Статья. «Правовое регулирование отношений установления отцовства и материнства при применении методов вспомогательных репродуктивных технологий»

(Г. Н. Макаренко)

(«Медицинское право», 2007, № 2)

«Медицинское право», 2007, № 2

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОТНОШЕНИЙ УСТАНОВЛЕНИЯ ОТЦОВСТВА И МАТЕРИНСТВА ПРИ ПРИМЕНЕНИИ МЕТОДОВ ВСПОМОГАТЕЛЬНЫХ РЕПРОДУКТИВНЫХ ТЕХНОЛОГИЙ

В настоящее время в отечественной юридической литературе практически не существует теоретических исследований правовых проблем ВРТ. Вся библиография по теме сведется к нескольким статьям и отдельным параграфам в учебной литературе. Не выработаны позиции по наиболее принципиальным вопросам. Основной мыслью данной работы является выработка того или иного понимания в области применения методов ВРТ, на основе имеющейся системы взглядов на проблемы в данной области.

Темпы внедрения вспомогательных репродуктивных технологий в повседневную медицинскую практику опережают развитие правовой базы в этой области, причем не только в России, но и во всем мире. Счет зачатых и рожденных детей методами ВРТ идет на десятки тысяч. Назрела необходимость корректировки в СК РФ норм права, регулирующих вопросы установления отцовства и материнства при применении ВРТ. Налицо объективные причины появления пробелов, так как в момент издания СК РФ не существовало тех отношений, которые впоследствии заявили о себе в качестве нуждающихся в правовом регулировании, в связи с развитием медицины.

Существует несколько способов искусственного оплодотворения. Каждый из них имеет свои особенности с медицинской точки зрения. Но во всех случаях появившийся на свет ребенок становится обладателем права на защиту и других прав, предусмотренных СК РФ. Нуждаются в правовом оформлении также права (обязанности) лиц, записанных в качестве родителей таких детей.

Применение методов вспомогательной репродукции не было предусмотрено КоБС и является новеллой Семейного кодекса РФ, позволяющей супругам реализовать свое право стать родителями (матерью). В разделе 4, главе 10 СК РФ имеются две статьи, связанные с обсуждаемой проблемой. Изменения в законодательстве РФ сделали законными вопросы применения методов ВРТ и дали возможность помочь определенной группе бесплодных супружеских пар. Однако они не решили всего круга проблем. Основные вопросы, связанные с ВРТ, до сих пор регулируются отраслевым приказом Министерства здравоохранения РФ (Приказ от 26 февраля 2003 г. № 67, зарегистрирован в Минюсте 24 апреля 2003 г. № 4452 и официально опубликован), хотя необходимость принятия специальных законов по защите репродуктивных прав граждан и предупреждения их нарушения назрела уже давно.

Проблемность ситуации состоит еще и том, что в ст. 3 СК РФ в числе актов, содержащих нормы семейного права не названы нормативно-правовые акты, которые принимают министерства и другие органы исполнительной власти (ведомственные акты). Семейные отношения возникают только между гражданами. Попытки отнести к предмету семейного права, правоотношения обусловленные деятельностью государственных органов и учреждений Минздрава по вопросам применения методов вспомогательной репродукции не получают поддержки ни у законодателя, ни в юридической науке.

Пути решения проблемы:

внести в ст. 3 СК РФ изменения и признать ведомственные акты источниками семейного права, по аналогии с гражданским правом или включить вопросы правового регулирования искусственных методов репродукции в основы законодательства об охране здоровья граждан, либо принять специальный закон направленный на регулирование, отношений возникающих при применении методов ВРТ.

Эти пути решения проблемы выбраны не случайно: именно по этим направлениям и решается данная проблема в мировой практике. В ряде стран условия регулирования ВРТ оговаривается в нормативно-правовых актах министерства здравоохранения либо регламентируется законодательством о здравоохранении (Испания, Франция).

При внесении изменений или принятии специального закона должны найти отражение решения вопросов об условиях применения методов ВРТ, требования предъявляемые к субъектам отношений, возникающих при их применении (супругом, одиноким женщинам, донорам, суррогатным матерям). Определить круг лиц субъектов, имеющих право на применение лиц, не состоящих в браке, однополых пар, одиноких женщин.

Законодателем в СК РФ закреплены последствия применения трех методов ВРТ: искусственного оплодотворения, имплантации эмбриона жене и суррогатного материнства, как отмечалось ранее, приказ Минздрава расширяет их. Поэтому необходимо на законодательном уровне дать определение тех способов, при помощи которых возможно искусственное зарождение жизни.

В 1990 г. был принят Закон, в котором появилась норма, запрещающая лицу, добровольно признавшему отцовство, зная, что оно не является отцом данного ребенка, впоследствии оспаривать отцовство, ссылаясь на это обстоятельство [1]. До этого момента при установлении правовой связи с отцом или матерью ребенка значение придавалось только биологическому происхождению ребенка от этих лиц (принцип происхождения).

После введения в 1990 г. указанной нормы, воспроизведенной в Семейном кодексе, принцип происхождения был частично вытеснен принципом признания. В соответствии с последним значение придается уже не биологическому моменту, а социальному — намерению лица признать ребенка своим [2].

В большинстве случаев применения методов искусственного оплодотворения человека правоотношения между родителями и детьми устанавливаются на основе принципа признания. Признание ребенка происходит еще до его рождения и даже зачатия, в момент дачи согласия на применение того или иного метода ВРТ. Будущие родители (или один из них) заведомо знают, что рожденный ребенок не будет иметь с ним генетического родства, тем не менее выражают желание на установление родительских правоотношений с этим ребенком [3]. Таким образом, законодательство связывает возникновение родительских правоотношений не столько с биологическим происхождением, сколько с волеизъявлением лиц стать родителями ребенка.

Закон (п. 4 ст. 51 и п. 3 ст. 52 СК РФ) связывает вопросы применения ВРТ только с лицами, состоящими в браке, в то время как медицинское законодательство включает в область правового регулирования в вопросах искусственного оплодотворения и женщин, бесплодных не состоящих в браке.

Налицо коллизия законов, когда один закон противоречит другому. Согласно СК РФ любые лица, состоящие в браке, вправе воспользоваться этими методами при наличии их письменного согласия. Тогда как Приказ Минздрава ставит конкретные цели ВРТ — терапия бесплодия: «ВРТ — это методы терапии бесплодия, при которых отдельные или все этапы зачатия и раннего развития эмбрионов осуществляется вне организма».

Для решения этих проблем необходимо: вмешательство законодателя или приведение в соответствие с законом подзаконного акта (приказа Минздрава). При искусственной инсеминации женщины спермой мужа проблем не возникает, так как генетически ребенок происходит от своих родителей.

При всех же остальных методах ВРТ, к сожалению, на практике могут возникнуть ситуации, о которых в законе ничего не сказано. В Семейном кодексе и иных нормативных актах нет ни одного упоминания о правах и обязанностях, возникающих у мужа суррогатной матери, если она состоит в браке [4]. При оформлении договора в медицинском учреждении о выполнении услуг по вынашиванию ребенка женщина, желающая выступить в роли суррогатной матери подписывает документ, в котором она выражает свое согласие на применение к ней соответствующих процедур. Согласия ее мужа при этом, как правило, никто не спрашивает

В случае если суррогатная мать, состоящая в браке, решит оставить ребенка и зарегистрирует его на свое имя, то отцом этого ребенка в соответствии с принципом презумпции отцовства (п. 2 ст. 48 СК РФ) автоматически становится ее муж, хотя он мог возражать или вообще не знать о ее решении (если супруги проживают отдельно). Его право оспорить впоследствии в судебном порядке свое отцовство не представляется надлежащим механизмом защиты его интересов [5].

Тем более что отцовство в отличие от материнства и детства не находится под защитой государства, как следует из положения ст. 38 ч. 1 Конституции РФ.

Необходимого внимания заслуживает зарубежный опыт: в случае, если операция по искусственному оплодотворению была произведена без согласия мужа, то женщина, родившая ребенка, будет считаться матерью по закону, но ее супруг отцом ребенка признаваться не будет. Необходимо внести дополнение в ст. 48 ч. 2 СК РФ, включить исключение в презумпцию отцовства.

Мерой, гарантирующей соблюдение прав супруга, будет являться: получение в обязательном порядке согласия (на выполнение его женой услуг по вынашиванию ребенка) мужа суррогатной матери.

Если же суррогатная мать не замужем, то согласно ст. 49 СК РФ по ее заявлению отцом малыша может быть записан его биологический отец — муж женщины-заявительницы. Словацкие ученые Я.Дрогонец и П.Холлендер считают, что, доказав без труда его отцовство на основании результатов геномной дактилоскопии, она потребует алименты на содержание ребенка [6]. Однако заявитель желал быть отцом только при условии, что матерью ребенка будет являться его супруга.

Поэтому иск суррогатной матери не должен быть удовлетворен. По мнению А. В. Майфата, его участие в репродуктивной деятельности при искусственном оплодотворении и «неудачном» суррогатном материнстве является, по сути, донорством (поскольку суррогатная мать отказалась от записи супругов родителями ребенка) [7]. На основании п. 4 ст. 51 СК РФ донор не может быть признан отцом ребенка ни при каких обстоятельствах. Такое толкование не бесспорно, отмечает Е.С. Митрякова [8] Следовательно, нужна норма закона о том, что если супруги не приобрели родительских прав в силу отказа суррогатной матери, то последняя лишается права требовать признания отцовства в отношении мужчины, предоставившего свой генетический материал.

Необходимо внести ясность и четкость в наличие права одинокой женщины на искусственное оплодотворение (например, по законодательству Австрии они лишены этого права).

Еще одной проблемой является то, что в законе (СК РФ) сделана попытка урегулировать только «полное» суррогатное материнство (перенос эмбрионов).

Анализируя наиболее прогрессивные мировые наработки в отношении метода суррогатного материнства, при заключении договора суррогатного материнства необходимо соблюдение следующих условий:

• суррогатная мать должна быть замужем и иметь детей, у нас же в программе «суррогатное материнство», определенной приказом Минздрава, требование к замужеству отсутствует;
• муж суррогатной матери должен принимать участие в заключении договора;
• по крайней мере один из юридических родителей должен являться донором генетического материала.

Семейно-правовые акты по своей юридической сущности являются сделками, так как направлены на возникновение, изменение и прекращение семейных правоотношений и совершаются лицами, не имеющими властных полномочий по отношению к лицам, интересы которых затрагиваются наступающими юридическими последствиями, исходя из этого договор о суррогатном материнстве на мой взгляд должен заключаться письменно с нотариальным удостоверением. Об этом надо прямо указать в законе.

В договоре необходимо устанавливать правила о распределении между сторонами расходов и обязанностей в случае расторжения договора по соглашению сторон или в одностороннем порядке. Какое участие должны принимать в материальном обеспечении суррогатной матери на этапах вынашивания: беременности, родов, послеродового периода? Как и должны ли генетические родители компенсировать матери возникший в результате осложнений ущерб здоровью? Каковы обязанности генетических родителей в случае, если беременность не завершилась рождением здорового ребенка? Это далеко не полный перечень вопросов, возникающих при суррогатном материнстве, которые никоим образом не регламентированы законодательством РФ.

Вынашивание ребенка суррогатной матерью должно быть разрешено как безвозмездно, так и возмездно. Полученное вознаграждение можно было бы рассматривать как компенсацию за неопределенные неудобства, вызванные беременностью, при этом роль суррогатной матери не может быть особым видом коммерческой деятельности, то есть использоваться многократно и с целью извлечения материальной выгоды. Необходимо обратить внимание на запрещение заключения частных договоров, в обход законных и моральных норм. Деятельность должна находиться под строгим контролем государства и регулироваться с помощью учреждений, получивших от государства лицензию.

Необходимо изменить позицию по отношению к суррогатной матери в отдании ей приоритета в решении вопроса о родительских правах лиц, ожидающих ребенка.

Как быть, если лица, давшие согласие в письменной форме на вынашивание ребенка, уже в процессе беременности суррогатной матери отказываются и отзывают свое заявление, и суррогатная мать также не желает записывать себя в качестве матери ребенка. Решение проблемы: закрепление в СК РФ положения о запрещении лицам отзывать свое заявление, и в любом случае они должны быть записаны в качестве родителей ребенка.

Если п. 1 ст. 51 СК РФ определяет, что согласие лиц, состоящих в браке и желающих воспользоваться услугами по вынашиванию ребенка, должно быть выражено письменно, то форма согласия суррогатной матери не определена. Пробел восполняет приказ Минздрава, устанавливающий письменную форму. Практика показывает, что необходима письменная форма с нотариальным удостоверением.

Остается неурегулированным вопрос относительно того, имеет ли ребенок право знать своих генетических родителей. Вопрос дискуссионный. Может иметь два пути решения:

а). признать сведения о генетическом происхождении ребенка медицинской тайной, а значит, признать недопустимость ее разглашения;

б). рассматривать его как важнейшее право, насколько это возможно, знать своих родителей (п. 2 ст. 54 СК РФ, Конвенция ООН о правах ребенка), следовательно, признать право знать своих родителей.

По моему мнению, в действующем законодательстве необходимо сформулировать тайну о зачатии своего ребенка таким же образом, как и тайну усыновления ребенка (ст. 139 СК РФ).

Как один из вариантов совершенствования правового регулирования вопросов, связанных с применением методов ВРТ, можно предложить внесение следующих изменений и дополнений в Семейный кодекс РФ.

Дополнить ч. 4 ст. 3 СК РФ: «Федеральные органы исполнительной власти могут издавать нормативно-правовые акты, содержащие нормы, регулирующие семейные отношения, в случаях и пределах, предусмотренных настоящим кодексом», а в статью «Установление происхождения детей при применении методов ВРТ» включить положение о том, что вопросы порядка и условий применения методов ВРТ устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, регулирующим медицинские аспекты применения данных методов.

Включить отдельные статьи в главу 10 СК РФ:

1). «Установление происхождения детей при применении методов ВРТ». В этой статье отразить вопросы: уточнить методы ВРТ, которые регулируются законодательством; требования, предъявляемые к лицам, которые вправе использовать данные методы; цели использования данных методов.

2). «Тайна происхождения детей при применении методов ВРТ».

1. Тайна происхождения детей при применении методов ВРТ охраняется законом. Должностные лица, осуществляют государственную регистрацию рождения ребенка, а также лица, иным образом осведомленные о происхождении ребенка, обязаны сохранять тайну происхождения ребенка при применении методов ВРТ.

2. Лица, указанные в пункте 1 настоящей статьи, разгласившие тайну происхождения ребенка при применении методов ВРТ, привлекаются к ответственности в установленном законом порядке. В данном пункте реализован принцип семейной тайны ст. Конституции РФ.

1. Закон СССР от 22 мая 1990 г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства» // ВВС СССР. 1990. № 23. Ст. 422.

2. Антокольская М.В. Семейное право: Учебник. М.: Юристъ, 2003. С. 184.

3. Там же.

4. Хазова О.А. Юридические аспекты программы ЭКО и ПЭ. В кн.: Лечение женского и мужского бесплодия. Вспомогательные репродуктивные технологии / Под ред. В. И. Кулакова, Б. В. Леонова, Л. Н. Кузьмичева. М.: Медицинское информационное агентство. 2005. С. 23-32.

5. Митрякова Е.С. Оспаривание родительских прав при применении суррогатного материнства // Семейное и жилищное право. 2005. № 2. С. 2-3.

6. Дрогонец Я., Холлендер П. Современная медицина и право. М., 1994.

7. Майфат А.В. «Суррогатное материнство» и иные формы репродуктивной деятельности в новом Семейном кодексе РФ // Юридический закон. 2000. № 2. С. 25-26.

8. Митрякова Е.С. Оспаривание родительских прав при применении суррогатного материнства // Семейное и жилищное право. 2005. № 2. С. 2-3.

---