Статья. «Некоторые вопросы уголовной ответственности медицинского работника за заражение ВИЧ-инфекцией»

(Н. Е. Крылова)

(«Медицинское право», 2004, № 3)

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ МЕДИЦИНСКОГО РАБОТНИКА ЗА ЗАРАЖЕНИЕ ВИЧ-ИНФЕКЦИЕЙ

СПИД (синдром приобретенного иммунодефицита человека), названный «чумой XX века», представляет собой тяжелое хроническое, на сегодняшний день неизлечимое заболевание, поражающее иммунную систему человека. До того как заболеть этой болезнью, человек может длительное время быть вирусоносителем. Вирус иммунодефицита человека передается через кровь во время ее переливания, через раны, порезы, при половых контактах, через грудное молоко от матери к ребенку. Группами риска по ВИЧ-инфекции являются наркоманы, нередко использующие поочередно одни и те же шприцы и иглы для введения наркотических средств, лица, занимающиеся проституцией, гомосексуалисты. Однако в России история этой страшной болезни начиналась со случая заражения медицинскими работниками группы детей в г. Элиста. До этого были лишь единичные случаи заболевания лиц, приехавших из других стран, где они находились в командировках, на отдыхе и т.п.

С тех пор утекло много воды... Количество лиц, заболевших СПИДом, увеличивается день ото дня. Число вирусоносителей исчисляется сотнями. Наибольшее число ВИЧ-инфицированных проживает в Московской области — около 23 тыс. человек. В Москве инфицировано более 15 тыс. человек. Таким образом, только в Москве и Московской области заражено ВИЧ-инфекцией около 38,5 тыс. человек. Велико число зараженных этой страшной инфекцией и в Санкт-Петербурге — около 22 тыс. человек. Вместе с Ленинградской областью количество зараженных лиц составляет более 28 тыс. человек. Большое количество инфицированных лиц зарегистрировано в Свердловской (22,4 тыс.), в Самарской (19,6 тыс.), в Иркутской (16 тыс.), в Челябинской (13,5 тыс.), в Оренбургской (11,5 тыс.) областях. Вместе с тем, наиболее благоприятными по ВИЧ-инфекции являются такие регионы, как Чукотский, Эвенкийский и Корякский автономные округа: во всех трех округах, вместе взятых, количество инфицированных составляет 11 человек. [1]

К несчастью, растет число инфицированных детей. Наибольшее число зараженных детей в Свердловской (978), в Иркутской (866), в Московской (704), в Самарской областях (667), в Санкт-Петербурге (588), в Челябинской области (367). Большая часть детей заразились ВИЧ-инфекцией от матерей в период внутриутробного развития. Однако остальная часть, составляющая примерно 10-15%, были заражены медиками при осуществлении ими своих профессиональных функций (в основном при переливаниях крови).

Несмотря на предпринимаемые государством и медицинскими учреждениями меры, по-прежнему одним из самых опасных факторов распространения вируса остается переливание крови. В нем нуждаются лица, страдающие лейкемией, анемией, попавшие в автокатастрофы и другие. Спрос на донорскую кровь и ее компоненты велик. В средствах массовой информации все время сообщается о новых случаях парентерального (через кровь) заражения ВИЧ-инфекцией в российских медицинских учреждениях.

В феврале 2004 г. ВИЧ-инфекцией была заражена 23-летняя пациентка Киреевской районной больницы Тульской области. После благополучно проведенной операции выяснилось, что кровь, перелитая девушке, была инфицирована. По словам представителя Московской областной прокуратуры Е.Пчеленковой, с 2001 года им стало известно о 325 случаях заражения пациентов различными инфекциями (ВИЧ-инфекцией, сифилисом, гепатитом В и С) в результате переливания «грязной крови». Вместе с тем, уголовных дел по фактам заражения пациентов медицинскими работниками у них до сих пор не было. [2]

Статья 122 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ) предусматривает уголовную ответственность, во-первых, за заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией, а во-вторых, за фактическое заражение ею. Ответственность за поставление в опасность заражения данной инфекцией не дифференцируется в зависимости от субъекта преступления. За это деяние могут нести равную ответственность и лица-вирусоносители, и медицинские работники. Что касается фактического заражения, то в данном случае уголовная ответственность различна для лиц-вирусоносителей, знавших о наличии у них этой инфекции, и для лиц, выполнявших свои профессиональные обязанности ненадлежащим образом.

Норма об уголовной ответственности за заражение ВИЧ-инфекцией далека от совершенства. Видимо, в этом кроется одна из основных причин крайне редкого ее применения на практике.

Вначале следует определить круг медицинских работников, которые способны нести уголовную ответственность за рассматриваемые преступления. Заготовкой крови занимаются специальные учреждения — станции переливания (пункты забора) крови. Допустим, медицинский регистратор, в обязанности которого входит проверка прописки донора, установление наличия или отсутствия противопоказаний к донорству и другое, этого не делает. Должен ли он нести уголовную ответственность за поставление другого человека в опасность заражения ВИЧ-инфекцией? Ведь кровь должна проходить карантинизацию в течение 6 месяцев, в течение этого времени донор, сдавший кровь, обследуется повторно с целью выявления у него возможных инфекций, передаваемых с кровью. Кроме того, кровь (плазма) имеет определенный срок хранения и вообще может быть не перелита пациенту. На этапе регистрации донора неизвестно, о какой инфекции идет речь: о ВИЧ-инфекции, вирусе гепатита, сифилисе, другом венерическом заболевании. Вместе с тем, поставление в опасность заражения венерической болезнью не наказывается в уголовном порядке, равно как и поставление в опасность заражения гепатитом В или С.

Думается, что ненадлежащее выполнение медрегистратором своих профессиональных обязанностей, в результате чего возникает реальная опасность заражения ВИЧ-инфекцией других лиц, дает основания для квалификации его действий (бездействия) по п. 1 ст. 122 УК РФ при условии, что поведение медика характеризуется прямым умыслом. Диспозиция данной уголовно-правовой нормы такова, что наказуемым признается сам факт поставления в опасность заражения другого лица ВИЧ-инфекцией.

За поставление в опасность заражения названной инфекцией должны нести ответственность и другие медицинские работники, которые непосредственно забирают кровь и ее компоненты (для переливания, клинических исследований и т.п.), переливают их или выполняют с ними иные манипуляции с нарушением установленных правил, а также врачи самых разных специальностей (стоматологи, хирурги, гинекологи и др.), ненадлежаще исполняющие свои профессиональные обязанности и ставящие в опасность заражения ВИЧ-инфекцией своих пациентов. Однако следует иметь в виду, что данное преступление очень латентно. Правоохранительным органам и общественности, как правило, становится известно лишь об уже свершившихся случаях заражения ВИЧ-инфекцией: если «грязная» кровь была перелита больному или были совершены иные действия (акты бездействия), приведшие к фактическому заражению.

Фактическое заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей наказывается в соответствии с п. 4 ст. 122 УК РФ. И хотя закон прямо не называет медицинских работников как возможных субъектов данного преступления, в действительности поведение именно этих лиц, ненадлежаще выполняющих свои профессиональные функции, приводит к заражению пациентов ВИЧ-инфекцией. Таким образом, по п. 4 ст. 122 УК РФ несут ответственность только специальные субъекты, причем преступление совершается ими в момент выполнения своих профессиональных обязанностей.

Установление субъективной стороны преступлений, предусмотренных ст. 122 УК РФ, может вызвать сложности в судебно-следственной практике, в особенности если речь идет о заражении ВИЧ-инфекцией в результате ненадлежащего выполнения медицинским работником своих профессиональных обязанностей. В связи с этим рассмотрим данный вопрос более подробно.

Преступление, предусмотренное п. 1 ст. 122 УК РФ (заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией), предполагает лишь прямой умысел. Об этом свидетельствует указание законодателя на заведомость. Признак заведомости означает, что виновное лицо, осознавая высокую степень вероятности заражения другого лица ВИЧ-инфекцией, тем не менее, совершает действия или акты бездействия, которые ставят потерпевшего в опасность заражения. Прямой умысел в данном случае характеризует такое психическое состояние медицинского работника, при котором он осознает общественную опасность своего поведения, ставящего в опасность заражения ВИЧ-инфекцией другое лицо, и желает поступить таким образом. Уголовный закон не требует наступления реальных последствий в виде причинения вреда здоровью другого человека вследствие заражения ВИЧ-инфекцией. Само заражение может и не произойти. Более того, если заражение происходит, ответственность должна наступать не за поставление в опасность заражения данной инфекцией, а за деяние, предусмотренное п. 4 ст. 122 УК РФ. Уголовная ответственность за фактическое заражение повышенная.

Итак, заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией совершается только с прямым умыслом.

Данное преступление необходимо отграничивать от оставления в опасности (ст. 125 УК РФ). Различие состоит главным образом в объективной стороне этих преступлений и времени совершения. В первом случае, применительно к составу заведомого поставления в опасность заражения ВИЧ-инфекцией, виновное лицо еще лишь создает ситуацию опасности, при которой жизни или здоровью другого человека может быть причинен существенный вред. Во втором случае ситуация опасности уже имеет место. Она сложилась либо в результате предварительных действий самого виновного лица, либо в силу других обстоятельств. Первое преступление может быть совершено как путем действия, так и путем бездействия, второе — пример бездействия.

Определить форму вины применительно к случаю заражения сложнее. Законодатель не говорит здесь о заведомости, не употребляет других терминов, указывающих на умышленный характер преступления. Заражение ВИЧ-инфекцией в медицинских учреждениях происходит преимущественно по неосторожности — в результате легкомыслия или небрежности со стороны медиков. Случаи умышленного заражения медицинскими работниками своих пациентов ВИЧ-инфекцией крайне редки.

Согласно п. 2 ст. 24 УК РФ деяние, совершенное только по неосторожности, признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ. Подобного указания в п. 4 ст. 122 УК РФ нет. Следовательно, можно предположить, что в намерения законодателя входило установление ответственности как за умышленное, так и неосторожное совершение рассматриваемого преступления. Косвенным подтверждением этому служит сопоставление санкций анализируемого преступления с санкциями неосторожных преступлений против жизни и здоровья человека. Санкция п. 4 ст. 122 УК РФ для неосторожного преступления неоправданно высока. Сопоставление этой санкции с санкцией, предусмотренной в норме об ответственности за причинение смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ), позволяет сделать вывод о том, что причинение медицинским работником смерти при ненадлежащем исполнении своих профессиональных обязанностей наказывается мягче, чем заражение ВИЧ-инфекцией.

Неосторожное причинение смерти вследствие ненадлежащего исполнения медицинским работником своих профессиональных обязанностей (п. 2 ст. 109 УК РФ) наказывается в качестве максимального наказания лишением свободы сроком до трех лет, в то время как заражение ВИЧ-инфекцией (п. 4 ст. 122 УК РФ) лишением свободы на срок до пяти лет. При этом дополнительное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью (в частности, медицинской) сроком до трех лет в случае причинения смерти является факультативным, т.е. может и не назначаться. В случае же заражения ВИЧ-инфекцией назначение указанного дополнительного наказания составляет обязанность суда. Его неназначение возможно лишь на основании ст. 64 УК РФ (назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление).

Как уже отмечалось, в медицинских учреждениях России заражение ВИЧ-инфекцией происходит, как правило, по неосторожности, а не умышленно. Однако уголовный закон не дифференцирует ответственность за заражение этой инфекцией в зависимости от формы вины — умышленной или неосторожной. Установление повышенной в сравнении с причинением смерти по неосторожности ответственности было бы понятно, если бы речь шла об ответственности за умышленное заражение ВИЧ-инфекцией, но конструкция рассматриваемой нормы такова, что теоретически допускает любую форму вины. В результате неосторожное заражение пациента ВИЧ-инфекцией медицинским работником может быть наказано строже, чем причинение по неосторожности смерти пациенту.

При прямом умысле медицинский работник должен осознавать общественную опасность своего поведения, выразившегося в ненадлежащем выполнении своих профессиональных обязанностей, предвидеть возможность или неизбежность заражения пациента ВИЧ-инфекцией и желать наступления этих последствий. При косвенном умысле медицинский работник осознает общественную опасность заражения другого лица ВИЧ-инфекцией в результате нарушения им своих профессиональных обязанностей, предвидит возможность заражения другого лица этой инфекцией, не желает этих последствий, но сознательно их допускает либо относится к ним безразлично.

Медицинские работники, выполняющие ненадлежащим образом свои профессиональные обязанности, как правило, относятся легкомысленно к возможности заражения пациентов ВИЧ-инфекцией и рассчитывают на предотвращение этих последствий. К примеру, регистратор станции переливания крови, не проверивший донора по компьютерной картотеке вирусоносителей, поверивший донору, утверждавшему, что он не является носителем ВИЧ, надеется на то, что кровь все равно тестируется на наличие антител ВИЧ, гепатита В и С, сифилиса, поэтому заражения не произойдет.

Психическое отношение к факту заражения пациента может быть и в виде небрежности. В таком случае медицинский работник, ненадлежаще исполняющий свои профессиональные обязанности, вообще не предвидит заражения другого лица ВИЧ-инфекцией, но при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть заражение другого лица этой инфекцией.

Конструкция п. 4 ст. 122 УК РФ очень сходна с конструкцией п. 1 ст. 293 УК РФ о должностном преступлении — халатности. Последняя заключается в неисполнении или ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, повлекшем причинение крупного ущерба. Ученые-юристы единодушны в том, что халатность — неосторожное преступление. Однако применительно к заражению другого лица ВИЧ-инфекцией говорят и об умышленном, и о неосторожном характере поведения виновного лица.

Считаю необходимым в ст. 122 УК РФ специально оговорить, что в отношении факта заражения может быть лишь неосторожность. Умышленное (с прямым или косвенным умыслом) заражение ВИЧ-инфекцией медицинским работником следует наказывать по общей норме об ответственности за причинение тяжкого вреда здоровью по ст. 111 УК РФ. Предварительно нужно внести изменения в данную норму, дополнив ее указанием на такое последствие, как заражение ВИЧ-инфекцией. В настоящее время ни одно из перечисленных в диспозиции данной уголовно-правовой нормы последствий не охватывает эту инфекцию (это не утрата органа, не утрата органом его функции и т.д.). К опасному для жизни состоянию в том понимании, какое давалось в Правилах судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г. [3], ВИЧ-инфекцию тоже нельзя относить. Правила говорили о таких состояниях, телесных повреждениях и заболеваниях, которые уже в момент совершения преступления представляют непосредственную угрозу жизни и в отсутствие эффективной медицинской помощи приводят к летальному исходу. При ВИЧ-инфекции лицо может несколько лет быть вирусоносителем, но не болеть СПИДом. Кстати, именно это обстоятельство позволяет отграничить умышленное заражение другого лица ВИЧ-инфекцией от убийства. В случае убийства действия или бездействие виновного лица являются ближайшей непосредственной причиной наступления смерти другого человека, при заражении ВИЧ-инфекцией поведение преступника не ведет с необходимостью к смерти потерпевшего, длительное время он может вообще не ощущать признаков болезни. Но характер данной инфекции, неизлечимость на сегодняшний день СПИДа дают основания говорить о причинении здоровью зараженного тяжкого вреда. Законодатель уже включил в ст. 111 такие заболевания, как наркомания и токсикомания, признав их тяжкими по последствиям видами вреда здоровью. Думается, что перечень этих заболеваний нужно дополнить ВИЧ-инфекцией.

Что касается наказуемости неосторожного заражения другого лица ВИЧ-инфекцией, представляется необходимым снизить размер наказания за это преступление как минимум до трех лет лишения свободы. Неосторожное заражение ВИЧ-инфекцией не может караться строже, чем неосторожное причинение смерти. Иначе нарушится логика построения уголовно-правовых норм.

1. Данные предоставлены Российским научно-методическим центром по профилактике и борьбе со СПИДом на январь 2004 года // Круглый стол, 2004, № 1.

2. Аргументы и факты, 2004, июнь, № 26(1235). С. 10.

3. Данный нормативно-правовой акт считается недействующим, поскольку не прошел регистрацию в Министерстве юстиции РФ.

---