---
title: "Решение Суда Евразийского экономического союза от 12.02.2025 N С-10/24"
number: "С-10/24"
issuer: "Суд Евразийского экономического союза"
issued_on: 2025-02-12
status: действует
canonical: "https://bukva.ai/docs/reshenie-s-1024-2025"
---
## Решение Суда Евразийского экономического союза от 12.02.2025 N С-10/24
# Решение Суда Евразийского экономического союза от 12.02.2025 N С-10/24
<Об оставлении без изменения решения Коллегии Суда Евразийского экономического союза от 23 декабря 2024 года по делу о признании бездействия Евразийской экономической комиссии не соответствующим международным договорам в рамках Евразийского экономического союза и нарушающим права и законные интересы хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности>
**СУД ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОЮЗА**
**РЕШЕНИЕ**
**(Минск, 12 февраля 2025 года)**
Апелляционная палата Суда Евразийского экономического союза в составе:
председательствующего судьи-докладчика Дронова А.А.,
судей Ажибраимовой А.М., Айриян Э.В., Александрова Д.П., Исмаилова Е.Ж.,
при секретаре судебного заседания Королевой А.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу общества с ограниченной ответственностью "ПОРШЕ РУССЛАНД" на [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-s-1024) Коллегии Суда Евразийского экономического союза от 23 декабря 2024 года об отказе в удовлетворении заявления о признании бездействия Евразийской экономической комиссии не соответствующим международным договорам в рамках Евразийского экономического союза и нарушающим права и законные интересы хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности,
с участием:
представителей истца: Елисановой И.И., Политко Д.С., Чеченевой Н.С.,
представителей ответчика: Кравцовой Н.В., Юрлова И.А.,
заслушав представителей сторон и исследовав материалы дела,
установила:
1. Коллегия Суда Евразийского экономического союза (далее - Коллегия Суда; Союз, ЕАЭС, соответственно) 23 декабря 2024 года вынесла [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-s-1024) по делу по заявлению общества с ограниченной ответственностью "ПОРШЕ РУССЛАНД" (далее - ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД", общество) о признании бездействия Евразийской экономической комиссии (далее - ЕЭК, Комиссия), выраженного в непринятии мер по урегулированию правовой неопределенности, связанной с включением дивидендов в таможенную стоимость товаров, не соответствующим международным договорам в рамках Союза (далее - ЕАЭС, Союз), а именно пункту 9 статьи 39 и подпункту 3 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (приложение N 1 к Договору о Таможенном кодексе Евразийского экономического союза от 11 апреля 2017 года; далее - ТК ЕАЭС), и нарушающим права и законные интересы хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
2. [Решением](https://bukva.ai/docs/reshenie-s-1024) Коллегии Суда от 23 декабря 2024 года в удовлетворении заявления отказано, оспариваемое бездействие ЕЭК признано соответствующим Договору о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года (далее - Договор) и (или) международным договорам в рамках Союза и не нарушающим права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
3. Не согласившись с [решением](https://bukva.ai/docs/reshenie-s-1024) Коллегии Суда от 23 декабря 2024 года, ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" в соответствии со статьями 61 и 62 Регламента Суда Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Высшего Евразийского экономического совета от 23 декабря 2014 года N 101 (далее - Регламент), подало жалобу в Апелляционную палату Суда Евразийского экономического союза (далее - Апелляционная палата), в которой просило отменить [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-s-1024) Коллегии Суда и вынести новое решение в соответствии с пунктом 109 Статута Суда Евразийского экономического союза, являющегося приложением N 2 к Договору (далее - Статут), признав бездействие Комиссии не соответствующим международным договорам в рамках Союза и нарушающим права и законные интересы хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
4. [Постановлением](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-s-1024-2025) Апелляционной палаты от 20 января 2025 года жалоба принята к производству.
5. Возражения Евразийской экономической комиссии на жалобу поступили в Суд 3 февраля 2025 года.
## Доводы жалобы ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД"
6. ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" полагает, что вывод Коллегии Суда о том, что общество не обосновало отсутствие единообразной практики применения права ЕАЭС в государствах - членах Союза по вопросу включения дивидендов в таможенную стоимость, не соответствует материалам дела.
7. ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" не согласно с выводом Коллегии Суда об отсутствии правовой неопределенности, поскольку, по его мнению, положения подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС изложены абстрактно, в связи с чем национальные органы государств - членов Союза самостоятельно осуществляют их толкование, что выходит за рамки их компетенции. Кроме того, о существовании правовой неопределенности свидетельствует сам факт работы Комиссии над рекомендацией по вопросу применения подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.
8. По мнению ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД", Коллегия Суда необоснованно отказала в удовлетворении требования общества, основывая свою позицию на информации и неполных материалах переписки Комиссии о подготовке проекта акта о применении подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, связанного с разъяснением Технического комитета по таможенной оценке Всемирной Таможенной организации (далее - ВТамО), а также информации о повестке 59 сессии Технического комитета по таможенной оценке ВТамО, в которую "по данным ЕЭК" включен вопрос о применении [пункта 4](https://bukva.ai/docs/soglashenie-po-primeneniyu-stati-vii/statya-24#p100183) Пояснительных примечаний к статье 1 Соглашения по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле от 15 апреля 1994 года (далее - Соглашение ГАТТ), и именно в аспекте разъяснения порядка включения дивидендов в таможенную стоимость, которые не подтверждены материалами дела и представленными ЕЭК доказательствами.
9. Общество считает, что Коллегия Суда неправильно применила нормы права Союза, регулирующие порядок определения таможенной стоимости товаров в совокупности с нормами Генерального [соглашения](https://bukva.ai/docs/generalnoe-soglashenie-po-tarifam-i-torgovle-vsemirnaya-torgovaya) по тарифам и торговле Всемирной торговой организации (далее - ГАТТ ВТО), а также представленные обществом разъяснения Технического комитета по таможенной оценке ВТамО.
## Возражения Комиссии на жалобу
10. По мнению Комиссии, ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" не привело объективных доводов и не представило соответствующих доказательств наличия в государствах-членах неединообразной практики применения положений ТК ЕАЭС. Комиссия также отмечает, что сам по себе факт отсутствия или наличия какой-либо судебной практики, складывающейся не в пользу заявителя, не свидетельствует о ее неединообразии.
11. Комиссия полагает, что подготовка проекта акта о применении подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС свидетельствует об отсутствии бездействия с ее стороны. Кроме того, ЕЭК утверждает, что в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС отсутствие или наличие единообразия не является условием для принятия Комиссией соответствующего акта.
12. Комиссия считает, что Коллегией Суда в рамках настоящего спора разрешался вопрос о наличии или отсутствии факта бездействия со стороны ответчика, поэтому не имеют никакого правового значения доводы ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" о ненадлежащем изучении и судебной оценке неполной информации и материалов по подготовке в ЕЭК проекта акта о применении подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.
13. Как указывает Комиссия, аргументы, приводимые в поддержку довода общества о том, что Коллегия Суда неправильно применила нормы права Союза, регулирующие порядок определения таможенной стоимости товаров, уже являлись предметом рассмотрения Коллегией Суда, и им была дана надлежащая правовая оценка. Таким образом, данный довод жалобы выходит за пределы апелляционного разбирательства.
## Процедура и пределы апелляционного разбирательства
14. В соответствии с положениями статей 60 и 61 Регламента решение Коллегии Суда может быть обжаловано в Апелляционную палату. Апелляционная палата рассматривает дело в судебном заседании по предусмотренным Регламентом правилам рассмотрения дела Коллегией Суда с учетом особенностей, установленных Статутом и главой VII Регламента.
Учитывая пределы апелляционного разбирательства, определенные пунктами 1 и 2 статьи 69 Регламента, при рассмотрении жалобы Апелляционная палата проверяет, соответствуют ли выводы Коллегии Суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, а также соблюдение норм права, устанавливающих порядок судопроизводства в Суде.
15. Согласно статье 70 Регламента основанием для изменения или отмены обжалуемого решения Суда является неправильное применение и (или) несоблюдение Коллегией Суда норм права. При этом неправильное применение и (или) несоблюдение норм права, устанавливающих порядок судопроизводства в Суде, являются основанием для изменения или отмены решения Коллегии Суда, если это нарушение привело к принятию неправильного или необоснованного решения.
## Выводы Апелляционной палаты Суда
16. Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе и возражениях на нее, заслушав в судебном заседании представителей сторон, Апелляционная палата приходит к следующим выводам.
17. Как указал Суд в решении от 8 декабря 2022 года по делу N С-6/22 Польские машины, проверка полномочий ЕЭК является вопросом публичного порядка, который оценивается Судом ex officio в силу прямого указания права Союза и независимо от доводов истца.
18. В заявлении в Суд ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" просит признать бездействие Комиссии, выраженное в непринятии мер по урегулированию правовой неопределенности, связанной с включением дивидендов в таможенную стоимость товаров, не соответствующим международным договорам в рамках ЕАЭС и нарушающим права и законные интересы хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Анализ содержания заявления свидетельствует, что бездействие Комиссии, по мнению ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД", фактически выразилось:
- в непринятии акта, направленного на обеспечение единообразного применения методов определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС;
- в уклонении от реализации полномочий по мониторингу и контролю применения права ЕАЭС, а именно пункта 9 статьи 39 и подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.
19. Согласно правовой позиции Суда, сформулированной в [решении](https://bukva.ai/docs/reshenie-se-1-25-20-ap) Апелляционной палаты по делу N С-2/19 Транс Логистик Консалт, в делах по заявлениям хозяйствующих субъектов об оспаривании действий (бездействия) Комиссии подлежит выяснению факт наличия у Комиссии полномочия на совершение истребуемого действия.
В отношении требования ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" о принятии акта в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС Коллегия Суда при рассмотрении заявления изучила и отразила в решении по делу вопрос о наличии у Комиссии полномочий на принятие акта, направленного на обеспечение единообразного применения методов определения таможенной стоимости ввозимых товаров.
Апелляционная палата считает обоснованным вывод Коллегии Суда о том, что регулирование вопросов, связанных с определением таможенной стоимости товаров, входит в компетенцию Комиссии в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС и может осуществляться, в том числе, путем принятия ЕЭК решений, которые в силу пункта 13 Положения о Евразийской экономической комиссии, являющегося приложением N 1 к Договору (далее - Положение о ЕЭК) имеют нормативно-правовой характер, обязательны для государств-членов и подлежат непосредственному применению на их территориях.
20. По поводу требования ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" о признании бездействия ЕЭК, выразившегося в непроведении мониторинга и контроля применения права ЕАЭС, не соответствующим праву Союза Апелляционная палата отмечает следующее.
Коллегия Суда при оценке полномочий Комиссии ссылается на положения подпункта 4 пункта 24, подпункта 4 пункта 43, подпунктов 2, 3 и 5 пункта 55 Положения о ЕЭК, в соответствии с которыми Комиссия наделена полномочиями по осуществлению мониторинга и контроля исполнения государствами - членами ЕАЭС международных договоров, входящих в право Союза, и решений Комиссии, а также по уведомлению государств - членов Союза о необходимости их исполнения.
Апелляционная палата подтверждает вывод Коллегии Суда о наличии у Комиссии полномочий по проведению мониторинга и контроля применения права ЕАЭС, а именно пункта 9 статьи 39 и подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС. Вместе с тем уяснение положений главы 5 ТК ЕАЭС и Положения о ЕЭК не дает оснований для вывода о том, что для принятия актов, направленных на обеспечение единообразного применения положений главы 5 ТК ЕАЭС, Комиссией в обязательном порядке осуществляется мониторинг и контроль. Из содержания пункта 17 статьи 38 ТК ЕАЭС следует, что условиями реализации полномочий Комиссии по принятию актов являются: (1) их направленность на обеспечение единообразного применения положений главы 5 ТК ЕАЭС и (2) принятие за их основу соответствующих положений [Соглашения](https://bukva.ai/docs/soglashenie-po-primeneniyu-stati-vii/statya-1) ГАТТ, включая пояснительные примечания к нему, а также документов по таможенной стоимости товаров, принятых Комитетом по таможенной оценке ВТамО и Техническим комитетом по таможенной оценке ВТО. Апелляционная палата отмечает, что пункт 17 статьи 38 ТК ЕАЭС и Положение о ЕЭК не содержат каких-либо дополнительных условий реализации Комиссией ее полномочий, в том числе обязанности по проведению предварительного мониторинга. Право Союза также не содержит нормы, которые регламентируют круг субъектов, управомоченных инициировать процедуру принятия актов, направленных на обеспечение единообразного применения положений главы 5 ТК ЕАЭС.
21. Как правомерно указала Коллегия Суда со ссылкой на [решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-se-1-24-18-ks) от 11 октября 2018 года по делу N С-1/18 Ойл Марин Групп, при оспаривании бездействия Комиссии, выраженного в непроведении мониторинга, ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" следовало подтвердить отсутствие единообразия в практике государств - членов Союза по вопросам применения норм ТК ЕАЭС о невключении дивидендов в таможенную стоимость или о включении в нее части дохода (выручки), полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу.
С учетом изложенного Апелляционная палата разделяет вывод Коллегии Суда о том, что общество не представило в адрес Комиссии данных, свидетельствующих о наличии неединообразной практики применения права Союза в государствах-членах или о несоблюдении права Союза в этой части государством-членом.
22. Апелляционная палата отклоняет как противоречащий материалам дела аргумент ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" о том, что ответы высших судебных органов государств-членов на запросы Коллегии Суда свидетельствуют о наличии неединообразия применения норм ТК ЕАЭС в рамках Союза. Из ответов высших судебных органов Республики Армения, Республики Беларусь, Республики Казахстан и Кыргызской Республики следует, что в данных государствах-членах отсутствует правоприменительная практика по делам, связанным с включением дивидендов в таможенную стоимость ввозимых товаров. Согласно ответу Верховного Суда Российской Федерации дивиденды как таковые признаются не связанными с товарами и не включаются в таможенную стоимость товаров, что, таким образом, свидетельствует об отсутствии противоречивости практики применения положений главы 5 ТК ЕАЭС.
Вместе с тем Верховным Судом Российской Федерации сформулирован подход, согласно которому часть дохода (выручки), полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу и которая не является дивидендами по смыслу ТК ЕАЭС в обычном значении данного термина, включается в таможенную стоимость ввозимых товаров. Аналогичный подход не выработан правоприменительными органами других государств-членов, а подход Верховного Суда Российской Федерации не применялся ими при разрешении конкретных дел. Изложенное не позволяет Апелляционной палате констатировать наличие расхождений в применении пункта 9 статьи 39 и подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС в рамках Союза.
23. Учитывая вышеизложенное, Апелляционная палата также отклоняет довод ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" о том, что Коллегия Суда необоснованно отказала в удовлетворении требования общества, основывая свою позицию на информации и неполных материалах переписки Комиссии о подготовке проекта акта о применении подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, связанного с разъяснением Технического комитета по таможенной оценке ВТамО, а также информации о повестке 59 сессии Технического комитета по таможенной оценке ВТамО, которые не подтверждены материалами дела и представленными ЕЭК доказательствами.
Апелляционная палата отмечает, что основанием для отказа обществу в удовлетворении его требований Коллегией Суда явилось отсутствие доказательств противоречивости практики применения государствами-членами пункта 9 статьи 39 и подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, а также непредставление Суду фактов и пояснений, достаточных для подтверждения необходимости инициирования ЕЭК в связи с его обращением процедур проведения мониторинга и контроля исполнения права Союза государством-членом. Представленные ЕЭК данные носили дополнительный характер, информируя общество о разрабатываемых в рамках ВТО и ВТамО актах по вопросу определения таможенной стоимости.
24. Исходя из досудебных обращений общества в адрес ЕЭК, а также заявления и жалобы в Суд, Апелляционная палата приходит к выводу о том, что ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" фактически просило Комиссию разъяснить подход, выработанный Верховным Судом Российской Федерации, по включению дивидендов в таможенную стоимость в случае, если они связаны с ввозимыми товарами, применительно к конкретным обстоятельствам рассматриваемого им дела.
Апелляционная палата, анализируя данный аргумент общества, отмечает следующее.
Положения статей 39 и 40 ТК ЕАЭС устанавливают порядок исчисления таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, по стоимости сделки с ними (метод 1), которая в соответствии с пунктом 1 статьи 39 определена как цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса.
Исходя из пунктов 1 и 2 статьи 39 ТК ЕАЭС, метод 1 определения таможенной стоимости по общему правилу может применяться только при условии, что:
а) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса могут быть произведены дополнительные начисления;
и
б) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 статьи 39.
В соответствии с пунктом 4 статьи 39 ТК ЕАЭС стоимость сделки признается приемлемой для таможенных целей, если взаимосвязь между продавцом и покупателем не повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, для чего должны быть проанализированы сопутствующие продаже обстоятельства.
Правоотношения между декларантом и таможенным органом в связи с установлением сопутствующих продаже обстоятельств регламентированы пунктами 5 - 8 статьи 39 ТК ЕАЭС.
На основе анализа перечисленных правовых норм Апелляционная палата приходит к выводу, что исследование и оценка обстоятельств, имеющих отношение к конкретным случаям продажи товара для ввоза на таможенную территорию Союза, на предмет применимости к ним метода 1 определения таможенной стоимости относится к компетенции национальных таможенных органов, акты которых, в случае несогласия с ними декларанта, подлежат обжалованию в национальные суды государств-членов и, соответственно, по определению не могут относиться к компетенции Комиссии и Суда.
При таких обстоятельствах Апелляционная палата считает обоснованным вывод Коллегии Суда, сделанный со ссылкой на решение Апелляционной палаты Суда от 26 ноября 2024 года по делу N С-5/24 БГ-ТУЛС-МСИ, согласно которому определение конкретной величины таможенной стоимости относится к полномочиям таможенных органов государств - членов Союза, а проверка правильности решений таможенных органов - к компетенции национальных судов.
25. Апелляционная палата, оценивая требования ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" в части бездействия Комиссии, выразившегося в непринятии акта по запросу общества, отмечает следующее.
Как было указано ранее, одним из условий принятия Комиссией акта в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС выступает его направленность на обеспечение единообразного применения положений главы 5 ТК ЕАЭС. При таких обстоятельствах ЕЭК уполномочена на принятие соответствующего акта либо при наличии неединообразия применения положений статьи 5 ТК ЕАЭС, либо правовой неопределенности отдельных норм, составляющих данную главу.
Апелляционная палата отклоняет аргумент ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" о том, что правовая неопределенность положений пункта 9 статьи 39 и подпункта 1 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС послужила поводом к выработке Верховным Судом Российской Федерации подхода по включению в таможенную стоимость платежей, поименованных в качестве дивидендов, который, в свою очередь, демонстрирует неединообразие практики применения соответствующих норм в государствах - членах Союза и может быть устранен лишь принятием акта Комиссии.
26. Апелляционная палата находит безосновательной позицию общества о том, что правовая неопределенность положений ТК ЕАЭС заключается в нечеткости критериев включения дивидендов в таможенную стоимость товаров как части дохода (выручки), в результате чего происходит смешение двух различных категорий "дивиденды" и "доход (выручка) продавца от последующей перепродажи ввезенных товаров".
Правовая определенность является одним из общих принципов права Союза. В развитие правовой позиции, изложенной Судом в деле N С-2/21 Доминантафарм, Апелляционная палата отмечает, что соответствие правовой нормы критерию правовой определенности требует, чтобы такая норма не допускала возможности неединообразного применения, в том числе вследствие невозможности установления ее точного содержания.
Апелляционная палата соглашается с проведенным Коллегией Суда системным анализом положений главы 5 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости, что позволяет констатировать соответствие пункта 9 статьи 39 и подпункта 1 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС принципу правовой определенности.
27. В аспекте исследования наличия у нормы пункта 9 статьи 39 ТК ЕАЭС свойства правовой неопределенности Апелляционная палата также считает необходимым отметить следующее.
ТК ЕАЭС выделяет и особо оговаривает порядок применения метода 1 определения таможенной стоимости к ситуациям, когда продавец и покупатель являются взаимосвязанными лицами и когда продавец продает покупателю товар для ввоза на таможенную территорию Союза в целях последующей его продажи (именно такая ситуация предшествовала обращению в Суд ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД").
Апелляционная палата считает, что упомянутые положения статей 39 и 40 ТК ЕАЭС носят защитный характер, поскольку направлены на противодействие угрозе заключения фиктивных сделок между взаимосвязанными лицами и намеренного занижения таможенной стоимости, а также на обеспечение национальных интересов государств-членов, в том числе в сфере экономической безопасности, а их добросовестное соблюдение национальными таможенными органами и субъектами рынка является императивным условием правомерного ввоза товаров на таможенную территорию Союза.
С учетом данного обстоятельства таможенными органами и субъектами рынка (декларантами) должны толковаться и применяться соответствующие положения статей 39 и 40 ТК ЕАЭС. Это, среди прочего, предполагает необходимость для субъектов рынка при заключении и в процессе осуществления ими сделок купли-продажи товаров для ввоза на таможенную территорию Союза в целях последующей перепродажи, а также при составлении и оформлении требуемых для этого таможенных документов в соответствии с принципом добросовестности проявлять особую осмотрительность, в том числе при определении и таможенном декларировании таможенной стоимости ввезенных или ввозимых товаров.
28. С учетом изложенного применение метода 1 для определения таможенной стоимости товара при его продаже взаимосвязанными лицами допускается ТК ЕАЭС при соблюдении двух кумулятивных условий: таможенным органом в соответствии с пунктами 5 - 8 статьи 39 ТК ЕАЭС на основе представленных декларантом сведений и документов, относящихся к обстоятельствам продажи, установлено, что взаимосвязь между продавцом и покупателем не влияет на стоимость сделки; и к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, могут быть произведены дополнительные начисления.
При соблюдении указанных условий к оценке таможенной стоимости при применении метода 1 подлежит применению пункт 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, в соответствии с которым ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.
29. В силу указанных норм, имеющих прямое действие на территории всех государств-членов и регулирующих правоотношения между таможенным органом и декларантом, то есть создающих для обеих сторон соответствующие права и обязанности, добросовестный субъект рынка, в том числе в рамках своей корпоративной политики, обязан принимать все надлежащие меры к тому, чтобы при декларировании товаров, ввезенных или ввозимых на таможенную территорию Союза, и применении при определении их таможенной стоимости метода 1 корректно исчислять и указывать таможенную стоимость этих товаров в соответствии с применимыми требованиями ТК ЕАЭС, включая предоставление таможенному органу обосновывающих ее полных, достоверных сведений и документов.
Эти сведения и документы должны обеспечивать возможность определения таможенным органом при ввозе товара и в последующий установленный ТК ЕАЭС период времени как стоимость сделки (пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС), так и сумму дополнительных начислений за ввозимый товар, которая в соответствии с требованием пункта 3 статьи 40 ТК ЕАЭС включает часть дохода (выручки), полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу.
Поскольку при применении метода 1 стоимость сделки в обязательном порядке включает не только цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары, но и предусмотренные пунктом 3 статьи 40 ТК ЕАЭС дополнительные начисления в виде части дохода (выручки), полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, которая прямо или косвенно причитается продавцу, соответствующая часть дохода субъекта рынка, для целей корректного исчисления таможенной стоимости товаров и выполнения им обязанности по уплате таможенных платежей, также подлежит добросовестному учету и документированию субъектом рынка (импортером) при осуществлении им его финансово-хозяйственной деятельности.
30. Указанная часть дохода (выручки), в отношении которой субъект рынка должен выполнить свою публично-правовую обязанность по ее включению в таможенную стоимость для целей уплаты таможенных платежей, не является "чистой прибылью" субъекта рынка, применительно к которой он вправе самостоятельно, в своем интересе принимать решения о ее распределении в целях выплаты дивидендов.
Положения статей 39 и 40 ТК ЕАЭС для целей применения предусмотренных им мер таможенно-тарифного регулирования четко разграничивают две категории активов:
- платежи, связанные с ввозимыми товарами и включаемые в таможенную стоимость в соответствии с пунктом 3 статьи 39 (общая сумма всех платежей за ввезенные или ввозимые товары, осуществленные или подлежащие осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца - прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов);
- платежи, не связанные с ввозимыми товарами и, соответственно, не включаемые в таможенную стоимость, в их числе, дивиденды.
Изложенное, по мнению Апелляционной палаты, исключает правовую неопределенность при добросовестном применении статей 39 и 40 ТК ЕАЭС.
31. Непринятие субъектом рынка надлежащих мер по учету и документированию части дохода (выручки), полученного им в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, который прямо или косвенно причитается продавцу, и включения им указанной части выручки в активы, распределяемые субъектом рынка в виде дивидендов, приводит к недопустимому смешению двух видов активов, имеющих различный правовой статус и создает препятствия для применения таможенными органами и субъектами рынка нормы пункта 9 статьи 39 ТК ЕАЭС, разграничивающей платежи, связанные и не связанные с ввозимыми товарами.
При таких обстоятельствах у субъекта рынка отсутствуют основания ссылаться на правовую неопределенность и вменять национальным таможенным органам неправильное или неединообразное применение норм права Союза, а Комиссии, в свою очередь, - неправомерное бездействие в виде непринятия мер по устранению правовой неопределенности, вызванной отсутствием четких критериев и условий включения дивидендов в таможенную стоимость.
32. Апелляционная палата отклоняет аргумент общества о том, что сам факт работы Комиссии над рекомендацией по вопросу применения подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС свидетельствует о правовой неопределенности и неединообразных подходах по включению дивидендов в таможенную стоимость. Материалами дела подтверждается, что основанием для начала соответствующей работы ЕЭК послужило разработанное Техническим комитетом по таможенной оценке ВТамО Исследование случаев 2.1 и 2.2, а не различная практика применения положений главы 5 ТК ЕАЭС в рамках Союза.
33. Апелляционная палата также считает несостоятельным утверждение общества о том, что правовая неопределенность не может быть урегулирована актом Комиссии в форме рекомендации и должна быть устранена исключительно в форме решения. Использование в пункте 17 статьи 38 ТК ЕАЭС термина "акты", который, как следует из пункта 13 Положения о ЕЭК, охватывает решения, распоряжения и рекомендации, свидетельствует о наделении ЕЭК дискрецией по выбору формы регулирующего акта.
На основании изложенного Апелляционная палата подтверждает вывод Коллегии Суда о том, что бездействие Комиссии, выразившееся в непринятии акта в соответствии с пунктом 17 статьи 38 ТК ЕАЭС, соответствует праву Союза, поскольку отсутствовало как подтверждение неединообразия применения положений статьи 5 ТК ЕАЭС, так и правовая неопределенность отдельных положений данной главы.
34. Апелляционная палата считает необоснованным довод ООО "ПОРШЕ РУССЛАНД" о том, что Коллегия Суда неправильно применила нормы права Союза, регулирующие порядок определения таможенной стоимости товаров в совокупности с нормами [ГАТТ](https://bukva.ai/docs/generalnoe-soglashenie-po-tarifam-i-torgovle-vsemirnaya-torgovaya) ВТО, а также представленные обществом разъяснения Технического комитета по таможенной оценке ВТамО.
Апелляционная палата отмечает, что в качестве ошибочно примененных норм права Союза, норм [ГАТТ](https://bukva.ai/docs/generalnoe-soglashenie-po-tarifam-i-torgovle-vsemirnaya-torgovaya) ВТО, разъяснений Технического комитета по таможенной оценке ВТамО, общество указывает те же правовые нормы, на которые ссылалась Коллегия Суда, что свидетельствует не о нарушении норм материального права, вызванных их неправильным применением Судом, а о несогласии общества с судебной оценкой обстоятельств дела.
Учитывая предмет заявления общества в Суд, а также соответствие пункта 9 статьи 39 и подпункта 1 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС принципу правовой определенности, применение Коллегией Суда положений главы 5 ТК ЕАЭС, норм [ГАТТ](https://bukva.ai/docs/generalnoe-soglashenie-po-tarifam-i-torgovle-vsemirnaya-torgovaya) ВТО и разъяснений Технического комитета по таможенной оценке ВТамО не влияет на правовую оценку оспариваемого бездействия Комиссии.
35. Таким образом, Апелляционная палата Суда не усматривает оснований для отмены [решения](https://bukva.ai/docs/reshenie-s-1024) Коллегии Суда от 23 декабря 2024 года и вынесения нового решения по делу.
На основании изложенного, руководствуясь подпунктом 1 пункта 110 Статута, подпунктом "а" пункта 1 статьи 71, статьями 78 и 83 Регламента, Апелляционная палата Суда
решила:
[Решение](https://bukva.ai/docs/reshenie-s-1024) Коллегии Суда Евразийского экономического союза от 23 декабря 2024 года по делу по заявлению общества с ограниченной ответственностью "ПОРШЕ РУССЛАНД" о признании бездействия Евразийской экономической комиссии не соответствующим международным договорам в рамках Евразийского экономического союза и нарушающим права и законные интересы хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности оставить без изменения, жалобу общества с ограниченной ответственностью "ПОРШЕ РУССЛАНД" - без удовлетворения.
Копию настоящего решения направить сторонам по делу.
Решение вступает в силу с даты его вынесения, является окончательным и обжалованию не подлежит.