Статья. «Делайте ставки, господа!»

(Р.Шевченко)

(«Фармацевтическое обозрение», 2009, № 4)

Об отечественных фармацевтических производителях существует масса полярных мнений. Одни утверждают, что никакого будущего у российского фармпрома нет, другие, напротив, уверены в высоком потенциале отрасли и активно пропагандируют эту идею. Но, скорее всего, в этом споре выиграет тот, кто уже сегодня без лишних дискуссий работает на рынке, патентует изобретения, внедряет их в производство и финансирует строительство собственных производственных мощностей. Правы те, кто думает о будущем, поскольку оно строится сегодня, хотя и в непростых экономических условиях.

Кризис внес поправки

Российский фармацевтический рынок не первый раз сталкивается с кризисом. Впрочем, как замечает руководитель департамента аналитических исследований ЦМИ «Фармэксперт» Николай Беспалов, надо отдать должное российским предприятиям, от экономических ударов они оправлялись достаточно быстро. Так, после схожей ситуации 1998 года отечественные производители смогли уйти в плюс и возобновили рост спустя всего лишь год. Второй минимум пришелся на 2002 год и был связан с введением 10-процентного НДС на лекарственные средства. ЛС подорожали, и спрос временно сместился в сторону недорогих импортных аналогов (иногда неоправданно дешевых и сомнительного качества). От этого выиграли поставщики из стран СНГ, Румынии, Индии и т.д.

Любые кризисные явления в России приводят, прежде всего, к росту цен, что хорошо демонстрирует нефтяной рынок: несмотря на снижение стоимости сырой нефти в несколько раз, цена бензина практически не изменилась. Фармацевтический рынок на нынешнюю ситуацию также отреагировал дружным увеличением цен. Тем не менее, стоимость отечественной продукции намного ниже, чем у импортных аналогов, что делает ее в глазах значительного числа потребителей более привлекательной и дает хороший шанс на успех и увеличение рыночной доли, считает аналитик.

Несмотря на значительный рост российского фармпроизводства и фармацевтического рынка в целом, доля отечественных компаний на рынке демонстрирует тенденцию к снижению, одновременно растет количество фармацевтических компаний. Часть из них представляет собой активы иностранных фармкомпаний. Российский фармрынок на протяжении последних нескольких лет показывал значительный рост, при этом снижение доли отечественной продукции не приводило к уменьшению ее абсолютного значения. Однако в условиях экономического кризиса ситуация может коренным образом измениться, и борьба за потребительский спрос обещает быть нешуточной, предрекает Николай Беспалов.

Отечественные производители теряют долю во всех сегментах российского фармрынка — розничном, госпитальном, ДЛО (ОНЛС/ВЗН). В среднем по рынку только за 2008 год компании лишились более 3 процентов. Наилучшие показатели роста демонстрируют брендированные торговые марки, с сильной рекламной поддержкой или активным продвижением медицинскими производителями. Небрендированные товары постепенно уходят с рынка, доли их в лучшем случае не растут, а в худшем снижаются. ТОР-10 российских фармкомпаний по объемам продаж в 2008 году выглядит следующим образом: «Фармстандарт», «Штада», «Валента», «Верофарм», «Материа медика», «Фарм-центр», «Сотекс», «Биотэк», НПО «Микроген», «Польфарма».

«Нынешний кризис дал очередной шанс российским производителям, — говорит Николай Беспалов. — И вновь развитие событий пошло по накатанному сценарию. Вначале объемы несколько просели из-за общего падения продаж в связи со снижением уровня жизни населения, а затем спрос на отечественную продукцию начал повышаться за счет более выгодного ценового предложения. К 2009 году на старте собрались самые разные типы фармацевтических компаний, и кто из них будет лидером через несколько десятков лет, судить практически невозможно. Сегодняшняя финансовая ситуация внесла значительные поправки в планы развития многих компаний, и каких-то последствий скорее всего не удастся избежать ни мастодонтам эпохи СССР („Мосхимфармпрепараты“, „Дальхимфарм“, „Татхимфарм“), ни компаниям новой России („Фармстандарт“, „Верофарм“), ни успешным стартапам („Фарм-Синтез“, „Биопроцесс“, „Полисан“). Кризис стал для многих компаний определенным рубежом, проверкой на прочность. Очень скоро станет ясно, кто выбьется в лидеры, а кто сойдет с дистанции. Каждая компания делает определенные ставки на свое будущее развитие: кто-то сосредоточивается на госзаказе, другие дифференцируют продуктовый портфель, третьи надеются на инновации».

Государство и чиновник — близнецы-братья?

А что же государство? Какие действия предприняло руководство страны в сфере регулирования фармпромышленности? В 2008 году был проведен ряд важных встреч и совещаний, среди которых — оперативное совещание Совета Безопасности РФ «О мерах по обеспечению населения, учреждений системы здравоохранения и Вооруженных Сил Российской Федерации лекарственными средствами отечественного производства» (9 февраля 2008 г.); совещание у председателя Правительства Российской Федерации «О мерах по развитию производства медицинских препаратов» (19 июня 2008 г.). Принято постановление Правительства РФ № 785 «О Совете по развитию фармацевтической и медицинской промышленности при Правительстве Российской Федерации» (27 октября 2008 г.). С этими решениями фармпроизводители связывали большие надежды, однако по целому ряду позиций воз и ныне там, констатирует директор Ассоциации российских фармацевтических производителей Виктор Дмитриев.

По его словам, государство декларирует необходимость реализации программ импортозамещения, переход отрасли на стандарты GMP, изменение нормативно-правовой базы, утверждение Стратегии развития отечественной фармацевтической промышленности. На деле же импортозамещение отсутствует в бюджетных закупках, и встает вопрос, для чего же тогда предприятию затрачивать средства, переходить на эти программы, увеличивать себестоимость продукции... Ведь в конечном итоге российские фармпроизводители оказываются за бортом этих закупок. Не создан стандарт как документ, нет государственной инспекции, и в связи с этим на предприятиях отсутствует мотивация к переходу на стандарты СМР, ведь никаких преференций от того, работаешь по ним или нет, никто не получает. Не внесены и изменения в ФЗ № 86, ФЗ № 94 по регистрации, инспектированию, госрегулированию цен при бюджетных закупках. Стратегия развития фармпромышленности внесена на рассмотрение Правительства, но не согласована в федеральных ведомствах, и поэтому перспектива ее принятия в ближайшее время весьма туманна.

«Многие вопросы, которые отражены в Стратегии, сегодня уже реализуются, и они могли бы воплощаться в жизнь гораздо эффективнее, если бы государство и чиновник не имели знака равенства между собой, — сетует Виктор Дмитриев. — Мы мониторим ситуацию, и, к сожалению, видим картину по бюджетным закупкам. Приведу примеры по ряду областей и регионов. Свердловская область (закупки Калия йодида), Красноярский край (закупки Тамсулозина), Смоленская область (закупки Тамсулозина, Эпоэтина), Республика Татарстан (закупки Эпоэтина), Тверская область (закупки Тамсулозина) — если в 2008 году или в первом его полугодии закупались препараты, произведенные отечественными производителями в РФ, то во втором полугодии или в этом году идут закупки импортных средств, причем по ценам в 2-3 раза выше тех, что были раньше. Вот отношение чиновников к этому вопросу».

Нынешняя система региональных аукционов по программе ОНЛС (ДЛО) тоже не содействует развитию российской фармацевтической промышленности. Это ударяет не только по производителю и экономике страны, особенно в условиях кризиса, но и по пациенту, которого лишают возможности приобрести более дешевые и при этом вполне качественные отечественные препараты. В очередной раз вопрос рассматривался на общем собрании АРФП, состоявшемся 26 февраля. В нем приняли участие начальник Управления по борьбе с картелями Федеральной антимонопольной службы России Александр Кинев и начальник Управления социальной сферы и торговли Федеральной антимонопольной службы Тимофей Нижегородцев.

Компании — члены АРФП привели конкретные примеры нарушений проведения аукционов в различных регионах РФ, когда конкурсная документация составляется с указанием целого ряда дополнительных параметров, которые соотносят каждый лот с конкретным лекарственным средством от определенного производителя, которое зачастую в разы превышает стоимость отечественного аналога. Такие торги — прямое нарушение Федерального закона № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», согласно которому конкурсная документация не должна содержать требования к товару или его производителю, если такие запросы влекут за собой ограничение количества участников размещения заказа. «По предварительным данным за 2008 год, опубликованным ЦМИ „Фармэксперт“, доля российских препаратов в программе ОНЛС (ДЛО) снизилась до 4 процентов, тогда как еще в 2007 году она была около 8-10 процентов, то есть на бюджетные средства закупается все меньше и меньше отечественных лекарств», — подчеркнул Виктор Дмитриев.

В ответ представители ФАС сообщили, что их ведомство всегда готово рассматривать жалобы о нарушениях исполнения закона № 94-ФЗ и в случае их обоснованности предписывать территориальным органам здравоохранения устранять допущенные нарушения вплоть до аннулирования торгов. Стороны договорились о регулярном предоставлении информации в ФАС о случаях неправомерного проведения аукционов.

Зарегистрируйте нас!

Другой важной темой обсуждения стали вопросы регистрации лекарственных средств. Согласно существующим требованиям, срок регистрации ЛС на российском рынке не может превышать 6 месяцев со дня подачи заявления. На деле же это время растягивается до двух и более лет, и, как правило, этот момент абсолютно непредсказуем, что для компаний означает невозможность планирования экономической деятельности. Неисполнение в срок процедур регистрации со стороны государственных органов, также как искусственно созданные препоны этому процессу, фактически приводят к ограничению вывода продуктов на товарный рынок. Тимофей Нижегородцев отметил, что Федеральная антимонопольная служба располагает информацией об имеющихся нарушениях установленных законодательством требований в вопросах регистрации препаратов и будет предпринимать соответствующие действия для устранения этих нарушений.

Речь на совещании коснулась и внесения изменений в Федеральный закон № 86-ФЗ «О лекарственных средствах». ФАС разделяет мнение АРФП о необходимости отмены регистрации субстанций, как положения, ставящего в неконкурентные условия российских и зарубежных производителей. Однако антимонопольная служба обращает внимание на то, что процедуры государственной регистрации ЛС в законопроекте «Об изменении Федерального закона № 86-ФЗ „О лекарственных средствах“ прописаны недостаточно четко и не способствуют сокращению сроков и упорядочению процедур в этой сфере. С этим отчасти и связано отрицательное заключение ФАС по законопроекту. Тимофей Нижегородцев подчеркнул, что как при существующей системе регистрации ЛС, так и с учетом предлагаемых в законопроекте изменений вероятность успешной реализации Стратегии развития российской фармацевтической промышленности до 2020 года сведена к минимуму, поскольку компании лишены возможности оперативно выпускать на рынок новые дженерики и тем более инновационные продукты.»

В подобной ситуации вопрос создания иностранными производителями производственных площадок на территории России остается открытым, а интерес к их развитию будет все меньше и меньше, считает Виктор Дмитриев. Во-первых, потому, что такой производитель сразу сталкивается со всеми регуляторными проблемами, с которыми знакомы отечественные коллеги: регистрация субстанций затрудняет выход на рынок, фактически увеличивая этот срок как минимум на 1,5-2 года. Достаточно яркий тому пример — «Хемофарм». Сегодня произведенные компанией препараты продаются в Германии, но регистрация в РФ ибупрофена, произведенного в России, все еще не завершена. Обычно этот процесс длится гораздо дольше, чем строительство всего предприятия. И это, конечно, не внушает оптимизма.

«Зачастую, сложившаяся практика нормоприменения существующих требований фактически сводит на нет усилия федеральных законодателей, — говорит Виктор Дмитриев. — Опыт предприятий — членов АРФП говорит о том, что эти нормы или не исполняются, как, например, сроки регистрации ЛС, или реализуются некорректно, без должной аргументации принятия того или иного решения. Взаимодействие АРФП с ФАС будет направлено как на устранение сбоев в нормоприменительной практике и определение ответственности за нарушение закрепленных законодательством требований, так и на выработку законотворческих инициатив, способствующих созданию конкурентных и прозрачных правил для участников фармрынка».

Большие надежды российские фармпроизводители связывают с Концепцией лекарственного обеспечения системы здравоохранения. И хотя в Концепции здравоохранения, которая сегодня уже обсуждается в Думе, ей отведено лишь полторы страницы, есть надежда, что в документе удастся прописать вопросы лекарственного страхования и это позволит отечественной фармпромышленности развиваться.

«Многие из поставленных вопросов даже в сложившейся ситуации, с нынешней нормативно-правовой базой и финансированием могут быть решены усилием политической воли, — утверждает Виктор Дмитриев. — Я уверен, что если бы с наших губернаторов спрашивали, почему закуплено то или иное ЛС, ситуация на рынке была бы совсем другой. Мы на эту волю очень рассчитываем, плотно работаем с Думой, „Единой Россией“, федеральными органами власти. Есть интересы конкретных людей, чиновников, но, думаю, дело с мертвой точки сдвинется. Я уверен, что России фармпромышленность нужна, как минимум, для выпуска жизненно важных и необходимых ЛС. Ее поддержка и развитие — это возможность сохранения и создания рабочих мест, поддержания налогооблагаемой базы, возможность реинвестирования потенциальной прибыли в обновление производственных мощностей, разработка новой продукции. Но фармпромышленность — это не только экономика, не только социальные программы, но еще и геополитика, вопросы безопасности».

Светлая фармацевтическая утопия

Светлое будущее у фармации есть, но очевидно, что этот счастливый момент увидят далеко не все компании, функционирующие на рынке сейчас, считает Николай Беспалов. Более того, до 2050 года, скорее всего, доживет даже меньшая часть тех, кто сейчас формирует отрасль. Прекрасное далеко видится таким: к 2050 году российский фармацевтический рынок составит 120 млрд. долл. Лекарственные средства становятся одним из основных экспортных товаров России. Европейские страны озабочены высокой степенью зависимости от поставок российских ЛС. Более 15 процентов субстанций ЛС в мире производится на нашей территории. Здесь же функционируют научные центры крупнейших фармацевтических компаний.

«Безусловно, чтобы занять ведущую роль на мировом фармацевтическом рынке, отечественной фармпромышленности придется пройти огромный путь, да и, наверное, этот вариант вообще маловероятен, — говорит Николай Беспалов. — Однако закрепление позиций среди лидеров мирового фармрынка — это, безусловно, не самоцель, эта сфера деятельности наукоемкая и способна стимулировать развитие целого ряда других отраслей. Еще один немаловажный фактор — фармацевтический рынок емок и финансово, а значит, способен значительно диверсифицировать экспортные поставки и структуру доходов нашей страны. Совершенно очевидно, что без государственного влияния отрасль обойтись не сможет, однако это воздействие должно быть многократно взвешено, печальные последствия таких вмешательств в экономику нам всем хорошо знакомы. В любом случае, государство лишь формирует среду обитания, а как ей воспользоваться и что на предложенной почве вырастет, зависит от усилий конкретных компаний, определенных людей.»

В забеге на длинную дистанцию проиграют те, кто обладает значительными финансовыми ресурсами, привык решать проблемы за деньги, имеет стабильные рынки сбыта, располагает портфелем с «раскрученными» торговыми марками, делает ставку на инновационные продукты. Все перечисленные обстоятельства способны обеспечить успех на короткой дистанции, однако при прогнозе на длительный период ряд факторов может нивелироваться: финансовые ресурсы способны иссякнуть, привычные рынки сбыта — начать стагнировать, приоритеты в госаппарате могут измениться и т.д. С подобной сменой среды в свое время столкнулись компании после развала СССР и кардинального изменения экономических условий в стране.

Даже те, кто делает ставку на инновационность и имеет в своем портфеле ряд перспективных марок, не застрахованы от проигрыша, потому что мало иметь эту продукцию, ею еще надо правильно воспользоваться. Сейчас нередки примеры, когда компания имеет замечательные конкурентоспособные разработки, но они практически не известны на рынке, и шансов на будущее такие марки, как правило, не имеют, несмотря на весь заложенный в них потенциал. Очевидно, что только постоянное изменение, мгновенная адаптация к меняющимся условиям, эффективное управление существующими активами могут дать гарантию будущего благополучия. Чтобы быть инновационной компанией, необходимо, прежде всего, иметь соответствующую систему менеджмента, и в этом основная надежда на успех».

Пока все неплохо

Как ощущают себя в условиях экономического кризиса производственные фармацевтические компании, работающие на российском рынке, и что предпринимают для того, чтобы оградить себя от его влияния? С этими вопросами корреспондент «Фармацевтического обозрения» обратился к представителям ряда компаний.

Татьяна Усачева, финансовый аналитик ОАО «Верофарм»:

• ОАО «Верофарм» — один из крупнейших российских фармацевтических производителей. Рыночная капитализация компании на 31 декабря 2008 года, по данным РТС, составила 100 млн. долларов США. Уставный капитал составляет десять миллионов обыкновенных именных акций. ОАО «Верофарм» лидирует в России по выпуску пластырей и онкологических препаратов. Производство представлено тремя фармацевтическими заводами — в Белгороде, Воронеже и Покрове. В портфеле продукции более 400 препаратов.

Кризис в компании ощущаем, это связано с увеличением долга по дебиторской задолженности, в том числе с увеличением доли просроченной дебиторской задолженности. Это приводит к возникновению проблем ликвидности. Поэтому мы ужесточаем контроль с клиентами по ДЗ, с каждым из них ведется персональная работа. Проблемы с ликвидностью в основном испытывают фармдистрибьюторы, причем у специализированных фирм их значительно меньше. Для некоторых компаний мы уменьшили объемы отгрузок, кому-то прекратили поставки.

В 2009 году планируем сохранить темп роста продаж на уровне 2008 года в рублях, выпустить 13 новых препаратов. Расширение или, наоборот, сокращение объемов производства не планируется.

Сергей Деревянных, глава московского представительства фирмы Ebewe Pharma:

• Мы выпускаем две категории препаратов: нейропродукты, самый яркий представитель из которых — Церебролизин, и есть еще линейка самых востребованных онкологических дженериков. У нас имеется производство непосредственно на территории России, мы сотрудничаем с компанией «Биоком» в Ставрополе, на площадях которой пакуется одна из форм Церебролизина. Наш оборот — 30-40 млн. евро.

До сих пор влияния кризиса мы остро не почувствовали, правда, есть некоторые вопросы на уровне каналов дистрибуции. В то же время нас, естественно, интересует, что происходит с аптеками. По информации представителей, пока все вроде бы спокойно, единственно — появилась дефектура. Что объяснимо: по поставкам препаратов январь был абсолютно пустой, февраль практически тоже, и этот момент уже дал о себе знать. И второе — интересуемся, успели ли всколыхнуться цены. Поступают данные, что рост почувствовался, хотя этого быть не должно, ведь товар, который сейчас находится в аптеках, поставлен еще по старым ценам. Тем не менее, как дистрибуция, так и аптечные сети сообразили, что долги надо отдавать в евро.

Что касается дистрибьюторов, с которыми мы сотрудничаем, то они пришли к нам и предложили компенсировать курсовые риски. Практически все изначально говорили о стопроцентной компенсации, но в процессе переговоров удалось прийти к компромиссам, приемлемым на нынешнем этапе для всех сторон. Наша позиция изначально была такова: курсовые риски — это не наш бизнес, мы не занимаемся дистрибуцией, а производим препараты, продвигаем их. Но с другой стороны, есть понимание, что наши партнеры испытывают сейчас не самые лучшие времена, и поэтому, конечно, мы сочли целесообразным пойти им навстречу и, что называется, поделиться своей маржой. Хотя нельзя сказать, что она у нас велика.

Я общался с коллегами, все прекрасно понимают, что остановить бизнес смерти подобно, поэтому лучше всем поступиться сиюминутной выгодой, с тем, чтобы поддержать поток товара на адекватном уровне. Хуже всего, если начнет теряться доля рынка, пациенты не будут покупать лекарства. Ведь свято место пусто не бывает, и его сразу займет кто-то другой. Пока у нас ситуация стабильная, сокращений не планируем.

Максим Попов, руководитель отдела маркетинга компании Actavis:

• У нас пока все неплохо. Впрямую на компанию «Актавис» в России кризис пока не оказал влияния. Мы пятая в мире по объему продаж дженериковая компания. Производим брендированные и небрендированные дженерики в таких областях, как кардиология, психиатрия, неврология. И, кроме того, у нас очень богатый портфель безрецептурных препаратов, доставшийся нам в наследство от компании, входящей в группу (бывшая «Балканфарма») — Троксевазин, Седалгин, Спазмалгон, Альмагель и другие популярные препараты. Штаб-квартира компании находится в Исландии, в группу входит 28 производителей по всему миру. Компания достаточно активно росла в 2005-2007 годах, приобретая и поглощая местных производителей в Восточной Европе, Индии и Китае. В России есть свое производство в Подольске, на котором выпускаются готовые лекарственные формы и производится упаковка для некоторых сторонних компаний, например, «Астра Зенека».

Некоторые затруднения мы ощутили в декабре, январе. В первую очередь, это было связано с компаниями, зависимыми от кредитования, дистрибьюторами. Сохраняются некоторые проблемы со своевременностью платежей нам, производителям, но пока ситуация не критична, на деятельность компании она существенного влияния не оказывает. Брать кредиты у нас нет необходимости, мы располагаем собственными средствами. Кризис ощущается только в том, что некоторые финансовые данные, так называемый кэш флоу (финансовый поток) в месяцах имеет показатели ниже запланированного бюджета. В этом плане какие-то специальные меры пока не предпринимались. Мы активно работаем с дистрибьюторами, стараемся найти решение, удобное для обеих сторон.

Ожидается, что этот год для «Актависа» в России будет сложнее предыдущего. И будучи проактивной компанией, мы предполагаем, что некоторые лончи, то есть выход отдельных продуктов на рынок, могут перенестись или отложиться. Сейчас принято решение сфокусироваться только на том, что наиболее востребовано на рынке. Вывод препаратов второго и третьего эшелона, которые было бы неплохо иметь, но не являющихся потенциальными «блокбастерами», мы, возможно, сдвинем на второе полугодие или на следующий год.

На мой взгляд, кризис может сказаться на компаниях, высоко зависимых от ДЛО, ОНЛС, от государственных денег. Как мне видится, самая большая проблема в отношениях фармбизнеса и государства — это государственные поставки. Дистрибьюторы страдают из-за больших отсрочек по платежам, по цепочке страдают и производители. В нашем бизнесе эта доля невелика, поэтому проблемы в этой части нас не сильно коснулись. Мы рассчитываем только на свои силы. У нас компания небольшая, но гибкая и динамичная, нет ни одного лишнего человека, все при деле, на своем месте, сокращения не планируются.

Виктория Анашкина, генеральный директор Amgen:

• Мы растем с нуля, причем без кредитов, поэтому кризис для нас не так чувствителен. «Амжен» давно присутствует на мировом рынке и имеет приличную долю, но в Россию компания пришла поздно, всего два года назад. Мы занимаемся фармацевтическими биотехнологиями. Оборот составляет несколько миллионов долларов. У кого большой базис, тем, наверное, тяжело, но у нас лишь замедлился рост, пришлось скорректировать планы по его темпам.

Плохо то, что кризис создает ситуацию неуверенности: лекарственные бюджеты фиксированы в рублях, и непонятно, будет ли происходить дальнейшее секвестирование этих средств или нет. Это ведет к тому, что деньги придерживают, расходуют только на самые жизненно необходимые препараты. Соответственно уменьшилась степень готовности включать в бюджеты что-то новое.

Большие компании, вкладывающие в науку, ждут от государства приравнивания таких инвестиций к инвестициям в производство. Сегодня речь идет о выпуске препаратов массового пользования, а те, что предназначены для лечения тяжелых заболеваний, делать в России экономически невыгодно. Мало того, для биотехнологических препаратов это может быть чревато компромиссом качества. Для этой группы вложения в российскую науку выливаются в приличные деньги. Нам следует развивать клинические исследования. Наверное, это не поможет немедленному решению проблемы кризиса... Но дорогу осилит идущий.

Василий Скрыпин, генеральный директор Bioprocess:

• Мы производим интерферон. Оборот компании — порядка 10 млн. долл. У нас нет кредитной проблемы, хватает своих оборотных средств, поэтому чувствуем себя стабильно. Однако хочу заметить, что инерция в области фармпроизводства гораздо больше, чем она же в таких капиталоемких областях бизнеса, как автомобильная промышленность. Люди начинают задумываться над этими расходами в последнюю очередь, ведь гораздо проще отодвинуть приобретение машины, чем покупку лекарства. Кроме того, из-за отсрочек платежей сейчас приходят деньги еще за те товары, которые отгрузили в конце третьего, начале четвертого кварталов прошлого года. Поэтому, на мой взгляд, последствия кризиса для фармбизнеса будут несколько отложенными. Хватит ли этого запаса на то, чтобы проскочить «над бездной», не знаю, это зависит от того, какой глубины она будет».

У разных фармпроизводителей ситуация своя. Но в любом случае она, кажется, однозначно лучше, чем у фармдистрибьюторов, которые вынуждены компенсировать свои валютные и курсовые риски. Эта волна докатится и до производителей, как уже добралась до зарубежных коллег. В этом смысле российские компании меньше ощутили давление дистрибьюторов. Ситуация такова: чей препарат на рынке устойчивее, тот себя стабильнее и чувствует.

Прогноз руководителя департамента аналитических исследований ЦМИ «Фармэксперт» Николая Беспалова:

К 2050 году в России можно будет обнаружить несколько типов компаний.

Инновационные — с выходом на международный уровень, рынок сбыта — весь мир.

Дженериковые — практически полностью обеспечивают потребности России, особенно в сегментах с государственным финансированием, также с серьезными позициями на мировом рынке, ключевые рынки сбыта — Азия и Африка, а также страны ближайшего зарубежья.

Локальные предприятия транснациональных компаний — обеспечивают потребности внутреннего рынка, а также страны ближайшего зарубежья.

Венчурные компании — занимаются разработкой новых препаратов, и впоследствии либо самостоятельно выходят на рынок, либо становятся объектами поглощения со стороны более крупных собратьев.

Фармацевтические фабрики — в 2010-2012 гг. началось реформирование этого типа предприятий, ряд компаний перепрофилировался на производство ново-галеновых препаратов с высокой рентабельностью, другие занялись производством экстрактов высокой степени очистки, вплоть до выделения отдельных биологически активных веществ из растительного сырья.

---