Решение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 04.07.2023 № АКПИ23-400

<Об отказе в удовлетворении заявления о признании частично недействующим перечня районов проживания малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости, утв. Постановлением Правительства РФ от 01.10.2015 № 1049>

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

председательствующего судьи Верховного Суда Российской Федерации Нефедова О.Н.,

судей Верховного Суда Российской Федерации Кириллова В.С., Кузьмичева С.И.,

при секретаре Е.И.,

с участием прокурора Слободина С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению К. о признании частично недействующим перечня районов проживания малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 1 октября 2015 г. № 1049,

постановлением Правительства Российской Федерации от 1 октября 2015 г. № 1049 «Об утверждении перечня малочисленных народов Севера и перечня районов проживания малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости» (далее также — Постановление № 1049) утверждены перечень малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости (далее также — Перечень малочисленных народов) и перечень районов проживания малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости (далее также — Перечень районов).

К., являющаяся по национальности эвенкой — представителем коренного малочисленного народа Севера, включенного в Перечень малочисленных народов, постоянно проживающая в <...>, обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании частично не действующим Перечня районов в той мере, в какой данный перечень в целях установления социальной пенсии по старости не учитывает в составе районов проживания малочисленных народов Севера названный населенный пункт как место традиционного проживания коренного малочисленного народа Севера эвенков.

В обоснование заявленного требования К. указала, что в оспариваемой части акт противоречит подпункту 4 пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (далее — Закон о государственном пенсионном обеспечении). По мнению административного истца, примененное в оспариваемом нормативном правовом акте правовое регулирование не соответствует целям установления наиболее благоприятных условий реализации гражданами из числа коренных малочисленных народов Севера права на пенсионное обеспечение с учетом их постоянного проживания в районах со сложными природно-климатическими условиями, уязвимости традиционного образа жизни и не отвечает принципу правовой определенности. Отсутствие поселка Ангоя Северо-Байкальского муниципального района Республики Бурятия, являющегося местом традиционного проживания коренных малочисленных народов, к которым относятся эвенки, в Перечне районов ограничивает ее право как представителя коренного малочисленного народа Севера на льготное пенсионное обеспечение, предусмотренное Законом о государственном пенсионном обеспечении.

Нарушение своего права К. связывает с тем, что решением Государственного учреждения — Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Республике Бурятия ей отказано в установлении социальной пенсии по старости со ссылкой на то, что населенный пункт, в котором она проживает, не входит в Перечень районов проживания малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости.

Административный ответчик — Правительство Российской Федерации — поручил представлять свои интересы в Верховном Суде Российской Федерации Министерству труда и социальной защиты Российской Федерации (поручение от 12 мая 2023 г. № ТГ-П45-6363), в письменных возражениях на административный иск указавшему, что Перечень районов утвержден полномочным органом, соответствует действующему законодательству и не нарушает прав, свобод и законных интересов административного истца.

К. извещена о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, ее представитель Д. в судебном заседании настаивала на удовлетворении заявленного требования.

В судебном заседании представитель Правительства Российской Федерации Е.Ю. поддержала изложенную в письменных возражениях правовую позицию и просила отказать в удовлетворении административного иска.

Выслушав сообщение судьи-докладчика Нефедова О.Н., заслушав пояснения представителей сторон, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Слободина С.А., полагавшего необходимым в удовлетворении заявленного требования отказать, проверив оспариваемое нормативное положение на соответствие нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, Верховный Суд Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения административного искового заявления.

Согласно статье 5 Федерального конституционного закона от 6 ноября 2020 г. № 4-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации» Правительство Российской Федерации на основании и во исполнение Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, указов, распоряжений и поручений Президента Российской Федерации издает постановления и распоряжения, а также обеспечивает их исполнение (часть 1). Акты Правительства Российской Федерации, имеющие нормативный характер, издаются в форме постановлений Правительства Российской Федерации (часть 2).

На момент принятия оспариваемого нормативного правового акта аналогичные положения были закреплены в статье 23 Федерального конституционного закона от 17 декабря 1997 г. № 2-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации», утратившего силу в связи с принятием Федерального конституционного закона от 6 ноября 2020 г. № 4-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации».

Согласно преамбуле Закона о государственном пенсионном обеспечении данный федеральный закон устанавливает в соответствии с Конституцией Российской Федерации основания возникновения права на пенсию по государственному пенсионному обеспечению и порядок ее назначения.

В случаях, предусмотренных названным федеральным законом, Правительство Российской Федерации определяет порядок реализации прав на пенсии по государственному пенсионному обеспечению и условия назначения этих пенсий отдельным категориям граждан (пункт 3 статьи 1).

В соответствии с положениями статьи 11 Закона о государственном пенсионном обеспечении граждане из числа малочисленных народов Севера, достигшие возраста 55 и 50 лет (соответственно мужчины и женщины), постоянно проживающие в районах проживания малочисленных народов Севера на день назначения пенсии, имеют право на социальную пенсию (подпункт 4 пункта 1). Перечень малочисленных народов Севера и перечень районов проживания малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости утверждаются Правительством Российской Федерации (пункт 6).

Реализуя предоставленные федеральным законом полномочия, Правительство Российской Федерации Постановлением № 1049 утвердило Перечень малочисленных народов и Перечень районов.

Нормативный правовой акт размещен на «Официальном интернет-портале правовой информации» (http://pravo.gov.ru) 5 октября 2015 г., опубликован 12 октября 2015 г. в «Российской газете», № 229 и Собрании законодательства Российской Федерации, № 41 (часть III), ст. 5660.

Процедура издания, введения в действие и опубликования нормативного правового акта соответствует положениям Указа Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 г. № 763 «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти».

Таким образом, нормативный правовой акт принят уполномоченным федеральным органом исполнительной власти с соблюдением формы и порядка введения в действие, что не оспаривается административным истцом. Данные обстоятельства ранее также установлены вступившими в законную силу решениями Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2020 г. № АКПИ20-185, от 1 декабря 2021 г. № АКПИ21-804, от 6 декабря 2022 г. № АКПИ22-887 и др.

Доводы административного истца о противоречии оспариваемого положения нормативного правового акта подпункту 4 пункта 1 статьи 11 Закона о государственном пенсионном обеспечении основаны на ошибочном толковании норм материального права и подлежат отклонению.

Основания возникновения права на пенсию по государственному пенсионному обеспечению и порядок ее назначения представителям коренных малочисленных народов Российской Федерации установлены Законом о государственном пенсионном обеспечении, подпунктом 8 пункта 1 статьи 4 которого предусмотрено, что право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению имеют нетрудоспособные граждане; условия назначения социальной пенсии нетрудоспособным гражданам определены в его статье 11.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 марта 2000 г. № 255 утвержден Единый перечень коренных малочисленных народов Российской Федерации, которым эвенки отнесены к коренному малочисленному народу Российской Федерации, проживающему в том числе на территории Республики Бурятия.

Эвенки указаны также в Перечне коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, утвержденном распоряжением Правительства Российской Федерации от 17 апреля 2006 г. № 536-р.

Постановлением № 1049 эвенки в качестве малочисленного народа Севера включены в Перечень малочисленных народов в целях установления социальной пенсии по старости. Согласно Перечню районов, также утвержденному Постановлением № 1049, местом проживания малочисленных народов Севера в субъекте Российской Федерации — Республике Бурятия является в том числе Северо-Байкальский муниципальный район (городское поселение поселок Нижнеангарск, село Байкальское сельского поселения Байкальское эвенкийское, поселок Холодная сельского поселения Холодное эвенкийское, поселок Кумора сельского поселения Куморское эвенкийское, поселок Уоян сельского поселения Уоянское эвенкийское).

Поселок Ангоя Северо-Байкальского муниципального района Республики Бурятия, который административный истец указывает как территорию традиционного расселения малочисленных народов Севера, в данный перечень не внесен. Названный поселок не был включен и в ранее действовавший перечень районов проживания малочисленных народов Севера, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 11 января 1993 г. № 22, утратившим силу на основании постановления Правительства Российской Федерации от 8 мая 2009 г. № 410 «О признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации».

При этом нормативные правовые акты, имеющие большую юридическую силу по сравнению с Перечнем районов, которые возлагали бы на Правительство Российской Федерации обязанность включить указанный поселок Ангоя Северо-Байкальского муниципального района Республики Бурятия в Перечень районов, отсутствуют.

Предусмотренное оспариваемым нормативным правовым актом правовое регулирование осуществлено Правительством Российской Федерации в соответствии с предоставленной ему федеральным законодателем компетенцией, направлено на установление наиболее благоприятных условий для реализации права на льготное пенсионное обеспечение с учетом особенностей правового статуса граждан, предопределяющих постоянное их проживание в местах традиционного расселения предков с осуществлением традиционных видов хозяйственной деятельности, и в равной мере распространяется на всех граждан, относящихся к указанной категории.

Предоставление права на пенсионное обеспечение по старости гражданам из числа малочисленных народов Севера по достижении ими определенного возраста осуществляется исходя из сложившихся для них неблагоприятных природно-климатических, социально-экономических и демографических обстоятельств, необходимости сохранения и развития соответствующих этносов, что согласуется с требованиями подпункта 4 пункта 1 статьи 11 Закона о государственном пенсионном обеспечении, целями которого являются предоставление дополнительной государственной поддержки гражданам, относящимся к коренным малочисленным народам Севера, в связи с уязвимостью их традиционного образа жизни в сложных природно-климатических и социальных условиях, и сохранение этой категории граждан.

Ссылка административного истца на распоряжение Правительства Российской Федерации от 8 мая 2009 г. № 631-р, которым утвержден перечень мест традиционного проживания и традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Российской Федерации, не может служить основанием для удовлетворения заявленного требования, поскольку данный правовой акт принят во исполнение части 2 статьи 5 Федерального закона от 30 апреля 1999 г. № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации» (далее — Закон о гарантиях прав коренных малочисленных народов), имеет иной предмет правового регулирования и не подлежит применению при установлении социальной пенсии гражданам из числа малочисленных народов Севера.

Закон о гарантиях прав коренных малочисленных народов устанавливает правовые основы гарантий самобытного социально-экономического и культурного развития коренных малочисленных народов Российской Федерации, защиты их исконной среды обитания, традиционных образа жизни, хозяйственной деятельности и промыслов и не регулирует правоотношения по пенсионному обеспечению малочисленных народов, так как данные отношения урегулированы специальным законодательством, предусматривающим правила и условия установления социальных пенсий по старости малочисленным народам Севера, а именно подпунктом 4 пункта 1 статьи 11 Закона о государственном пенсионном обеспечении, а также Постановлением № 1049.

При изложенных обстоятельствах перечень районов проживания малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости в субъекте Российской Федерации Республике Бурятия соответствует законодательству Российской Федерации о пенсиях по государственному пенсионному обеспечению и не нарушает права административного истца на социальное обеспечение.

Оспариваемое нормативное положение отвечает критерию правовой определенности, ясности и недвусмысленности правовой нормы, не допускает неоднозначного толкования при его применении.

Доводы административного истца основаны на неправильном толковании норм материального права, фактически его требования сводятся к изменению нормативного правового акта в оспариваемой части, то есть включению в Перечень районов поселка Ангоя Северо-Байкальского муниципального района Республики Бурятия, что является недопустимым, поскольку в соответствии с нормами Закона о государственном пенсионном обеспечении полномочия по утверждению перечня малочисленных народов Севера и перечня районов проживания малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости относятся к дискреционным полномочиям Правительства Российской Федерации.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что оспариваемое нормативное положение соответствует нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не нарушает и не ограничивает прав административного истца в упоминаемых им аспектах.

В силу пункта 2 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании нормативного правового акта судом принимается решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, если оспариваемый полностью или в части нормативный правовой акт признается соответствующим иному нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу.

Руководствуясь статьями 175 - 180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации

в удовлетворении административного искового заявления К. о признании частично недействующим перечня районов проживания малочисленных народов Севера в целях установления социальной пенсии по старости, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 1 октября 2015 г. № 1049, отказать.

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

---