Решение ЕСПЧ от 05.09.2017
Актуально на 11.11.2026.
Как цитировать: Решение ЕСПЧ от 05.09.2017. 20735/15. 05.09.2017. https://bukva.ai/docs/reshenie-2073515
«Дело „Зухреддин Гуломович Рахимов (Zukhreddin Gulomovich Rakhimov) против Российской Федерации“ (жалоба № 20735/15) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <1>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ЗУХРЕДДИН ГУЛОМОВИЧ РАХИМОВ (ZUKHREDDIN GULOMOVICH
RAKHIMOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» <1>
(Жалоба № 20735/15)
РЕШЕНИЕ
<1> Перевод с английского ООО «Развитие правовых систем».
Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая 5 сентября 2017 г. Комитетом в составе:
Луиса Лопеса Герра, Председателя Комитета Суда,
а также при участии Фатош Арачи, заместителя Секретаря Секции Суда,
рассмотрев указанную жалобу, поданную 4 мая 2015 г.,
приняв во внимание обеспечительную меру, указанную властям государства-ответчика в соответствии с правилом 39 Регламента Европейского Суда,
приняв во внимание замечания, представленные властями государства-ответчика, а также ответные замечания заявителя,
приняв во внимание комментарии, представленные властями Российской Федерации,
ФАКТЫ И ПРОЦЕДУРА
1. Заявитель, Зухреддин Гуломович Рахимов, 1983 года рождения, является гражданином Узбекистана. Его интересы в Европейском Суде представлял адвокат И.Г. Васильев, практикующий в г. Москве.
2. Власти Российской Федерации были представлены сначала бывшим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным, а затем сменившим его в этой должности М.Л. Гальпериным.
3. Ссылаясь на статью 3 Конвенции, заявитель жаловался на то, что существовали серьезные основания для того, чтобы полагать, что он будет подвергнут обращению в нарушение данного положения Конвенции в случае его принудительного перемещения в Узбекистан.
4. 4 мая 2015 г. исполняющий обязанности Председателя Секции Европейского Суда решил указать властям Российской Федерации на основании правила 39 Регламента Европейского Суда, что заявитель не должен подвергаться экстрадиции или иным образом принудительно перемещаться из Российской Федерации в Узбекистан или в другую страну в течение периода проведения разбирательства по делу в Суде.
5. 3 сентября 2015 г. жалоба заявителя на нарушение статьи 3 Конвенции были коммуницированы властям Российской Федерации. 15 января 2016 г. власти представили свои замечания по делу.
6. 28 марта 2016 г. в ответных замечаниях, представленных представителем заявителя, представитель настаивал на жалобе, но указал, что у него нет связи ни с заявителем, ни с его родственниками.
4 мая 2016 г. Председатель Секции Суда в соответствии с подпунктом «a» пункта 2 статьи 54 Регламента Европейского Суда предложил властям Российской Федерации представить информацию о местонахождении заявителя и о расследовании по факту его предполагаемого исчезновения.
7. 17 мая 2016 г. власти государства-ответчика сообщили Европейскому Суду, что согласно записям органов пограничного контроля 27 октября 2015 г. заявитель добровольно покинул Российскую Федерацию. Они также указали, что у властей Российской Федерации отсутствуют основания полагать, что заявитель исчез, а также инициировать расследование в этом отношении, и что заявитель, его родственники, адвокат, представитель или любое другое лицо не обращались с соответствующей жалобой.
ЖАЛОБЫ
8. На основании статьи 3 Конвенции заявитель жаловался на реальную угрозу жестокого обращения в случае его перемещения в Узбекистан. На основании статей 3 и 34 Конвенции были поданы дополнительные жалобы на предполагаемое исчезновение заявителя и на предполагаемое вмешательство в переписку с Европейским Судом.
ПРАВО
9. Заявитель жаловался на то, что в случае его перемещения в Узбекистан возникнет реальная опасность того, что он подвергнется обращению, нарушающему статью 3 Конвенции, которая гласит:
«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».
10. Европейский Суд отмечает, что согласно представленной властями государства-ответчика информации, которая не оспаривалась представителем заявителя, 27 октября 2015 г. заявитель покинул территорию Российской Федерации. Следовательно, фактические и правовые обстоятельства, составляющие основу для данной части жалобы, больше не существуют, поскольку заявителю больше не грозит экстрадиция из Российской Федерации в Узбекистан.
11. В свете вышесказанного Европейский Суд считает, что по смыслу подпункта «c» пункта 1 статьи 37 Конвенции дальнейшее рассмотрение данной части жалобы более не является оправданным, и что уважение прав человека, как это определено в Конвенции и в Протоколах к ней, не требует продолжения рассмотрения жалобы в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции in fine.
12. Что касается других жалоб, поданных на основании статей 3 и 34 Конвенции, то Европейский Суд считает, что материалы дела, имеющиеся в его распоряжении, и в той мере, в которой оспариваемые вопросы находятся в пределах его компетенции, не указывают на признаки наличия нарушения прав и свобод, закрепленных в Конвенции или в Протоколах к ней. Следовательно, данные жалобы являются явно необоснованными и должны быть отклонены в соответствии с подпунктом «a» пункта 3 и пунктом 4 статьи 35 Конвенции.
13. С учетом изложенного выше Европейский Суд считает обоснованным прекратить применение правила 39 Регламента Европейского Суда.
решил прекратить производство по части жалобы, поданной на основании статьи 3 Конвенции на реальную угрозу жестокого обращения в случае выдворения в Узбекистан;
объявил остальную часть жалобы неприемлемой для рассмотрения по существу.
Совершено на английском языке, и уведомление о Решении направлено в письменном виде 28 сентября 2017 г.
DECISION
The European Court of Human Rights (Third Section), sitting on 5 September 2017 as a Committee composed of:
and Fatoº Aracý , Deputy Section Registrar,
Having regard to the above application lodged on 4 May 2015,
Having regard to the interim measure indicated to the respondent Government under Rule 39 of the Rules of Court,
Having regard to the observations submitted by the respondent Government and the observations in reply submitted by the applicant,
Having regard to the comments submitted by the Russian Government,
Having deliberated, decides as follows:
FACTS AND PROCEDURE
1. The applicant, Mr Zukhreddin Gulomovich Rakhimov, is an Uzbek national, who was born in 1983. He was represented before the Court by Mr I.G. Vasilyev, a lawyer practising in Moscow.
2. The Russian Government («the Government») were represented initially by Mr G. Matyushkin, the Representative of the Russian Federation to the European Court of Human Rights, and then by his successor in that office, Mr M. Galperin.
3. The applicant complained under Article 3 of the Convention that there were substantial grounds for believing that he would be subjected to treatment prohibited by that provision if he was removed to Uzbekistan.
4. On 4 May 2015 the Acting President of the Section decided to indicate to the Government of Russia, under Rule 39 of the Rules of Court, that the applicant should not be extradited, expelled or otherwise involuntarily removed from Russia to Uzbekistan or another country for the duration of the proceedings before the Court.
5. The applicant's complaints under Article 3 of the Convention were communicated to the Government on 3 September 2015. They submitted their observations on 15 January 2016.
6. On 28 March 2016 in the observations in reply submitted by the applicant's representative maintained the complaints, but stated that he had no contact either with the applicant or his relatives.
On 4 May 2016 the President of the Section, under Rule 54 § 2 (a) of the Rules of Court, requested the Russian Government to submit information on the applicant's whereabouts and any investigation into his alleged disappearance.
7. On 17 May 2016 the Government informed the Court that according to the border control records the applicant voluntarily left Russia on 27 October 2015. They further stated that the Russian authorities had no grounds to believe that the applicant had disappeared and to open any investigation in this regard and that no relevant complaint had been submitted by the applicant, his relatives, his lawyer or representative or any other person.
COMPLAINTS
8. The applicant complained under Article 3 of the Convention about a real risk of ill-treatment in case of removal to Uzbekistan. Further complaints were submitted under Articles 3 and 34 of the Convention about the applicant's alleged disappearance and about an alleged interference with the correspondence to the Court.
THE LAW
9. The applicant complained that his removal to Uzbekistan would expose him to a real risk of being subjected to treatment in breach of Article 3 of the Convention which reads as follows:
«No one shall be subjected to torture or to inhuman or degrading treatment or punishment.»
10. The Court notes that, according to information submitted by the Government and not disputed by the applicant's representative, the applicant left Russia on 27 October 2015. Consequently, the factual and legal circumstances forming the basis of this part of the application are no longer present, as the applicant is no longer at risk of being extradited from Russia to Uzbekistan.
11. In the light of the above, the Court considers that, within the meaning of Article 37 § 1 (c) of the Convention, it is no longer justified to continue the examination of the application in this part and that respect for human rights as defined in the Convention and its Protocols does not require it to continue the examination of it under Article 37 § 1 in fine.
12. As regards further complaints under Articles 3 and 34 of the Convention, the Court finds that, in the light of all the material before it, and in so far as the matters complained of are within its competence, they do not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention or its Protocols. Accordingly, these complaints are manifestly ill-founded and must be rejected in accordance with Article 35 §§ 3 (a) and 4 of the Convention.
13. In view of the above, it is appropriate to discontinue the application of Rule 39 of the Rules of Court.
Decides to strike the application out of its list of cases in part concerning the complaint under Article 3 of the Convention about a real risk of ill-treatment in case of removal to Uzbekistan;
Declares the remainder of the application inadmissible.