Постановление ЕСПЧ от 23.06.2005
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 23.06.2005. 70190/01. 23.06.2005. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-7019001
«Дело „Зименко (Zimenko) против Российской Федерации“ (жалоба № 70190/01) [рус., англ.]»
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ЗИМЕНКО (ZIMENKO) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 70190/01)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
По делу «Зименко против Российской Федерации» Европейский суд по правам человека (Третья секция), заседая Палатой в составе:
Б.М. Цупанчича, Председателя Палаты,
а также при участии В. Берже, Секретаря Секции Суда,
заседая 2 июня 2005 г. за закрытыми дверями,
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 70190/01), поданной 10 марта 2001 г. в Европейский суд против Российской Федерации гражданином Российской Федерации Зименко Юрием Александровичем (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Власти Российской Федерации в Европейском суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
3. 21 июня 2004 г. Европейский суд коммуницировал жалобу властям Российской Федерации. Применив пункт 3 статьи 29 Конвенции, Европейский суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по вопросу приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
4. Заявитель родился в 1966 году и проживает в г. Екатеринбурге.
5. 27 мая 1997 г. заявитель возбудил судебное разбирательство в Кировском районном суде г. Екатеринбурга, обжалуя свое увольнение. Он также потребовал выплаты заработной платы за период вынужденного прогула и компенсации ущерба.
6. 13 октября 1997 г. Кировский районный суд г. Екатеринбурга отклонил иск заявителя. Заявитель обжаловал Судебное решение от 13 октября 1997 г. в кассационном порядке.
7. 23 декабря 1997 г. судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда отменила Решение суда первой инстанции и вернула дело на новое рассмотрение. Новое судебное заседание по существу дела было назначено на 4 марта 1998 г.
8. В период с 4 марта по 8 сентября 1998 г. судебные заседания переносились четыре раза по причине неявки сторон.
9. В период с 8 сентября по 21 декабря 1998 г. судебные заседания переносились три раза по причине неявки ответчика.
10. В период с 21 декабря 1998 г. по 17 мая 1999 г. судебные заседания переносились три раза: один раз на срок менее двух месяцев по причине неявки сторон и два раза на общий срок более трех месяцев по причине болезни судьи.
11. 17 мая 1999 г. судебное заседание было перенесено на 23 августа 1999 г. по причине участия судьи в другом судебном заседании.
12. 23 августа 1999 г. судебное заседание было перенесено на 26 августа 1999 г. по ходатайству заявителя, чтобы суд смог получить дополнительные доказательства.
13. 26 августа 1999 г. Кировский районный суд г. Екатеринбурга частично удовлетворил исковые требования заявителя. Заявителю не была направлена копия Судебного решения. 24 февраля и 10 апреля 2000 г. заявитель подал две жалобы в Кировский районный суд г. Екатеринбурга и председателю Свердловского областного суда, соответственно, в связи с непредставлением ему копии Судебного решения.
14. 28 апреля 2000 г. председатель Кировского районного суда г. Екатеринбурга направил заявителю копию Судебного решения от 26 августа 1999 г. В неустановленный день заявитель обжаловал Решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 26 августа 1999 г. в кассационном порядке.
15. 20 июня 2000 г. судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда отменила Судебное решение от 26 августа 1999 г. и направила дело на новое рассмотрение. Новое судебное заседание по существу дела было назначено на 18 декабря 2000 г.
16. 18 декабря 2000 г. судебное заседание было перенесено на 21 февраля 2001 г. по ходатайству заявителя.
17. 21 февраля 2001 г. судебное заседание было перенесено на 25 апреля 2001 г. по причине неявки сторон.
18. В период с 25 апреля по 23 октября 2001 г. судебное заседание дважды переносилось по ходатайству ответчика.
19. 23 октября 2001 г. судебное заседание было перенесено на 4 января 2002 г. по причине болезни судьи. Новое судебное заседание было назначено на 10 января 2002 г.
20. 10 января 2002 г. судебное заседание было перенесено на 31 января 2002 г. по причине неявки сторон. 31 января 2002 г. новое судебное заседание было назначено на 5 марта 2002 г. Затем судебное заседание было перенесено на 27 марта 2002 г., поскольку суд запросил заявителя уточнить его исковые требования.
21. 27 марта 2002 г. Кировский районный суд г. Екатеринбурга признал увольнение заявителя незаконным, постановил, что заявителю должна быть выплачена заработная плата за период вынужденного прогула, и частично удовлетворил требования заявителя о компенсации ущерба. Заявитель обжаловал данное Судебное решение в кассационном порядке.
22. 20 июня 2002 г. судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда отменила Судебное решение от 27 марта 2002 г. в части взыскания в пользу заявителя компенсации среднего заработка за время вынужденного прогула с учетом индексации на том основании, что суд первой инстанции неверно рассчитал заработную плату заявителя, и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Новое судебное заседание было назначено на 16 октября 2002 г.
23. В период с 16 октября 2002 г. по 30 декабря 2003 г. судебное заседание переносилось три раза на общий срок десять месяцев по причине участия судьи в другом судебном разбирательстве и один раз на срок более четырех месяцев по причине неявки ответчика. Как представляется, 30 декабря 2003 г. судебное заседание не состоялось. Новое судебное заседание было назначено на 26 марта 2004 г.
24. 26 марта 2004 г. судебное заседание было перенесено на 22 апреля 2004 г. по причине неявки ответчика. Европейский суд направил ряд запросов в целях установления местонахождения ответчика.
25. 22 апреля 2004 г. Кировский районный суд г. Екатеринбурга прекратил судебное разбирательство по иску заявителя по причине ликвидации компании-ответчика.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
26. Заявитель жаловался на то, что длительность судебного разбирательства по его делу была несовместимой с требованием «разумного срока», установленного в пункте 1 статьи 6 Конвенции, который гласит:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом...».
27. Период времени, который следует учитывать, начался только 5 мая 1998 г., когда Конвенция вступила в силу в отношении России. Однако при оценке разумности срока судебного разбирательства после этой даты следует учитывать состояние судебного разбирательства на 5 мая 1998 г.
Рассматриваемый период закончился 22 апреля 2004 г. Таким образом, он длится пять лет, одиннадцать месяцев и семнадцать дней. Общая длительность судебного разбирательства, включая срок до 5 мая 1998 г., составляет шесть лет, десять месяцев и 26 дней.
A. Приемлемость
28. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель более не обладает статусом жертвы, поскольку национальные суды удовлетворили его исковые требования.
29. Заявитель не согласился с доводами властей Российской Федерации. Он утверждал, inter alia, что национальные суды не удовлетворили его исковые требования о выплате заработной платы.
30. Однако даже если предположить, что частичное удовлетворение исковых требований заявителя может рассматриваться как благоприятный для заявителя результат судебного разбирательства, Европейский суд отметил, что такой результат не был непосредственно связан с длительностью судебного разбирательства и, таким образом, не может рассматриваться, прямо или косвенно, как признание нарушения статьи 6 Конвенции или как компенсация ущерба, предположительно причиненного заявителю ввиду длительности судебного разбирательства (см., mutatis mutandis, Решение Европейской комиссии по делу «Бюрн против Дании» (Byrn v. Denmark) от 1 июля 1992 г., жалоба № 13156/87, Decisions and Reports (DR) 74, p. 5). Соответственно, возражения властей Российской Федерации должны быть отклонены.
31. Европейский суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Иных оснований для объявления ее неприемлемой не установлено. Таким образом, данная часть жалобы объявляется приемлемой.
B. По существу
32. Власти Российской Федерации утверждали, что задержки при рассмотрении исковых требований заявителя произошли по вине ответчика и самого заявителя, которые, несмотря на направление им повесток, неоднократно не являлись на судебные заседания. Более того, задержки имели место ввиду того факта, что заявитель несколько раз изменял свои исковые требования и заявлял ходатайства перед судом о необходимости получения дополнительных доказательств. Власти Российской Федерации пришли к выводу, что государство не может нести ответственность за длительное рассмотрение иска заявителя.
33. Заявитель утверждал, что утверждения властей Российской Федерации относительно его неявки на судебные заседания, несмотря на то, что ему направлялись повестки, необоснованные. Он заявил, что он не являлся на судебные заседания лишь по той причине, что он своевременно не был уведомлен о них, и что власти Российской Федерации не представили доказательств его уведомления. Далее он утверждал, что лишь однажды — 23 августа 1999 г. — судебное заседание было перенесено на три дня по его ходатайству о необходимости получения дополнительных доказательств. С учетом этого, принимая во внимание общую длительность судебного разбирательства, такую задержку не следует принимать во внимание. Заявитель утверждал, что длительность судебного разбирательства не была «разумной».
34. Европейский суд напомнил, что разумность срока судебного разбирательства должна рассматриваться в свете обстоятельств дела и с учетом критериев, установленных прецедентной практикой Европейского суда, в частности сложности дела, поведения заявителя и соответствующих органов власти и важности рассматриваемого в рамках дела вопроса для заявителя (см., среди прочих прецедентов, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Фридлендер против Франции» (Frydlender v. France), жалоба № 30979/96, ECHR 2000-VII, § 43).
35. Европейский суд счел, что данное дело не было особенно сложным. Соответственно, Суд пришел к выводу, что общий период времени рассмотрения дела одним судом, составляющий более шести лет, не может сам по себе считаться удовлетворяющим требованию о «разумном сроке» в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Конвенции.
36. Европейский суд отметил, что указание фактических обстоятельств сторонами по вопросу уведомления заявителя о судебных заседаниях расходится. Однако Европейскому суду нет необходимости рассматривать этот вопрос по следующим соображениям. Европейский суд отметил, что в период с 5 мая 1998 г. по 22 апреля 2004 г. рассмотрение дела откладывалось по ходатайствам сторон или по причине их неявки на судебные заседания. Общая длительность таких задержек составляла примерно один год и девять месяцев. Далее Европейский суд отметил, что, тем не менее, необходимо учитывать период в три года и два месяца, подпадающий под компетенцию Европейского суда ratione temporis. В данный период общая длительность задержек, образовавшихся по причине болезни судьи или его участии в других судебных разбирательствах, включая задержку, вызванную несвоевременным предоставлением заявителю решения суда первой инстанции, составляет более двух лет. Европейский суд также отметил, что 20 июня 2002 г. Свердловский областной суд, рассмотрев кассационную жалобу заявителя, частично отменил Решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 27 марта 2002 г. и направил дело на новое рассмотрение по той причине, что суд первой инстанции неверно рассчитал сумму, полагающуюся к выплате заявителю. Более того, национальные суды продолжали судебное разбирательство по делу даже тогда, когда компания-ответчик перестала существовать. Следовательно, указанные задержки были вызваны неоднократными ошибками национальных судов. Более того, судебное разбирательство было в конечном итоге прекращено по причине ликвидации компании-ответчика, и не было вынесено окончательного решения по существу требований заявителя о выплате ему заработной платы.
37. Европейский суд напомнил, что вопросы трудоустройства, в целом, требуют особого усердия со стороны национальных судов (см. Постановление Европейского суда по делу «Руотоло против Италии» (Ruotolo v. Italy) от 27 февраля 1992 г., Series A, § 230-D, p. 39, § 17). Принимая во внимание общую длительность судебного разбирательства и период времени, предшествующий вступлению в силу Конвенции (см. Решение Европейской комиссии по делу «Вентура против Италии» (Ventura v. Italy) от 9 марта 1978 г., жалоба № 7438/76, Decisions and Reports (DR) 12, p. 38), Европейский суд пришел к выводу, что дело заявителя не было рассмотрено в разумный срок. Соответственно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Применение статьи 41 Конвенции
38. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
39. Заявитель потребовал присудить ему 10000 евро в качестве компенсации морального вреда.
40. Власти Российской Федерации не высказали своей позиции по данному вопросу.
41. Европейский суд признал, что заявителю были причинены душевное страдание, беспокойство и чувство разочарования ввиду необоснованной длительности судебного разбирательства. Исходя из принципа справедливости, Европейский суд присудил заявителю 3000 евро в отношении компенсации морального вреда плюс сумму любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму.
B. Судебные расходы и издержки
42. Заявитель не предъявил требований в отношении судебных расходов и издержек, понесенных в национальных судах и в Европейском суде.
43. Соответственно, Европейский суд не присудил заявителю компенсацию в связи с этим.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
44. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
a) что государство-ответчик должно выплатить заявителю в трехмесячный срок после вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции 3000 (три тысячи) евро в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в национальную валюту государства-ответчика по курсу на день выплаты, плюс любую сумму налогов, которые могут быть начислены на указанные суммы;
b) что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 23 июня 2005 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF ZIMENKO v. RUSSIA (Application No. 70190/01)
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Zimenko v. Russia,
The European Court of Human Rights (Third Section), sitting as a Chamber composed of:
Mr {B.M. Zupancic} <*>, President,
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
and Mr V. Berger, Section Registrar,
Having deliberated in private on 2 June 2005,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 70190/01) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Mr Yuriy Aleksandrovich Zimenko («the applicant»), on 10 March 2001.
2. The Russian Government («the Government») were represented by Mr P. Laptev, Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 21 June 2004 the Court decided to communicate the application. Applying Article 29 § 3 of the Convention, it decided to rule on the admissibility and merits of the application at the same time.
THE FACTS
4. The applicant was born in 1966 and lives in Ekaterinburg.
5. On 27 May 1997 the applicant instituted proceedings to challenge his dismissal from employment. He also claimed payment of his salary in respect of the period of enforced unemployment and damages.
6. On 13 October 1997 the Kirovskiy District Court of Ekaterinburg dismissed the applicant's claim. The applicant appealed against the judgment.
7. On 23 December 1997 the Sverdlovsk Regional Court quashed the judgment and remitted the case for a fresh examination. A new hearing on the merits was fixed for 4 March 1998.
8. Between 4 March 1998 and 8 September 1998 the hearing was postponed four times because of the parties' failure to appear.
9. Between 8 September 1998 and 21 December 1998 the hearing was postponed three times because of the defendant's failure to appear.
10. Between 21 December 1998 and 17 May 1999 the hearing was postponed three times: once for less than two months because of the parties' failure to appear and twice for an overall period of over three months because the judge was absent on sick leave.
11. On 17 May 1999 the hearing was postponed to 23 August 1999 because the judge was engaged in unrelated proceedings.
12. On 23 August 1999 the hearing was postponed to 26 August 1999 at the applicant's request, so that the court could obtain additional evidence.
13. On 26 August 1999 the Kirovskiy District Court of Ekaterinburg partially granted the applicant's claim. The applicant was not provided with a copy of the judgment. On 24 February 2000 and 10 April 2000 he filed two complaints about the failure to provide him with a copy of the judgment, to the Kirovskiy District Court of Ekaterinburg and to the Chairman of the Sverdlovsk Regional Court respectively.
14. On 28 April 2000 the Chairman of the Kirovskiy District Court of Ekaterinburg sent him a copy of the judgment. On an unspecified date the applicant appealed against the judgment.
15. On 20 June 2000 the Sverdlovsk Regional Court quashed the judgment of 26 August 1999 on appeal and remitted the case for a fresh examination. A new hearing on the merits was fixed for 18 December 2000.
16. On 18 December 2000 the hearing was postponed to 21 February 2001 at the applicant's request.
17. On 21 February 2001 the hearing was postponed to 25 April 2001 because of the parties' failure to appear.
18. Between 25 April 2001 and 23 October 2001 the hearing was postponed twice at the defendant's request.
19. On 23 October 2001 the hearing was postponed to 4 January 2002 because the judge was absent on sick leave. A new date for the hearing was then fixed for 10 January 2002.
20. On 10 January 2002 the hearing was postponed to 31 January 2002 on account of the parties' failure to appear. On 31 January 2002 a new hearing was fixed for 5 March 2002. The hearing was then postponed to 27 March 2002 because the court ordered the applicant to submit a clarified statement of claim.
21. On 27 March 2002 the Kirovskiy District Court of Ekaterinburg declared the applicant's dismissal unlawful, ordered that he be paid his salary in respect of the period of enforced unemployment and partially granted the claim for damages. The applicant appealed against the judgment.
22. On 20 June 2002 the Sverdlovsk Regional Court reversed the judgment in the part relating to the payment of the applicant's salary on the grounds that the trial court had miscalculated it, and remitted the case for a fresh examination. A new hearing on the merits was fixed for 16 October 2002.
23. Between 16 October 2002 and 30 December 2003 the hearing was postponed three times for an overall period of ten months because the judge was engaged in unrelated proceedings and once for a period of over four months because of the defendant's failure to appear. It appears that no hearing took place on 30 December 2003. A new date for the hearing was fixed for 26 March 2004.
24. On 26 March 2004 the hearing was postponed to 22 April 2004 because of the defendant's failure to appear. The court filed a number of requests to establish the defendant's whereabouts.
25. On 22 April 2004 the Kirovskiy District Court of Ekaterinburg terminated the proceedings concerning the applicant's claim due to the liquidation of the defendant company.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention
26. The applicant complained that the length of the proceedings had been incompatible with the «reasonable time» requirement provided in Article 6 § 1 of the Convention, which reads as follows:
« In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a... hearing within a reasonable time by [a]... tribunal...»
27. The period to be taken into consideration began only on 5 May 1998, when the Convention came into force in respect of Russia. However, in assessing the reasonableness of the time that elapsed after that date, account must be taken of the state of the proceedings in May 1998.
The period in question ended on 22 April 2004. It thus lasted 5 years, 11 months and 17 days. The overall length of the proceedings, including the period before 5 May 1998, is 6 years, 10 month and 26 days.
A. Admissibility
28. The Government submitted that the applicant was no longer a victim since the domestic courts had granted his claim.
29. The applicant contested the Government's statement. He maintained, inter alia, that the domestic courts had not granted his claim for the payment of his salary.
30. However, even assuming that the partial granting of the applicant's claim may be regarded as a favourable outcome of the proceedings, the Court notes that such an outcome was not directly connected with the length of the proceedings and cannot therefore be considered, either directly or by implication, as a recognition of a violation of Article 6 or as reparation for the damage allegedly caused to the applicant by the length of the proceedings (see, mutatis mutandis, Byrn v. Denmark, No. 13156/87, Commission decision of 1 July 1992, Decisions and Reports (DR) 74, p. 5). Accordingly, the Government's objection should be dismissed.
31. The Court notes that the application is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
32. The Government submitted that the delays in the proceedings were caused by the defendant and by the applicant himself who, despite having been summoned by the courts, had failed to appear at the hearings on a number of occasions. Furthermore, the delays were due to the fact that the applicant had altered his claim several times and had requested the court to obtain additional evidence. The Government concluded that the State could not be held responsible for the lengthy consideration of the applicant's claim.
33. The applicant maintained that the Government's allegations as regards his failure to appear at the hearing despite the summons were unsubstantiated. He claimed that he did not appear at the hearings only because he had never been notified of them in due time and that the Government had failed to produce any evidence of such notification. He further submitted that a hearing was postponed due to his request to obtain additional evidence only once, on 23 August 1999, for three days. In his view, taking into account the overall length of the proceedings, such a delay should not even be taken into consideration. The applicant contended that the length of the proceedings was «unreasonable».
34. The Court reiterates that the reasonableness of the length of proceedings must be assessed in the light of the circumstances of the case and with reference to the following criteria: the complexity of the case, the conduct of the applicant and the relevant authorities and what was at stake for the applicant in the dispute (see, among many other authorities, Frydlender v. France [GC], No. 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).
35. The Court considers that the case was not particularly difficult to determine. Consequently, it takes the view that an overall period of over six years could not, in itself, be deemed to satisfy the «reasonable time» requirement in Article 6 § 1 of the Convention.
36. The Court notes that the parties disagreed on certain factual matters concerning the applicant's notification of the hearings. However, the Court does not find it necessary to decide on this matter because of the following considerations. The Court notes that between 5 May 1998 and 22 April 2004 the case was postponed a number of times at the parties' requests or because of their failure to appear at the hearing. The aggregated length of such delays is approximately one year and nine months. The Court further notes that a period of three years and two months falling within its competence ratione temporis remains to be accounted for. Within this period the aggregated length of the delays incurred because of the judge's sick leave and participation in unrelated proceedings, including the delay caused by the courts' failure to provide the applicant with a copy of the first instance judgment in due time, is over two years. The Court also notes that on 20 June 2002 the Sverdlovsk Regional Court reversed in part the judgment of the Kirovskiy District Court of 27 March 2002 on appeal and remitted the case for a fresh examination because the first instance court had miscalculated the amount to be paid to the applicant. Moreover, the domestic courts continued the proceedings even after the defendant company had ceased to exist. It follows that the above delays were caused by repeated omissions by the domestic courts. Furthermore, the proceedings were eventually terminated because of the liquidation of the defendant company, and no final judgment on the merits was delivered in respect of the applicant's claim for payment of his salary.
37. The Court recalls that employment disputes generally require particular diligence on the part of the domestic courts (Ruotolo v. Italy, judgment of 27 February 1992, Series A No. 230-D, p. 39, § 17). Having regard to the overall length of the proceedings and taking into account the period preceding the entry into force of the Convention (see Ventura v. Italy, No. 7438/76, Commission decision of 9 March 1978, Decisions and Reports (DR) 12, p. 38), the Court concludes that the applicant's case was not examined within a reasonable time. There has accordingly been a violation of Article 6 § 1 of the Convention.
II. Application of Article 41 of the Convention
38. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
39. The applicant claimed 10,000 euros (EUR) in compensation for non-pecuniary damage.
40. The Government did not express an opinion on the matter.
41. The Court accepts that the applicant suffered distress, anxiety and frustration caused by the unreasonable length of the proceedings. Making its assessment on an equitable basis, the Court awards the applicant EUR 3,000 in compensation for non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable.
B. Costs and expenses
42. The applicant did not make any claims for the costs and expenses incurred before the domestic courts and before the Court.
43. Accordingly, the Court makes no award under this head.
C. Default interest
44. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the application admissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final according to Article 44 § 2 of the Convention, EUR 3,000 (three thousand euros) in compensation for non-pecuniary damage, to be converted into the national currency of the respondent State at the rate applicable at the date of settlement, plus any tax that may be chargeable;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amount at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 23 June 2005, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.