Статья: Право медицинских работников на досрочное пенсионное обеспечение при дистанционной форме труда
Актуально на 05.11.2026.
Как цитировать: Статья: Право медицинских работников на досрочное пенсионное обеспечение при дистанционной форме труда. https://bukva.ai/docs/statya-pravo-meditsinskih-rabotnikov-na
(Василенко Ю.Е.)
(«Медицинское право», 2026, № 3)
Василенко Юлия Евгеньевна, аспирант кафедры трудового, экологического права и гражданского процесса Алтайского государственного университета, Барнаул.
В статье рассматриваются особенности пенсионного обеспечения медицинских работников, осуществляющих трудовую деятельность с использованием дистанционных технологий. Исследуется действующий порядок досрочного пенсионного обеспечения медицинских работников. Отмечается отсутствие специального правового регулирования пенсионного обеспечения, учитывающего особенности дистанционной организации медицинской деятельности. Предлагается совершенствование законодательства о досрочном пенсионном обеспечении медицинских работников.
Ключевые слова: медицинские работники, дистанционная работа, телемедицина, пенсионное обеспечение, досрочное пенсионное обеспечение, специальный стаж, медицинский стаж, социальное обеспечение, частное здравоохранение, цифровизация здравоохранения, дистанционные технологии, пенсионные права.
The Right of Healthcare Professionals to Early Retirement Benefits When Working Remotely
Vasilenko Yulia E., Postgraduate Student of the Department of Labor, Environmental Law and Civil Procedure of the Altai State University, Barnaul.
The article examines specific aspects of pension provision for medical workers engaged in professional activities using remote technologies. It explores current rules governing early retirement benefits for medical workers and highlights the lack of specific legal regulation addressing the particularities of remotely organized medical activities. Improvements to legislation governing early retirement benefits for medical workers are proposed.
Key words: medical workers, remote work, telemedicine, pension provision, early retirement benefits, special service record, medical service record, social security, private healthcare, digitalization of healthcare, remote technologies, pension rights.
В ранее проведенном исследовании уже выделялись отдельные правовые последствия распространения дистанционной формы труда на медицинских работников <1>. В частности, одним из таких последствий, требующих самостоятельного научного осмысления, является влияние дистанционной формы организации труда на реализацию права медицинского работника на досрочное пенсионное обеспечение.
<1> См.: Василенко Ю.Е. Правовое регулирование дистанционного труда медицинских работников // Медицинское право. 2025. № 4. С. 20 — 23.
Следует оговориться, что право на социальное обеспечение относится к числу прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации (далее — Конституция РФ) <2>. Согласно статье 39 каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Данное конституционное положение выступает основополагающей гарантией развития и совершенствования отраслевого законодательства в сфере социального обеспечения <3>. Помимо этого, социальное обеспечение можно рассматривать не только как самостоятельное конституционное право, но и как один из механизмов реализации конституционного права на достойную жизнь (ст. 7 Конституции РФ) <4>. В связи с этим особое значение приобретает обеспечение правовой защищенности <5> медицинских работников при изменении форм организации их профессиональной деятельности.
<2> Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // СЗ РФ. 2014. № 31. Ст. 4398.
<3> См.: Михайленко Ю.А. О конституционных гарантиях пенсионного обеспечения // Вестник Барнаульского юридического института МВД России. 2018. № 2 (35). С. 15 — 16; Шаганян А.М. Конституционное право на социальное обеспечение // Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями. 2024. № 24. С. 354 — 355.
<4> См.: Овчинникова О.Д., Шаганян А.М. Право на достойную жизнь: дискуссионные аспекты содержания и реализации // Военно-правовые и гуманитарные науки Сибири. 2026. № 1 (27). С. 5 — 15.
<5> См.: Шаганян А.М., Овчинникова О.Д. Правовые гарантии защиты прав медицинских работников // Алтайский юридический вестник. 2026. № 2 (54). С. 108 — 114.
Пенсионное обеспечение выступает одной из основных форм реализации конституционного права граждан на социальное обеспечение. Для отдельных категорий работников законодательством установлено право на досрочное пенсионное обеспечение, что обусловлено особенностями выполняемой ими профессиональной деятельности и условиями труда. В свою очередь, право медицинского работника на досрочное пенсионное обеспечение возникает при одновременном соответствии занимаемой должности и учреждения здравоохранения требованиям, установленным законодательством. Помимо этого, право на досрочное пенсионное обеспечение возникает у медицинских работников при наличии необходимой продолжительности лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения: не менее 25 лет — при работе в учреждениях здравоохранения в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет — в городах (подп. 20 п. 1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» <6> (далее — Федеральный закон № 400-ФЗ)).
<6> Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (ред. от 20.02.2026) // СЗ РФ. 2009. № 29. Ст. 3604; 2019. № 40. Ст. 5488.
Таким образом, право медицинского работника на досрочное пенсионное обеспечение зависит от совокупности трех юридических фактов: осуществления деятельности в должности, предусмотренной соответствующим Перечнем, работы в учреждении здравоохранения, указанном в нем, а также наличия необходимой продолжительности специального стажа <7>.
<7> См.: Агашев Д.В. Некоторые проблемы совершенствования понятийного аппарата института стажа в праве социального обеспечения // Социальное и пенсионное право. 2025. № 1. С. 19 — 23.
Возвращаясь к вопросу о дистанционной занятости, следует отметить, что исторически такая форма занятости рассматривалась преимущественно как способ исключить воздействие вредных и опасных производственных факторов, а также снизить риски производственного травматизма <8>. По общему правилу дистанционная работа не предполагает воздействия на работника вредных и опасных производственных факторов. В связи с этим вопрос о профессиональных заболеваниях дистанционных работников пока преимущественно рассматривается в научной литературе <9>.
<8> См.: Заиченко Е.С. Труд надомников в России: история развития правового регулирования // Труды Института государства и права РАН. 2011. № 2. С. 108 — 118.
<9> См.: Рехтина И.В., Василенко Ю.Е. Категории «дистанционный труд» и «долголетие работника»: характер взаимосвязи // Юрислингвистика. 2025. № 37 (48). С. 54 — 57.
При этом действующее пенсионное законодательство не содержит специальных положений, регулирующих порядок учета периодов дистанционной работы медицинских работников при формировании специального стажа, необходимого для досрочного пенсионного обеспечения. В частности, отсутствуют нормы, устанавливающие особенности перерасчета пенсионного стажа медицинских работников с учетом периодов осуществления ими трудовой деятельности в дистанционной форме.
В настоящее время проблемы учета периодов дистанционной работы медицинских работников в специальном стаже носят преимущественно прогностический характер и еще не получили широкого отражения в правоприменительной практике. Однако показательным является случай, при котором период работы врача скорой медицинской помощи и старшего врача скорой медицинской помощи не был включен в специальный стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение. Согласно акту проверки деятельность врача в ряде структурных подразделений медицинской организации была ограничена дистанционным взаимодействием с медицинским работником, непосредственно оказывающим медицинскую помощь пациенту. В связи с отсутствием непосредственного выполнения медицинских вмешательств такая деятельность была расценена как выполнение административно-хозяйственных функций, а не как осуществление лечебной деятельности, что послужило основанием для отказа во включении спорного периода в медицинский стаж <10>.
<10> Решение Бабушкинского районного суда Москвы. URL: https://clck.su/GZNlz (дата обращения: 11.08.2026).
Представляется, что сохранение действующего правового регулирования в дальнейшем может привести к правовой неопределенности при решении вопроса о включении периодов дистанционной работы медицинских работников в специальный стаж. В связи с этим предлагается дополнить подп. 20 п. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ положением, предусматривающим возможность включения периодов дистанционной работы в специальный стаж медицинских работников при соблюдении установленных законом условий (работник занимает предусмотренную Перечнем должность, состоит в трудовых отношениях с соответствующим учреждением здравоохранения и фактически осуществляет лечебную или иную деятельность по охране здоровья населения).
Вместе с тем дистанционная форма организации труда не исключает возникновения у таких работников тех же проблем, с которыми сталкиваются медицинские работники, осуществляющие трудовую деятельность очно.
В научной литературе неоднократно обращалось внимание на проблему несоответствия наименования структурного подразделения учреждения здравоохранения формулировкам, содержащимся в нормативно установленном Перечне <11>. Такое формальное несоответствие может повлечь отказ во включении соответствующих периодов работы в специальный стаж, необходимый для досрочного пенсионного обеспечения, несмотря на фактическое осуществление медицинским работником соответствующей профессиональной деятельности. Кроме того, в частности, Конституционный Суд РФ отмечал, что право на досрочное пенсионное обеспечение предоставляется медицинским работникам, если их деятельность осуществлялась в учреждениях здравоохранения <12>.
В свою очередь, ученые подвергают критике описанный выше подход, при котором при решении вопроса о праве медицинских работников на досрочное пенсионное обеспечение приоритетное значение придается буквальному соответствию наименований должностей и учреждений формулировкам, содержащимся в соответствующем Перечне. Такой формальный подход может приводить к отказу во включении периода работы в специальный стаж без учета фактического характера выполняемой медицинским работником деятельности <13>.
<13> Уткин Д.В. Пенсионная реформа в России и ее влияние на государственное пенсионное обеспечение педагогических и медицинских работников // Теория и практика инновационных технологий в АПК: мат. Национ. науч.-практ. конф. (Воронеж, 10 — 27 марта 2020 г.). Ч. II. Воронеж: Воронежский государственный аграрный университет им. императора Петра I, 2020. С. 195 — 201.
Указанная проблема затрагивает и медицинских работников, осуществляющих трудовую деятельность с применением дистанционных технологий. В судебной практике встречаются случаи отказа в применении льготного порядка исчисления специального стажа в связи с тем, что соответствующее структурное подразделение медицинской организации прямо не поименовано в Перечне, без учета фактических условий и характера выполняемой работы <14>.
<14> Апелляционное определение Верховного суда Республики Мордовии от 19 января 2026 г. по делу № 33-2035/2025 33-76/2026. URL: https://clck.su/PADSx (дата обращения: 10.08.2026).
Таким образом, для медицинских работников, осуществляющих деятельность в частном секторе здравоохранения, реализация права на досрочное пенсионное обеспечение может быть сопряжена с дополнительными трудностями, обусловленными требованиями к наименованию и виду учреждения, установленными законодательством. Особую актуальность указанная проблема приобретает в условиях цифровизации частного сектора здравоохранения, где активно развиваются дистанционные формы оказания медицинской помощи <15>.
<15> См.: Токар Е.Я. Предпринимательство в сфере медицины: перспективы и риски // Медицинское право. 2025. № 4. С. 7 — 11.
Вместе с тем представляется необходимым устранить данную правовую коллизию. Медицинский работник несет повышенную профессиональную ответственность, связанную с охраной жизни и здоровья пациентов. Представляется необходимым изменить существующий подход, при котором право медицинских работников на досрочное пенсионное обеспечение связывается с осуществлением деятельности исключительно в учреждениях здравоохранения, включенных в соответствующий Перечень. Периоды лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения целесообразно учитывать в специальном стаже независимо от организационно-правовой формы и места ее осуществления при условии выполнения медицинским работником соответствующей профессиональной деятельности и соблюдения иных установленных законом требований.
Таким образом, проведенное исследование позволило установить как частные вопросы пенсионного обеспечения медицинских работников, осуществляющих трудовую деятельность дистанционно, так и общие проблемы правового регулирования досрочного пенсионного обеспечения данной категории работников.
1. Агашев Д.В. Некоторые проблемы совершенствования понятийного аппарата института стажа в праве социального обеспечения / Д.В. Агашев // Социальное и пенсионное право. 2025. № 1. С. 19 — 23. DOI: 10.18572/2070-2167-2025-1-19-23.
2. Василенко Ю.Е. Правовое регулирование дистанционного труда медицинских работников / Ю.Е. Василенко // Медицинское право. 2025. № 4. С. 20 — 23.
3. Заиченко Е.С. Труд надомников в России: история развития правового регулирования / Е.С. Заиченко // Труды Института государства и права Российской академии наук. 2011. № 2. С. 108 — 118.
4. Михайленко Ю.А. О конституционных гарантиях пенсионного обеспечения / Ю.А. Михайленко // Вестник Барнаульского юридического института МВД России. 2018. № 2 (35). С. 15 — 16.
5. Овчинникова О.Д. Право на достойную жизнь: дискуссионные аспекты содержания и реализации / О.Д. Овчинникова, А.М. Шаганян // Военно-правовые и гуманитарные науки Сибири. 2026. № 1 (27). С. 5 — 15.
6. Рехтина И.В. Категории «дистанционный труд» и «долголетие работника»: характер взаимосвязи / И.В. Рехтина, Ю.Е. Василенко // Юрислингвистика. 2025. № 37 (48). С. 54 — 57. DOI: 10.14258/leglin(2025)3708.
7. Токар Е.Я. Предпринимательство в сфере медицины: перспективы и риски / Е.Я. Токар // Медицинское право. 2025. № 4. С. 7 — 11.
8. Уткин Д.В. Пенсионная реформа в России и ее влияние на государственное пенсионное обеспечение педагогических и медицинских работников / Д.В. Уткин // Теория и практика инновационных технологий в АПК: материалы национальной научно-практической конференции (г. Воронеж, 10 — 27 марта 2020 г.): сборник научных статей. В 3 частях. Ч. II / члены редакционной коллегии: Н.И. Бухтояров, Т.Н. Данькова, Е.В. Алтухова, Н.А. Галка; научный редактор В.Н. Плаксин. Воронеж: Воронежский государственный аграрный университет им. императора Петра I, 2020. С. 195 — 201.
9. Шаганян А.М. Конституционное право на социальное обеспечение / А.М. Шаганян // Актуальные проблемы борьбы с преступлениями и иными правонарушениями. 2024. № 24. С. 354 — 355.
10. Шаганян А.М. Правовые гарантии защиты прав медицинских работников / А.М. Шаганян, О.Д. Овчинникова // Алтайский юридический вестник. 2026. № 2 (54). С. 108 — 114.
15.09.2026