Статья: Правовые особенности учета трудозатрат преподавателей высшей медицинской школы

(Седова Н.Н.)

(«Медицинское право», 2021, № 4)

Седова Наталья Николаевна, заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор философских наук, доктор юридических наук, профессор, руководитель Высшей школы медицинской гуманитаристики Института общественного здоровья Волгоградского государственного медицинского университета, заведующий Отделом этической, правовой и социологической экспертизы в медицине Волгоградского медицинского научного центра, город Волгоград.

Пандемия коронавируса оказала большое влияние на организацию работы высшей медицинской школы. Переход на дистанционный формат обучения, а затем на смешанный формат плохо сочетается с главной задачей — подготовкой врачей. Преподаватели встретились с трудностями, к которым не были готовы, но справились с ними. В период пандемии возросла нагрузка на преподавателей — прибавились новые виды работы в цифровой среде. Главной целью преподавателей стало сохранить личностное влияние на студентов и научить их общению с больными, когда такое общение было ограничено, а порой и вовсе отсутствовало. Часто преподаватели работали сверхурочно, но оплату за это не получали. Необходима выработка единой позиции по вопросу размеров и оплаты дополнительной работы преподавателей, необходимость которой вызвана современной социально-эпидемиологической ситуацией.

Ключевые слова: медицинский вуз, пандемия, дистанционное обучение, сверхурочная работа, нормативная регуляция.

Legal Features of Accounting for the Labor Costs of Teachers of Higher Medical School

N.N. Sedova

Sedova Natalya N., Honored Scientist of the Russian Federation, Doctor of Philosophy, LL.D., Professor, Head of the Graduate School of Medical Humanities, Institute of Public Health, Volgograd State Medical University, Head of the Department of Ethical, Legal and Sociological Expertise in Medicine, Volgograd Medical Scientific Center, Volgograd.

The coronavirus pandemic has had a great impact on the organization of the work of the higher medical school. The transition to a distance learning format, and then to a mixed format, are poorly combined with the main task — the training of doctors. The teachers faced difficulties that they were not prepared for, but coped with them. During the pandemic, the workload on teachers increased, since all the previous responsibilities remained with them, but new types of work in the digital environment were added.The main purpose of teachers was to preserve personal influence on students and teach them how to communicate with patients when such communication was limited or even absent. Often teachers to work overtime, but they did not receive payment for this. It is necessary to develop a unified position on the size and payment of additional work for teachers, the need for which is caused by the current socio-epidemiological situation.

Key words: medical school, pandemic, distance learning, overtime work, regulatory regulation.

Введение. Постановка проблемы

Объективная необходимость перехода на смешанную форму организации учебного процесса в высшей медицинской школе обнажила проблемы, которые существовали и ранее, но не влияли так значительно на условия труда преподавателей вузов, как это произошло при доминировании дистанционной формы обучения. Адаптация к ней потребовала дополнительных трудозатрат как со стороны студентов, так и со стороны преподавателей. И оказалось, что правовая регуляция в организации труда работников высшей медицинской школы носит дискретный характер. Некоторые положения прописаны достаточно полно в отдельных законодательных актах, некоторые носят косвенный характер, но есть сферы деятельности преподавателей высшей медицинской школы, нормативов для которых нет вообще. Новые условия организации учебного процесса, научной и воспитательной деятельности в медицинских вузах предполагают ликвидацию односторонности и дефрагментированности их правового обеспечения.

Нормативы рабочего времени преподавателей вуза, закрепленные в юридических актах

Как известно, рабочее время преподавателей вузов составляет не более 36 часов в неделю (Трудовой кодекс Российской Федерации (далее — ТК РФ), ст. 333). Это 6 часов ежедневно. Кроме того, для профессорско-преподавательского состава высших учебных заведений, в соответствии с Постановлением Правительства РФ (далее также — РФ) от 14 мая 2015 г. № 466, продолжительность очередного отпуска — 56 календарных дней. Также в соответствии с ч. 1 ст. 95 ТК РФ продолжительность рабочего дня или смены, непосредственно предшествующих нерабочему праздничному дню, уменьшается на один час. При 6-дневной рабочей неделе накануне выходных дней продолжительность работы не может превышать 5 часов (часть третья ст. 95 ТК РФ).

Пример. Всего в 2021 г. 365 календарных дней, при этом рабочих — 247, праздничных и выходных — 118 <1>. Следовательно, преподаватель должен отработать за год 1 482 часа. Но необходимо вычесть отсюда 118 ч, образующиеся за счет сокращения на один час рабочего дня в предпраздничные и предвыходные дни. Остается 1 364 рабочих часа.

<1> Производственный календарь — 2021: Инфографика ТАСС. URL: tass.ru>9033.

А теперь посмотрим, какую именно работу выполняет преподаватель за это время.

Обычно выделяют три основных блока в преподавательской деятельности: учебная, научная и организационная работа. Применяется и другая терминология: учебно-методическая, научная и воспитательная работа. Относительно учебно-методической не все ясно, поскольку она либо делится на аудиторную и методическую, либо объединяет эти компоненты. В условиях смешанного формата обучения методическая составляющая все больше обособляется. И здесь четко проявляется отличие медицинских вузов от всех остальных, поскольку значительную долю времени нужно уделять профессиональной подготовке — клинической практике. Сейчас часто спорят о том, является ли руководство клинической практикой для преподавателя еще одним видом деятельности — медицинской деятельностью, или она входит как составляющая в учебно-методический блок. Нормативные акты, о которых мы скажем ниже, ответа на этот вопрос не дают, в них только указывается минимальное количество времени, которое необходимо студенту проводить в клинике. Кроме того, в современном медицинском вузе студенты приобретают и те профессии, которые не требуют их присутствия в клинике: менеджеры здравоохранения, социальные работники, врачи лабораторной практики, специалисты в области экономики здравоохранения, специалисты в области медицинской информатики и т.п. Не вдаваясь в подробности, отметим, что реально преподаватели планируют работу и отчитываются по ней по указанным трем блокам.

Традиционно штаты преподавателей вуза комплектуются из расчета аудиторных часов. Это закреплено в законодательных документах. В той же ст. 333 ТК РФ для педагогических работников устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени, не более 36 часов в неделю. Учебная нагрузка педагогических работников высшего учебного заведения устанавливается учебным заведением самостоятельно. Но максимальный размер ее не должен превышать 900 часов в учебном году, как того требует п. 77 Типового положения об образовательном учреждении высшего профессионального образования (высшем учебном заведении) РФ, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 5 апреля 2001 г. № 264 <2>. Естественно стремление руководства вузов довести объем учебной нагрузки до максимума, причем в некоторых вузах подходят к этому недифференцированно — повышают до 900 часов всем. Но в большинстве все же сохраняется дифференцировка в зависимости от должности.

<2> Трудовой кодекс Российской Федерации (ст. 99). URL: http://tkodeksrf.ru/ch-4/rzd-12/gl-52/st-99-tk-rf.

Трудозатраты на научную работу преподавателей медицинского вуза

И здесь следует обратить внимание на то, что в наихудшем положении оказываются молодые преподаватели, которые еще не имеют ученой степени. С одной стороны, у них самая большая учебная нагрузка. С другой — они должны активно заниматься научной работой, поскольку по решению Министерства труда РФ преподавать студентам на специалитете (а именно этот уровень образовательной деятельности реализуется в медицинских вузах) должны профессора и доценты. Преподаватели, не занимающие этих должностей, могут работать с бакалаврами, но в медицинских вузах бакалавриата нет (кроме сопутствующих специальностей, о которых говорилось выше).

Трудозатраты на научную работу должны учитываться при организации профессиональной деятельности работника вуза. Но количественные критерии здесь определить очень трудно. Поэтому в основополагающих правовых актах в этой сфере царит неопределенность <3>.

<3> Порядок организации и осуществления образовательной деятельности по образовательным программам высшего образования — программам бакалавриата, программам специалитета, программам магистратуры: утв. Приказом Министерства образования и науки РФ от 19 декабря 2013 г. № 1367; Приказ Министерства образования и науки РФ от 22 декабря 2014 г. № 1601 «О продолжительности рабочего времени (нормах часов педагогической работы за ставку заработной платы) педагогических работников и о порядке определения учебной нагрузки педагогических работников, оговариваемой в трудовом договоре»; Приказ Министерства образования и науки РФ от 11 мая 2016 г. № 536 «Об утверждении Особенностей режима рабочего времени и времени отдыха педагогических и иных работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность» // СПС «КонсультантПлюс».

Мы видим, что у преподавателя остается 550 часов на научную и методическую работу. В области науки от него требуется следующее:

Эффективной считается научная работа за 5 лет

Действительно, как можно регламентировать научное творчество? Одному исследователю достаточно для написания статьи в рецензируемый журнал нескольких дней, а другой работает над ней не один год. Это зависит от многих факторов:

• сложности поставленной задачи;
• информационной базы исследования;
• наличия адекватных методов и материалов;
• соответствия темы исследования направлению работы научного коллектива (кафедры);
• стиля мышления исследователя;
• личности учителя, наставника, научного руководителя;
• наличных условий для работы и т.п.

Но главное то, что в медицине, как и в других науках, но более значимо, представлено различие между фундаментальными и прикладными исследованиями. Дело в том, что фундаментальные исследования ориентированы на поиск истины, а прикладные — на получение пользы. Естественно, интерес к ним в наше время выше, чем к науке фундаментальной. Очень четко описал эту ситуацию академик Евгений Давидович Свердлов: «В 60-х годах в центре медицинского образования стояла фундаментальная наука. Лучшие выпускники университетов продолжали работать в науке. Сегодня в медицинских школах стараются сконденсировать изучение фундаментальных предметов за несколько месяцев вместо двух лет. При этом акцент делается на ограниченный набор фактов, связанных с болезнями. Дискуссиям, откуда эти факты происходят и как они могут изменить достижения науки, уделяется незначительное внимание. Клинические департаменты расширяются в геометрической прогрессии, и никто не беспокоится о нескольких студентах, которые предпочли бы занятия фундаментальными исследованиями.»

...я давно заметил, что мы предпочитаем... студентов учить методам, а не философии и стратегии фундаментальной науки» <4>.

<4> Свердлов Е.Д. Взгляд на жизнь через окно генома. Очерки современной молекулярной генетики. В 3 т. М.: Наука, 2019. Т. 2. С. 40.

Так происходит потому, что сами преподаватели не имеют возможности уделять достаточно времени фундаментальной науке. Его у них просто нет. Заимствованная у западного научного сообщества методика оценки эффективности научной деятельности преподавателя ориентирует на достижение количественных показателей, совершенно не учитывая научную ценность написанного и опубликованного. Каждый вуз ставит перед своими преподавателями две четкие задачи — высокую публикационную активность и доходность прикладных исследований. Как можно решить эти две задачи при 36-часовой рабочей неделе? Наука, если это действительно наука, требует человека целиком, он просто не может не думать, не считать, не дискутировать о своих идеях и в рабочее, и в нерабочее время. То, что время для научной работы нельзя закрепить в виде каких-то определенных величин, ведет к нефиксируемым переработкам. Поэтому в медицинских вузах оценку эффективности научной работы преподавателей обычно проводят на основании количественных результатов разного вида работ. Приведем пример реального среднестатистического медицинского вуза, в котором применяется мягкий вариант планирования нагрузки — дифференцировка по должностям.

Ничего такого, что нельзя было бы выполнить. Но нет и выбора. Если преподаватель работает над монографией, он уже не имеет времени на написание статей. А если он опубликует учебник, то его вообще научной работой не считают. Обратим внимание, что в приведенной таблице не отражены требования к молодым преподавателям, только работающим над диссертацией. Это логично, потому что в медицинском вузе такие работать не имеют права, согласно требованиям Минтруда, о которых говорилось выше. Предполагается, что преподавать на кафедры приходят выпускники аспирантуры. Это отдельная тема, потому что никакого стимула идти в аспирантуру, которую с недавних пор приравняли по форме и содержанию к додипломному образованию, у молодежи сейчас нет.

Трудозатраты на методическую работу

Но самый проблемный блок в структуре рабочего времени преподавателя — это методическая работа. Ее объем фиксируется в индивидуальных планах преподавателей и обобщенно (без численных показателей) представлен в тексте трудового договора. Проблема состоит в том, что объем методической работы в медицинских вузах, как, впрочем, и во всей нашей высшей школе, имеет тенденцию к неограниченному росту.

Пример. До недавнего времени преподаватели, принимая зачет у студентов в конце семестра, фиксировали потраченное на это время как учебную нагрузку. Когда-то на зачет выделялось 0,5 академического часа, потом — 20 минут, потом — 15... В настоящее время в ряде вузов прием зачетов у студентов отнесен в раздел методической работы, аудиторные часы на этот вид промежуточной аттестации не выделяются. Но! Тем самым увеличились трудозатраты на методическую работу. За счет чего? Ответа на этот вопрос нет. Фактически получается, что это сверхурочная работа, но ее оплата не производится.

Вопрос об оплате обычно решается просто: издается, как это и положено, локальный акт о необходимости выполнения того или иного вида работы, например подбор видеороликов к курсу морфологических дисциплин, что очень хорошо для обучения экспериментальным навыкам, но очень плохо для преподавателя, потому что затраченное на это время в индивидуальном плане и трудовом договоре не регламентируется. В локальных актах такого типа, как правило, не говорится, что данный вид работы — дополнительный. Вообще, с оплатой дополнительной работы в медицинских вузах проблемы. Заведующие кафедрами редко подают рапорты о необходимости оплаты в этих случаях, потому что ответ администрации известен: либо констатация того, что эта работа преподавателю не поручалась, это инициатива его личная или кафедры, либо отмечается, что данный вид работы входит в ежедневные 6 рабочих часов. Последнее недоказуемо, поскольку детализации часов, выделяемых на разные виды методической работы, в вузах обычно нет. А в первом варианте ответа у заведующего кафедрой нет оснований возразить, поскольку ТК РФ определяет сверхурочную работу следующим образом:

«Сверхурочная работа — работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени — сверх нормального числа рабочих часов за учетный период» <5>. То есть нет инициативы работодателя — нет сверхурочной работы — нет оплаты.

<5> Трудовой кодекс Российской Федерации (ст. 99). URL: http://tkodeksrf.ru/ch-4/rzd-12/gl-52/st-333-tk-rf.

Но здесь возникает правовой казус: инициатива работодателя (в виде локального акта) есть, но работнику не разъяснено, за счет какого рабочего времени он может реализовать данные указания. В настоящее время, когда вузы работают в основном в смешанной форме — дистанционно и очно, появилось очень много новых видов работы, которые не вытесняют старые, а являются дополнением к ним. Так, преподаватель должен иметь два варианта учебно-методических разработок — для онлайн-обучения и для аудиторного обучения. Они разные. Особенно это заметно в медицинских вузах, где замена определенных образовательных блоков на дистанционный формат невозможна (клиническая практика), возможна лишь частично (фундаментальная медицина) или возможна целиком, но тогда не происходит формирование тех универсальных компетенций, которые заложены в действующих ФГОС (медицинское право, биоэтика, клиническая психология, социальная работа и т.п.). Коммуникация «врач — больной» — это основа медицины. Дистанционное обучение заменяет ее на коммуникацию «врач — компьютер». В идеале имеет смысл реализовать разделение труда. Кто-то из преподавателей лучше работает в виртуальной среде, а кто-то незаменим в плане личностного влияния на студентов. К сожалению, модель смешанного формата высшего образования именно в медицинских вузах пока не разработана. Об этом много пишут, много говорят, но ни ФУМО, ни учебно-методические подразделения медицинских вузов пока не предложили какого-то инварианта для смешанной формы обучения с учетом специфики подготовки врачей, который, будучи официально закреплен в правовом поле российского высшего образования, послужил бы ориентиром для всех медицинских вузов.

Заключение

В настоящее время, как мы показали, во всех регламентирующих документах констатируется, что все виды работ преподавателей высшей школы регламентируются локальными актами организации и закрепляются в Трудовом договоре. То есть они могут быть представлены в номенклатуре выполняемой работы, а могут и не быть, они могут быть объединены в блоки или, наоборот, более дифференцированы. Поскольку в должностных инструкциях педагогических работников вузов выделены три блока их профессиональной деятельности: учебная, учебно-методическая и научно-исследовательская, следовательно, по критерию выделения этих трех блоков и должно рассчитываться рабочее время преподавателя.

Рекомендации

Прежде всего необходимо активизировать работу по внесению поправок в проект нового закона об образовании с учетом специфики медицинских вузов. Целесообразно провести круглый стол «Социальная справедливость в оценке трудозатрат профессорско-преподавательского состава медицинских вузов России», чтобы выяснить мнения экспертов по этой проблеме.

В области учебной работы. Четко определить дисциплины и темы, а) изучение которых исключает применение дистанционной формы обучения, б) которые допускают ее частичное использование и в) могут изучаться онлайн. Необходимо разработать соответствующие рекомендации ФУМО по этим вопросам. Целесообразно также организовать промежуточную аттестацию как единый комплекс, а не разбивать ее на два блока — учебный и методический. Этот вопрос вузы могут решить самостоятельно, но необходима выработка общей позиции.

В области научной работы. Разработать наконец отечественную систему оценки эффективности научной работы, а не заимствовать провокационные западные образцы. Необходим дифференцированный подход к фундаментальным и прикладным исследованиям. Фундаментальные необходимо выделить в отдельную группу и учесть, что они носят пролонгированный характер, поэтому количественные показатели должны быть иными, чем в исследованиях прикладных.

Необходимо решить вопрос о компенсациях за переработку. Поскольку оплата сверхурочной работы тут вводиться не может (штаты рассчитываются по аудиторной нагрузке), логично предусмотреть возможность сокращения часов на научную работу в следующем контролируемом отрезке. Другими словами, применять гибкий рабочий график, согласно ТК РФ.

В области методической работы. Выполнение всех заданий и поручений преподавателям, даваемых после утверждения индивидуальных планов и не отраженных в них, должно рассматриваться как сверхурочная работа и оплачиваться в соответствии со ст. 101 ТК РФ «Режим рабочего времени».

Литература

1. Свердлов Е.Д. Взгляд на жизнь через окно генома. В 3 томах. Т. 2. Очерки современной молекулярной генетики / Е.Д. Свердлов. Москва: Наука, 2019. 493 с.

Подписано в печать

02.08.2021