Решение Верховного Суда РФ от 10.11.1997 № ГКПИ97-391
Актуально на 01.11.2026.
Как цитировать: Решение Верховного Суда РФ от 10.11.1997 N ГКПИ97-391. ГКПИ97-391. 10.11.1997. https://bukva.ai/docs/reshenie-gkpi97-391
<О признании недействующими и не подлежащими применению пунктов 2.2 и 2.3 «Временного положения о бухгалтерском учете и отчетности в инвестиционном фонде», утвержденного письмом Минфина РФ от 21.05.93 № 62 и Госкомимущества РФ от 25.05.93 № ДВ-2/3498>
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
РЕШЕНИЕ от 10 ноября 1997 г. № ГКПИ 97-391
Верховный Суд Российской Федерации в лице:
председательствующего - судьи Верховного Суда Редченко Ю.Д.
при секретаре Поповой Ю.В.
с участием прокурора Харланова А.В.
адвоката Андрианова И.П.
Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по жалобе Ушакова Вячеслава Юрьевича и АООТ «Инвестиционная компания МИФ» о признании недействительными п. п. 2.2 и 2.3 «Временного положения о бухгалтерском учете и отчетности в инвестиционном фонде», утвержденного письмом Министерства финансов от 21 мая 1993 г. № 62 и Государственного комитета по управлению государственным имуществом от 25 мая 1993 г. № ДВ-2/3498, установил:
Заявители обратились в Верховный Суд Российской Федерации с вышеуказанным требованием, сославшись на то, что п. п. 2.2 и 2.3 оспариваемого «Временного положения о бухгалтерском учете и отчетности в инвестиционном фонде» (далее Временное положение) противоречат Федеральным законам «Об акционерных обществах» и «О бухгалтерском учете», а также нормам нового Гражданского кодекса и нарушают права акционеров и акционерного общества в целом по распоряжению принадлежащим имуществом.
В соответствии с Уставом АООТ «Московский инвестиционный фонд», как ранее называлась «Инвестиционная компания МИФ» — заявитель по настоящему делу, являлся и является после преобразования юридическим лицом.
Свою деятельность инвестиционный фонд осуществлял с учетом особенностей правового регулирования деятельности инвестиционных фондов в пределах полномочий, предусмотренных его Уставом и законом.
Указания, содержащиеся в п. п. 2.2 и 2.3 Временного положения, по мнению заявителей, противоречат названным выше Законам и по сути не вытекают из содержания Указа Президента от 7 октября 1992 г. № 1186 «О мерах по организации рынка ценных бумаг в процессе приватизации государственных и муниципальных предприятий», Закона РСФСР от 13 декабря 1991 г. «О банках и банковской деятельности», Положения о депозитариях, утвержденного распоряжением ГКИ от 20 апреля 1994 г. № 859-Р, и Временного положения о депозитарных операциях банков в Российской Федерации, утвержденного письмом ЦБ от 10 мая 1995 г.
Установленные оспариваемыми подпунктами Временного положения ограничения хозяйственной самостоятельности инвестиционных фондов существенным образом нарушают их права и права акционеров данных фондов. В результате таких нарушений прав фонда заявитель АООТ «Инвестиционная компания МИФ» с учетом наложенных на него штрафных санкций фактически приведен в настоящее время к банкротству, а граждане — инвесторы — к утрате вложенных средств.
В судебном заседании заявитель Ушаков В.Ю., его представители Баранов Ю.Ф. и Андрианов И.И. — он же и представитель АООТ «Инвестиционная компания МИФ» жалобу поддержали.
Представители Министерства финансов Томило Н.Н. и Дудыяьш В.В., Министерства государственного имущества (правопреемника ГКИ) Сесекин В.Б. с требованием заявителей не согласились и просили об оставлении его без удовлетворения.
Представитель Министерства юстиции Соловьева Л.В. подтвердила в суде, что оспариваемый заявителями правовой акт носит нормативный характер, но как не требующий, по мнению Министерства юстиции, государственной регистрации по своему содержанию, он такую регистрацию не прошел.
Выслушав объяснения заявителя Ушакова В.Ю., его представителей, а также представителя АООТ «Инвестиционная компания МИФ», представителей Министерства финансов и Министерства государственного имущества, исследовав материалы дела и заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Харланова А.В., полагавшего жалобу удовлетворить, Верховный Суд Российской Федерации находит жалобу заявителей подлежащей удовлетворению по мотивам противоречия оспариваемых подпунктов Временного положения Федеральным законам.
В соответствии с п. 5 ст. 5 и п. 2 ст. 14 Закона РСФСР «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» инвестор вправе владеть, пользоваться и распоряжаться объектами и результатами инвестиций, в том числе осуществлять торговые операции и реинвестирование на территории РСФСР в соответствии с законодательными актами РСФСР и республик в составе РСФСР.
Государственные органы и должностные лица не вправе ограничивать права инвесторов в выборе объектов инвестирования, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Законом.
Как установлено судом, АООТ «Московский инвестиционный фонд», преобразованный в 1997 г. в АООТ «Инвестиционная компания МИФ», согласно Уставу являлся открытым инвестиционным фондом с правами юридического лица, одним из основных видов деятельности которого было инвестирование денежных средств в ценные бумаги предприятий, банков, компаний и иных эмитентов. Всю свою инвестиционную деятельность фонд осуществлял в соответствии с Уставом общества и требованиями «Положения об инвестиционных фондах», утвержденного Указом Президента от 7 октября 1992 г. № 1186, которым установлены определенные ограничения деятельности инвестиционного фонда, а также особенности учета движения его имущества, денежных расчетов и операций с ценными бумагами, осуществляемых только через депозитария фонда.
На основании названного Указа Президента Российской Федерации Министерством финансов и Госкомимуществом письмом от 21 мая 1993 г. № 62 и от 25 мая 1993 г. № ДВ-2/3498 соответственно было утверждено Временное положение о бухгалтерском учете и отчетности в инвестиционном фонде, согласно п. п. 2.2 и 2.3 которого ведение бухгалтерского учета имущества инвестиционного фонда и составление его бухгалтерской отчетности осуществляется его депозитарием. Депозитарием для ведения бухгалтерского учета имущества инвестиционного фонда назначается должностное лицо (подразделение отдел), ответственное за работу с конкретным инвестиционным фондом, и определяются его полномочия в отношениях с инвестиционным фондом.
Документы, служащие основанием для приемки и выдачи (расходования) товарно — материальных ценностей, денежных средств, ценных бумаг, а также для совершения расчетных кредитных и финансовых операций, вытекающих из хозяйственных договоров, подписываются совместно уполномоченными должностными лицами инвестиционного фонда и депозитария фонда. Указанные документы без подписи представителя депозитария считаются недействительными и к исполнению не принимаются.
Данные предписания Временного положения с учетом требований ст. 5 п. 5 Закона РСФСР «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» соответствовали названной норме Закона и «Положению об инвестиционных фондах», утвержденному Указом Президента от 7 октября 1992 г. № 1186, предусматривающим возможность такого рода ограничений деятельности инвестиционных фондов.
С принятием Федерального закона «Об акционерных обществах» и вступлением его с 1 января 1996 г. в силу, из содержания п. 3 ст. 1 которого следует, что особенности создания и правового положения акционерных обществ в сферах банковской, инвестиционной и страховой деятельности определяются федеральными законами.
Согласно п. 2 ст. 1 этого же Закона настоящий Федеральный закон распространяется на все акционерные общества, созданные или создаваемые на территории, если иное не установлено данным Законом и иными федеральными законами.
Из приведенных положений названного Закона видно, что он распространяется и на АООТ «Инвестиционная компания МИФ».
Из этого следует, что содержащиеся в оспариваемом заявителями нормативном акте ограничения деятельности инвестиционных фондов должны быть предусмотрены только федеральными законами.
Федеральный закон «Об акционерных обществах», а также Закон РСФСР «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» и другие законы указанных в оспариваемых пунктах Временного положения ограничений, касающихся ведения бухгалтерского учета депозитарием фонда и самостоятельного осуществления инвестиционной деятельности данными фондами, не содержат.
Не содержится таких ограничений, в частности, и в Федеральном законе «О бухгалтерском учете» от 21 ноября 1996 г. Более того, из содержания п. 3 ст. 5 данного Закона следует, что организации, руководствуясь законодательством о бухгалтерском учете, нормативными актами органов, регулирующих бухгалтерский учет, самостоятельно формируют свою учетную политику, исходя из своей структуры отрасли и других особенностей деятельности.
Учитывая, что особенности создания и правового положения акционерных обществ в сферах банковской, инвестиционной и страховой деятельности могут определяться в соответствии с Федеральным законом «Об акционерных обществах» только федеральными законами, то с его принятием содержащиеся в обжалуемых пунктах Временного положения указания вступили, по мнению суда, в противоречие с требованиями данного Закона и в связи с этим не подлежат применению. При этом суд также учитывает и то обстоятельство, что со дня принятия оспариваемых пунктов Временного положения и до настоящего времени механизма согласования инвестиционной деятельности фонда с депозитарием, форм учета и контроля со стороны депозитария фонда не выработано, что существенным образом затрудняло выполнение содержащихся в них предписаний.
Этого обстоятельства не оспаривали в суде и представители Министерства финансов и Министерства государственного имущества.
Кроме того, положения, содержащиеся в оспариваемых пунктах, касающиеся организации бухгалтерского учета деятельности фонда его депозитарием, не в полной мере согласуются и с «Положением об инвестиционных фондах», утвержденным Указом Президента от 7 октября 1992 г. № 1186, что также, с учетом принятия новых законов на этот счет, дает суду основание для признания их недействующими.
Утверждение представителей Министерства финансов Томило Н.Н. и Дудыньша В.В. о том, что содержащиеся в оспариваемых пунктах Временного положения предписания не противоречат действующим федеральным законам по этому вопросу, не может быть принято во внимание, поскольку оно ни на чем не основано и опровергается приведенным выше анализом правовых норм федеральных законов.
Вместе с тем суд не может согласиться и с доводом заявителей о необходимости признания этих предписаний недействительными, поскольку оспариваемые пункты Временного положения приняты Министерством финансов и Госкомимуществом в пределах своих полномочий и с соблюдением установленного порядка. На время их издания они действовавшему законодательству не противоречили.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 191 - 197, 239.7 и 239.8 ГПК РСФСР, Верховный Суд Российской Федерации решил:
жалобу Ушакова Вячеслава Юрьевича и АООТ «Инвестиционная компания МИФ» удовлетворить с признанием оспариваемых пунктов Временного положения недействующими. Пункты 2.2 и 2.3 «Временного положения о бухгалтерском учете и отчетности в инвестиционном фонде», утвержденного письмом Министерства финансов Российской Федерации от 21 мая 1993 г. № 62 и Государственного комитета Российской Федерации по управлению государственным имуществом от 25 мая 1993 г. № ДВ-2/3498, признать недействующими и не подлежащими применению.
Данное решение обжалованию и опротестованию в кассационном порядке не подлежит и вступает в законную силу со дня его провозглашения.