Статья: Экономические аспекты респираторно-синцитиальной вирусной инфекции у детей первых лет жизни на основе реальных данных

(Колбин А.С., Лиознов Д.А., Касимова А.Р., Даниленко Д.М., Столяров К.А., Балыкина Ю.Е., Проскурин М.А.)

(«Реальная клиническая практика: данные и доказательства», 2026, № 2)

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов в связи с данной публикацией.

Участие авторов. Колбин А.С. и Лиознов Д.А. — концепция исследования, редактирование текста рукописи, Касимова А.Р. — реализация исследования, расчеты, написание рукописи, Даниленко Д.А. — анализ данных, конструктивная валидация полученных эпидемиологических данных, написание рукописи, Столяров К.А. — получение и обработка эпидемиологических данных, Балыкина Ю.Е. и Проскурин М.А. — построение модели стоимости болезни, обработка экономических данных.

Финансирование. Исследование выполнено без целевого внешнего финансирования.

Актуальность. Респираторно-синцитиальный вирус (РСВ) идентифицирован как наиболее распространенная причина острых вирусных инфекций дыхательных путей у младенцев и детей. Сама РСВ-инфекция в большинстве случаев протекает в легкой или среднетяжелых формах, не требующих госпитализации. Преобладание нетяжелых форм РСВ-инфекции у детей не означает отсутствие последствий заболевания для экономики страны и общества в целом. При тяжелых формах заболевания может потребоваться госпитализация, что существенно увеличивает нагрузку на бюджет.

Цель. Оценка социально-экономического бремени РСВ-инфекции у детей первых двух лет жизни в Российской Федерации на основе комбинации реальных данных эпидемиологического надзора, экспертного распределения пациентов по тяжести течения заболевания и моделирования затрат.

Материалы и методы. В ретроспективное исследование для моделирования бремени за 1 год (один сезон) включены данные обезличенной базы традиционного лабораторного надзора за гриппом и ОРВИ ФГБУ «НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева» в сезоны 2022 — 2023, 2023 — 2024 и 2024 — 2025 гг. На основании подтвержденных лабораторно показателей заболеваемости РСВИ в городах России, находящихся под непрерывным многолетним мониторингом (минимально 5,8% — максимально 12,3% в структуре ОРВИ), проведена экстраполяция на всех детей 0 — 2-летнего возраста в стране. Минимальное расчетное число случаев РСВИ в сезон 245 723, максимальное — 521 101. Эксперты выделили 4 модели пациентов на основании тяжести течения, необходимости в госпитализации, в том числе в отделение реанимации, осложнений заболевания. Проведена оценка прямых медицинских (скорая помощь, стационарное и амбулаторное лечение, лекарственная терапия), прямых немедицинских (выплаты по временной нетрудоспособности родителю по уходу за больным ребенком) и непрямых затрат (недополученный ВВП в связи с уходом родителя за ребенком, а также стоимость потерянных лет жизни при летальном исходе у ребенка). Горизонт анализа — один эпидемический сезон с учетом отдаленных экономических последствий при смертельном исходе в процессе госпитализации (дисконтирование 3,5%).

Результаты. Суммарные прямые медицинские затраты на лечение в условиях стационара могут достигать 12,9 млрд руб., а в амбулаторных условиях — 1,01 млрд руб. в год (сезон) в результате РСВ-инфекции у детей 0 — 2-летнего возраста. Прямые немедицинские затраты рассчитаны как 9,6 млрд руб., а недополученный вследствие ухода за ребенком ВВП — не менее, чем 7,7 млрд руб. Итого общие затраты оценены в сумму более 32 млрд руб. При определении социально-экономического бремени РСВИ с учетом расходов на один сезон и стоимости непрожитых лет жизни общие потери как бюджета, так и общества могут составить 3,31 трлн руб. (минимально) или 7,01 трлн руб. (максимально). Анализ чувствительности подтвердил устойчивость модели к изменению параметра заболеваемости.

Заключение. Социально-экономическое бремя РСВ-инфекции у детей 0 — 2 лет достигает существенных размеров и характеризуется прогрессивным ростом при увеличении заболеваемости. Расходы здравоохранения, потери в экономике и социальной сфере диктуют необходимость совершенствования мер профилактики у наиболее уязвимой возрастной группы — детей 0 — 2 лет жизни.

Ключевые слова: респираторно-синцитиальная вирусная инфекция; дети раннего возраста; стоимость болезни; реальные данные; моделирование.

Economic aspects of respiratory syncytial viral infection in children first years of life based on real data

A.S. Kolbin, D.A. Lioznov, A.R. Kasimova, D.M. Danilenko, K.A. Stolyarov, Yu.E. Balykina, M.A. Proskurin

Kolbin Alexey S. — Dr. Sci. (Med.), Professor, Head of the Department of Clinical Pharmacology and Evidence-Based Medicine, First State Medical University named after academician I.P. Pavlov; professor of the Department of Pharmacology, Medical Faculty, St. Petersburg State University, St. Petersburg, Russian Federation.

Lioznov Dmitry A. — Dr. Sci. (Med.), Professor, Head of the Department of Infectious Diseases and epidemiology, First State Medical University named after academician I.P. Pavlov; Director of Research Institute of Influenza named after A.A. Smorodintsev, St. Petersburg, Russian Federation.

Kasimova Alina R. — MD, PhD, associate professor of the Department of Clinical Pharmacology and Evidence-Based Medicine, First State Medical University named after academician I.P. Pavlov; Clinical pharmacologist in National Medical Research Center of Traumatology and Orthopedists named after R.R. Vreden, St. Petersburg, Russian Federation.

Danilenko Daria M. — Cand. Sci. (Biol.), Deputy Director for Research Institute of Influenza named after A.A. Smorodintsev, St. Petersburg, Russian Federation.

Stolyarov Kirill A. — IT lead in Research Institute of Influenza named after A.A. Smorodintsev, St. Petersburg, Russian Federation.

Balykina Julia E. — Cand. Sci. (Phys. and Math.), Department of control processes, faculty of applied mathematics, St. Petersburg State University, St. Petersburg, Russian Federation.

Proskurin Maksim A. — assistant of the Department of mathematical modeling of energy systems, faculty of applied mathematics and control processes, St. Petersburg State University, St. Petersburg, Russian Federation.

Actuality. Respiratory syncytial viral (RSV) is a most common reason for acute respiratory infections in infants and children. Prevalence of non-severe RSV infection forms in kids does not mean absent it's influence for country economics and society at all. Severe cases of RSV infections could require hospitalization, that increases budget impact.

Objective. Social-economic burden of RSV infection evaluation in children first two years of life in Russian Federation basing on real data of epidemiologic monitoring, experts' opinion for patients' separation in depends on severity of illness and modelling of expenditures.

Materials and methods. Data of non-personal base of traditional flu and acute respiratory infections laboratory monitoring of National institute of flu named after Smorodintsev (seasons 2022 — 2023, 2023 — 2024, 2024 — 2025 yy) were included into retrospective analysis for burden modelling for 1 year (season). Extrapolation of monitoring results of proven laboratory indicators of RSV infection prevalence in cities of detection (minimum 5,8%, maximum 12,3% out of prevalence of acute respiratory viral infections), were made on all kids 0 — 2 y.o. population in the country. Minimal calculated amount of RSV infection was 245 723, maximal — 521 101 per season. Four models of patients based on illness severity and necessity in hospitalization, including ICU, complications have been defined by medical experts. Direct medical (ambulance, out- and in-patient treatment) indirect medical (cost of parental seek live) as well as indirect costs (GDP loss in case of parental seek live and cost of life years loss due to premature death of child) were calculated. Horizon of analysis — one epidemic season, and long-term economic consequences in case of death during hospitalization (discount rate 3,5%).

Results. Total direct medical expenditures in hospitals can reach 12.9 bln RUR, and for out-patient treatment — 1.01 bln RUR annually (season) of RSV infection. Direct non-medical expenditures were calculated as 9.6 bln RUR, and GDP loss due to parental seek live — no less than 7.7 bln RUR. Total common expenditures were reached in 32 bln RUR. If we can calculate burden of RSV infection in case of premature death in severe illness total budget loss could reach 3.31 trillion RUR (minimal) or 7.01 trillion RUR (maximal). Sensitivity analysis confirmed stability of model to prevalence RSV infection parameter changing.

Conclusion. Social-economic burden of RSV infection in children 0 — 2 y.o. has a huge size and has progressive dynamic in case of prevalence increasing. Healthcare costs, economic and social losses dictate the need to improve prevention measures in the most vulnerable age group — children aged 0 — 2 years.

Keywords: respiratory syncytial viral infection in children; cost of illness; real-world data; modelling.

Актуальность / Actuality

Острые респираторные инфекции (ОРИ) — самые распространенные заболевания человека, при этом дети наиболее уязвимы. Заболеваемость ОРИ в детской популяции в среднем в 2 — 3 раза выше, чем среди взрослых [1 - 2]. Респираторно-синцитиальный вирус (РСВ) идентифицирован как наиболее распространенная причина острых вирусных инфекций дыхательных путей у младенцев и детей [1 - 5]. Ежегодно в мире у детей в возрасте до 5 лет регистрируют 33 миллиона случаев РСВ-инфекции, что приводит к госпитализации 3,6 млн человек и 118 200 смертям [6]. Среди недоношенных детей уровень РСВ-ассоциированной частоты госпитализаций значительно выше — в 1,69 — 3,87 раза, чем у младенцев, родившихся в срок [7]. Непродолжительный постинфекционный иммунитет и наличие нескольких генотипов вируса определяют высокую вероятность повторного заболевания [8 - 10].

Закономерно, что большая часть ОРИ протекает в легкой и среднетяжелой формах, не требующих госпитализации. Вследствие недостаточной лабораторной верификации этиологии на амбулаторном этапе оказания медицинской помощи большинство случаев РСВ-инфекции у детей и взрослых не попадает в официальную статистику. Преобладание нетяжелых форм РСВ-инфекции у детей не означает отсутствие последствий заболевания для экономики и общества в целом. Неполные данные официальной статистики оказывают существенное влияние на расчеты экономического бремени РСВ-инфекции, что требует моделирования подсчетов. В то же время, информация о более чем 3 млн госпитализаций и не менее, чем 100 тыс. случаев смертей детей до 5-летнего возраста ежегодно в мире от РСВ-инфекции и ее осложнений, позволяют считать это заболевание социально значимым и экономически затратным, как в моменте, так и в перспективе [11]. Даже относительно нетяжелые случаи болезни у детей в первые два года жизни могут приводить к развитию бактериальных осложнений, таких как бронхит, пневмония, острый средний отит, способствовать развитию бронхиальной астмы и др., что потребует дополнительных затрат на лечение.

Оценка экономического бремени РСВ-инфекции в нашей стране была проведена относительно недавно [12]. Методом моделирования установлено, что средние медицинские затраты на один случай РСВ-инфекции с поражением нижних дыхательных путей составляют 7 315 руб. у детей в возрасте до 1 года, 5 369 руб. у детей в возрасте от 1 до 2 лет и 4 530 руб. у детей 2 — 5 лет. Более высокие затраты у детей в возрасте до 1 года обусловлены большей предполагаемой частотой госпитализаций, средние затраты на которые колебались от 34 239 до 46 219 руб. В целом экономическое бремя, обусловленное РСВ-инфекцией, составило по расчетам авторов 12,23 млрд руб., в т.ч. медицинские затраты — 2,27 млрд руб. (18,5%). Это исследование проведено во многом на предположениях и научных допущениях, в том числе, как подчеркивают сами авторы, с учетом данных зарубежных метаанализов. Не умаляя значимости вышеупомянутого исследования, все же считаем, что ключевыми нерешенными вопросами, требующими уточнения и развития, являются оценка бремени РСВ-инфекции у детей 0 — 2-летнего возраста, как наиболее уязвимой группы, на основе реальных клинико-эпидемиологических данных, а также уточнение непрямых затрат общества вследствие смертности детей в этом возрасте от РСВ-инфекции.

Многолетние актуальные данные обезличенного мониторинга за РСВ-инфекцией, проводимого ФГБУ «НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева» Минздрава России, позволяют провести расчет социально-экономического бремени этого заболевания в популяции детей в возрасте 0 — 2 лет в России, что и стало целью исследования.

Материалы и методы / Materials and methods

Оценка числа случаев РСВ-инфекции у детей в возрасте 0 — 2 лет в 2022 — 2025 гг. проведена на основании анализа обезличенной базы подтвержденных лабораторно данных мониторинга ФГБУ «НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева». Информацию о случаях гриппа и ОРВИ НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева получал в сезоне 2022 — 2023 гг. из 18 городов — опорных баз, в 2023 — 2024 гг. — из 21 и в 2024 — 2025 гг. — из 34 городов. Наибольшая доля РСВ-инфекции (12,3%) в структуре ОРВИ отмечена в сезоне 2022 — 2023 гг., наименьшая (5,8%) — в 2024 — 2025 гг.

Для экстраполяции в целях определения количества заболевших в этой возрастной когорте населения по всей нашей стране был введен специальный поправочный коэффициент, рассчитанный следующим образом:

ПК = 1 / (население 0 — 2-летнего возраста в городах охвата мониторингом / население 0 — 2-летнего возраста РФ), где

ПК — поправочный коэффициент;

население 0 — 2-летнего возраста в городах охвата мониторингом НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева — 1 491 711 чел.;

население 0 — 2-летнего возраста в Российской Федерации на 2024 г. — 3 955 095 чел. <1>

---

<1> Федеральная служба государственной статистики. Ссылка активна 01.04.2026.

Рассчитанный таким образом поправочный коэффициент составляет 2,65. Его применение заключается в следующем: исходя из мониторинга НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева в сезоне 2024 — 2025 гг. в 34 городах страны у детей в возрасте 0 — 2 года зафиксировано 1 597 882 случая ОРВИ. Следуя логике минимальной — максимальной заболеваемости РСВ-инфекцией в этой группе больных с учетом вышеприведенных данных, возможно рассчитать число случаев в масштабах страны. Для этого число случаев в городах мониторинга умножается на поправочный коэффициент (научное допущение на основе реальных подтвержденных лабораторно данных). Минимальное количество случаев, рассчитанное подобным образом, составило 1 597 882 случая ОРВИ x 5,8% случаев РСВ-инфекции x 2,65 = 245 723 случая РСВ-инфекции в стране. Максимальное, рассчитанное подобным образом, — 1 597 882 x 12,3% x 2,65 = = 521 101 случай РСВ-инфекции (табл. 1). Также, согласно агрегированным данным НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева, 83,8% детей получили медицинскую помощь амбулаторно, а остальные 16,2% были госпитализированы, в том числе часть — в отделение реанимации и интенсивной терапии.

Параметр / Parameter	Минимальный / Minimal	Максимальный / Maximal	Источник / Source
Количество детей от 0 до 2 лет в Российской Федерации	3 955 095		Росстат
Количество детей от 0 до 2 лет в городах мониторинга	1 491 711		Собственные данные НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева
Количество ОРВИ у детей от 0 до 2 лет в городах мониторинга, 2024 г.	1 597 882		Собственные данные НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева
РСВ-инфекция у детей 0 — 2-летнего возраста в Российской Федерации	245 723	521 101	Расчетные данные
Из них госпитализированы (уровень 16,2%)	39 807	84 418	Расчетные данные
Из них пролечены амбулаторно (уровень 83,8%)	205 916	436 683	Расчетные данные

Нами проведено разделение клинических случаев РСВ-инфекции на 4 группы (модели пациента) с учетом характера течения заболевания:

Модель 1 — легкое течение заболевания, без осложнений, не требующее госпитализации.

Модель 2 — легкое течение заболевания, нетяжелые осложнения, не требующие госпитализации.

Модель 3 — среднетяжелое течение заболевания, без существенных осложнений, требующее госпитализации без помещения ребенка в отделение реанимации.

Модель 4 — тяжелое течение заболевания, осложненное, требующее госпитализации, в том числе в реанимационное отделение.

При этом пациенты, получающие лечение амбулаторно, распределены между моделями 1 — 2 в соотношении 50% на 50% (допущение). Госпитализированные больные на основании данных НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева распределялись между моделями 3 — 4 в соотношении 72,7% и 27,3% соответственно. Для моделей 1 — 2 суммарное минимальное расчетное число составило 205 916 случаев, а максимальное — 436 683. Для модели 3 — минимальное число 28 940 случаев, максимальное — 61 372. Для модели 4 — 10 867 и 23 046 случаев соответственно.

Расчет бремени болезни проводили на один сезон; для оценки отсроченных последствий РСВ-инфекции моделирование выполняли на всю ожидаемую продолжительность жизни. Рассмотрены прямые медицинские (затраты на оказание скорой медицинской помощи (СМП), затраты на стационарное и амбулаторное лечение) и немедицинские затраты (выплаты по временной нетрудоспособности родителю по уходу за больным ребенком), а также непрямые затраты (потери валового внутреннего продукта (ВВП) в связи с невыходом на работу одного из родителей по уходу за больным ребенком).

Стоимость лекарственных средств, включенных в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП), рассчитывали исходя из зарегистрированной предельной отпускной цены <2> с учетом НДС и торговой надбавки, препаратов, не включенных в ЖНВЛП, — по данным портала «ФармИндекс».

---

<2> https://grls.rosminzdrav.ru/Default.aspx

Затраты на оказание амбулаторной медицинской помощи определяются длительностью заболевания и необходимым количеством визитов в поликлинику, и представлены тарифами фонда обязательного медицинского страхования (ОМС) по г. Санкт-Петербургу [13]. Стоимость вызова скорой медицинской помощи определена в 6 119,90 руб. Затраты на оказание стационарной медицинской помощи в моделях 3 и 4 определены с учетом тяжести течения заболевания и необходимостью пребывания в отделении реанимации. Затраты на стационарную помощь также оценивали по тарифам г. Санкт-Петербург [13].

При оценке прямых немедицинских затрат (выплат по временной нетрудоспособности одного из родителей при уходе за больным ребенком) учитывали, что средняя выплата по листу нетрудоспособности в 2025 г. составляла 3 205,86 руб. в день и доля родителей, приступивших к трудовой деятельности, оценивалась в 80%.

Также определено недополучение ВВП (непрямые затраты или затраты, связанные с утратой производительности) в связи с уходом одного из родителей за ребенком. ВВП на душу населения в 2024 г. составил 2 571,71 руб/день.

При оценке отдаленных последствий в случае смерти ребенка от РСВ-инфекции оценивали не только экономические потери, которые включают недополучение ВВП в горизонте непрожитых лет, а также саму стоимость этих лет, то есть фактические и потенциальные потери. Их рассчитывали по формуле:

Спл = Сгсж x (ОПЖ — в), где

Спл — стоимость потерянных лет в результате смерти ребенка в определенном году;

Сгсж — стоимость года статистической жизни в определенном году;

ОПЖ — ожидаемая продолжительность жизни;

в — возраст умершего ребенка (при рассмотрении возраста 0 — 2 года он принят в среднем за 1 год).

Стоимость года непрожитой жизни определена в 513 тыс. руб. [14]. Ожидаемая продолжительность в России в 2025 г. составила 73,4 года. На основании данных Росстата по состоянию на 2024 г. вероятность ожидавшейся занятости в экономике в соответствующих возрастных группах составила в среднем 32 года. Дисконтирование стоимости потерянных лет жизни и ВВП в случае смерти ребенка от РСВ-инфекции осуществляли по ставке 3,5%.

Для моделей 1 — 2 помощь больным РСВ-инфекцией оказывает участковый педиатр, при развитии некоторых бактериальных осложнений — оториноларинголог (ЛОР) и пульмонолог.

В рамках модели 1 считалось, что ребенку однократно оказывают помощь на дому (стоимость 1 039,6 руб.) и 2 раза в поликлинике (955,3 руб. x 2) в течение периода болезни. Для расчета стоимости оказания медицинской помощи использовали действующие тарифы [13]. Длительность неосложненной РСВИ составляет 10 дней. При РСВ-инфекции легкой степени тяжести терапия осуществляется по общим принципам лечения — нормализация температуры тела, применение противокашлевых лекарственных средств при надсадном кашле, использование деконгестантов для облегчения носового дыхания, все это укладывается в сумме в 2 735 руб. Исходя из представленных данных общие прямые медицинские затраты на одного ребенка составляют 5 686 руб. Непрямые медицинские затраты (выплаты по уходу за ребенком) составят 25 647 руб., а потери ВВП вследствие ухода родителя за больным ребенком — 20 547 руб.

Для модели 2 предусмотрели посещение педиатром на дому 2 раза и визиты к нему в поликлинику трижды, также включили осмотр отоларинголога и пульмонолога — стоимости по 669,1 руб. и 661,0 руб. соответственно. Длительность заболевания 15 — 18 дней, затраты на лекарственную терапию больше, чем в модели 1, в связи с назначением дополнительных лекарственных препаратов согласно клиническим рекомендациям по лечению ОРВИ у детей <3> для облегчения кашля, насморка, в том числе и с учетом доли пациентов с увеличенной продолжительностью заболевания из-за развития осложнений, например отита. В общей сложности стоимость лекарственных препаратов оценена в 3 288 руб., а суммарные прямые медицинские затраты 9 563 руб/пациент. Выплаты родителю по листку нетрудоспособности по уходу за ребенком составят 39 240 руб., потери ВВП — 31 478 руб.

---

<3> https://cr.minzdrav.gov.ru/view-cr/25_2

Прямые затраты на лечение для модели 3 определены из расчета предшествующего лечения амбулаторно и последующей госпитализации с наличием (25%) или отсутствием (75%) внебольничной пневмонии (продолжительность 14 или 7 дней соответственно (табл. 2)). Учтено, что в стационар пациента доставляет бригада скорой помощи. Таким образом, суммарные прямые медицинские затраты на одного пациента оцениваются в 131 661 руб., непрямые медицинские — в 61 681 руб., непрямые — в 49 480 руб.

Наименование кода тарифного соглашения / Tariff code	Тариф, руб. / Tariff, RUB	Койко-день / Days of hospitalization
Модель 3 и 4: Грипп, ОРВИ	80 093,00	7
Модель 3 и 4: Внебольничная пневмония (до 3 лет)	159 051,20	14
Модель 4: Сепсис тяжелый (SOFA < 4) для реанимации	599 135,00	15
Модель 4: Сепсис тяжелый (SOFA >= 4) для реанимации	1 339 574,40	30

Для модели 4 учтены все затраты как для модели 3 (оказание скорой медицинской помощи, стационарного лечения и амбулаторной помощи в течение 10 дней после выписки из стационара) и добавлены стоимости пребывания в реанимационном отделении (табл. 2). При оценке затрат на пребывание в реанимации учитывалась вероятность того, что в 80% случаев помощь оказывается по тарифу «Сепсис тяжелый (SOFA < 4) для реанимации», в остальных — по тарифу «Сепсис тяжелый (SOFA >= 4) для реанимации». Непрямые медицинские расходы составили 107 845 руб. с учетом доли пациентов с увеличенной продолжительностью заболевания из-за развития различных осложнений (10%) как в модели 2, с учетом доли пациентов с развитием пневмонии (25%), которым необходима госпитализация большей продолжительностью (14 дней), как в модели 3 и с учетом разной продолжительности пребывания в реанимации (15 дней в 80% случаев и 30 дней в 20%). Непрямые расходы составили 86 512 руб.

Надежность результатов во всех моделях оценивали анализом чувствительности по основному параметру — размеру популяции. Таким образом, исследование представляло собой моделирование затрат исходя из размера популяции на основе базовых реальных клинико-эпидемиологических данных мониторинга НИИ гриппа им. А.А. Смородинцева. Расчет бремени РСВ-инфекции был осуществлен с позиции государства и общества.

Результаты / Results

На рис. 1 — 3 и в табл. 3 представлены полученные результаты.

Вид затрат Kinds of costs	Затраты Definition	Модель 1 (102 958 случаев РСВ) Model 1	Модель 2 (102 958 случаев РСВ) Model 2	Модель 3 (28 940 случаев РСВ) Model 3	Модель 4 (10 867 случаев РСВ) Model 4	ИТОГО на популяцию
Прямые медицинские затраты	Затраты на оказание скорой медицинской помощи, руб.	-	-	177 109 906	66 504 953	243 614 859
	Затраты на лечение РСВ-инфекции в стационарных условиях, руб.	-	-	3 468 626 852	9 422 544 016	12 891 170 868
	Затраты на лечение РСВ-инфекции в амбулаторных условиях, руб.	303 746 692	646 082 042	85 378 788	32 059 823	1 067 267 345
	Затраты на лекарственную терапию на амбулаторном этапе, руб.	281 651 476	338 495 660	79 168 143	29 727 720	729 042 999
Прямые немедицинские затраты	Затраты на выплату пособия по уходу за ребенком, руб.	2 640 553 953	4 040 047 549	1 785 042 479	1 171 954 134	9 637 598 115
Непрямые затраты	Недополученный ВВП, руб.	2 118 224 945	3 240 884 167	1 431 942 530	940 129 429	7 731 181 071
ИТОГО на популяцию за 1 сезон		5 344 177 066	8 265 509 417	7 027 268 698	11 662 920 075	32 299 875 256
Отдаленные последствия РСВИ	Стоимость потерянных непрожитых лет, руб.	-	-	2 381 226 209 644	894 152 910 166	3 275 379 119 810
ИТОГО на популяцию за 1 сезон + отдаленные последствия (стоимость потерянных непрожитых лет)		5 344 177 066	8 265 509 417	2 388 253 478 342	905 815 830 241	3 307 678 995 066

Примечание: РСВ — респираторно-синцитиальная вирусная инфекция.

Notes: РСВ — respiratory syncytial viral infection.

При оценке затрат на одного больного РСВ-инфекцией в течение одного сезона получены следующие значения: суммарные прямые и непрямые медицинские и непрямые затраты закономерно возрастали от модели к модели (от 1 до 4) и составили 51,9 тыс. руб., 80,3 тыс. руб., 242,8 тыс. руб., 1,07 млн руб. соответственно.

Отдельно рассмотрены непрямые затраты (потери), связанные со смертельным исходом при РСВ-инфекции, а именно, стоимость непрожитых лет жизни. При этом считалось, что такой исход может быть применим только в моделях 3 и 4. Так, в расчете на всю рассматриваемую популяцию для моделей 3 и 4 они составили соответственно 2,3 трлн руб. и 894,1 млрд руб. в течение всей жизни.

Таким образом, при расчете на популяцию пациентов в 245 723 человека, суммарные затраты (с учетом трат на отдаленные последствия РСВИ) составили 3,3 трлн руб. Из них на прямые медицинские затраты приходилось 14 931 096 071 руб., или 46,2% от затрат на период лечения без учета отдаленных последствий. При этом большая часть из прямых медицинских затрат являлась расходами на лечение в стационарных условиях — 12 891 170 868 руб. Относительно общего экономического бремени прямые медицинские затраты занимали 0,45%. Большая часть суммарных затрат приходилась на расходы, связанные с отдаленными последствиями РСВ-инфекции — стоимость потерянных (непрожитых) лет. Она составляла 3 275 379 119 810 руб., или 99% от общего экономического бремени. Аналогичным образом рассчитанное социально-экономическое бремя РСВ-инфекции при максимальном расчетном числе случаев за сезон (521 102) составило 7,014 трлн руб.

На рис. 4 приведены результаты анализа чувствительности при изменении численности случаев РСВ-инфекции.

Таким образом, результаты анализа чувствительности показали, что при отклонении ключевых показателей (размер популяции) разница затрат между сценариями с минимальным и максимальным количеством случаев РСВ-инфекции оставалась положительной, что свидетельствует об устойчивости модели.

Обсуждение / Discussion

Нами впервые рассчитано экономическое бремя РСВ-инфекции у детей 0 — 2-летнего возраста для Российской Федерации на основе комбинации реальных данных эпиднадзора, экспертного мнения о 4 вариантах тяжести течения РСВ-инфекции у детей и моделирования. Полученные результаты убедительно свидетельствуют о социально-экономической нагрузке на общество, связанной с РСВ-инфекцией, и возможной недооценке его последствий для государства. Следует отметить, что учтены как прямые медицинские и немедицинские, так и непрямые затраты в горизонте одного сезона подъема заболеваемости, при этом максимально разделены группы детей в зависимости от тяжести течения заболевания на основе экспертной клинической оценки. Отдельно проведена оценка стоимости потерянных лет жизни при наступлении летального исхода у ребенка на фоне тяжелого течения РСВ-инфекции.

На амбулаторном этапе лечения затраты на одного ребенка, возможно, невысокие, — 51 906 руб/пациент без осложнений и 80 280 руб/пациент при наличии осложнений (суммарные). Но с учетом потенциального количества заболевающих они выливаются в значительные расходы общественного здравоохранения. В случае среднетяжелого и тяжелого течения РСВ-инфекции большая часть прямых медицинских затрат — это расходы на лечение в стационаре.

Различия в оценках бремени РСВ-инфекции разными авторами подчеркивают сложность его расчетов для болезней, протекающих остро, имеющих сезонность. Также на расчеты влияют уровень летальности и отдаленные последствия инфекции, лечение вероятно развившихся заболеваний на протяжении длительного времени, таких как бронхиальная астма, например, триггером для которой может быть РСВ-инфекция.

Заключение / Conclusion

Респираторно-синцитиальная вирусная инфекция у детей 0 — 2 лет жизни характеризуется существенным социально-экономическим бременем для общества и государства. При этом затраты на один случай определяются тяжестью течения и тактикой ведения пациента (амбулаторно, в круглосуточном стационаре с/без поступления в отделение интенсивной терапии).

Рост числа случаев РСВ-инфекции приводит к пропорциональному увеличению всех компонентов бремени — прямых медицинских и немедицинских расходов, непрямых затрат, в том числе — и во многом определяющим бремя — стоимости потерянных лет жизни.

Общее социально-экономическое бремя РСВ-инфекции у детей 0 — 2 лет жизни оценивается как существенное (с учетом стоимости потерянных лет жизни) и может составлять от 3,31 трлн руб. до 7,01 трлн руб.

Снижение социально-экономического бремени РСВ-инфекции у детей 0 — 2 лет жизни возможно при организации мер профилактики как самого заболевания, так и его осложнений, в том числе и с помощью иммунизации. Снижение нагрузки на бюджет только для снижения прямых медицинских расходов при эффективной массовой сезонной профилактике (иммунизации), особенно у детей первого года жизни, может дать существенную экономическую отдачу.

Литература / References

1. Рябиченко Т.И., Скосырева Г.А., Обухова О.О. и соавт. Этиологическая структура острых респираторных вирусных инфекций у детей, госпитализированных в стационар в 2015 — 2018 гг. Инфекционные болезни: новости, мнения, обучение. 2021; 10 (2): 47-53. [Ryabichenko T.I., Skosireva G.A., Obukhova O.O. et al. Etiological structure of acute respiratory infections in hospitalized cildren in 2015 — 2018 yy. Infectious diseases: news, opinions, education. 2021; 10 (2): 47-53 (In Rus.)]. doi: 10.33029/2305-3496-2021-10-247-53.

2. Ramaekers K., Keyaerts E., Rector A. et al. Prevalence and seasonality of six respiratory viruses during five consecutive epidemic seasons in Belgium. J Clin Virol. 2017; 94: 72-78. doi: 10.1016/j.jcv.2017.07.011.

3. Zhu G., Xu D., Zhang Y. et al. Epidemiological characteristics of four common respiratory viral infections in children. Virol J. 2021; 18 (1): 10. doi: 10.1186/s12985-020-01475-y.

4. Brittain-Long R., Nord S., Olofsson S. et al. Multiplex real-time PCR for detection of respiratory tract infections. J. Clin. Virol. 2008; 41 (1): 53-56. doi: 10.1016/j.jcv.2007.10.029.

5. Pun J.C.S., Tao K.P., Yam S.L.S. et al. Respiratory viral infection patterns in hospitalised children before and after COVID-19 in Hong Kong. Viruses. 2024; 16 (11): 1786. doi: 10.3390/v16111786.

6. Mazur N.I., Caballero M.T., Nunes M.C. Severe respiratory syncytial virus infection in children: burden, management, and emerging therapies. Lancet. 2024; 404 (10458): 1143-1156. doi: 10.1016/S0140-6736(24)01716-1.

7. Wang X., Li Y., Shi T. at al.; Respiratory Virus Global Epidemiology Network; RESCEU investigators. Global disease burden of and risk factors for acute lower respiratory infections caused by respiratory syncytial virus in preterm infants and young children in 2019: a systematic review and meta-analysis of aggregated and individual participant data. Lancet. 2024; 403 (10433): 1241-1253. doi: 10.1016/S0140-6736(24)00138-7.

8. Natural Reinfection with Respiratory Syncytial Virus Does Not Boost Virus-Specific T-Cell Immunity / Pediatric Research. https://www.nature.com/articles/pr2002190. Accessed 19.04.2026.

9. Muñoz -Escalante J.C., Comas — Garrίa A., Bernal-Silva S. et al. Respiratory syncytial virus A genotype classification based on systematic intergenotypic and intragenotypic sequence analysis. Sci. Rep. 2019; 9 (1): 20097. doi: 10.1038/s41598-019-56552-2.

10. Nduaguba S.O., Tran P.T., Choi Y., Winterstein AG. Respiratory syncytial virus reinfections among infants and young children in the United States, 2011 — 2019, PLOS ONE. 2023; 18 (2): e0281555. doi: 10.1371/journal.pone.0281555.

11. Zhang X.L., Zhang X., Hua W. et al. Expert consensus on the diagnosis, treatment, and prevention of respiratory syncytial virus infections in children. World J Pediatr. 2024; 20 (1): 11-25. doi: 10.1007/s12519-023-00777-9.

12. Игнатьева В.И., Овсянников Д.Ю., Цыганков А.Е. и соавт. Социально-экономическое бремя респираторно-синцитиальной вирусной инфекции нижних дыхательных путей у детей в возрасте от рождения до 5 лет в Российской Федерации: результаты моделирования. ФАРМАКОЭКОНОМИКА. Современная фармакоэкономика и фармакоэпидемиология. 2023; 16 (4): 517-525. [Ignatyeva V.I., Ovsyannikov D.Yu., Tsygankov А.Е. et al. Socio-economic burden of respiratory syncytial viral infection of the lower respiratory tract in children aged from birth to 5 years in the Russian Federation: modeling results. FARMAKOEKONOMIKA. Modern Pharmacoeconomics and Pharmacoepidemiology. 2023; 16 (4): 517-525 (in Russ.)]. doi: 10.17749/2070-4909/farmakoekonomika.2023.217.

13. Закон Санкт-Петербурга № 812-176 от 19.12.2024 «О Территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи в Санкт-Петербурге на 2025 год и на плановый период 2026 и 2027 годов». Обращение к ресурсу 12.11.2025. [The Law of St. Petersburg No. 812-176 dated 12/19/2024 «On the territorial program of state guarantees of free medical care to citizens in St. Petersburg for 2025 and for the planned period of 2026 and 2027» (In Russ.)]. http://zdrav.spb.ru/media/filebrowser. Accessed 12.11.2025.

14. Варшавский А.Е., Кузнецова М.С. Оценка экономического ущерба при сокращении продолжительности жизни людей в результате основных видов заболеваний. Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2023; 19 (12): 2206-2236. [Varshavsky A.E., Kuznetsova M.S. Assessment of economic damage from reduction in life expectancy due to major types of diseases. National Interests: Priorities and Security. 2023; 19 (12): 2206-2236 (In Russ.)]. doi: 10.24891/ni.19.12.2206.

Подписано в печать

30.06.2026

---