Статья. «Институт суррогатного материнства как способ реализации репродуктивной функции человека: правовые проблемы»

(Э. А. Иваева)

(«Медицинское право», 2009, № 1)

«Медицинское право», 2009, № 1

ИНСТИТУТ СУРРОГАТНОГО МАТЕРИНСТВА КАК СПОСОБ РЕАЛИЗАЦИИ РЕПРОДУКТИВНОЙ ФУНКЦИИ ЧЕЛОВЕКА: ПРАВОВЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Статья посвящена рассмотрению проблем этического, медицинского и юридического характера, возникающих при применении суррогатного (заменяющего) материнства. Проанализированы позиции противников и сторонников использования данного метода. Предложены пути совершенствования законодательства РФ в сфере регулирования суррогатного материнства.

К уникальным особенностям последних десятилетий XX в. относится то, что рождение человека, зачатие, бесплодие, материнство, отцовство стали не только объектом экспериментальных исследований биологии и медицины, но и целью технологических производств и даже предметом репродуктивного бизнеса. Вследствие этого в обществе появились новые понятия и виды практической деятельности: «терапия бесплодия», «технология зачатия», «искусственное оплодотворение», «суррогатное материнство», «анонимное донорство половых клеток» [1].

В отличие от благородного по своим мотивам усыновления (удочерения) детей, уже лишившихся генетических родителей, когда приемные родители восполняют недостаток любви и родительского попечения о них, такая практика, напротив, поощряет анонимное отцовство или материнство, заведомо освобожденное от всяких обязательств по отношению к своим генетическим детям. Следует помнить и о том, что анонимность донорства открывает возможность для непреднамеренного инцеста [2].

Тем не менее маховик полового донорства запущен. В методических рекомендациях МЗ РФ введено даже понятие «активный донор» как донора, согласившегося регулярно сдавать сперму. Лозунг «все на продажу» начинает распространяться и на святое святых человеческой нравственности — материнство. Способность женщины вынашивать и родить начинает активно использоваться в реестре рыночных услуг как суррогатное материнство с использованием полного набора лжегуманистической бутафорской терминологии, начиная с эксплуатации термина «благородство» до введения новейшей формы донорства женской утробы и нового статуса матери — «матери-носительницы» или «временной матери» [3].

«...Суррогатное материнство (вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка генетическим родителям) даже в тех случаях, когда оно осуществляется на некоммерческой основе, противоестественно и морально недопустимо [4]. Травмируя как вынашивающую мать, так и дитя, этот метод пренебрегает той глубокой эмоциональной и духовной близостью, которая устанавливается между матерью и младенцем во время беременности, и провоцирует кризис идентичности у ребенка (которая мать — настоящая?)» [5].

Человек как богоподобное существо свободно по своей сущности. К одному из современных искажений этой свободы относится и «идеология репродуктивных прав», сметающая в стремлении к их реализации моральные обязательства людей друг перед другом — родителей перед детьми, детей перед родителями, обязательства между супругами. Несмотря на это, человек не должен забывать о том, что «рождение детей — одна из самых основных, но не единственная цель брачных отношений, основанных на пожизненной и всецелой верности мужчины и женщины, соединенных благословенным от Бога союзом любви. Испрашивая супругам в молитвах брачного венчания дар целомудрия и „плод чрева на пользу“, Православная Церковь не может считать нравственно оправданными любые пути к деторождению, если они связаны с нарушением достоинства богоподобной человеческой личности, а также целостности союза супружеских отношений, которая несовместима с вторжением в них третьей стороны... При этом основой этого союза остается долг любящих супругов — принять друг друга и с теми недугами, какие у них есть» [6].

Каждая совершеннолетняя женщина детородного возраста имеет право на искусственное оплодотворение и имплантацию эмбриона [7]. Искусственное оплодотворение женщины и имплантация эмбриона осуществляются в учреждениях, получивших лицензию на указанный вид деятельности, при наличии письменного согласия супругов (одинокой женщины). Сведения о проведенных искусственном оплодотворении и имплантации эмбриона, а также о личности донора составляют врачебную тайну. Женщина имеет право на информацию о процедуре искусственного оплодотворения и имплантации эмбриона, о медицинских и правовых аспектах ее последствий, о данных медико-генетического обследования, внешних данных и национальности донора, предоставляемую врачом, осуществляющим медицинское вмешательство.

Незаконное проведение искусственного оплодотворения и имплантации эмбриона влечет за собой уголовную ответственность, установленную законодательством Российской Федерации [8]. На протяжении всей истории существования человечества одной из главных целей брака считаются дети. Именно с их рождением и воспитанием связаны наши мечты, заботы и надежды. Но не всем дано ощутить радость отцовства и материнства, так как в соответствии с медицинской статистикой 20% всех супружеских пар не обладают естественной способностью к рождению детей [9]. Несмотря на то что человек с древних времен пытался найти решение этой проблемы, только в последние годы благодаря использованию искусственных методов репродукции человека появилась возможность изменить ситуацию. Проведение операции по искусственному оплодотворению и имплантации эмбриона позволило супругам обрести надежду стать родителями [10].

Однако применение этих методов репродукции все же вызывает немалое количество проблем этического, медицинского и юридического характера. Большинство споров возникает вокруг применения суррогатного (заменяющего) материнства, сущность которого заключается в том, что женщина с помощью искусственного оплодотворения соглашается выносить и родить ребенка для супружеской пары, не могущей по состоянию здоровья иметь детей [11]. Противники суррогатного материнства, в первую очередь к ним относится Церковь, считают, что его реализация влечет за собой пренебрежение глубочайшей эмоциональной связью, которая устанавливается между матерью и младенцем во время беременности [12]. Кроме этого, представители Церкви, признавая важность деторождения, не считают его единственной целью брака. Определяя брак как «таинство любви», они видят этическую ценность сексуальных отношений супругов в полной и взаимной самоотдаче, где душа и тело становятся едины. При этом такое единение не сводится только к воспроизводству человеческого рода. Православная Церковь, принимая идею синергии, т.е. сотворчество Бога и человека в преображении мира, вместе с тем отвергает всякую претензию последнего заменить собой Творца мироздания. Поэтому, если муж бесплоден, и медицина не в состоянии ему помочь, жена должна принять его таким, каков он есть, не пытаясь в той или иной форме найти ему подмену [13].

Несколько по-иному к решению проблемы суррогатного материнства подходит мусульманская религия. Так как в странах, исповедующих ислам, разрешена полигамия, то суррогатной матерью может быть другая жена мужа [14]. Практика заменяющего материнства подвергается критике и за возможность коммерциализации. Она заключается в том, что данный метод может быть использован как средство эксплуатации женщин в роли платных инкубаторов, производящих детей для богатых заказчиков. И таких фактов немало. Недавно в Молдове была разоблачена преступная организация, занимающаяся переправкой детей за рубеж. Матери-«доноры» уже в период беременности знали, куда будут отправлены младенцы. В Венгрии было возбуждено уголовное дело против врача-генетика Эндре Цейзеля, который вместе со своей партнершей, находящейся в Америке, также занимался аналогичным «бизнесом» [15].

О запрещении использования суррогатного материнства в коммерческих целях говорится в Брюссельской декларации Всемирной медицинской ассоциации (1985 г.) [16]. Представляется необходимым решение вопроса закрепления этого положения и в российском законодательстве. Кроме того, данный метод может применяться только в учреждениях государственной и муниципальной системы здравоохранения и лишь в случаях, когда заказчица по состоянию здоровья не может самостоятельно выносить и родить ребенка.

Уменьшению риска коммерциализации суррогатного материнства, на наш взгляд, может способствовать и то, что в качестве заменяющих матерей могут выступать родственники бесплодной пары, которые будут относиться к ребенку с неподдельной любовью. При использовании метода суррогатного материнства между потенциальными родителями и женщиной, которая согласилась выносить и родить ребенка, должен заключаться письменный договор [17].

Программа суррогатного материнства дает шанс иметь ребенка женщинам, у которых удалена матка или вынашивание ребенка им противопоказано из-за тяжелых заболеваний [18].

Программа суррогатного материнства проводится по следующему алгоритму:

1. синхронизация менструальных циклов генетической и суррогатной матерей;

2. процедура экстракорпорального оплодотворения и подсадки эмбриона.

Процедура ЭКО и ПЭ выглядит следующим образом: у генетической матери забираются яйцеклетки и оплодотворяются сперматозоидами генетического отца, выращиваются эмбрионы (в пробирке в течение 2 — 3 дней), полученные эмбрионы переносятся — подсаживаются — в матку другой женщины, так называемой суррогатной или биологической матери, согласившейся вынашивать ребенка и после родов отдать его «хозяйке» яйцеклеток, т.е. генетической матери [19].

Зачатие происходит в условиях специализированного медицинского учреждения (без полового акта), для чего могут использоваться яйцеклетки и сперма как бесплодной супружеской пары, так и доноров [20]. Суррогатное материнство и обычная процедура ЭКО — практически одно и то же, технология та же. Но при этом наблюдается такой факт — суррогатная мама или женщина, которой пересаживается донорская яйцеклетка, как ни странно, беременеет лучше, чем в обычной программе ЭКО. И донашивает хорошо. И неудачи — скорее, то исключение, которое подтверждает правило [21].

В целом опыт показывает, что с медицинских позиций вопрос суррогатного материнства решается даже легче, чем лечение бесплодия супружеских пар. Однако проблема реализации права на такое решение своей проблемы встает тем более остро, когда речь заходит о компенсации затрат на такую услугу в медицинском учреждении без учета оплаты для самой суррогатной матери. Но есть и другая сторона дела — этическая. Верующие, например, даже имея средства, предпочтут взять дитя из дома ребенка (детского дома), нежели воспользоваться «банком суррогатных матерей», предоставляемым клиентам центром ЭКО [22].

В Семейном кодексе Российской Федерации говорится: «Лица, состоящие в браке между собой и давшие свое согласие в письменной форме на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, могут быть записаны родителями ребенка только с согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери)... Супруги, а также суррогатная мать не вправе при оспаривании материнства и отцовства после совершения записи родителей в книге записей рождений ссылаться на эти обстоятельства» [23].

Иными словами, государство не только не защищает генетических родителей, но законодательно отдает той, что родила дитя, право решать его судьбу. Захочет — оставит себе, захочет — перепродаст кому подороже. Захочет — станет шантажировать бесплодную пару, чтобы заплатили сверх условленного...

Но, с другой стороны, могут ли генетические отец и мать потребовать от женщины, сдавшей свое чрево внаем, отказаться на 9 месяцев от привычного для нее образа жизни? А если возникнут осложнения при течении беременности или родах, придется, например, делать кесарево сечение, кто возместит ущерб, нанесенный здоровью суррогатной матери? Как быть в случае выкидыша или рождения неполноценного, больного малыша, урода?.. Нужно ли ребенку знать, кто его родил? Обязаны ли генетические родители раскрыть сыну или дочери тайну их появления на свет? Когда это лучше сделать?

Таким образом, право на осуществление репродуктивной функции отражено в большинстве конституций и основных законов государств. Ограничения на осуществление этого права могут налагаться только в случае угрожающего перенаселения путем ограничения деторождения, а не запрещения его вовсе. Современная медицинская наука располагает новыми средствами технологического вмешательства в процесс зарождения человеческой жизни, получившими название репродуктивных технологий, включающих в себя экстракорпоральное оплодотворение и суррогатное материнство. Репродуктивные технологии позволяют бездетным семьям иметь детей, при этом в отличие от усыновления родители более точно могут прогнозировать большинство признаков ребенка.

1. http://history.machaon.ru/number_08/method/society/part6/index.html — 9К — 08.01.2000

2. Холланд М., Аметистов Э. Защита прав человека в России и США. Глазами друг друга. Нью-Йорк — Москва, 2003. С. 126.

3. Центральная и Восточная Европа: проблемы прав человека и демократии: Материалы Международной конференции ЮНЕСКО «Опыт процесса консолидации демократии в странах Центральной и Восточной Европы». М.: Московский независимый институт международного права, 2002. С. 396.

4. Юридическая защита прав человека: Сборник материалов Семинара Московской Хельсинкской группы «Права человека». Вып. 5 / Под ред. Л.И. Богораз. М., 2003. С. 264.

5. Люшер Ф. Конституционная защита прав и свобод личности / Пер. с франц. М.: Прогресс, 2003. С. 132.

6. Мюллерсон Р.А. Права человека: идеи, нормы, реальность. М., 2001. С. 236.

7. Антокольская М.В. Семейное право. М.: Юрист, 1996. С. 127.

8. Приказ Министерства здравоохранения РФ от 28 декабря 1993 г. № 301 «О применении метода искусственной инсеминации женщин спермой донора по медицинским показаниям и метода экстракорпорального оплодотворения и переноса эмбриона в полость матки для лечения женского бесплодия» // СЗ РФ. 1993. № 23. Ст. 1540.

9. Вишневский А.Г. Воспроизводство детей и общество. М.: Финансы и статистика, 2002. С. 285.

10. Вундер П.А. Эндокринология пола. М.: Наука, 1990. С. 253.

11. Голод С.И. Стабильность семьи: социологический и демографический аспекты. СПб.: Наука, 2002. С. 136.

12. Социально-демографическое исследования брака, семьи, рождаемости и репродуктивных установок. Ереван, 2003. С. 143.

13. Тольц М.С., Оберг Л.Я., Шишко О.А. Начальные этапы реализации репродуктивной функции женщин // Здравоохранение Российской Федерации. 2003. № 7. С. 13.

14. Харчев А.Г. Брак и семья: сквозь нации и народы. М.: Наука, 2002. С. 367.

15. Воеводин Л.Д. Юридический статус личности. М.: Инфра-М, 2000. С. 282.

16. Естественные права человека: Сборник материалов Семинара Московской Хельсинкской группы «Права человека». Вып. 12 / Под ред. Л.И. Богораз. М., 2003. С. 88.

17. Антонов А.И. Социология рождаемости (теоретические и методические проблемы). М.: Статистика, 2003. С. 272.

18. Белкин А.И. Соотношение биологического и социального в человеке. Материалы к симпозиуму. М., 2002. С. 777.

19. Геодакян В.А. Роль полов в передаче и преобразовании генетической информации // Проблемы передачи информации. 2000. № 1. С. 105.

20. Дзарасова И.В., Медков В.М. Репродуктивное поведение семьи. М.: МГУ, 2002. С. 16.

21. Жельвис В.И. Этнические стереотипы поведения. СПб.: Наука, 2002. С. 296.

22. Вишневский А.Г. Брачность, рождаемость, смертность. М., 2000. С. 104.

23. Мюллерсон Р.А. Права человека: идеи, нормы, реальность. М., 2001. С. 236.

Подписано в печать

17.12.2008

---