Решение Верховного Суда РФ от 14.03.2013 № АКПИ12-1743

<Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующим абзаца первого пункта 22 Инструкции по проведению медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, и заполнению учетной формы № 307/у «Акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством», утв. Приказом Минздрава РФ от 14.07.2003 № 308>

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ от 14 марта 2013 г. № АКПИ12-1743

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю.,

при секретаре С.,

с участием прокурора Масаловой Л.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Г. об оспаривании абзаца первого пункта 22 Инструкции по проведению медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, и заполнению учетной формы № 307/у-05 «Акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством», утвержденной приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 14 июля 2003 г. № 308,

приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 14 июля 2003 г. № 308, зарегистрированным в Министерстве юстиции Российской Федерации 21 июля 2003 г., регистрационный номер 4913, утверждена Инструкция по проведению медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, и заполнению учетной формы № 307/у-05 «Акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством» (далее — Инструкция).

Абзацем первым пункта 22 Инструкции закреплено, что при оказании неотложной медицинской помощи в медицинских организациях лицам, пострадавшим в дорожно-транспортных происшествиях и находящимся в тяжелом состоянии, вне зависимости от наличия или отсутствия протокола о направлении на медицинское освидетельствование, подписанного должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства, заключение о наличии опьянения выносится по результатам химико-токсикологического исследования биологического объекта (кровь или моча), проводимого в установленном порядке, при наличии абсолютного этилового спирта в концентрации 0,5 и более грамм на один литр крови, либо при обнаружении наркотических средств, психотропных или иных, вызывающих опьянение, веществ, вне зависимости от их концентрации.

Г. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением, из содержания которого следует, что он оспаривает приведенный абзац в части, предусматривающей вынесение заключения о наличии опьянения при наличии абсолютного этилового спирта в концентрации 0,5 и более грамм на один литр крови. Просит признать оспариваемое предписание недействующим со дня принятия Федерального закона от 23 июля 2010 г. № 169-ФЗ «О внесении изменения в статью 19 Федерального закона „О безопасности дорожного движения“ и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации». В заявлении указано, что оспариваемая норма противоречит статье 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которая в настоящее время не устанавливает количество этилового спирта в организме человека, признаваемого состоянием опьянения, и нарушает права и свободы Г., препятствует справедливому правосудию. Игнорируя предписания пункта 22 Инструкции, при привлечении заявителя к административной ответственности по части 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях районный суд признал его находившимся в состоянии алкогольного опьянения, хотя концентрация этилового спирта в крови составляла менее 0,5 грамм на один литр крови.

Заявитель в судебное заседание, о времени и месте которого извещен надлежащим образом, не явился.

Представитель Министерства здравоохранения Российской Федерации Е. заявление Г. не признала и просила оставить его без удовлетворения, ссылаясь на то, что абзац первый пункта 22 Инструкции в оспариваемой части нормативным правовым актам большей юридической силы, включая статью 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, не противоречит и прав заявителя не нарушает.

Представитель Министерства юстиции Российской Федерации М. полагал, что Инструкция нуждается в переработке, поскольку действие оспариваемой нормы распространяется не только на лиц, которые управляют транспортным средством, но и иных лиц, пострадавших в дорожно-транспортном происшествии, что не относится к предмету регулирования Инструкции. При этом также пояснил, что права заявителя оспариваемым предписанием Инструкции не нарушаются.

Выслушав объяснения представителей заинтересованных лиц и изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Масаловой Л.Ф., просившей отказать заявителю в удовлетворении его требования, суд находит заявление Г. не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Компетенция Министерства здравоохранения Российской Федерации на принятие Инструкции и внесение в нее изменений неоднократно проверялась Верховным Судом Российской Федерации и подтверждена вступившими в законную силу решениями, в частности, от 4 июня 2010 г. по делу № ГКПИ10-352 и от 23 декабря 2010 г. по делу № ГКПИ10-1458. Принятый после указанных решений Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в статье 65 также предусмотрел, что освидетельствование на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) является одним из видов медицинского освидетельствования, которое проводится в медицинских организациях в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Таким органом является Министерство здравоохранения Российской Федерации. Следовательно, Инструкция принята уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Довод заявителя о противоречии Инструкции в оспариваемой части статье 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является ошибочным. Частью 6 названной нормы закреплено, что освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинское освидетельствование на состояние опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Правительство Российской Федерации, реализуя предоставленные ему федеральным законодателем полномочия, постановлением от 26 июня 2008 г. № 475 утвердило Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (далее — Правила). Согласно пункту 16 Правил, законность которого подтверждена вступившим в законную силу решением Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2010 г. по делу № ГКПИ10-90, определение состояния опьянения проводится в соответствии с нормативными правовыми актами Министерства здравоохранения Российской Федерации. Полномочие Министерства здравоохранения Российской Федерации на принятие нормативных правовых актов, регламентирующих порядок проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, закреплено также в подпункте 5.2.73 Положения о Министерстве здравоохранения Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 19 июня 2012 г. № 608.

Таким образом, указанное Министерство могло закрепить в Инструкции оспариваемое заявителем предписание, которое согласуется и с пунктом 20 Правил, предусматривающим, что в случае если водитель транспортного средства находится в беспомощном состоянии (тяжелая травма, бессознательное состояние и другое) и для вынесения заключения о наличии или отсутствии состояния опьянения требуется проведение специальных лабораторных исследований биологических жидкостей, акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения при наличии протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, составленного должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, или должностным лицом военной автомобильной инспекции, заполняется по получении результатов указанных исследований, которые отражаются в акте.

Предписание Инструкции о том, что в отношении лиц, пострадавших в дорожно-транспортных происшествиях и находящихся в тяжелом состоянии, заключение о наличии опьянения выносится при наличии абсолютного этилового спирта в концентрации 0,5 и более грамм на один литр крови не может быть признано недействующим, так как иных нормативных правовых актов по данному вопросу, имеющих большую юридическую силу, не имеется.

Признание Федеральным законом от 23 июля 2010 г. № 169-ФЗ утратившим силу примечания к статье 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, определявшего понятие состояния опьянения, не свидетельствует о незаконности оспариваемого предписания Инструкции, поскольку, отменив это примечание, федеральный законодатель тем самым вернулся к правовому регулированию, действовавшему до принятия данного примечания, которое относило и относит в настоящее время вопрос об оформлении результатов медицинского освидетельствования на состояние опьянения к компетенции Правительства Российской Федерации в отсутствие законоположения о том, что следует понимать под состоянием опьянения.

Согласно части первой статьи 253 ГПК РФ суд, признав, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении соответствующего заявления.

Руководствуясь статьями 194 - 199, 253 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации

Г. в удовлетворении заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

---