--- title: "Информация о Постановлении Суда ЕС (Первая палата) от 14.06.2017 по делу \"Ливио Менини и Мария Антония Рампанелли (Livio Menini and Maria Antonia Rampanelli) против \"Банко пополаре сочьета кооператива\" (N C-75/16)" number: "C-75/16" issuer: "Суд Европейского Союза" issued_on: 2017-06-14 status: действует canonical: "https://bukva.ai/docs/postanovlenie-c-7516" --- ## Информация о Постановлении Суда ЕС (Первая палата) от 14.06.2017 по делу "Ливио Менини и Мария Антония Рампанелли (Livio Menini and Maria Antonia Rampanelli) против "Банко пополаре сочьета кооператива" (N C-75/16) # Информация о Постановлении Суда ЕС (Первая палата) от 14.06.2017 по делу "Ливио Менини и Мария Антония Рампанелли (Livio Menini and Maria Antonia Rampanelli) против "Банко пополаре сочьета кооператива" (N C-75/16) Предварительное использование процедуры омбудсмена как условие приемлемости исков о защите прав потребителей. Соответствие праву доступа к правосудию.
[неофициальный перевод]
Ливио Менини и Мария Антония Рампанелли против "Банко пополаре сочьета кооператива" (Livio Menini and Maria Antonia Rampanelli v. Banco Popolare Società Cooperativa) (дело N C-75/16) По материалам Постановления Суда Европейского союза от 14 июня 2017 года (вынесено Первой палатой) Предварительное использование процедуры омбудсмена как условие приемлемости исков о защите прав потребителей. Соответствие праву доступа к правосудию. В контексте основного разбирательства с участием банка и двух клиентов суд Италии обратился в CJEU за вынесением предварительного решения по различным вопросам толкования [Директивы](https://bukva.ai/docs/direktiva-201311es/statya-1) 2013/11/EU об альтернативном разрешении споров с участием потребителей. Права на эффективное средство правовой защиты и справедливое судебное разбирательство, предусмотренные [статьей 47](https://bukva.ai/docs/hartiya-2007s-30301/statya-47#p100220) Хартии основных прав, на которую директива ссылается в [преамбуле](https://bukva.ai/docs/direktiva-201311es#p100008), затронуты косвенно. В настоящем деле два клиента пытались оспорить распоряжение о выплатах. Обратившийся суд ставил вопрос о том, может ли внутригосударственное законодательство ставить доступ к судебной системе в зависимость от обязательной предварительной процедуры медиации, требовать помощи адвоката в процедуре медиации или запрещать сторонам выход из процедуры медиации без уважительной причины. CJEU ответил по существу следующее. (a) Применимость [директивы](https://bukva.ai/docs/direktiva-201311es/statya-1). Цель [директивы](https://bukva.ai/docs/direktiva-201311es/statya-1) заключалась в том, чтобы позволить потребителям представлять на "добровольной" основе жалобы против торговцев через процедуры альтернативного разрешения споров (далее - ADR). Насколько процедура медиации может рассматриваться как одна из возможных форм ADR, вопрос, который должен разрешить суд страны, [директива](https://bukva.ai/docs/direktiva-201311es/statya-1), таким образом, может быть применима в настоящем деле. В частности, [директива](https://bukva.ai/docs/direktiva-201311es/statya-1) применима, если процедура ADR (в настоящем деле процедура медиации) отвечает следующим кумулятивным условиям: (1) она должна быть инициирована потребителем против торговца по поводу обязательств, вытекающих из договора купли-продажи или оказания услуг, (2) она должна быть независимой, беспристрастной, транспарентной, эффективной, скорой и справедливой, и (3) она должна быть доверена лицу, действующему на длительной основе, которое внесено в специальный список, доведенный до сведения Европейской комиссии. (b) Обязательный характер предварительной процедуры медиации. Если [директива](https://bukva.ai/docs/direktiva-201311es/statya-1) будет признана применимой, "добровольный" характер лежит не в свободе сторон выбирать, применять ли ее, а в том факте, что стороны сами ответственны за процесс и могут организовать его по своему желанию и окончить в любое время. Соответственно, важно не то, является ли система медиации обязательной или добровольной, а то обстоятельство, что сохранилось право сторон на доступ к судебной системе. Требование пройти процедуру медиации до получения права возбудить уголовное разбирательство могло быть совместимо с принципом эффективной судебной защиты при соблюдении определенных условий, что и должен быть проверить внутригосударственный суд. Это было тем более так, если процедура медиации (1) не приводила к решению, обязательному для сторон, (2) не вызывала существенных задержек для целей возбуждения юридического разбирательства, (3) приостанавливала течение срока давности по требованиям и (4) не влекла высоких издержек, и только если (5) электронные средства не являлись единственными средствами, с помощью которых может быть оценена процедура урегулирования, и (6) возможно принятие срочных предварительных мер. При таких обстоятельствах тот факт, что внутригосударственное законодательство не только учредило внесудебную процедуру медиации, но также сделало обязательной ее использование до предъявления иска в судебный орган, не противоречил [директиве](https://bukva.ai/docs/direktiva-201311es/statya-1). (c) Юридическая помощь. С другой стороны, законодательство властей государства-ответчика не могло сделать существенной для потребителя, участвующего в процедуре ADR, помощь адвоката. (d) Возможность выхода. Защита права доступа к судебной системе означала, что любой выход потребителя из процедуры ADR по уважительной причине или без нее не должен был иметь неблагоприятные последствия для потребителя на последующих стадиях спора. Однако внутригосударственное законодательство могло предусмотреть санкции в случае уклонения сторон от участия в процедуре медиации без уважительной причины при условии, что потребитель мог выйти после первоначальной встречи с медиатором. ---