Окончательное Решение ЕСПЧ от 16.09.2004
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Окончательное Решение ЕСПЧ от 16.09.2004. 55565/00. 16.09.2004. https://bukva.ai/docs/reshenie-5556500
«По вопросу приемлемости жалобы № 55565/00 Аркадий Михайлович Бартик (Arkadiy Mikhailovich Bartik) против Российской Федерации»
Примечание
Дополнительно см. Постановление ЕСПЧ от 21.12.2006.
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ ПО ВОПРОСУ ПРИЕМЛЕМОСТИ ЖАЛОБЫ № 72145/01 АРКАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ БАРТИК (ARKADIY MIKHAILOVICH BARTIK) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
<*> Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
Европейский суд по правам человека (Третья секция), заседая 16 сентября 2004 г. Палатой в следующем составе судей:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
принимая во внимание указанную жалобу, поданную 23 февраля 2000 г.,
принимая во внимание доводы, представленные властями Российской Федерации, и возражения на них, представленные заявителем,
ФАКТЫ
Заявитель, Аркадий Михайлович Бартик — гражданин России, 1954 года рождения, в настоящее время проживает в Московской области. В Европейском суде интересы заявителя представляет юрист Московского центра содействия международной защите М. Воскобитова. Власти Российской Федерации в Европейском суде представляет Уполномоченный Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптев.
A. Обстоятельства дела
В 1977 году заявитель поступил на работу в государственное машиностроительное конструкторское бюро «Радуга» (ГМКБ «Радуга»), которое разрабатывало ракетные и космические изделия. Заявитель подписал обязательство не раскрывать секретные данные.
16 мая 1989 г. заявитель подписал новое соглашение, которое, в соответствующей части, гласит:
а) не раскрывать информацию, содержащую государственные и профессиональные тайны, которые будут мне доверены или которые станут мне известны в связи с моими служебными (должностными) обязанностями.
с) не посещать посольства, миссии, консульства или другие представительства иностранных государств, равно как и не вступать — непосредственно или через других — в контакт с иностранцами без согласия руководства бюро, в котором я работаю, или компетентных органов советской власти...
Меня уведомили о запрете на выезд за границу, кроме случаев, изложенных в соответствующих законах и инструкциях.».
31 января 1994 г. заявитель подписал новое обязательство. Оно содержало пункты о неразглашении государственной тайны, в том числе после прекращения трудового договора, о согласии с требованиями секретности на работе, об обязательстве сообщать отделу безопасности о любых попытках третьих лиц получить секретные данные и о любых контактах с родственниками, проживающими или пребывающими за границей, или с другими иностранцами. Никакие другие ограничения не были внесены в список.
20 августа 1996 г. заявитель расторг трудовой договор.
24 января 1997 г. заявитель обратился в отдел паспортно-визовой службы отдела внутренних дел г. Дубны, чтобы получить загранпаспорт — удостоверяющий личность документ, который дает право российским гражданам выехать из страны и путешествовать за границей.
17 марта 1997 г. начальник отдела паспортно-визовой службы отдела внутренних дел г. Дубны отказал заявителю в выдаче паспорта. В отказе указывалось, что право заявителя получить заграничный паспорт было ограничено до 2001 года в связи с трудовыми отношениями с его прежним работодателем.
Заявитель оспорил отказ в Межведомственную комиссию по рассмотрению обращений граждан Российской Федерации в связи с ограничениями их права на выезд из Российской Федерации. 24 февраля 1998 г. Комиссия оставила решение об отказе в силе.
5 мая 1998 г. Конвенция вступила в силу в отношении Российской Федерации.
Заявитель обжаловал решение Комиссии в Московский городской суд.
24 сентября 1999 г. Московский городской суд постановил, что 22 апреля 1977 г., 16 мая 1989 г. и 31 января 1994 г. заявитель подписал обязательство о неразглашении государственной тайны; обязательство 1989 года также содержало пункт об ограничении права заявителя на выезд из страны. Исследовав заключение, составленное прежним работодателем заявителя и подтвержденное Управлением авиационной и космической промышленности и Управлением защиты государственной тайны Министерства экономического развития Российской Федерации, о том, что заявитель был осведомлен о государственной тайне, суд вынес следующее Решение:
«Согласно заключению... [заявитель] в своей работе использовал учебные пособия под инвентарным номером 5301, 4447, которые содержали извлечения из главных секретных документов (номера). Относительно некоторых инвентарных номеров запросы посылали предприятиям проекта для того, чтобы установить, была ли информация, содержавшаяся там, все еще засекреченной. Однако никакого ответа не было получено. Кроме того, суд, допросивший в качестве свидетеля, г-на Кожемяка, представителя генерального директора по режиму и безопасности бюро „Радуга“, который подтвердил, что информация, содержащаяся в документах, которые были разработаны в бюро „Радуга“, сохранила сверхсекретную классификацию и все еще была засекречена. Как свидетель Кожемяка разъяснил суду, что не было оснований для изменения классификации уровня секретности этой информации.».
На этих основаниях суд пришел к выводу о том, что ограничение права заявителя на выезд из Российской Федерации до 14 августа 2001 г. было законным и обоснованным.
9 ноября 1999 г. Верховный суд Российской Федерации отклонил кассационную жалобу заявителя на Решение от 24 сентября 1999 г., оставив Решение суда первой инстанции без изменения.
Ограничение права заявителя на выезд из страны истекло 14 августа 2001 г.
25 октября 2001 г. заявителю был выдан заграничный паспорт, и он выехал на постоянное место жительства в Соединенные Штаты Америки.
B. Применимое национальное законодательство
1. Закон СССР «О порядке выезда из Союза Советских Социалистических Республик и въезда в Союз Советских Социалистических Республик граждан СССР» № 2177-1 от 20 мая 1991 г.
Закон СССР предусматривал, что граждане СССР могли выехать из страны только с заграничным паспортом, выданным компетентным органом (статья 1). В выдаче заграничного паспорта могло быть отказано, в частности, если человек был осведомлен о сведениях, составляющих государственную тайну, или если у него имелись иные договорные обязательства, запрещающие выезд из СССР (пункт 1 статьи 7). Отказ можно было обжаловать в специальную комиссию Кабинета Министров СССР и затем в суд (статья 8).
В соответствии со статьей 12 «ограничения [касающиеся выезда за границу] [должны были быть] доведены до сведения граждан руководством предприятий, учреждений, организаций... в момент их приема на работу или учебу... при установлении доступа к сведениям, составляющим государственную тайну. Прежде, чем такой доступ [мог быть] установлен, необходимо [было] подписать трудовой договор на добровольной основе...».
Закон СССР действовал до 19 августа 1996 г., когда он было заменен Федеральным законом, указанным ниже.
2. Федеральный закон «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» № 114-ФЗ от 15 августа 1996 г.
Статья 2предусматривает, что право российского гражданина выехать из Российской Федерации может быть ограничено только на основаниях и в соответствии с процедурой, изложенной в Федеральном законе. Пункт 15 статьи 1 указанного Федерального закона предусматривает, что право российского гражданина на выезд из Российской Федерации может быть временно ограничено, если он имел доступ к особо важной или сверхсекретной информации, классифицированной как государственная тайна, и если он подписал трудовой договор, который предусматривал временное ограничение его права на выезд из Российской Федерации. В таких случаях ограничение действительно до даты, изложенной в договоре, но не дольше чем пять лет с даты, когда лицо в последний раз имело доступ к особо важной или сверхсекретной информации. Межведомственная комиссия по защите государственной тайны может увеличить этот период до десяти лет.
3. Федеральный закон «О государственной тайне» № 5485-I от 21 июля 1993 г.
Статьи 21 и 24 предусматривают, что предоставление доступа к государственной тайне предполагает, что лицо соглашается на частичные и временные ограничения его прав, включая его право на выезд за рубеж в течение периода, изложенного в трудовом договоре.
C. Применимые документы Совета Европы
Заключение № 193 (1996) по заявке России на вступление в Совет Европы, принятое Парламентской Ассамблеей 25 января 1996 г. (на 7-ом заседании) гласит:
10. Парламентская Ассамблея принимает к сведению, что Российская Федерация полностью разделяет ее видение и толкование принимаемых на себя обязательств, (...) и что Россия намерена...
xv. немедленно прекратить практику ограничений на зарубежные поездки людей, владеющих государственными секретами, оставив лишь те ограничения, которые являются общепринятыми в государствах-членах Совета Европы».
СУТЬ ЖАЛОБЫ
1. Заявитель жаловался на то, что имело место нарушение пункта 2 статьи 2 Протокола № 4 к Конвенции ввиду ограничения его права на выезд из Российской Федерации. Заявитель утверждал, что согласно пункту 2 статьи 3 Протокола № 4 к Конвенции это ограничение незаконно, потому что он никогда не подписывал трудовой договор, который бы предусматривал ограничение его права на выезд из Российской Федерации. Далее он утверждал, что в период с 1993 года, когда был принят Федеральный закон «О государственной тайне», по 1996 год, когда он прекратил трудовые отношения с работодателем, власти имели достаточное время, чтобы сообщить ему в письменной форме об ограничениях или предложить ему подписать новый договор, но этого сделано не было. Обязательство, которое он подписал 1994 году, не содержало такого ограничения.
2. Заявитель жаловался на то, что в нарушение статьи 8 Конвенции было нарушено его право на уважение личной и семейной жизни. Заявитель утверждал, что его пожилые родители в 1997 году переехали в Германию, а в 1999 году состояние здоровья его отца было критическим. Однако без загранпаспорта заявитель не мог посетить своего отца, создать ему комфортные условия и оказать поддержку.
ПРАВО
1. Заявитель жаловался на отказ российских властей выдать ему паспорт для поездки за границу, ссылаясь при этом на статью 2 Протокола № 4 к Конвенции, которая гласит:
«2. Каждый свободен покидать любую страну, включая свою собственную.»
3. Пользование этими правами не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены Законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности или общественного спокойствия, для поддержания общественного порядка, предотвращения преступлений, охраны здоровья или нравственности, или для защиты прав и свобод других лиц.».
Возражения властей Российской Федерации
Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель работал начальником бригады в бюро «Радуга» в период с ноября 1991 года по август 1996 года. До прекращения трудовых отношений он имел спецчемодан, печать, спецблокнот и рабочие тетради, в которых содержались совершенно секретные сведения. 14 августа 1996 г. он сдал все эти предметы в бюро. Это была последняя дата, когда он имел доступ к секретным данным.
Власти Российской Федерации указали, что заявитель подписывал обязательства о неразглашении государственной тайны в 1977, 1989 и 1994 годах. Обязательство от 16 мая 1989 г. также содержало пункт об ограничении возможности заявителя выехать за границу.
Власти Российской Федерации не оспаривали, что Федеральный закон от 15 августа 1996 г. требовал, чтобы все бюро, имеющие дело с секретными данными, заключили новые трудовые договоры со служащими, имеющими доступ к такой информации. Этого не было сделано в случае с заявителем, поскольку Закон вступил в силу 19 августа 1996 г., то есть за день до прекращения трудовых отношений между заявителем и работодателем. Закон СССР от 20 мая 1991 г., на который ссылался заявитель, содержал подобное требование только в отношении новых служащих, в то время как заявитель работал в бюро «Радуга» с 1977 года.
Власти Российской Федерации заявили, что ограничение права заявителя на выезд за границу было необходимо в интересах национальной безопасности и защиты государственных интересов и носило лишь временный характер. Они полагали, что жалоба заявителя является явно необоснованной.
Возражения заявителя
Заявитель утверждал, что наложенное ограничение не соответствовало законодательству. Обязательство 1994 года охватывало все возможные ограничения его прав, и ему никогда не сообщали — устно или в письменной форме — об ограничении выезда из страны, в связи с чем он полагал, что он сможет получить загранпаспорт, когда это ему станет необходимым.
Далее заявитель утверждал, что подход в российских судах был слишком формальный, и что суды чрезмерно полагались на утверждения его прежнего работодателя, не анализируя необходимости в таком ограничении в свете того, что его доступ к секретным данным был фактически нулевым с 1989 года.
Мнение Европейского суда
Европейский суд считает, что в свете доводов сторон данная часть жалобы поднимает сложные вопросы фактов и права в соответствии с Конвенцией, разрешение которых требует рассмотрения дела по существу. Таким образом, Европейский суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Иных оснований для объявления ее неприемлемой не установлено.
2. Заявитель жаловался, ссылаясь на статью 8 Конвенции, на то, что ограничение его выезда за границу с тем, чтобы заботиться о своем больном отце, нарушило его право на уважение частной и семейной жизни.
Статья 8гласит:
«1. Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.»
2. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случая, когда такое вмешательство предусмотрено Законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.».
Европейский суд отметил, что заявитель и его родители проживали отдельно по меньшей мере с 1997 года, когда они переехали в Германию. Его престарелые родители не относятся к его основной семье. При этом не было доказано, что они являются зависимыми членами его семьи. Европейский суд счел, что доводы заявителя о существовании семейной жизни между ними недостаточно доказаны и в них нельзя быть уверенным (см., например Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Сливенко против Латвии» (Slivenko v. Latvia), жалоба № 48321/99, ECHR 2003-Х, § 97).
Европейский суд также отметил, что заявитель не был оторван от привычной среды личных и социальных отношений, не говоря уже о части жалобы, рассмотренной в контексте пункта 2 статьи 2 Протокола № 4 к Конвенции, относительно того, что сфера его непосредственной личной независимости никак не была ущемлена.
Поэтому Европейский суд счел, что отсутствовало вмешательство в «личную жизнь» заявителя.
Следовательно, данная часть жалобы несовместима ratione materiae с положениями Конвенции по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и должна быть отклонена в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
Объявил приемлемой, не предрешая по существу, жалобу заявителя на ограничение его права на выезд из страны;
Объявил неприемлемой остальную часть жалобы.