Решение Палаты Лордов Великобритании от 17.10.2007 N [2007] (UKHL) 40

«Премиум Нафта Продактс Лимитед» (20-й ответчик) и другие против «Фили Шиппинг Компани Лимитед» (14-й истец) и других» [рус., англ.]

Сборник решений Палаты лордов

Апелляция: [2007] EWCA Civ 20

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Апелляционный комитет палаты лордов

«Премиум Нафта Продактс Лимитед» (20-й ответчик) и другие

Апелляционный комитет

Сфера: арбитражная оговорка

Аннотация: В деле «Премиум Нафта Продактс Лимитед» против «Фили Шиппинг Компани Лимитед» Апелляционный комитет Палаты лордов рассмотрел спор, предметом которого являлось требование судовладельцев признать расторжение чартерных договоров, включая арбитражные соглашения, законным, поскольку договоры заключены посредством подкупа. Фрахтователи подали ходатайство о приостановлении разбирательства по делу в соответствии с разделом 9 Закона об арбитраже 1996 г. Разрешение дела связано с вопросом относительно того, в арбитраже или в государственном суде должен быть разрешен спор, касающийся заключения договоров посредством подкупа, а также того, может ли сторона быть связана арбитражной оговоркой, если она утверждает, что при наличии подкупа не заключала бы договор, в котором содержится арбитражная оговорка. По итогам рассмотрения настоящего дела апелляция была отклонена, а арбитражная оговорка признана действительной.

Ключевые выводы суда: 1. Надлежащий способ толкования арбитражной оговорки состоит в выяснении судом ее коммерческой цели. 2. При толковании арбитражной оговорки стоит исходить из того, что стороны, скорее всего, предполагали, что любой спор, возникающий из отношений, в которые они вступили или намеревались вступить, должен решаться одним и тем же судом. 3. Арбитражное соглашение может быть признано недействительным только на основании, которое относится к арбитражному соглашению и имеет к нему прямое отношение.

Ключевые слова: процессуальное законодательство, арбитражная оговорка, определение подсудности спора.

ЛОРД ХОФФМАН

Милорды!

1. Данная апелляционная жалоба касается сферы применения и действия арбитражных оговорок в отношении восьми чартерных договоров в форме Shelltime 4. Арбитражные оговорки заключены между восемью компаниями, входящими в группу компаний «Совкомфлот» (принадлежит российскому государству), и восемью фрахтователями. Как утверждают владельцы, фрахты получены путем подкупа старших должностных лиц группы компаний «Совкомфлот» г-ном Никитиным, который контролировал компании-фрахтователи или связан с ними. Нет необходимости упоминать подробности, связанные с данными обвинениями, поскольку никто не оспаривает, что у владельцев дело связано со спором. Они попытались расторгнуть чартерные договоры на этом основании. Вопрос состоит в том, в арбитраже или в суде должен быть разрешен спор относительно их права на расторжение договоров. Судовладельцы обратились в суд с иском для принятия решения о том, что чартерные договоры были расторгнуты на законных основаниях, а фрахтователи подали ходатайство о приостановлении дела в соответствии с разделом 9 Закона об арбитраже 1996 г. Morison J [2007] 1 All ER (Comm) 81 отказали в отсрочке, но Апелляционный суд (Tuckey, Arden and Longmore LJJ) [2007] Bus LR 686 принял апелляционную жалобу к рассмотрению и удовлетворил ее.

2. Разрешение дела связано с двумя вопросами: во-первых, может ли арбитражная оговорка быть применима для разрешения вопроса о заключении договора посредством подкупа; во-вторых, может ли сторона быть связана обязательствами в соответствии с арбитражной оговоркой, если она утверждает, что при наличии подкупа не заключала бы договор, в котором содержится арбитражная оговорка. Однако я считаю, что данные вопросы тесно связаны между собой исходя из нижеследующего.

3. я приведу текст арбитражной оговорки в форме Shelltime 4:

«41. (а) Настоящий устав может толковаться, отношения между сторонами определяются в соответствии с законодательством Англии.»

(b) Любой спор, возникающий в соответствии с настоящим уставом, разрешается английскими судами, в отношении юрисдикции которых стороны настоящим договариваются.

(c) Несмотря на вышеизложенное, без ущерба для права любой стороны наложить или продлить арест в отношении любого имущества, связанного с морской деятельностью, любая из сторон может, направив письменное уведомление другой стороне, принять решение о передаче любого такого спора... в арбитраж в Лондоне. Один арбитр назначается судовладельцами, а другой — фрахтователями. Решение арбитра является окончательным и обязательным для обеих сторон. Местом проведения арбитража будет являться Лондон, арбитражным учреждением является Лондонская морская ассоциация арбитров. Арбитраж проводится в соответствии с положениями Закона об арбитраже 1950 г. с изменениями и дополнениями, действующими на данный момент.

(i) У одной из сторон отсутствует право сделать такой выбор только в том случае, если:

(a) она получает от другой стороны письменное уведомление о споре, где сторона:

(1) прямо заявляет, что спор возник в связи с настоящим уставом;

(2) уточняет характер спора;

(3) прямо ссылается на пункт 41(c)

И

(b) не направляет уведомление о передаче спора в арбитраж по истечении 30 дней с даты получения уведомления о споре.

4. Следует отметить, что пункт 41(b) является положением о компетенции в отношении «любого спора, возникающего по данному чартеру», который затем включается посредством ссылки (словами «любой такой спор») в арбитражную оговорку, упомянутую в пункте 41(c). Итак, первый вопрос состоит в том, относится ли к компетенции арбитража или английского суда в соответствии с п. 41(b) разрешение спора о приобретении чартеров посредством подкупа. Если относится, то в соответствии с пунктом 41(c) сторона может инициировать вопрос о передаче данного спора в арбитраж. Для удобства я буду рассматривать такую оговорку как простую арбитражную оговорку. Владельцы считают, что оговорка не подлежит применению по двум причинам. Первая состоит в том, что с точки зрения содержания данный вопрос не является спором, вытекающим из чартера. Кроме того, юрисдикционная и арбитражная оговорка может быть отменена и, следовательно, не является для них обязательной.

5. Оба вышеприведенных вопроса касаются отношения судов к арбитражу. Арбитраж имеет консенсуальную основу, а именно: волеизъявление сторон находит свое отражение в арбитражном соглашении. Только соглашение позволяет выяснить, какие споры стороны намеревались передать в арбитраж. Значение, которое стороны хотели выразить словами, которые они используют, зависит от коммерческого содержания и цели заключения арбитражного соглашения. В частности, считается, что бизнесмены заключают соглашения для достижения какой-либо рациональной коммерческой цели, понимание которой влияет на способ толкования содержания арбитражного соглашения.

6. Поэтому, говоря о содержании, необходимо выяснить цель арбитражной оговорки. В этом, думаю, не может быть никаких сомнений. Стороны вступили в правоотношения, заключили соглашение, или то, что предварительно называется соглашением, или то, что внешне выглядит как соглашение, которое может привести к возникновению споров. Стороны желают, чтобы споры разрешались в выбранном ими арбитражном учреждении, поскольку оно является нейтральным, компетентным и в нем соблюдается конфиденциальность. Кроме того, в таком учреждении доступны юридические услуги, а законодательство, обеспечивающее соблюдение законов, эффективно и ненавязчиво. В частности, при заключении международных контрактов стороны предпочитают разрешать споры там, где решение постановляется быстро и эффективно. Стороны опасаются риска возникновения задержек и, в большинстве случаев, отсутствия беспристрастности в судебных разбирательствах в национальной юрисдикции.

7. Если согласиться с тем, что вышеперечисленные обстоятельства являются целью заключения арбитражной оговорки, то на ее толкование должно повлиять то, предполагали ли стороны как рациональные бизнесмены, что лишь некоторые вопросы, возникающие из их правоотношений, могут быть переданы в арбитраж, а другие подлежат рассмотрению национальными судами. Могли ли стороны предположить, что вопрос о расторжении договора должен решаться в арбитраже, а вопрос о том, было ли это связано с введением в заблуждение, должен решать суд? Если нет разумных причин, на основании которых бизнесмены могли предполагать, что вопросы действительности или обеспечения исполнения договора решались одним судом, а вопросы его исполнимости решались другим судом, то необходимо прежде принятия любых решений найти четкое обоснование тому, что у них было такое намерение.

8. Следовательно, надлежащий способ толкования арбитражной оговорки состоит в выяснении судом ее коммерческой цели, насколько позволяет значение, которое стороны хотели выразить словами. Этот же способ, направленный на определение коммерческой цели, определяет подход судов (законодательных органов) в отношении второго вопроса, приведенного в апелляции, а именно: есть ли какая-либо обоснованная причина, в связи с которой стороны, которые согласны передать спор о действительности договора в арбитраж, не должны это делать.

9. Некоторое время существовала точка зрения, что у арбитров отсутствует компетенция рассматривать вопрос о действительности договора. Если договор недействителен, то недействительна и арбитражная оговорка. В деле Overseas Union Insurance Ltd v AA Mutual International Insurance Co Ltd [1988] 2 Lloyd's Rep 63, 66 Эванс определил, что это правило «обязано логике не меньше, чем авторитету», что было опровергнуто Апелляционным судом в деле Harbour Assurance Co (UK) Ltd против Kansa General International Insurance Co Ltd [1993] QB 701, и вопрос был поставлен под сомнение в соответствии с разделом 7 Закона об арбитраже 1996 г.:

«Если стороны не договорились об ином, арбитражное соглашение, которое является или должно было стать частью другого соглашения (в письменной форме или нет), не должно считаться недействительным, несуществующим или неэффективным, поскольку это другое соглашение является недействительным, не вступило в силу или стало неэффективным, а арбитражное соглашение не утратило силу, и для этой цели оно должно рассматриваться как отдельное соглашение».

10. В этом разделе показано признание Парламентом факта того, что бизнесмены часто желают, чтобы вопрос о действительности договора, или вступлении его в силу, или признании его недействительным был передан в арбитраж, и что закон не должен быть препятствием для этого.

11. В связи с этим я перехожу к вопросу о содержании. Вашим светлостям был приведен ряд дел, в которых рассматривались различные текстовые формы в арбитражных оговорках. В некоторых из них проводится различие между спорами, «возникающими из» и «вытекающими из» соглашения. В деле Heyman против Darwins Ltd [1942] AC 356, 399 лорд Портер определил, что первое имеет более узкое значение, чем второе. Однако в деле Union of India против E B Aaby's Rederi A/S [1975] AC 797 виконт Дихорн (с. 814) и лорд Сэлмон (с. 817) сказали, что не видят разницы между этими вариантами формулировок. Тем не менее, в деле Overseas Union Insurance Ltd против AA Mutual International Insurance Co Ltd [1988] 2 Lloyd's Rep 63, 67 Эванс сказал, что существует большое различие между оговорками, в которых говорится «только о тех спорах, которые могут возникнуть в отношении прав и обязанностей, порождаемых договором», и теми, которые «демонстрируют намерение обратиться к более широкому кругу споров». Можно сказать, что первые возникают «по договору», а вторые возникают «в отношении» или «в связи с» договором. В деле Fillite (Runcorn) Ltd против Aqua-Lift (1989) 26 Con LR 66, 76 лорд Слэйд обозначил, что фраза «по договору» недостаточно широка, чтобы включать споры, которые не касались обязательств, созданных договором или включенных в него. Лорд Норс вынес аналогичное решение. В деле Mackender против Feldia AG [1967] 2 QB 590 суд, в состав которого входили лорд Деннинг и лорд Диплок, постановил, что оговорка в страховом полисе, согласно которой споры, «возникающие по договору», передаются на разрешение в иностранную юрисдикцию, достаточно широка для рассмотрения вопроса о возможности расторжения договора по мотиву неразглашения информации.

12. Я не предлагаю дальше анализировать эти и другие подобные дела, потому что, на мой взгляд, проводимые в них различия не отражают заслуг английского коммерческого права. Для судей, которые так тщательно обозначили различные языковые нюансы, может быть большим разочарованием, если они узнают, что разработчик широко используемой стандартной формы Shelltime 4, очевидно, считал выражения «возникающий в соответствии с настоящим уставом» в п. 41(b) и «возникший из настоящего устава» в п. 41(c)(1)(a)(i) взаимозаменяемыми. Поэтому я приветствую мнение, высказанное лордом Лонгмором в Апелляционном суде (в п. 17) относительного того, что пришло время подвести черту под действующими на сегодняшний день решениями и начать все сначала. Я думаю, что новое отношение к этому вопросу оправдано изменениями, которые произошли в этой отрасли права в последние годы, в частности принятием Парламентом принципа автономности в разделе 7 Закона 1996 г. Этот раздел был явно предназначен для того, чтобы суды могли реализовать разумные коммерческие интересы сторон в отношении вопросов, которые они намеревались решить в арбитражном порядке. Но раздел 7 не достигнет своей цели, если суды примут подход к толкованию, который во многих случаях может опровергнуть эти ожидания, поэтому его необходимо пересмотреть.

13. На мой взгляд, при толковании арбитражной оговорки стоит исходить из того, что стороны как рациональные бизнесмены, скорее всего, предполагали, что любой спор, возникающий из отношений, в которые они вступили или намеревались вступить, должен решаться одним и тем же судом. Оговорку следует толковать в соответствии с этой презумпцией, если только формулировка не указывает на то, что определенные вопросы подлежат исключению из компетенции арбитра. Как заметил лорд Лонгмор в п. 17, «если бы какой-либо бизнесмен действительно захотел исключить споры о действительности договора, он мог бы сравнительно легко это высказать».

14. Судя по всему, именно такой подход принят в Германии: см. решение Bundesgerichtshof от 27 февраля 1970 (1990) Arbitration International, том 6, № 1, с. 79:

«Есть все основания предполагать, что разумные стороны желают, чтобы отношения, порождаемые договором, и возникающие из него требования, независимо от того, является ли их договор действительным или нет, решались одним и тем же судом, а не двумя разными».

15. Если принять такой подход, формулировка статьи 41 Shelltime 4 не содержит ничего того, что исключало бы споры о действительности договора, будь то на основании, что он был заключен путем мошенничества, взяточничества, введения в заблуждение или чего-либо еще. На мой взгляд, данный подход применим к настоящему спору.

16. Следующий вопрос заключается в том, является ли статья 41 Shelltime 4 обязательной для владельцев в связи с обвинением в подкупе. Они говорят, что, если они правы в отношении подкупа, то они имели право расторгнуть весь договор, включая арбитражную оговорку. Следовательно, арбитр не обладает компетенцией и спор должен быть разрешен судом.

17. Принцип автономности, установленный в разделе 7, означает, что недействительность или расторжение основного договора не обязательно влекут за собой недействительность или расторжение арбитражного соглашения. Арбитражное соглашение должно рассматриваться как «отдельное соглашение» и может быть признано недействительным или оспоримым только на основании, имеющем прямое отношение к арбитражному соглашению. Конечно, могут быть случаи, когда основание недействительности основного соглашения совпадает с основанием недействительности арбитражного соглашения. Например, если основное соглашение и арбитражное соглашение содержатся в одном и том же документе и одна из сторон утверждает, что она никогда ни с чем не соглашалась в документе, а также что ее подпись подделана, что будет посягательством на действительность арбитражного соглашения. Но дело не в том, что основное соглашение было недействительным. Дело в том, что подпись под арбитражным соглашением как «отдельным соглашением» была подделана. Аналогичное заключение делается в том случае, если сторона утверждает, что тот, кто желал подписать договор в качестве представителя от ее имени, не имел никаких полномочий заключать какое-либо соглашение от ее имени, что является посягательством как на основное соглашение, так и на арбитражное.

18. С другой стороны, если (как в этом случае) утверждается, что представитель превысил свои полномочия, заключив основное соглашение на условиях, которые не были согласованы, или по ненадлежащим основаниям, то это не обязательно является угрозой для арбитражного соглашения. Необходимо доказать, что, какими бы ни были условия основного соглашения или причины, по которым представитель заключил его, он не имел полномочий на заключение арбитражного соглашения. Даже если утверждается, что соглашение заключено не было (например, что условия основного соглашения еще не согласованы), это не обязательно является угрозой для арбитражного соглашения. Если же арбитражная оговорка согласована, то предполагается, что стороны намеревались в арбитраже решить вопрос о том, было ли заключено основное соглашение.

19. В настоящем деле утверждается, что основное соглашение заключалось на некоммерческих условиях, что вместе с другими сопутствующими обстоятельствами позволяет сделать вывод, что представитель, действующий от имени владельцев, подкуплен с целью дачи согласия на его заключение. Однако это не означает, что он был подкуплен для заключения арбитражного соглашения. Было бы хорошо, если бы он заключил какой-либо чартер без арбитражного соглашения, какими бы ни были другие его условия. Г-н Батчер, который представлял владельцев, заявил, что если бы не подкуп, владельцы не заключали бы никаких договоров с фрахтователями и, соответственно, не заключали бы арбитражное соглашение. Но, на мой взгляд, именно такой аргумент призван был предотвратить раздел 7. Это означает, что, поскольку основное соглашение и арбитражное соглашение были связаны друг с другом, недействительность основного договора должна привести к недействительности арбитражного соглашения. Недействительность одного влечет недействительность другого, потому что они никогда бы не были заключены отдельно. Но раздел 7, на мой взгляд, означает, что они должны рассматриваться как заключенные отдельно и арбитражное соглашение может быть признано недействительным только на основании, которое относится к арбитражному соглашению и не является следствием недействительности основного договора.

20. Г-н Батчер утверждал, что подход к толкованию и автономности, принятый Апелляционным судом, нарушает право владельцев на доступ к суду для разрешения их гражданских споров, что противоречит статье 6 Европейской конвенции по правам человека. Я не думаю, что это имеет значение. Европейская конвенция не предназначена для разрешения споров в арбитраже. Арбитраж основан на соглашении, и стороны могут на основе взаимного согласия отказаться от права на обращение в суд. Если при справедливом толковании договора выясняется, что они согласились на арбитражное администрирование конкретного спора, это не является нарушением их права на доступ к суду, предусмотренного Конвенцией.

21. По этим причинам, которые по существу аналогичны причинам, указанным лордом Лонгмором в Апелляционном суде, я считаю, что фрахтователи имеют право приостановить производство по делу, и отклонил бы апелляцию.

ЛОРД ХОУП КРЕЙГХЕД

Милорды!

22. У меня было преимущество прочитать черновой вариант речи моего благородного и ученого друга лорда Хоффмана. я полностью согласен с его позицией, и по основаниям, которые он представил, я бы тоже отклонил апелляцию. Хочу добавить лишь несколько кратких комментариев.

23. Как сказал мой благородный и ученый друг, в этом деле есть два вопроса. Первый — вопрос содержания: являются ли претензии заявителей о том, что чартерные договоры были расторгнуты на законных основаниях, спорами, которые возникают в рамках чартерных договоров или из них по смыслу статьи 41. Второй — это вопрос автономности: если предположить, что заявители располагают достаточными доказательствами по делу касательно законного расторжения чартерных договоров, то они также могут привести аргументы в пользу того, что арбитражные соглашения в п. 41 также были расторгнуты. Заявители утверждают, что они имели право расторгнуть договоры, включая арбитражные соглашения, поскольку договоры заключены посредством подкупа. Обвинения в подкупе основаны на условиях, на которых были заключены чартеры группой компаний «Совкомфлот» как владельцами с фрахтовыми компаниями г-на Никитина. Они, как утверждается, были некоммерческими и невероятно щедрыми. Подкуп ставит под сомнение не только сам договор, но и арбитражную оговорку. Данный аргумент по существу выражает причинно-следственную связь. Дело в том, что договоры не были бы заключены в отсутствие подкупа и что, если бы не согласие о их заключении, не было бы соглашения о передаче спора в арбитраж. Если бы г-н Никитин не давал взятки своему генеральному директору г-ну Скарге, «Совкомфлот» вообще не вел бы дела с компаниями г-на Никитина.

24. По первому вопросу заявители утверждают, что весьма маловероятно, что стороны, соглашаясь с положением об арбитраже, намеревались посредством арбитража разрешить спор относительно того, был ли сам договор заключен посредством подкупа, поскольку предполагается, что одна из сторон не имела ни малейшего представления об этом. Они также заявляют, что в последнее время власти явно стремятся узко толковать значение слов, используемых в арбитражном соглашении, для выяснения вопроса о намерении передачи споров. Они должны быть приняты за основу любого решения, касающегося использования положения, изложенного в стандартных формах Shelltime 4. Я думаю, что на это есть два ответа. Один из них содержится в формулировке самой статьи 41. Другой можно найти при рассмотрении вопроса о том, имеют ли его последствия смысл в международном коммерческом контексте при использовании стандартных форм Shelltime 4.

25. Что касается формулировок, то контракты, заключаемые сторонами на международном рынке, обычно содержат стандартные и хорошо известные условия. Поскольку они хорошо понятны, то позволяют быстро и эффективно заключать договоры. Стандартная форма Shelltime 4 является хорошим примером такой практики. Она часто используется, по крайней мере с 1984 г. и по настоящее время. Но следует понимать, что различные положения в таких формах служат разным функциям. В некоторых случаях необходима высокая степень точности. Условия, определяющие взаимные обязательства сторон касательно цены и исполнения, лежат в основе делового оборота. Они попадают в эту категорию. В других случаях, когда общая цель понятна, стороны вряд ли будут акцентировать внимание на словах, которые используются для ее выражения.

26. Статья 41 относится ко второй категории. Ни один договор такого рода не является полным без пункта, определяющего применимое право и способы, которые следует использовать для разрешения споров. Его цель — избежать затрат и задержек, связанных с последующим разрешением споров. Это такая оговорка, которую обычные бизнесмены при понимании общего смысла охотно принимают. Они вряд ли будут слишком беспокоиться о ее точной интерпретации или захотят изучить то, как она по-разному анализируется многочисленными органами власти. Конечно, суд должен сделать все возможное, чтобы предоставить фрахтователям и судовладельцам правовую определенность на стадии переговоров в отношении того, с чем они соглашаются. Но нет никакого противоречия между этим предложением и указаниями, которые лорд Лонгмор дал в пунктах 17 — 19 решения Апелляционного суда относительно толкования юрисдикционных и арбитражных оговорок в международных коммерческих контрактах. Положение о том, что любая юрисдикционная или арбитражная оговорка в международном коммерческом договоре должна толковаться либерально, способствует правовой определенности. Это согласуется с золотым правилом, согласно которому, если стороны желают, чтобы вопросы относительно действительности их договора решались одним судом, а вопросы, касающиеся его толкования или исполнения — другим, они должны заявить об этом прямо. В противном случае будет считаться, что они для разрешения таких споров договорились об одном суде.

27. Общая цель статьи 41 обозначена в двух первых параграфах. Это выбор применимого права и положение о юрисдикции. Нет никаких признаков (если оставить в стороне вопрос об арбитраже), что стороны подразумевали, что споры, которые должны были разрешаться в соответствии с законами Англии и разрешаться английскими судами, не должны были включать споры о действительности чартерного договора. Простота формулировок указывает на обратное. Следует читать арбитражную оговорку, не обращая внимание на значение слов «возникающий из» и «вытекающий из». В целом формулировка указывает на то, что арбитраж может быть выбран в качестве универсального способа разрешения всех споров. В конце концов, споры о действительности так же подходят для разрешения в арбитражном порядке, как и любые другие споры. Поэтому я не думаю, что в апелляционной жалобе есть что-то такое, исходя из чего можно было бы предположить, что одна из сторон не имела представления о том, что заключение договора спровоцировано подкупом. Цель данной оговорки — обеспечить разрешение всех видов споров независимо от того, были ли они предусмотрены в момент заключения договора.

28. В случае если заявители правы, это влечет определенные последствия. Дело не только в том, что стороны будут лишены возможности разрешать все свои споры в одном суде. Положение о юрисдикции не содержит информации о том, где должны разрешаться споры относительно действительности договора, если это не должно быть в суде, который прямо указан. По умолчанию такие иски должны быть представлены по месту регистрации их оппонентов, в то время как иски о нарушении договора должны быть предъявлены в Англии. Но почему разумные бизнесмены желали бы с этим согласиться? Как отметил лорд Бингхэм в деле Ashville Investments Ltd против Elmer Contractors Ltd [1989] QB 488, 517, следует не спешить приписывать разумным сторонам намерение, что в любом случае должно быть два разбирательства. Если стороны доверяют выбранному ими месту разрешение споров с одной целью, почему они не должны доверять ему с другой? Почему, выбрав юрисдикцию для одной цели, они должны оставить нерешенным вопрос, какой суд будет иметь юрисдикцию для другой цели — со всеми вытекающими рисками? Для них выгоднее избежать судебных разбирательств в двух разных юрисдикциях. Тот же подход применяется к арбитражной оговорке.

29. Апелляционный суд заявил, что пришло время начать все сначала, во всяком случае в отношении дел, возникающих в международной коммерческой сфере. Тенденция последних лет могла привести к изоляции подхода, применяемого в английском праве к формулировке таких статей, от подхода, принятого на международном уровне. В контексте международной торговли имеет смысл принимать решения касательно последствий с учетом решений, принимаемых в других странах.

30. Решение Bundesgerichtshof от 27 февраля 1970 г., на которое ссылается лорд Хоффман, касается двух аспектов, имеющих отношение к этому вопросу. Во-первых, следует избегать бессистемных толкований и установить правило толкования, которое предполагает, что разумные стороны желают, чтобы споры, вытекающие из их договора, рассматривались одним и тем же судом, независимо от того, является ли их договор действительным или нет. Во-вторых, практика показывает, что как только возникает любой спор в связи с договором, очень часто возникают возражения против его действительности. В деле Bundesgerichtshof поручение оценки фактов дела различным судам в соответствии с подходом, применяемым для урегулирования вопросов между ними, вряд ли можно ожидать в отношении договаривающихся сторон.

31. В деле AT & T Technologies Inc против Communications Workers of America, 475 US 643 (1986), 650 Верховный суд США заявил, что в отсутствие какого-либо явного положения, исключающего определенную категорию споров на рассмотрение в арбитраже, преимущественную силу будут иметь лишь наиболее веские доказательства цели исключения определенной категории исков из арбитража. В деле Threlkeld & Co Inc против Metallgesellschaft Ltd (Лондон), 923 F 2d 245 (2d Cir 1991) суд отметил, что федеральная арбитражная политика требует, чтобы любые сомнения относительно возможности рассмотрения конкретных арбитражных вопросов разрешались в пользу арбитража и что арбитражные оговорки следует толковать широко. В деле Comandate Marine Corp против Pan Australia Shipping Pty Ltd [2006] FCAFC 192, n. 165 Федеральный суд Австралии заявил, что либеральный подход к толкованию значения слов, выбранных сторонами, основан на разумной коммерческой презумпции, согласно которой стороны не намеревались причинить неудобства рассмотрением спора по их договору в двух местах, особенно когда они работают на международном рынке. Такой подход к вопросу содержания сейчас успешно применяется в праве международной торговли. Я согласен с Апелляционным судом, что это должно быть отражено в нашем законодательстве.

32. В свете такой позиции следует рассматривать и вопрос автономности. Раздел 7 Закона об арбитраже 1996 г. воспроизводит в английском праве принцип, изложенный в разделе 4 Закона США об арбитраже 1925 г. Данный раздел предусматривает, что, убедившись в том, что заключение арбитражного соглашения или его несоблюдение не является предметом спора, суд предписывает сторонам разрешить спор посредством арбитража. Раздел 7 сформулирован по-иному, однако отражает аналогичный подход. Действительность, существование или юридическая сила арбитражного соглашения не зависит от действительности, существования или юридической силы основного материально-правового договора, если соглашением сторон не установлено иное. Цель этих положений, как отметил Верховный суд США в деле Prima Paint Corpn против Flood & Conklin Mfg Co, 388 US 395 (1967), 404, заключается в том, что арбитражная процедура, выбранная сторонами договора, должна проходить без необоснованных задержек и не допускать препятствий в судах. Кроме того, отмечено, что законодательная формулировка не позволяет суду рассматривать иски о мошенничестве при инициировании вопроса о заключении договора в целом. Он может рассматривать только вопросы, связанные с заключением и исполнением арбитражного соглашения. Дайси, Моррис и Коллинз (The Conflict of Laws, 14th ed (2006), vol 1, para 12-099) признают, что существуют веские политические причины для поддержания данного подхода.

33. По мнению заявителей, поскольку не было реального согласия на заключение чартерных договоров, потому что они были спровоцированы подкупом, не было реального согласия и с арбитражной оговоркой. Они утверждают, что не следует разграничивать вопросы, которые могут поставить под сомнение арбитражную оговорку и которые касаются основного договора. Необходим анализ того, влияют ли вопросы, касающиеся основного договора, на действительность арбитражной оговорки. Как отмечают ответчики, это причинно-следственный аргумент. Заявители утверждают, что невозможно провести существенное различие между различными ситуациями, когда жалоба подается по причине отсутствия реального согласия на сделку. Это противоречило бы политике закона, направленной на предотвращение подкупа, поскольку невиновная сторона лишена доступа к суду для разрешения данного вопроса.

34. Но, как отметил лорд Лонгмор в п. 21 решения Апелляционного суда, этот спор отличается от спора о существовании договора. Общеизвестно, что арбитражное решение не имеет обязательной силы, кроме той, которая вытекает из согласованного волеизъявления договаривающихся сторон. Все зависит от их договора, и если арбитражное соглашение отсутствовало, то решение арбитра не может иметь юридической силы. Таким образом, если арбитражное соглашение содержится в том же документе, что и основной договор, то вопрос о том, существовало ли вообще соглашение, может затрагивать все его положения. Например, вопросы о том, было ли все соглашение заключено путем выдачи себя за другое лицо или путем подделки, вряд ли будут отделены от арбитражной оговорки.

35. Однако в настоящем деле все обстоит иначе. Аргумент заявителей заключался не в том, что договора вообще не было, а в том, что они имеют право расторгнуть договор, включая арбитражное соглашение, поскольку договор был сопровожден подкупом. Подобные утверждения — в случае их обоснования — могут повлиять на действительность основного соглашения. Но они не затрагивают действительность арбитражного соглашения как отдельного соглашения. Доктрина автономности требует прямого опровержения арбитражного соглашения, прежде чем оно может быть отменено. Это серьезный вопрос. Обоснование позиции должно быть основано на фактах, относящихся к арбитражному соглашению. Апеллирование к оспариванию действительности основного соглашения недопустимо. В данном случае арбитражная оговорка должна быть признана действительной.

ЛОРД СКОТТ ФОСКОТСКИЙ

Милорды!

36. У меня было преимущество заранее прочитать мнение моего благородного и ученого друга лорда Хоффмана, и я обнаружил, что полностью согласен с его выводом и его обоснованием. Я не могу лучшим образом обозначить это обоснование и не буду пытаться это сделать. Я также отклоняю данную апелляцию.

ЛОРД УОКЕР ИЗ ГЕСТИНГТОРПА

Милорды!

37. Я имел честь ознакомиться с мнением моего благородного и ученого друга лорда Хоффмана. Я полностью с ним согласен. Его выводы полностью соответствуют реализации законодательной цели раздела 7 Закона об арбитраже 1996 г., который знаменует собой новое начало, оставляя после себя некоторые словесные отличия (относительно языка конкретных арбитражных оговорок), которые немногие бизнесмены сочли бы значительными. По этим причинам я бы тоже отклонил данную апелляцию.

ЛОРД БРАУН ИЗ ИТОН-АНДЕР-ХЕЙВУДА

Милорды!

38. По причинам, изложенным в выступлениях, подготовленных моими благородными и учеными друзьями лордом Хоффманом и лордом Хоупом Крейгхедом, с которыми я полностью согласен, я тоже отклонил бы данную апелляцию.

ОРИГИНАЛ РЕШЕНИЯ ПО ДЕЛУ

Lord Hoffmann

Lord Hope of Craighead

Lord Scott of Foscote

Lord Walker of Gestingthorpe

Lord Brown of Eaton-under-Heywood

LORD HOFFMANN

My Lords,

1. This appeal concerns the scope and effect of arbitration clauses in eight charterparties in Shelltime 4 form made between eight companies forming part of the Sovcomflot group of companies (which is owned by the Russian state) and eight charterers. It is alleged by the owners that the charters were procured by the bribery of senior officers of the Sovcomflot group by a Mr Nikitin, who controlled or was associated with the charterer companies. It is unnecessary to set out the details of these allegations because it is not disputed that the owners have an arguable case. They have purported to rescind the charters on this ground and the question is whether the issue of whether they were entitled to do so should be determined by arbitration or by a court. The owners have commenced court proceedings for a declaration that the charters have been validly rescinded and the charterers have applied for a stay under section 9 of the Arbitration Act 1996. Morison J [2007] 1 All ER (Comm) 81 refused a stay but the Court of Appeal (Tuckey, Arden and Longmore LJJ) [2007] Bus LR 686 allowed the appeal and granted it.

2. The case has been argued on the basis that there are two issues: first, whether, as a matter of construction, the arbitration clause is apt to cover the question of whether the contract was procured by bribery and secondly, whether it is possible for a party to be bound by submission to arbitration when he alleges that, but for the bribery, he would never have entered into the contract containing the arbitration clause. It seems to me, however, that for the reasons I shall explain, these questions are very closely connected.

3. I start by setting out the arbitration clause in the Shelltime 4 form:

«41.(a) This charter shall be construed and the relations between the parties determined in accordance with the laws of England.»

(b) Any dispute arising under this charter shall be decided by the English courts to whose jurisdiction the parties hereby agree.

(c) Notwithstanding the foregoing, but without prejudice to any party's right to arrest or maintain the arrest of any maritime property, either party may, by giving written notice of election to the other party, elect to have any such dispute referred... to arbitration in London, one arbitrator to be nominated by Owners and the other by Charterers, and in case the arbitrators shall not agree to the decision of an umpire, whose decision shall be final and binding upon both parties. Arbitration shall take place in London in accordance with the London Maritime Association of Arbitrators, in accordance with the provisions of the Arbitration Act 1950, or any statutory modification or re-enactment thereof for the time being in force.

(i) A party shall lose its right to make such an election only if:

(a) it receives from the other party a written notice of dispute which -

(1) states expressly that a dispute has arisen out of this charter;

(2) specifies the nature of the dispute; and

(3) refers expressly to this clause 41(c)

And

(b) it fails to give notice of election to have the dispute referred to arbitration not later than 30 days from the date of receipt of such notice of dispute...»

4. It will be observed that clause 41(b) is a jurisdiction clause in respect of «any dispute arising under this charter» which is then incorporated by reference (by the words «any such dispute») in the arbitration clause in 41(c). So the first question is whether clause 41(b) refers the question of whether the charters were procured by bribery to the jurisdiction of the English court. If it does, then a party may elect under clause 41(c) to have that question referred to arbitration. But I shall for the sake of convenience discuss the clause as if it was a simple arbitration clause. The owners say that for two reasons it does not apply. The first is that, as a matter of construction, the question is not a dispute arising under the charter. The second is that the jurisdiction and arbitration clause is liable to be rescinded and therefore not binding upon them.

5. Both of these defences raise the same fundamental question about the attitude of the courts to arbitration. Arbitration is consensual. It depends upon the intention of the parties as expressed in their agreement. Only the agreement can tell you what kind of disputes they intended to submit to arbitration. But the meaning which parties intended to express by the words which they used will be affected by the commercial background and the reader's understanding of the purpose for which the agreement was made. Businessmen in particular are assumed to have entered into agreements to achieve some rational commercial purpose and an understanding of this purpose will infuence the way in which one interprets their language.

6. In approaching the question of construction, it is therefore necessary to inquire into the purpose of the arbitration clause. As to this, I think there can be no doubt. The parties have entered into a relationship, an agreement or what is alleged to be an agreement or what appears on its face to be an agreement, which may give rise to disputes. They want those disputes decided by a tribunal which they have chosen, commonly on the grounds of such matters as its neutrality, expertise and privacy, the availability of legal services at the seat of the arbitration and the unobtrusive efficiency of its supervisory law. Particularly in the case of international contracts, they want a quick and efficient adjudication and do not want to take the risks of delay and, in too many cases, partiality, in proceedings before a national jurisdiction.

7. If one accepts that this is the purpose of an arbitration clause, its construction must be infuenced by whether the parties, as rational businessmen, were likely to have intended that only some of the questions arising out of their relationship were to be submitted to arbitration and others were to be decided by national courts. Could they have intended that the question of whether the contract was repudiated should be decided by arbitration but the question of whether it was induced by misrepresentation should be decided by a court? If, as appears to be generally accepted, there is no rational basis upon which businessmen would be likely to wish to have questions of the validity or enforceability of the contract decided by one tribunal and questions about its performance decided by another, one would need to find very clear language before deciding that they must have had such an intention.

8. A proper approach to construction therefore requires the court to give effect, so far as the language used by the parties will permit, to the commercial purpose of the arbitration clause. But the same policy of giving effect to the commercial purpose also drives the approach of the courts (and the legislature) to the second question raised in this appeal, namely, whether there is any conceptual reason why parties who have agreed to submit the question of the validity of the contract to arbitration should not be allowed to do so.

9. There was for some time a view that arbitrators could never have jurisdiction to decide whether a contract was valid. If the contract was invalid, so was the arbitration clause. In Overseas Union Insurance Ltd v AA Mutual International Insurance Co Ltd [1988] 2 Lloyd's Rep 63, 66 Evans J said that this rule «owes as much to logic as it does to authority». But the logic of the proposition was denied by the Court of Appeal in Harbour Assurance Co (UK) Ltd v Kansa General International Insurance Co Ltd [1993] QB 701 and the question was put beyond doubt by section 7 of the Arbitration Act 1996:

«Unless otherwise agreed by the parties, an arbitration agreement which forms or was intended to form part of another agreement (whether or not in writing) shall not be regarded as invalid, non-existent or ineffective because that other agreement is invalid, or did not come into existence or has become ineffective, and it shall for that purpose be treated as a distinct agreement.»

10. This section shows a recognition by Parliament that, for the reasons I have given in discussing the approach to construction, businessmen frequently do want the question of whether their contract was valid, or came into existence, or has become ineffective, submitted to arbitration and that the law should not place conceptual obstacles in their way.

11. With that background, I turn to the question of construction. Your Lordships were referred to a number of cases in which various forms of words in arbitration clauses have been considered. Some of them draw a distinction between disputes «arising under» and «arising out of» the agreement. In Heyman v Darwins Ltd [1942] AC 356, 399 Lord Porter said that the former had a narrower meaning than the latter but in Union of India v E B Aaby's Rederi A/S [1975] AC 797 Viscount Dihorne, at p. 814, and Lord Salmon, at p. 817, said that they could not see the difference between them. Nevertheless, in Overseas Union Insurance Ltd v AA Mutual International Insurance Co Ltd [1988] 2 Lloyd's Rep 63, 67, Evans J said that there was a broad distinction between clauses which referred «only those disputes which may arise regarding the rights and obligations which are created by the contract itself» and those which «show an intention to refer some wider class or classes of disputes.» The former may be said to arise «under» the contract while the latter would arise «in relation to» or «in connection with» the contract. In Fillite (Runcorn) Ltd v Aqua-Lift (1989) 26 Con LR 66, 76 Slade LJ said that the phrase «under a contract» was not wide enough to include disputes which did not concern obligations created by or incorporated in the contract. Nourse LJ gave a judgment to the same effect. The court does not seem to have been referred to Mackender v Feldia AG [1967] 2 QB 590, in which a court which included Lord Denning MR and Diplock LJ decided that a clause in an insurance policy submitting disputes «arising thereunder» to a foreign jurisdiction was wide enough to cover the question of whether the contract could be avoided for non-disclosure.

12. I do not propose to analyse these and other such cases any further because in my opinion the distinctions which they make reflect no credit upon English commercial law. It may be a great disappointment to the judges who explained so carefully the effects of the various linguistic nuances if they could learn that the draftsman of so widely used a standard form as Shelltime 4 obviously regarded the expressions «arising under this charter» in clause 41(b) and «arisen out of this charter» in clause 41(c)(1)(a)(i) as mutually interchangeable. So I applaud the opinion expressed by Longmore LJ in the Court of Appeal (at paragraph 17) that the time has come to draw a line under the authorities to date and make a fresh start. I think that a fresh start is justifed by the developments which have occurred in this branch of the law in recent years and in particular by the adoption of the principle of separability by Parliament in section 7 of the 1996 Act. That section was obviously intended to enable the courts to give effect to the reasonable commercial expectations of the parties about the questions which they intended to be decided by arbitration. But section 7 will not achieve its purpose if the courts adopt an approach to construction which is likely in many cases to defeat those expectations. The approach to construction therefore needs to be re-examined.

13. In my opinion the construction of an arbitration clause should start from the assumption that the parties, as rational businessmen, are likely to have intended any dispute arising out of the relationship into which they have entered or purported to enter to be decided by the same tribunal. The clause should be construed in accordance with this presumption ulness the language makes it clear that certain questions were intended to be excluded from the arbitrator's jurisdiction. As Longmore LJ remarked, at para 17: «if any businessman did want to exclude disputes about the validity of a contract, it would be comparatively easy to say so.»

14. This appears to be the approach adopted in Germany: see the Bundesgerichtshof's Decision of 27 February 1970 (1990) Arbitration International, vol 6, No 1, p 79:

«There is every reason to presume that reasonable parties will wish to have the relationships created by their contract and the claims arising therefrom, irrespective of whether their contract is effective or not, decided by the same tribunal and not by two different tribunals.»

15. If one adopts this approach, the language of clause 41 of Shelltime 4 contains nothing to exclude disputes about the validity of the contract, whether on the grounds that it was procured by fraud, bribery, misrepresentation or anything else. In my opinion it therefore applies to the present dispute.

16. The next question is whether, in view of the allegation of bribery, the clause is binding upon the owners. They say that if they are right about the bribery, they were entitled to rescind the whole contract, including the arbitration clause. The arbitrator therefore has no jurisdiction and the dispute should be decided by the court.

17. The principle of separability enacted in section 7 means that the invalidity or rescission of the main contract does not necessarily entail the invalidity or rescission of the arbitration agreement. The arbitration agreement must be treated as a «distinct agreement» and can be void or voidable only on grounds which relate directly to the arbitration agreement. Of course there may be cases in which the ground upon which the main agreement is invalid is identical with the ground upon which the arbitration agreement is invalid. For example, if the main agreement and the arbitration agreement are contained in the same document and one of the parties claims that he never agreed to anything in the document and that his signature was forged, that will be an attack on the validity of the arbitration agreement. But the ground of attack is not that the main agreement was invalid. It is that the signature to the arbitration agreement, as a «distinct agreement», was forged. Similarly, if a party alleges that someone who purported to sign as agent on his behalf had no authority whatever to conclude any agreement on his behalf, that is an attack on both the main agreement and the arbitration agreement.

18. On the other hand, if (as in this case) the allegation is that the agent exceeded his authority by entering into a main agreement in terms which were not authorized or for improper reasons, that is not necessarily an attack on the arbitration agreement. It would have to be shown that whatever the terms of the main agreement or the reasons for which the agent concluded it, he would have had no authority to enter into an arbitration agreement. Even if the allegation is that there was no concluded agreement (for example, that terms of the main agreement remained to be agreed) that is not necessarily an attack on the arbitration agreement. If the arbitration clause has been agreed, the parties will be presumed to have intended the question of whether there was a concluded main agreement to be decided by arbitration.

19. In the present case, it is alleged that the main agreement was in uncommercial terms which, together with other surrounding circumstances, give rise to the inference that an agent acting for the owners was bribed to consent to it. But that does not show that he was bribed to enter into the arbitration agreement. It would have been remarkable for him to enter into any charter without an arbitration agreement, whatever its other terms had been. Mr Butcher QC, who appeared for the owners, said that but for the bribery, the owners would not have entered into any charter with the charterers and therefore would not have entered into an arbitration agreement. But that is in my opinion exactly the kind of argument which section 7 was intended to prevent. It amounts to saying that because the main agreement and the arbitration agreement were bound up with each other, the invalidity of the main agreement should result in the invalidity of the arbitration agreement. The one should fall with the other because they would never have been separately concluded. But section 7 in my opinion means that they must be treated as having been separately concluded and the arbitration agreement can be invalidated only on a ground which relates to the arbitration agreement and is not merely a consequence of the invalidity of the main agreement.

20. Mr Butcher submitted that the approach to construction and separability adopted by the Court of Appeal infringed the owners' right of access to a court for the resolution of their civil disputes, contrary to article 6 of the European Convention on Human Rights. I do not think there is anything in this point. The European Convention was not intended to destroy arbitration. Arbitration is based upon agreement and the parties can by agreement waive the right to a court. If it appears upon a fair construction of the charter that they have agreed to the arbitration of a particular dispute, there is no infringement of their Convention right.

21. For these reasons, which are substantially the same as those given by Longmore LJ in the Court of Appeal, I would hold that the charterers are entitled to a stay of the proceedings to rescind the charters and dismiss the appeal.

LORD HOPE OF CRAIGHEAD

My Lords,

22. I have had the advantage of reading in draft the speech of my noble and learned friend Lord Hoffmann. I entirely agree with it, and for the reasons he gives I too would dismiss the appeal. I wish to add only a few brief comments.

23. There are, as my noble and learned friend has said, two issues in this appeal. The first is an issue of construction: whether the appellants' claims that the charterparties have been validly rescinded are disputes which arise under, or out of, the charterparties within the meaning of clause 41. The second is an issue of separability: whether, assuming that the appellants have an arguable case that the charterparties have been validly rescinded, they also have an arguable case that the arbitration agreements in clause 41 have been rescinded as well. The appellants submit that they were entitled to rescind the charterparties, including the arbitration agreements, because the charterparties were induced by bribery. The allegations of bribery are directed to the terms on which the charters were entered into by the Sovcomflot group of companies as owners with Mr Nikitin's chartering companies. They are said to have been uncommercial and unbelievably generous. The bribes are said to impeach not only the charters themselves but also the arbitration clause. The argument is essentially one of causation. It is that the charters would not have been entered into in the absence of these bribes or other benefits, and that but for the agreement to enter into them there would have been no agreement to go to arbitration. Had it not been for the bribes provided by Mr Nikitin to their director-general, Mr Skarga, Sovcomflot would not have done business with Mr Nikitin's companies at all.

24. On the first issue, the appellants say that it is highly unlikely that the parties, in agreeing to an arbitration provision, intended it to cover disputes as to whether the contract itself was induced by bribery, as to which it must be assumed one party would be entirely ignorant. The clear trend of recent authorities, they say, is to give a narrow meaning to the words used in the arbitration agreement to identify the disputes that are referred by it. They must be taken to have informed any decision to use the clause which is set out in the Shelltime 4 standard forms. I think that there are two answers to this argument. One is to be found in the wording of clause 41 itself. The other is to be found by considering whether its consequences make sense in the international commercial context within which these standard forms are designed to operate.

25. As for the wording, contracts negotiated between parties in the international market are commonly based upon standard forms the terms of which are well known. Because they have a well-understood meaning, they enable contracts to be entered into quickly and efficiently. The Shelltime 4 standard form is a good example of this practice. It has been in frequent use since at least 1984, and it is still in use. But it must be appreciated that the various clauses in these forms serve various functions. In some a high degree of precision is necessary. Terms which define the parties' mutual obligations in relation to price and performance lie at the heart of every business transaction. They fall into that category. In others, where the overall purpose is clear, the parties are unlikely to linger over the words which are used to express it.

26. Clause 41 falls into the latter category. No contract of this kind is complete without a clause which identifies the law to be applied and the methods to be used for the determination of disputes. Its purpose is to avoid the expense and delay of having to argue about these matters later. It is the kind of clause to which ordinary businessmen readily give their agreement so long as its general meaning is clear. They are unlikely to trouble themselves too much about its precise language or to wish to explore the way it has been interpreted in the numerous authorities, not all of which speak with one voice. Of course, the court must do what it can to provide charterers and shipowners with legal certainty at the negotiation stage as to what they are agreeing to. But there is no confict between that proposition and the guidance which Longmore LJ gave in paras 17 — 19 of the Court of Appeal's judgment about the interpretation of jurisdiction and arbitration clauses in international commercial contracts. The proposition that any jurisdiction or arbitration clause in an international commercial contract should be liberally construed promotes legal certainty. It serves to underline the golden rule that if the parties wish to have issues as to the validity of their contract decided by one tribunal and issues as to its meaning or performance decided by another, they must say so expressly. Otherwise they will be taken to have agreed on a single tribunal for the resolution of all such disputes.

27. The overall purpose of clause 41 is identified in the two opening paragraphs. These are the choice of law and jurisdiction clauses. There is no sign here — leaving aside the question of arbitration for a moment — that the parties intended that the disputes which were to be determined in accordance with the laws of England and be decided by the English courts were not to include disputes about the charter's validity. The simplicity of the wording is a plain indication to the contrary. The arbitration clause which follows is to be read in that context. It indicates to the reader that he need not trouble himself with fussy distinctions as to what the words «arising under» and «arising out of» may mean. Taken overall, the wording indicates that arbitration may be chosen as a one-stop method of adjudication for the determination of all disputes. Disputes about validity, after all, are no less appropriate for determination by an arbitrator than any other kind of dispute that may arise. So I do not think that there is anything in the appellants' point that it must be assumed that when the charters were entered into one party was entirely ignorant that they were induced by bribery. The purpose of the clause is to provide for the determination of disputes of all kinds, whether or not they were foreseen at the time when the contract was entered into.

28. Then there are consequences that would follow, if the appellants are right. It is not just that the parties would be deprived of the benefit of having all their disputes decided in one forum. The jurisdiction clause does not say where disputes about the validity of the contract are to be determined, if this is not to be in the forum which is expressly mentioned. The default position is that such claims would have to be brought in the jurisdiction where their opponents were incorporated, wherever and however unreliable that might be, while claims for breach of contract have to be brought in England. But why, it may be asked, would any sensible businessmen have wished to agree to this? As Bingham LJ said in Ashville Investments Ltd v Elmer Contractors Ltd [1989] QB 488, 517, one should be slow to attribute to reasonable parties an intention that there should in any foreseeable eventuality be two sets of proceedings. If the parties have confidence in their chosen jurisdiction for one purpose, why should they not have confidence in it for the other? Why, having chosen their jurisdiction for one purpose, should they leave the question which court is to have jurisdiction for the other purpose unspoken, with all the risks that this may give rise to? For them, everything is to be gained by avoiding litigation in two different jurisdictions. The same approach applies to the arbitration clause.

29. The Court of Appeal said that the time had come for a fresh start to be made, at any rate for cases arising in an international commercial context. It has indeed been clear for many years that the trend of recent authority has risked isolating the approach that English law takes to the wording of such clauses from that which is taken internationally. It makes sense in the context of international commerce for decisions about their effect to be informed by what has been decided elsewhere.

30. The Bundesgerichtshof's Decision of 27 February 1970 to which Lord Hoffmann has referred makes two points that are relevant to this issue. The first is that haphazard interpretations should be avoided and a rule of construction established which presumes, in cases of doubt, that reasonable parties will wish to have the claims arising from their contract decided by the same tribunal irrespective of whether their contract is effective or not. The second is that experience shows that as soon as a dispute of any kind arises from a contract, objections are very often also raised against its validity. As the Bundesgerichtshof said, entrusting the assessment of the facts of the case to different tribunals according to the approach that is taken to the issues between them is unlikely to occur to the contracting parties.

31. In AT & T Technologies Inc v Communications Workers of America, 475 US 643 (1986), 650, the United States Supreme Court said that, in the absence of any express provision excluding a particular grievance from arbitration, only the most forceful evidence of a purpose to exclude the claim from arbitration could prevail. In Threlkeld & Co Inc v Metallgesell schaft Ltd (London), 923 F 2d 245 (2d Cir 1991), the court observed that federal arbitration policy required that any doubts concerning the scope of arbitral issues should be resolved in favour of arbitration and that arbitration clauses should be construed as broadly as possible. In Comandate Marine Corp v Pan Australia Shipping Pty Ltd [2006] FCAFC 192, para 165 the Federal Court of Australia said that a liberal approach to the words chosen by the parties was underpinned by the sensible commercial presumption that the parties did not intend the inconvenience of having possible disputes from their transaction being heard in two places, particularly when they were operating in a truly international market. This approach to the issue of construction is now firmly embedded as part of the law of international commerce. I agree with the Court of Appeal that it must now be accepted as part of our law too.

32. It is in the light of these observations that the issue of severability should be viewed also. Section 7 of the Arbitration Act 1996 reproduces in English law the principle that was laid down by section 4 of the United States Arbitration Act 1925. That section provides that, on being satisfied that the making of the agreement for arbitration or the failure to comply therewith is not in issue, the court shall make an order directing the parties to proceed to arbitration. Section 7 uses slightly different language, but it is to the same effect. The validity, existence or effectiveness of the arbitration agreement is not dependent upon the effectiveness, existence or validity of the underlying substantive contract unless the parties have agreed to this. The purpose of these provisions, as the United States Supreme Court observed in Prima Paint Corpn v Flood & Conklin Mfg Co., 388 US 395 (1967), 404, is that the arbitration procedure, when selected by the parties to a contract, should be speedy and not subject to delay and obstruction in the courts. The statutory language, it said, did not permit the court to consider claims of fraud in the inducement of the contract generally. It could consider only issues relating to the making and performance of the agreement to arbitrate. Dicey, Morris and Collins, The Confict of Laws, 14th ed (2006), vol 1, para 12-099, acknowledge that there are excellent reasons of policy to support this approach.

33. The appellants' case is that, as there was no real consent to the charterparties because they were induced by bribery, there was no real consent to the arbitration clauses. They submit that a line does not have to be drawn between matters which might impeach the arbitration clause and those which affect the main contract. What is needed is an analysis of whether the matters that affect the main contract are also matters which affect the validity of the arbitration clause. As the respondents point out, this is a causation argument. The appellants say that no substantive distinction can be drawn between various situations where the complaint is made that there was no real consent to the transaction. It would be contrary to the policy of the law, which is to deter bribery, that acts of the person who is alleged to have been bribed should deprive the innocent party of access to a court for determination of the issue whether the contract was induced by bribery.

34. But, as Longmore LJ said in para 21 of the Court of Appeal's judgment, this case is different from a dispute as to whether there was ever a contract at all. As everyone knows, an arbitral award possesses no binding force except that which is derived from the joint mandate of the contracting parties. Everything depends on their contract, and if there was no contract to go to arbitration at all an arbitrator's award can have no validity. So, where the arbitration agreement is set out in the same document as the main contract, the issue whether there was an agreement at all may indeed affect all parts of it. Issues as to whether the entire agreement was procured by impersonation or by forgery, for example, are unlikely to be severable from the arbitration clause.

35. That is not this case, however. The appellants' argument was not that there was no contract at all, but that they were entitled to rescind the contract including the arbitration agreement because the contract was induced by bribery. Allegations of that kind, if sound, may affect the validity of the main agreement. But they do not undermine the validity of the arbitration agreement as a distinct agreement. The doctrine of separability requires direct impeachment of the arbitration agreement before it can be set aside. This is an exacting test. The argument must be based on facts which are specifc to the arbitration agreement. Allegations that are parasitical to a challenge to the validity to the main agreement will not do. That being the situation in this case, the agreement to go to arbitration must be given effect.

LORD SCOTT OF FOSCOTE

My Lords,

36. I have had the advantage of reading in advance the opinion of my noble and learned friend Lord Hoffmann and find myself in complete agreement with the conclusion he has reached and his reasons for that conclusion. I cannot improve upon those reasons and shall not try to do so. I, too, would dismiss this appeal.

LORD WALKER OF GESTINGTHORPE

My Lords,

37. I have had the privilege of reading in draft the opinion of my noble and learned friend Lord Hoffmann. I am in full agreement with it. It gives full effect to the legislative purpose of section 7 of the Arbitration Act 1996. It marks a fresh start, leaving behind some fine verbal distinctions (on the language of particular arbitration clauses) which few commercial men would regard as significant. For these reasons I too would dismiss this appeal.

LORD BROWN OF EATON-UNDER-HEYWOOD

My Lords,

38. For the reasons given in the speeches prepared by my noble and learned friends, Lord Hoffmann and Lord Hope of Craighead, with which I am in full agreement, I too would dismiss this appeal.