--- title: "Постановление Конституционного Суда РФ от 27.03.1996 N 8-П" number: "8-П" issuer: "Конституционный Суд Российской Федерации" issued_on: 1996-03-27 status: действует canonical: "https://bukva.ai/docs/postanovlenie-8-p-1996" --- ## Постановление Конституционного Суда РФ от 27.03.1996 N 8-П # Постановление Конституционного Суда РФ от 27.03.1996 N 8-П "По делу о проверке конституционности статей 1 и 21 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года "О государственной тайне" в связи с жалобами граждан В.М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина" **КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ** **ПОСТАНОВЛЕНИЕ** от 27 марта 1996 г. N 8-П **ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ** **СТАТЕЙ 1 И 21 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ** **ОТ 21 ИЮЛЯ 1993 ГОДА "О ГОСУДАРСТВЕННОЙ ТАЙНЕ"** **В СВЯЗИ С ЖАЛОБАМИ ГРАЖДАН В.М. ГУРДЖИЯНЦА,** **В.Н. СИНЦОВА, В.Н. БУГРОВА И А.К. НИКИТИНА** Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего О.С. Хохряковой, судей Э.М. Аметистова, Н.Т. Ведерникова, Ю.М. Данилова, В.Д. Зорькина, В.Г. Стрекозова, В.А. Туманова, с участием представителей граждан, обратившихся с жалобами в Конституционный Суд Российской Федерации, - адвокатов Д.Д. Штейнберга, С.Л. Арии, В.М. Волкова, Ю.М. Шмидта, руководствуясь [статьей 125](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100557) (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 [части первой,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100026) [частями второй и третьей](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-3#p100032) статьи 3, пунктом 3 части второй [статьи 22,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100152) [статьями 36,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-36#p100210) [96,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100499) [97](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100501) и [99](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100508) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности [статей 1](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100009) и [21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года "О государственной тайне". Поводом к рассмотрению дела явились индивидуальные жалобы граждан В.М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина на нарушение их конституционных прав [статьями 1](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100009) и [21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне". Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации положения названного [Закона,](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1) допускающие возможность отстранения адвоката от участия в качестве защитника в производстве по уголовным делам, связанным с государственной тайной, ввиду отсутствия у него специального допуска к государственной тайне. Заслушав сообщение судьи - докладчика Н.Т. Ведерникова, объяснения представителей граждан, обратившихся в Конституционный Суд Российской Федерации, заключения экспертов, выступления специалистов, а также исследовав имеющиеся материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил: 1. Военный суд Московского военного округа, рассматривавший уголовное дело по обвинению В.М. Гурджиянца в совершении преступления, предусмотренного [статьей 64](https://bukva.ai/docs/ugolovnyy-kodeks-rsfsr/statya-64#p100410) УК РСФСР, отказался допустить к участию в деле в качестве защитника обвиняемого адвоката Д.Д. Штейнберга. Основанием для такого отказа послужило отсутствие у последнего специального допуска по установленной форме к государственной тайне, предусмотренного [статьей 21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне". В обоснование своего решения суд сослался на то, что согласно [статье 1](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100009) того же Закона его положения обязательны для исполнения на территории Российской Федерации и за ее пределами органами представительной, исполнительной и судебной властей, а также должностными лицами и гражданами. Полагая, что в результате применения судом положений [статей 1](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100009) и [21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) названного Закона было нарушено его конституционное право на получение квалифицированной юридической помощи, включая помощь адвоката, В.М. Гурджиянц обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой о проверке конституционности этих правовых норм. Жалобы с аналогичными требованиями поступили от граждан В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина, которым следователями органов прокуратуры и Федеральной службы безопасности Российской Федерации также было отказано в допуске к участию в деле избранных ими защитников со ссылкой на предписания [статьи 21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне". Поскольку указанные жалобы касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь [статьей 48](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-48#p100274) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", соединил дела по этим жалобам в одном производстве. В соответствии с требованиями [статьи 97](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100501) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" жалобы граждан В.М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова и А.К. Никитина являются допустимыми, так как обжалуемые в них статьи [Закона](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1) Российской Федерации "О государственной тайне" затрагивают конституционные права граждан и применены в качестве основания для отказа в допуске адвокатов к участию в конкретных уголовных делах. Учитывая, что поводом к обращению граждан в Конституционный Суд Российской Федерации послужило применение [статей 1](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100009) и [21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) названного Закона в уголовном судопроизводстве, Конституционный Суд Российской Федерации проверяет конституционность этих норм лишь в той части, в какой они применяются при производстве по уголовным делам. 2. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, в то же время предусматривает, что федеральным законом определяется перечень сведений, составляющих государственную тайну [(статья 29, часть 4).](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100114) Такое решение вызвано необходимостью защиты суверенитета России, обеспечения ее обороны и безопасности и соотносится с предписаниями [статьи 55](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100209) (часть 3) Конституции Российской Федерации, допускающей в указанных целях ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина, а следовательно, и права на информацию. Исходя из этого законодатель вправе устанавливать [перечень](https://bukva.ai/docs/ukaz-1203#p100013) сведений, которые могут быть отнесены к государственной тайне, регулировать отношения, связанные с их рассекречиванием и защитой, определять порядок допуска и доступа граждан к таким сведениям. Согласно [статье 1](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100009) Закона Российской Федерации "О государственной тайне" его положения обязательны для исполнения на территории Российской Федерации и за ее пределами органами представительной, исполнительной и судебной властей, местного самоуправления, предприятиями, учреждениями и организациями независимо от их организационно-правовой формы и формы собственности, должностными лицами и гражданами Российской Федерации, взявшими на себя обязательства либо обязанными по своему статусу исполнять требования законодательства Российской Федерации о государственной тайне. Обязанность соблюдать законодательство о государственной тайне вытекает из общеправовой обязанности органов государственной власти, местного самоуправления, должностных лиц, граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы [(статья 15,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100068) часть 2, Конституции Российской Федерации). Следовательно, [статья 1](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100009) Закона Российской Федерации "О государственной тайне", воспроизводящая применительно к определенной сфере общественных отношений требования [статей 15](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100068) (часть 2) и [29](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100114) (часть 4) Конституции Российской Федерации, соответствует ее положениям. 3. Обжалуемая заявителями [статья 21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне" устанавливает, что допуск должностных лиц и граждан к государственной тайне осуществляется в добровольном порядке по решению руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации после проведения соответствующих проверочных мероприятий. Цель такой проверки - выявление обстоятельств, которые в соответствии со [статьей 22](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-22#p100210) данного Закона могут служить основанием для отказа в допуске к государственной тайне. Решение об отказе должностному лицу или гражданину в допуске к государственной тайне согласно [части второй](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100217) той же статьи может быть обжаловано в вышестоящую организацию или в суд. Такой порядок, призванный обеспечивать сохранность государственной тайны, в основе своей соответствует целям, указанным в [статье 55](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100209) (часть 3) Конституции Российской Федерации, не противоречит другим ее нормам, а также общепризнанным принципам демократического правового государства. Исходя из буквального смысла [статьи 21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне" устанавливаемый ею порядок носит характер общего правила, не исключающего, однако, возможности использования иных способов доступа к государственным секретам и защиты государственной тайны, само существование которых обусловлено, в частности, особенностями правового статуса отдельных категорий лиц, вытекающего из [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации или непосредственно предусмотренного законом. В этой связи предписания [статьи 21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) о порядке допуска к сведениям, составляющим государственную тайну (предварительная проверка и решение руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации о допуске), не могут быть распространены, например, на депутатов Федерального Собрания или судей, поскольку это противоречит природе их конституционного статуса, особенностям занятия должности (избрание или особый порядок назначения) и выполняемых ими функций. Сохранность государственной тайны в таких случаях гарантируется путем использования соответствующих механизмов ответственности. Из [статьи 48 (часть 2)](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100187) Конституции Российской Федерации и [статьи 47](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-47#p100232) Уголовно-процессуального кодекса РСФСР следует, что адвокат, осуществляющий защиту по уголовным делам, является участником процесса. Порядок производства по уголовным делам, как это установлено [статьей 1](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-1#p100006) Уголовно-процессуального кодекса РСФСР (с изменениями и дополнениями, внесенными в него на момент рассмотрения настоящего дела, т.е. уже после принятия [Закона](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1) Российской Федерации "О государственной тайне"), является единым и обязательным по всем уголовным делам и для всех судов, органов прокуратуры, предварительного следствия и дознания и определяется именно данным [Кодексом,](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-1) а не каким-либо иным федеральным законом. Следовательно, порядок участия адвоката в уголовном судопроизводстве, в том числе по делам, связанным со сведениями, составляющими государственную тайну, также определяется именно названным [Кодексом.](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-1) Уголовно-процессуальный [кодекс](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-1) РСФСР не содержит требований о какой-либо предварительной проверке адвоката и особом разрешении на участие в такого рода делах, что согласуется с положениями [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации. Таким образом, обжалуемое положение о порядке допуска к государственной тайне не может быть применено и к адвокату, участвующему в уголовном судопроизводстве в качестве защитника. Однако, как установлено в ходе судебного заседания, органы, осуществляющие производство по уголовным делам, связанным с государственной тайной, основываясь на положениях [статьи 21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне", признают отсутствие такого допуска у адвоката в качестве обстоятельства, исключающего возможность его участия в процессе. Тем самым данной [статье](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) придается смысл, в соответствии с которым именно она, а не уголовно-процессуальные нормы, является единственным и достаточным правовым основанием для отстранения от участия в уголовном деле адвоката, не имеющего допуска к государственной тайне. 4. [Конституция](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации, международно-правовые акты по правам человека, федеральные законы требуют от государства предоставления лицам, вовлекаемым в сферу уголовного судопроизводства, адекватных гарантий защиты их прав и свобод. Из [статьи 48](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-48#p100185) Конституции Российской Федерации следуют право каждого на получение квалифицированной юридической помощи и право пользоваться помощью адвоката (защитника) на всех стадиях уголовного судопроизводства. В соответствии со [статьей 14](https://bukva.ai/docs/mezhdunarodnyy-pakt-o-grazhdanskih-i/statya-14#p100088) Международного пакта о гражданских и политических правах, являющегося составной частью правовой системы Российской Федерации, каждый при рассмотрении предъявленного ему обвинения вправе сноситься с выбранным им самим защитником и защищать себя через его посредство. Поэтому отказ обвиняемому (подозреваемому) в приглашении выбранного им адвоката по мотивам отсутствия у последнего допуска к государственной тайне, а также предложение обвиняемому (подозреваемому) выбрать защитника из определенного круга адвокатов, имеющих такой допуск, обусловленные распространением положений [статьи 21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне" на сферу уголовного судопроизводства, неправомерно ограничивают конституционное право гражданина на получение квалифицированной юридической помощи и право на самостоятельный выбор защитника [(статья 48](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-48#p100185) Конституции Российской Федерации, [статья 14](https://bukva.ai/docs/mezhdunarodnyy-pakt-o-grazhdanskih-i/statya-14#p100088) Международного пакта о гражданских и политических правах). Указанные конституционные права в силу [статьи 56](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100213) (часть 3) Конституции Российской Федерации не могут быть ограничены ни при каких обстоятельствах. 5. Зависимость выбора обвиняемым адвоката от наличия у последнего допуска к государственной тайне противоречит также принципу состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, закрепленному в [статье 123](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100542) (часть 3) Конституции Российской Федерации. Расследование большинства уголовных дел, в материалах которых содержатся сведения, составляющие государственную тайну, в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством возложено на органы Федеральной службы безопасности. Эти же органы согласно [статьям 21 и 22](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне" проводят проверочные мероприятия в отношении лиц, которым оформляется допуск к государственной тайне, и тем самым фактически предопределяют решение о его выдаче. При таких обстоятельствах адвокат объективно оказывается в зависимости от органов, осуществляющих уголовное преследование, что ставит защиту и обвинение в неравное положение. 6. Человек, его права и свободы согласно [статье 2](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-2#p100020) Конституции Российской Федерации являются высшей ценностью. Права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти и обеспечиваются правосудием [(статья 18](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-18#p100079) Конституции Российской Федерации). Исходя из этих конституционных положений законодатель, определяя средства и способы защиты государственной тайны, должен использовать лишь те из них, которые в конкретной правоприменительной ситуации исключают возможность несоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина. В рамках уголовного судопроизводства такими средствами могут, в частности, выступать проведение закрытого судебного заседания, предупреждение участников процесса о неразглашении государственной тайны, ставшей им известной в связи с производством по уголовному делу, и привлечение этих лиц к уголовной ответственности в случае ее разглашения. Сохранность государственной тайны в уголовном судопроизводстве обеспечивается также нормами Положения об адвокатуре РСФСР, утвержденного Законом РСФСР от 20 ноября 1980 года, которыми предусматривается обязанность адвоката хранить профессиональную тайну, не допускать проступков, не совместимых с пребыванием в коллегии, быть образцом безукоризненного поведения [(статьи 13,](https://bukva.ai/docs/zakon-rsfsr-ot-20111980-1980/statya-13#p100103) [16).](https://bukva.ai/docs/zakon-rsfsr-ot-20111980-1980/statya-16#p100126) Законодатель вправе устанавливать и иные способы защиты государственной тайны в уголовном судопроизводстве, которые, однако, должны носить уголовно-процессуальный характер и быть соизмеримыми как со значимостью охраняемой тайны, так и с правовым статусом соответствующих участников уголовного процесса. На основании изложенного и руководствуясь частью первой [статьи 71,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100367) [статьями 72,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-72#p100372) [74, 75](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-74#p100380) и [100](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100510) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации постановил: 1. Признать [статью 1](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100009) Закона Российской Федерации "О государственной тайне" соответствующей [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации. 2. Признать [статью 21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне" по ее буквальному смыслу соответствующей [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации. Распространение положений данной [статьи](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) на адвокатов, участвующих в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, и отстранение их от участия в деле в связи с отсутствием допуска к государственной тайне не соответствует Конституции Российской Федерации, ее [статьям 48](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-48#p100185) и [123](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100542) (часть 3). 3. Федеральному Собранию Российской Федерации с учетом [пункта 2](#p100031) резолютивной части настоящего Постановления надлежит внести необходимые уточнения в действующее законодательство. 4. Согласно части второй [статьи 100](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100514) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" дела граждан В.М. Гурджиянца, В.Н. Синцова, В.Н. Бугрова, А.К. Никитина, разрешенные на основании положений [статьи 21](https://bukva.ai/docs/zakon-5485-1/statya-1#p100186) Закона Российской Федерации "О государственной тайне", подлежат пересмотру в установленном порядке в соответствии с пунктом 2 резолютивной части настоящего Постановления. 5. Согласно частям первой и второй [статьи 79](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100415) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно. 6. Согласно [статье 78](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100412) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации", "Российской газете", иных официальных изданиях органов государственной власти Российской Федерации. Постановление должно быть также опубликовано в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".
Конституционный Суд
Российской Федерации
---