Статья 2Постановление ЕСПЧ от 01.07.2014

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано жалобой № 43835/11, поданной против властей Французской Республики в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданкой Франции (далее — заявительница) 11 апреля 2011 года. Председатель Пятой Секции и впоследствии Председатель Большой Палаты Европейского Суда удовлетворили просьбу заявительницы о сохранении анонимности (пункт 3 правила 47 Регламента Европейского Суда).

2. Интересы заявительницы представляли адвокаты С. Шарма (S. Sharma), Р. де Мелло (R. De Mello) и Т. Муман (T. Muman), практикующие в г. Бирмингеме, а также адвокат С. Синф Джюс (S. Singh Juss), практикующий в г. Лондоне. Власти Франции (далее также — власти государства-ответчика) первоначально были представлены Представителем Французской Республики при Европейском Суде Э. Белльяр (E. Belliard), начальником Департамента по правовым вопросам Министерства иностранных дел, а с мая 2014 года Ф. Алабрюном (F. Alabrune).

3. Заявительница жаловалась, что установленный Законом от 11 октября 2010 г. № 2010-1192 запрет ношения одежды, предназначенной для того, чтобы скрывать лицо человека в общественных местах, лишал ее возможности носить полностью скрывающую ее лицо одежду в общественных местах. Она утверждала, что имело место нарушение статей 3, 8 - 11 Конвенции, взятых как в отдельности, так и во взаимосвязи со статьей 14 Конвенции.

4. Жалоба была распределена в Пятую Секцию Европейского Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Европейского Суда). 1 февраля 2012 г. жалоба была коммуницирована властям Франции.

5. 28 мая 2013 г. Палата Пятой Секции Европейского Суда в составе следующих судей: Марка Виллигера, Председателя, Ангелики Нуссбергер, Боштьяна Зупанчича, Анны Юдковской, Андре Потоцкого, Пауля Лемменса и Алеша Пейхала, судей, а также при участии Клаудии Вестердийк, Секретаря Секции, — решила уступить юрисдикцию в пользу Большой Палаты Европейского Суда, и ни одна из сторон не возражала против этого (статья 30 Конвенции и правило 72 Регламента Европейского Суда).

6. Состав Большой Палаты Европейского Суда был определен в соответствии с пунктами 4 и 5 статьи 26 Конвенции и правила 24 Регламента Европейского Суда.

7. Заявительница и власти Франции представили письменные замечания относительно приемлемости жалобы и по существу дела.

8. Неправительственным организациям «Международная амнистия» (Amnesty International), «Свобода» (Liberty), «Правовая инициатива открытого общества» (Open Society Justice Initiative) и «Статья 19» (Article 19), а также Центру по правам человека университета г. Гент (нидерл. — Gent, фр. — Gand), Бельгия, и властям Бельгии было предоставлено право подачи письменных замечаний по делу (пункт 2 статьи 36 Конвенции и пункт 3 правила 44 Регламента Европейского Суда). Властям Бельгии также было предоставлено право принять участие в слушании.

9. Открытое слушание по делу состоялось во Дворце прав человека 27 ноября 2013 г. (пункт 3 правила 59 Регламента Европейского Суда).

В заседании Большой Палаты Европейского Суда приняли участие:

(a) со стороны властей Франции:

Э. Белльяр, сотрудница Департамента по правовым вопросам Министерства иностранных дел, Представитель Франции при Европейском Суде,

Н. Ансель (N. Ancel), начальник Управления по правам человека Министерства иностранных дел, сопредставитель Франции при Европейском Суде,

С. Фурнель (S. Fournel), сотрудник Управления по правам человека Министерства иностранных дел,

Р. Фераль (R. Feral), сотрудник Управления по правам человека Министерства иностранных дел,

П. Руо-Шалье (P. Rouault-Chalier), начальник Управления по общим правовым вопросам и спорам Министерства юстиции,

Э. Дюман (E. Dumand), начальник Департамента европейского, международного и институционного права и споров Министерства внутренних дел, советники.

(b) со стороны заявительницы:

Р. Де Мелло,

Т. Муман,

С. Синф Джюс, консультанты,

Э. Бьордж (E. Bjorge),

А. Вакуленко (A. Vakulenko),

С. Берри (S. Berry), советники;

(c) со стороны властей Бельгии:

И. Нидлиспахер (I. Niedlispacher), сопредставитель Бельгии при Европейском Суде.

Европейский Суд заслушал выступления Э. Белльяр, Р. де Мелло, Т. Мумана, И. Нидлиспахер, а также ответы Э. Белльяр и Р. де Мелло на вопросы судей.

ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела

10. Заявительница является гражданкой Франции. Она родилась в 1990 году и проживает во Франции.

11. По утверждениям заявительницы, она является мусульманкой и носит паранджу и никаб в соответствии со своими вероисповеданием, культурой и личными убеждениями. Согласно ее объяснениям паранджа представляет собой одежду, полностью скрывающую тело, с сетчатой тканью на уровне лица, а никаб — головной убор, полностью скрывающий все лицо, за исключением глаз. Заявительница уточнила, что ни ее муж, ни другие члены ее семьи не оказывали на нее давления с целью заставить ее одеваться подобным образом.

12. Заявительница добавила, что она носила никаб как в общественных местах, так и дома, но нерегулярно, например, она могла не носить его, когда посещала врача, встречалась с друзьями в общественном месте или хотела познакомиться с новыми людьми. Таким образом, она не стремилась носить никаб в общественных местах постоянно, но хотела иметь возможность ходить в нем, когда она этого захочет, в частности, в зависимости от ее духовного состояния. Заявительница полагала, что в определенных случаях (например, во время религиозных праздников, таких как Рамадан) она должна ходить в нем в общественных местах для того, чтобы выразить свою веру в религиозном, личном и культурном аспектах. Она не преследовала цель вызывать раздражение у других людей, а хотела лишь сохранить в себе душевную гармонию.

13. Заявительница не утверждала, что ей должна была быть предусмотрена возможность носить никаб при прохождении контроля безопасности в банках или аэропортах, и была согласна открывать свое лицо, когда ее просили об этом для проведения необходимых проверок безопасности.

14. С 11 апреля 2011 г., даты вступления в силу Закона от 11 октября 2010 г. № 2010-1192, на всей территории Франции начал действовать запрет скрывать свое лицо в общественных местах.

II. Соответствующие законодательство Франции и правоприменительная практика

A. Закон от 11 октября 2010 г., «Запрещающий скрывать лицо в общественных местах»

1. История разработки Закона от 11 октября 2010 г.

(a) Доклад «О практике ношения полностью скрывающей лицо одежды <1> на территории страны»

---

<1> Здесь и далее Большая Палата Европейского Суда в основном не уточняет, какой именно вид одежды женщин-мусульманок, скрывающей лицо (паранджа, никаб, чадра), имеется в виду, поэтому используется выражение «полностью скрывающая лицо одежда» (примеч. редактора).

15. 23 июня 2009 г. на конференции председателей Национальной ассамблеи была создана парламентская комиссия, в состав которой вошли депутаты от различных партий, с целью подготовки доклада «О практике ношения полностью скрывающей лицо одежды на территории страны».

16. В данном докладе, представленном 26 января 2010 г. и насчитывавшем около 200 страниц, описывалась и анализировалась сложившаяся ситуация. Из документа следовало, в частности, что ношение скрывающей лицо одежды — новое для Франции явление (представляется, что до 2000 года почти ни одна женщина так не одевалась) и что к концу 2009 года так одевались около 1 900 женщин (из которых 270 — на заморских территориях), девять из десяти из них были младше 40 лет, двое из троих являлись гражданками Франции, и одна из четырех приняла ислам. Согласно докладу ношение подобной одежды являлось практикой, которая существовала до появления ислама, и оно не имело характера религиозного предписания, а являлось частью радикального самоутверждения лиц, находившихся в поисках своей индивидуальности в социальной сфере, а также действий экстремистских движений фундаменталистов. В докладе также указывалось, что данный феномен не наблюдался в странах Центральной и Восточной Европы, в частности, в Чешской Республике, Болгарии, Румынии, Венгрии, Латвии и Германии. Таким образом, в этих странах данный вопрос не обсуждался, в отличие от Швеции и Дании, в которых практика ношения полностью скрывающей лицо одежды была, тем не менее, не так распространена. Кроме того, вопрос о полном запрете подобной практики обсуждался в Нидерландах и Бельгии (с тех пор, с 1 июня 2011 г., в Бельгии был принят закон, «имеющий целью запретить ношение любой одежды, скрывающей лицо, полностью или в основном», см. ниже §§ 40 - 41). В докладе также критиковалась ситуация в Соединенном Королевстве, где согласно докладу наблюдалась тенденция, основанная на религиозной почве, со стороны радикальных и фундаменталистских мусульманских групп, которые использовали правовую систему, активно защищающую основополагающие индивидуальные права и свободы для того, чтобы добиться признания прав, предоставленных прежде всего проживающим в стране лицам мусульманского происхождения или вероисповедания.

17. Далее в докладе подвергалась критике «практика, противоречащая ценностям Республики», выраженным в максиме «Свобода, равенство, братство». В докладе подчеркивалось, что, выходя за пределы простой несовместимости с принципом секуляризма, полностью скрывающая лицо одежда нарушала принцип свободы, поскольку являлась символом определенной формы подчинения, и в силу самого своего существования отрицала как принцип гендерного равенства, так и принцип равного достоинства людей. В докладе также указывалось на то, что полностью скрывающая лицо одежда представляла собой отрицание братства, то есть отрицание контакта с другими людьми и очевидное нарушение французского принципа совместного проживания (le «vivre ensemble»).

С учетом изложенного в докладе был сделан вывод о необходимости «освободить женщин от власти ношения полностью скрывающей лицо одежды» и предлагалось действовать в трех направлениях: убеждать и защищать женщин и рассмотреть вопрос о запрете такой одежды. В докладе содержались следующие четыре предложения: во-первых, принять резолюцию, вновь утверждающую ценности Республики и осуждающую как противоречащее таким ценностям ношение полностью скрывающей лицо одежды; во-вторых, провести общее исследование по вопросам таких явлений, как объединение, дискриминация и неприятие других лиц в связи с их происхождением или вероисповеданием и по вопросам условий справедливого представительства религиозного разнообразия; в-третьих, интенсификация действий по повышению информированности и обучению взаимному уважению и разнообразию, а также обобщение механизмов посредничества; в-четвертых, принять законодательство, гарантирующее защиту женщин, которые являются жертвами принуждения, что должно усилить позиции должностных лиц, которые сталкиваются с данным явлением, и ограничивать подобные практики. В докладе подчеркивалось, что как среди членов парламентской комиссии, так и среди членов политических партий, представленных в парламенте, не было единогласной поддержки в пользу принятия закона о введении общего и абсолютного запрета ношения полностью скрывающей лицо одежды в общественных местах.

(b) Заключение Национальной консультативной комиссии по правам человека (Commission nationale consultative des droits de l'homme) «в отношении полностью скрывающей лицо одежды»

18. В то же время, 21 января 2010 г., Национальная консультативная комиссия по правам человека (далее — Комиссия) подготовила Заключение о ношении полностью скрывающей лицо одежды, указав в нем, что она не поддерживает принятие закона о введении общего и абсолютного запрета. По мнению Комиссии, в частности, сам по себе принцип секуляризма не может служить основанием для принятия такой общей меры, поскольку государство не имеет полномочий решать, относится ли тот или иной вопрос к сфере вероисповедания, и что общественный порядок может оправдывать запрет только в том случае, если его действие будет ограничено в пространстве и во времени. В заключении также подчеркивался риск общественного порицания мусульман и указывалось на то, что общий запрет может привести к неблагоприятным для женщин последствиям, в частности, поскольку те из них, которых заставляют носить полностью скрывающую одежду лицо, к тому же лишатся доступа к общественным местам.

19. При этом Комиссия отметила, что поддержка женщин, которые подвергаются какому-либо виду насилия, должна стать политическим приоритетом. В целях борьбы с любыми формами обскурантизма Комиссия выступила за поощрение распространения культуры диалога, открытости и умеренности для того, чтобы способствовать лучшему пониманию различных религий и принципов Республики. Комиссия призвала к развитию курсов гражданского обучения, включая обучение в области прав человека, на всех уровнях как для мужчин, так и для женщин. Она потребовала строгого применения принципов секуляризма и нейтральности в государственных органах и применения существующего законодательства, а также выразила пожелание о том, чтобы параллельно проводились социологические и статистические исследования с целью отслеживания развития такого явления, как ношение полностью скрывающей лицо одежды.

(c) Исследование Государственного совета (Conseil d’État ) о «возможных правовых основаниях для запрета ношения полностью скрывающей лицо одежды»

20. 29 января 2010 г. премьер-министр попросил Государственный совет провести исследование относительно «возможных правовых оснований для запрета ношения полностью скрывающей лицо одежды», «настолько широкого и эффективного, насколько это возможно».

21. Данное исследование было проведено Государственным советом, и 25 марта 2010 г. доклад относительно «возможных правовых оснований для запрета ношения полностью скрывающей лицо одежды» был принят Пленумом Национальной ассамблеи. Вопрос, поставленный перед Государственным советом, был сформулирован в докладе следующим образом: можно ли рассматривать возможность введения юридического запрета по определенным причинам и в течение установленного срока на ношение полностью скрывающей лицо одежды как таковой или необходимо рассмотреть более общий вопрос о сокрытии лица, одним из примеров которого является ношение подобной одежды?

22. Государственный совет прежде всего отметил, что в существующем законодательстве данный вопрос уже урегулирован различными способами: либо посредством положений о запрете ношения полностью скрывающей лицо одежды некоторыми лицами при определенных обстоятельствах, с помощью установления периодических ограничений в отношении сокрытия лица по причинам поддержания общественного порядка, либо путем введения уголовных наказаний для лиц, подстрекающих к подобным действиям. Однако Государственный совет отметил, что действующие положения отличались по своему характеру и что в других демократических государствах, как и во Франции, не было принято законов о введении абсолютного запрета на такое поведение в общественных местах. С учетом данного вывода Государственный совет поставил под сомнение юридическую и практическую осуществимость запрета ношения полностью скрывающей лицо одежды в общественных местах, принимая во внимание права и свободы, закрепленные в Конституции Франции, Конвенции и праве Европейского союза. Государственный совет счел невозможным рекомендовать введение запрета лишь на полностью скрывающую лицо одежду как на предмет одежды, представляющий собой ценности, несовместимые с ценностями Республики, поскольку данный запрет будет слабым с юридической точки зрения и его будет сложно применять на практике. Он отметил, в частности, что принцип гендерного равенства не был предназначен для применения к конкретному лицу, то есть к индивидуальному осуществлению личной свободы. Государственный совет также счел, что менее избирательный запрет преднамеренного сокрытия лица, основанный главным образом на более или менее широко интерпретированных соображениях обеспечения общественного порядка, не мог юридически применяться без каких-либо различий ко всем общественным местам ввиду действующей конституционной и конвенционной прецедентной практики.

23. Однако, по мнению Государственного совета, с учетом текущего законодательства было возможно принять более последовательные обязательные и ограничительные законы, которые бы содержали два вида положений: во-первых, о запрете ношения любых предметов одежды или аксессуаров, которые приводят к сокрытию лица таким образом, что это препятствует идентификации человека, либо с целью сохранения общественного порядка, когда он находится под угрозой, либо когда идентификация является необходимой для доступа в определенные места или для передвижения в этих местах, или для целей соблюдения некоторых формальностей; во-вторых, об усилении правоохранительных мер, которые будут направлены, в частности, против лиц, которые принуждают других скрывать лица и, таким образом, скрывать свою личность в общественных местах.

(d) Резолюция Национальной ассамблеи «О приверженности уважению ценностей Республики в то время, когда им угрожает развитие радикальных практик»

24. 11 мая 2010 г. Национальная ассамблея единогласно приняла Резолюцию «О приверженности уважению ценностей Республики в то время, когда им угрожает развитие радикальных практик».

Согласно данной резолюции Национальная ассамблея:

«...1) полагает, что радикальные тенденции, посягающие на достоинство и равенство между мужчинами и женщинами, одной из которых является ношение полностью скрывающей лицо одежды, являются несовместимыми с ценностями Республики;»

2. утверждает, что нельзя ссылаться на осуществление свободы выражения мнения или вероисповедания с целью нарушения общих правил, без учета ценностей, прав и обязанностей, на которых основано общество;

3. вновь торжественно подтверждает свою приверженность уважению принципов достоинства, свободы, равенства и братства между людьми;

4. выражает пожелание, чтобы борьба против дискриминации и содействие равенству между мужчинами и женщинами стали приоритетом государственных политик в сфере равенства возможностей, в частности, в рамках системы государственного образования;

5. полагает необходимым, чтобы были использованы все соответствующие средства для обеспечения эффективной защиты женщин, которые испытывают насилие или давление и, в частности, принуждаются к ношению скрывающей лицо одежды».

(e) Законопроект

25. В мае 2010 года был представлен законопроект о запрете скрывать лица в общественных местах, поскольку власти Франции пришли к выводу, что иные варианты (медиация и парламентская резолюция) не являлись достаточно эффективными средствами и что запрет, ограниченный определенными местами или обстоятельствами, не будет являться адекватным средством защиты соответствующих принципов и будет сложен в применении (Закон о запрете скрывать лица в общественных местах, исследование относительно последствий, май 2010 года).

К законопроекту была приложена пояснительная записка, в которой указывалось следующее:

«Франция никогда не бывает верна самой себе, своей истории, своей судьбе и своей репутации больше, чем когда она объединяется вокруг ценностей Республики: „Свободы, равенства, братства“. Данные ценности являются фундаментом нашего общественного договора. Они гарантируют единение нации, являются основами уважения достоинства людей и равенства между мужчинами и женщинами.»

Эти ценности сегодня ставятся под сомнение в связи с развитием практики сокрытия лица в общественных местах, в частности, ношения полностью скрывающей лицо одежды.

Данный вопрос на протяжении года широко обсуждался общественностью. Ясный вывод, сделанный после слушаний и доклада парламентской комиссии Национальной ассамблеи, является единодушным. Несмотря на то, что данный феномен пока не очень распространен, ношение полностью скрывающей лицо одежды является предельным проявлением отказа от ценностей Республики. Поскольку сокрытие лица в общественных местах приводит к отрицанию принадлежности соответствующих лиц к обществу, оно несет в себе символическое и бесчеловечное насилие, противоречащее структуре общества.

Был рассмотрен вопрос о принятии ad hoc мер, которые заключались бы в частичных запретах, ограниченных определенными местами, а в случае необходимости — некоторыми периодами времени или получением определенных услуг. Такие меры не только будет очень сложно применить, но они будут недостаточными, косвенными и не затрагивающими основную проблему.

Добровольное сокрытие лица представляет собой проблему, поскольку оно противоречит основополагающим требованиям «совместного проживания» во французском обществе.

Защита общественного порядка не ограничивается обеспечением спокойствия, безопасности и санитарного состояния. Она также позволяет запретить любое поведение, прямо противоречащее основным правилам общественного договора Республики, на котором основано наше общество.

Систематическое сокрытие лица в общественных местах, противоречащее идеалу братства, также не соответствует минимальному требованию воспитанности, которая необходима для общественных отношений.

Кроме того, данная форма публичной изоляции, будь она добровольной или навязанной, со всей очевидностью представляет собой посягательство на уважение достоинства личности. В остальном речь идет не только о достоинстве соответствующего лица, но и о достоинстве других лиц, которые находятся в том же общественном месте и с которыми обращаются как с кем-то, от кого нужно защищаться путем отказа от любых взаимоотношений, даже просто визуальных.

Наконец, если говорить о полностью скрывающей лицо одежде, которую носят только женщины, данное посягательство на достоинство личности сопровождается с публичным проявлением явного отказа от равенства между мужчинами и женщинами, воплощением которого оно является.

Рассмотрев вопрос о нормативных документах, которыми располагают органы государственные власти для того, чтобы остановить развитие данного феномена, Государственный совет предложил подход, основанный на обновленной концепции общественного порядка в его «нематериальном измерении».

Если он счел данную концепцию слишком новаторской, то лишь после того, как признал, что она отражена в некоторых судебных постановлениях, в частности, в том, в котором Конституционный совет счел, что условия «нормальной семейной жизни», гарантированные иностранцам, проживающим во Франции, могли исключать полигамию, и в прецедентной практике самого Государственного совета, в соответствии с которой некоторые практики, даже добровольного характера, могут быть запрещены, если они противоречат принципу достоинства личности. То же положение должно применяться в тех случаях, когда оспариваемая практика, такая как сокрытие лица, не может рассматриваться как неотъемлемая от осуществления основополагающей свободы.

Сами принципы нашего общественного договора, о которых торжественно напомнила Национальная ассамблея, единогласно приняв 11 мая 2010 г. Резолюцию о приверженности уважению ценностей Республики, запрещают, чтобы кто-то замыкался в себе и уединялся от других лиц, при этом проживая рядом с ними.

Практика сокрытия лица, которая к тому же при некоторых обстоятельствах может представлять собой угрозу для общественной безопасности, таким образом, не может иметь места на территории Республики. Бездействие государственной власти свидетельствовало бы о недопустимом отказе от защиты принципов, на которых основан наш республиканский договор.

Именно во имя этих принципов в настоящем законопроекте предлагается предусмотреть в законодательстве нашей страны по истечении времени, необходимого для объяснений и обучения, данное важное правило жизни в обществе, согласно которому «в общественных местах никто не может носить одежду, предназначенную для того, чтобы скрывать лицо».

26. Делегация Национальной ассамблеи по правам женщин и равенству возможностей между мужчинами и женщинами поддержала законопроект (информационный доклад зарегистрирован 23 июня 2010 г. под № 2646), и Комиссия по законам также составила положительный доклад (зарегистрирован 23 июня 2010 г. под № 2648).

27. Законопроект был принят Национальной ассамблеей 13 июня 2010 г. 330 голосами «за» при одном — «против» и трех воздержавшихся и Сенатом 14 сентября 2010 г. 246 голосами «за» при одном — «против». После Постановления Конституционного совета от 7 октября 2010 г. о том, что закон соответствовал Конституции (см. ниже § 30), данный закон был обнародован 11 октября 2010 г.

2. Соответствующие положения Закона от 11 октября 2010 г. № 2010-1192

28. Статьи с первой по третью (вступили в силу 11 апреля 2011 г.) Закона от 11 октября 2010 г. № 2010-1192 «О запрете сокрытия лица в общественных местах» (далее — Закон от 11 октября 2010 г.) гласят следующее:

«Статья 1»

В общественных местах никто не может носить одежду, предназначенную для того, чтобы скрывать свое лицо.

I. Для целей применения статьи 1 под общественными местами понимаются общественные дороги, а также места, открытые для общественности или предназначенные для предоставления государственных услуг.

II. Запрет, предусмотренный в статье 1, не применяется, если ношение соответствующей одежды предписано или разрешено положениями закона или подзаконных актов и если оно оправдано соображениями оказания медицинской помощи или профессиональными причинами, либо если оно является частью спортивных, праздничных, традиционных или художественных мероприятий.