инсеминации.
В Приднестровье, если рассматривать нормативные акты в совокупности, на законодательный уровень выведены искусственное оплодотворение и имплантация эмбриона, искусственная инсеминация и донорство половых клеток. Примечательно, что в перечисленных технологиях отсутствует суррогатное материнство, из чего можно сделать вывод о фактическом запрете такого метода преодоления бесплодия в клинической практике Приднестровья. Вместе с тем важно отметить, что процедура «искусственная инсеминация» в законодательстве Приднестровской Молдавской Республики отнесена (в том числе исходя из прямого указания на то в терминах и определениях, содержащихся в законодательстве) к видам ВРТ, что противоречит международным стандартам в данной сфере <10>.
<10> Аншина М.Б., Долгушина Н.В., Колода Ю.А. и др. Терминология ВРТ: Международный глоссарий // Проблемы репродукции. 2019. Т. 25. № 1. С. 6 — 15.
Правом на применение в отношении них ВРТ в России могут воспользоваться мужчина и женщина, вне зависимости от состояния в браке, при наличии обоюдного информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, а также одинокая женщина <11>. До недавнего времени супруги, сожители и одинокая женщина были вправе обратиться за медицинским вмешательством с помощью суррогатного материнства, однако теперь данная технология осталась доступной только мужчине и женщине, состоящим в браке, и одинокой женщине, которые в дополнение к своему информированному добровольному волеизъявлению обязаны состоять в гражданстве Российской Федерации <12>.
<11> Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ (ред. от 28.04.2023) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» // СЗ РФ. 2011. № 48. Ст. 6724.
<12> Федеральный закон от 19 декабря 2022 г. № 538-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // СЗ РФ. 2022. № 52. Ст. 9368.
Что касается Приднестровья, то свое право на использование ВРТ могут реализовать лишь граждане Приднестровской Молдавской Республики вне зависимости от состояния в браке. Если учитывать, что суррогатное материнство в Приднестровье фактически не применяется, то получается, что большинство из известных сегодня ВРТ без труда может использовать только женщина, тогда как мужчине без половой партнерши доступно лишь донорство половых клеток, которое вне использования, скажем, ЭКО и иных репродуктивных технологий не способно преодолеть мужское бесплодие.
Высказанный нами выше тезис имеет препятствие, исходящее от нормативного регулирования и воплощающееся на практике. Тому подтверждение — четкое отграничение посредством отдельных статей в приднестровском законодательстве условно «общих» ВРТ (донорство половых клеток и эмбрионов) от чисто «женских» (искусственная инсеминация, искусственное оплодотворение, имплантация эмбриона), употребление вместо свойственных российской правовой системе категорий «лица» или «пациенты» таких слов, как «женщина» или словосочетаний «женщина и мужчина».
Свой вывод о праве лишь граждан Приднестровской Молдавской Республики на применение в отношении них ВРТ мы основываем на комплексном анализе приднестровского законодательства. Так, если Закон «Об основах охраны здоровья граждан» содержит отдельное упоминание права иностранных граждан и лиц без гражданства на охрану здоровья (ст. 15) и оказание скорой медицинской помощи (ст. 36) <13>, то Закон «Об охране репродуктивного здоровья граждан и о планировании семьи» <14> не имеет в своем содержании сколь-нибудь минимального упоминания иностранных граждан и лиц без гражданства.
<13> Закон Приднестровской Молдавской Республики от 16 января 1997 г. № 29-З (ред. от 21.02.2023) «Об основах охраны здоровья граждан» // Сборник законодательных актов. № 97-1.
<14> Закон Приднестровской Молдавской Республики от 16 мая 2012 г. № 71-З-У (ред. от 24.10.2018) «Об охране репродуктивного здоровья граждан и о планировании семьи» // Собрание актов законодательства Приднестровской Молдавской Республики. 2012. № 21. Ст. 1105.
Подводя итог, тезисно обозначим, что мы можем предложить нашим коллегам из Приднестровья для перенятия на законодательном уровне:
1. На основе равноправия полов есть смысл распространить возможность использования ВРТ всеми категориями пациентов, включая одиноких мужчину и женщину.
2. С целью унификации законодательства стоит предусмотреть в Законе об охране репродуктивного здоровья либо разрешение, либо четкий запрет на использование ВРТ иностранными гражданами и лицами без гражданства.
Одновременно с этим считаем важным привести положения, заслуживающие, на наш взгляд, включения их в отечественную правовую систему:
1. Учитывая превалирование негативных последствий суррогатного материнства на здоровье российских граждан, есть смысл его законодательно запретить.
2. Для совершенствования процесса преодоления проблемы бесплодия стоит рассмотреть вопрос о принятии отдельного федерального закона «О репродуктивных технологиях и правах».
1. Аншина М.Б. Терминология ВРТ: Международный глоссарий / М.Б. Аншина, Н.В. Долгушина, Ю.А. Колода // Проблемы репродукции. 2019. Т. 25. № 1. С. 6 — 15.
2. Мохунь И.В. Проблемы бесплодия и репродуктивная культура на современном этапе развития Российской Федерации / И.В. Мохунь // Инновационная наука. 2020. № 6. С. 145 — 147.
3. Чебан О.С. Анализ нормативно-правовой базы при оказании медицинской помощи семьям с бесплодием в ПМР / О.С. Чебан, Е.В. Кузьмин, Н.В. Слепуха, Н.Н. Ячикова // Склифосовские чтения: Актуальные вопросы хирургии: материалы X научно-практической конференции с международным участием (г. Тирасполь, 11 — 12 апреля 2020 г.): сборник научных статей. Т. 1. Тирасполь: Приднестровский государственный университет имени Т.Г. Шевченко, 2020. С. 36 — 42.
25.03.2024