Статья. «Медицинское право как отрасль права и его место в системе российского права»

(А. А. Мохов)

(«Медицинское право», 2003, № 4)

МЕДИЦИНСКОЕ ПРАВО КАК ОТРАСЛЬ ПРАВА И ЕГО МЕСТО В СИСТЕМЕ РОССИЙСКОГО ПРАВА

Общественные отношения, являющиеся предметом правового регулирования медицинского права, в высшей степени многогранны и весьма динамичны. Между ними не существует раз и навсегда установленных границ, и поэтому в практике правового регулирования, да и правоприменения часто возникают проблемы разграничения предмета правового регулирования для отнесения той или иной группы общественных отношений к конкретной отрасли права, тем более если речь идет о новой отрасли российского права. Например, если предметом правового регулирования являются отношения, возникающие по поводу оказания медицинской услуги, возмещения вреда, причиненного здоровью при ненадлежащем врачевании, то обычно говорят о гражданско-правовом регулировании рассматриваемых общественных отношений. Если же предметом правового регулирования являются отношения, возникающие по поводу исполнительно-распорядительной деятельности органов государственной власти и управления, направленной на лицензирование, сертификацию, стандартизацию, реализацию целевых программ и т.п., а участники этих отношений подчиняют свое поведение императивным указаниям, то обычно говорят об административно-правовом регулировании исследуемых общественных отношений.

Медицинское право (правовое регулирование медицинской деятельности), таким образом, включает в свой состав два крупных блока: горизонтальные правоотношения (отношения свободных, равных субъектов, направленные на реализацию частного интереса) и вертикальные правоотношения (отношения власти и подчинения, направленные на реализацию публичного интереса).

Большое внимание исследованию данного вопроса в своих работах уделил А. В. Малько [1]. По его мнению, с которым можно полностью согласиться, законный интерес — это «отраженное в объективном праве либо вытекающее из его общего смысла и в определенной степени гарантированное государством простое юридическое дозволение, выражающееся в стремлении субъекта пользоваться конкретным социальным благом, а также в некоторых случаях обращаться за защитой к компетентным органам — в целях удовлетворения своих потребностей, не противоречащих общественным» [2]. Как видно из приведенного определения, на первое место выдвигаются интересы частные, но с определенными оговорками.

Содержание законного интереса состоит из двух элементов: возможности пользоваться конкретным социальным благом и обращаться в необходимых случаях за защитой к государству в лице его компетентных органов. Причем второй элемент является дополнительным. Он проявляется только в ситуации ущемления первого элемента. Сущность же законного интереса заключается в юридическом дозволении.

Медицинское право строится по предметному (территориальному) принципу, направлено на урегулирование отношений по поводу охраны здоровья граждан во всем их многообразии (медико-социальная помощь, лекарственное обеспечение, санитарно-гигиенические мероприятия, помощь в отправлении правосудия и т.п.). В связи с отмеченным, нередко медицинское право относят к комплексным отраслям права в противовес базовым отраслям [3].

Предмет комплексной отрасли разнороден с точки зрения конструкции «предмет-метод». В то же время, с точки зрения существа возникающих в социуме общественных отношений, он един, так как представляет собой систему, ориентированную на решение определенных обществом и государством задач [4]. Следует также заметить, что отрасль права, по этой конструкции, должна обладать собственным предметом регулирования и особым методом регулирования. Если оба признака налицо — перед нами отрасль права. Если же предмет «делился» с другой отраслью права, получившей рождение по объективным и субъективным факторам раньше, то перед нами — отрасль законодательства, но не права. Иными словами, необходимо было признать за отраслью права двойной мандат — свой предмет и свой метод [5]. Однако в скором времени выяснилось, что практически невозможно провести различие по методу правового регулирования. Не удалось доказать и тезиса о том, что определенной группе общественных отношений соответствует одна отрасль права. На сегодняшний день, невозможно найти ни одной группы общественных отношений, регулируемых одной отраслью права и не регулируемых другой. Это несоответствие попытались разрешить с помощью конструкции о разных уровнях системы права, о наличии основных, специальных и комплексных отраслей права. Однако данные попытки не позволили разрешить основной вопрос — есть ли соответствие определенной группы общественных отношений определенной отрасли права или нет? Практика показала, что односторонней связи нет, что для всех известных отраслей и групп общественных отношений характерна многосторонняя связь. Поэтому медицинское право, несмотря на всю его «комплексность», столь же полноценно и самостоятельно, как и другие отрасли права [6].

Предметы отраслей права индивидуально определены и в то же время тесно связаны друг с другом. Более того, часто предметы отраслей переплетаются и взаимно пересекаются. Этот процесс не произволен, он отражает факт регулирования одних и тех же общественных отношений с разными целями, под разными углами зрения и, следовательно, разными отраслями.

Интересный материал содержится в сборнике «Новый Гражданский кодекс России и отраслевое законодательство», выпущенном под эгидой Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ в 1995 году. В нем убедительно показано, что, несмотря на вторжение норм ГК в регулирование семейных, трудовых, жилищных и иных отношений, последние не утрачивают своей специфики, хотя с возрастанием роли товарно-денежных отношений происходит сближение категорий и понятий, применяемых в гражданском праве и иных отраслях права и законодательства.

Процесс специализации является, по нашему мнению, объективным результатом развития общественных отношений. Истоки правовой специализации кроются в общественном разделении труда, разграничении компетенции властных структур, усложнении социальных связей в системе «личность — общество — государство». Цель специализации и выделения самостоятельной отрасли права — наиболее полно, с учетом специфики отношений охватить особенности, новизну и динамику социальных преобразований в рассматриваемой сфере и отразить их качественное состояние. Не случайно активно развиваются новые отрасли российского права, генетически родственные гражданскому праву, из лона которого они вырастают. Как пишет А.Е. Черноморец: «Гражданское право — их альматерь, в ней лежит их генетическое начало, но, „повзрослев“ в ее логове, они способны выйти на самостоятельный путь своего развития» [7].

Медицинское право, объединяющее в предметной области правового регулирования однородную группу общественных отношений, тесно взаимодействует с такими отраслями, как конституционное, гражданское, административное — некоторыми другими отраслями материального права, а также с отраслями процессуального права (гражданским процессуальным правом и уголовным процессуальным правом).

Конституционное право оперирует понятиями, непосредственно связанными с предметом регулирования медицинского права. Нормы Конституции РФ провозглашают право на охрану здоровья и медицинскую помощь, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, государственную защиту материнства и детства.

Административное право взаимодействует с медицинским правом прежде всего посредством наличия в том или другом здравоохранительном правоотношении субординации.

Гражданское право связано с медицинским посредством общности нематериальных благ (ст. 150 ГК РФ) и их защиты (ст. 12 ГК), институтом возмездного оказания услуг (глава 39 ГК), страхования (глава 48 ГК), обязательств вследствие причинения вреда (глава 59 ГК) и некоторыми другими.

Процессуальные отрасли связаны с медицинским правом, в первую очередь, посредством института сведущих лиц — лиц, содействующих отправлению правосудия (экспертов и специалистов).

От конституционного права медицинское право отличается тем, что предметом последнего являются отношения, связанные с созданием условий для реализации права на жизнь и здоровье, сохранение в тайне информации конфиденциального характера, а не отношения по установлению пределов и характера государственного регулирования в основных сферах общественного развития и взаимоотношения государства с человеком и гражданином с точки зрения прав и свобод последнего. В Конституции РФ провозглашены и закреплены лишь основные устои здравоохранительных отношений, определенные через права и свободы человека и гражданина.

От административного права, являющегося отраслью, призванной урегулировать управленческие отношения, медицинское право отличается тем, что хотя в нем и присутствуют отношения власти и подчинения, но они касаются управления лишь узкого спектра общественных отношений. Элемент субординации, присутствующий в медицинском праве, носит строго ограниченный законом характер, поскольку компетентные органы не вправе выходить за рамки своих полномочий и установленного для них регламента.

От процессуальных отраслей права, являющихся отраслями, которые опосредуют порядок охраны (защиты) прав и законных интересов, а также применения мер государственного принуждения, медицинское право отличается тем, что оно является отраслью материального права.

Подводя итоги, можно сделать следующий вывод: медицинское право занимает самостоятельное место в системе российского права; его нормы регулируют специфические группы отношений по поводу охраны здоровья граждан, составляющих обособленный, но тесно связанный с иными отраслями права предмет регулирования.

1. См.: Малько А.В. Законные интересы советских граждан: Автореф. дис... канд. юрид. наук. — Саратов, 1985.

2. Малько А.В. Субъективное право и законный интерес// Правоведение. — 2000. — № 2. — С. 35.

3. См.: Райхер В.К. Общественно-исторические типы страхования. — М., 1947. — С. 188; Алексеев С.С. Право: азбука — теория — философия: Опыт комплексного исследования. — М., 1999. — С. 44-46; Литовка А.Б., Литовка П.И. Медицинское право — комплексная отрасль права России: становление, перспективы развития // Правоведение. — 2000. — № 1. — С. 81.

4. Протасов В.Н. Что и как регулирует право. — М., 1995. — С. 41.

5. См.: Лившиц Р.З. Современная теория права. — М., 1992. — С. 5-59.

6. См.: Мохов А.А. Медицинское право — самостоятельная отрасль российского права // Право и политика. — 2002. — № 8. — С. 128-138.

7. Черноморец А.Е. Система российского права: доктринальное искажение тенденций ее формирования // Актуальные вопросы современной юриспруденции. Материалы «Научной сессии» юридического факультета ВолГУ / Отв. ред. А. Е. Черноморец, М. И. Фетюхин. Ч. 1. — Волгоград, 2002. — С. 12.

---