--- title: "Постановление ЕСПЧ от 09.11.2006" number: "65411/01" issuer: "Европейский суд по правам человека" issued_on: 2006-11-09 status: действует canonical: "https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101" --- ## Постановление ЕСПЧ от 09.11.2006 "Дело "Сасилор-Лормин" (Sacilor Lormines) против Франции" (жалоба N 65411/01)
[неофициальный перевод] [<*>](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1#p100008)
**ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА** **ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ** **ДЕЛО "САСИЛОР-ЛОРМИН" (SACILOR LORMINES) ПРОТИВ ФРАНЦИИ"** (Жалоба N 65411/01) ## Статья 1: Компания "Лормин"... должна незамедлительно поручить коллегии, состоящей из трех специалистов, не имеющих отношения к предприятию, состав которой она представляет, при предварительном согласии префектов с одобрения регионального директора по вопросам промышленности, исследований и окружающей среды Лотарингии, следующие задачи: ## ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 9 ноября 2006 года)
--- <*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю. По делу "Сасилор-Лормин" против Франции" Европейский суд по правам человека (Третья секция), заседая Палатой в составе: Б.М. Цупанчича, Председателя Палаты, К. Бырсана, В. Загребельского, А. Гюлумян, Э. Мийера, Давида Тора Бъоргвинссона, судей, М. Лонга, судьи ad hoc, а также при участии В. Берже, Секретаря Секции Суда, заседая за закрытыми дверями 12 мая 2005 г. и 11 июля и 12 октября 2006 г., вынес на последнем заседании следующее Постановление: ### ПРОЦЕДУРА 1. Дело было инициировано жалобой (N 65411/01), поданной 18 октября 2000 г. в Европейский суд по правам человека против Французской Республики горнодобывающей компанией "Сасилор-Лормин" (далее - компания-заявитель) в соответствии со [статьей 34](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-34#p100171) Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. 2. Интересы заявителя в Европейском суде представлял адвокат Шмитт (Schmitt) из г. Страсбурга (Strasbourg). Власти Франции в Европейском суде были представлены Уполномоченным Франции при Европейском суде по правам человека Эдвиж Бельяр (Edwige Belliard), директором Правового департамента Министерства иностранных дел Франции. 3. Компания-заявитель, в частности, жаловалась на несправедливость разбирательства в Государственном Совете Франции (Conseil d'Etat) на том основании, что Государственный Совет не является независимым и беспристрастным судом и что Правительственный комиссар (Commissaire du Gouvernement) участвовал или присутствовал на совещании судей (при закрытых дверях). Она также жаловалась на длительность разбирательства и ссылалась на [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. 4. Жалоба была передана на рассмотрение в Третью секцию Европейского суда ([пункт 1 правила 52](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100453) Регламента Суда). В соответствии с [пунктом 1 правила 26](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100205) Регламента Суда для рассмотрения дела в рамках данной Секции была образована Палата ([пункт 1 статьи 27](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100145) Конвенции). В связи с самоотводом Ж.-П. Косты, судьи, избранного от Франции ([правило 28](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100217) Регламента), власти Франции назначили Марсо Лонга (Marceau Long) для участия в рассмотрении дела в качестве судьи ad hoc. 5. Решением от 12 мая 2005 г. Палата объявила жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу. Решением от 17 ноября 2005 г. она приостановила рассмотрение дела до вынесения [Постановления](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6573101/statya-12) Большой палаты Европейского суда по делу "Мартини против Франции" (Martinie v. France) (жалоба N 58675/00). 6. Компания-заявитель и власти Франции представили дополнительные письменные доводы по существу дела ([пункт 1 правила 59](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100508) Регламента Суда). ### ФАКТЫ #### I. Обстоятельства дела 7. Компанией-заявителем является акционерное общество, находящееся в состоянии добровольной ликвидации в соответствии с Решением общего собрания общества от 3 марта 2000 г., представленная своим ликвидатором Жан-Люком Соважем (Jean-Luc Sauvage), назначенным Постановлением Торгового суда г. Нантерра (Nanterre) от 6 марта 2000 г. ##### A. Предыстория дела 8. Горнодобывающая компания "Сасилор-Лормин", дочерняя компания компании "Юзинор" (Usinor), образована в 1978 году для того, чтобы в соответствии с Указом от 28 марта 1979 г. о преобразовании возобновить концессии и аренду железорудных шахт Сасилор в Лотарингии (Lorraine). 9. Затем компания-заявитель возобновила другие концессии, в частности, концессии горнодобывающей компании "Норд-Эст" (Nord-Est) и ее филиала - компании "Друатомон-Жиромон" (Droitaumont-Giraumont). В итоге она оказалась владельцем 63 железорудных концессий в Лотарингии на дату объявления о прекращении эксплуатации. Снижение выработки железной руды стабильно продолжалось с 1963 года. Компания-заявитель была вынуждена прекратить добычу руды в связи с низкой рентабельностью месторождений железной руды в Лотарингии перед лицом мировой конкуренции. Так, выработка железной руды компанией-заявителем снизилась с 13940000 тонн в 1978 году до 4300000 тонн в 1991 году. В связи с отказом, после медленного спада, от схемы фосфористого литья клиентами заявителя в 1991 году было принято решение прекратить производство. С 30 июня по 31 июля 1992 г. были закрыты несколько разработок. В июле 1993 года компания-заявитель была вынуждена полностью прекратить добычу. Она прошла процедуру приватизации в 1995 и в 1997 году. 10. Имея в перспективе полное прекращение деятельности, компания-заявитель начала процедуры отказа от эксплуатации и прав на концессии, владельцем которых она являлась. Отказ от эксплуатации, который направлен на то, чтобы закрыть или обеспечить старые горнодобывающие объекты, заключается в том, чтобы исполнить постановление ({arrete} [<*>](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1#p100035)) соответствующего территориального префекта, в котором определены работы по отказу, и оканчивается, когда администрация сможет констатировать полную реализацию предписанных мер. Отказ от эксплуатации прекращает действие концессии, избавляет концессионера от применения специальной охраны горнодобывающих предприятий и освобождает его от презумпции ответственности за повреждения, которые произошли на поверхности земли. Во время объявления о прекращении разработок компанией процедуры отказа от эксплуатации и права на концессии предусматривались статьями 83 и 84 Горного кодекса Франции и Указом N 80-330 от 7 мая 1980 г. об охране шахт и карьеров. Закон N 94-588 от 15 июля 1994 г., изменивший некоторые положения Горного кодекса Франции, отменил статьи 83 и 84 и заменил их статьями 79 и 84. Постановление Государственного Совета N 95-696 от 9 мая 1995 г. о начале горных разработок и охране горнодобывающих предприятий было принято для применения этих положений. Наконец, Закон N 99-245 от 30 марта 1999 г. об ответственности за вред, причиненный вследствие эксплуатации горнодобывающего предприятия, и о предотвращении рисков после окончания эксплуатации вновь изменил горное законодательство (см. ниже [§ 29](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1-4#p100145) - [33](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100183)). --- <*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками. 11. В отношении компании-заявителя были приняты многочисленные (примерно более 20) охранные меры, все они были обжалованы в административных судах г. Страсбурга и г. Нанси. В то же время заявитель также подал многочисленные жалобы, направленные на отмену отказов министра, ответственного за горнодобывающую отрасль, согласиться с ее отказом от прав на многие концессии, на то, чтобы министру было предписано удовлетворить указанные отказы, и на то, чтобы был возмещен ущерб, причиненный в связи с этими отказами. ##### B. Межпрефектурные постановления от 26 мая и 18 июля 1997 г., касающиеся мер по охране горнодобывающих предприятий 12. Межпрефектурное постановление (префектуры Лотарингии, департамента ({departement}) Мозель (Moselle) и департамента Мерт-э-Мозель (Meurthe-et-Moselle)) от 26 мая 1997 г., касающееся мер по охране горнодобывающих предприятий, предписывало компании-заявителю следующее: "Принимая во внимание Закон N 87.565 от 22 июля 1987 г., внесший изменения в организацию мер обеспечения в случае чрезвычайных обстоятельств, защиты лесов и предотвращения больших рисков; Принимая во внимание Указ N 95.696 от 9 мая 1995 г. о начале разработок шахт и охране горнодобывающих предприятий, в частности, статьи 34 и 49; Принимая во внимание Межпрефектурное постановление от 25 марта 1997 г., вынесенное префектами департаментов Мозель, Мерт-э-Мозель и Мез (Meuse), касающееся создания "Междепартаментской постоянной конференции по вопросу последствий прекращения горнодобывающей деятельности", состоящей из представителя административного органа и представителя Научного совета; Принимая во внимание обвалы шахт, произошедшие в районе города Куанвилль ({Cite} de Coinville) 14 октября 1996 г., улицы Метц (rue de Metz) 18 ноября 1996 г. в департаменте Обу (Auboue) и "Мутье-О" (Moutiers-Haut) 15 мая 1997 г. в департаменте Мутье; Принимая во внимание повторение этих обвалов и их последствия для жилых зон; Принимая во внимание, что обвалы шахт угрожают интересам, защищаемым статьей 79 Горного кодекса, в частности надежности государственных и частных строений, охране средств коммуникации и безопасности населения; Принимая во внимание вопросы о причине этих обвалов и эффекты затопления, учитывая, в частности, что было установлено, что во время последних обвалов затопление нарушило нижележащие зоны эксплуатации в течение предыдущих трех месяцев; Следовательно, принимая во внимание, что следует приоритетным образом обеспечить контроль за условиями, при которых происходит затопление; ... что соответствующие коммуны, среди которых департамент Обу, Брие (Briey), Омкур (Homecourt), Жоеф-э-Мутье (Joeuf et Moutiers) (департамент Мерт-э-Мозель) (Meurthe-et-Moselle), Муайевр-Петит (Moyeuvre-Petite), Муайевр-Гранд (Moyeuvre-Grande), Ронкур (Roncourt), Сент-Мари-о-Шен ({Sainte-Marie-aux-Chenes}) и Сен-Прива-ла-Монтань (Saint Privat-la-Montagne) (департамент Мозель); Принимая во внимание, что установление порядка контроля, способного выявить возможные появления движений почвы на поверхности земли, оценить их и, в случае необходимости, следить за их развитием, чтобы можно было составить предварительный перечень в порядке первоочередности зон риска; Принимая во внимание срочность; На предложение М. регионального директора по вопросам промышленности, исследований и окружающей среды Лотарингии; Постановляют: ### Статья 1: Компания "Лормин"... должна незамедлительно поручить коллегии, состоящей из трех специалистов, не имеющих отношения к предприятию, состав которой она представляет, при предварительном согласии префектов с одобрения регионального директора по вопросам промышленности, исследований и окружающей среды Лотарингии, следующие задачи: - рассмотреть стены горных сооружений, определенные в предпоследнем рассмотрении, расположенных между NGF 115 и 172 коммун Обу, Брие, Омкур, Жоеф-э-Мутье (департамент Мерт-э-Мозель), Муайевр-Петит, Муайевр-Гранд, Ронкур, Сент-Мари-о-Шен и Сен-Прива-ла-Монтань (департамент Мозель); - классифицировать стены горных сооружений, а также составить перечень в отношении наличия усугубляющего фактора нарушения равновесия, с одной стороны, уязвимости, связанной с типом указанных областей распространения - с другой. Компания "Лормин" предоставляет в распоряжение специалистов все имеющиеся у нее документы и архивы технического порядка, касающиеся соответствующих работ по эксплуатации. Компания должна передать префекту в десятидневный срок, начиная с уведомления о настоящем Постановлении, отчет, составленный этими специалистами в соответствии с их задачей. ## Статья 2: Компания "Лормин"... принимает любые положения для того, чтобы привлечь на постоянной основе адаптированную и надлежащим образом рассчитанную сеть геодезистов для того, чтобы иметь возможность осуществлять, по требованию префектов, меры по контролю и наблюдению, требуемые ситуацией". ### Статья 2: Компания "Лормин"... принимает любые положения для того, чтобы привлечь на постоянной основе адаптированную и надлежащим образом рассчитанную сеть геодезистов для того, чтобы иметь возможность осуществлять, по требованию префектов, меры по контролю и наблюдению, требуемые ситуацией". Вместе с тем Постановлением от 18 июля 1997 г. префекты департаментов Мозель и Мерт-э-Мозель предписали компании-заявителю следующее: "Принимая во внимание Горный кодекс, в частности статьи 77 и 79; /.../ Принимая во внимание Межпрефектурное постановление от 26 мая 1997 г., связанное с Межпрефектурным постановлением от 11 июня 1997 г. префектов департаментов Мозель и Мерт-э-Мозель, предписывающее компании "Лормин"... поручить коллегии, состоящей из трех специалистов, не имеющих отношения к предприятию, задачу рассмотреть стены горных сооружений коммун Обу, Брие, Омкур, Жоеф-э-Мутье (департамент Мерт-э-Мозель), Муайевр-Петит, Муайевр-Гранд, Ронкур, Сент-Мари-о-Шен и Сен-Прива-ла-Монтань (департамент Мозель) и классифицировать стены горных сооружений, а также составить перечень в отношении наличия усугубляющего фактора нарушения равновесия, с одной стороны, уязвимости, связанной с типом указанных областей распространения - с другой; Принимая во внимание срочность; Принимая во внимание отчет экспертов, уполномоченных компанией "Сасилор-Лормин" в соответствии с вышеуказанным Постановлением префектов; Принимая во внимание, что при настоящем уровне осведомленности появление трещин на зданиях может предвещать обвал; На предложение М. регионального директора по вопросам промышленности, исследований и окружающей среды Лотарингии; Постановляют: ## Статья 1 ### Статья 1 Компания "Лормин"... принимает любые положения для того, чтобы привлечь на постоянной основе адаптированную и надлежащим образом рассчитанную сеть компетентных специалистов в области строительства для того, чтобы иметь возможность осуществлять, в кратчайшие сроки по требованию префектов, анализ трещин зданий внутри "желтых", "оранжевых" и "красных" зон, под строящимися стенами зданий, включенных в периметр концессий железорудных шахт, владельцем которых является компания "Лормин"... в коммунах Обу, Брие, Омкур, Жоеф-э-Мутье (департамент Мерт-э-Мозель), Муайевр-Петит, Муайевр-Гранд, Ронкур, Сент-Мари-о-Шен и Сен-Прива-ла-Монтань (департамент Мозель); Принимая во внимание, что анализы, проведенные этими экспертами, будут переданы в письменном виде соответствующим префектам в сроки и в форме, соответствующие установленной процедуре чрезвычайного положения, если она оказывается необходимой, и в течение 48 часов в других случаях. /.../". 13. Письмами от 2 июля и 17 сентября 1997 г. компания-заявитель обратилась к министру экономики, финансов и промышленности с жалобой, подаваемой в порядке подчиненности, с целью, с одной стороны, потребовать отмены Постановлений от 26 мая и 18 июля 1997 г., и с другой стороны, возмещения сумм, потраченных в соответствии с предписаниями, сделанными в этих Постановлениях. Она настаивала на том, что Постановление не учитывает тот факт, что компания-заявитель больше не использует рассматриваемые шахты и что предприятия, указанные в Постановлении, находятся в процессе отказа от эксплуатации и права на концессии. 14. 29 сентября 1997 г. в ответ на обращение министра промышленности департамента общественных работ Государственного Совета под председательством Ле Верта (Le Vert), судья-докладчик М. де ля Верпилльер (M. de la {Verpilliere}), вынесла заключение относительно "работ по охране и восстановлению предприятия после отказа от эксплуатации шахт - Право органа государственного управления в отношении предпринимателя - применение Закона от 15 июля 1994 г.". В заседании департамента принимали участие Гальмо (Galmot), Ружевен-Бавилль (Rougevin-Baville), Шерами (Cheramy), Жервиль-Реаш (Gerville-Reache), Негрие (Negrier), Ле Пор (Le Pors), Земор (Zemor), Стирн (Stirn), Фроман-Мерис (Froment-Meurice) и Гийом (Guillaume), члены Государственного Совета, и Асен (Hacene), Обер (Aubert), Гране (Granet), Дорен (Dorin), члены департамента по чрезвычайным ситуациям Государственного Совета, Доссен (Daussun), Ольсон (Olson) и де л'Эрмит (de l'Hermite), докладчики в Государственном Совете, Шоплен (Choplin), Дакоста (Dacosta) и Давид (David), сменные начальники управления кадров. Это заключение было опубликовано в ежегодном отчете Государственного Совета за 1998 год и содержало следующее: "Государственный Совет (департамент общественных работ), рассмотрел следующие вопросы, поставленные министром промышленности: 1. Затрагивает ли безотлагательное применение новой статьи 84 Горного кодекса права, полученные владельцами горных концессий, если они касаются разработок, начатых до принятия этого закона? Нужно или можно ли ограничить предписания охранных мер, которые могут быть им назначены, в связи с тем, что цели, которые в дальнейшем определены как охрана горнодобывающих предприятий, не были явно предусмотрены во время начала эксплуатации? 2. Должен ли принцип соразмерности действий по административной охране рассматриваться как предписывающий префекту учитывать человеческий фактор, финансовые или технические средства, которыми располагает владелец, в случае если ему предписываются особые меры? В какой степени, в случае невозможности для владельца применить предписания префекта, обязательства, возложенные таким образом, перелагаются на государство, которое должно их исполнить и профинансировать? 3. Может ли возможное расширение, вызванное использованием срока мер в месте проведения работ в статье 84 Горного кодекса, привести к тому, чтобы возложить, кроме обязательств, результат которых является достижимым в сроки, соответствующие необходимости завершить специальную охрану горнодобывающих предприятий, другие обязательства, например, откачка воды, реализация которых является долговременной, или предусмотреть длительность выполнения которых является сложным? Существует ли в этом последнем случае противоречие со статьей 46 и частью 2 статьи 49 Указа от 9 мая 1995 г., которые, как представляется, ограничивают, по крайней мере имплицитно и для нормально работающих горнодобывающих предприятий, осуществление охраны сроками действия концессии горнодобывающих предприятий? Должен ли в то же время префект ограничиваться материальными мерами или он может возложить финансовые меры, такие, как освобождающие от обязательств назначение отчислений, на орган? 4. Предусматривается ли организация передачи третьим лицам обязательств горнодобывающих предприятий (компании, объединения государственных образований и т.д.) части обязательств (например, касающихся откачки воды, технического обслуживания оборудования), налагаемых в качестве охраны горнодобывающих предприятий? Может ли данный акт быть принят в случае, если префект установил, что владелец внедрил структуру, позволяющую взять ответственность за исполнение этих обязательств: или, напротив, может ли он быть принят только после установления, что предписанные меры были эффективно реализованы или будут реализованы в срок? 5. В отношении положений общественного порядка может ли суд, и в соответствии с какими критериями, полагать, что статья 17 Закона от 15 июля 1994 г. имеет непосредственное влияние на действующие контракты? Предусматривается ли в случае необходимости с точки зрения [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-2011-333/statya-1) принятие положения законодательства, предоставляющего обратное действие упомянутой статьи 17? 6. В соответствии с какими критериями суд может отклонить применение пункта об отсутствии ответственности владельца горнодобывающих предприятий в связи с вредом, причиненным его горнопромышленной деятельностью в случае перехода собственности? В частности, может ли суд признать недействительность такого пункта, если установлен предвидимый или неизбежный характер ущерба? Следует ли в этом случае представлять доказательство того, что владелец знал о риске, или было ли достаточно существования риска для того, чтобы считать, что владелец должен был о нем знать? В то же время может ли при толковании судом правомерности применения такого пункта быть учтена серьезность ущерба? Государственный Совет полагает ответить на поставленные вопросы следующим образом: 1. Относительно процедуры отказа от разработок горнодобывающих предприятий (статья 84 Горного кодекса): a) Новая правовая норма не применяется в правовых положениях, которые на момент ее вступления не подлежали пересмотру. В связи с тем, что отказ от разработок горнодобывающих предприятий, начатых до вступления в силу Закона от 15 июля 1994 г., не регулируется новой статьей 84 Горного кодекса, исходя из этого Закона, обоснованность работ по сохранению и восстановлению предприятия было окончательно установлена в соответствии с бывшей статьей 83 Горного кодекса и статьями 22 - 29 Указа N 80-330 от 7 мая 1980 г. принятием заявления об уступке имущества или отказом владельца или вынесением постановления префекта, предписывающего проведение работ. В противном случае применяется новая статья 84, несмотря на отказ от разработок горнодобывающих предприятий, которые были начаты после 15 июля 1994 г. b) Принцип "соразмерности актов административной охраны" предполагает, что администрация предписывает владельцу исполнение только необходимых мер для того, чтобы достичь целей и предохранить интересы, перечисленные и упомянутые в статьях 79 и 84 Горного кодекса. При оценке того, что является необходимым, органы власти не связаны гуманитарными, финансовыми или техническими возможностями владельца. c) Органы власти должны сделать так, чтобы предписания, данные ими в соответствии с упомянутыми положениями, соблюдались. В случае неспособности владельца по какой бы то ни было причине выполнить их органы власти должны воспользоваться правом на подмену, которое предоставлено в пунктах 8 и 9 статьи 84. В случае неисполнения государство может взять на себя ответственность полностью или частично. d) Из совокупности положений статьи 84 Горного кодекса следует, что без согласия владельца органы власти не могут предписать меры, срок реализации которых не установлен. Исполнение этих мер не может продлеваться после истечения срока действия концессии, за исключением случаев, предусмотренных в статье 48 Указа от 9 мая 1995 г. e) Для получения акта владелец должен сам исполнить предписанные меры, и он не может осуществить передачу своих обязательств третьим лицам, даже при дотации необходимых финансовых средств. 2. О сроке действия условий освобождения от ответственности владельца горнодобывающих предприятий или исследователя в договорах о передаче права собственности (статья 17 Закона от 15 июля 1994 г.): a) При условии независимой оценки компетентными судами представляется, что статья 17 Закона от 15 июля 1994 г., которая признает недействительным публичный порядок в договорах о передаче права собственности, которые заключают владельцы с местными административно-территориальными образованиями или физическими лицами, не занимающимися горнодобывающей деятельностью, любое условие, освобождающее владельца от ответственности за ущерб, связанный с горнодобывающей деятельностью, не применяется в договорах, заключенных до вступления в силу упомянутого Закона. Действительно, без обратного действия, конкретно предусмотренного в законодательстве, новый закон не применяется в условиях договора, окончательно заключенного до его вступления в силу. b) За исключением санкций принцип отсутствия обратной силы законов не признается законодателем. Таким образом, может быть принято решение предоставить обратную силу статье 17 Закона от 15 июля 1994 г. c) Невозможно дать общий ответ на вопрос о том, может ли суд отклонить применение пункта об освобождении от ответственности продавца. Судам надлежит давать в каждом случае оценку срока действия таких пунктов с учетом статьи 1643 Гражданского кодекса". 15. 31 декабря 1997 г. и 17 марта 1998 г. компания-заявитель обратилась в Государственный Совет с заявлением об отмене упомянутых Постановлений и Имплицитных решений от 3 ноября 1997 г. и 18 января 1998 г. как принятых ultra vires, которыми министр отказал в отзыве этих Постановлений. Компания-заявитель потребовала возмещения расходов, которые она понесла в связи с их применениями. В частности, она настаивала на том, что органам власти надлежит поддерживать задачи, стоящие в области наблюдения и контроля за предписаниями, которые она сама возложила на владельца в связи с закрытием горнодобывающих предприятий. Вместе с тем она утверждала, что не использовала рассматриваемые горнодобывающие предприятия с 1993 года и, придерживаясь предписаний префектуры относительно условий отказа от разработок горнодобывающих предприятий, она была освобождена от своих концессионных обязательств. В связи с этим она напомнила, что в отношении двух концессий отказ был удовлетворен (коммуны Валлеруа (Valleroy) и Мутье (Moutiers)), тогда как в отношении других они явились объектом эффективного отказа после реализации работ, предписанных префектурой в 1995 и 1996 году, или в отношении них продолжалась процедура отказа. Наконец, компания-заявитель сочла, что бывшие концессии являлись объектом заявления об отказе и ходатайств об отказе от прав на концессии, поданных в префектуру до вступления в силу Закона от 15 июля 1994 г. (см. ниже [§ 31](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1-4#p100156)), изменившего некоторые положения Горного кодекса, и что, следовательно, они могли подчиняться только в рамках законодательных и исполнительных актов, которые существовали до вступления в силу этого Закона (см. бывшие статьи 83 и 84 Горного кодекса Франции, ниже [§ 29](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1-4#p100145)). 16. 21 марта 2000 г. председатель отдела по разрешению споров Государственного Совета направил письмо директору правового департамента соответствующего министерства, в котором он выразил сожаление в связи с нарушением функций своих служб при расследовании спорных вопросов, включенных в список дел, подлежащих рассмотрению Государственным Советом по состоянию на 20 марта 2000 г., которые должны были быть исключены в самую последнюю минуту в связи с запоздалым представлением с их стороны. Он указал следующее: "В отношении дела N 192947, оно было Вам передано 9 марта 1998 г. В связи с отсутствием ответа с Вашей стороны Вам было вновь предложено представить замечания 16 июля, 27 августа и 29 сентября 1998 г. и 8 апреля 1999 г. Поскольку необходимо, чтобы дело было рассмотрено, даже если орган власти оставляет запрос без ответа, дело было передано докладчику, изучившему его в формате расследования, передано Правительственному комиссару и включено в перечень дел, подлежащих рассмотрению 20 марта 2000 г., уведомление о заседании было передано 13 марта 2000 г. Только после этого уведомления о заседании Вы представили замечания, которые были получены Государственным Советом 18 марта 2000 г. по факсу. Принцип состязательного разбирательства требует, чтобы Ваши замечания были переданы компании-заявителю, таким образом, исключение дела из списка явилось неизбежным. За исключением нескольких нюансов, такая же ситуация сложилась с делом N 194925. Такое положение является недопустимым. В целях наилучшего рассмотрения дел суд устанавливает сторонам сроки. В случае необходимости, если требуется, может быть предоставлено дополнительное время. Однако в данном случае Вы представили свои замечания только по прошествии двух лет, несмотря на многочисленные напоминания, и сделали это после включения жалобы в список дел, подлежащих рассмотрению Государственным Советом, перед лицом свершившегося факта и заставили исключить дело из списка. Премьер-министр принял в 1998 году положения, способные обеспечить при наиболее благоприятных условиях защиту государства и надлежащий ход судебных разбирательств. Прискорбно, что в данном случае его указания были прямо нарушены". 17. В Постановлении от 19 мая 2000 г. (N 192947, 194925), которое было разослано сторонам 20 июня 2000 г., Государственный Совет, объединив рассмотрение двух жалоб, высказался следующим образом: "... Принимая во внимание, что в соответствии с частью 1 статьи 34... Указа [от 9 мая 1995 г. о начале горных разработок и охране горнодобывающих предприятий]: "Префект выносит постановление об охранных мерах, применяемых на горнодобывающих предприятиях. За исключением срочных случаев или случаев непосредственно угрожающей опасности вначале он предлагает владельцу представить свои замечания в установленный срок"; что, учитывая серьезную опасность положения, созданного в связи с обвалами, которые произошли 14 октября 1996 г., 18 ноября 1996 г. и 15 марта 1997 г. на одной линии различных горных предприятий, которые эксплуатировались горнодобывающей компанией "Сасилор-Лормин", и принимая во внимание заключения, представленные 20 мая 1997 г. научным советом, созданным в этой связи 25 марта 1997 г., префекты департаментов Мозель и Мерт-э-Мозель смогли на законных основаниях вынести 26 мая 1997 г. срочное постановление, предписывающее компании-заявителю поручить коллегии экспертов анализ нескольких горных предприятий и изучить риски и мобилизовать на постоянной основе сеть геодезистов для того, чтобы иметь возможность осуществить требуемые контрольные меры; что они смогли также, с учетом срочности, не проводя консультаций с владельцем и после того, как изучили заключение экспертов, назначенных в соответствии с Постановлением от 26 мая 1997 г., Постановлением от 18 июля 1997 г. обязать компанию мобилизовать на постоянной основе сеть компетентных специалистов в области строительства; что, следовательно, способы, вытекающие из того, что эти постановления были приняты в соответствии с неправомерной процедурой в нарушение положений статьи 34 Указа от 9 мая 1995 г., не могут быть приняты; Принимая во внимание, что в соответствии со статьей 79 Горного кодекса в редакции Закона от 15 июля 1994 г.: "при проведении поисково-разведывательных работ или эксплуатации горнодобывающих предприятий должны соблюдаться ограничения и обязательства, относящиеся к... общественной безопасности и благоприятным для здоровья условиям... надежности государственных и частных сооружений... В случае, если интересам, указанным в предыдущем пункте, угрожают эти работы, административные органы могут предписать исследователю или разработчику горнодобывающих предприятий любые меры, предназначенные для того, чтобы обеспечить защиту этих интересов в определенный срок"; что в соответствии с последним пунктом статьи 84 Горного кодекса, устанавливающим нормы, применимые к прекращению работ на горнодобывающих предприятиях: "В случае, если меры, предусмотренные в настоящей статье или предписанные административным органом в соответствии с настоящей статьей, были реализованы, административный орган подтверждает это исследователю или разработчику..."; что в соответствии со статьей 49 Указа от 9 мая 1995 г.: "административный надзор и охрана горнодобывающих предприятий прекращается в день, когда это подтверждено предпринимателю, который осуществлял работы... Тем не менее, префект имеет право... принимать... любые меры, которые являются необходимыми при авариях и происшествиях, произошедших в связи с проведенными работами на шахтах, когда такие события могут нарушить интересы, защищаемые статьей 7 Горного кодекса, в пределах срока действия горнодобывающих концессий"; Принимая во внимание, с одной стороны, что вопреки утверждениям, Закон от 15 июля 1994 г. вступил в силу со дня его опубликования; что, следовательно, и несмотря на то обстоятельство, что заявление об отказе от работ было подано до вступления в силу этого Закона, префекты департаментов Мозель и Мерт-э-Мозель применили его на законном основании; Принимая во внимание, с другой стороны, что из совокупности упомянутых положений следует, что то обстоятельство, что владелец должен исполнить работы, предписанные административным органом в связи с отказом от эксплуатации горнодобывающих предприятий, не является достаточным для того, чтобы освободить его от ответственности, как поскольку не было засвидетельствовано такое исполнение и в связи с авариями или происшествиями, подвергающими опасности защиту интересов, предусмотренных в статье 79 Горного кодекса, так и поскольку концессионер остается владельцем горнодобывающего предприятия; что из материалов дела следует, что при изъятии концессий Валлеруа (Valleroy) и Мутье (Moutiers) префекты департаментов Мозель и Мерт-э-Мозель не засвидетельствовали исполнение работ на горнодобывающих предприятиях, от которых отказалась [компания-заявитель], не приняли предложений по отказу от соответствующих концессий; что, следовательно, префекты... обоснованно могли, исключая части коммун, расположенных на одной линии с концессиями Валлеруа и Мутье, возложить на владельца ответственность за меры, необходимые для того, чтобы предотвратить повторный обвал земли; Принимая во внимание, что в соответствии с положениями статей 79 и 84 Горного кодекса административные органы могут предписать владельцу любые меры, предназначенные для того, чтобы обеспечить защиту общественной безопасности и условий, благоприятных для здоровья и надежности зданий, предусмотренную статьей 79 этого Кодекса; что эти меры могут заключаться как в назначении исследований с целью проанализировать и систематизировать риски аварий, так и в работах, предназначенных для их предупреждения или прекращения; Принимает решение: ## Статья 1: Имплицитные решения от 3 ноября 1997 г. и 18 января 1998 г. министра экономики, финансов и промышленности и Постановления от 26 мая и 18 июля 1997 г. отменяются, поскольку они возлагают [на заявителя] меры по предупреждению, наблюдению и контролю за частями коммун, расположенных на одном уровне с концессиями Валлеруа и Мутье, которые явились объектом отказов, принятых администрацией; ### Статья 1: Имплицитные решения от 3 ноября 1997 г. и 18 января 1998 г. министра экономики, финансов и промышленности и Постановления от 26 мая и 18 июля 1997 г. отменяются, поскольку они возлагают [на заявителя] меры по предупреждению, наблюдению и контролю за частями коммун, расположенных на одном уровне с концессиями Валлеруа и Мутье, которые явились объектом отказов, принятых администрацией; Статья 2: Государство возмещает горной компании "Сасилор-Лормин" с надлежащими процентами суммы, касающиеся земель, в отношении которых решения министра были отменены настоящим решением; ## Статья 3: Государство должно выплатить горной компании "Сасилор-Лормин" сумму в размере 20000 франков в соответствии со статьей 75-I Закона от 10 июля 1991 г. ### Статья 3: Государство должно выплатить горной компании "Сасилор-Лормин" сумму в размере 20000 франков в соответствии со статьей 75-I Закона от 10 июля 1991 г. /.../ Решение принято 26 апреля 2000 г. на заседании в составе: Обена, заместителя председателя секции по рассмотрению споров, председатель; Моро, Дюран-Вьеля, председателя подсекции; Дюлонга, Пешера, Левиса, государственных советников (членов Государственного Совета) и Бонна, докладчика-аудитора". 18. Указом от 26 мая 2000 г. Президент Республики назначил государственного советника Пешера, присутствовавшего на заседании 26 апреля 2000 г. генеральным секретарем Министерства экономики, финансов и промышленности Франции. 19. 17 января 2001 г. компания-заявитель обратилась в административный суд г. Парижа с целью отмены имплицитного решения об отказе, явившегося результатом отсутствия ответа со стороны министра экономики на ее требование о выплате 20000 франков во исполнение пункта 3 Постановления Государственного Совета от 19 мая 2000 г. Постановлением от 28 февраля 2001 г. председатель суда передал жалобу в Государственный Совет. 20. В то же время компания-заявитель обратилась в Государственный Совет с требованием присудить государству выплатить неустойку в размере 2000 франков в день с целью обеспечить исполнение Решения от 19 мая 2000 г. в целом. 21. Постановлением от 5 апреля 2002 г. (N 229499 и 231060), уведомление о котором было сделано 23 мая 2002 г., Государственный Совет счел, что оспариваемое исполнение не является полным: "Принимая во внимание, что 23 июля 2001 г. министр экономики, финансов и промышленности предписал выплату суммы в размере 71745,60 франков в качестве возмещения расходов, связанных с предприятиями, в отношении которых решения министра были отменены Решением от 19 мая 2000 г.; что из расчетной карточки, представленной администрацией, следует, что эта сумма состоит из 66000 франков в качестве основного возмещения, размер которого не оспаривается, и процентов, составляющих 5745,60 франков; что в отношении начисления процентов... точкой отсчета должно быть установлено не 19 мая 2000 г., день, когда было оглашено решение о присуждении, а день, когда компания-заявитель действительно оплатила счет от 31 октября 1997 г. Национального института условий производства и рисков; что в этой мере компания-заявитель имеет основания утверждать, что Решение от 19 мая 2000 г. не было исполнено полностью. Принимая во внимание, что с учетом обстоятельств дела следует предписать государству принять в двухмесячный срок, начиная с момента уведомления настоящего Решения в отношении точки отсчета выплаты узаконенных процентов, меры, способные обеспечить полное исполнение пункта 2 Постановления от 19 мая 2000 г., и установить выплату неустойки в размере 10 евро в день, по истечении этого срока, если это обязательство не будет исполнено; /.../ Решение принято 15 марта 2002 г. на заседании в составе: Лабетулля (Labetoulle), председателя секции по рассмотрению споров, председателя; Дюран-Вьеля (Durand-Viel), Бонишо (Bonichot), председателей подсекции; Дюлонга (Dulong), Осса (Hoss), Левиса, де Фромана (de Froment), государственных советников (членов Государственного Совета); Тьеллая (Thiellay), докладчика в Государственном Совете и Вьялетт (Vialettes), младший служащий-докладчик". 22. В развитие указанных выше Постановлений от 26 мая и 18 июля 1997 г. и других Постановлений от 12 августа 1997 г., предусматривающих задачу исследовать части зданий горнодобывающих предприятий в нескольких коммунах, не явившихся объектом экспертизы, предусмотренной Межпрефектурным постановлением от 26 мая 1997 г., и классифицировать части зданий горнодобывающих предприятий, а также составить опись в отношении наличия усугубляющих факторов, нарушения равновесия, с одной стороны, и уязвимости, связанной с типом указанных областей распространения - с другой, префекты департаментов Мозель и Мерт-э-Мозель и Мез приняли Постановление от 24 июля 1998 г., предписывающее следующее: "/.../ ## Статья 1 ##### C. Межпрефектурное постановление от 24 июля 1998 г. ### Статья 1 Компания "Лормин"... должна принять все необходимые меры для того, чтобы провести в кратчайшие сроки и по требованию соответствующего территориального префекта анализ трещины зданий или объектов инфраструктуры, размещенных внутри "желтых, оранжевых и красных" зон, объявленных как подпадающие под действие значительных движений земли в картографии амплитуд возможных обвалов, медленно распространяемых и локализованных внутри горнодобывающих концессий, относящихся к частям департаментов Мозель, Мерт-э-Мозель и Мез, владельцем которых является компания "Лормин". Заключение должно быть передано в письменном виде соответствующим префектам в сроки и форме, соответствующие установленной процедуре чрезвычайного положения, если она оказывается необходимой, и в течение 48 часов в других случаях. /.../". 23. Компания-заявитель не смогла исполнить это Постановление (за исключением исполнения в коммуне Муайевр-Гранд, оно явилось объектом автоматического исполнения государством за счет заявителя. В качестве автоматического исполнения компания-заявитель ссылалась на сумму в размере 18572 франков в качестве налогового сбора от 7 февраля 2000 г., который она обжаловала в административном суде г. Страсбурга. 24. 17 сентября 1998 г. компания-заявитель обратилась в Государственный Совет с жалобой, направленной на отмену в связи с превышением власти Межпрефектурного постановления от 24 июля 1998 г., и потребовала приостановки исполнения этого Постановления. 25. 23 марта 1999 г. она обратилась в высший судебный орган с целью отмены имплицитного решения об отказе, явившегося следствием отсутствия ответа министра на его требование, направленное на отмену Межпрефектурного постановления от 24 июля 1998 г. и присуждение государству выплатить 450455 франков в качестве возмещения расходов, связанных с применением оспариваемого Постановления. 26. В своих требованиях от 21 февраля 2001 г. компания-заявитель настаивала на передаче до начала заседания заключений, вынесенных административными подразделениями Государственного Совета в горнодобывающей области за последние годы, и выводов Правительственного комиссара. 27. 25 апреля 2001 г. компания-заявитель объявила об отказе от своих требований об отводе, с одной стороны, Правительственного комиссара, с другой стороны, подсекции Государственного Совета, в которую были переданы материалы дела. 28. Постановлением от 5 апреля 2002 г. (N 199686 и 205909) Государственный Совет (заседая в таком же составе, что и при принятии упомянутого Постановления от 5 апреля 2002 г. N 229499 и 231060), после объединения производства по обеим жалобам, отклонил требования заявителя: "/.../ О требованиях горной компании "Сасилор-Лормин" в отношении передачи различных документов: Принимая во внимание, с одной стороны, что выводы Правительственного комиссара не были предварительно переданы сторонам; что, с другой стороны, компания-заявитель в любом случае не имеет оснований требовать в рамках своих требований, направленных на Межпрефектурное постановление от 24 июля 1998 г., передачи заключения, вынесенного административными подразделениями Государственного Совета, касающегося проектов закона или указа; О требованиях, направленных на отмену Межпрефектурного постановления от 24 июля 1998 г. в отношении мер по охране горнодобывающих предприятий и имплицитного решения об отказе министра экономики, финансов и промышленности на жалобу, поданную в порядке подчиненности на это Постановление: /.../ В-пятых, принимая во внимание, что в соответствии со статьей 79 Горного кодекса в редакции Закона от 15 июля 1994 г.: "при проведении поисково-разведывательных работ или эксплуатации шахты должны соблюдаться ограничения и обязательства, относящиеся к... общественной безопасности и благоприятным для здоровья условиям, ... надежности государственных и частных сооружений... В случае, если эти работы угрожают интересам, указанным в предыдущем пункте, административные органы могут предписать исследователю или разработчику шахт любые меры, предназначенные для того, чтобы обеспечить защиту этих интересов в определенный срок"; что в соответствии с последним пунктом статьи 84 Горного кодекса, устанавливающим нормы, применимые к прекращению работ на горнодобывающих предприятиях: "В случае, если меры, предусмотренные в настоящей статье, или предписанные административным органом в соответствии с настоящей статьей, были реализованы, административный орган подтверждает это исследователю или разработчику..."; что в соответствии со статьей 49 Указа от 9 мая 1995 г.: "Административный надзор и охрана горнодобывающих предприятий прекращается в день, когда это подтверждено предпринимателю, который осуществлял работы... Тем не менее, префект имеет право... принимать... любые меры, которые являются необходимыми при авариях и происшествиях, произошедших в связи с проведенными работами на шахтах, когда такие события могут нарушить интересы, защищаемые статьей 7 Горного кодекса, в пределах срока действия горнодобывающей концессии"; что в соответствии со статьей 119-4 Горного кодекса: "полные или частичные отказы от прав проведения поисково-разведывательных работ или эксплуатации шахт или карьеров становятся окончательными только после согласий министра, ответственного за горно-металлургический комплекс"; что в соответствии со статьей 34 Указа от 19 апреля 1995 г.: "Заявление об отказе от горнодобывающей деятельности направляется министру, ответственному за горно-металлургический комплекс... Согласие с отказом оформляется постановлением министра, ответственного за горно-металлургический комплекс"; Принимая во внимание, с одной стороны, что вопреки утверждениям, Закон от 15 июля 1994 г. вступил в силу с момента опубликования и должен был применяться ко всем горно-металлургическим концессиям, действующим до этой даты; что, следовательно, и, несмотря на то обстоятельство, что заявления об отказе от работ и отказе от концессий должны быть представлены до вступления в силу этого Закона, префекты департаментов Мозель, Мез и Мерт-э-Мозель применили его на законном основании; что компания-заявитель в любом случае не должна использовать в свою пользу средство, направленное на нарушение принципов доверия к закону и правовой обеспеченности в связи с тем, что обжалуемое Постановление не было принято для претворения в жизнь правовых норм сообщества; Принимая во внимание, с другой стороны, что из совокупности упомянутых положений следует, что тот факт, что владелец должен выполнить работы, предписанные административным органом в связи с отказом от эксплуатации горнодобывающих предприятий, не является достаточным для того, чтобы освободить его от ответственности, поскольку не было засвидетельствовано такое исполнение; что, кроме того, в том случае, когда, как в данном деле, происходят аварии и происшествия, такие, как обвалы, способные нанести вред надежности государственных и частных зданий, у префекта остается право вмешаться даже после того, как он подтвердил исполнение предписанных работ с целью отказа от эксплуатации горнодобывающих предприятий, поскольку концессионер остается владельцем предприятия; что из материалов дела следует, что если некоторые горнодобывающие предприятия, перечисленные в пункте 2 обжалуемого Постановления, явились объектом процедуры отказа от эксплуатации, который был принят региональным директором промышленности, исследований и окружающей среды, ни одна из соответствующих концессий на дату обжалуемого Постановления не истекала или не являлась объектом процедуры отказа, принятого министром, такое определенное согласие было только возможно, в отличие от того, что утверждалось в новом меморандуме, зарегистрированном накануне заседания, какова бы ни была дата, на которую он вмешался, чтобы полностью реализовать отказ; ... что, следовательно, префекты департаментов Мозель, Мез и Мерт-э-Мозель могли с полным основанием предписать владельцу необходимые меры для того, чтобы предотвратить повторные обвалы земли; Принимая во внимание, в-шестых, что в соответствии с положениями статей 79 и 84 Горного кодекса административные органы могут предписать владельцу любые меры, предназначенные для того, чтобы обеспечить защиту объектов безопасности и благоприятных условий для здоровья населения и надежности зданий, предусмотренных в статье 79 данного Кодекса; что эти меры могут включать в себя работы по анализу и классификации рисков инцидентов, так же как и работы, предназначенные для их предупреждения или прекращения; /.../ Принимая во внимание..., что горнодобывающая компания "Сасилор-Лармин" не обосновала требование об отмене Межпрефектурного постановления от 24 июля 1998 г. и имплицитного решения министра об отказе...". ##### A. Охрана горнодобывающих предприятий и последовательные реформы в области горного законодательства 29. В 1991 году во время объявления заявителем о прекращении эксплуатации процедуры отказа от эксплуатации и права на концессию регулировались статьями 83 и 84 Горного кодекса и Указом N 80-330 от 7 мая 1980 г. об охране шахт и карьеров. Статья 83 Горного кодекса предусматривала: "При отказе от работ во время действия концессии или разрешения на поисково-разведывательные работы или эксплуатацию, или в случае эксплуатации участков, при эксплуатации каждого участка владелец концессии или разрешения должен выполнить работы по обеспечению интересов, указанных в статье 84, которые предписываются префектом по предложению управления шахт после проведения консультаций с муниципальным советом соответствующей коммуны. Может быть предписано восстановление, в частности, в сельскохозяйственных целях, площадок и помещений, занятых работами и любым оборудованием, используемым для эксплуатации и разведывательных работ; оно является обязательным в отношении карьеров. Эти положения применимы в отношении работ, предусмотренных статьей 80. В случае неисполнения предписанные операции осуществляются административным органом за счет владельца или нарушителя предписаний администрации. При отказе от права пользования коммуны и департаменты имеют преимущественное право покупки при продаже карьеров, которые эксплуатировались на их территории". Соответствующие положения статьи 84 Горного кодекса предусматривают: "Если работы по разведке и эксплуатации горнодобывающих предприятий могут создавать угрозу общественной безопасности и благоприятным для здоровья условиям, основным свойствам окружающей среды, земли или водного пространства, сохранению шахты или другого рудника, безопасности, обеспечения или гигиене труда служащих шахты, сохранению средств коммуникации, прочности государственных или частных зданий, использованию, поступлению или качеству любых вод, префектом официально предпринимаются необходимые меры за счет исследователя или недропользователя". 30. Статья 17 Закона о водных ресурсах N 92-3 от 3 января 1992 г. изменила статью 83 Горного кодекса, включив после части 1 две части следующего содержания: "Во всех случаях обладатель концессии или лицензии подводит итог общих последствий работ по наличию, запасу, выходу на поверхность, объему, течению и качеству любых вод, определяет возможные последствия отказа от работ или эксплуатации для создаваемого таким образом положения и для использования воды и указывает предполагаемые компенсирующие меры. После консультаций с соответствующими органами местного самоуправления и заслушивания обладателя концессии или лицензии префект предписывает ему выполнить работы для восстановления первоначального состояния, сохранения их настоящего состояния или приспособления к потребностям, основных характеристик водной среды и гидравлических условий, позволяющих соответствовать целям, упомянутым в статье 1 Закона о водных ресурсах N 92-3 от 3 января 1992 г.". Кроме того, часть 2 статьи 83 Горного кодекса была дополнена следующей фразой: "В соответствии с условиями, предусмотренными в статье 17 Закона N 92-3 от 3 января 1992 г., может быть потребована передача на хранение сотруднику государственного финансового органа денежной суммы, необходимой для реализации работ, предписанных в соответствии с предыдущей частью настоящей статьи". 31. Далее, Закон N 94-588 от 15 июля 1994 г., изменивший некоторые положения Горного кодекса Франции, отменил эти положения и заменил их статьями 79 и 84: ## Статья 79 #### II. Применимое национальное законодательство и правоприменительная практика ### Статья 79 "Разведывательные работы или работы по эксплуатации горнодобывающих предприятий должны соответствовать ограничениям и обязательствам, относящимся к безопасности и здоровью персонала, общественной безопасности и благоприятным условиям для здоровья населения, основным характеристикам окружающей среды, земли и водного пространства, надежности государственных и частных зданий, сохранению средств коммуникации, шахты и других шахт, и более общим интересам археологии, а также интересам, указанным в положениях статьи 1 Закона об исторических памятниках от 31 декабря 1913 г., статьи 4 Закона от 2 мая 1930 г., имевшего целью реорганизовать защиту природных памятников и объектов, представляющих художественную, историческую, научную, легендарную или живописную ценность, статьи 1 Закона об охране природы от 10 июля 1976 г. N 76-629 и статьи 2 Закона о водных ресурсах от 3 января 1992 г. N 92-3, а также интересам сельского хозяйства объектов и мест, занятых работами или предприятиями по эксплуатации. Если эти работы создают угрозу интересам, указанным в предыдущей части, административный орган может предписать исследователю или недропользователю любые меры, предназначенные для того, чтобы обеспечить защиту интересов в определенный срок. В случае неисполнения обязательств в установленный срок административный орган, при необходимости, приступает к исполнению предписанных мер за счет средств исследователя или недропользователя". ## Статья 84 ### Статья 84 "При необходимости, по окончании каждого этапа работ, а также по окончании эксплуатации и прекращения работ исследователь или недропользователь уведомляет о мерах, которые он предполагает предпринять для предохранения интересов, указанных в статье 79, для того, чтобы, в целом, предотвратить неблагоприятные последствия, нарушения и вред любого рода в связи с этой деятельностью, и для того, чтобы, при необходимости, иметь возможность возобновить эксплуатацию. В любом случае исследователь или недропользователь подводит итоги последствий работ по наличию, запасу, выходу на поверхность, объему, течению и качеству любых вод, определяет последствия прекращения работ по эксплуатации для создаваемого таким образом положения и для использования воды и указывает предполагаемые компенсирующие меры. Уведомление должно быть представлено не позднее окончания срока действия концессии. В противном случае по истечении этого срока административный орган имеет право предписать принять необходимые меры. Принимая во внимание это уведомление, после проведения консультаций с муниципальными советами соответствующих коммун, заслушав исследователя или недропользователя, административный орган предписывает, при необходимости, исполнение мер и условия реализации, которые не были определены достаточным образом или которые были упущены заявителем. /.../ Непринятие мер, предусмотренных в настоящей статье, влечет за собой их исполнение администрацией за счет средств исследователя или недропользователя. Перечисление сумм, необходимых для их реализации, в государственный финансовый орган и, в случае необходимости, получение внешнего долга в отношении налога и имущества может быть потребовано. Если меры, предусмотренные настоящей статьей или предписанные административным органом в соответствии с настоящей статьей, реализованы, административный орган официально подтверждает это исследователю или недропользователю. Такое оформление прекращает осуществление контроля за горнодобывающими предприятиями, как это предусмотрено в статье 77. Вместе с тем, в отношении деятельности, требуемой настоящим Кодексом, административный орган может вмешаться, в соответствии с положениями статьи 79, до истечения срока действия концессии". 32. Для применения этих положений было принято Постановление Государственного Совета от 9 мая 1995 г. N 95-696 о начале горнодобывающих работ и охране горнодобывающих предприятий. Его часть 3 статьи 47 и статья 49 предусматривают: Часть 3 статьи 47 "После составления протокола о соблюдении мер, принятых владельцем, и установления, при необходимости, их соответствия или предписания дополнительных мер префект постановлением подтверждает окончательное прекращении работ и прекращение использования предприятий". ## Статья 49 ### Статья 49 "Административный контроль и охрана горнодобывающих предприятий оканчивается в день, когда владельцу выдается официальное подтверждение о проведенных работах, или в день, когда были окончены работы, исполненные административным органом. Вместе с тем, префект имеет право, за исключением случаев, когда действия, не предусмотренные Горным кодексом, были заменены на работы, которые были прекращены, или оборудование, использование которого было прекращено, предпринять в соответствии с настоящей статьей любые меры, необходимость которых вызвана происшествиями или авариями, связанными с проводимыми на шахтах работами, когда такие события могут нарушить интересы, защищаемые статьей 79 Горного кодекса и до срока действия концессии". "Ходатайство о прекращении права на концессию направляется министру, ответственному за вопросы горнодобывающего комплекса. Ходатайство рассматривается в зависимости от конкретных обстоятельств, как это указано выше в статьях 26 и 27. Удовлетворение отказа от прекращения прав зависит, при необходимости, от предварительного исполнения предписанных охранных мер. При соблюдении этого условия имеется основание для полного отказа от прекращения прав. Удовлетворение отказа оформляется приказом министра, ответственного за вопросы горнодобывающего комплекса". 33. Наконец, Законом от 30 марта 1999 г. N 99-245 об ответственности за ущерб, явившийся следствием эксплуатации горнодобывающих предприятий, и предупреждении рисков по окончании эксплуатации горнодобывающих предприятий презумпция ответственности горной промышленности распространяется в той степени, в какой отныне предусматривается презумпция пожизненной ответственности бывшего концессионера. Этот Закон предусматривает также обязательство для бывшего недропользователя внести сумму, предназначенную для финансирования государственных расходов в течение 10 лет. Статья 75-1 Горного кодекса Франции теперь предусматривает: "Исследователь или недропользователь, или, в случае их отсутствия, владелец концессии, несет ответственность за ущерб, причиненный его деятельностью. Вместе с тем, он может избежать ответственности, предоставив доказательство о наличии причины, не связанной с этой деятельностью. Эта ответственность не ограничивается ни периметром концессии, ни сроком ее действия. В случае отсутствия или уклонения от ответственности государство является гарантом возмещения ущерба, указанного в пункте 1; оно заменяет собой сторону виновного лица в правоотношениях с пострадавшими". ##### B. Государственный Совет Франции ###### 1. Уставные положения 34. Соответствующее национальное законодательство и правоприменительная практика частично описаны в [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498) Большой палаты Европейского суда по делу "Кресс против Франции" (Kress v. France) (жалоба N 39594/98, ECHR 2001-VI), и статус представителей административной власти описан, в частности, в § 31 - 37. Положения, определяющие их статус, содержатся в Кодексе административного судопроизводства в книге I, часть III которой посвящена Государственному Совету. Глава 1 этой части, озаглавленная "Основные положения", предусматривает: Статья L. 131-1 "Статус члена Государственного Совета определяется настоящей книгой и в части, не противоречащей ей, общими положениями о государственной гражданской службе". Статья L. 131-2 "Член Государственного Совета не может использовать в поддержку политической деятельности свою принадлежность к Государственному Совету". Статья L. 131-3 "Член Государственного Совета, служащий в Совете или осуществляющий деятельность вне Государственного Совета, должен воздерживаться от любых политических заявлений, несовместимых с ограничениями, которые накладывают на него его функции". Глава 3 этой же части озаглавлена "Назначение", и она систематизирует правила приема на работу членов Государственного Совета, описанные в Постановлении Большой палаты Европейского суда по делу "Кресс против Франции" [(§ 33)](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100078). Статьи L. 133-1, 133-2 и 133-3 предусматривают, что заместитель председателя Государственного Совета, председатели секций и государственные советники (conseillers d'Etat) (последние должны быть не моложе 45 лет) назначаются постановлением Кабинета Министров Франции по предложению министра юстиции Франции. Статья L. 133-7 касается назначений на внешние должности и сформулирована следующим образом: "Назначения государственных советников и докладчиков Государственного Совета на внешние должности могут быть произведены только после получения заключения заместителя председателя Государственного Совета. Это заключение учитывает предыдущие должности, занимаемые лицом, его опыт и необходимость замещения данной должности, ежегодно определяемую заместителем председателя Государственного Совета; заключение о совершаемых назначениях публикуется в официальном издании (Journal officiel) одновременно с изданием постановления о назначении. Заключение заместителя председателя передается назначаемому лицу по его требованию. /.../". Глава 6 этой же части, озаглавленная "Дисциплина", предусматривает в статье L. 136-2, что дисциплинарные взыскания выносятся органом, обладающим правом назначения по предложению министра юстиции, после заключения консультативной комиссии. Вместе с тем предупреждение и выговор могут быть объявлены заместителем председателя Государственного Совета без проведения консультаций с консультативной комиссией. Положения, регламентирующие статус членов Государственного Совета, содержатся в статьях R. 131-1 и следующих Кодекса об административном судопроизводстве. ###### 2. Полномочия 35. Соответствующие положения Кодекса об административном судопроизводстве относительно полномочий в области разрешения споров и полномочий в административной и законодательной сферах Государственного Совета являются следующими: Статья L. 111-1 "Государственный Совет является высшим административным судебным органом. Он выносит независимые решения по кассационным жалобам, поданным на решения, вынесенные как окончательные различными административными судами, а также по жалобам, которые он рассматривает в качестве суда первой инстанции или апелляционного суда". Статья L. 112-1 "Государственный Совет участвует в разработке законов и постановлений. Премьер-министр рассматривает проекты, разработанные Правительством. Государственный Совет дает свое заключение на проекты указов и любые другие проекты законов, в отношении которых его вмешательство предусмотрено положениями [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-2011-333/statya-1), законодательства или нормативными актами или в соответствии с поручением Правительства. При рассмотрении законопроекта Государственный Совет дает свое заключение и предлагает свои поправки, которые он считает необходимыми. Кроме того, он готовит и составляет законы, которые от него требуются". Статья L. 112-2 "Государственный Совет может проводить консультации с Премьер-министром или министрами в отношении разногласий, возникающих в административной области". Статья L. 112-3 "Государственный Совет может по своей собственной инициативе привлечь внимание органов государственной власти к реформам законодательства, нормативной или административной базы, которые ему представляются соответствующими общественным интересам". Статья L. 112-4 "Заместитель председателя Государственного Совета может, по запросу Премьер-министра или одного из министров, назначить члена Государственного Совета для проведения инспекционной миссии. Заместитель председателя может, по запросу министров, назначить члена Государственного Совета содействовать при выработке определенного законопроекта". ###### 3. Организация 36. Соответствующие положения Кодекса об административном судопроизводстве относительно организации и функционирования Государственного Совета устанавливают следующее: Статья L. 121-1 "Председательство в Государственном Совете обеспечивает заместитель председателя. На Генеральной ассамблее Государственного Совета председательствует Премьер-министр, а в его отсутствие - министр юстиции". Статья L. 121-3 "Государственный Совет состоит из секции по разрешению споров и секций по административным вопросам". Статья R. 121-3 "Государственные советники, исполняющие обычные функции, относятся или к секции по административным вопросам, или к секции по разрешению споров, или одновременно к секции по административным вопросам и по разрешению споров, или одновременно к секции по отчету и исследованиям и одной из секций по административным вопросам, или к трем секциям, среди которых - секция по рассмотрению споров и секция по отчету и исследованиям. Заместители председателя, как и председатели подсекций секции по рассмотрению споров, относятся только к этой секции; вместе с тем, они могут относиться к секции по отчету и исследованиям". Статья R. 121-4 "Докладчики и младшие служащие относятся одновременно к секции по административным вопросам и к секции по рассмотрению споров. Вместе с тем, a) докладчики и младшие служащие, ответственные за управление центром документации, могут в зависимости от обстоятельств относиться только или к секции по рассмотрению споров, или к секции по административным вопросам; b) докладчики и младшие служащие, которые работают в Государственном Совете менее трех лет, относятся только к секции по рассмотрению споров". Статья R. 121-5 "Назначение члена Государственного Совета в секцию по административным вопросам предполагает, кроме его участия в работе этого состава, его участие в осуществлении административной деятельности в соответствии с главой 7 части III настоящей книги". Статья R. 123-2 "Секциями по административным вопросам Государственного Совета являются: - секция по внутренним делам, - секция по финансовым вопросам, - секция общественных работ, - секция по социальным вопросам, - секция по отчету и исследованиям." Статья R. 123-3 "Дела, подведомственные различным министерским департаментам, распределяются между четырьмя первыми секциями в соответствии с положениями постановления Премьер-министра и министра юстиции. Все дела, относящиеся к одному министерскому департаменту, передаются в одну секцию. Однако изучение некоторых категорий дел, в частности, дел, относящихся к государственной службе, может быть передано в определенную секцию, к какому бы департаменту министерства она ни относилась изначально". ###### 4. Положения о назначении правительственных комиссаров и о совещании судей 37. Национальное законодательство и правоприменительная практика описаны в Постановлении Большой палаты Европейского суда по делу "Мартини против Франции" (Martinie v. France) (от 12 апреля 2006 г., жалоба N 58675/00, [§ 21](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6573101/statya-12#p100108)). 38. Компания-заявитель жаловалась на несколько нарушений [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, который в части, применимой к настоящему делу, гласит: "Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом...". ##### A. Независимость и беспристрастность Государственного Совета 39. Прежде всего, компания-заявитель утверждала, что Государственный Совет не является независимым и беспристрастным судом в связи с совмещением предоставляемых ему функций, а также в связи с назначением и статусом его членов. В частности, компания-заявитель пояснила, что Государственный Совет принимал полное участие в реформах законодательства в области горного права, и он не может быть независимым и беспристрастным в вопросах, касающихся применения этих реформ. Компания-заявитель также отметила, что отсутствие независимости и беспристрастности демонстрируется назначением 26 мая 2000 г. одного из членов состава суда, который вынес Постановление от 19 мая 2000 г., на пост генерального секретаря министерства, ответственного за горнодобывающий комплекс. Кроме того, компания-заявитель жаловалась на совмещение Государственным Советом консультативных функций и функций по разрешению споров; она пояснила, что секция по общественным работам вынесла заключение на заявление министра промышленности по различным вопросам горного права, в то время как жалоба в порядке подчиненности, поданная на Постановление от 18 мая 1997 г., находилась на рассмотрении, и что секция по разрешению споров лишь возобновила анализ консультативной секции. Из этого она сделала вывод о том, что Постановления Государственного Совета от 19 мая 2000 г. и 5 апреля 2002 г. не были вынесены независимо и беспристрастно. ###### 1. Доводы сторон a) Независимость и беспристрастность членов Государственного Совета i) Компания-заявитель 40. Компания-заявитель указывала на возрастающее значение в практике Европейского суда понятия разделения исполнительной и судебной власти (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Стаффорд против Соединенного Королевства" (Stafford v. United Kingdom), жалоба N 46295/99, [§ 71](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3560597#p100154), ECHR 2002-IV; и [Постановление](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795) Большой палаты Европейского суда по делу "Клейн и другие против Нидерландов" (Kleyn and others v. Netherlands), жалобы N 39343/98, 39651/98, 43147/98 и 46664/99, ECHR 2003-VI), в частности в ходе судебного разбирательства в отношении государственного органа. Она подчеркнула, что Государственный Совет совмещает несколько функций - законодательную, нормативную, административную, адвоката Правительства, судебную - и что она столкнулась с осуществлением всех этих функций. 41. Прежде всего, Государственный Совет участвовал в подготовке нескольких законопроектов в соответствии со [статьей 39](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-frantsuzskoy-respubliki-ot-1958/statya-39#p100220) Конституции, которые вносили изменения в Горный кодекс Франции; особенно компания-заявитель пострадала от новой статьи 84 Горного кодекса Франции, явившейся результатом реформы 1994 года и измененной Законом от 30 марта 1999 г. Это право осуществлялось более влиятельным составом - Генеральной ассамблеей Государственного Совета, которая состоит, по меньшей мере, из шести председателей секций и 35 государственных советников. Компания-заявитель отметила, что Правительство не возражало против того, чтобы члены состава суда, который вынес Постановления от 19 мая 2000 г. и 5 апреля 2002 г., участвовали в работе административных подразделений, которые готовили эти законодательные реформы. Компания-заявитель утверждала, что реализм и прагматизм заставляют признать, что позиция, занятая административными подразделениями, не может не оказывать влияния на секцию по рассмотрению споров. Государственный Совет не может одновременно быть посвящен в правительственные тайны и затем выносить решение в качестве независимого и беспристрастного суда в процессах, возбужденных в отношении административных актов, принятых последним на основании законодательных норм, в разработке которых он участвовал. Орган, который осуществляет законодательные функции, принимает участие в подготовке законов, вносящих изменения в Горный кодекс Франции, и налагает непредвиденные и чрезвычайно обременительные ограничения на владельцев горных концессий, не может затем являться независимым и беспристрастным судом по вопросам о применении этих реформ. То же происходит и в отношении вмешательства этого органа в нормативную область, поскольку он рассматривается как соавтор постановлений, принятых Правительством. Это вытекает из доктрины, а также из собственной практики Государственного Совета, поскольку в случае непроведения согласования постановление подлежит отмене в связи с нарушением "полномочий, которые Государственный Совет осуществляет совместно с Правительством" (см. Постановление Генеральной ассамблеи Государственного Совета от 9 июня 1978 г. по делу "С.Ц.И. Бульвар Араго" (SCI Boulevard Arago), Rec. p. 237). Принимая во внимание тесные отношения, существующие между Правительством и Государственным Советом, компания-заявитель полагала, что отсутствие независимости и беспристрастности связано с нарушением требования о разделении властей (см. Постановление Европейского суда по делу "МакГоннелл против Соединенного Королевства" (McGonnell v. United Kingdom) от 8 февраля 2000 г., жалоба N 28488/95) и выходит далеко за пределы простого отсутствия беспристрастности, отмеченного в Постановлении Европейского суда по делу "Прокола против Люксембурга" (Procola v. Luxembourg) от 28 сентября 1995 г. (Series A, N 326). В данном случае Государственный Совет сам совместно с Правительством Франции принял меры, регламентирующие закон, который он готовил. 42. Компания-заявитель утверждала, что ее предыдущий анализ подтверждается изучением карьеры членов Государственного Совета. В Государственном Совете не существует корпуса служащих, осуществляющих исключительно функции суда. За время своей карьеры члены Государственного Совета осуществляют высшие функции административной деятельности. Указ N 63-766 от 30 июля 1963 г. об организации и функционировании Государственного Совета создал смешение между административными секциями и секцией по разрешению споров. Такой способ функционирования не позволяет гарантировать участникам судебного разбирательства действительную независимость суда. В данном случае государственный советник Бернар Пешер (Bernard {Pecheur}), который входил в состав суда, вынесшего Постановление от 19 мая 2000 г., Указом от 26 мая 2000 г. был назначен Генеральным секретарем Министерства экономики, финансов и промышленности, который как раз проводит политику в области горнодобывающего комплекса, даже несмотря на то, что упомянутое Постановление не было официально оглашено. По мнению заявителя, подобная практика Правительства способна подвергнуть серьезному сомнению независимость Государственного Совета при разрешении споров, подрывая таким образом необходимое доверие, которое правосудие должно внушать общественности. Это означает, что в ходе вынесения судебного постановления один из членов состава суда был намечен для осуществления функций особой важности в министерстве, выступающем против концессионера. Речь идет о смешении функций исполнительной власти и Государственного Совета, который на самом деле является одним из существенных механизмов. Проблема состоит в отсутствии определения законом статуса, который должен гарантировать независимость и беспристрастность членов Государственного Совета при разрешении споров. Этот недостаток является нарушением [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции (см. Постановление Европейского суда по делу "Коем и другие против Бельгии" ({Coeme} and others v. Belgium), жалобы N 32492/96, 32547/96, 32548/96, 33209/96 и 33210/96, ECHR 2000-VII, § 98). 43. Также компания-заявитель настаивала на том, что члены Государственного Совета не являются представителями судебной власти (magistrats); они назначаются Кабинетом министров, единственным условием назначения на должность государственного советника является возрастной ценз (45 лет), и не ставится особое условие обладать компетенцией в правовой области, в отличие от Государственного Совета Люксембурга, на способ функционирования которого указал Европейский суд (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Прокола против Люксембурга"). Компания-заявитель утверждала, что, в целом, члены Государственного Совета не пользуются особыми гарантиями в отношении внешнего давления. ii. Власти Франции 44. Власти Франции утверждали, что независимость административного судебного органа гарантируется на более высоком уровне подчиненности внутригосударственных норм, Конституционный совет в 1980 году придал ему характер принципа конституционной законности. В отношении членов Государственного Совета они обладают статусом, определенным законодательными и нормативными положениями, которые содержатся в Кодексе об административном судопроизводстве, поддерживающими силу традиции независимости. Власти Франции ссылались на гарантии независимости, которые содержит статус государственных советников Франции, как они отмечены Европейским судом в упоминавшемся выше [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498) Большой палаты по делу "Кресс против Франции". Из этого следует, что этот статус содержит твердые гарантии, которые могут быть приравнены с гарантиями Государственного Совета Нидерландов, которые Европейский суд рассматривал с точки зрения права на независимый суд в своем упоминавшемся выше [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795) по делу "Клейн и другие против Нидерландов". В этом деле Европейский суд счел, что "при отсутствии каких-либо показателей недостаточности и несоответствия обеспечения охраны от возможного внешнего воздействия, Европейский суд не нашел ничего в доводах заявителя, что могло бы подтвердить их опасения в независимости Государственного Совета и его членов". Mutatis mutandis, власти Франции просили Европейский суд применить эту практику в отношении статуса государственных советников Франции. 45. Что касается назначения государственного советника Б. Пешера на должность в Министерство экономики и финансов, власти Франции не рассматривают его как свидетельство отсутствия независимости или беспристрастности Государственного Совета. Прежде всего, они отметили, что "презюмируется личная беспристрастность судьи, пока не доказано обратное" (см. Постановление Европейского суда по делу "Морель против Франции" (Morel v. France) от 6 июня 2000 г., жалоба N 34130/96, § 41). В то же время власти Франции утверждали, что указанное лицо в 1985 году поступило в Государственный Совет и что вначале оно приобрело большой опыт в административной секции по финансам, затем в качестве заседателя в шестой подсекции Государственного Совета по контролю государственной власти за торговыми сделками, судами по финансовым вопросам, права в области градостроительства и окружающей среды. Только опыт указанного судьи объясняет, что новый министр экономики, финансов и промышленности в апреле 2000 года предложил Президенту Республики, чтобы он исполнял новые образованные функции Генерального секретаря соответствующего Министерства. Власти Франции добавили, что изучение материалов рассматриваемых дел в Государственном Совете включает в себя последовательность личных изучений (докладчик, ревизор, Правительственный комиссар, председатель состава суда) и коллегиальных (заседание по расследованию и заседание по рассмотрению дела), которые распределяются по времени. Так, гарантии, вытекающие из хода самого разбирательства и закрытого характера голосования во время вынесения судебного постановления, не позволяют признать в качестве мотива, который может повлиять на мнения, высказываемые лицами, которые принимают в нем участие, связь между решением спора, принимаемым коллегиально, и последующим назначением одного из членов состава суда на должность вне Государственного Совета. Наконец, в более общем плане, власти Франции утверждали, что участие членов Государственного Совета в осуществлении административной деятельности не нарушает независимость и беспристрастность Государственного Совета, а, напротив, увеличивает возможности контроля над органами исполнительной власти, поскольку оно позволяет осуществлять определенное рассмотрение его членами конкретной административной деятельности. 46. В отношении консультативной деятельности Государственного Совета, в частности, когда она является обязательной, то она включает в себя, главным образом, контроль a priori, позволяющий избежать определенных несоответствий в законах, представленных на его рассмотрение, до их принятия. Тем самым такая деятельность создает важную гарантию для всех, к кому могут применяться соответствующие законы путем консультации. В то же время, консультативные полномочия Государственного Совета, тем не менее, не делают его автором законодательства и нормативных актов, представленных на его рассмотрение. Власти Франции отметили, что практика по делу "С.Ц.И. Араго" (SCI Arago), на которую ссылалась компания-заявитель, больше не является актуальной и что более свежие решения отныне не указывают на какие-либо функции, осуществляемые совместно Государственным Советом и Правительством; непроведение соответствующей консультации с Государственным Советом, в случае, когда она является обязательной, затрагивает компетенцию самого автора закона (см. Постановление Генеральной ассамблеи Государственного Совета от 15 апреля 1996 г. по делу "Национальный аптечный союз и другие" (Union nationale des pharmacies et autres), Rec. p. 127), который сохраняет возможность официально принять этот довод, без необходимости уподоблять Государственный Совет соавтору закона, которым он не является. Эта позиция соответствует двум основным конституционным принципам в правовом состоянии: независимости судов и разделения властей. b) Двойственность консультативной функции и функции, связанной с разрешением спора, Государственного Совета и значение заключения от 29 сентября 1997 г. i. Заявитель 47. В отношении заключения, вынесенного 29 сентября 1997 г. секцией по общественным работам, компания-заявитель считала, что его содержание, в частности, в отношении масштаба охранных мер, которые могут быть предписаны владельцам горных концессий, было принято составами суда, который вынес Постановления от 19 мая 2000 г. и 5 апреля 2002 г. Компания-заявитель пояснила, что правовые вопросы, рассматриваемые в упомянутом заключении, совпадают с вопросами, представленными на рассмотрение Государственного Совета при вынесении постановления по спору, в частности, в отношении толкования Закона от 15 июля 1994 г. и вводимой им новой статьи 84. Компания-заявитель не согласилась с утверждением властей Франции о рассмотрении чисто правового вопроса, поскольку такой вопрос всегда относится к объективной ситуации. Вместе с тем из практики административных апелляционных судов следует, что суд, который вынес заключение по чисто правовому вопросу, поставленному перед ним префектом (процедура, скопированная с процедуры, позволяющей министрам просить заключения по правовому вопросу в Государственном Совете), не может затем выносить решение по жалобе, касающейся упомянутого правового вопроса (см. Постановление апелляционного административного суда Саррана (Sarran) от 23 марта 1999 г.; Постановление апелляционного административного суда департамента Де-Севр (Deux {Sevres}) от 4 марта 2003 г.). 48. В связи с этим компания-заявитель сделала вывод, что тот факт, что вопрос права рассматривался в качестве консультативного и в качестве рекомендации администрации, препятствует в дальнейшем выносить решение по жалобе, затрагивающей указанный вопрос права. Она считала ясной прецедентную практику Европейского суда по этому вопросу (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Прокола против Люксембурга"). 49. Компания-заявитель добавила, что у нее не было никакого шанса выиграть процесс, поскольку "существующий порядок требует..., чтобы при судебном разрешении споров правовая позиция, противоречащая позициям, занятым административными подразделениями, могла приниматься только при рассмотрении дела высшим органом, заседающим в пленарном заседании" (Государственный Совет, Notes et {etudes} documentaires, 1988, La Documentation {francaise}, p. 78). Такое положение, к тому же, имплицитно подтверждается властями Франции, поскольку они отмечали Постановление от 30 июня 2000 г., которым как раз пленарное заседание отменило положение постановления Государственного Совета. По мнению заявителя, власти Франции не доказали, что существующий порядок, в соответствии с которым пленарное заседание может отказаться от решения, принятого административным подразделением, не действовал, когда были вынесены Постановления от 19 мая 2000 г. и 5 апреля 2002 г., поскольку в этом отношении они ссылались только на Постановления 2003 и 2005 годов. 50. По утверждению компании-заявителя, опубликование оспариваемого заключения в ежегодном публичном отчете Государственного Совета за 1998 год является усугубляющим фактором с точки зрения требования независимости и беспристрастности Государственного Совета, выносящего решения по спору. В связи с этим компания-заявитель отметила, что в отношении Счетной палаты Государственный Совет считает, что она не может выносить судебное решение за отсутствием беспристрастности в связи с тем, что ранее она затронула в своем публичном отчете обстоятельства, которые формируют дело (см. Постановление Генеральной ассамблеи Государственного Совета по делу "Сосьете Лабор Металь" ({Societe} Labor {Metal}) от 23 февраля 2000 г.). Идет ли речь о вопросе фактов или права в связи с тем, что она указала в публичном отчете, не соблюдая принципы судебного производства, в частности, принцип состязательного процесса, не понятно, как этот вопрос мог быть затем разрешен органом, опубликовавшим этот отчет, без нарушения требования независимости и беспристрастности. 51. Наконец, компания-заявитель сочла, что обстоятельства, изложенные в [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795) Большой палаты Европейского суда по делу "Клейн и другие против Нидерландов" (Kleyn and Others v. Netherlands), отличаются от обстоятельств настоящего дела. В настоящем деле Государственный Совет Франции участвовал в подготовке законов, которые внесли изменения в положения Горного кодекса Франции, касающиеся прекращения горнодобывающей деятельности и применения мер, предусматриваемых нормативными актами в соответствии с этими законами. Один из членов состава суда был назначен осуществлять функции Генерального секретаря в Министерстве экономики, финансов и промышленности, и секция по общественным работам по запросу министра вынесла заключение, непосредственно касающееся мер по охране горнодобывающих предприятий, которые могут быть предписаны горным концессионерам до прекращения их деятельности. Компания-заявитель сделала вывод о том, что Государственный Совет становится соавтором горной политики и советником Правительства в вопросе подготовки, применения и толкования законов, проводящих эту политику. Из этого следует, что Государственный Совет не являлся независимым и беспристрастным судом и что власти Франции не могут утверждать, что различные функции Государственного Совета являются нераздельными, поскольку в соответствии с принципом разделения властей предназначение суда является только быть судом, без совмещения функций другого рода. ii. Власти Франции 52. В отношении совмещения Государственным Советом консультативных и судебных функций власти Франции отметили, что Европейский суд оценивает право на беспристрастный суд по двум критериям, связанными или с тем, чтобы определить личную предубежденность того или иного суда, что не имеет места в настоящем деле, или с тем, чтобы удостовериться, что суд представляет достаточные гарантии для того, чтобы устранить любые законные сомнения в отношении своей беспристрастности. 53. В связи с этим власти Франции, главным образом, отметили, что оспариваемые заключения, вынесенные секциями Государственного Совета по административным вопросам, указанные в поддержку жалобы, касаются только положений законодательства и нормативных актов, в соответствии с которыми были приняты решения, которые являются объектом спора, а не постановлений, предписывающих оспариваемые охранные меры. При этих обстоятельствах и в связи с тем, что не подтверждено, что консультативные подразделения должны были рассматривать уже вынесенные в их отношении решения и объект спора, компания-заявитель не может жаловаться на отсутствие беспристрастности Государственного Совета в ущерб интересов компании-заявителя. 54. Кроме того, власти Франции напомнили, что Европейский суд ни в своем Постановлении по делу "Прокола против Люксембурга", ни в своем [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795) по делу "Клейн и другие против Нидерландов" не осуждает принцип совмещения одним и тем же органом консультативных и судебных функций. В отношении Государственного Совета Франции власти Франции отметили, что секции по административным вопросам выполняют функцию советника Правительства по правовым вопросам (обладают правом давать заключения на проекты законов и некоторых постановлений, давать заключения по требованию правительства в случае сложного правового вопроса или в отношении правовой базы решений, которые оно должно принять). Через заключения, которые он представляет, Государственный Совет, действительно, стремится к тому, чтобы предотвратить нарушения законности, которые суд в любом случае может установить только в дальнейшем в случае принятых и иногда примененных административных решений. Такое предварительное изучение законности направлено на то, чтобы улучшить качество, и, таким образом, является гарантией большей стабильности правовой нормы. 55. По утверждению властей Франции, осуществление Государственным Советом консультативных полномочий и одновременное назначение его членов для выполнения двойных задач представляет многие преимущества, которые не затрагивают беспристрастность этого органа. 56. В случае, если заключения касаются только чисто правовых вопросов, когда Государственный Совет призван дать заключение о проектах законов или постановлений, что осуждает заявитель, соответствие дальнейшего разбирательства спора не может вызывать сомнений. Действительно, член Государственного Совета, который дает заключение, не является ни менее независимым, ни более расположенным к органам исполнительной власти, чем тот, который принимает участие в разрешении спора, поскольку единый статус обеспечивает независимость заключения, вынесенного секциями по административным вопросам. Впрочем, по мнению властей Франции, заключение теряет всякий положительный эффект, если оно не вынесено независимым и беспристрастным органом. Вместе с тем [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции не запрещает судам, которые высказываются по правовому вопросу, знакомиться с любым другим спором, касающимся того же вопроса. В этом проявляется гарантия правовой обеспеченности. 57. Наконец, власти Франции утверждали, что секция по разрешению споров никогда не чувствует себя связанной смыслом заключений, вынесенных секциями по административным вопросам, и судебная практика регулярно демонстрирует примеры отмены актов, принятых после вынесения заключения Государственного Совета (см., например, Постановление Государственного Совета от 30 июня 2000 г. по делу "Лига Франции за защиту прав человека и гражданина" (Ligue {francaise} pour la {defense} des droits de l'homme et du citoyen), Rec p. 253). Так, власти Франции полагали, что факт представления для последовательного рассмотрения консультативному органу Государственного Совета, а затем органу по рассмотрению спора одного и того же вопроса права не может, с точки зрения независимости двух типов органов, вызвать объективных сомнений, подобных сомнениям компании-заявителя, способных нарушить беспристрастность рассматриваемого суда. Изучение вопросов проводится в разные сроки в рамках консультативной функции или функции по разрешению спора, и расхождение позиций между ними не должно рассматриваться как отмена решения одного другим. Власти Франции сослались на председателя секции по разрешению споров Государственного Совета, занимавшего эту должность с 1967 по 1976 год, который отмечал, что "разбирательство спора в состязательном процессе позволяет лучше увидеть все аспекты вопроса, которые не всегда проявляются при одностороннем разбирательстве в административных подразделениях". 58. Наконец, власти Франции утверждали в отношении опубликования заключения от 29 сентября 1997 г. в ежегодном отчете Государственного Совета, что позиция, занятая высшим административным судом в этом заключении, касается не обстоятельств дела, в котором заявитель выступает против органа исполнительной власти, а чисто правового вопроса (что отличает его от упоминавшегося выше дела "Сосьете Лабор Металь"); если только не признать невозможность осуществления самого правосудия, такая позиция не может рассматриваться как объективно нарушающая беспристрастность суда. ###### 2. Мнение Европейского суда a) Основные принципы 59. Для того чтобы установить, может ли суд считаться "независимым" по смыслу [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, следует учесть, в частности, способ назначения и длительность полномочий его членов, наличие защиты от внешнего давления и выяснить, имелись ли у органа признаки независимости (см. Постановление Европейского суда по делу "Финдли против Соединенного Королевства" (Findlay v. United Kingdom) от 25 февраля 1997 г., Reports of Judgments and Decisions 1997-I, p. 281, [§ 73](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2210793#p100048); и Постановление Европейского суда по делу "Брудницка и другие против Польши" (Brudnicka and others v. Poland) от 3 марта 2005 г., жалоба N 54723/00, § 38). В отношении независимости, определенной как отсутствие связи между исполнительной и судебной властями, ни [статья 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции, ни [Конвенция](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) не обязывает государства придерживаться того или иного теоретического конституционного понятия, касающегося допустимых пределов взаимодействия между ними (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Клейн и другие против Нидерландов", [§ 193](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795#p100320)). Однако Европейский суд напомнил возрастающее значение понятия разделения исполнительной и судебной власти в своей практике (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Стаффорд против Соединенного Королевства" (Stafford v. United Kingdom), жалоба N 46295/99, [§ 78](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3560597#p100161), ECHR 2002-IV). 60. Условие независимости имеет два аспекта. Прежде всего, необходимо, чтобы суд субъективно не демонстрировал какого-либо пристрастия или личного предубеждения. Затем, он должен быть объективно независимым, то есть предоставить достаточные гарантии для того, чтобы исключить в связи с этим любые законные сомнения. В рамках объективного образа действий необходимо поставить вопрос, позволяют ли некоторые факты, поддающиеся проверке, независимо от личного поведения судей, не доверять их беспристрастности. В этой области могут иметь значение даже вероятности. Речь идет о доверии, которое суд в демократическом обществе обязан внушать гражданам, начиная со сторон в разбирательстве (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Клейн и другие против Нидерландов", [§ 191](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795#p100318)). 61. В отношении спора о гражданских правах и обязанностях сам по себе тот факт, что суд уже принял решения до начала процесса, не может считаться для него оправдывающим опасения относительно его беспристрастности. Важен лишь объем мер, принятых судом до начала процесса. Также тщательное изучение материалов дела судом не означает предубеждение суда, которое мешает считать его беспристрастным в момент вынесения решения по существу. Наконец, предварительная оценка имеющихся в распоряжении данных не может рассматриваться как предвосхищающая окончательный анализ. Важно то, чтобы этот анализ проводился при вынесении судебного решения и основывался на представленные и заслушанные в ходе судебного заседания доводы (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Морель против Франции", § 45; и Решение Европейского суда по делу "Дидье против Франции" (Didier v. France) от 7 августа 2002 г., жалоба N 58188/00). 62. Понятия независимости и объективной беспристрастности тесно связаны. Европейский суд рассмотрит их вместе в той степени, когда оба этих понятия затрагиваются в настоящем деле (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Финдли против Соединенного Королевства", [§ 73](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2210793#p100048), и упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Клейн и другие против Нидерландов", [§ 192](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795#p100319)). Европейский суд выскажется по вопросу о том, имел ли Государственный Совет, с учетом обстоятельств дела, "признак" требуемой независимости или необходимой "объективной" беспристрастности (ibid, [§ 193](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795#p100320)). 63. Наконец, следует помнить, что для того, чтобы высказаться о существовании в данном деле законных оснований для опасений, что эти требования не были выполнены, точка зрения стороны учитывается, но не играет решающую роль. Определяющим элементом является выяснение того, могут ли считаться объективно доказанными опасения заинтересованного лица (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу "Хаушильдт против Дании" (Hauschildt v. Denmark) от 24 мая 1989 г., Series A, N 154, § 48). b) Применение указанных принципов в данном деле 64. Европейский суд установил, что сомнение заявителя в структурной беспристрастности Государственного Совета, прежде всего, основывается на нарушении принципа разделения властей - исполнительной и судебной. 65. Европейский суд отметил, что статус представителей административной власти описан в [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498) Большой палаты Европейского суда по делу "Кресс против Франции" и в настоящее время предусмотрен статьями L. 131-1 и R. 131-1 Кодекса об административном судопроизводстве (см. выше [§ 34](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100187)). Эти представители имеют общий статус государственных служащих. Их прием на работу осуществляется двумя способами: на конкурсной основе или путем внешних назначений. Кроме того, что треть членов Государственного Совета осуществляет свою деятельность вне Государственного Совета, внешние назначения дают право Президенту Республики непосредственно назначать треть должностей государственных советников (conseillers d'Etat) при условии соблюдения возрастного ценза (45 лет) (в этом случае заместитель председателя Государственного Совета дает свое предварительное заключение). Несменяемость членов Государственного Совета не предусмотрена законодательством, однако гарантирована на практике, поскольку их независимость обеспечивается опытом предыдущей деятельности, такой, как внутреннее управление в Исполнительном комитете (bureau) Государственного Совета, без внешнего вмешательства (отсутствие иерархического подчинения министру юстиции в отличие от магистратов прокуратуры) или продвижение в связи со стажем работы, что является залогом независимости как в отношении политических властей, так и с точки зрения руководства Государственным Советом (ibid, § 31 - 35). К этому добавляется обязательство сдержанности в отношении публичных действий и высказываний членов Государственного Совета (статья L. 131-3 Кодекса об административном судопроизводстве, см. выше [§ 34](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100187)). 66. Европейский суд отметил, что своеобразное положение Государственного Совета во французских органах власти органично приближает его к органам государственной власти. Вместе с тем, по мнению Европейского суда, такого положения не достаточно для того, чтобы установить нарушение независимости Государственного Совета; как Европейский суд уже указывал в своем Постановлении по делу "Кресс против Франции" в других целях, такая особенность не исключает гарантий независимости его членов (ibid., [§ 31](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100075) - [37](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100084) и [71](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100183)). 67. Кроме того, Европейский суд отметил, что только назначение магистратов членом исполнительной власти, а также Парламентом тем не менее не образует зависимость с их стороны, если после назначения они не испытывали давления и не получали указаний при осуществлении своих судебных функций (см. Постановление Европейского суда по делу "Кемпбелл и Фелл против Соединенного Королевства" (Campbell and Fell v. United Kingdom) от 28 июня 1984 г., Series A, N 80, [§ 79](https://bukva.ai/docs/reshenie-781977#p100092); Решение Европейского суда по делу "Луайен против Франции" (Loyen v. France) от 27 апреля 2000 г., жалоба N 46022/99; и Решение Европейского суда по делу "Филиппини против Сан-Марино" (Filippini v. San Marino) от 26 августа 2003 г., жалоба N 10526/02). Также, если вообще следует рассматривать несменяемость судей во время исполнения их полномочий как необходимое следствие их независимости, отсутствие специального закрепления в законодательстве не предполагает само по себе отсутствие независимости, в то время как существует фактическое признание, и существуют другие необходимые условия (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Кемпбелл и Фелл против Соединенного Королевства" [§ 80](https://bukva.ai/docs/reshenie-781977#p100094)). Из положений Кодекса об административном судопроизводстве и существующей практики следует, что это тот самый случай. 68. В то время как Европейский суд не намерен рассматривать в целом способ назначения членов Государственного совета, а также движение их карьеры, ему следует оценить, обладала ли в данном случае секция по разрешению споров "вероятностью независимости", требуемой прецедентной практикой Европейского суда с точки зрения гарантий в отношении внешнего давления (см. выше [§ 59](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100271)). По этому поводу компания-заявитель утверждала, что назначение одного из государственных советников, который принимал участие в заседании 26 апреля 2000 г., на пост Генерального секретаря в Министерство экономики, финансов и промышленности (см. выше [§ 18](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-3#p100111)) могло вызвать серьезное сомнение в независимости Государственного Совета, вынесшего Постановление от 19 мая 2000 г. (см. выше [§ 17](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1-2#p100099)). 69. Европейский суд отметил, что назначение указанного государственного советника было совершено после заседания Государственного Совета 26 апреля 2000 г., в котором он принимал участие. Вместе с тем Европейский суд обратил внимание на то, что власти Франции указали, что переговоры, касающиеся этого назначения на вновь образованный пост, начались в апреле 2000 года, то есть, возможно, за некоторое время до упомянутого заседания, принимая во внимание важность предоставляемой должности. Европейский суд счел возможным, что эти переговоры продолжались за несколько дней до подписания приказа о назначении 26 мая 2000 г. Европейский суд установил, что оспариваемое назначение может вызвать сомнения в беспристрастности Государственного Совета. Действительно, во время заседания, даже может быть до его начала, одного из членов состава суда готовили для осуществления важных функций в министерстве, против которого выступала компания-заявитель, упомянутое министерство являлось ее оппонентом по многочисленным и важным спорам (см. выше [§ 11](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1#p100036)). Европейский суд также счел, что этот член не мог оставаться нейтральным по отношению к заявителю, принимая во внимание отсутствие гарантий в отношении возможного внешнего влияния в связи с его предполагаемым назначением в момент исполнения функций судьи в апреле 2000 года. По мнению Европейского суда, у компании-заявителя могли возникнуть объективно обоснованные сомнения в отношении независимости и беспристрастности состава суда, к которому принадлежало заинтересованное лицо. В связи с этим Европейский суд счел, что имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. 70. Остается вопрос о независимости и беспристрастности Государственного Совета в связи с совмещением его судебных полномочий с административными функциями, как они сформулированы в статье L. 112-1 и следующих Кодекса об административном судопроизводстве (см. выше [§ 35](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100202)). 71. В отношении участия Государственного Совета, путем представления заключений - которые, однако, его не связывают, - в разработке любых законопроектов в области горной политики, а также постановлений по их применению, поскольку вопросом дела является окончание горнодобывающей деятельности, Европейский суд признал, что такое участие ставит чисто организационный вопрос, поскольку, так как консультации Государственного Совета не имеют обязательной силы, административный суд сам не может объявить акт недействительным за отсутствием компетенции ({incompetence}) на основании публичной политики (moyen d'ordre public). Вместе с тем Европейский суд напомнил, что [Конвенция](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) не обязывает государства придерживаться того или иного теоретического конституционного понятия, касающегося допустимых пределов взаимодействия между исполнительной и судебной властями (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Клейн и другие против Нидерландов", [§ 193](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795#p100320)). Как и в отношении Государственного Совета Нидерландов, не следует применять особую доктрину конституционного права к ситуации с Государственным Советом Франции и выносить абстрактное решение об организационном и функциональном соответствии консультации Государственного Совета в отношении проектов законов и постановлений о применении с [пунктом 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. Европейский суд напомнил, что принцип разделения властей не является определяющим отвлеченно (см. Постановление Европейского суда по делу "Пабла Кю против Финляндии" (Pabla Ky v. Finland) от 22 июня 2004 г., жалоба N 47221/99, [§ 34](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4722199#p100079)). Следует только определить, явилось ли заключение, вынесенное консультативной секцией от 29 сентября 1997 г., предрешающим Постановления секции по разрешению споров Государственного Совета от 19 мая 2000 г. и 5 апреля 2002 г., что может вызвать сомнение в "объективной" беспристрастности состава суда в связи с последовательным осуществлением консультативной и судебной функций в данном деле. 72. Европейский суд, в первую очередь, отмечает, что вопросы, поднятые в заключении относительно "работ по сохранению и восстановлению земель после отказа от эксплуатации горнодобывающих предприятий" в ответ на вступление в силу Закона от 15 июля 1994 г., изменившего некоторые положения Горного кодекса, и разбирательства, начатые в связи с обжалованием Межпрефектурных постановлений от 26 мая и 18 июля 1997 г., а также от 24 июля 1998 г., предписывающих охранные меры, не могут считаться совершенно идентичными "решениями". Из материалов дела не следует, что члены, заседавшие в подразделениях по рассмотрению споров, до этого принимали участие в вынесении заключения от 29 сентября 1997 г. В связи с этим Европейский суд пришел к выводу, что настоящее дело отличается от дела "Прокола против Люксембурга". 73. Могут ли вопросы, представленные на рассмотрение консультативной секции, и разбирательство в секции по разрешению споров считаться "одним и тем же делом" или "одним и тем же решением" (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Клейн и другие против Нидерландов", [§ 200](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795#p100328)) или "аналогичными вопросами" (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Морель против Франции", § 47)? По [делу](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795) "Клейн и другие против Нидерландов" власти Франции, выступавшие в качестве третьей стороны, утверждали, что "тот факт, что одно и то же положение закона рассматривалось последовательно в консультативных и судебных органах Государственного Совета, не являлся основанием для возникновения сомнений у апеллянта в беспристрастности судебного отдела. Беспристрастность органа, обладающего консультативными и судебными полномочиями, касалась только вопроса права. Если она касалась вопроса факта, то вопрос, испытывал ли апеллянт объективно оправданные опасения о пристрастности, зависел от существа каждого конкретного дела" (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда, [§ 189](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795#p100315)). Власти Франции повторили эту точку зрения. Компания-заявитель возразила, что вопросы права всегда относятся к фактической ситуации и что в данном случае вопросы, поставленные в заключении, пересекаются с вопросами, поставленными в спорах. 74. Европейский суд установил, что заключение от 29 сентября 1997 г. касается толкования и применения в то время Закона от 15 июля 1994 г. и полноты полномочий администрации по отношению к владельцам горнорудных концессий, а также разделения ответственности между ними и государством в отношении предупреждения горных рисков. Спорный вопрос заключается в том, могли ли в то время компании-заявителю быть предписаны меры по охране горнодобывающих предприятий, когда она настаивала на том, что эксплуатируемые ею концессии уже являлись объектом заявления об отказе от эксплуатации и прав на концессию. Не отрицая наличия связи между правовыми вопросами, поставленными в заключении от 29 сентября 1997 г., и вопросами, вызванными спором заявителя, Европейский суд счел, что содержание первых, рассматриваемых в целом и отвлеченно, не позволяет сделать вывод о том, что члены секции по разрешению споров, спустя более чем три года, с предубеждением приступили к рассмотрению вопросов, затрагивающих конкретные интересы компании-заявителя в отношении управления окончания эксплуатации многочисленных и имеющих различные правовые положения горнодобывающих предприятий. В этих обстоятельствах вынесенное консультативное заключение и последующие разбирательства по рассмотрению жалоб на межпрефектурные постановления, касающиеся мер по охране горнодобывающих предприятий, не могут являться "одним и тем же делом" или "одним и тем же решением" (см., mutatis mutandis, упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Клейн и другие против Нидерландов", [§ 200](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795#p100328) и [201](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795#p100329)). В связи с этим ни запрос министра, подавшего жалобу в порядке подчиненности в консультативную секцию, ни опубликование заключения в общественном отчете Государственного Совета за 1998 год не могут вызвать объективно обоснованных опасений в отношении заявителя. Соответственно, совмещение судебных полномочий Государственного Совета с административными функциями не является нарушением [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. ##### B. Об участии или присутствии Правительственного комиссара при вынесении решения составов суда Государственного Совета ###### 1. Доводы сторон a) Заявитель 75. Компания-заявитель жаловалась на участие Правительственного комиссара в вынесении решения составом суда Государственного Совета. Она утверждала, что для стороны, участвующей в процессе, единственной гарантией того, чтобы Правительственный комиссар не выступал в ходе обсуждения, является то, чтобы он не присутствовал в ходе обсуждения. b) Власти Франции 76. Власти Франции подчеркнули, что в упоминавшемся выше [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498) Большой палаты Европейского суда по делу "Кресс против Франции" Европейский суд сделал вывод о нарушении [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в связи с "участием" Правительственного комиссара в совещании при вынесении решения. При этом Европейский суд запретил Правительственному комиссару любое активное участие в обсуждении, чтобы ни его личная беспристрастность, ни польза его роли не были оспорены. Власти Франции указали, что при исполнении [Постановления](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498) по делу "Кресс против Франции" председатель секции по разрешению споров Государственного Совета выпустил 23 ноября 2001 г. и 13 ноября 2002 г. две инструкции, в соответствии с которыми Правительственный комиссар может присутствовать во время совещания судей, однако не должен вмешиваться в обсуждение, беря слово, вторая из этих инструкций квалифицировала его как "немой свидетель". В связи с этим власти Франции утверждают, что если Европейский суд смог усмотреть нарушение принципа видимой объективной беспристрастности суда в связи с активным участием Правительственного комиссара в обсуждении при вынесении решения, этого не должно произойти в связи с его простым пассивным присутствием во время обсуждения. 77. Власти Франции добавили, что запрет самого присутствия Правительственного комиссара во время обсуждения нарушает институт, который широко зарекомендовал себя и который имеет сильную защиту со стороны лучших знатоков, адвокатов, призванных часто выступать в Государственном Совете. Выводы, которые Правительственный комиссар делает из обсуждения при вынесении решения путем ознакомления с условиями, в которых это решение было принято, и обсуждениями, которые предшествовали его принятию, позволяют ему понимать внутренние тенденции суда для того, чтобы учесть их во время рассмотрения дел, по которым он в дальнейшем будет давать заключение. Его присутствие содействует тому, чтобы обеспечить связь, преемственность и, при необходимости, развитие судебной практики для надлежащего отправления правосудия, пользу от которого имеют, прежде всего, стороны, участвующие в разбирательстве. ###### 2. Мнение Европейского суда 78. Европейский суд напомнил, что жалоба, поданная на "участие", или, если угодно, "присутствие", Правительственного комиссара во время обсуждения при вынесении решения составом суда Государственного Совета уже рассматривалась Европейским судом в его Постановлениях по делу "Кресс против Франции" (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда, [§ 77](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100198) и далее), а также по делу "Мартини против Франции" (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда, [§ 53](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6573101/statya-12#p100204) - [55](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6573101/statya-12#p100208)), в котором Европейский суд отметил следующее (§ 53 - [54](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6573101/statya-12#p100206)): "Прежде всего, Европейский суд отметил, что, хотя в резолютивной части [(пункт 2)](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100242) Постановления Европейского суда по делу "Кресс против Франции" он постановил, что имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в отношении "участия" Правительственного комиссара в процедуре совещания судей Государственного Совета, в мотивировочной части Постановления используется как этот термин (см. [§ 80](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100202) и [87](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100212)), так и термин "присутствие" ([часть 4](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100197) и [§ 82](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100206), [84](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100209) и [85](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100210)) или, в качестве альтернативы, термины "помощь", "принимает участие" "присутствует на совещании судей" (см. [§ 77](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100198), [79](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100201), [81](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100203), [85](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100210) и [86](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100211)). Тем не менее, из обстоятельств дела, представленных сторонами по делу доводов и оснований, приведенных Европейским судом в [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498), а также из резолютивной [части](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100240) Постановления ясно следует, что в [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498) Европейского суда по делу "Кресс против Франции" эти термины используются как синонимы и что простое присутствие Правительственного комиссара на совещании судей, как "активное", так и "пассивное", считается нарушением. [Параграфы 84](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100209) и [85](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100210), например, дают особенно ясную оценку в этом отношении: рассматривая довод властей Франции о том, что "присутствие" Правительственного комиссара было оправдано тем фактом, что, являясь лицом, исследовавшим материалы дела последним, он будет во время совещания судей отвечать на любой вопрос, который может быть задан по делу, Европейский суд ответил, что пользу для судебной коллегии от этой исключительно технической помощи необходимо сравнивать с вышестоящим интересом участника процесса, которому должно быть гарантировано, что Правительственный комиссар не сможет повлиять на исход судебного дела через свое "присутствие" на судебном совещании, и заключил, что в действующей системе законодательства Франции эта гарантия не предусмотрена. Более того, Европейский суд отметил, что именно такой смысл необходимо придать данному Постановлению в свете прецедентного права Европейского суда, так как Европейский суд приходил к выводу о наличии нарушения не только в отношении участия Генерального адвоката в совещании судей кассационного суда Бельгии в качестве советника (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Боргерс против Бельгии" и упоминавшееся выше [Постановление](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1576489) Европейского суда по делу "Вермелен против Бельгии"), но и в отношении присутствия заместителя Генерального прокурора (Deputy Attorney-General) на совещании судей Верховного суда Португалии (Portuguese Supreme Court), даже хотя он и не имел ни совещательного, ни иного вида права голоса (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по [делу](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1576489/statya-1) "Лобу Машаду против Португалии"), и в отношении простого присутствия Генерального адвоката на совещании судей Отделения по уголовным делам кассационного суда Франции (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Слиман-Каид против Франции (N 2)"). Данная прецедентная практика, в значительной степени, основана на доктрине внешних проявлений и того факта, что, как и Правительственный комиссар во французских административных судах, так и соответствующие генеральные адвокаты и Генеральный прокурор выражают свое мнение по делу открыто до совещания судей. 54. /.../ В настоящем деле Европейский суд не установил никаких причин, на основании которых он мог бы отступить от своего решения по [делу](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498) "Кресс против Франции". 79. Европейский суд счел, что настоящее дело не представляет элементов, которые могут отделить его от дел ["Кресс против Франции"](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498) и ["Мартини против Франции"](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6573101/statya-12). 80. Следовательно, Европейский суд не усмотрел оснований для того, чтобы отойти от упомянутой практики, и пришел к выводу, что имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции по этому вопросу. ###### 1. Доводы сторон a) Компания-заявитель 81. Компания-заявитель жаловалась на длительность разбирательств, завершившихся вынесением Постановлений Государственного Совета от 5 апреля 2002 г. Она напомнила, что непосредственная компетенция Государственного Совета, который выносит решения в первой и последней инстанции в этом вопросе, кроме прочего оправдывается необходимостью особой быстроты при рассмотрении дел. В отношении разбирательства, касающегося Межпрефектурного постановления от 24 июля 1998 г., компания-заявитель отметила, что в рамках него рассматривались вопросы, аналогичные тем, которые Государственный Совет разрешил в своем Постановлении от 19 мая 2000 г., и что Постановление от 5 апреля 2002 г. почти ничем от него не отличается. В этих условиях компания-заявитель считала, что ее дело не было рассмотрено в разумный срок. В отношении разбирательства, касающегося Межпрефектурных постановлений от 26 мая и 18 июля 1997 г., компания-заявитель утверждала, что срок около пяти лет не является соответствующим его праву на рассмотрение дела в "разумный срок". b) Власти Франции 82. Власти Франции представили только доводы относительно разбирательства, касающегося обжалования Межпрефектурного постановления от 24 июля 1998 г. Они пояснили, что дело представляло особую сложность как в отношении фактических обстоятельств, так и в отношении правовых вопросов, и затрагивало как множество горных предприятий, имеющих отношение к процедурам отказа от эксплуатации, возбужденным компанией-заявителем, так и множество жалоб, поданных ею во внутригосударственные суды и органы власти. В то же время власти Франции утверждали, что дело было готово для судебного заседания спустя два года после подачи жалобы, то есть в разумный срок, однако, что в связи с поведением заявителя ее рассмотрение было задержано. Действительно, компания-заявитель представила новый меморандум 17 января 2001 г., в то время как в декабре 2000 года материалы дела уже были приняты Правительственным комиссаром. Компания-заявитель представила два меморандума в феврале и марте 2001 года с целью отвода Правительственного комиссара и подсекции, в которую были переданы материалы дела, и от этих требований она отказалась в апреле этого же года. Наконец, компания-заявитель представила последний меморандум в июле 2001 года. При этих обстоятельствах материалы дела могли вновь быть переданы Правительственному комиссару 12 декабря 2001 г. для их подготовки к судебному разбирательству. Принимая во внимание эти обстоятельства, власти Франции полагали, что компания-заявитель несет ответственность за увеличение длительности судебного производства. ###### 2. Мнение Европейского суда 83. Европейский суд напомнил, что в своем Решении о приемлемости от 12 мая 2005 г. он определил период, который подлежит рассмотрению в отношении двух разбирательств, указанных в жалобе компании-заявителя. В отношении разбирательства по Межпрефектурному постановлению от 26 мая и 18 июля 1997 г. срок рассмотрения растянулся на четыре года, девять месяцев и три дня. Что касается разбирательства в отношении Межпрефектурного постановления от 24 июля 1998 г., оно длилось три года, шесть месяцев и семнадцать дней. 84. Европейский суд напомнил, что разумный характер длительности разбирательства оценивается, исходя из обстоятельств дела и принимая во внимание критерии, признанные в прецедентной практике Европейского суда, в частности, сложность дела, действия заявителя и компетентных органов, а также важность вопроса спора для лица (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Фридлендер против Франции" (Frydlender v. France), жалоба N 30979/96, [§ 43](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2741795/statya-10#p100125), ECHR 2000-VII). 85. Европейский суд отметил, что рассматриваемые разбирательства представляют некоторую сложность в отношении правового положения горнодобывающих предприятий, которые компания-заявитель больше не эксплуатирует. Однако Европейский суд установил, что непосредственная компетенция Государственного Совета в связи с локализацией спора не позволила вынести решение по делам компании-заявителя с необходимой быстротой с точки зрения ее интересов, и даже интересов населения в отношении сохранения безопасности и здравоохранения. Что касается первого разбирательства в его основной стадии, в значительной степени оно было задержано "нарушением работы" правовой службы соответствующего министерства и непредставлением меморандумов в установленный срок, что вынуждало исключать дело из списка дел, подлежащих рассмотрению секцией по разрешению споров (см. выше [§ 16](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1-2#p100092)). Принимая во внимание свою прецедентную практику в этой сфере, Европейский суд счел, что общая длительность первого разбирательства, то есть почти пять лет, не отвечает требованию "разумного срока". В отношении второго разбирательства, для изучения жалобы Государственному Совету потребовалось три с половиной года; и Европейский суд не разделяет мнение властей Франции, согласно которому такой срок объясняется только действиями компании-заявителя. Следовательно, имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. 86. [Статья 41](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-41#p100207) Конвенции гласит: "Если Суд объявляет, что имело место нарушение [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне". ##### A. Ущерб 87. Компания-заявитель потребовала присудить ей 154001,85 евро в качестве компенсации материального ущерба. Она потребовала возместить расходы, связанные с исполнением Межпрефектурных постановлений от 26 мая и 18 июля 1998 г. и 24 июля 1998 г., в отношении которых Государственный Совет вынес Постановления от 19 мая 2000 г. и 5 апреля 2002 г. по результатам несправедливого судебного разбирательства. 88. Власти Франции сочли эти требования чрезмерными и предложили выплатить компенсацию в размере 3000 евро только в отношении длительности судебного разбирательства. 89. В отношении жалоб заявителя относительно независимости и беспристрастности Государственного Совета, а также присутствия Правительственного комиссара на обсуждении при вынесении решения составом суда Государственного Совета Европейский суд не усмотрел какой-либо причинно-следственной связи между установленными нарушениями и материальным ущербом, указанным заявителем. Вместе с тем Европейский суд счел, что достаточной компенсацией морального вреда в связи с этим является установление Европейским судом нарушения [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. Вместе с тем компании-заявителю, бесспорно, причинен моральный вред в связи с чрезмерной длительностью разбирательств. Исходя из принципа справедливости, как того требует [статья 41](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-41#p100207) Конвенции, Европейский суд присудил ему всего 8000 евро в связи с этим. ##### B. Судебные расходы и издержки 90. Компания-заявитель потребовала присудить ей компенсацию судебных расходов и издержек, понесенных в ходе разбирательства в Государственном Совете, а именно 120885,97 евро, соответствующих гонорарам ее адвокатам. Она также потребовала присудить ей компенсацию расходов и издержек, понесенных в ходе разбирательства в Европейском суде, а именно 24589 евро. Компания-заявитель пояснила, что эта сумма вытекает из умножения количества часов, затраченных ее представителем в зависимости от почасовой оплаты в размере 122 евро до 2004 года и 128 евро до 2005 года. Она уточнила, что не представила подробных счетов в связи со значительным количеством споров, в которых она участвовала; были составлены общие и ежемесячные фактуры, из числа которых не были выделены выплаты, связанные с осуществлением защиты в Европейском суде. Она указала только, что время, затраченное ее адвокатом на защиту ее интересов в Европейском суде, составляло 63 часа в 2000 году, 1 час в 2001 году, 37,5 часов в 2002 году, 7,5 часов в 2003 году, 48,5 часов в 2004 году и 10,5 часов в 2005 году. 91. Власти Франции отметили, что компания-заявитель не доказала, что расходы, возмещения которых она требует, были понесены для предупреждения или исправления нарушения [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1), установленного Европейским судом. В качестве возмещения расходов, понесенных в ходе разбирательства в Европейском суде, они предложили сумму в размере 1500 евро. 92. Если Европейский суд устанавливает нарушение Конвенции, он может присудить заявителю компенсацию не только судебных расходов и издержек, которые он понес в ходе разбирательства в Суде, но также тех, которые были понесены в ходе разбирательства в национальных судах для предотвращения или исправления указанного нарушения (см. [Постановление](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-5919978431049/statya-3) Европейского суда по делу "Хертель против Швейцарии" (Hertel v. Switzerland) от 25 августа 1998 г., Reports 1998-VI). В настоящем деле Европейский суд установил, что компания-заявитель не понесла таких расходов и издержек в ходе оспариваемых разбирательств. В отношении судебных расходов и издержек, понесенных в ходе разбирательства в Европейском суде, Европейский суд напомнил, что заявитель может получить возмещение только в той степени, в какой установлена их реальность, необходимость и их разумный характер. В настоящем деле Европейский суд не сомневается в необходимости требуемых расходов, с точки зрения длительности и точности требований, выдвинутых от имени компании-заявителя. Вместе с тем, компания-заявитель не представила какого-либо счета, и в связи с этим Европейский суд счел, что их следует возместить частично. Следовательно, Европейский суд присудил компании-заявителю 10000 евро в связи с этим. 93. Европейский суд счел, что процентная ставка при прострочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента. **НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД:** 1) постановил четырьмя голосами против трех, что имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, гарантирующего право на независимый и беспристрастный суд в связи с объективно обоснованными сомнениями компании-заявителя по поводу состава Государственного Совета, вынесшего Постановление от 19 мая 2000 г.; 2) единогласно постановил, что не имело места нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции, гарантирующего право на независимый и беспристрастный суд, в связи с совмещением в данном деле Государственным Советом судебной функции с его административными полномочиями; 3) единогласно постановил, что имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в связи с присутствием Правительственного комиссара во время обсуждения при вынесении решения составом суда Государственного Совета; 4) единогласно постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции в связи с длительностью судебных разбирательств; 5) единогласно постановил, a) что государство-ответчик должно выплатить компании-заявителю в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с [пунктом 2 статьи 44](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100221) Конвенции 8000 (восемь тысяч) евро в качестве компенсации морального вреда, причиненного длительностью судебных разбирательств, и 10000 (десять тысяч) евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, а также сумму налогов, которая может быть начислена на присужденные суммы; b) что по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляются простые проценты в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента; 6) единогласно постановил, что сам факт установления нарушения [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в связи с отсутствием независимости и беспристрастности Государственного Совета, а также в связи с присутствием Правительственного комиссара при обсуждении при вынесении решения составом суда Государственного Совета представляет собой достаточную справедливую компенсацию морального вреда, причиненного компании-заявителю; 7) единогласно отклонил остальные требования компании-заявителя о справедливой компенсации. Совершено на французском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 9 ноября 2006 г. в соответствии с [пунктами 2](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100614) и [3 правила 77](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100615) Регламента Суда.
Председатель Палаты
Боштьян М.ЦУПАНЧИЧ Секретарь Секции Суда
Венсен БЕРЖЕ В соответствии с [пунктом 2 статьи 45](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100229) Европейской конвенции и [пунктом 2 правила 74](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100596) Регламента Европейского суда к настоящему [Постановлению](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1#p100005) прилагается совместное частично особое мнение судей Б. Цупанчича, К. Бырсана и М. Лонга.
**Б.М.Ц.**
В.Б. К нашему большому сожалению, мы не можем согласиться с [пунктом 1 резолютивной части](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100331) Постановления, а именно с тем, "что имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, гарантирующего право на независимый и беспристрастный суд в связи с объективно обоснованными сомнениями компании-заявителя по поводу состава Государственного Совета, вынесшего Постановление от 19 мая 2000 г.". Компания-заявитель, кроме прочего, утверждала, что Государственный Совет не является независимым и беспристрастным судом в связи с совмещением предоставленных ему функций, с одной стороны, и в связи со способом назначения и статусом его членов, с другой, что было продемонстрировано в данном случае назначением 26 мая 2000 г. одного из членов состава суда, вынесшего 19 мая 2000 г. рассматриваемое Постановление, на пост Генерального секретаря Министерства, отвечающего за вопросы горнопромышленного комплекса, который, тем не менее, продолжал свою деятельность, которая дала повод для спора, в котором ему противостояло Правительство. Если по первому вопросу Европейский суд пришел к выводу о том, что совмещение Государственным Советом судебной компетенции с административными полномочиями не может являться нарушением [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, следуя также практике по [делу](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2630795) "Клейн и другие против Нидерландов", и этот вывод мы полностью разделяем, вместе с тем, по второму вопросу большинство членов Большой палаты установило нарушение того же положения. Это действительно так, по этому второму вопросу Европейский суд, верный направлению своей прецедентной практики в этой сфере, не собирался рассматривать в общем плане способ назначения членов Государственного Совета, а также движение их карьеры. При таком положении в той степени, в какой компания-заявитель утверждала, что назначение члена состава суда на пост Генерального секретаря Министерства экономики, финансов и промышленности могло вызвать "серьезные сомнения" в отношении независимости Государственного Совета в его Решении от 19 мая 2000 г., Европейский суд должен был рассмотреть, имел ли в данном случае высший административный суд Франции "признак независимости", требуемый прецедентной практикой Европейского суда "в отношении гарантий от внешнего давления" (см. [§ 59](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100271) Постановления). В связи с этим в своих рассуждениях большинство Большой палаты исходило из неоспоримого факта: назначение в данном случае было совершено после рассмотрения дела в Государственном Совете 26 апреля 2000 г. Вместе с тем оно признало, как это указали власти Франции, что переговоры, касающиеся этого назначения, "начались" в апреле 2000 года, то есть, "вероятно", по меньшей мере, за некоторое время до обсуждения при вынесении решения составом суда. Следовательно, как и компания-заявитель, большинство сделало вывод, что оспариваемое назначение "может вызвать сомнения в беспристрастности Государственного Совета". Оно сочло, что, учитывая, что во время обсуждения, "даже может быть до его начала" - мы это подчеркиваем - один из членов состава суда был намечен для осуществления важных функций в министерстве, которое являлось его оппонентом по многочисленным и важным спорам, этот член не мог оставаться нейтральным по отношению к компании-заявителю. Большинство считает, что в данном случае компания-заявитель не располагала гарантиями "в отношении возможного внешнего влияния" в связи с оспариваемым назначением "в момент исполнения функций судьи в апреле 2000 года", и у нее могли "у компании-заявителя могли возникнуть объективно обоснованные сомнения в отношении независимости и беспристрастности состава суда, к которому принадлежало заинтересованное лицо" (см. [§ 69](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100282) Постановления).
Действительно, пункт, по которому мы не согласны с большинством, касается применения к оспариваемой ситуации понятий "независимость" и "объективная беспристрастность", которые тесно связаны в данном деле (см. [§ 62](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100274) Постановления). В связи с этим Европейский суд неизменно указывал, что объективная оценка состоит в том, чтобы ответить на вопрос, позволяют ли некоторые факты, независимо от личного поведения судей, сомневаться в их беспристрастности, и в этой области даже вероятности могут иметь значение. Речь идет о доверии, которое суд в демократическом обществе обязан внушать гражданам, участвующим в судебном разбирательстве, следовательно, любой суд, в отношении которого можно обоснованно опасаться отсутствия беспристрастности, должен объявить себя некомпетентным. Для того чтобы оценить в данном [деле](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1#p100005) наличие обоснованной причины для опасений в отношении отсутствия беспристрастности суда, точка зрения стороны учитывается, но не играет решающую роль. Определяющим элементом является выяснение того, могут ли считаться объективно доказанными опасения заинтересованного лица (см., среди других, Постановление Европейского суда по делу "Кастильо Альгар против Испании" (Castillo Algar v. Spain) от 28 октября 1998 г., Reports 1998-VIII, § 43; и Постановление Европейского суда по делу "Морель против Франции" (Morel v. France) от 6 июня 2000 г., ECHR 2000-VI, § 45). Точно также, Европейский суд неизменно устанавливал, что окончательный анализ судьи в конкретном деле осуществляется при вынесении решения и основывается на представленных доказательствах и заявленных в ходе судебных слушаний доводов (см., в качестве примера, Постановление Европейского суда по делу "Хаушильдт против Дании" (Hauschildt v. Denmark) от 24 мая 1989 г., Series A, N 154, § 50); Постановление Европейского суда по делу "Нортье против Нидерландов" (Nortier v. Netherlands) от 24 августа 1993 г., Series A, N 267, § 332; Постановление Европейского суда по делу "Сараива де Карвалью против Португалии" (Saraiva de Carvalho v. Portugal) от 22 апреля 1994 г., Series A, N 286-B, § 35; и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Морель против Франции", § 45).
Что происходит в настоящем [деле](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1#p100005)? Во-первых, мы считаем, что компания-заявитель не представила какого-либо доказательства, которое могло дать возможность подумать, что гарантии независимости членов высшего административного суда Франции, отмеченные Европейским судом в Постановлении по делу "Кресс против Франции" (см. Постановление Большой палаты Европейского суда, [§ 31](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100075) - [37](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100084) и [71](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3959498#p100183)), обсуждались в настоящем деле; напротив, настоящее Постановление напоминает, что позиция Государственного Совета среди французских органов власти не исключает упомянутые гарантии независимости (см. [§ 66](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-49#p100279) Постановления). Во-вторых, мы полагаем, что, несмотря на вероятности, одно только назначение государственного советника в настоящем деле не может лишить силы утверждение относительно общей судебной практики Государственного Совета только на том основании, не оспариваемом и неоспоримом, что оно было совершено после осуществления заинтересованным лицом функций судьи. Кроме того, компания-заявитель не доказала, каким образом это назначение могло вызвать сомнения в отношении связи между государственным советником и стороной-оппонентом или отметить наличие какого-либо внешнего влияния при осуществлении его функций. По нашему мнению, элементы, на которых основывается большинство для того, чтобы прийти к установлению нарушения [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции по этому вопросу, - а именно тот факт, что переговоры в отношении этого назначения "возможно" начались за некоторое время до судебного заседания, принимая во внимание важность предоставляемой должности, "даже может быть задолго до его начала", и что упомянутые переговоры касались члена состава суда, которого готовили для осуществления важных функций в министерстве, против которого выступала компания-заявитель, - представляются нам простыми домыслами. Вероятности имеют свои собственные пределы и должны основываться на объективных фактах, что, как мы считаем, не имело места в настоящем [деле](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6541101/statya-1#p100005). В заключение, было бы лучше, если бы Европейский суд, в деле, в котором он имел возможность сделать это, установил пределы чрезвычайному приданию внимания теории вероятности - теории, которая могла перейти к форме общего подозрения и, в конечном счете, создать правовую необеспеченность.
---