Решение Верховного Суда РФ от 26.06.2000 № ГКПИ00-543

<По делу о признании незаконным пункта 1.4 Приказа Российского агентства по патентам и товарным знакам от 8 июля 1999 г. № 133 «О внесении изменений и дополнений в Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на выдачу патента на изобретение и изменении Приказа от 17 апреля 1998 г. № 82»>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ от 26 июня 2000 г. № ГКПИ 00-543

Именем Российской Федерации

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

председательствующего Горохова Б.А.,при секретаре Жуковой И.В.,с участием прокурора Масаловой Л.Ф.

рассмотрел в открытом судебном заседании 26 июня 2000 г. гражданское дело по заявлению Егиазаряна Эдуарда Людвиковича о признании незаконным пункта 1.4 Приказа Российского агентства по патентам и товарным знакам от 8 июля 1999 г. № 133 «О внесении изменений и дополнений в Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на выдачу патента на изобретение и изменении Приказа от 17 апреля 1998 г. № 82», об обязании Российского агентства по патентам и товарным знакам внести изменения в Приказ № 133 и о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав объяснения заявителя Егиазаряна Э.Л., представителей Российского агентства по патентам и товарным знакам Серпковой Н.А. (доверенность от 26.08.98 № 10/34-435/19) и Министерства юстиции Российской Федерации Ждановой Т.А. (доверенность от 23.06.2000 № 4887-ЮЧ), заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., полагавшей заявление Егиазаряна Э.Л. подлежащим частичному удовлетворению, Верховный Суд Российской Федерации

Егиазарян Э.Л. обратился в суд с заявлением о признании незаконным пункта 1.4 Приказа Российского агентства по патентам и товарным знакам от 8 июля 1999 г. № 133 «О внесении изменений и дополнений в Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на выдачу патента на изобретение и изменении Приказа от 17 апреля 1998 г. № 82», об обязании Российского агентства по патентам и товарным знакам внести изменения в Приказ № 133 и о взыскании компенсации морального вреда в сумме 11 000 руб., ссылаясь на то, что оспариваемым пунктом нормативного правового акта Роспатента изменена ранее действовавшая норма пункта 3.2.3 Приказа Роспатента от 17 апреля 1998 г. № 82. В результате этого изменения автор изобретения лишился права на включение в название изобретения своего имени.

Такое изменение, по мнению заявителя, является нарушением конституционных прав изобретателей, в частности нарушением права частной собственности, гарантий свободы технического и других видов творчества, а также нарушением конституционного положения, согласно которому интеллектуальная собственность охраняется законом.

Заявитель считает, что созданные им изобретения являются его личной собственностью, и он вправе применить в их названиях собственное имя и соответствующую аббревиатуру. По его мнению, это не затрудняет информационный поиск и способствует раскрытию сущности изобретения.

Размер компенсации морального вреда Егиазарян Э.Л. обосновывает тем, что ему причинены моральный ущерб и физические страдания, поскольку ему стоили больших физических и моральных затрат поиск соответствующих исходных материалов, неоднократные поездки в различные судебные инстанции и юридические консультации.

В судебном заседании Егиазарян Э.Л. свои требования поддержал. Представители Российского агентства по патентам и товарным знакам и Министерства юстиции Российской Федерации заявленные Егиазаряном Э.Л. требования не признали и просили оставить их без удовлетворения, ссылаясь на то, что внесение в «Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на выдачу патента на изобретение» оспариваемого истцом изменения никак не затрагивает свободы технического и других видов творчества и гарантий охраны интеллектуальной собственности. Изобретение не является объектом права частной собственности, как ошибочно полагает истец, ссылаясь в обоснование своих требований на статью 35 Конституции Российской Федерации.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что создание результатов интеллектуальной деятельности, к каковым отнесены изобретения, является основанием возникновения гражданских прав, а статьей 138 - что в случаях и в порядке, установленных законом, признается исключительное право (интеллектуальная собственность) гражданина на результаты интеллектуальной деятельности, что находится в соответствии с пунктом 1 статьи 44 Конституции Российской Федерации.

Представители Роспатента и Министерства юстиции Российской Федерации указали также на то, что Правила разработаны Роспатентом в соответствии с полномочиями, предоставленными ему Патентным законом Российской Федерации, соответствуют международному стандарту ВОИС ST.15 «Руководство по составлению названий изобретений в патентных документах» и способствуют повышению информативности названий изобретений. Наличие же в нем личных имен, аббревиатур и некоторых других элементов не служит целям идентификации изобретения и не должны упоминаться в его названии.

Заслушав объяснения заявителя и заинтересованных лиц, заключение прокурора, Верховный Суд Российской Федерации находит заявленные Егиазаряном Э.Л. требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 44 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества, преподавания. Интеллектуальная собственность охраняется законом.

В соответствии со ст. 475 Гражданского кодекса РСФСР авторское право распространяется на произведения науки, литературы или искусства независимо от формы, назначения и достоинства произведения, а также от способа его воспроизведения.

Предметом авторского права могут быть, в том числе, планы, эскизы и пластические произведения, относящиеся к науке и технике.

Статьей 520 Гражданского кодекса РСФСР предусмотрено, что автор изобретения может по своему выбору требовать либо признания своего авторства с передачей государству исключительного права на изобретение, либо признания своего авторства с закреплением за ним исключительного права на изобретение. В первом случае на изобретение выдается авторское свидетельство, во втором случае — патент.

Правоотношения, возникающие по поводу авторства на изобретение, по своему существу являются сходными с авторскими правоотношениями, в связи с чем право автора изобретения присвоить ему свое имя, прямо не предусмотренное в разделе VI Гражданского кодекса РСФСР, может быть обосновано в соответствии со ст. 10 Гражданского процессуального кодекса РСФСР ссылкой на аналогию со ст. 479 Гражданского кодекса РСФСР и с ч. 3 ст. 6 Закона Российской Федерации от 9 июля 1993 г. № 5351-1 «Об авторских и смежных правах», в соответствии с которыми автор имеет право на название произведения.

Ссылка представителей Российского агентства по патентам и товарным знакам и Министерства юстиции Российской Федерации на то, что Патентный закон Российской Федерации от 23 сентября 1992 г. № 3517-1, специально регулирующий порядок выдачи патента на изобретение, не предусматривает право изобретателя по своему усмотрению присвоить изобретению название, в которое может быть включено имя собственное, достаточным основанием для отказа автору в праве присвоить изобретению свое имя быть признана не может. Отсутствие в названном Законе ограничений, связанных с присвоением изобретению имени автора, не может пониматься иначе, как возможность присвоения изобретению названия, в котором указывается имя автора.

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Право патентного ведомства принимать подзаконный нормативный акт, регулирующий порядок подачи заявки на изобретение и порядок оформления патента, не включает в себя право на уровне подзаконного акта устанавливать ограничения прав автора изобретения, не предусмотренные самим Законом.

Независимо от того, имеет или не имеет автор изобретения право собственности на него, право на присвоение ему названия является объектом гражданского права и ограничено может быть только федеральным законом.

Существовавшая ранее практика, предусматривавшая присвоение названия изобретению с именем автора, основывалась на нормах Гражданского кодекса РСФСР об авторском праве и праве на изобретение, действующих до настоящего времени. В соответствии с этими нормами было принято «Положение об открытиях, изобретениях и рационализаторских предложениях» и Закон СССР «Об изобретениях в СССР», прямо предусматривавшие право автора на присвоение изобретению своего имени или специального названия. С принятием Патентного закона никаких дополнительных ограничений по этому вопросу установлено не было, в связи с чем пункт 3.2.3 «Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на выдачу патента на изобретение» в ранее действовавшей редакции предусматривал возможность присвоения изобретению имени автора.

Оспариваемая заявителем норма Приказа № 133 от 8 июля 1999 г. обоснована Роспатентом одной лишь ссылкой на необходимость приведения действующего в Российской Федерации порядка оформления патентов в соответствие с международным стандартом Всемирной организации интеллектуальной собственности № ST.15.

Эта ссылка не может быть признана обоснованной не только потому, что ограничение права автора изобретения на присвоение ему своего имени может быть введено только законом, а не подзаконным нормативным правовым актом. Стандарт Всемирной организации интеллектуальной собственности № ST.15 «Руководство по составлению названий изобретений в патентных документах» носит для России лишь рекомендательный характер и официально опубликован и доведен до всеобщего сведения в Российской Федерации не был. В силу ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации этот нормативный правовой акт на территории Российской Федерации применяться не может.

При таких условиях требование заявителя о признании оспариваемого п. 1.4 Приказа Роспатента от 8 июля 1999 г. № 133 подлежит удовлетворению.

При признании нормы этого пункта Приказа Роспатента от 8 июля 1999 г. № 133 недействительной восстанавливается прежняя редакция пункта 3.2.3 Приказа Роспатента от 17 апреля 1998 г. № 82, в связи с чем принимать меры по восстановлению нарушенного права заявителя путем обязания Роспатента внести соответствующие изменения в Приказ от 17 апреля 1998 г. № 82 суд необходимости не усматривает.

Требование истца о компенсации морального вреда основано на ст. ст. 150, 151, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и подлежит удовлетворению частично.

В результате действия оспариваемого нормативного правового акта заявитель был лишен возможности присвоить ряду своих изобретений названия, в которых бы содержалось его имя. Право заявителя было ограничено Роспатентом без достаточных к тому законных оснований, в связи с чем заявитель, являющийся инвалидом и человеком преклонного возраста, понес нравственные страдания. Его заявки на изобретения были поданы в Патентное ведомство, но возвращены со ссылкой на пункт 3.2.3 Правил.

С учетом обстоятельств дела и личности заявителя суд считает возможным и целесообразным определить размер подлежащей взысканию в пользу заявителя компенсации морального вреда в 1 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 191 - 197, 231 - 232, 239.7 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, Верховный Суд Российской Федерации

заявление Егиазаряна Эдуарда Людвиковича удовлетворить частично.

Признать пункт 1.4 Приказа Российского агентства по патентам и товарным знакам от 8 июля 1999 г. № 133 «О внесении изменений и дополнений в Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на выдачу патента на изобретение и изменении Приказа от 17 апреля 1998 г. № 82» недействительным.

Взыскать с Российского агентства по патентам и товарным знакам в пользу Егиазаряна Эдуарда Людвиковича компенсацию морального вреда в сумме 1000 (одной тысячи) руб.

Взыскать с Российского агентства по патентам и товарным знакам в пользу Егиазаряна Эдуарда Людвиковича 12 (двенадцать) руб. 50 коп. в счет компенсации судебных расходов.

Решение суда может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 дней.

---