Частичное решение ЕСПЧ от 12.05.2005

«По вопросу приемлемости жалобы № 14899/04 „Анатолий Бабкин (Anatoliy Babkin) против Российской Федерации“ [рус., англ.]»

с английского]

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

ЧАСТИЧНОЕ РЕШЕНИЕ

ПО ВОПРОСУ ПРИЕМЛЕМОСТИ ЖАЛОБЫ № 14899/04 «АНАТОЛИЙ БАБКИН (ANATOLIY BABKIN) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

(Страсбург, 12 мая 2005 года)

Европейский суд по правам человека <*> (Первая секция), заседая 12 мая 2005 г. Палатой в составе:

---

<*> Далее — Европейский суд или Суд (прим. перев.).

Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты, П. Лоренцен, Н. Ваич, С. Ботучаровой, А. Ковлера, Э. Штейнер, К. Хаджиева, судей, и С. Нильсена, Секретаря Секции Суда, принимая во внимание упомянутую жалобу, поданную 26 апреля 2004 г., заседая за закрытыми дверями,

ФАКТЫ

Заявитель — гражданин Российской Федерации, Анатолий Иванович Бабкин, 1930 года рождения, проживает в г. Москве. Интересы заявителя в Европейском суде представляет К. Костромина, адвокат Центра содействия международной защите (г. Москва).

A. Обстоятельства дела

28 марта 2000 г. Следственное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации возбудило уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 283 Уголовного кодекса Российской Федерации (разглашение сведений, составляющих государственную тайну, лицом, которому она была доверена или стала известна по службе или работе). 3 апреля 2000 г. около 13 часов заявитель был задержан во время конференции сотрудниками Федеральной службы безопасности Российской Федерации и препровожден в служебное здание Федеральной службы безопасности Российской Федерации в г. Москве. С 16 часов 05 минут и до 23 часов 20 <*> минут заявителя допрашивали там в качестве свидетеля.

---

<*> Так в тексте.

4 апреля 2000 г. в 00 часов 10 минут был составлен протокол о задержании заявителя. Заявителя признали подозреваемым по уголовному делу, и его допрос продолжался до 6 часов утра <*>.

---

<*> Так в тексте.

3 и 4 апреля 2000 г. были произведены обыски в квартире заявителя и в его служебном помещении. Был произведен также личный обыск заявителя. 6 апреля 2000 г. заместитель Генерального прокурора Российской Федерации принял решение об избрании в отношении заявителя меры пресечения в виде заключения под стражу. Заявитель был помещен в следственный изолятор Федеральной службы безопасности Российской Федерации «Лефортово». По жалобе заявителя 17 июля 2000 г. Московский городской суд как последняя инстанция <*> подтвердил законность решения об избрании в отношении заявителя меры пресечения в виде заключения под стражу.

---

<*> Так в тексте.

12 апреля 2000 г. заявителю было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 283 Уголовного кодекса Российской Федерации. 13 июня 2000 г. было предъявлено дополнительное обвинение в совершении государственной измены (статья 275 Уголовного кодекса Российской Федерации). Заявителя обвинили в том, что он собирал определенные сведения, составляющие государственную тайну, и за вознаграждение передавал их П. <*>, гражданину США, отставному офицеру ВМС США, работавшему в Университете штата Пенсильвания (США).

---

<*> Очевидно, речь идет о гражданине США Поупе (прим. перев.).

14 июня 2000 г. супруга заявителя обратилась к соответствующим властям с ходатайством о разрешении свидания с супругом. 23 июня 2000 г. следователь отказал в выдаче разрешения на том основании, что предоставление свидания было бы нецелесообразно. 2 августа 2000 г. заявитель был освобожден из-под стражи ввиду изменения ему меры пресечения на подписку о невыезде. 3 августа 2000 г. у заявителя случился инфаркт. 10 августа 2000 г. уголовное дело в отношении заявителя было выделено из уголовного дела в отношении П. в отдельное производство. 28 августа 2000 г. производство по делу в отношении заявителя было приостановлено до выздоровления последнего. 6 декабря 2000 г. Московский городской суд признал П. виновным в шпионаже по статье 276 Уголовного кодекса Российской Федерации и приговорил его к наказанию в виде лишения свободы сроком на двадцать лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. 14 декабря 2000 г. специальным Указом Президента Российской Федерации П. был помилован и затем выдворен из России. 7 февраля 2001 г. возобновилось производство по делу в отношении заявителя. 19 февраля 2003 г. Московский городской суд признал заявителя виновным по статье 275 Уголовного кодекса Российской Федерации в совершении государственной измены. Обвинительный приговор суда основывался на показаниях свидетелей, включая коллег заявителя по работе, которые участвовали в работе над совместным проектом с Университетом штата Пенсильвания, и на заключениях экспертов, которые установили, что сведения, собиравшиеся заявителем и передававшиеся им П., составляли государственную тайну. Несмотря на возражения защиты заявителя, суд пространно цитировал показания, которые дал П. в ходе судебного заседания по своему делу. В частности, ссылаясь на эти показания, суд отклонил утверждения заявителя о том, что он лично не отправлял сообщения П. и что он лично не получал никаких денег от П. Ложность этих утверждений была подтверждена показаниями других свидетелей. Суд также принял во внимание зафиксированные письменно показания свидетеля И. <*>, которые он дал в ходе предварительного расследования. Этот свидетель в своих показаниях подтвердил, что заявитель получил от него рабочий чертеж для передачи его П. Заявитель не отрицал факт получения этого чертежа, но утверждал при этом, что не имел намерений передавать его П. В приговоре суда не указано, почему этот свидетель не мог дать показания лично в ходе разбирательства дела в суде. С учетом преклонного возраста и слабого здоровья заявителя суд назначил ему наказание в виде лишения свободы на восемь лет условно с испытательным сроком в пять лет.

---

<*> Речь идет о Ивашкове (прим. перев.).

Как обвинение, так и защита обжаловали обвинительный приговор суда. Защита заявителя утверждала, в частности, что суд первой инстанции не должен был обосновывать приговор показаниями П., поскольку при рассмотрении дела в отношении заявителя в суде первой инстанции у П. отсутствовал какой-либо процессуальный статус, и что суд не обеспечил явку свидетеля И. Заявитель утверждал, что по делу были нарушены требования статей 3, 5, 6 и 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод <*> в отношении его задержания и заключения под стражу в 2000 году, и были допущены нарушения принципа равенства процессуальных возможностей сторон.

---

<*> Далее — Конвенция (прим. перев.).

6 ноября 2003 г. Верховный суд Российской Федерации оставил в силе обвинительный приговор суда первой инстанции от 19 февраля 2003 г. Что же касается процессуальных недостатков, то Верховный суд Российской Федерации установил: «Из протокола судебного заседания следует, что копия обвинительного заключения по делу была вручена [заявителю]... Материалы дела были изучены с достаточной тщательностью, в частности, была дана оценка показаниям П., обвинительный приговор по делу которого вступил в законную силу, и показания которого были оглашены в суде в соответствии со статьей 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации; при этом существенных нарушений уголовно-процессуальных норм при рассмотрении дела в суде первой инстанции выявлено не было». Верховный суд Российской Федерации также цитировал показания свидетеля И., не указав при этом на причины его неявки в суд.

B. Соответствующее национальное законодательство

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации определяет доказательства как любые сведения, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу (часть 1 статьи 74). В качестве доказательств допускаются i) показания подозреваемого, обвиняемого; ii) показания потерпевшего, свидетеля; iii) заключение и показания эксперта; iv) вещественные доказательства; v) протоколы следственных и судебных действий; vi) иные документы. В судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию. Оглашение показаний, данных при производстве предварительного расследования, возможно лишь в случаях, предусмотренных статьями 276 и 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (части 1 — 3 статьи 240). Оглашение показаний подсудимого, данных при производстве предварительного расследования или данных ранее в суде, может иметь место по ходатайству сторон при наличии существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым в ходе предварительного расследования и в суде (пункт 1 части 1 и часть 2 статьи 276). Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства допускается с согласия сторон в случаях i) наличия существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде; ii) неявки в судебное заседание свидетеля или потерпевшего (часть первая статьи 281).

СУТЬ ЖАЛОБЫ

1. Согласно статье 3 Конвенции заявитель жалуется в Европейский суд на то, что условия его содержания в следственном изоляторе «Лефортово», отсутствие контактов с супругой, частые и интенсивные допросы и психологическое запугивание его в период содержания под стражей приравниваются к обращению с человеком, которое противоречит данной статье Конвенции. Что касается ограничений на свидания с семьей, то заявитель в своей жалобе ссылается также на положения статьи 8 Конвенции. Далее он жалуется — на основании статьи 5 Конвенции — на то, что его содержание под стражей было незаконным.

2. Заявитель утверждает, что имело место несколько нарушений его права на справедливое судебное разбирательство, закрепленное в статье 6 Конвенции. В частности, он жалуется на то, что:

a) выводы суда первой инстанции о его виновности были основаны на показаниях П., который при судебном разбирательстве дела в отношении заявителя не был ни подсудимым, ни свидетелем, и которого заявитель не имел возможности допросить;

b) суд первой инстанции огласил письменные показания свидетеля И., которого заявитель не имел возможности допросить;

c) ему было предъявлено обвинение лишь спустя восемь дней после задержания;

d) его признательные показания были даны под давлением;

e) в его распоряжении никогда не было копии обвинительного заключения по делу;

f) свидетель защиты Б. на суде был сначала допрошен обвинением, и только после этого — защитой.

ВОПРОСЫ ПРАВА

1. Согласно статьям 3, 5 и 8 Конвенции заявитель жалуется в Европейский суд на обстоятельства своего содержания под стражей в 2000 году. Европейский суд отмечает, что заявитель содержался под стражей в период с 3 апреля по 2 августа 2000 г. и что его жалоба на незаконность и необоснованность применения данной меры пресечения была отклонена в последней инстанции 17 июля 2000 г. Однако его жалоба в Европейский суд была подана только 26 апреля 2004 г., то есть с нарушением шестимесячного срока для подачи жалоб в Европейский суд, установленного пунктом 1 статьи 35 Конвенции. Таковой вывод остается в силе, даже хотя существенно схожие жалобы относительно нарушений статей 3, 5 и 8 Конвенции были изложены позже в кассационной жалобе на законность и обоснованность приговора, поданной в Верховный суд Российской Федерации. Европейский суд считает, что целью кассационного производства в Верховном суде Российской Федерации было принять решение относительно невиновности или виновности заявителя, и Верховный суд Российской Федерации ограничил пределы своей проверки законности и обоснованности приговора существом предъявленного заявителю уголовного обвинения. При рассмотрении кассационной жалобы Верховный суд Российской Федерации не был правомочен рассматривать вопрос о предполагаемых нарушениях положений Конвенции, не связанных с решением вопроса о невиновности или виновности заявителя, или удовлетворять жалобы на такие нарушения. Этот вопрос о предполагаемых нарушениях положений Конвенции соответственно был сочтен не относящимся к указанному производству, и в Решении Верховного суда Российской Федерации по кассационной жалобе заявителя он затронут не был (см. Решение Европейского суда от 9 декабря 2004 г. по вопросу о приемлемости жалобы № 62936/00 «Моисеев против Российской Федерации» [Moiseyev v. Russia]). Из изложенного следует, что жалоба в этом пункте представлена в Европейский суд несвоевременно и должна быть отклонена в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.

2. Согласно статье 6 Конвенции заявитель жалуется в Европейский суд на нарушение его права на справедливое судебное разбирательство в том, что касается отношения суда первой инстанции к показаниям свидетелей и его предположительно ограниченной возможности для подготовки своей защиты. Соответствующие положения статьи 6 Конвенции гласят:

1. Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела... судом... ...

3. Каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет как минимум следующие права: a. быть незамедлительно и подробно уведомленным на понятном ему языке о характере и основании предъявленного ему обвинения; b. иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты; c. защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника или, при недостатке у него средств для оплаты услуг защитника, пользоваться услугами назначенного ему защитника бесплатно, когда того требуют интересы правосудия; d. допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него; ... Европейский суд считает, что он не может на основании имеющихся в его распоряжении материалов дела решить вопрос о приемлемости настоящей жалобы и что поэтому необходимо — на основании подпункта «b» пункта 2 правила 54 Регламента Европейского суда — уведомить государство-ответчика о данном пункте жалобы заявителя.

решил отложить рассмотрение жалобы заявителя по поводу предполагаемого нарушения его права на справедливое судебное разбирательство; объявил жалобу неприемлемой в остальной ее части.

EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS

FIRST SECTION

PARTIAL DECISION

AS TO THE ADMISSIBILITY OF APPLICATION No. 14899/04 BY ANATOLIY BABKIN AGAINST RUSSIA

(Strasbourg, 12.V.2005)

The European Court of Human Rights (First Section), sitting on 12 May 2005 as a Chamber composed of: Mr C.L. Rozakis, President, Mr P. Lorenzen, Mrs {N. Vajic} <*>,

---

<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.

Mrs S. Botoucharova, Mr A. Kovler, Mrs E. Steiner, Mr K. Hajiyev, judges, and Mr S. Nielsen, Section Registrar, Having regard to the above application lodged on 26 April 2004, Having deliberated, decides as follows:

THE FACTS

The applicant, Mr Anatoliy Ivanovich Babkin, is a Russian national who was born in 1930 and lives in Moscow. He is represented before the Court by Ms K. Kostromina, a lawyer with the International Protection Centre in Moscow.

A. The circumstances of the case

The facts of the case, as submitted by the applicant, may be summarised as follows. On 28 March 2000 the Investigations Division of the Federal Security Service of the Russian Federation (Следственное управление Федеральной службы безопасности РФ, the FSB) opened a criminal investigation into disclosure of State secrets, an offence under Article 283 § 1 of the Criminal Code. On 3 April 2000, at about 1 p.m., the applicant was apprehended by the FSB officers at a conference and brought to the FSB offices in Moscow. From 4.05 to 11.20 p.m. the applicant was interviewed as a witness. On 4 April 2000, at 0.10 a.m., a report on the applicant's arrest was drawn up. The applicant was recognised as a suspect in a criminal case and his interrogation continued till 6 a.m. On 3 and 4 April 2000 the applicant's home and office were searched and a body search was carried out on his person. On 6 April 2000 a deputy Prosecutor General ordered the applicant's detention on remand. The applicant was placed in the Lefortovo detention centre, run by the Federal Security Service. Following an appeal by the applicant, on 17 July 2000 the Moscow City Court confirmed, in the final instance, the lawfulness of the detention order. On 12 April 2000 the applicant was charged with a criminal offence under Article 283 § 1 of the Criminal Code. On 13 June 2000 the charge was amended to that of high treason (Article 275 of the Criminal Code). The applicant was accused of having collected certain information containing State secrets and transmitted it to Mr P., a US citizen and a retired naval officer employed by the University of Pennsylvania, for remuneration. On 14 June 2000 the applicant's wife applied for permission to see her husband. On 23 June 2000 the investigator refused permission on the ground that a visit was «not opportune» (нецелесообразно). On 2 August 2000 the applicant was released from custody on a written undertaking not to leave Moscow. On 3 August 2000 the applicant had a heart attack. On 10 August 2000 the case against the applicant was severed from the case against Mr P. On 28 August 2000 the proceedings against him were stayed pending his convalescence. On 6 December 2000 the Moscow City Court found Mr P. guilty of espionage under Article 276 of the Criminal Code and sentenced him to twenty years' imprisonment in a high-security colony. On 14 December 2000 Mr P. was amnestied by a special decree of the Russian President and expelled from Russia. On 7 February 2001 the proceedings against the applicant were resumed. On 19 February 2003 the Moscow City Court found the applicant guilty of high treason under Article 275 of the Criminal Code. It relied on testimony by witnesses, including the applicant's co-workers who participated in the co-operation project with the University of Pennsylvania, and reports by the experts who established the classified nature of information that the applicant had collected and made available to Mr P. Despite objections by the applicant's defence, the court extensively quoted the statements made by Mr P. during his trial. In particular, referring to these statements, the court rejected the applicant's allegations that he had not despatched the reports himself and that he had not personally received money from Mr P. The untruthfulness of these allegations was also confirmed by other witnesses. The court also noted the deposition of the witness I., made during the pre-trial investigation. The witness confirmed that the applicant had obtained from him a working drawing in order to pass it on to Mr P. The applicant did not deny having received the drawing, but claimed that he had no intention to make it available to Mr P. The judgment does not indicate why the witness could not testify before the court. Having regard to the applicant's age and frail health, the court gave him a suspended sentence of eight years' imprisonment, conditional on a five-year probation. Both the prosecution and the defence appealed against the judgment. The applicant's defence submitted, in particular, that the trial court should not have relied on Mr P.'s statements because he had not had any procedural status in the applicant's trial and that the trial court failed to secure the attendance of the witness I. The applicant alleged violations of Articles 3, 5, 6 and 8 of the Convention in respect of his arrest and detenion in 2000 and breaches of the principle of equality of arms. On 6 November 2003 the Supreme Court of the Russian Federation upheld the judgment of 19 February 2003. As to the alleged procedural defects, it found as follows: «..It appears from the trial record that a copy of the bill of indictment was served on [the applicant].. The case materials were reviewed with a sufficient thoroughness; in particular, an assessment of the statements by Mr P., whose conviction had become final and whose depositions were read out in accordance with Article 281 of the Code of Criminal Procedure, was made; there have been no substantial breaches of the rules of criminal procedure in the trial..» The Supreme Court also quoted from the deposition by the witness I., without indicating the reasons for his non-attendance.

B. Relevant domestic law

The Russian Code of Criminal Procedure defines evidence as any information on the basis of which a court establishes the existence or absence of circumstances that have to be proven in a criminal case (Article 74 § 1). Admissible evidence includes (i) statements by the accused or defendant; (ii) statements by the victim or witness; (iii) conclusions and statements of an expert; (iv) material evidence; (v) records of investigative and judicial acts; and (vi) other documents (Article 74 § 2). All evidence is to be examined directly by the trial court. The reading-out of depositions made during the pre-trial investigation is permissible in circumstances described in Articles 276 and 281 of the Code. The judgment may only be founded on the evidence that has been examined at the trial (Article 240 §§ 1 — 3). A deposition made by an accused or defendant during the pre-trial investigation or an earlier trial hearing may be read out at the request of a party if there is a substantial discrepancy between his testimony before the court and the deposition (Article 276 §§ 1 (1) and 2). A deposition made by a victim or witness during the pre-trial investigation or an earlier trial hearing may be read out upon consent by the parties (i) if there is a substantial discrepancy between his testimony before the court and the deposition, or (ii) if the victim or witness defaulted (Article 281 § 1).

COMPLAINTS

1. The applicant complains under Article 3 of the Convention that the conditions of his detention in the Lefortovo centre, the lack of contacts with his wife, frequent and intensive interviews and psychological intimidation while in detention, amounted to the treatment incompatible with this Convention provision. As regards the restrictions on family visits in detention, the applicant also invokes Article 8 of the Convention. He further complains under Article 5 of the Convention about the unlawfulness of his detention.

2. The applicant alleges a number of violations of his right to a fair trial enshrined in Article 6 of the Convention. In particular, he complains that: (a) the findings of his guilt were based on the testimony by Mr P. who was neither a defendant nor a witness in his trial and whom he could not have examined; (b) the trial court read out a written deposition of the witness Mr I. whom the applicant could not have examined; (c) he was officially charged only eight days after the arrest; (d) his confession statements were obtained under duress; (e) he never had a copy of the bill of indictment at his disposal; (f) the defence witness B. was first questioned by the prosecution and only then by the defence.

THE LAW

1. The applicant complained under Articles 3, 5 and 8 of the Convention about the circumstances of his detention in 2000. The Court notes that the applicant was detained from 3 April to 2 August 2000 and that his appeal against the detention order was rejected in the final instance on 17 July 2000. However, his application was only lodged with the Court on 26 April 2004, that is outside the six-month time-limit established in Article 35 § 1 of the Convention. This conclusion is undisturbed even though substantially similar complaints were later raised in statements of appeal against his conviction lodged with the Supreme Court of the Russian Federation. The Court finds that the purpose of these proceedings was to decide on the applicant's innocence or guilt and the scope of review exercised by the Supreme Court was limited to the merits of the criminal charge against him. In these proceedings the Supreme Court had no competence to examine, or to afford redress for, alleged breaches of the Convention provisions unrelated to the determination of the criminal charge against the applicant, and these issues were accordingly treated as irrelevant and not addressed in the Supreme Court's judgment (see Moiseyev v. Russia (dec.), No. 62936/00, 9 December 2004). It follows that this part of the application is introduced out of time and must be rejected in accordance with Article 35 §§ 1 and 4 of the Convention.

2. The applicant complained under Article 6 of the Convention about a violation of his right to a fair trial as regards the trial court's handling of testimonies by witnesses and his allegedly restricted ability to prepare his defence. The relevant parts of Article 6 read as follows: «1. In the determination of... any criminal charge against him, everyone is entitled to a fair... hearing... by [a]... tribunal... ...»

3. Everyone charged with a criminal offence has the following minimum rights: (a) to be informed promptly.. of the nature and cause of the accusation against him; (b) to have adequate time and facilities for the preparation of his defence; (c) to defend himself in person or through legal assistance of his own choosing.. (d) to examine or have examined witnesses against him and to obtain the attendance and examination of witnesses on his behalf under the same conditions as witnesses against him...» The Court considers that it cannot, on the basis of the case file, determine the admissibility of this complaint and that it is therefore necessary, in accordance with Rule 54 § 2 (b) of the Rules of Court, to give notice of this part of the application to the respondent Government.

FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY

Decides to adjourn the examination of the applicant's complaints concerning an alleged violation of his right to a fair trial; Declares the remainder of the application inadmissible.

---