Статья. «Институализация медицинского права как научной специальности»

(Н. Н. Седова, Н. В. Сергеева)

(«Медицинское право», 2007, № 3)

«Медицинское право», 2007, № 3

ИНСТИТУАЛИЗАЦИЯ МЕДИЦИНСКОГО ПРАВА

Проведение III Национального конгресса по медицинскому праву уже свидетельствует о том, что эта отрасль медицины и юриспруденции активно развивается. Причем развитие идет по трем направлениям: теоретическому, практическому и прикладному. Мы остановимся на теоретическом направлении, поскольку именно наличие такового превращает медицинское право из подотрасли — медицины ли, юриспруденции ли, в данном случае неважно — в самостоятельную научную дисциплину.

О том, что теоретические изыскания в области медицинского права приобретают все большее значение, свидетельствует расширение перечня инициативных исследований. Чаще всего принято называть инициативными диссертационные исследования. По сути, они таковыми и являются, несмотря на то что выполняются в соответствии с планами работ научных организаций. Интерес к инициативным исследованиям в области медицинского права проявился давно, хотя специалистов было очень мало. Но было очевидно, что огромный пласт проблем ждет своего решения и что решить их можно как раз с помощью таких исследований.

Мы обобщили некоторые результаты последнего пятилетия по трем критериям:

1. Тематика исследований.

2. CV исследователя.

3. Специализация совета, где исследование было защищено.

Тематика исследований представлена в основном следующими направлениями (в % к общему числу защищенных диссертаций по данной тематике):

1. Права пациентов — 29.

2. Права медицинских работников — 5.

3. Совершенствование законодательства в области охраны здоровья — 23.

4. Использование медицинских данных в гражданском и уголовном процессе — 8.

5. Юридические способы разрешения конфликтных ситуаций в медицине (в том числе СМЭ) — 28.

6. Этико-правовое регулирование качества оказания медицинской помощи (ненадлежащее врачевание, врачебная ошибка) — по сути, эти исследования можно отнести к первому направлению, но их количество и качество позволяют выделить их в отдельное направление — 12.

7. Теория медицинского права — 1.

Если соотнести количественное распределение тематики диссертаций и тематики публикаций, то отмечается несовпадение вполне объяснимое, поскольку в периодической печати обсуждаются в основном насущные практические и прикладные проблемы, некоторые из которых уже получили теоретическое обоснование в праве.

Второй вопрос — кто занимается инициативными исследованиями. Здесь наблюдается отличие от других научных специальностей, где инициативные исследования выполняются в основном аспирантами и докторантами научных и учебных учреждений. В области медицинского права широко представлены и организаторы здравоохранения, и врачи-администраторы, и юристы, специализирующиеся на вопросах соблюдения прав человека в медицине. Примерное распределение выглядит так (в %):

1. Аспиранты и докторанты — 38.

2. Практические врачи — 21.

3. Организаторы здравоохранения — 25.

4. Юристы — 10.

5. Представители местных и региональных органов власти — 6.

Отметим, что все данные носят обзорный характер, они основаны на сведениях, которые удалось собрать, поскольку регистрации инициативных исследований по медицинскому праву не ведется. Кстати, хорошо бы в нашем журнале ввести соответствующую рубрику. Однако полагаем, что выборка, которую удалось получить, адекватно отражает общее распределение. Но почему же не удается получить абсолютно достоверные данные? Ответ связан с решением третьего из поставленных выше вопросов — где могут быть защищены подобные исследования? Нам удалось выяснить, что указанная тематика присутствует в работах, защищенных по следующим научным специальностям (в %):

1. Юридические науки — 21.

2. Медицинские науки — 79.

Если среди юридических наук практически в каждой из специальностей были работы, либо посвященные медико-правовым вопросам, либо содержащие медицинские данные, то среди медицинских наук только по двум специальностям — 14.00.33 и 14.00.52 защищались диссертации по медико-правовой тематике. Причем четко выделялись две группы — те, в которых медико-правовые вопросы были предметом исследования, и те, в которых медико-правовые вопросы включались в доказательство гипотезы. Можно продемонстрировать это на примере защит по специальности 14.00.52 — социология медицины. За пять лет работы диссертационного совета Д 208.008.04 в Волгоградском государственном медицинском университете из 108 защищенных диссертаций 39 так или иначе включали правовые вопросы. Если пользоваться предложенным бинарным подходом, то распределение тем выглядит так:

Темы диссертаций первого типа.

1. Отношение к врачебным ошибкам и социальные пути их предупреждения (мед. науки).

2. Социально-психологические и правовые условия деятельности руководителей санаторно-курортных учреждений в ситуации реформы здравоохранения (соц. науки).

3. Причины, содержание и способы управления конфликтами в стоматологии (мед. науки). Автономия врача и пациента в хирургической практике (мед. науки).

4. Медицина как социальный контроль (соц. науки).

5. Взаимоотношение представителей и потребителей фармацевтических услуг на рынке лекарств (соц. науки).

6. Медико-социальные факторы искусственного прерывания беременности (мед. науки).

7. Социальные диспропорции оказания медицинских и немедицинских услуг на курортах России (на материалах курорта Пятигорск) (соц. науки).

8. Автономия врача и пациента в акушерско-гинекологической практике (мед. науки).

9. Отношение врачей и пациентов к эвтаназии в современной России (мед. науки).

10. Правовая социализация студентов медицинских вузов (соц. науки).

11. Судебно-медицинская экспертиза как предмет социального конфликта (мед. науки).

12. Конфликты в лечебно-профилактических учреждениях: причины, условия, социальные последствия (мед. науки).

13. Социальные параметры взаимодействия здравоохранения и системы национальной безопасности (соц. науки).

14. Соотношение медицинской, правовой и социально-психологической моделей профилактики молодежных наркоманий (соц. науки). Соотношение корпоративных, юридических и этических регуляторов качества оказания медицинской помощи и предоставления медицинских услуг (мед. науки).

15. Социальные субъекты защиты прав пациента в современной России (соц. науки).

16. Информированное согласие в педиатрии (опыт социологического анализа) (мед. науки).

Темы диссертаций второго типа.

1. Институализация оккупациональной терапии в современной России (соц. науки).

2. Опыт сексуальной медицины в зарубежных странах и перспективы ее развития в России (мед. науки).

3. Социологический анализ удовлетворенности пациентов оказанием медицинской помощи (соц. науки).

4. Медико-социальное поведение населения в отношении ВИЧ-инфекции (социологический анализ по материалам Астраханской области) (мед. науки).

5. Профессиональный союз работников здравоохранения в современной России (на материале Волгоградской области) (соц. науки).

6. Гендерный статус женщины в современной медицине (соц. науки).

7. Конфликт социальных ролей в фармации (соц. науки).

8. Влияние информированности пациентов на деятельность врача-хирурга (Опыт социологического анализа) (мед. науки).

9. Медико-социальные особенности и последствия рекламной деятельности на фармацевтическом рынке России (соц. науки).

10. Современные средства массовой информации как фактор риска в развитии неврозов (мед. науки).

11. Социальный портрет стационарного лечебно-профилактического учреждения современной России (мед. науки).

12. Институализация традиционной медицины в современной России (мед. науки).

13. Социологическое обоснование региональных медико-профилактических программ противодействия ВИЧ-инфекции (на материале Волгоградской области) (мед. науки).

14. Региональные тенденции развития негосударственного сектора здравоохранения: взгляд пациентов и медицинских работников (мед. науки).

15. Институализация гомеопатии в современной России (мед. науки).

16. Медицинское обслуживание пожилых как социальная проблема (по материалам Курской области) (соц. науки).

17. Социальные проблемы организации восстановительного лечения на региональном уровне (мед. науки).

18. Патернализм в отечественной медицине (соц. науки).

19. Отношение врача и пациента в военно-медицинской практике (мед. науки).

20. Здравоохранение в изменяющемся обществе (соц. науки).

21. Социально-психологические факторы взаимоотношений врача и пациента в современной стоматологической практике (мед. науки).

22. Автономия ребенка как пациента в педиатрии и неонатологии (мед. науки).

Ситуация с представлением к защите диссертаций по медицинскому праву сложная. Юридические советы их принимать не любят, потому что в составе этих советов нет соответствующих специалистов. Медицинские советы принимают более благожелательно, но ограничивают возможность выхода диссертанта в правовое поле, поскольку паспорта специальностей этого не позволяют. Кроме того, при защитах в этих советах получить ученую степень кандидата или доктора юридических наук невозможно. Поэтому многие исследователи вынуждены маскировать либо медицинское, либо правовое содержание своей работы, что, естественно, снижает ценность результатов исследования.

Причина этой нелепой ситуации одна — отсутствие в номенклатуре специальностей ВАК медицинского права. Но, может быть, оно пока не соответствует этому статусу? Полагаем, что соответствует, и уже давно. Доказать это не так трудно.

Во-первых, уже приведенный перечень диссертационных работ свидетельствует о том, что все их можно объединить как соответствующие специальности «Медицинское право».

Во-вторых, сейчас назрела острая необходимость в теоретической разработке правовых вопросов реформы здравоохранения, которая пока, кроме сбоев, ничего не дает. Представляется (это наше личное мнение), что именно недостаточность правовой проработки мешает ей быть эффективной. Не будем приводить хорошо известные факты и по льготному обеспечению лекарствами, и по отсутствию законодательного оформления медицинской услуги, и по путанице с трактовкой понятия «врачебная ошибка». Это все хорошо известно. Приведем пример из собственной практики.

Не так давно в средствах массовой информации широко освещался случай с клиническими испытаниями новой вакцины, проводившимися в Волгограде. Один из авторов этой статьи выступал экспертом комиссии, которая была создана по жалобе родителей одного из детей в связи с осложнениями, наступившими после прививки. В ходе экспертизы выяснилось, что в информированном согласии не были предоставлены все необходимые данные. Вернее, все пункты присутствовали, но содержание некоторых из них (компенсация вреда, сведения о квалификации исследователя, сведения об альтернативных методах вакцинации) повторяло англоязычный шаблон и не включало конкретные данные местной исследовательской базы. Кроме того, не удалось обнаружить локальный этический комитет, который давал разрешение на проведение испытаний. Он самоликвидировался, если вообще существовал в природе, а не на бумаге. В дополнение ко всему местные органы здравоохранения не были информированы о проведении на вверенной им территории данных испытаний.

Разбирательство длилось год, только 2 февраля 2007 г. суд Центрального района г. Волгограда принял решение о прекращении испытаний. Несмотря на очевидность тех фактов, которые указаны выше, ни один из них не мог быть использован в судебном разбирательстве как юридический. У нас пока нет закона об этических комитетах, закона о клинических исследованиях. Испытания прекратили на основе того, что в них привлекались дети с заведомыми противопоказаниями, а сами исследователи не имели лицензии на иммунопрофилактику, они обладали лицензией только на педиатрическую деятельность.

Почему же у нас до сих пор отсутствуют столь необходимые законы? Почему Закон РФ о моратории на клонирование, действие которого истекает 30 июня с.г., законодатели вынуждены просто продлевать, а не модифицировать в связи с новыми научными данными? Почему споры об эвтаназии так и не дают юридического результата? Вряд ли надо упрекать законодателей в невнимании к этим вопросам. Они не виноваты, им просто не на что опереться, достаточных для законодательной инициативы правоведческих разработок этих и многих других вопросов нет или они присутствуют на стадии научных дискуссий. И во многом, если не в основном, эти пробелы в праве существуют в связи с отсутствием научной специальности, в рамках которой могли бы осуществляться столь необходимые разработки.

Таким образом, без специальной научной проработки правовых вопросов никакое реформирование здравоохранения не будет успешным. Пробелы в праве в области медицины должны ликвидироваться именно медицинским правом как научной специальностью.

Но чтобы состоялась институализация медицинского права как научной специальности, нужны не только необходимые, но и достаточные условия. О необходимых мы уже сказали — наличие проблем и наличие исследователей, способных их решать. К достаточным условиям можно отнести сложившуюся научную традицию, которая представлена и журналом «Медицинское право», кстати, включенным в перечень ВАК, и работой кафедры медицинского права Академии им. Сеченова, и другими кафедрами, в названии которых уже отражена данная специальность (Астрахань, Казань, Волгоград), многочисленными конференциями, монографиями, сборниками научных статей.

Остается один вопрос — определение предметного поля данной научной специальности. И здесь представляется, что мы получили возможность его определить на основе предложения, высказанного Ю. Д. Сергеевым на страницах нашего журнала. Он предложил ввести термин «биомедицинское право». Именно такое определение предмета соответствует статусу научной специальности, поскольку расширяет привычные рамки исследований по медицинскому праву, органично включает и осмысление новых биотехнологических процессов, и биомедицинскую этику. Можно сказать, что статус медицинского права соответствует позитивному праву, а статус биомедицинского права — естественному праву. Впрочем, об этом можно дискутировать, суть не в том. Если принять предложение Юрия Дмитриевича, мы можем перейти к разработке соответствующего паспорта специальности. В его основу можно положить разработанную Ю. Д. Сергеевым программу учебного курса медицинского права, расширив ее в соответствии с категориальным полем биомедицины. Например, так:

• История и теория биомедицинского права.
• Конституционное право граждан Российской Федерации на охрану здоровья и медицинскую помощь.
• Нормы действующих в Российской Федерации федеральных законов и иных подзаконных актов, регулирующих профессиональную медицинскую деятельность, их соотношение с системой законодательства.
• Права и обязанности медицинских работников, принципы и положения их социально-правовой защиты.
• Права пациентов и основные юридические механизмы их обеспечения в современном здравоохранении.
• Ответственность лечебных учреждений и лиц медицинского персонала за ненадлежащее врачевание, профессиональные и должностные правонарушения.
• Правовые основы медицинского страхования в Российской Федерации.
• Основные положения и нормы ведущих отраслей российского права как гарантов обеспечения прав и законных интересов граждан Российской Федерации в сфере здравоохранения.
• Вопросы образования в сфере биомедицинского права.
• Этико-правовая экспертиза научных исследований в медицине.
• Правовое обеспечение внедрения новых биотехнологий в медицинскую практику.
• Биомедицинское право в системе нормативной регуляции государства.
• Основные направления развития медицинского права за рубежом и их значение для отечественного здравоохранения (или международное медицинское право, правовые теории и законодательство зарубежных государств в области медицинского права).

От редакции: Каждый, кто размышлял о давно назревшей необходимости открытия научной специальности «Медицинское право» («Биомедицинское право»), может помочь в разработке паспорта данной специальности. Несомненно, подобная дискуссия на страницах журнала будет весьма полезной.

---