Статья 1Решение ЕСПЧ от 03.03.2005

ФАКТЫ

1. Заявители Йон Аурел Маноилеску и Александра Мария Добреску — граждане Румынии 1941 и 1921 годов рождения, соответственно. Первый заявитель проживает в г. Дитмарсхене (Dithmarschen), Германия, второй — в г. Париже (Paris), Франция. В Европейском Суде их интересы представлял М. Гига (M. Ghiga), адвокат из г. Бухареста (Bucharest).

A. Обстоятельства дела

2. Факты данного дела, в том виде, в каком они были представлены сторонами, заключались в следующем.

1. Предыстория дела

3. В 1929 году А.Д. (A.D.), наследниками которого являлись заявители, приобрел земельный участок площадью 6650 кв. м в г. Снагове (Snagov) около г. Бухареста и построил на нем дом (далее — «дом в Снагове»).

a) Уголовное судопроизводство в отношении А.Д.

4. Постановлением военного трибунала первой инстанции г. Бухарест от 26 июля 1950 г. А.Д. был приговорен к 20 годам лишения свободы в тюрьме закрытого типа за подрывную деятельность в отношении государства. Он скончался в тюрьме в 1963 году.

5. Решением от 17 ноября 1995 г. Верховный суд Румынии удовлетворил поданное Генеральным прокурором Румынии ходатайство об отмене данного судебного постановления и отменил его, признав А.Д. невиновным по всем пунктам обвинения на основании отсутствия состава преступления, за которое он был осужден.

b) Переход дома в Снагове в собственность Румынии

6. Приказом от 9 апреля 1945 г. № 4913, изданным, таким образом, еще в годы Второй мировой войны, дом в Снагове был реквизирован властями Румынии и передан в распоряжение миссии по контролю союзников Союза Советских Социалистических Республик.

7. По итогам Потсдамской конференции 2 августа 1945 г., Германия была признана виновной в причинении ущерба союзным государствам в ходе войны и была обязана возместить данный ущерб посредством списания немецких средств, находящихся за границей, в том числе и в Румынии.

8. Закон от 23 марта 1946 г. № 182 о передаче СССР немецких активов, находящихся на территории Румынии, в соответствии с принятыми в ходе Потсдамской конференции решениями предоставил Совет министров Румынии право начать процесс по передаче СССР имущества, указанного Союзной контрольной комиссией (Commission alliee de controle) в Румынии.

9. Решениями от 30 марта и 10 августа 1946 г. Совет министров Румынии постановил, что имущество, принадлежавшее физическим и юридическим лицам Германии и занесенное в списки Ведомства по управлению имуществом военных врагов, в соответствии с Законом № 182 должно быть передано органам, указанным Союзной контрольной комиссией. В числе недвижимого имущества, подобным способом переданного советским властям, находился дом, расположенный по адресу: г. Бухарест, ул. доктора Листера, 63, собственником которого выступало физическое лицо Л.Б. (L.B.).

10. Именно при таких обстоятельствах по распоряжению Министерства внутренних дел Румынии 24 мая 1947 г. дом А.Д. был вновь реквизирован. 27 мая 1947 г. право пользования на него было передано Народному комиссариату внешней торговли СССР.

11. В 1950 году на основании Декрета о национализации № 92/1950 власти Румынии национализировали этот дом. Согласно прилагаемым к Декрету спискам дом был предоставлен в пользование посольству СССР в Румынии.

c) Передача дома в Снагове в собственность СССР

12. Декретом от 26 января 1959 г. № 25 Президиум Великого Национального Собрания Румынской Народной Республики уполномочил Министерство иностранных дел Румынии произвести от имени Румынии обмен недвижимым имуществом с СССР. Согласно Декрету Министерство было уполномочено передать СССР право собственности на несколько загородных домов, расположенных в Снагове (известных как «Адесго» (Adesgo) и принадлежащих румынскому государству, а взамен получить право собственности на два здания в г. Тимишоаре (Timisoara) и г. Яссы (Iasi), находящихся в собственности СССР. Обмен зданиями был подтвержден решением Совета министров Румынской Народной Республики от 2 марта 1962 г. № 175.

13. Декретом от 12 марта 1962 г. № 163 Государственный Совет Румынской Народной Республики дал разрешение провести иной обмен недвижимым имуществом между Румынией и Советским Союзом: первое государство должно было получить право собственности на здание, расположенное по адресу: г. Бухарест, ул. доктора Листера, 63 (см. выше § 9), и находящееся в собственности Советского Союза, которому взамен предоставлялось право собственности на два загородных дома в Снагове (носящих название «красная вилла» (villa rouge) и «вилла в камышах» (villa aux roseaux), а также прилегающий земельный участок площадью 10 560 кв. м, которые принадлежали Румынии.

По утверждению заявителей, «красная вилла» являлась именно тем самым домом в Снагове, который находился в собственности А.Д. до того, как был реквизирован, а позже признан государственной собственностью Румынии в силу Декрета о национализации № 92/1950 (см. выше § 10 и 11).

14. Вербальной нотой без указания конкретной даты, направленной Министерству иностранных дел Румынии в ответ на запрос мэрии г. Снагова, Посольство Российской Федерации в Румынской Республике заявило, что на основании указа Президента Российской Федерации Бориса Ельцина № 201/1993 Российская Федерация в силу преемства приобрела все права бывшего СССР на движимое и недвижимое имущество за границей. Кроме того, Посольство Российской Федерации отметило, что с этого момента на румынской территории Российская Федерация обладает правом собственности на ряд расположенных в Снагове загородных домов и на прилегающий к ним земельный участок. Оно указало, что оспариваемое право собственности было подтверждено решениями Совета министров Румынии от 30 марта и 10 августа 1946 г., декретом Президиума Великого Национального собрания Румынской Народной Республики от 26 января 1959 г. № 25, а также декретом Государственного совета Румынской Народной Республики от 12 марта 1962 г. № 163 (см. выше § 9, 12 и 13).

15. Письмом от 6 апреля 1994 г. мэр г. Снагова в ответ на обращение заявителя сообщил ему, что дом в г. Снагове, ранее принадлежавший А.Д., находился в пользовании Посольства Российской Федерации в Румынии; приложение к Декрету о национализации, действительно, свидетельствовало о том, что Посольство являлось владельцем оспариваемого дома в силу обмена недвижимым имуществом, совершенного между Румынской Народной Республикой и СССР.

2. Процедура реституции дома в Снагове на основании Закона № 112/1995

16. В 1996 г., после принятия Закона № 112/1995, определяющего юридический статус зданий, предназначенных для проживания и ставших государственной собственностью Румынии, заявитель как наследник А.Д. подал в административную комиссию по применению Закона № 112/1995 г. Снагова (далее — административная комиссия) ходатайство с требованием о возврате ему дома в г. Снагове.

17. Решением от 18 июня 1997 г. административная комиссия удовлетворила ходатайство заявителя и постановила возместить ему в натуре все оспариваемое недвижимое имущество, а именно загородный дом и земельный участок площадью 6650 кв. м, на котором этот дом был расположен.

18. Государственное предприятие А. обжаловало данное решение в суде первой инстанции г. Буфтея. Оно ссылалось на то, что это здание не было предназначено для проживания и не являлось бесхозяйным в момент вступления в силу Закона № 112/1995, который предусматривал эти условия в качестве необходимых для того, чтобы административные органы власти, уполномоченные применять данный Закон, могли выносить решение о реституции в натуре в пользу заинтересованных лиц. Заявители подали ходатайство о вступлении в дело третьего лица, требуя отклонить жалобу государственного предприятия А. на том основании, что оспариваемое здание не находилось в управлении данного предприятия.

19. Решением от 12 января 1998 г. суд первой инстанции г. Буфтея удовлетворил ходатайство заявителей и отклонил жалобу предприятия А., поскольку оно не имело права участвовать в судебном процессе в связи с тем, что оспариваемое здание не находилось в его управлении. Поскольку апелляционных жалоб на данное решение подано не было, оно вступило в силу.

3. Попытки заявителей обязать административные органы власти исполнить решение от 18 июня 1997 г.

a) Предъявление иска мэрии г. Снагова и уездному совету г. Ильфова на основании статьи 1075 Гражданского кодекса Румынии

20. В неустановленный день по инициативе заявителя в суд в качестве ответчиков были вызваны уездный совет г. Ильфова и мэрия г. Снагова с целью обязать их на основании положений статьи 1075 и последующих статей Гражданского кодекса Румынии исполнить решение административной комиссии от 18 июня 1997 г. путем реституции оспариваемого здания.

Основываясь на различных документах, при помощи которых он намеревался доказать, что А.Д. являлся прежним собственником оспариваемого здания, а также что он сам выступал в качестве наследника А.Д., заявитель ходатайствовал о том, чтобы данная реституция имущества была эффективной и могла быть противопоставлена правопреемнице бывшего СССР, несмотря на гарантированные Венской конвенцией о дипломатических сношениях 1961 года международные принципы, регулирующие вопросы иммунитета.

Он утверждал, что, принимая во внимание тот факт, что посольство Российской Федерации в Румынии пользовалось иммунитетом в отношении занимаемых им помещений, добиться исполнения вступившего в силу решения административной комиссии от 18 июня 1997 г., вынесенного в пользу заявителя, обычным способом при помощи судебного исполнителя было невозможно. Ссылаясь на обстоятельства, при которых А.Д. лишился этого дома, заявитель считал, что национальный закон № 112/1995, применение которого предполагало реституцию его имущества, не мог быть лишен своих юридических последствий путем признания дипломатических прав в пользу уже не существующих государств.

21. Второй заявитель ходатайствовала о возможности вступить в данный судебный процесс, ссылаясь на то, что, будучи наследницей А.Д., она имела те же права, что и первый заявитель.

22. Решением от 16 марта 1998 г. суд первой инстанции г. Буфтея удовлетворил ходатайства обоих заявителей и предписал властям-ответчикам вернуть заявителям оспариваемое здание. Суд отметил, что решение от 18 июня 1997 г. о реституции имущества, вступившее в силу, было принято после предварительной проверки юридического статуса оспариваемого имущества, а также что ответчики не могут более в качестве довода приводить тот факт, что данное здание находилось в ведении бывшего СССР.

i. Первый этап судопроизводства по апелляционной и кассационной жалобам

23. Мэрия г. Снагова подала апелляционную жалобу на данное судебное решение. Она утверждала, что оспариваемое здание ей не принадлежало и не находилось в ее управлении, а использовалось Посольством Российской Федерации, которое посредством дипломатической ноты, приложенной к материалам дела, уведомило мэрию о том, что является собственником данного имущества (см. выше § 14). Подчеркнув, что она не оспаривает право собственности заявителей на здание, мэрия сослалась на отсутствие у нее права участвовать в судопроизводстве в том смысле, в каком того желали участвующие в деле лица, поскольку данное имущество находилось в ведении вышеуказанного Посольства.

Наконец, мэрия заявила о невозможности исполнить вступившее в силу решение административной комиссии от 18 июня 1997 г., ссылаясь на то, что судебные исполнители также не могли его исполнить по тем же причинам, что и мэрия.

24. Решением от 20 ноября 1998 г. Апелляционный суд г. Бухареста удовлетворил апелляционную жалобу мэрии, отменил решение суда первой инстанции и отклонил ходатайство заявителей как юридически необоснованное. Он отметил, что здание не находилось в управлении участвующих в деле административных органов власти, а использовалось Посольством Российской Федерацией в Румынии, которое посредством ноты заявило о своем праве собственности на это здание (см. выше § 14). Суд полагал, что исполнение административного решения от 18 июня 1997 г. вело к нарушению принципа иммунитета, предоставленного дипломатическому представительству Российской Федерации в Румынии, что означало прямое посягательство на основные интересы Российской Федерации. Наконец суд подчеркнул, что иммунитет от принудительного исполнения судебного решения являлся принципом, признанным международным правом, международной доктриной и международной практикой.

25. Заявители подали кассационную жалобу на данное решение суда, утверждая, что нижестоящие суды ошибочно истолковали доказательства, приобщенные к материалам дела, равно как и характер самих правоотношений, представленных на рассмотрение румынским судам. В частности, они ссылались на незаконность принудительного изъятия здания и его передачу в государственную собственность на том основании, что Декрет об обмене недвижимым имуществом № 163/1962 не был подписан и, следовательно, являлся ничтожным. К материалам дела они приложили несколько схем оспариваемого здания, а также документы, касающиеся обмена имуществом между советским и румынским государствами (см. выше § 8, 9, 12 и 13).

26. Постановлением от 26 мая 1999 г. Кассационный суд г. Бухареста удовлетворил жалобу заявителей, отменил судебное постановление от 20 ноября 1998 г. и направил дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение. Суд кассационной инстанции дал указание проверить посредством проведения дополнительного расследования условия, при которых здание перешло в государственную собственностью Румынии, а затем было передано в собственность СССР, а также уточнить юридический статус здания, расположенного по адресу: г. Бухарест, ул. доктора Листера, 63, которое СССР обменял на оспариваемый дом. Кроме того, суду первой инстанции предстояло выяснить, в чьем пользовании находилось это здание до и после декабря 1989 года и каково было назначение этого недвижимого имущества.

ii. Второй этап производства по делу заявителей и по их апелляционной жалобе

27. В ходе судебного заседания 4 октября 1999 г. суд г. Бухареста в силу обязанности выдвинул возражение относительно отсутствия у административных органов власти участвовать (ЧЕГО???) в судебном разбирательстве в качестве ответчиков на том основании, что данное имущество не находилось в их управлении; суд вынес это возражение на обсуждение сторон.

28. Решением от того же дня суд, не проводя предписанного судом кассационной инстанции дополнительного расследования, удовлетворил возражение и отклонил иск заявителей. Он отметил, что оспариваемое здание было сначала изъято в принудительном порядке и национализировано при условиях, описанных выше в § 6 - 11, а затем стало государственной собственностью СССР вследствие обмена имуществом между Румынской Народной Республикой и СССР, утвержденного Декретом от 12 марта 1962 г. № 163 (см. выше § 13). Отмечая, что с этого момента данное здание принадлежало на праве собственности Российской Федерации, правопреемнице бывшего СССР, суд счел, что иск заявителя, направленный на то, чтобы принудить соответствующие органы власти передать оспариваемое здание заявителям на основании статьи 1075 Гражданского кодекса Румынии, был подан в отношении лиц, не имевших права участвовать в судебном разбирательстве.

29. Заявители подали апелляционную жалобу на данное судебное решение, утверждая, что суд не учел не только тот факт, что недвижимое имущество было незаконно изъято из собственности А.Д., но также не приняли во внимание представленные ими доказательства по этому вопросу (см. выше § 25 in fine).

30. Своим решением от 25 февраля 2000 г., вступившим в силу, Апелляционный суд г. Бухареста отклонил апелляционную жалобу заявителей и подтвердил мотивировочную часть судебного решения от 4 октября 1999 г. С одной стороны, суд отметил, что критические замечания заявителей относительно того, что суд первой инстанции не учел и неверно истолковал представленные ими в данном деле доказательства, являлись необоснованными. По этому вопросу суд апелляционной инстанции счел, что здание перешло в государственную собственность Румынии на основании Декрета о национализации № 92/1950 и что с того времени участвующие в деле лица не могли ссылаться на то, что данное здание было изъято этим государством противоправно. С другой стороны, суд апелляционной инстанции установил, что доказательство права собственности Российской Федерации на оспариваемое здание было представлено суду и что при таких обстоятельствах суд первой инстанции с полным основанием установил, что иск заявителей был направлен ответчикам, лишенным права участвовать в судебном процессе.

iii. Рассмотрение кассационной жалобы заявителей

31. 6 июня 2000 г. заявители подали кассационную жалобу об отмене вступившего в силу судебного решения от 25 февраля 2000 г. Они утверждали, что вынесший данное решение суд апелляционной инстанции, несмотря на статью 315 Гражданского процессуального кодекса Румынии, не принял во внимание предыдущее решение от 26 мая 1999 г., в котором он предписал провести дополнительное расследование. Они добавили, что суд апелляционной инстанции не сделал никаких выводов из представленных ими доказательств.

32. Своим постановлением от 25 октября 2000 г. Кассационный суд г. Бухареста оставил без удовлетворения кассационную жалобу участвующих в деле лиц об отмене судебного решения от 25 февраля 2000 г. как необоснованное. Суд отметил, что в своем постановлении от 26 мая 1999 г. он не решал вопросы права, и, следовательно, его решение нельзя было учитывать на новом этапе судопроизводства после возвращения дела на новое рассмотрение, а лишь рекомендовал суду первой инстанции прояснить юридический статус оспариваемого здания и его владельца. Суд кассационной инстанции установил, что статья 315 ГПК была правильно применена судом первой инстанции. Что касается второго критического замечания заявителей, оно также было лишено основания, поскольку суд апелляционной инстанции, в который заявители обратились с апелляционной жалобой, в своем решении от 25 февраля 2000 г. установил, что право собственности на оспариваемое здание принадлежало Российской Федерации, а не стороне-ответчице, таким образом решив данный спор в свете всех доказательства, представленных по делу.

b) Иные обращения заявителей с целью добиться реституции здания

33. В неустановленный день заявители направили в г. Бухарест Послу Российской Федерации письмо, в котором просили его признать, что уполномоченные румынские власти передали им дом в г. Снагове, который они унаследовали и который был предоставлен им в качестве реституции в соответствии с национальным законом № 112/1995. Описав обстоятельства, в результате которых А.Д. утратил этот дом (см. выше § 6 - 10), они указали, что обмен зданиями, осуществленный между Румынией и СССР в силу Декрета от 12 марта 1962 г. № 163, являлся незаконным и, следовательно, ничтожным, на том основании, что, с одной стороны, этот Декрет не был ни подписан, ни опубликован, а с другой стороны, здание, предложенное СССР в обмен на дом в г. Снагове, не принадлежало на праве собственности физическому лицу — гражданину Германии, что могло бы служить основанием передачи данного здания советским властям в соответствии с решениями, принятыми в ходе Потсдамской конференции.

Наконец заявители подчеркнули, что не желали вступать в возможный судебный спор с Россией, поскольку, как они утверждали, судебное производство по данному вопросу было бы невозможно вследствие применения принципа дипломатического иммунитета, которым пользовалось Посольство. Тем не менее, они полагали, что этот принцип не должен был противоречить национальному правопорядку, так как оспариваемое недвижимое имущество, впрочем, не представляло никакого особого практичного интереса.

34. Представленные по настоящему делу документы не позволили установить, получили ли заявители ответ на их просьбу.

35. В неустановленный день заявители обратились в префектуру г. Ильфова. Основываясь на Законе № 10/2001 о правовом режиме зданий, в принудительном порядке изъятых государством в период с 6 марта 1945 г. по 22 декабря 1989 г., они потребовали вернуть им в натуре дом в г. Снагове. Письмом от 27 января 2003 г. префект им ответил, что в соответствии со статьями 21 и 25, взятыми в совокупности, Закона (С КЕМ???) № 10/2001 в качестве органов, уполномоченных решать вопрос о реституции подобного рода имущества выступают юридическое лицо — владелец недвижимого имущества либо мэрия уезда, в котором находится данное недвижимое имущество. Он посоветовал заявителям обратиться к данным органам через судебных исполнителей при суде г. Буфтея. Из представленных материалов неизвестно, последовали ли заявители этому совету.

4. Юридический статус здания в настоящее время

36. Письмом от 23 сентября 2002 г. Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека в ответ на направленный в соответствии с подпунктом «а» пункта 2 правила 54 Регламента Суда информационный запрос Палаты, рассматривающей жалобу, сообщил, что Российская Федерация, будучи преемницей всех прав бывшего СССР на движимое и недвижимое имущество за границей, имеет в Румынии на праве собственности несколько загородных домов, расположенных в г. Снагове, а также прилегающий к ним земельный участок. Он указал, что данное право собственности Российской Федерации было подтверждено решениями Совета министров Румынии от 30 марта и 10 августа 1946 г., Декретом Президиума Великого Национального Собрания Румынской Народной Республики от 26 января 1959 г. № 25, а также Декретом Государственного совета Румынской Народной Республики от 12 марта 1962 г. № 163 (см. выше § 9, 12 и 13), о чем, впрочем, Посольство Российской Федерации в Румынии информировало Министерство иностранных дел Румынии при помощи дипломатической ноты (см. выше § 14).

37. Из представленных заявителями материалов следовало, что оспариваемое здание до сих пор находится в пользовании работников Посольства Российской Федерации в Румынии.

B. Применимое национальное и международное законодательство

1. Применимое международное законодательство

38. Соответствующие международно-правовые акты устанавливают:

a) Венская конвенция о дипломатических сношениях от 18 апреля 1961 г. (ратифицирована Румынией Декретом № 566/1968, опубликованном в Официальном Бюллетене 8 июля 1968 г.)

«В настоящей Конвенции приводимые ниже термины имеют следующее значение: (...) i) „помещения представительства“ означают здания или части зданий, используемые для целей представительства, включая резиденцию главы представительства, кому бы ни принадлежало право собственности на них, включая обслуживающий данное здание или часть здания земельный участок».