Статья: Причинно-следственные связи медицинского вмешательства и негативного исхода в клинической практике (философские и юридические аспекты проблемы — сообщение 1)

(Тимофеев И.В.)

(«Медицинское право», 2021, № 6)

Тимофеев Игорь Владимирович, заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, доктор медицинских наук, юрист, профессор, профессор кафедры патологической анатомии Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова, город Санкт-Петербург.

В статье рассматриваются философские, юридические и медицинские аспекты причинно-следственных связей между медицинскими вмешательствами и негативными исходами. Выявлены ключевые проблемы и предложены правовые пути их решения.

Ключевые слова: причинно-следственная связь, медицинское вмешательство, неблагоприятный исход.

Cause-and-Effect Relationships between Medical Intervention and a Negative Outcome in the Clinical Practice (Philosophical and Legal Aspects of the Problem, Message 1)

I.V. Timofeev

Timofeev Igor V., Honored Worker of the Higher School of the Russian Federation, Doctor of Medicine, Lawyer, Professor, Professor of the Department of Pathoanatomy of the Military Medical Academy Named after S.M. Kirov, Saint Petersburg.

The article examines the philosophical, legal and medical aspects of the causal relationship between medical interventions and negative outcomes. Key problems are identified and legal ways to solve them are proposed.

Key words: causal relationship, medical intervention, unfavorable outcome.

Известия о негативных исходах медицинских вмешательств (причинение вреда здоровью и/или смерти пациента) зачастую приобретают резонансный характер в обществе, особенно в случаях интраоперационной смерти или при летальных исходах в раннем послеоперационном периоде. Такие случаи могут стать и, как правило, становятся предметом внимания правоохранительных органов, оценивающих действия медицинских работников с точки зрения уголовного закона. В этой связи как в медицинской, так и в юридической практике вопрос установления причинно-следственных (причинных) связей между оказанием медицинской помощи и негативными последствиями для пациента является крайне актуальным.

Серьезную проблему представляет то, что «проекция» негативных последствий на юридическую ответственность (включая уголовную) медицинского работника не всегда представляется достаточно определенной и оценка ее остается во многом субъективной. Частным, но не маловажным аспектом этой проблемы является вопрос установления причинно-следственной связи между медицинским вмешательством и негативными последствиями для пациента.

Как показал проведенный нами анализ судебной практики более 50 уголовных дел <1>, возбужденных в отношении медицинских работников в период 2015 — 2020 гг., по общему правилу в основе обвинительных приговоров суда лежат заключения судебно-медицинских экспертов о наличии прямой причинно-следственной связи между деянием (действием/бездействием) медицинского работника и его вредным последствием (вред здоровью или смерть). Наоборот, при оправдательных решениях суд ссылался на экспертные судебно-медицинские заключения о наличии непрямой (косвенной) причинно-следственной связи или вообще на ее отсутствие.

---

<1> СПС «КонсультантПлюс».

Таким образом, для органов следствия и суда наличие причинной связи между деянием медицинских работников и наступлением негативных последствий является обязательным для доказывания признаком объективной стороны преступления. При этом следователи и судьи, разрешая так называемые «медицинские» дела по существу, одним из ключевых доказательств принимают заключение судебно-медицинского эксперта о наличии или отсутствии причинно-следственной связи (прямой или непрямой) между действием (бездействием) медицинского работника и негативными последствиями.

С другой стороны, как показывает практика проведения аккредитации медицинских работников, правовая подготовка большинства из них все еще остается недостаточной. Медицинский работник, столкнувшись с проблемой возникновения негативного исхода у пациента и началом следственных действий, оказывается в терминологическом и, соответственно, смысловом юридическом вакууме, что, в свою очередь, значительно сужает его возможности выразить свою профессиональную позицию. Более того, многие регламентирующие его деятельность нормативные правовые акты оказываются крайне недостаточными для профессионального и правового ориентирования медицинского работника. Отсутствие многих норм, необходимых для регламентации медицинской деятельности, значительно осложняет юридическую защиту медицинских работников.

В связи с этим среди основных положений настоящей статьи указывается прежде всего задача повышения правовой грамотности медицинских работников. Это для них является крайне востребованным не только в теоретической, но и в практической плоскости рассмотрения негативных исходов после оказания медицинской помощи. Кроме этого, материалы статьи могут быть использованы для совершенствования правового регулирования, а также с целью продолжения продуктивного диалога с юридическим сообществом по транспарентному применению медицинских знаний для нужд судебно-следственных органов. При этом в настоящее время существует проблема правовой неопределенности ряда терминов, например таких, как «причинно-следственная связь», которые широко используются в судебной медицине и юриспруденции, что во многом определяет сложность разбираемого междисциплинарного вопроса и трудности его теоретического и практического решения.

Ключевым словосочетанием для данной работы является понятие «причинно-следственная связь», а также ее виды и правовое значение в случаях возникновения медицинских неудач с негативным исходом.

Для медицины и юриспруденции — специальностей из разных научно-практических сфер — крайне важными понятиями, корни которых обусловлены в основном развитием философии (т.е. еще одной области знаний), являются причина, условие и следствие, а также связь причины и следствия (причинно-следственная связь, причинная связь). В философской, юридической и медицинской литературе существует большое разнообразие подходов к определению перечисленных понятий.

Представления о причинах, условиях, следствии и причинно-следственных связях в медицине, которые являются составной частью общей философской теории причинности, в конкретный исторический период были неодинаковыми. Тем не менее важным остается то, что согласно этой теории принцип причинности подразумевает всегда строгое правило следования одного явления из другого, асинхронно. В философии причина рассматривается как явление, действие которого производит (порождает), определяет или вызывает другое явление — следствие. Философский подход также определяет и то, что важной чертой причинности выступает категория «необходимость», которая свидетельствует о неизбежности (закономерности) возникновения от данной причины определенного следствия в конкретных условиях. Но известно, что связи между причиной и следствием могут выступать как в форме необходимости, так и случайности, поэтому они именуются, соответственно, необходимые и случайные.

В философии под условиями понимаются явления, которые сами по себе не вызывают следствие, не обладают способностью его порождения, но способствуют причине, влияют на ее развитие и являются необходимыми, но недостаточными для производства последствия. Тем не менее в ряде случаев условия могут становиться достаточными и трансформироваться в причину.

В философском смысле причина всегда нацелена на следствие. В отличие от причины, воздействие условий направлено не на следствие, а на причину, так что они определяют способ реализации причины. Это означает, что условия оказывают влияние на следствие не непосредственно, а опосредованно, через причину. По мнению П.В. Алексеева и А.В. Панина (2000), причина определяет реальную возможность следствия, а условия способствуют или не способствуют превращению этой возможности в действительность. Граница, отделяющая причину от условий, весьма относительна. В определенном контексте рассмотренная причина может быть отнесена к совокупности необходимых условий, а условия могут быть включены в состав причины.

Важным философским понятием является причинно-следственная связь, которая является одной из форм взаимосвязи и взаимообусловленности явлений и процессов бытия. Выражая такую связь между ними, при которой одно явление (процесс), называемое причиной, при наличии определенных условий неизбежно порождает, вызывает к жизни другое явление (процесс), называемое следствием.

Эти философские представления со временем претерпевали трансформации, что особенно касалось медицины. Данные трансформации в медицине были обусловлены уровнем развития медицинских знаний в том, что является причиной, условием, следствием возникновения и развития живых систем, причиной их здоровья, болезни или смерти.

Для упрощения понимания сути многих негативных явлений (в нашем случае для понимания становления и развития философских, медицинских и юридических знаний по отношению к причинению вреда здоровью пациента) крайне полезным оказывается их рассмотрение в исторической ретроспективе.

Мысль о причинной обусловленности болезней и смерти возникла еще в глубокой древности в трудах Гиппократа и Галена. Ибн-Сина (Авиценна) отмечал, что в медицине следует знать причины здоровья и болезни, но не всякая причина, достигающая тела, оказывает на него действие. Иногда при этом нужны (еще) три вещи: сила, исходящая от предрасполагающей силы тела, возможность встречи одной из этих с другой на время, достаточное, чтобы проявилось данное действие причины. В этом высказывании Авиценны заложен очень глубокий смысл, позволяющий понять, что уже в то время для определения причины болезни и ее негативного исхода в виде новых патологических явлений был необходим учет различных внешних воздействий (в нашем случае действия медицинского работника) на человека.

Открытие клеточного строения живого, а также микробов как причинных факторов инфекционных заболеваний имело большое значение в новом теоретическом осмыслении патологии. Однако вместе с открытием возбудителей инфекционных болезней появились попытки свести инфекционное заболевание исключительно к инфицированию и воздействию на макроорганизм. Это привело к тому, что механистическое понимание понятия причины нашло проявление в монокаузализме (от monos — один; causa — причина): «одна болезнь — одна причина». Но ограниченность монокаузализма в понимании возникновения заболевания, в развитии его проявлений и осложнений, а также смерти нередко приводила к противоречию с фактами, практикой врачей и потребностями медицины. В теоретико-практическом плане появилось и противостояло монокаузализму новое направление, которое было представлено так называемым кондиционализмом (от conditio — условие). По взглядам кондиционалистов, болезнь вызывается бесчисленным множеством условий. Георгий Владимирович Шор, профессор-патологоанатом с мировым признанием, один из основоположников танатологии (от Танатос — бог смерти) — науки о смерти, относил себя к принципиальным кондиционалистам и критиковал монокаузалистов за ненаучность, по его убеждению, такого подхода в медицине.

Но в дальнейшем практическая медицина, так же, как смежные с нею ряд отраслей (статистика, юриспруденция, социология и др.), не могла принять в качестве своей теоретической основы призыв кондиционалистов к отказу от поисков того главного и единственного (причины), что порождает болезнь и смерть.

По нашему мнению, для теории и практики в медицине сегодня оптимальным является использование так называемой «золотой середины» между монокаузалистским и кондиционалистским подходом, без предпочтения крайним позициям. При этом процессы формирования причины, условий и следствия в медицинских ситуациях, особенно при формулировке диагноза (например, рубрики «комбинированное основное заболевание») и эпикриза, целесообразно различать в конкретно-временных параметрах. Установление наличия или отсутствия каких-либо причинно-следственных связей должно идти в полной увязке с диагнозом основного заболевания или его эквивалентов, т.е. вместе с формулировкой рубрик диагноза и эпикриза, исходя из места и последовательности расположения в нем заболеваний (травм, отравлений) и медицинских вмешательств (невмешательств), возможно устанавливать или исключать различные причинно-следственные связи. Тем самым должен реализоваться определенный алгоритм исследования сущности причинно-следственных связей после изучения причин, условий и следствия в конкретных медицинских ситуациях.

В методическом плане, по нашему мнению, целесообразно рассмотреть настоящий материал по двум частям (блокам), соответственно, юридической и медицинской. Это обусловлено различными компетенциями и, соответственно, пониманием, а также инструментарием для исследования юридического и медицинского специалистов.

В юриспруденции, относящейся к классу общественных наук, одной из во многом до конца не решенных также является проблема установления причины, условий и причинных связей в тех случаях, когда пациенту причинен вред здоровью и (или) наступил летальный исход при обстоятельствах, связанных с ненадлежащим исполнением служебных обязанностей медицинским работником, что, например, прямо зафиксировано в ст. 109, 118, 238 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ). Эти статьи, как правило, вменяются медицинским работникам в случаях причинения смерти или тяжкого вреда здоровью по неосторожности при ненадлежащем исполнении служебных (профессиональных) обязанностей.

В уголовном праве целевая установка следователя и суда позволяет рассматривать в качестве причины преступное деяние лица, а негативные изменения в объектах уголовно-правовой охраны оценивать как следствие. Другие факторы, соответственно, признаются условиями.

С позиции уголовного права под причиной понимают явление (в ряде случаев совокупность), которое порождает другое явление, рассматриваемое как следствие. Для возникновения следствия могут быть необходимы дополнительные условия, которые в большинстве случаев сами по себе не порождают следствие, однако создают обстановку, поддерживающую реализацию причины. Кроме того, в уголовном праве имеется особенность в том, что за определенными в законе некоторыми условиями признается порождающее значение. В юридической литературе наиболее употребляемой дефиницией связи между описываемыми событиями является не «причинно-следственная связь», а «причинная связь», хотя правовой наукой не выработано единого подхода к этим понятиям. Под причинной связью чаще понимают такую закономерную (необходимую) связь явлений, которая возникает при наличии действия определенной причины с наступлением определенного результата в определенных условиях.

В юриспруденции причинная связь характеризуется различными, в том числе и следующими признаками:

• временная характеристика (асинхронность) — деяние должно по времени предшествовать последствиям;
• объективность — это объективно существующая (зафиксированная) связь между причиной (общественно опасным деянием) и следствием (общественно опасным последствием);
• порождение вредных последствий — деяние должно содержать реальную возможность наступления последствия;
• неизбежность — наступившее последствие является необходимым результатом совершенного деяния (с внутренней необходимостью закономерно вызвало наступление данного последствия).

В случаях причинения медицинским работником вреда здоровью и (или) возникновения летального исхода на различных этапах оказания медицинской помощи судебно-следственные органы исследуют не только медицинскую помощь как надлежаще (или ненадлежаще) оказанную, но и выявляют, имеется ли причинная связь между личными (волевыми и интеллектуальными) характеристиками, поведением медицинского работника и негативным последствием у пациента. Подобное разностороннее исследование причинной связи в дальнейшем необходимо юристу для проведения уголовно-правовой оценки действия медицинского работника в конкретном случае оказания медицинской помощи, поскольку, как уже было сказано, эта связь рассматривается как обязательный признак объективной стороны состава преступления. При расследовании подобных дел судебно-следственными органами охватывается вся причинная цепь от деяния (действия/бездействия) медицинского работника до наступивших последствий, включая в том числе и определение различных причинно-следственных связей исследуемых событий и явлений.

Следовательно, важной юридической характеристикой деятельности судебно-следственных органов в исследуемых ситуациях является не только сам факт установления причинной связи, особенно при участии эксперта соответствующего профиля, но и его правовая оценка. Предметом уголовно-правовой оценки является социально опасное поведение медицинского работника, связанное с биологическими факторами, обусловившими причинение вреда здоровью или наступление смерти потерпевшего.

В случаях, когда медицинская помощь пострадавшему оказывается после различного рода криминальных событий, анализ установления причинной связи усложняется. Это обусловлено необходимостью дополнительной оценки следователем значения и связи собственно элементов медицинской помощи с негативными последствиями для пациента. Более того, если медицинская помощь оказалась успешной и остановила развитие патологических изменений в организме пострадавшего, то содеянное преступником, например умышленное посягательство на жизнь, можно будет квалифицировать иначе — как покушение на убийство. В случае развития негативных последствий, которые должны были наступить неизбежно, особенно наступления смерти пациента, содеянное уже будет квалифицироваться как оконченное убийство. Но в тех случаях, когда при своевременном и полноценном проведении пострадавшему медицинского вмешательства летальный исход не должен был наступить (например, при остановке кровотечения), а во многом его наступление связано с действиями медицинского работника, судебно-следственные органы обращаются к судебно-медицинскому экспертному цеху для получения ответов по конкретному случаю оказания медицинской помощи. При этом в результате правовой оценки причинная связь может быть использована для установления противоправности действий (бездействия) и формы вины медицинского работника, что во многом определяет прогноз следственных действий и решения суда.

Таким образом, хотя легальное определение понятий «причина», «следствие», «условие» и «причинная связь» отсутствуют, однако они широко применяются в уголовном праве и даже выступают основанием для привлечения к уголовной ответственности. В уголовном праве причинная связь между общественно опасным деянием и общественно опасным последствием является обязательным признаком объективной стороны преступления. Поэтому для суда и следствия предметом уголовно-правовой оценки выступает социально опасное поведение медицинского работника, приведшее к наступлению общественно опасных последствий в виде вреда здоровью и (или) смерти пациента.

При этом выводы суда и следствия о наличии социально опасного поведения в действиях медицинского работника и его конкретном содержании во многом основываются на результатах различных экспертиз. В тех случаях, когда для установления наличия (отсутствия) причинной связи между деянием медицинского работника и негативными последствиями (вред здоровью, смерть пациента) необходимы специальные познания, судебно-следственными органами назначается судебно-медицинская экспертиза как частный вид медицинской экспертизы. Так, согласно ст. 196 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК) формулирование выводов о причинах, повлекших смерть пациента, отнесено напрямую к компетенции судебно-медицинского эксперта. Это регламентировано не только положениями УПК, но и ч. 1 и 2 ст. 58 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее — Федеральный закон № 323-ФЗ). Согласно этим положениям «медицинской экспертизой является проводимое в установленном порядке исследование, направленное на установление состояния здоровья гражданина... а также установление причинно-следственной связи между воздействием каких-либо событий, факторов и состоянием здоровья гражданина». В ч. 1 ст. 62 Федерального закона № 323-ФЗ определено, что судебно-медицинская экспертиза проводится в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, в медицинских организациях экспертами в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной судебно-экспертной деятельности.

Таким образом, вопрос об установлении причинной связи между совершенным медицинским работником противоправным деянием и наступившими последствиями решают следственные органы и суд на основе различных доказательств, включая результаты судебно-медицинских экспертных заключений. Этому соответствуют положения профессионального стандарта «врача — судебно-медицинского эксперта» (утвержден Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 14 марта 2018 г. № 144н), который при производстве судебно-медицинской экспертизы (исследования) трупа должен уметь «...устанавливать наличие причинной связи между повреждениями и наступлением смерти».

В другом нормативном правовом акте (Приказе Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н) среди медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, встречаются различные обороты: в п. 6.7 — «...в прямой причинно-следственной связи»; в п. 6.8 — «...в причинно-следственной связи»; в п. 15 — «...связь не может носить случайный характер»; в п. 17 — «...непосредственно связанное»; в п. 23 — «...причинно с ней связанный».

Из формулировок указанных нормативных правовых актов следует, что судебно-медицинским экспертам предписано установление разнообразных вариантов причинно-следственных или причинных связей между причиненным повреждением и его последствиями. Однако порядок установления этих связей в данных документах отсутствует.

В судебной практике, в том числе в практике Верховного Суда Российской Федерации, предопределяющими для судебно-медицинских экспертов являются вопросы о наличии именно прямой причинно-следственной связи и формулирование судебными медиками выводов об этом виде связи.

Возникает принципиальный вопрос: как выявляются и соотносятся виды причинно-следственной связи, установленной в результате судебно-медицинской экспертизы, и причинная связь, которая исследуется следствием и судом? Нормативные правовые документы также не дают конкретного ответа на этот вопрос.

Поэтому нужно вновь вынужденно обратиться к философским первоисточникам. В литературе по философии можно встретить различные виды причинно-следственных связей. По признаку природы отношений причинно-следственные связи подразделяются на главные и неглавные; необходимые и случайные. Необходимые связи при соответствующих условиях наступают неизбежно, закономерно, а появление случайных связей не обязательно: они могут наступить, могут и не наступить. Однако нам не удалось в философских источниках обнаружить объективные критерии разделения причинно-следственной связи на прямую и непрямую.

В уголовном праве ответственность за вредные последствия наступает тогда, когда доказано, что эти последствия явились необходимым, закономерным условием следствия противоправного деяния, которое подпадает под запрет УК. При установлении случайной причинной связи уголовная ответственность за вредные последствия исключается. Отсюда в судебной медицине, которая обеспечивает потребности судебно-следственной практики, в настоящее время доминирует разделение на прямую (необходимую, закономерную) и непрямую (случайную) причинно-следственную связь.

Прямая причинно-следственная связь имеет место, когда причиненные виновным лицом телесные повреждения сами по себе или через свои осложнения вызвали тяжкий вред здоровью или смерть (Зимирева Л.А., 2016). По мнению З.Б. Соктоева (2017), «...представляется, слова „непосредственная“, „прямая“ используются, скорее, для того, чтобы подчеркнуть, что непосредственной, прямой выступает юридически значимая причинная связь...».

По нашему мнению, разделение причинно-следственных связей на прямые и непрямые является компромиссной мерой, которая пока не нашла достаточно правового, например, законодательного закрепления. Она является вариантом определенного межотраслевого договора между юридическим и судебно-медицинским цехом. В этом аспекте рассматриваемого вопроса следует привести высказывание Председателя Следственного комитета Российской Федерации А.И. Бастрыкина, данного им в интервью «Российской газете» (2010, № 14 (5093): «...В уголовном праве, в отличие от гражданского, действует правило (выделено авт.), в соответствии с которым общественно опасные действия и их вредные последствия должны находиться в прямой причинно-следственной связи...»

В каком же нормативном правовом акте это правило сформулировано?

Разделение причинно-следственной связи на прямую (необходимую) и непрямую (случайную, косвенную) в судебной медицине имеет свою историю и регламентируется в подзаконных министерских и ведомственных нормативно-правовых документах. Так, в методических указаниях БГСМЭ РСФСР от 17 ноября 1993 г. № 1523/01-04 определено, что «установив причину смерти, необходимо определить взаимосвязь между недостатками и упущениями в лечении и наступившим смертельным исходом». Исходя из положений данного документа взаимосвязь может быть прямой в случаях, когда неправильное лечение непосредственно привело к смерти, либо косвенной, когда оно способствовало снижению защитных сил и сопротивляемости организма, нарушению функций жизненно важных органов». Однако конкретные алгоритмы действий судебно-медицинских экспертов для установления взаимосвязи в данных указаниях отсутствуют.

Как, впрочем, они отсутствуют в методических рекомендациях «Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи», переживших 2 издания — в 2015 и 2017 гг., в которых отмечено: «Наличие или отсутствие причинной (прямой) связи, а также непрямой (косвенной, опосредованной) причинной связи между действием (бездействием) медицинского работника и наступлением у пациента неблагоприятного исхода устанавливается экспертной комиссией в соответствии с общепринятыми в медицине представлениями об этиологии, патогенезе, клинической картине и лечении в отношении конкретной нозологической единицы заболевания, травмы, состояния у данного конкретного пациента». Кроме того, «...причинная связь в уголовном праве... всегда должна быть прямой... при проведении судебно-медицинской экспертизы установление наличия или отсутствия причинной (прямой) связи между действием (бездействием) медицинского работника и наступлением у пациента неблагоприятного исхода является обязательным для экспертной комиссии».

1. Автандилов Г.Г. Количественная танатология в совершенствовании качества экспертизы летальных исходов, связанных с сердечно-сосудистой патологией / Г.Г. Автандилов // Перспективы развития и совершенствования судебно-медицинской службы Российской Федерации: материалы V Всероссийского съезда судебных медиков (г. Астрахань, 1 — 3 июля 2000 г.): сборник научных статей / редакторы: В.Н. Крюков, А.А. Солохин, В.В. Томилин [и др.]. Москва: ВОСМ, 2000. С. 231 — 232.

2. Алексеев П.В. Философия / П.В. Алексеев, А.В. Панин. 3-е изд., перераб. и доп. Москва: ПБОЮЛ Грачев С.М., 2000. 608 с.

3. Землянский Д.Ю. Теоретические и практические аспекты установления причинно-следственных взаимодействий в судебно-медицинских исследованиях: научно-популярная монография / Д.Ю. Землянский, Р.В. Рыбалкин. Хабаровск: Изд-во ДВГМУ, 2015. 138 с.

4. Зимирева Л.А. Причинная связь в преступлениях против жизни: автореферат диссертации кандидата юридических наук / Л.А. Зимирева. Москва, 2016. 29 с.

5. Исхизова Л.Н. Установление причины и темпа смерти в судебно-медицинской практике / Л.Н. Исхизова, Д.В. Богомолов, И.Н. Богомолова [и др.] // Судебно-медицинская экспертиза. 2005. № 2. С. 8 — 12.

6. Ковалев А.В. Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи: методические рекомендации / А.В. Ковалев. 2-е изд., перераб. и доп. Москва: РЦСМЭ Минздрава России, 2017. 29 с.

7. Пиголкин Ю.И. Биохимические изменения головного мозга при различных механизмах смерти и их судебно-медицинское значение / Ю.И. Пиголкин, Д.В. Богомолов, О.В. Должанский [и др.] // Судебно-медицинская экспертиза. 2004. № 1. С. 41 — 44.

8. Пиголкин Ю.И. Критерии обоснованности врачебного риска и их судебно-медицинская оценка / Ю.И. Пиголкин // Судебно-медицинская экспертиза. 2004. № 1. С. 3 — 7.

9. Томилин В.В. Дефекты медицинской помощи, допускаемые частнопрактикующими врачами / В.В. Томилин, Ю.И. Соседко // Судебно-медицинская экспертиза. 2001. № 4. С. 3 — 5.

10. Установление причинно-следственных связей в судебной медицине / редколлегия: Г.П. Лаврентюк [и др.]. Санкт-Петербург, 2013. 144 с.

11. Хрусталева Ю.А. Причинно-следственные связи в судебной медицине: содержание, способы выявления и значение при механической травме: автореферат диссертации доктора медицинских наук / Ю.А. Хрусталева. Санкт-Петербург, 2018. 46 с.

12. Шор Г.В. О смерти человека (введение в танатологию) / Г.В. Шор. Ленинград: Изд-во Кубуч, 1925. 272 с.

Подписано в печать

01.11.2021

---