Статья. «Не надо тут говорить, что вы вынесли на своих плечах образование врачей! Заседание Экспертного совета ФАС прошло в режиме назидания»

(М.Савченкова)

(«Фармацевтический вестник», 2009, № 37)

«Фармацевтический вестник», 2009, № 37

«НЕ НАДО ТУТ ГОВОРИТЬ, ЧТО ВЫ ВЫНЕСЛИ НА СВОИХ ПЛЕЧАХ ОБРАЗОВАНИЕ ВРАЧЕЙ!»

ЗАСЕДАНИЕ ЭКСПЕРТНОГО СОВЕТА ФАС

На Экспертном совете по развитию конкуренции в сфере здравоохранения и социального развития ФАС 6 ноября выяснилось, что у фармрынка единой позиции по поводу предложенных ведомством мер по урегулированию взаимоотношений врачей и фармкомпаний нет. Если исполнительный директор AIPM Владимир Шипков отрицал наличие самой проблемы и разнес проект в пух и прах, то исполнительный директор СПФО Геннадий Ширшов призвал всех принять как данность тот факт, что эта сфера будет регулироваться, благо политическая воля на это уже продемонстрирована, и сотрудничать с ФАС в доработке поправок. Две компании, поддержав призыв г-на Ширшова к конструктивному сотрудничеству, выразили готовность передать свои замечания ФАС. Все остальные просто промолчали, видимо, посчитав, что регулирование отношений врачей и фармкомпаний при наличии политической воли так же мало предполагает замечания участников рынка, как и регулирование цен на ЖНВЛС.

Заседание Экспертного совета открыл руководитель ФАС Игорь Артемьев и обнадежил собравшихся, сказав, что предавать огласке «шокирующие» результаты проверок, в ходе которых было выявлено массовое лоббирование врачами интересов фармкомпаний, никто не собирается, равно как и заводить новое «дело врачей». Более того, г-н Артемьев даже оправдал сложившуюся в 90-е гг. ситуацию, когда врачи попали в зависимость от фармкомпаний: «В условиях, когда врачи получали зарплату в 2 тыс. руб., финансовая помощь от фармкомпаний позволила сохранить профессиональных медработников в системе здравоохранения». Но сейчас взаимодействие фармкомпаний с врачами требует урегулирования, чтобы предотвратить нарушения антимонопольного законодательства и создание преференций отдельным компаниям и продуктам, отметил г-н Артемьев.

Вступительное слово начальника Управления контроля социальной сферы и торговли ФАС Тимофея Нижегородцева, как и все его последующие реплики, в резкости ничуть не уступали «зеленоградской речи» Владимира Путина. Г-н Нижегородцев сразу призвал собравшихся «опустить все эти либретто: мол, зачем вы это делаете, у нас же есть этические кодексы, подписанные уважаемыми компаниями». «Нужно обсудить сами предложения с точки зрения разумности, достаточности и возможности их более точного законодательного истолкования, — сказал Тимофей Нижегородцев и не без иронии добавил: Более того, мы выступаем за то, чтобы благородные порывы, отраженные в кодексах, были отражены и в законодательстве». Последняя фраза имела вполне определенного адресата — главу AIPM Владимира Шипкова, в последнее время активно занимавшегося популяризацией Кодекса маркетинговой этики AIPM (в частности, среди журналистов). Г-н Шипков, по его же собственному признанию, не раз беседовал о кодексе и с Тимофеем Нижегородцевым, убеждая его в действенности документа. И уже тогда г-н Нижегородцев намекал на то, что хорошо бы завершить благое дело, закрепив запреты и ограничения, добровольно принятые фармкомпаниями, в законодательном порядке.

«Отеческий» тон Игоря Артемьева настолько контрастировал с жесткостью г-на Нижегородцева, собственно, главного зачинщика «дела медпредставителей» (именно его доклад на Совете по развитию фармпромышленности у Игоря Сечина лег в основу критики деятельности медпредставителей), что первый докладчик от фармотрасли, исполнительный директор AIPM Владимир Шипков, отметил, что предпочел бы высказываться после г-на Артемьева.

Как бы то ни было, отрицать необходимость законодательного регулирования взаимодействия врачей и фармкомпаний — самим фармкомпаниям дороже выйдет, заявил г-н Нижегородцев. В этом случае ФАС будет вынуждена раскрыть результаты проверок. «А Игорь Юрьевич (Артемьев — „ФВ“) убежден, что подвергать остракизму людей и компании, которые такую деятельность практиковали, когда она еще была в „серой“ зоне, неправильно», — на этих словах г-на Нижегородцева многие участники, наверное, захотели, чтобы г-да Артемьев и Нижегородцев поменялись местами и оперативное управление на себя взял бы «добрый начальник». Хотя бы на этом заседании.

Положения, регулирующие взаимодействие фармкомпаний с врачами, уже включены в законопроект «Об обращении лекарственных средств», сейчас они обсуждаются в Минздравсоцразвития России и других ведомствах и готовятся к рассмотрению в правительстве. По мнению г-на Нижегородцева, из всех новаций законопроекта эти поправки пройдут обсуждение быстрее всего, поскольку находятся «в высокой степени готовности, с одной стороны, а с другой — есть явные поручения председателя правительства». Понять, какая из этих сторон внушает представителю ФАС больше гордости — хорошо проделанная работа или сознание того, что механизм был запущен его, Тимофея Нижегородцева, руками, сложно.

Владимир Шипков, переняв тон Тимофея Нижегородцева, высказался о предложенных ФАС поправках не менее язвительно, чем Тимофей Нижегородцев — об этических кодексах. Владимир Шипков указал Тимофею Нижегородцеву на то, что при написании фрагмента о конфликте интересов за образец была принята ст. 19 Закона «О государственной гражданской службе РФ», который как раз вводит понятие конфликта интересов и описывает механизмы его предотвращения и урегулирования. «Однако механистическое приспособление законодательства о госслужащих под нужды ФАС дало уязвимый, на наш взгляд, результат», — сказал Владимир Шипков. Согласно поправкам, главным признаком наличия конфликта интересов у врача становится соглашение с фармкомпанией, в отношении госслужащих конфликтом признается только вероятность противоречия между госинтересами и интересами чиновника. «Если же имеются соглашения, то это уже не конфликт интересов, а стопроцентное нарушение, которым должны заниматься не комиссии, а правоохранительные органы. В этом принципиальное различие между законом и предложениями ФАС, которые основаны на ошибочном понимании, не совсем внятны, противоречивы, а в конечном итоге и нежизнеспособны», — резюмировал Владимир Шипков.

Где Владимиру Шипкову удалось развернуться в полную силу, так это на предложенных ФАС санкциях: «Санкции в отношении врачей дополнят ст. 6 КоАП, которая карает в т.ч. и распространителей венерических заболеваний, наркоманов, сутенеров, производителей „левой“ водки и пр. Довольно странная компания для врачей и фармацевтов». «Если сравнить санкции в отношении этих категорий и врачей, а значит, и степень общественной опасности преступления, то получается, что врач, не предоставивший информацию о конфликте, опаснее проститутки в 15 раз, сутенера — в 12 раз, наркомана — в 30 раз», — завершил разнос Владимир Шипков.

По мнению Владимира Шипкова, при написании поправок авторы руководствовались тем, что неэтичное поведение медработников может повлиять на надлежащее исполнение ими своих обязанностей вследствие противоречий между личной заинтересованностью медработника и интересами пациента: «Если главное — это надлежащее выполнение обязанностей, а с этим не поспоришь, то надо контролировать исполнение обязанностей, а не подсматривать, кто с кем дружит. Но если прямо признать эту истину, то никакого нового закона сочинять не надо, поскольку действующих норм достаточно, чтобы наказать врача, ненадлежаще исполняющего обязанности». Новые нормы в лучшем случае дублируют уже существующие, в худшем — искажают их, поэтому основной массив регулирования нужно перенести на уровень этических кодексов и кодексов профессионального поведения. «В Основах законодательства об охране здоровья можно предусмотреть обязанность соблюдать действующие этические нормы. Это позволит не только достичь поставленной цели, но и гармонизировать российское законодательство с международными правилами. Именно об этом и говорил Игорь Юрьевич», — Владимир Шипков сделал еще одну попытку напомнить г-ну Нижегородцеву о позиции начальника.

Г-н Нижегородцев не мог скрыть своего разочарования: «Вы могли бы предложить пути решения проблем, а не строить выступление на том, что их нет и быть не может, потому что у вас есть все кодексы, и эти кодексы с проблемами справляются. Если мы так будем строить диалог, то диалога не будет, и все будет идти, как обычно. Правительство просто примет эти документы, а вы будете ходить и говорить: „Как же так?! Почему с нами не посоветовались?“ Более узким составом, отметил г-н Нижегородцев, проблему все признают.»

Исполнительный директор СПФО Геннадий Ширшов наличия проблемы в своем кратком выступлении не признавал, но и не отрицал. «Нужно работать с ФАС и другими ведомствами, чтобы получить документ, который бы с разумной достаточностью регулировал те отношения, которые регулировать все равно придется, потому что нам четко сегодня сказали, что политическая воля на это есть. Либо мы работаем вместе, либо нам дадут документ и прикажут исполнять то, что написано, — сказал Геннадий Ширшов, открестившись даже от возможности его критиковать: Тимофей Витальевич (Нижегородцев. — „ФВ“) ясно сказал, что это сырой документ. Нужно работать — что уж тут критиковать».

Представители компаний (а приглашенные на это заседание представляли едва ли не весь фармрынок) выступать не спешили. Директор по стратегическому развитию и планированию компании AstraZeneca Александр Сизонов попробовал было вступиться за врачей и фармкомпании, отметив, что стоит отменить презумпцию виновности врачей и помнить о том, что в 90-е гг. именно «фармкомпании на своих плечах» вынесли образование врачей. Тимофей Нижегородцев был резок, как никогда: «Не надо тут говорить про то, что вы вынесли на своих плечах образование врачей! Если посмотреть ваши балансы, маркетинговые расходы и сравнить себестоимость и конечную цену препаратов, то становится понятно, кто „на своих плечах“ вынес бремя „несения света“ врачам. Это пациенты. Не надо подменять сущности — мы же не на митинге находимся!»

Через некоторое время представитель этой же компании — менеджер по экономике здравоохранения и работе с госструктурами Елена Данилова говорила уже о другом, отмечая, что компания подготовила предложения и будет работать в рабочих группах. Представитель компании Nycomed, выступавший следом, поддержал точку зрения Геннадия Ширшова о необходимости совместной работы над проектом, пообещав предоставить подготовленные компанией материалы.

По итогам заседания, как и обещал Игорь Артемьев, были созданы две рабочие группы для доработки проекта, в которые (не зря Геннадий Ширшов похвалил ФАС за открытость) вошли все желающие. Игорь Артемьев также пообещал, что проект еще раз вынесут на обсуждение, перед тем как разослать в ведомства и в правительство. Это, надо полагать, все же оставило участникам надежду на то, что к их мнению в рабочих группах прислушаются, тем более что сам г-н Нижегородцев в ходе заседания согласился со многими конструктивными замечаниями. Хотя практика регулирования фармрынка подсказывает — в тех случаях, когда речь заходит о политической воле и соответствующих заявлениях Владимира Путина, пожелания представителей отрасли могут в зачет и не принять.

---