Постановление ЕСПЧ от 09.11.2004
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 09.11.2004. 63527/00. 09.11.2004. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6352700
«Дело „Левшины (Levshiny) против Российской Федерации“ (жалоба № 63527/00) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «ЛЕВШИНЫ (LEVSHINY) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 63527/00)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
<*> Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым.
По делу «Левшины против Российской Федерации» Европейский суд по правам человека (Вторая секция), заседая Палатой в составе:
Ж.-П. Коста, Председателя Палаты,
а также при участии Т.Л. Эрли, заместителя Секретаря Секции Суда,
заседая 19 октября 2004 г. за закрытыми дверями,
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 63527/00), поданной 30 июня 2000 г. в Европейский суд против Российской Федерации гражданами России Николаем Григорьевичем Левшиным и Николаем Николаевичем Левшиным (далее — заявители) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. В Европейском суде интересы заявителей представлял П.А. Лепшин, юрист из г. Санкт-Петербурга. Власти Российской Федерации в Европейском суде были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.
3. 16 мая 2003 г. Европейский суд решил коммуницировать жалобу властям Российской Федерации. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд решил рассмотреть данную жалобу одновременно по приемлемости и по существу.
ФАКТЫ
4. Заявители, 1935 и 1968 годов рождения, соответственно, проживают в г. Санкт-Петербурге.
5. Заявители вложили денежные суммы в строительство многоквартирного дома. Подрядчик своевременно не предоставил заявителям квартиру в соответствии с заключенным договором.
6. 26 августа 1996 г. заявители подали исковое заявление в Приморский районный суд г. Санкт-Петербурга.
7. Приморский районный суд принял дело заявителей к производству 6 декабря 1996 г., когда заявители уплатили пошлину.
8. 10 февраля 1998 г. Приморский районный суд оставил исковое заявление заявителей без рассмотрения ввиду предположительной неявки заявителей на судебные заседания. Определение об этом не было вручено заявителям.
9. 23 июня 1998 г. заявители, утверждавшие, что их никогда не вызывали в суд, обжаловали Определение от 10 февраля 1998 г. и просили восстановить срок для обжалования указанного определения.
10. 26 ноября 1998 г. Санкт-Петербургский городской суд отменил определение Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга от 10 февраля 1998 г. как незаконное ввиду отсутствия доказательств того, что заявителей вообще вызывали в суд. Санкт-Петербургский городской суд дал указание Приморскому районному суду рассмотреть дело.
11. 31 декабря 1998 г. Приморский районный суд назначил судебное заседание по делу на 31 марта 1999 г.
12. 31 марта 1999 г. судебное заседание было перенесено на 8 июля 1999 г., а 8 июля 1999 г. — на 8 декабря 1999 г. по причине неявки ответчиков.
13. 8 декабря 1999 г. судебное заседание было отложено до 3 мая 2000 г. по причине болезни судьи.
14. 3 мая 2000 г. судебное заседание было отложено до 30 ноября 2000 г. по причине неявки ответчиков.
15. В 1999 — 2000 годах заявители подали ряд жалоб в Приморский районный суд, Санкт-Петербургский городской суд и Верховный суд Российской Федерации с просьбой ускорить рассмотрение их дела.
16. 30 ноября 2000 г. судебное заседание было отложено до 9 марта 2001 г. по причине болезни судьи.
17. В период с 9 марта по 31 октября 2001 г. судебные заседания дважды откладывались по ходатайствам обеих сторон.
18. 31 октября 2001 г. судебное заседание было отложено до 11 февраля 2002 г. по причине неявки ответчиков.
19. 11 апреля 2002 г. Приморский районный суд рассмотрел дело заявителей и отклонил их требование о выделении им квартиры на том основании, что все квартиры в данном доме уже были распределены между другими инвесторами. Суд отметил, что относительно сделанных заявителями вложений их интересы были защищены в рамках проходившей тогда процедуры банкротства подрядчика.
20. 15 апреля 2002 г. заявители обжаловали Судебное решение от 11 апреля 2002 г.
21. 14 ноября 2002 г. Санкт-Петербургский городской суд оставил Судебное решение от 11 апреля 2002 г. без удовлетворения.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
22. Заявители жаловались на то, что судебное разбирательство по их гражданскому делу было чрезмерно длительным и нарушило требование о «разумном сроке», установленное в пункте 1 статьи 6 Конвенции, который гласит:
«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом...».
23. Власти Российской Федерации признали, что суд первой инстанции не рассмотрел дело в кратчайшие сроки.
24. Применительно к Конвенции период времени, который следует учитывать, начался только 5 мая 1998 г., когда Россия признала право лица на обращение в Европейский суд с индивидуальной жалобой. Однако при оценке разумности срока, прошедшего после этого момента, необходимо принимать во внимание состояние судебного разбирательства на этот момент. Европейский суд принял во внимание, что к этой дате судебное разбирательство длилось уже более одного года и восьми месяцев.
Рассматриваемый период времени окончился 14 ноября 2002 г. Таким образом, он длился еще четыре года, шесть месяцев и девять дней с момента ратификации Россией Конвенции, при этом дело было рассмотрено в судах двух инстанций, причем каждая инстанция рассматривала дело дважды.
A. Приемлемость
25. Европейский суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее он отметил, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Таким образом, данная часть жалобы должна быть объявлена приемлемой.
B. По существу
26. Власти Российской Федерации утверждали, что Приморский районный суд г. Санкт-Петербурга не рассмотрел в надлежащие сроки дело заявителей. Власти Российской Федерации отметили, что сам суд пояснил, что затянувшееся рассмотрение дела заявителей было вызвано недокомплектованностью суда и его перегрузкой.
27. Заявители утверждали, что длительное рассмотрение их дела было вызвано неторопливостью со стороны судов и нарушениями ими положений процессуального права, равно как и неявкой ответчиков на судебные заседания.
28. Европейский суд напомнил, что обоснованность длительности судебного разбирательства должна быть оценена в свете обстоятельств дела и с учетом следующих критериев: сложность дела, действия заявителя и соответствующих органов власти и важность рассматриваемого вопроса для заявителя (см., среди прочих прецедентов, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Фридлендер против Франции» (Frydlender v. France), жалоба № 30979/96, ECHR 2000-VII, § 43).
29. Европейский суд отметил, что иск заявителей касался спора из договора между частными лицами. Он счел, что дело не было сложным с точки зрения фактов или права.
30. Что касается действий заявителей, Европейский суд не усмотрел ничего, что бы существенным образом увеличило длительность судебного разбирательства.
31. Что касается действий судов, Европейский суд отметил, что до 26 ноября 1998 г. судебное разбирательство по делу откладывалось в связи с определением Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга, которым было отказано в рассмотрении иска заявителей ввиду их предполагаемой неявки на судебные заседания, хотя их никогда на них не вызывали. После этой даты суду первой инстанции потребовалось три года и четыре месяца, чтобы рассмотреть дело. В этот период судебные заседания переносились четыре раза сроком на три (дважды), пять и семь месяцев в связи с неявкой ответчиков. В течение восьми месяцев был болен судья. Европейский суд счел, что, таким образом, подобные задержки могли быть минимизированы. Власти Российской Федерации признали, что суд первой инстанции не проявил усердие для рассмотрения дела. Что касается пояснений властей Российской Федерации о том, что суды недоукомплектованы и перегружены работой, Европейский суд напомнил, что именно Высокие Договаривающиеся Стороны должны организовывать свои правовые системы таким образом, чтобы суды могли гарантировать каждому право на вынесение окончательного решения в разумный срок при определении гражданских прав и обязанностей лица (см., упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу «Фридлендер против Франции», § 45).
32. Указанных заключений достаточно, чтобы Европейский суд пришел к выводу, что в настоящем деле длительность судебного разбирательства была чрезмерной и не было соблюдено требование «разумного срока» судебного разбирательства.
Таким образом, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции.
II. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции
33. Заявители жаловались на то, что суды допустили ошибки при вынесении решения по их делу и что исход судебного разбирательства нарушил их право собственности.
34. Европейский суд рассмотрел представленные заявителями утверждения. Однако, принимая во внимание представленные ему материалы, Европейский суд пришел к выводу, что данная часть жалобы не раскрывает каких-либо нарушений прав и свобод, закрепленных в Конвенции или Протоколах к ней. Следовательно, данная часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
35. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
36. Заявители потребовали присудить им 32309 евро в отношении материального ущерба, основанного на стоимости квартиры, которой они предположительно лишились в результате судебного разбирательства. Каждый заявитель также потребовал по 5 тысяч евро в качестве компенсации морального вреда.
37. Власти Российской Федерации не согласились с этими требованиями.
38. Европейский суд не усмотрел какой-либо причинно-следственной связи между установленным нарушением и предполагаемым материальным ущербом; таким образом, он отклонил данное требование. Вместе с тем, исходя из принципа справедливости, Европейский суд присудил каждому заявителю по 2400 евро в отношении морального вреда.
B. Судебные расходы и издержки
39. Заявители также потребовали 2984 российских рубля <*> в качестве компенсации судебных расходов и издержек, понесенных ими в национальных судах и в Европейском суде.
40. Власти Российской Федерации не высказали своего мнения по этому поводу.
41. В соответствии с прецедентной практикой Европейского суда заявитель имеет право на компенсацию судебных расходов и издержек, если только было доказано, что они были действительно понесены, являлись необходимыми и обоснованными в объеме. Более того, на национальном уровне понесенные расходы должны быть отнесены к усилиям, направленным на избежание или минимизацию нарушения Конвенции, впоследствии установленного Европейским судом. В связи с этим Европейский суд отметил, что заявители неоднократно направляли ходатайства в национальные суды с просьбой ускорить судебное разбирательство по их делу (см. выше § 15), и данный вопрос прямо относится к выводу Европейского суда о нарушении пункта 1 статьи 6 Конвенции (см. выше § 32). Принимая во внимание также расходы, понесенные в связи с рассмотрением дела в Европейском суде, Европейский суд счел разумным присудить заявителям сумму в размере 52 евро, эквивалентную 1824 рублям, в отношении всех их требований о компенсации судебных расходов и издержек.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
42. Европейский суд посчитал, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
единогласно объявил жалобу заявителей на чрезмерный срок судебного разбирательства по их делу приемлемой, а остальную часть жалобы неприемлемой;
-
постановил пятью голосами против двух, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
a) что государство-ответчик обязано выплатить заявителям в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции следующие суммы, переведенные в российские рубли по курсу на день выплаты:
i) по 2400 (две тысячи четыреста) евро каждому заявителю в качестве компенсации морального вреда;
ii) 52 (пятьдесят два) евро обоим заявителям в качестве компенсации судебных расходов и издержек;
iii) плюс любые возможные налоги к указанным суммам;
b) что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 9 ноября 2004 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF LEVSHINY v. RUSSIA (Application No. 63527/00)
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Levshiny v. Russia,
The European Court of Human Rights (Second Section), sitting as a Chamber composed of:
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
and Mr T.L. Early, Deputy Section Registrar,
Having deliberated in private on 19 October 2004,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 63527/00) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by Russian nationals, Nikolay Grigoryevich Levshin and Nikolay Nikolayevich Levshin («the applicants»), on 30 June 2000.
2. The applicants were represented by Mr P.A. Lepshin, a lawyer practising in Saint-Petersburg. The Russian Government («the Government») were represented by Mr P.A. Laptev, the Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 16 May 2003 the Court decided to communicate the application. Applying Article 29 § 3 of the Convention, it decided to rule on the admissibility and merits of the application at the same time.
THE FACTS
4. The applicants were born in 1935 and 1968 respectively and live in Saint-Petersburg.
5. The applicants invested money in the construction of a block of flats. The contractors failed to provide the applicants with a flat in time.
6. On 26 August 1996 the applicants brought an action against the contractors before the Primorskiy District Court of Saint-Petersburg («the district court»).
7. The district court initiated proceedings in the case on 6 December 1996, after the applicants had paid a court fee.
8. On 10 February 1998 the district court refused to entertain the application because of the applicants' alleged failure to attend hearings. This decision was not served on the applicants.
9. On 23 June 1998 the applicants, who claimed that they had never been summoned, appealed and asked for the restoration of the relevant time limit.
10. On 26 November 1998 the Saint-Petersburg City Court quashed the district court's decision of 10 February 1998 as unlawful in view of the lack of evidence that the applicants had ever been summoned to the hearings. It ordered the district court to examine the case.
11. On 31 December 1998 the district court scheduled a hearing for 31 March 1999.
12. The hearing was adjourned on 31 March 1999 to 8 July 1999 and on 8 July 1999 to 8 December 1999 on the ground of the defendants' failure to appear.
13. On 8 December 1999 the hearing was adjourned to 3 May 2000 as the judge was ill.
14. On 3 May 2000 the hearing was adjourned to 30 November 2000 because of the failure of the defendants to appear.
15. During 1999 — 2000 the applicants filed a number of complaints with the district court, the Saint-Petersburg City Court and the Supreme Court requesting the acceleration of the examination of their case.
16. On 30 November 2000 the hearing was adjourned to 9 March 2001 as the judge was ill.
17. Between 9 March 2001 and 31 October 2001 the hearing was adjourned twice at the request of both parties.
18. On 31 October 2001 the hearing was adjourned to 11 February 2002 because the defendant failed to appear.
19. On 11 April 2002 the district court examined the case and rejected the applicants' claim for a flat on the ground that all the flats in the block in question had already been distributed among other investors. The court noted that as regards the investments made, the applicants' interests were protected in the framework of ongoing bankruptcy proceedings against the contractors.
20. On 15 April 2002 the applicants appealed.
21. On 14 November 2002 the Saint-Petersburg City Court upheld the judgment.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention
22. The applicants complained that the length of the proceedings had exceeded the «reasonable time» requirement of Article 6 § 1 of the Convention, which reads as follows:
«In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a... hearing within a reasonable time by [a]... tribunal...»
23. The Government acknowledged that the first-instance court had not been prompt in deciding the case.
24. For Convention purposes, the period to be taken into consideration began on 5 May 1998, when the recognition by Russia of the right of individual petition took effect. However, in assessing the reasonableness of the time that elapsed after that date, account must be taken of the state of the proceedings previously. The Court notes that by that date the proceedings had already been pending over a year and eight months.
The period in question ended on 14 November 2002. It thus lasted another four years, six months and nine days after Russia's ratification of the Convention, for two levels of jurisdiction, each seeing the case twice.
A. Admissibility
25. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
26. The Government stated that the Primorskiy District Court of Saint-Petersburg had not been prompt in examining the applicants' case. The Government noted that the court itself had explained that the protracted examination of the applicants' case had been caused by understaffing and the work overload.
27. The applicants submitted that the prolonged proceedings in their case were caused by the lack of expedition and breaches of the procedural law by the courts, as well as the failure of the defendants to appear at the hearings.
28. The Court reiterates that the reasonableness of the length of proceedings must be assessed in the light of the circumstances of the case and with reference to the following criteria: the complexity of the case, the conduct of the applicant and the relevant authorities and what was at stake for the applicant in the dispute (see, among many other authorities, Frydlender v. France [GC], No. 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).
29. The Court notes that the applicants' suit concerned a contractual dispute between private persons. It considers that the case was not factually or legally complex.
30. As to the applicants' conduct, the Court does not find that it contributed any noticeably to the length of the proceedings.
31. As to the conduct of the judicial authorities, the Court notes that, before 26 November 1998, the proceedings in the case had been delayed by the decision of the Primorskiy District Court of Saint-Petersburg which refused to entertain the applicants' action because of their alleged failure to attend hearings although they had never been summoned. After that date, it took the first-instance court three years and four months to examine the case. During this period the hearing of the case was adjourned four times for periods of three (twice), five and seven months on account of the failure of the defendants to appear. During eight months the judge was ill. The Court considers that the delay in the conduct of the hearing thus created could have been minimised. The Government acknowledged that the first-instance court had not acted diligently. As regards the Government's explanation that the court was understaffed and overworked, the Court recalls that it is for the Contracting States to organise their legal systems in such a way that their courts can guarantee to everyone the right to a final decision within a reasonable time in the determination of his or her civil rights and obligations (see Frydlender, cited above, § 45).
32. The foregoing considerations are sufficient to enable the Court to conclude that in the instant case the length of the proceedings was excessive and failed to meet the «reasonable time» requirement.
There has accordingly been a breach of Article 6 § 1.
II. Alleged violations of Article 6 § 1 of the Convention and Article 1 of Protocol No. 1
33. The applicants complained that the courts erred in deciding their case and that the outcome of the proceedings violated their property rights.
34. The Court has examined the applicants' allegations as submitted by them. However, having regard to all the material in its possession, the Court finds that these complaints do not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention or its Protocols. It follows that this part of the application must be rejected as being manifestly ill-founded, pursuant to Article 35 §§ 3 and 4 of the Convention.
III. Application of Article 41 of the Convention
35. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
36. The applicants claimed, in respect of pecuniary damage, 32,309 euros (EUR) based on the cost of a flat which they allegedly lost as a result of the proceedings. Each applicant also claimed EUR 5,000 in respect of non-pecuniary damage.
37. The Government contested these claims.
38. The Court does not discern any causal link between the violation found and the pecuniary damage alleged; it therefore rejects this aspect of the claim. However, on an equitable basis, it awards each applicant EUR 2,400 in respect of non-pecuniary damage.
B. Costs and expenses
39. The applicants also claimed 2,984 Russian roubles (RUR) <*> for the costs and expenses incurred before the domestic courts and the Court.
40. The Government did not express an opinion on the matter.
41. According to the Court's case-law, an applicant is entitled to the reimbursement of his costs and expenses only in so far as it has been shown that these have been actually and necessarily incurred and were reasonable as to quantum. Moreover, at the domestic level, the expenses incurred must have been related to the efforts deployed to avoid or minimise the violation of the Convention subsequently found by the Court. In this connection, the Court notes that the applicants requested the domestic courts, on several occasions, to accelerate the proceedings (paragraph 15 above), a matter clearly related to the Court's finding of a violation of Article 6 § 1 of the Convention (paragraph 32 above). Taking into account also expenses incurred in connection with the proceedings before the Court, the Court considers it reasonable to award the sum of EUR 52, equivalent to RUR 1,824, jointly, in respect of the whole claim.
C. Default interest
42. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT
1. Declares unanimously the complaint concerning the excessive length of the proceedings admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds by five votes to two that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
3. Holds by five votes to two:
(a) that the respondent State is to pay the applicants, within three months from the date on which the judgment becomes final according to Article 44 § 2 of the Convention, the following amounts, to be converted into Russian roubles at the rate applicable on the date of settlement:
(i) 2,400 EUR (two thousand four hundred euros) to each applicant, separately, in respect of non-pecuniary damage;
(ii) 52 EUR (fifty-two euros), jointly, in respect of costs and expenses;
(iii) plus any tax that may be chargeable on the above amounts;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses unanimously the remainder of the applicants' claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 9 November 2004, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
President