Решение Верховного Суда РФ от 24.05.2005 № ГКПИ05-342

<Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующими пунктов 1.1, 2.1, 2.3, 3.1 Положения об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, утв. Банком России 19.08.2004 № 262-П, пунктов 2, 8 Приложения 1, пункта 7 Приложения 4 к данному Положению>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

судьи Верховного Суда

    Российской Федерации                             Зайцева В.Ю.,
    при секретаре                                 Степановой Е.Н.,
    с участием прокурора                     Воскобойниковой Е.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению К. об оспаривании пунктов 1.1, 2.1, 2.3, 3.1 Положения Центрального банка Российской Федерации от 19 августа 2004 г. № 262-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», а также пунктов 2, 8 Приложения 1, пункта 7 Приложения 4 к данному Положению,

установил:

К. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением об оспаривании вышеназванных предписаний Положения Центрального банка Российской Федерации от 19 августа 2004 г. № 262-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее — Положение).

В заявлении указано, что Положение не опубликовано надлежащим образом в «Российской газете» и других средствах массовой информации, а также оспариваемые предписания противоречат Конституции Российской Федерации и Федеральным законам «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», «О валютном регулировании и валютном контроле», «Об информации, информатизации и защите информации».

В судебном заседании К. поддержал свои требования по доводам, изложенным в заявлении, и просил признать недействующими следующие предписания Положения:

пункт 1.1 в полном объеме;

абзац 1 пункта 2.1 в части слов «а также иной необходимой информации и документов»;

второе предложение абзаца 1 пункта 2.3;

пункт 3.1 в полном объеме;

пункты 2, 8 Приложения 1 и пункт 7 Приложения 4 к данному Положению в полном объеме.

Представители Центрального банка Российской Федерации Пауничев А.Е., Тимербаева С.М., Ясинский И.В. и Ларина Е.Л., представитель Министерства юстиции Российской Федерации Мокрова Е.А. требования заявителя не признали, ссылаясь на то, что оспариваемые предписания Положения соответствуют действующему законодательству Российской Федерации и не нарушают охраняемых законом прав и интересов заявителя.

Выслушав объяснения заявителя и представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела и заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Воскобойниковой Е.Л., полагавшей отказать заявителю в удовлетворении его требований, Верховный Суд Российской Федерации находит, что заявление К. не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» Банк России по вопросам, отнесенным к его компетенции настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами, издает в форме указаний, положений и инструкций нормативные акты, обязательные для федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, всех юридических и физических лиц.

Нормативные акты Банка России вступают в силу по истечении 10 дней после дня их официального опубликования в официальном издании Банка России — «Вестнике Банка России», за исключением случаев, установленных Советом директоров. Нормативные акты Банка России не имеют обратной силы.

Нормативные акты Банка России должны быть зарегистрированы в порядке, установленном для государственной регистрации нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти.

Как следует из материалов дела, оспариваемое Положение зарегистрировано в Министерстве юстиции Российской Федерации (06.09.2004) и опубликовано в официальном издании Банка России -«Вестнике Банка России» (N 54, 10.09.2004).

Таким образом, доводы заявителя о том, что Положение не было опубликовано в надлежащем порядке, являются несостоятельными.

Пунктом 1.1 Положения установлено, что кредитная организация обязана идентифицировать лицо, находящееся у нее на обслуживании (далее — клиент), при совершении банковских операций и иных сделок в соответствии с Федеральным законом «О банках и банковской деятельности».

По мнению заявителя, приведенное предписание противоречит закону, поскольку обязывает кредитную организацию идентифицировать клиентов — физических лиц при купле-продаже ими наличной иностранной валюты и чеков на сумму, эквивалентную менее 600 000 рублей.

Между тем с таким доводом заявителя суд согласиться не может.

Абзацем 2 части 2 статьи 11 Федерального закона «О валютном регулировании и валютном контроле» предусмотрено, что установление требования об идентификации личности при купле-продаже физическими лицами наличной иностранной валюты и чеков (в том числе дорожных чеков), номинальная стоимость которых указана в иностранной валюте, не допускается, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами.

Таким законом является Федеральный закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», пункт 1 статьи 7 которого обязывает организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, идентифицировать лицо, находящееся на обслуживании в этой организации, и установить в отношении физических лиц фамилию, имя, а также отчество (если иное не вытекает из закона или национального обычая), гражданство, реквизиты документа, удостоверяющего личность, данные миграционной карты, документа, подтверждающего право иностранного гражданина или лица без гражданства на пребывание (проживание) в Российской Федерации, адрес места жительства (регистрации) или места пребывания, идентификационный номер налогоплательщика (при его наличии).

Согласно пункту 6 части первой статьи 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» к банковским операциям, которые могут осуществлять кредитные организации, относится купля-продажа иностранной валюты в наличной и безналичной формах.

Следовательно, при совершении операций купли-продажи физическими лицами иностранной валюты и чеков (в том числе дорожных чеков), номинальная стоимость которых указана в иностранной валюте, кредитная организация обязана осуществлять идентификацию физического лица, совершающего операцию, независимо от суммы совершаемой операции, а также независимо от того, подлежит ли такая операция обязательному контролю в соответствии со статьей 6 Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», поскольку по своему содержанию обязательный контроль операций с денежными средствами или иным имуществом представляет собой целый комплекс мер, а не только требование об идентификации личности.

Обязанность кредитной организации идентифицировать своих клиентов при осуществлении операций с наличной иностранной валютой независимо от суммы совершаемой операции подтверждена также вступившим в законную силу решением Верховного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2004 г. № ГКПИ04-1422.

Нельзя признать состоятельным и довод заявителя о том, что пункт 3.1 подлежит признанию недействующим, поскольку законом не предусмотрена процедура упрощенной идентификации физических лиц и не установлены основания для ее осуществления.

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» требования к идентификации клиентов, выгодоприобретателей определяются в соответствии с порядком, установленным для кредитных организаций Центральным банком Российской Федерации. Требования к идентификации могут различаться в зависимости от степени (уровня) риска совершения клиентом операций в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

Исходя из приведенных положений закона Банк России вправе был закрепить в пункте 3.1 Положения упрощенную идентификацию физического лица при совершении отдельных видов банковских операций и иных сделок, а также совокупность условий, при наличии которых она может проводиться.

Как уже отмечалось, при идентификации физических лиц закон возлагает на организации, осуществляющие операции с денежными средствами, установить, в частности, реквизиты документа, удостоверяющего личность гражданина, который находится в организации на обслуживании.

В силу пункта 1 Положения о паспорте гражданина Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 8 июля 1997 г. № 828, паспорт гражданина Российской Федерации является основным документом, удостоверяющим личность гражданина Российской Федерации.

Пунктом 9 Описания бланка паспорта гражданина Российской Федерации, утвержденного названным Постановлением, к реквизитам паспорта отнесены, в том числе, дата и место рождения гражданина.

С учетом изложенного пункт 2 Приложения 1 к оспариваемому Положению, в котором к числу сведений, получаемых в целях идентификации физических лиц, отнесены их дата и место рождения, действующему законодательству не противоречит.

Отсутствует такое противоречие и в пункте 8 Приложения 1 к Положению, относящем к числу сведений, получаемых в целях идентификации физических лиц, номера контактных телефонов и факсов (если имеются).

Толкование приведенного пункта не дает оснований для вывода о том, что сведения о номерах контактных телефонов и факсов клиент должен сообщить кредитной организации в обязательном порядке. Клиент вправе сообщить указанные номера лишь по своему желанию.

Кроме того, в данном пункте говорится о контактных, а не домашних номерах телефонов и факсов для оперативной связи кредитной организации с клиентом, в чем он может быть заинтересован не меньше, чем кредитная организация.

В связи с изложенным суд не может согласиться с доводом заявителя о том, что пункт 2 Приложения 1 к оспариваемому Положению противоречит абзацу 2 пункта 1 статьи 11 Федерального закона «Об информации, информатизации и защите информации», в котором отмечено, что не допускаются сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни, а равно информации, нарушающей личную тайну, семейную тайну, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений физического лица без его согласия, кроме как на основании судебного решения.

Абзацем 1 пункта 2.3 Положения установлено, что сведения о клиенте, выгодоприобретателе фиксируются в анкете (досье) клиента в соответствии с перечнем, приведенным в Приложении 4 к данному Положению. По усмотрению кредитной организации в анкету (досье) клиента также могут быть включены иные сведения.

В Приложении 4 к Положению также закреплено, что помимо сведений, перечисленных в пунктах 1 - 6 этого Приложения, в анкету (досье) клиента могут быть включены «иные сведения по усмотрению кредитной организации».

Доводы заявителя о том, что приведенные предписания в нарушение закона позволяют кредитной организации по своему усмотрению собирать и хранить любые сведения о частной жизни лица, также без согласия заинтересованных лиц собирать и хранить о них информацию, составляющую личную, семейную, коммерческую и иную тайну, не могут быть признаны обоснованными, поскольку таких норм в оспариваемых предписаниях не содержится.

Учитывая, что оспаривамое Положение регулирует вопросы идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприбретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, то и сбор кредитной организацией «иных сведений» о клиентах должен быть обусловлен целями данной идентификации и не выходить за ее пределы.

Кроме того, возможность сбора кредитными организациями «иных сведений» в целях идентификации клиента, выгодоприбретателя основана на норме, содержащейся в подпункте 2 пункта 1 статьи 7 Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», который возлагает на организации, осуществляющие операции с денежными средствами, обязанность предпринимать обоснованные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры по установлению и идентификации выгодоприбретателей.

Таким образом, оспариваемые заявителем предписания, позволяющие кредитным организациям собирать и включать в анкету (досье) клиента «иные сведения», кроме приведенных в пунктах 1 - 6 Приложения 4 к Положению, действующему законодательству не противоречат, поскольку по своему нормативному смыслу не предоставляют кредитным организациям права незаконно собирать, хранить, использовать и распространять информацию, составляющую личную, семейную, коммерческую и иную тайну клиентов, выгодоприбретателей.

По вышеприведенным основаниям не подлежит удовлетворению требование заявителя и в части оспаривания пункта 2.1 Положения.

Согласно части первой статьи 253 ГПК РФ суд, признав, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении соответствующего заявления.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199, 253 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации

решил:

К. в удовлетворении заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение десяти дней со дня принятия решения судом в окончательной форме.

---