Решение Верховного Суда РФ от 23.10.2007 № ГКПИ07-561

<Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующими абзаца третьего подпункта «а» и абзаца второго подпункта «б» пункта 41 Положения о военно-врачебной экспертизе, утв. Постановлением Правительства РФ от 25.02.2003 № 123, и подпункта «в» пункта 22 Инструкции о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику органов внутренних дел, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника органов внутренних дел или его близких, утв. приказом МВД РФ от 15.10.1999 № 805>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ от 23 октября 2007 г. № ГКПИ07-561

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю.,

при секретаре Степанищеве А.В.,

с участием прокурора Кротова В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Б. о признании частично недействующими абзаца 3 подпункта «а» и абзаца 2 подпункта «б» пункта 41 Положения о военно-врачебной экспертизе, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 25 февраля 2003 г. № 123, подпункта «в» пункта 22 Инструкции о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику органов внутренних дел, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника органов внутренних дел или его близких, утвержденной Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 15 октября 1999 г. № 805,

установил:

Постановлением Правительства Российской Федерации от 25 февраля 2003 г. № 123 утверждено Положение о военно-врачебной экспертизе (далее — Положение).

Абзацем 3 подпункта «а» пункта 41 Положения предусмотрено, что военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечий, заболеваний с формулировкой «военная травма», если увечье, заболевание получено освидетельствуемым при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в результате поражений, обусловленных воздействием радиоактивных веществ, источников ионизирующего излучения, компонентов ракетного топлива и иных высокотоксичных веществ, токсичных химикатов, относящихся к химическому оружию, источников электромагнитного поля и лазерного излучения, микроорганизмов I и II групп патогенности.

Согласно абзацу 2 подпункта «б» пункта 41 Положения военно-врачебная комиссия выносит заключение о причинной связи увечий, заболеваний с формулировкой «заболевание получено в период военной службы», если заболевание возникло у освидетельствуемого в период прохождения военной службы (военных сборов), службы в органах либо достигло в указанный период степени тяжести, которая изменяет категорию годности или приводит к негодности (в том числе временной) освидетельствуемого к военной службе, службе в органах, а также при хронических, медленно прогрессирующих заболеваниях, диагностированных до истечения одного года после увольнения с военной службы, службы в органах, если начало заболевания можно отнести к периоду прохождения военной службы (военных сборов), службы в органах.

Б., являющийся инвалидом второй группы по заболеванию, полученному в период военной службы, обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением об оспаривании приведенных предписаний Положения, ссылаясь на их противоречие Гражданскому кодексу Российской Федерации и Федеральному закону «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Кроме того, заявитель просил признать недействующим подпункт «в» пункта 22 Инструкции о порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения увечья сотруднику органов внутренних дел, а также ущерба, причиненного имуществу сотрудника органов внутренних дел или его близких, утвержденной Приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 15 октября 1999 г. № 805 (далее — Инструкция), устанавливающий, что для решения вопроса о возмещении вреда в специальную комиссию подается заявление сотрудника, к которому прилагается копия свидетельства о болезни с заключением ВВК о причинной связи телесного повреждения, иного повреждения здоровья в редакции «военная травма».

В судебном заседании Б. и его представитель Горохова Ю.В. уточнили предъявленные в суд требования и просили признать недействующими:

абзац 3 подпункта «а» пункта 41 Положения в той части, в какой он содержит ограниченный перечень вредных производственных факторов, которые могут вызвать профессиональное заболевание;

абзац 2 подпункта «б» пункта 41 Положения в полном объеме;

подпункт «в» пункта 22 Инструкции в части слов «в редакции „военная травма“.»

Б. пояснил суду, что в декабре 1999 г. он был уволен со службы в органах внутренних дел по ограниченному состоянию здоровья с формулировкой о причинной связи заболевания — «заболевание получено в период прохождения военной службы». В течение года с момента увольнения ему была установлена сначала третья, затем вторая группа инвалидности с утратой трудоспособности в размере 80 процентов. Считая, что утрата трудоспособности произошла в результате его службы в условиях, не отвечающих санитарно-гигиеническим требованиям, заявитель обратился с иском к ГУВД Нижегородской области о возмещении ущерба. Вступившим в законную силу решением Приокского районного суда г. Нижнего Новгорода от 13 декабря 2005 г. в иске Б. отказано ввиду того, что не установлена причинная связь имеющихся у него заболеваний с исполнением служебных обязанностей.

По мнению заявителя, отказ в иске о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, полученного в связи с осуществлением им служебной деятельности, вызван именно противоречием закону оспариваемых нормативных правовых актов, которые не позволяют сотрудникам органов внутренних дел получить в таких случаях заключение военно-врачебной комиссии о причинной связи повреждения здоровья в редакции «военная травма».

Представители Правительства Российской Федерации Марьян Г.В., Цыганков С.Ю. и Яшкин К.А., представляющие также интересы Министерства внутренних дел Российской Федерации, представитель Министерства юстиции Российской Федерации Ахвердиева Л.Р. требования заявителя не признали и просили отказать в их удовлетворении за необоснованностью, ссылаясь на то, что оспариваемые предписания Положения и Инструкции соответствуют действующему законодательству и не нарушают права и свободы граждан.

Заслушав объяснения заявителя, представителей лиц, участвующих в деле, и изучив материалы дела, выслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Кротова В.А., просившего отказать заявителю в удовлетворении его требований, суд находит заявление Б. не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 4 статьи 29 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 г. № 1026-1 «О милиции» в случае причинения увечья или иного повреждения здоровья сотруднику милиции в связи с осуществлением им служебной деятельности денежная компенсация в размере, превышающем сумму назначенной пенсии по указанным в данной статье основаниям, выплачивается за счет соответствующего бюджета либо средств организаций, заключивших с милицией договоры.

Из содержания названной нормы усматривается, что возможность выплаты сотруднику милиции денежной компенсации в размере, превышающем сумму назначенной пенсии, обусловлена наличием необходимой причинной связи между увечьем (иным повреждением здоровья) сотрудника милиции и осуществлением им служебной деятельности.

Исходя из этого Правительство Российской Федерации вправе было закрепить в Положении предписание о том, что заключение военно-врачебной комиссии с формулировкой «военная травма» свидетельствует о наличии юридически значимой причинной связи увечья, заболевания с исполнением обязанностей военной службы (службы в иных органах), в том числе в случаях, когда увечье, заболевание получено освидетельствуемым при исполнении обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в результате поражений, обусловленных воздействием радиоактивных веществ, источников ионизирующего излучения, компонентов ракетного топлива и иных высокотоксичных веществ, токсичных химикатов, относящихся к химическому оружию, источников электромагнитного поля и лазерного излучения, микроорганизмов I и II групп патогенности.

Соответственно Правительством Российской Федерации правомерно установлена формулировка заключения военно-врачебной комиссии в виде «заболевание получено в период военной службы», когда необходимая причинная связь между заболеванием и исполнением обязанностей военной службы (служебных обязанностей) отсутствует, включая случаи, если заболевание возникло у освидетельствуемого в период прохождения военной службы (военных сборов), службы в органах либо достигло в указанный период степени тяжести, которая изменяет категорию годности или приводит к негодности (в том числе временной) освидетельствуемого к военной службе, службе в органах, а также при хронических, медленно прогрессирующих заболеваниях, диагностированных до истечения одного года после увольнения с военной службы, службы в органах, если начало заболевания можно отнести к периоду прохождения военной службы (военных сборов), службы в органах.

Согласно пункту 1 оспариваемого Положения определение причинной связи полученных гражданами увечий (ранений, травм и контузий), заболеваний с прохождением ими военной службы (военных сборов), службы в органах (в том числе органах внутренних дел Российской Федерации) осуществляется путем проведения военно-врачебной экспертизы.

Для проведения военно-врачебной экспертизы и медицинского освидетельствования в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках, воинских формированиях и органах создаются военно-врачебные комиссии и врачебно-летные комиссии (пункт 2 Положения).

В силу части 2 статьи 51 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487-1, в редакции от 24 июля 2007 г. № 214-ФЗ, пункта 17 статьи 6 Федерального закона от 31 мая 1996 г. № 61-ФЗ «Об обороне» Правительство Российской Федерации уполномочено законодателем на определение порядка организации и производства военно-врачебной экспертизы.

Следовательно, утверждая Положение, Правительство Российской Федерации действовало в рамках имеющихся у него полномочий.

С доводом заявителя о противоречии оспариваемых предписаний Положения статье 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в которой дано понятие профессионального заболевания, суд согласиться не может, поскольку этот Закон не регулирует правоотношения, связанные с возмещением вреда здоровью военнослужащим, сотрудникам милиции и иных органов в связи с осуществлением ими служебной деятельности.

Из преамбулы Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ следует, что данный Закон определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных данным Законом случаях. При этом в названном Законе приведен перечень лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, в который указанные выше лица не входят.

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации и иных приравненных к ним лиц определяются Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы и сотрудников федеральных органов налоговой полиции».

Не может быть признан состоятельным и довод заявителя о противоречии оспариваемых предписаний Положения статье 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 данного Кодекса, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Содержание приведенной статьи не дает оснований для вывода о том, что вред, причиненный здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается независимо от наличия необходимой причинной связи между осуществлением гражданином соответствующих служебных обязанностей и наступившим вредом.

Такой вывод не следует и из статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда.

Доводы заявителя о незаконности подпункта «в» пункта 22 Инструкции в оспариваемой части также являются необоснованными.

Как уже отмечалось, заключение военно-врачебной комиссии с формулировкой «военная травма» указывает на то, что увечье или заболевание получено сотрудником органов внутренних дел при исполнении служебных обязанностей. В связи с этим в Инструкции правомерно закреплено, что для решения вопроса о возмещении вреда сотрудник должен представить в специальную комиссию копию свидетельства о болезни с заключением ВВК о причинной связи телесного повреждения, иного повреждения здоровья в редакции «военная травма».

Таким образом, Инструкция в оспариваемой части не противоречит части 4 статьи 29 Закона Российской Федерации «О милиции» и Положению.

В силу части первой статьи 253 ГПК РФ суд, признав, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении соответствующего заявления.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199, 253 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации

Б. в удовлетворении заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение десяти дней со дня принятия решения судом в окончательной форме.

---