Решение Трибунала первой инстанции (Третья палата) от 14.03.2007 по делу № T-107/04
Актуально на 13.11.2026.
Как цитировать: Решение Трибунала первой инстанции (Третья палата) от 14.03.2007 по делу N T-107/04. T-107/04. 14.03.2007. https://bukva.ai/docs/reshenie-t-10704
«Алюминиум Силикон Милл Продуктс ГмбХ v Совета Европейского Союза»
[неофициальный перевод] <*>
РЕШЕНИЕ ТРИБУНАЛА ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ (ТРЕТЬЯ ПАЛАТА) от 14 марта 2007 г.
АЛЮМИНИУМ СИЛИКОН МИЛЛ ПРОДУКТС ГМБХ
v СОВЕТА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА
<*> Перевод — кандидат юридических наук Калиниченко П.А.
Иск об аннулировании — Демпинг — Импорт силикона, произведенного в России — Ущерб — Причинная связь.
1. Процедура — Приведение нового довода в ходе рассмотрения дела.
(Ст. ст. 44 (1) «c» и 48 (2) Правил процедуры Трибунала первой инстанции).
2. Общая торговая политика — Защита от демпинга — Ущерб. (Ст. 3 (5) Регламента Совета № 384/96 и Регламент № 2229/2003).
3. Общая торговая политика — Защита от демпинга — Ущерб. (Ст. 3 (3), (6) и (7) Регламента Совета № 384/96 и Регламент № 2229/2003).
1. При учете положений статьи 48 (2), из статьи 44 (1) «c» Правил процедуры Трибунала первой инстанции следует, что изначально исковое заявление должно содержать предмет рассматриваемого иска и краткое изложение юридических доводов, на которых оно основывается, и что новые юридические доводы не могут приводиться в ходе рассмотрения дела, если они не основываются на праве или фактах, которые проявляются в ходе разбирательства. Однако пояснение или аргумент, которые могут иметь отношение к сделанному ранее изложению довода, напрямую или подразумеваемо, в исходном исковом заявлении, и которые тесно связаны с ним, будут признаны приемлемыми. (см. параграфы 60 - 61)
2. Совет превысил свои широкие полномочия при определении в ходе антидемпинговой процедуры наличия материального ущерба, причиненного промышленности Сообщества, если он совершил ошибку по факту в отношении развития раздела промышленного рынка Сообщества в течение периода, который он рассматривает как период причинения наибольшего ущерба, и, таким образом, принимает абсолютно неправильное основание для выводов о наличии ущерба, который в соответствии со статьей 3 (5) Базового антидемпингового регламента № 384/96, преследует цель уравновешивания развития как позитивных, так и негативных факторов, которые он расценивает соответствующими. (см. параграфы 43 - 44, 66)
3. Необходимо подчеркнуть, что, несмотря на широкие полномочия, которыми он обладает в рамках антидемпинговой процедуры, при определении наличия причинной связи между демпинговым импортом и выявленным материальным ущербом, причиненным промышленности Сообщества, Совет будет нарушать Базовый антидемпинговый регламент № 384/96, и, в частности, его статью 3 (3), (6) и (7), если он допускает абсолютную погрешность в оценке, принимаемой во внимание в период расследования, во-первых, в отношении ограничений потребностей уровня продаж в промышленности Сообщества, во-вторых, в отношении повышения доли на рынке и уровня продаж по определенной цене, в-третьих, в отношении изменения структуры разделения рынка в размере уменьшения средней цены продаж, которое ошибочно приводит к причислению вредоносного характера для промышленности Сообщества соответствующему импорту, природа которого независима от него. (см. параграфы 71, 116)
РЕШЕНИЕ ТРИБУНАЛА ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ (ТРЕТЬЯ ПАЛАТА) 14 МАРТА 2007 Г.
Иск об аннулировании — Демпинг — Импорт силикона, произведенного в России — Ущерб — Причинная связь.
Aluminium Silicon Mill Products GmbH, учрежденное в г. Цуг (Швейцария), представленное А. Виллемсом и Л. Рессманном, юристами,
Совета Европейского союза, представленного М. Бишопом, действующим в качестве агента, и Г. Берриш, юристом,
Комиссии Европейских сообществ, представленной Т. Шарф и К. Талабер Рич, действующими в качестве агентов,
иск об аннулировании Регламента Совета (УС) № 2229/2003 от 22 декабря 2003 г. об установлении антидемпинговых пошлин и окончательном сборе временных пошлин, наложенных на импорт силикона, произведенного в России (ОЖ, 2003. — L 339. — С. 3),
Трибунал первой инстанции Европейских сообществ (Третья палата),
в составе М. Ягера, председателя, В. Тили и О. Чуча, судей,
Секретарь С. Кристенсен, администратор,
принимая во внимание письменную процедуру и дальнейшие слушания 9 ноября 2005 г.,
ОСНОВАНИЯ СПОРА
1. Истец является компанией, инкорпорированной по швейцарскому праву и осуществляющей, inter alia, продажу и маркетинг продукции из полуобработанного силикона на рынке Сообщества. Она поставляет силикон от двух производителей, ООО «Суал-Кремний-Урал» (СКУ) и ЗАО «Кремний» (ЗАО).
Эти две компании являются дочерними компаниями ОАО «СУАЛ» (СУАЛ). Поскольку СУАЛ и истец контролируются исключительно одним и тем же владельцем, SUAL International Ltd., СКУ и ЗАО являются производителями, имеющими отношение к истцу.
2. Силикон представляет собой продукт, который выпускается в форме кусков, гранул или песка и производится в несколько этапов, в зависимости, в частности, от содержания железа, содержания кальция и других микроэлементов. В отношении силикона, уровень концентрации которого составляет 95 — 99,99%, являющимся соответствующей продукцией в настоящем деле, могут быть определены две группы пользователей на рынке Сообщества: химические пользователи, производящие в основном силикон, и металлургические пользователи, производящие алюминий.
3. Вслед за жалобой, направленной EuroAlliages (Контактный комитет ферросплавной промышленности), комиссия возбудила антидемпинговую процедуру в отношении импорта силиконового металла, произведенного в России, применив Регламент Совета (ЕС) № 384/96 от 22 декабря 1995 г. о защите от демпингового импорта из стран, не являющихся членами Европейского сообщества (ОЖ, 1996. — L 56. — С. 1). С изменениями, внесенными Регламентом Совета (ЕС) № 1972/2002 от 5 ноября 2002 г. (ОЖ, 2002. — L 305. — С. 1), (Базовый регламент). Уведомление о возбуждении процедуры было опубликовано 12 октября 2002 г. (ОЖ, 2002. — C 246. — С. 12).
4. 10 июля 2003 г. Комиссия приняла Регламент (ЕС) № 1235/2003 от 10 июля 2003 г. об установлении временных антидемпинговых пошлин на импорт силикона, произведенного в России (ОЖ, 2003. — L 173. — С. 14; «Временный регламент»). На основе результатов расследования демпинговой практики и ущерба, причиненного в течение периода с 1 октября 2001 г. по 30 сентября 2002 г. («период расследования», или «ПР»), и после изучения периода, причиненного с 1 января 1998 г. и до окончания периода расследования («период рассмотрения»), она установила временные антидемпинговые пошлины на уровне 25,2% на импорт силикона с содержанием силикона менее, чем 99,99% по весу, подпадающим под CN Код 2804 69 00, произведенного в России предприятиями СКУ и ЗАО.
5. Временный регламент демонстрирует развитие ряда экономических показателей, касающихся ситуации на европейском рынке силикона, а также российских производителей-экспортеров и промышленности Сообщества. Некоторые из этих данных приводятся ниже <1>.
<1> Указанные таблицы в данном переводе не приводятся — прим. ред.
6. 22 декабря 2003 г. Совет одобрил Регламент (ЕС) № 2229/2003 об установлении антидемпинговых пошлин и окончательном сборе временных пошлин, наложенных на импорт силикона, произведенного в России (ОЖ, 2003. — L 339. — С. 3; «оспариваемый Регламент»). Оспариваемый Регламент налагает антидемпинговые пошлины на импорт силикона, осуществляемый СКУ и ЗАО в размере 22,7%.
Процедура и форма решения, о которых ходатайствуют стороны
7. Заявлением, направленным в Секретариат Трибунала первой инстанции, 26 января 2005 г. истец подал иск.
8. Определением Председателя Третьей палаты Трибунала первой инстанции от 26 января 2005 г. Комиссии было предоставлено право участвовать в процессе в качестве третьего лица в поддержку форм решений, о которых ходатайствует Совет. При этом она отказалась от права направить ходатайство о привлечении к делу.
9. Заслушав сообщение судьи-докладчика, Трибунал первой инстанции (Третья палата) постановил открыть устное разбирательство и на основе организационных мер запросил стороны предоставить устные ответы на ряд поставленных перед ними вопросов. Стороны выполнили этот запрос в надлежащий срок.
10. Стороны представили устно свои аргументы и ответили на вопросы, поставленные перед ними Трибуналом в ходе слушаний 9 ноября 2005 г.
11. Истец ходатайствует, чтобы Трибунал:
- признал иск приемлемым;
- аннулировал оспариваемый Регламент в части, касающейся наложения пошлин на экспорт СКУ и ЗАО;
- обязал Совет оплатить расходы.
12. Совет ходатайствует, чтобы Трибунал:
Иск об аннулировании
13. В поддержку своего иска об аннулировании истец представил пять юридических доводов. Первый — относительно предположительно неправильного определения «сопоставимой продукции», предположительно грубой ошибки в оценке и нарушении статей 1 (4) и 6 (7) Базового регламента. Второй юридический довод касается определения экспортной цены, предположительно в нарушение статьи 2 (9) Базового регламента и статьи 253 ДЕС. Третий юридический довод относится к определению наличия материального ущерба и говорит о нарушении статьи 3 (2) и (5) Базового регламента, статей 3.1 и 3.4 Соглашения о применении статьи VI Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 г. (ОЖ, 1994. — L 336. — С. 103), являющегося приложением 1A к Соглашению о создании Всемирной торговой организации (ВТО) и статьи 253 Договора. Четвертый юридический довод касается определения причинной связи между импортом предположительно демпинговой продукции и ущербом и указывает на нарушение статьи 3 (2), (6) и (7) Базового регламента, статей 3.1 и 3.5 Соглашения о применении статьи VI Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 г., грубой ошибки в оценке и нарушении статьи 253 Договора. Пятый юридический довод относится к методу, использованному для определения степени устранения ущерба и говорит о нарушении статьи 3 (3) Базового регламента и статьи 253 Договора.
14. Трибунал считает, что сначала необходимо исследовать первую часть третьего юридического довода, предполагающего нарушение Базового регламента при определении материального ущерба в значении статьи 3 этого Регламента, и первой части четвертого, предполагающего нарушение Базового регламента в силу предположительно неправильного определения причинной связи между ущербом, установленным в оспариваемом Регламенте и демпинговым импортом.
Аргументы сторон
15. Истец подчеркивает, что в соответствии с оспариваемым Регламентом в период между 1998 и 2000 гг. показатели ущерба промышленности Сообщества развивались позитивно и стали негативными в течение периода с 2000 г. и до истечения периода расследования, в частности в отношении цен. Он указывает, что институты Сообщества ошиблись в констатации того, что основной рост цен в промышленности Сообщества пришелся на период с 1998 по 1999 г.
16. Он также отмечает, в отношении заявления, содержащегося в отступе 44 преамбулы оспариваемого Регламента, в соответствии с которым «между 2000 г. и ПР сначала все показатели возрастали незначительно, напоминали стагнацию или опускались», что только показателями, которые развивались негативно, были цены, рентабельность и прибыль, поскольку другие показатели демонстрировали только позитивное развитие.
В этой связи, он указывает, в частности, на рост производства и способности к потреблению в промышленности Сообщества.
К тому же, он констатирует, что снижению цен сопутствовал стремительный рост производства, производственных мощностей, уровней продаж и разделения рынка предприятиями Сообщества. Таким образом, в 1999 г. и в течение периода расследования производители Сообщества повысили свои уровни продаж на 32% и на 6%, соответственно.
17. В отношении аргумента Совета, что помимо трех показателей, упомянутых выше, инвестиции и возврат инвестиций также демонстрировали негативный рост, истец возразил, указав, что это отражает тот факт, что в период между 1998 и 2000 г. промышленность Сообщества испытывала массивный приток инвестиций в целях повышения ее производительности адекватно росту спроса, и то, что уровень инвестиций не мог поддерживаться в течение последующих лет, которые демонстрируют снижение спроса.
18. Истец указывает на вышеупомянутые предположения, которые демонстрируют, что Совет ошибочно учел некоторые указанные факторы при проведении оценки, в чем и состоит нарушение статьи 3 (5) Базового регламента.
19. Наконец, в ходе слушаний истец указал, что вывод в отступе 46 преамбулы оспариваемого Регламента, в соответствии с которым между 2000 г. и периодом расследования раздел рынка промышленности Сообщества снизился, является неправильным, поскольку приведенные данные во Временном регламенте не соответствуют этому.
20. В отношении предполагаемой неправильной оценки причинной связи истец указывает, что имел место рост спроса на силикон, который играет решающую роль в оценке рентабельности промышленности Сообщества. Позитивный рост, который был обнаружен между 1998 и 2000 г., в частности значительный рост производства и продаж, отражает напрямую 32% роста спроса на силикон и не учитывает решения промышленности Сообщества об инвестировании в дополнительные производственные мощности.
21. Схожим образом, падение цен (и рентабельности) промышленности Сообщества между 2000 г. и периодом расследования отражает в основном снижение спроса на силикон и факт того, что промышленность Сообщества уменьшила свою долю на рынке обязательств после агрессивной ценовой политики. Истец отмечает, что желание снизить уровень продаж металлургическим потребителям (единственный выход для импорта силикона из России; далее — «российский импорт») естественно требует быстрого снижения цен продаж и повлечет падение цен (на 19%), которое значительно больше, чем падение цен на российский импорт (11%). Таким образом, продажи и цены промышленности Сообщества не затрагивались российским импортом.
22. Он отмечает далее, что рост доли на российском рынке производителей-экспортеров между 2000 г. и периодом расследования составил только половину от роста доли рынка производителей Сообщества. В любом случае, не убедительно, что рыночная доля менее 5% российских производителей-экспортеров может определять цены на европейском рынке.
23. Истец в свою защиту указывает, что Совет не отклонил, но и не принял спорные факты. Этими фактами были следующие: первое, в 2001 г. прекращение планируемого роста в спросе на химическую продукцию, который и наблюдался в период расследования, материально обвалил продажи производителей Сообщества потребителям химической продукции. Второе, имел место массивный рост объемов продаж производителей.
Сообщества потребителям металлургической продукции в течение периода расследования. Это одна из важнейших причин падения цен, поддерживаемых промышленностью Сообщества.
Третье, схожим образом снизились почти на 10% цены, поддерживаемые производителями Сообщества в металлургическом секторе. Четвертое, снижение цен было значительно большим, чем снижение цен на российский импорт за тот же период.
24. В отношении разницы между ценами, установленными российскими производителями-экспортерами, и ценами, устанавливаемыми производителями Сообщества, он указал, что множество факторов объясняет это различие, например различие в добавках к продукции и примесях, а также ценовой премии продукции, произведенной в соответствующей местности.
25. В отношении аргумента Совета, основанного на предполагаемом кумулятивном воздействии снижения цен, устанавливаемых российскими производителями-экспортерами между 2000 г. и периодом расследования, истец возражает, что уровень цен на российскую продукцию был значительно ниже средней цены продукции производителей Сообщества в 2000 г. и доля российского импорта составляла приблизительно одну десятую от рынка Сообщества, и это говорит о том, что цены на российский импорт не являлись значительным конкурентным фактором для цен промышленности Сообщества.
26. Наконец, он указывает, что, не учитывая эти факторы при принятии решения и не выявив иные известные факторы относительно ущерба промышленности Сообщества, кроме демпингового импорта, институты Сообщества нарушили статью 3 (2), (6) и (7) Базового регламента.
27. В отношении выявления материального ущерба Совет указывает, что поскольку факт резкого снижения цен действительно имел место между 1998 и 1999 гг., цены соответственно вернули свои позиции и снова значительно снизились в период между 2001 г. и концом периода расследования. Это второе падение цен произошло параллельно с ростом импорта из России. Он также указывает, что в период между 2000 г. и периодом расследования рентабельность и доходность продемонстрировали негативный рост. К тому же, инвестиции снизились на 26%, возвратившись к снижению в 26,1%, а средняя заработная плата повысилась менее, чем на уровень инфляции (менее, чем на 1% в год). То же самое справедливо в отношении периода рассмотрения.
28. В отношении аргумента истца относительно негативного роста инвестиций и возвращения инвестиций являются последствия высокой активности в инвестировании в производственные мощности (параграф 17 выше) Совет настаивает, что это неточно и неправильно, поскольку производственные мощности промышленности Сообщества увеличиваются последовательно с 2001 г.
29. Совет также указывает, в противовес доводам истца, что не было никакого массивного повышения уровня продаж и значительного увеличения доли на рынке между 2000 г. и периодом расследования. В течение этого периода уровень продаж промышленности Сообщества вырос на 2%, а его доля — на 2,4%.
В этой связи Совет абсолютно согласен, что было выражено в ходе слушаний, что имела место ошибка в отступе 46 преамбулы оспариваемого Регламента, где указывается, что доля промышленности Сообщества на рыке серьезно сократилась, но он настаивает, что истец привел этот факт впервые в ходе слушаний, что делает, таким образом, этот аргумент неприемлемым по причине просрочки в соответствии со статьями 44 и 46 Правил процедуры Трибунала первой инстанции.
30. Вообще, Совет стоит на позиции, что доводы истца о нарушении Базового регламента неточны и что правильно учитывать все факторы, причиняющие ущерб, приведенные в отступах 33 — 73 преамбулы Временного регламента и отступах 37 — 48 преамбулы оспариваемого Регламента.
31. Более того, он подчеркивает, что истец не указал, какие факторы Совет не принял к рассмотрению или в отношении каких оценка Совета была неадекватна. Он приводит в этой связи Определение Суда в деле C-318/92 P Moat v Commission [1993] ECR I-481 и в деле T-102/92 Viho v Commission [1995] ECR II-17, в соответствии с которыми все аргументы должны быть отражены в исковом заявлении.
32. В отношении причинной связи между ущербом и демпинговым импортом Совет указывает, что соответствующие данные противоречат тому аргументу, что промышленность Сообщества играет лидирующую роль в установлении цены продаж для потребителей в металлургической сфере. Он указывает, что в период между 2000 г. и периодом расследования средняя цена на соответствующую российскую продукцию была устойчиво ниже, чем средняя цена на продукцию, производимую промышленностью Сообщества, и то же самое справедливо, если брать во внимание только металлургическую промышленность.
33. Совет оспаривает довод заявителя о том, что российские цены не могут повлечь снижение цен промышленности Сообщества, потому что цены Сообщества снизились значительней, чем российские цены. В этой связи он отмечает, что российские цены упали на 11% за весь период расследования. Кроме того, Совет заявляет, что, с целью анализа причинной связи, величина снижения цены демпингового импорта и цен промышленности Сообщества не имеет смысла до тех пор, пока цены на импорт ниже цены промышленности Сообщества. Поскольку уровень российских цен был уже значительно ниже, чем уровень цен промышленности Сообщества в 2000 году, и впоследствии снизился еще больше, то разумно предположить, что цена российского импорта повлекла снижение цен Сообщества.
34. Совет занимает позицию, что аргумент истца о том, что снижение цен промышленности Сообщества и рентабельности в период между 2000 г. и периодом расследования отражает уменьшение рынка, безоснователен. В этой связи он утверждает, что уровень продаж промышленности Сообщества плавно повышался в период между 2000 и периодом расследования. Он делает вывод из этого, что снижение спроса не затронуло продажи промышленности Сообщества. Более того, плавное увеличение доли рынка, занимаемой промышленностью Сообщества в течение вышеупомянутого периода, является логическим последствием стабильных продаж на соответствующем рынке. Он также указывает, что истец также увеличил долю на рынке в течение этого же периода.
35. Совет также отрицает влияние увеличения доли промышленности Сообщества на рынке на цены на нем. Он указывает, что в отступе 52 преамбулы Временного регламента Комиссия рассмотрела вопрос и придерживается позиции, что в 2001 г. промышленность Сообщества снизила уровень продаж в попытке сохранить цены и в течение периода расследования восстановила утраченный уровень путем продаж по более низким ценам. На этой основе Совет пришел к выводу, что промышленность Сообщества уступает перед лицом российской конкуренции, характеризуемой меньшими ценами и значительно большим уровнем продаж в отношении потребителей металлургической области. В заключение, рост уровня продаж в промышленности Сообщества и снижение цен в течение периода расследования были защитными мерами, принятыми в связи с необходимостью восстановления упомянутого уровня 2001 г. и дальнейшим снижением российских цен.
36. Совет указывает, что соответствующие данные подтверждают его выводы. Согласно позиции Совета, истец не оспаривает тот факт, что российские цены всегда были ниже цен промышленности Сообщества, даже если расчет брался исключительно из продаж промышленности Сообщества потребителям металлургического сектора.
37. В отношении аргумента истца о том, что российский импорт не может причинить какое-либо реальное давление на цены промышленности Сообщества, поскольку доля российского импорта на рынке мала, Совет указывает, что это неверно, так как импорт из России всегда был ниже уровня de minimis в период между 2000 г. и началом периода расследования.
38. Совет указывает, что доводы истца относительно влияния падения спроса на силикон среди потребителей химической промышленности является также неверным. В этой связи, он указывает, что, как поясняется в отступе 63 преамбулы оспариваемого Регламента, в течение периода расследования продажи потребителям химической продукции сократились на 4783 тонны по силикону. Этот объем составил всего лишь 1,3% от общего потребления в Сообществе. Однако в течение того же периода российский импорт составлял приблизительно 18000 тонн, или 4,8%, от общего потребления в Сообществе. Совет настаивает, что эти продажи и, следовательно, падение спроса среди потребителей химической промышленности не могут повлечь причинную связь между демпинговым импортом и ущербом, причиненным промышленности Сообщества.
39. Вообще в отношении нарушения Базового регламента Совет указывает, что заявитель ошибочно толкует данный документ. По его мнению, статья 3 (2) Базового регламента не требует от институтов представлять факты в их целостности. Эти положения обязывают институты объективно исследовать факты, что они и сделали как в оспариваемом Регламенте, так и во Временном регламенте. Он также замечает, что истец не указал конкретно, какие факты не представили институты.
40. Комиссия поддерживает аргументы истца.
ВЫВОДЫ ТРИБУНАЛА
Первая часть третьего юридического довода относительно нарушения Базового регламента по причине неправильной оценки показателей ущерба в оспариваемом Регламенте
41. Статья 3 (2) Базового регламента предусматривает:
«Определение ущерба основывается на позитивных доказательствах и включает в себя объективное изучение: a) объемов демпингового импорта и влияния этого демпингового импорта на цены рынка аналогичного товара в Сообществе; и h) последствий такого импорта для промышленности Сообщества».
42. В отношении исследования последствий демпингового импорта для соответствующей промышленности Сообщества статья 3 (5) Базового регламента предусматривает:
«Изучение влияния демпингового импорта на рассматриваемую промышленность Сообщества включает оценку всех уместных экономических факторов и показателей, имеющих отношение к состоянию этой промышленности, ...величины фактической демпинговой маржи, фактического и потенциального снижения объемов продаж, прибыли, производства, доли на рынке, производительности, прибыли от инвестиций, использования мощностей; факторов, влияющих на цены в Сообществе; фактического и потенциального негативного влияния на движение наличных средств, запасы, занятость, зарплату, рост, способность увеличивать капитал или инвестиции. Этот перечень не является исчерпывающим, и один или совокупность более чем одного из этих факторов не могут сами по себе обязательно иметь определяющее значение для принятия решения».
43. В соответствии с устоявшимся прецедентным правом, определение ущерба включает комплексную оценку экономических проблем. В этой связи институты Сообщества обладают широкими полномочиями (дело C-69/89 Nakajima v Council [1991] ECR I-2069, параграф 86, и дело T-164/94 Ferchimex v Council [1995] ECR II-2681, параграф 131). Судебная практика Сообщества должна ограничивать их пересмотр определять выполнение процедурных правил, правильность фактов, на которых базируется оспариваемый выбор или наличие погрешности, либо превышение полномочий (смотри Ferchimex v Council, параграф 67, и дело T-210/95 EFMA v Council [1999] ECR II-3291, параграф 57).
44. В настоящем деле необходимо изучить в контексте оспариваемого Регламента вопрос, превысил ли Совет свои широкие полномочия в выводах о материальном ущербе промышленности Сообщества.
45. Отступ 44 преамбулы оспариваемого Регламента, который повторяет отступ 71 преамбулы Временного регламента, устанавливает: «...для показателей ущерба... основной позитивный рост в промышленности Сообщества имел место между 1998 и 2000 гг. Между 2000 и ПР почти все показатели росли только плавно, практически стагнировали, либо действительно падали. В течение этого периода материальный ущерб, нанесенный промышленности Сообщества, наиболее проявился».
46. Отступ 45 преамбулы оспариваемого Регламента устанавливает:
«...соответствующее представление товара промышленности Сообщества возросла к 2000 г. и напрямую связано с решениями, принятыми промышленностью Сообщества инвестировать в дополнительные производственные мощности Сообщества. Более того, в течение этого периода производство промышленности Сообщества, производственные мощности, объемы продаж, доля на рынке, занятость и производительность выросли».
47. Для следующего периода, как было указано — периода между 2000 г. и периодом расследования, Совет, как указывается в отступе 46 преамбулы оспариваемого Регламента, установил: «...зеркально отражая наличие низких демпинговых цен на импорт из России, ситуация в промышленности Сообщества ухудшилась. Доля на рынке, наличность, инвестиции и возврат инвестиций показали устойчивое падение».
48. Кроме того, в отступе 47 преамбулы оспариваемого Регламента Совет указал: «Более того, направления роста других показателей ущерба, а в частности снижение рентабельности и отпускных цен, испытываемое промышленностью Сообщества в течение периода рассмотрения, говорит о том, что промышленности Сообщества был причинен ущерб».
49. Он пришел к выводу в отступе 48 преамбулы оспариваемого Регламента, что «промышленности Сообщества в течение ПР был причинен материальный ущерб, в частности в отношении цен и рентабельности», и что «выводы, сделанные в отступах 71 и 73 преамбулы Временного регламента, подтвердились».
50. Истец обжалует, во-первых, что Совет не выявил, что промышленность Сообщества снизила свои цены не только в период между 2000 г. и периодом расследования, но также между 1998 г. и 1999 г.
51. В этой связи необходимо отметить, что в соответствии с данными, приведенными во Временном регламенте, цены, установленные промышленностью Сообщества, впервые упали на 16% в 1999 г., выросли на 4% в 2000 г. и на 3% в 2001 г., а потом упали на 7% в течение периода расследования. Таким образом, в течение периода расследования отпускные цены просто упали до уровня 1999 г. (смотри таблицу 9 в параграфе 5 выше).
52. Из приведенных цифр следует, что основное падение цен, установленных промышленностью Сообщества, имело место в 1999 г., а не в период между 2000 г. и периодом расследования. Совет занимает позицию, выраженную в отступе 44 преамбулы оспариваемого Регламента, что основной позитивный рост в промышленности Сообщества имел место между 1998 г. и 2000 г. Этот вывод иллюстрирует факт, что цены, установленные промышленностью Сообщества, являются одним из многих факторов, которые должны приниматься во внимание при оценке ущерба, и что он не предрешает ситуации сам по себе, поскольку иные факторы могли не только компенсировать этот ущерб, но и были способны привести Совет к выводу, что ситуация в промышленности Сообщества исправилась. Таким образом, нельзя было строить вывод ввиду нарушения одного какого-то параметра в оспариваемом Регламенте, поскольку основное падение цен, установленных промышленностью Сообщества имело место в 1999 г., и данный Регламент неправомерен, если вывод был сделан только на фактах, следующих из Временного регламента о том, что падение цен имело место в период с 2000 г. до периода расследования.
53. Однако, поскольку Совет сделал вывод, что промышленности Сообщества причинен материальный ущерб в течение периода расследования, в частности в отношении цен и рентабельности, таким образом, необходимо принять во внимание, что, как показывает период между 1998 г. и 2000 г., другие факторы ущерба не могли компенсировать падение цен и рентабельности, установленных в ходе процедуры расследования. Это предопределило, как выявил Трибунал, на что жалуется истец, грубую ошибку со стороны Совета.
54. В этой связи, в отношении периода между 2000 г. и периодом расследования, который корреспондирует второй части периода рассмотрения, Совет указал, что «почти все показатели либо росли медленно, почти стагнировали, либо падали», и что «в течение этого периода материальный ущерб промышленности Сообщества проявился наиболее серьезно». Из этого утверждения вытекает, что Совет не взвешивал различные факторы ущерба, уверенность в наличии которых, однако, он выражает, а поэтому данное утверждение не может служить доказательством материального ущерба, причиненного промышленности Сообщества в период между 2000 г. и периодом расследования.
55. Действительно, Совет встал на позицию в отступе 46 преамбулы оспариваемого Регламента, что между 2000 г. и периодом расследования ситуация в промышленности Сообщества ухудшилась, поскольку «доля на рынке, платежеспособность, инвестиции и возврат инвестиций демонстрировали устойчивое падение». Совет, далее, также отмечает в отступе 47 преамбулы оспариваемого Регламента тенденцию в других показателях, и в частности, снижении рентабельности и цен продаж, испытываемых промышленностью Сообщества в период рассмотрения, делая вывод, что промышленности Сообщества причинен материальный ущерб.
56. Вместе с тем, Трибунал согласен с истцом в том, что с одной стороны, Совет полностью упустил из виду тот факт, что весь период рассмотрения, существенный прогресс, иногда весьма значительный, был зафиксирован в отношении объемов производства (+ 34%), производительных сил (+ 30%), использования мощностей (+ 3% от процентных показателей), объем продаж Сообщества (+ 57%), доля на рынке (+ 23%, или + 6,9% от процентных показателей), ценные бумаги (- 29%), занятость (+ 16%) и производительность (+ 15%). С другой стороны, даже в отношении единичного периода между 2000 г. и периодом расследования Совет упустил из виду некоторые нерассмотренные факторы, демонстрирующие позитивный рост. Все это, а также медленный рост ситуации в отношении занятости и зарплат, в частности, позволяют указать, что объем продаж промышленности Сообщества возрос на 2%, достигнув зафиксированного уровня в 136421 тонну в течение периода расследования, а производственные мощности возросли на 2,5%.
57. Необходимо снова повторить, что Совет указал в отступе 46 преамбулы оспариваемого Регламента, что между 2000 г. и периодом расследования «доля на рынке, платежеспособность, инвестиции и возврат инвестиций демонстрировали устойчивое падение».
58. В этой связи, истец указал на слушаниях, что оспариваемый Регламент содержит ошибочный вывод в отступе 46 преамбулы относительно того, что доля на рынке промышленности Сообщества сильно снизилась.
59. Совет признал данный вывод ошибочным, но указал, что аргумент об этом представлен не вовремя и, таким образом, не может быть принят во внимание Трибуналом.
60. При учете положений статьи 48 (2), из статьи 44 (1) «c» Правил процедуры Трибунала первой инстанции следует, что изначально исковое заявление должно содержать предмет рассматриваемого иска и краткое изложение юридических доводов, на которых оно основывается, и что новые юридические доводы не могут приводиться в ходе рассмотрения дела, если они не основываются на праве или фактах, которые проявляются в ходе разбирательства. Однако пояснение или аргумент, которые могут иметь отношение к сделанному ранее изложению довода, напрямую или подразумеваемо, в исходном исковом заявлении, и которые тесно связаны с ним, будут признаны приемлемыми (смотри в данной связи: дело 108/81 Amylum v Council [1982] ECR 3107, параграф 25; дело T-37/89 Hanning v Parliament [1990] ECR II-463, параграф 38; и дело T-118/96 Thai Bicycle v Council [1998] ECR II-2991, параграф 142, а также приведенное в них прецедентное право).
61. В настоящем деле необходимо отметить, что истец указал в своем заявлении факт, что оспариваемый Регламент нарушает Базовый регламент, в частности ввиду неправильной оценки экономических показателей при определении ущерба (первая часть третьего юридического довода). Конкретнее, истец констатирует в своем заявлении, что оспариваемый Регламент игнорирует факт снижения цен... при сопутствии... существенному росту доли промышленности Сообщества на рынке». Поэтому, соответствующие аргументы, приводимые истцом, относятся к третьему доводу, представленному в оригинальном заявлении и, таким образом, представляют собой пояснение, тесно связанное с аргументами, которые используются в контексте этого довода.
62. Соответственно, данный аргумент является приемлемым.
63. Поскольку Совет согласен с этим, утверждение в оспариваемом Регламенте о том, что «доля промышленности Сообщества на рынке демонстрирует существенное снижение», является полностью ошибочным и противоречит данным, приведенным во Временном регламенте, правильность выводов которого не оспаривается сторонами. Из Временного регламента следует, что доля на рынке не снижалась, и никогда не снижалась существенно, а наоборот, возросла с 34,3% до 36,7%, другими словами, на 2,4% в период с 2000 г. до периода расследования (таблица 10 в параграфе 5 выше).
64. Следовательно, необходимо определить, является ли данная ошибка основанием для аннулирования оспариваемого Регламента.
65. В этой связи, никем не оспаривается тот факт, что рост доли промышленности Сообщества на рынке представляет собой существенный фактор для оценки наличия материального ущерба данной промышленности. Более того, совершенно ясно, что описывая существенный рост данного фактора, Совет не только демонстрирует картину роста этого фактора, что противоречит фактам, но и необходимости соотнести данный элемент к нерассмотренной части важнейших выводов, относящихся к наличию материального ущерба, причиненного промышленности Сообщества.
66. В этих обстоятельствах, при отсутствии необходимости определять, существенны ли факты, установленные в параграфах 54 - 56 для вывода об ошибке Совета в оценке в ходе выявления материального ущерба, Трибунал заключает, что Совет совершил ошибку по факту роста доли промышленности Сообщества на рынке в течение периода с 2000 г. до начала периода расследования, который он рассматривает в качестве периода, наиболее наглядно демонстрирующего причиненный ущерб, что должно быть результатом взвешенного подхода к росту, как позитивному, так и негативному, факторов, относящихся к делу. Поскольку, во-первых, Трибунал не может дополнять оценку ситуации, проведенную Советом, а во-вторых, он не может выяснить, без учета данной ошибки, мог бы Совет сделать данный вывод о наличии материального ущерба, оспариваемый Регламент должен быть аннулирован только по этой причине (смотри в этой связи: объединенные дела T-163/94 и T-165/94 NTN Corporation and Koyo Seiko v Council [1995] ECR II-1381, параграф 115).
67. Вместе с тем, Трибунал считает необходимым рассмотреть первую часть четвертого юридического довода относительно причинной связи между падением цен продаж промышленности Сообщества и российским импортом.
Первая часть четвертого юридического довода, указывающая на нарушение Базового регламента ввиду неправильного определения причинной связи между материальным ущербом, предположительно причиненным промышленности Сообщества и демпинговым импортом
68. В соответствии со статьей 3 (3) Базового регламента: «В том, что касается влияния демпингового импорта на цены, принимается во внимание, имел ли место обвал цен демпинговым импортом в значительной степени по сравнению с ценами на аналогичный товар, произведенный промышленностью Сообщества, или иначе, привел ли такой импорт к значительному понижению цен или в значительной степени помешал росту цен, который бы произошел в противном случае».
69. Статья 3 (6) предусматривает: «Все уместные доказательства, представленные относительно пункта 2, должны демонстрировать, что демпинговый импорт наносит ущерб в смысле настоящего Регламента. В частности, это означает демонстрацию того, что объем импорта и/или уровень цен, определенных в соответствии с пунктом 3, оказали влияние на промышленность Сообщества в смысле пункта 5 и что такое влияние оказывается в степени, позволяющей определять его как материальное».
70. Наконец, статья 3 (7) предусматривает следующее:
«Помимо демпингового импорта, наносящего ущерб промышленности Сообщества, также изучаются другие известные факторы с целью не допустить отнесения ущерба, вызванного этими другими факторами, на счет демпингового импорта в смысле пункта 6. Факторы, которые могут рассматриваться в этой связи, включают в себя объем и цены импорта, осуществленного не по демпинговым ценам, сокращение спроса или изменение тенденций в потреблении...»
71. Из прецедентного права, упомянутого в параграфе 43 выше, следует, что выявление причинной связи между материальным ущербом, причиненным промышленности Сообщества, и демпинговым импортом включает оценку комплекса экономических вопросов. В этой связи, институты Сообщества пользуются широкими полномочиями и судебные органы Сообщества должны ограничить свое рассмотрение определением, соблюдены ли процедурные правила, правильно ли установлены факты и присутствует ли погрешность в оценке или превышение полномочий.
72. Вместе с тем, при определении ущерба Совет и Комиссия были обязаны рассмотреть, мог ли ущерб, который они рассматривают в качестве основы для вывода о воздействии демпингового импорта, быть причинен иными факторами, в частности от поведения самих производителей Сообщества (дело C-358/89 Extramet Industrie v Council [1992] ECR I-3813, параграф 16).
73. В настоящем деле в отступе 46 преамбулы оспариваемого Регламента в отношении периода между 2000 г. и началом периода расследования Совет указывает следующее:
«...зеркально отражая наличие низких демпинговых цен на импорт из России, ситуация в промышленности Сообщества ухудшилась. Доля на рынке, наличность, инвестиции и возврат инвестиций показали устойчивое падение».
74. Далее, в отступе 66 преамбулы оспариваемого Регламента Совет постановляет следующее: «различие в ценах между силиконом, произведенным в Сообществе, и силиконом, импортированным из России, составило в среднем 11% в течение ПР... несмотря на это, цены промышленности Сообщества упали на 7% в период с 2001 г. и ПР. Это ясно демонстрирует воздействие российских цен на цены промышленности Сообщества».
75. В этой связи необходимо отметить, что в соответствии с данными, указанными во Временном регламенте (смотри таблицы 4 и 9 в параграфе 5 выше), различие между российскими ценами и ценами, установленными промышленностью Сообщества в период между 1998 и 2000 г. и различие в период между 2000 г. и началом периода расследования были идентичны по величине.
76. Однако ни в оспариваемом Регламенте, ни в процедурных документах Совет и Комиссия не выразили явно, что данное снижение цен промышленности Сообщества в 1999 г. (только снижение в течение с 1998 по 2000 гг.) стало последствием урезки российских цен. В оспариваемом Регламенте Совет даже описал период с 1998 по 2000 г. как период, в течение которого состояние промышленности было относительно хорошим. Также необходимо отметить, что существенный рост разницы между средней ценой российского импорта и ценой промышленности Сообщества в период между 2000 г. и 2001 г. не препятствовал ценам промышленности Сообщества в среднем в период 2000 — 2001 гг. (см. таблицы 4 и 9 в параграфе 5 выше).
77. Таким образом, основания оспариваемого Регламента и данные, отраженные во Временном регламенте, демонстрируют, что различие в ценах является просто одним из факторов, принимаемых во внимание в ходе изучения причинной связи между российским импортом и предполагаемым ущербом, и, само по себе, его наличие не может с уверенностью приводить к выводу, что падение цен промышленности Сообщества в течение периода расследования было вызвано исключительно или по большей части российским импортом.
78. Совет и Комиссия утверждают, что ущерб причинен демпинговым импортом следующим образом: в 2001 г. промышленность Сообщества снизила объемы продаж в целях удержания цен на фоне падения цен на силикон из России. В течение периода расследования промышленность Сообщества была окончательно вынуждена отреагировать на ценовое давление в целях удержания объемов продаж и, таким образом, значительно снизила свои цены, что повлекло снижение рентабельности (отступ 52 преамбулы оспариваемого Регламента).
79. Истец занимает позицию, что институты Сообщества неправильно привязали падение объемов продаж промышленности Сообщества в 2001 г. и обвал цен в течение периода расследования к российскому импорту. Они проигнорировали влияние, во-первых, снижения спроса на рынке силикона, во-вторых, роста доли промышленности Сообщества на рынке и, в-третьих, факт, что большая часть объемов продаж промышленности Сообщества потребителям химической продукции перешла к потребителям металлургической продукции в течение периода расследования.
80. Таким образом, необходимо изучить, обоснованны ли аргументы истца и демонстрируют ли они, что Совет превысил свои широкие полномочия, которыми пользуется в соответствии с прецедентным правом, упомянутым выше в параграфе 43.
Снижение спроса у всех потребителей
81. В ходе слушаний Совет указал, что истец в своих письменных доводах не привел ни одного аргумента относительно снижения спроса в целом и в отношении снижения спроса среди потребителей химической промышленности, в частности. Соответственно, этот факт был приведен истцом с опозданием и является, таким образом, неприемлемым.
82. Факт подтверждает то, что истец в параграфе 44 своего заявления указал, что «обвал цен (и снижение рентабельности) промышленности Сообщества в период между 2000 г. и периодом расследования отражает напрямую снижение спроса на силикон».
83. Следовательно, возражения Совета относительно приемлемости аргументов, касающихся снижения спроса, абсолютно не обоснованны.
84. По существу необходимо указать, что оспариваемый Регламент не содержит какого-либо анализа развития спроса, и Совет в отступе 48 преамбулы этого Регламента просто повторяет выводы Временного регламента относительно ущерба.
85. Из Временного регламента следует (см. таблицу 1 в параграфе 5 выше), что потребление силикона в Европейском союзе снизилось на 4% в 2001 г. против 1% в течение периода расследования.
86. Еще раз необходимо отметить, что отправным пунктом для тезиса Совета, выявляющего ущерб, причиненный российским импортом в период между 2000 г. и периодом расследования, является то, что в 2001 г. промышленность Сообщества снизила объемы продаж в попытке сохранить цены на фоне снижения цен российскими производителями-экспортерами, что вынудило промышленность Сообщества снизить свои цены в целях сохранения или последовательного восстановления своих объемов продаж в течение периода расследования. Соответственно, вопрос в том, мог ли Совет определить снижение объемов продаж промышленности Сообщества без допущения ошибки в оценке исключительно по отношению к российскому импорту, несмотря на тот факт, что потребление в Сообществе было в фазе снижения в 2001 г.
87. В этой связи с самого начала необходимо указать, что таблица 8 Временного регламента (смотри параграф 5 выше) содержит ошибку в расчетах, установленную Советом в ответе на письменный вопрос, заданный трибуналом, и, как следует из этой таблицы, после ее корректировки, в 2001 г. объемы продаж промышленности Сообщества снизились только на 4%, а не на 7%, как было определено в оригинальной таблице.
88. Это исправление показывает, что меры по снижению объемов продаж промышленности Сообщества в 2001 г. (- 4%) точно отражают снижение спроса (- 4%) и, соответственно, демонстрирует, что уровень продаж промышленности Сообщества просто строго последовал общему развитию потребления в Сообществе. Этот факт подвергает сомнению выводы Сообщества, что падение объема продаж промышленности Сообщества в 2001 г. является следствием урезки цен российскими производителями-экспортерами, поскольку разумным объяснением этого падения может быть снижение спроса в Сообществе. Соответственно, этот важный элемент не был принят во внимание Советом.
89. Более того, необходимо отметить, что в 2001 г. промышленность Сообщества консервировала свою долю на рынке, несмотря на рост своих цен в 3%, в то время как средняя цена российского импорта снизилась на 12%, что не может говорить о серьезном влиянии цен на российский импорт в ситуации промышленности Сообщества.
90. Следовательно, рост конкретных показателей не приводит с неизбежностью к выводу Совета о том, что падение объемов продаж промышленности Сообщества в 2001 г. было вызвано исключительно российским импортом, но поддерживает аргумент истца, что падение объемов продаж было преимущественно результатом снижения спроса в 2001 г.
91. В отношении периода расследования необходимо повторить, что спрос на силикон упал в дальнейшем на 1%, объемы продаж промышленности Сообщества и доля на рынке снизились при этом на 6% и на 2,4 процентных пункта соответственно и достигли зафиксированного уровня.
92. Вместе с тем, Совет занял позицию, что снижение спроса не затронуло продажи промышленности Сообщества, поскольку они возросли, и что этот рост доли промышленности Сообщества на рынке между 2000 г. и периодом расследования является логическим последствием стабилизации цен на сузившемся рынке.
93. Данный вывод Совета неверен. На таком прозрачном и конкурентном рынке, как рынок силикона, если следовать тезису оспариваемого Регламента, снижение спроса приводит к давлению на цены. Экономический оператор, столкнувшийся со снижением спроса, должен выбирать между снижением его объемов продаж или снижением цен.
94. Кроме того, Совет не выдвинул ни одного аргумента относительно специфических обстоятельств, которые могли бы подтолкнуть промышленность Сообщества к сохранению и даже росту ее объемов продаж, сохраняя уровень цен на фоне снижения спроса в течение периода расследования.
95. В свете вышеупомянутого, необходимо заключить, что оспариваемый Регламент содержит ошибку в оценке, поскольку Совет не принял во внимание воздействие снижения спроса на ситуацию в промышленности Сообщества.
Увеличение доли промышленности Сообщества на рынке и объема продаж
96. Истец выражает точку зрения, что институты также совершили ошибку в оценке, не приняв во внимание логическую связь между снижением цен в промышленности Сообщества в течение периода расследования и снижения ее продаж и доли на рынке.
97. В этой связи необходимо повторить, что доля на рынке, удерживаемая промышленностью Сообщества, возросла с 29,8% до 36,7% в течение периода рассмотрения, что, другими словами, составляет 6,9 процентных пунктов. В период с 2000 г. до начала периода расследования, когда ущерб, по мнению Совета, был выражен наиболее ярко, промышленность Сообщества увеличила объемы своих продаж на 2% и свою долю на рынке на 2,4 процентных пункта при сужении рынка (таблица 10 в параграфе 5 выше).
98. По мнению Совета, улучшение в объемах продаж в течение периода расследования было незначительным и представляло защитную меру, посредством которой промышленность Сообщества восстановила объемы, утраченные в 2001 г. в попытке сохранить цены на фоне российского импорта (- 4%). Рост объема продаж и доли на рынке в течение периода расследования не требовал снижения цен, такое снижение было исключительно результатом урезки российских цен.
99. Прежде всего, из исправленных данных в таблице 8 Временного регламента (смотри параграф 87 выше) следует, что в течение периода расследования промышленность Сообщества не только восстановила объем продаж, утраченный в 2001 г. (- 4%), но посредством роста в 6% достигла рекордного уровня за весь период рассмотрения.
100. Сходным образом, в отношении доли промышленности Сообщества на рынке, которая достигла стабильного уровня в 2001 г., было зарегистрировано увеличение на 2,4 процентных пункта (с 34,3% до 36,7%) в течение периода расследования и также достигла рекордного уровня.
101. В этом случае промышленность Сообщества, таким образом, повысила свои продажи на сузившемся рынке и увеличила свою долю на рынке между 2000 г. и периодом расследования в половину от общей доли на рынке, которую занимают российские производители-экспортеры.
102. Совет отрицает, что снижение цен промышленности Сообщества представляет собой конкурентное преимущество, которое позволяет достигнуть этот результат. Снижение цен, с точки зрения Совета, было исключительно защитной мерой в ответ на урезку российских цен в целях избежать потерь в объеме продаж. Однако ни Совет, ни Комиссия не выдвинули никаких аргументов для объяснения, как можно было промышленности Сообщества увеличить свою долю на рынке на 2,4 процентных пункта между 2000 г. и периодом расследования в условиях сужения рынка без снижения цен.
103. Необходимо повторить, что Совет основывал свои аргументы на тезисах, во-первых, что в 2001 г. промышленность Сообщества потеряла в объемах продаж ввиду урезания российских цен и, во-вторых, в течение периода расследования была вынуждена снизить свои цены радикально в целях избежания еще большего падения объемов продаж, либо восстановления уровня объемов продаж на 2001 г.
104. Как было продемонстрировано в параграфе 88 выше, с самого начала данный тезис является неверным, поскольку Совет не принял во внимание вполне убедительное объяснение, что снижение объемов в 2001 г. (- 4%) было вызвано исключительно или по большей части снижением спроса (- 4%), и не указал достаточных аргументов, опровергающих это объяснение.
105. Более того, поскольку выводы Совета базируются на гипотезе о том, что промышленность Сообщества приняла защитные меры с целью сохранить уровень продаж, что не соответствует росту в 6% в течение периода расследования, который не может быть объяснен просто попыткой сохранить объемы. Этот рост более чем компенсировал потерю в 4% в 2001 г., промышленность Сообщества в период между 2000 г. и периодом расследования продемонстрировала рост в объемах продаж более чем на 2%.
106. Соответственно, необходимо констатировать, что Совет и Комиссия не представили ни одного весомого аргумента, демонстрирующего, что значительное снижение доли промышленности Сообщества на рынке, при сокращающемся рынке в течение периода расследования, было возможно без конкурентных преимуществ, приобретенных вследствие снижения ее цен.
107. В отношении анализа влияния снижения объема продаж и доли на рынке в период между 2000 г. и периодом расследования на ситуацию в промышленности Сообщества Совет просто указал в отступе 46 преамбулы оспариваемого Регламента следующее: «...зеркально отражая наличие низких демпинговых цен на импорт из России, ситуация в промышленности Сообщества ухудшилась. Доля на рынке... продемонстрировала устойчивое снижение».
108. В свете того факта, что в период между 2000 г. и периодом расследования доля промышленности Сообщества на рынке значительно возросла и не имела «значительного снижения», совершенно ясно, что в оспариваемом Регламенте Совет не только упустил из виду то, было ли снижение цен необходимым условием для роста объемов продаж и доли на рынке, и, таким образом, в отношении цены, был ли ущерб результатом мероприятий промышленности Сообщества в значении дела Extramet Industrie v Council, параграф 72 выше, но и приписал российскому импорту несуществующие вредоносные характеристики.
109. Соответственно, необходимо заключить, что Совет допустил грубую ошибку в оценке в контексте оспариваемого Регламента, когда устанавливал связь между ростом доли промышленности Сообщества на рынке и объемом продаж и снижением ее цен.
Переориентация продаж промышленности Сообщества с потребителей химической продукции на потребителя металлургической продукции
110. Истец указывает, что в оспариваемом Регламенте Совет занимает неправильную позицию в том, что снижение поставок силикона химической промышленностью не повлекло ущерба для промышленности Сообщества и, таким образом, этот Регламент ошибочно возлагает ответственность за снижение на импорт из России.
111. В качестве предварительного замечания необходимо указать, что в отступах 63 и 64 преамбулы оспариваемого Регламента установлено:
«В течение периода между 2000 г. и ПР, когда тенденция ущерба продемонстрировала частичный поворот в отношении цен и рентабельности, продажи потребителям химической продукции упали почти на пять тысяч тонн (- 7,0%), а средние цены выросли до 14 евро за тонну (+ 1,1%). Для всех продаж сравнимые показатели демонстрируют рост почти на три тысячи тонн (+ 2,1%) в то время, как средняя цена упала до 46 евро за тонну (- 3,7%).»
Таким образом, нет убедительных причин тому, что ущерб, причиненный промышленности Сообщества, происходит от поворота в продажах потребителям химической продукции. Действительно, исходя из природы причиненного ущерба, поворот имел место».
112. Из данных, приведенных в отступе 61 преамбулы оспариваемого Регламента и в таблице 8 Временного регламента (смотри параграф 5 выше), следует, что продаже промышленности Сообщества потребителям химической продукции, которые используют в основном силикон высшего качества, медленно снижался в 2001 г. (- 0,6%, или — 445 тонн) и снизился значительно в течение периода расследования (- 6,4%, или — 4783 тонны). Напротив, продажи потребителям металлургической продукции, которые в основном используют стандартный или низкокачественный силикон, сначала снизился в 2001 г. (- 8,4%, или — 4904 тонны), а после в течение периода расследования продемонстрировал весьма значительный рост (+ 24,1%, или + 12985 тонн). Следовательно, пропорция объема продаж промышленности Сообщества потребителям химической продукции в отношении общего уровня продаж силикона в Сообществе уменьшилась с 58% в 2001 г. до 51% в течение периода расследования, а пропорция ее продаж потребителям в металлургической промышленности выросла с 42% до 49%.
113. Соответственно, средняя цена на силикон, продаваемый промышленностью Сообщества этим двум категориям потребителей в течение периода расследования составила 1301 евро за тонну для силикона, проданного потребителям в химической промышленности, и 1063 евро за тонну силикона, проданного потребителям в металлургической промышленности, как это следует из источников, приведенных в параграфе 112 выше. Следовательно, описанный в этом параграфе значительный рост пропорции продаж силикона промышленностью Сообщества потребителям в химической промышленности, с одной стороны, и потребителям металлургической промышленности, с другой стороны, в отношении общего числа продаж силикона, с неизбежностью имел место при расчете средней цены в течение периода расследования от всего проданного силикона.
114. В соответствии с аргументами истца, выдвинутыми в ходе административной процедуры, которые не оспаривает Совет, изменения в структуре продаж абсолютно не зависят от импорта из России. Более того, в ходе судебных слушаний выявлен единственный пример российских продаж потребителям в химической промышленности, оказавшийся в сфере внимания институтов в 200 тонн, ничтожном количестве по сравнению с объемом продаж промышленности Сообществ (69652 тонны в течение периода расследования). Кроме того, Совет не опроверг то, что причиной снижения объема продаж потребителям в химической промышленности явилось падение спроса.
115. Следовательно, Совет совершил грубую ошибку в оценке в оспариваемом Регламенте при проведении анализа влияния снижения спроса со стороны потребителей в химической промышленности на среднюю цену, устанавливаемую промышленностью Сообщества, итогового снижения в продажах для этой группы потребителей и синхронным ростом продаж потребителям в металлургической промышленности.
116. Из вышеизложенного следует, что при осуществлении анализа, давшего основу для выводов о причинной связи между российским импортом и предполагаемым ущербом промышленности Сообщества, Совет совершил грубую ошибку в оценке, упустив из виду влияние, во-первых, снижения спроса на объемы продаж промышленности Сообщества в период между 2000 г. и периодом расследования, во-вторых, рост ее доли на рынке и объема продаж в период между 2001 г. и периодом расследования при сохранении уровня ее цен, в-третьих, изменение структуры продаж в период между 2001 г. и периодом расследования на значительный рост ее средних цен продаж.
Таким образом, он приписал российскому импорту вредоносный для промышленности Сообщества эффект, природа которого была совершенно не связана с этим импортом.
117. Кроме того, необходимо отметить, во-первых, что вышеупомянутые ошибки предопределили основные выводы институтов о наличии причинной связи, во-вторых, что Базовый регламент прямо называет снижение спроса и изменение структуры потребления в качестве факторов, которые приводят к ущербу, который не может быть вызван демпинговым импортом.
118. В свете вышеизложенного, даже если промышленность Сообщества претерпела материальный ущерб, установленный Советом, необходимо признать грубую ошибку в оценке, совершенную Советом в оспариваемом Регламенте при установлении причинной связи, что составляет нарушение Базового регламента.
119. Из вышеприведенных заключений следует, что третий и четвертый юридические доводы должны быть приняты. Соответственно, оспариваемый Регламент необходимо аннулировать в том, что касается истца, в отсутствие необходимости рассматривать другие юридические доводы и аргументы, представленные истцом.
РАСХОДЫ
120. Статья 87 (2) Правил процедуры Трибунала первой инстанции предусматривает, что проигравшая сторона обязана уплатить расходы, о которых ходатайствовала выигравшая сторона. Статья 87 (4) Правил процедуры предусматривает, что институты, привлеченные в качестве третьего лица, оплачивают свои собственные расходы сами. Поскольку Совет проиграл, он обязан уплатить как свои расходы, так и расходы истца. Комиссия оплачивает свои собственные расходы.
НА ЭТОМ ОСНОВАНИИ
Трибунал первой инстанции (Третья палата)
1. Аннулирует статью 1 Регламента Совета (УС) № 2229/2003 от 22 декабря 2003 г. об установлении антидемпинговых пошлин и окончательном сборе временных пошлин, наложенных на импорт силикона, произведенного в России в том, что она накладывает антидемпинговые пошлины на истца.
2. Обязывает Совет оплатить как свои расходы, так и расходы истца.
3. Обязывает Комиссию оплатить свои собственные расходы.
Совершено в открытом судебном заседании 14 марта 2007 г.
Е.КУЛОН
Язык разбирательства — английский.