Постановление ЕСПЧ от 25.07.2017

«Дело „Плотников (Plotnikov) против Российской Федерации“ (жалоба № 39595/06)»

[неофициальный перевод] <1>

ТРЕТЬЯ СЕКЦИЯ

---

По делу «Плотников против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека (Третья Секция), заседая Палатой в составе:

Луиса Лопеса Герра, Председателя Палаты,

Дмитрия Дедова,

Жольены Шуккинг, судей,

а также при участии Фатош Арачи, заместителя Секретаря Секции Суда,

рассмотрев дело в закрытом заседании 4 июля 2017 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано жалобой № 39595/06, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) гражданином Российской Федерации Сергеем Юрьевичем Плотниковым (далее — заявитель) 10 августа 2006 г.

2. Интересы заявителя представляла О.В. Преображенская, адвокат, практикующая в г. Страсбурге. Власти Российской Федерации первоначально были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде Г.О. Матюшкиным, а затем его преемником на этой должности М.Л. Гальпериным.

3. 14 января 2016 г. жалоба заявителя на незаконность содержания под стражей была коммуницирована властям Российской Федерации, а в остальной части жалоба была объявлена неприемлемой для рассмотрения по существу в соответствии с пунктом 3 правила 54 Регламента Суда.

ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела

5. 15 сентября 2000 г. Челябинский областной суд признал заявителя виновным в совершении преступления и назначил ему наказание в виде лишения свободы сроком на 19 лет.

6. 22 февраля 2006 г. Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев кассационную жалобу, отменил приговор от 15 сентября 2000 г. и направил дело на новое судебное разбирательство. Кроме того, он принял решение об избрании в отношении заявителя меры пресечения в виде заключения заявителя под стражу, не указав мотивов вынесения постановления и не установив срок, на который была избрана данная мера пресечения.

7. 28 апреля и 29 мая 2006 г. Челябинский областной суд выносил постановления об избрании в отношении заявителя меры пресечения в виде заключения под стражу, не указывая мотивы своего решения и не устанавливая срока действия меры пресечения.

8. 24 июля 2006 г. Челябинский областной суд назначил заявителю наказание в виде лишения свободы сроком на 13 лет и четыре месяца.

9. 12 января 2007 г. Верховный Суд Российской Федерации, рассмотрев кассационную жалобу, оставил приговор заявителю без изменения.

II. Соответствующее законодательство Российской Федерации

13. В соответствии с частью первой статьи 391 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) в редакции, действовавшей в период, относившийся к обстоятельствам настоящего дела, определение или постановление суда первой инстанции вступает в законную силу и обращается к исполнению по истечении срока для его обжалования в кассационном порядке либо в день вынесения определения суда кассационной инстанции.

14. В соответствии с частью третьей статьи 175 <1> Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее — УИК РФ) досрочное освобождение от отбывания наказания производится в день поступления соответствующих документов, а если документы получены после окончания рабочего дня — утром следующего дня.

---

<1> Так в тексте оригинала Постановления. По-видимому, имеется в виду часть пятая статьи 173 УИК РФ (примеч. переводчика).

ПРАВО

Предполагаемое нарушение статьи 5 Конвенции

15. Заявитель утверждал, что его содержание под стражей в период с 22 февраля по 24 июля 2006 г. и с 24 по 26 августа 2010 г. было незаконным. Он ссылался на пункт 1 статьи 5 Конвенции, которая в соответствующих частях гласит:

«1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:»

a) законное содержание под стражей лица, осужденного компетентным судом...

c) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения...».

A. Содержание заявителя под стражей с 22 февраля по 24 июля 2006 г.

Власти Российской Федерации готовы выплатить заявителю в качестве справедливой компенсации 5 000 евро.

Соответственно, Европейскому Суду предлагается прекратить производство по настоящему делу. Настоящую декларацию ее заявление предлагается рассматривать в качестве «любой другой причины», оправдывающей прекращение производства по делу в соответствии с подпунктом «c» пункта 1 статьи 37 Конвенции.

Вышеуказанная сумма покрывает материальный ущерб и моральный вред, а также судебные расходы и издержки и не облагается какими-либо налогами. Данная сумма подлежит выплате в течение трех месяцев со дня уведомления о решении Европейского Суда в соответствии с пунктом 1 статьи 37 Конвенции и будет переведена в российские рубли по курсу, действующему на день выплаты. Власти Российской Федерации гарантируют, что с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы будут начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента. Выплата указанной суммы будет расцениваться как окончательное урегулирование по делу».

17. Замечания заявителя были получены Европейским Судом 24 июня 2016 г. Заявитель принял условия односторонней декларации в части, касающейся его содержания под стражей с 22 февраля по 24 июля 2006 г.

18. Соответственно, принимая во внимание явное согласие заявителя с условиями односторонней декларации властей Российской Федерации, Европейский Суд принимает к сведению мировое соглашение, достигнутое сторонами. Европейский Суд полагает, что подобное мировое соглашение вдохновлено уважением к правам человека в том виде, в котором они признаются в Конвенции и Протоколах к ней, и не находит причин, по которым требовалось бы продолжать рассмотрение данной части жалобы (статья 39 Конвенции).

19. Следовательно, производство по жалобе в части, касающейся незаконности содержания заявителя под стражей с 22 февраля по 24 июля 2006 г., должно быть прекращено.

B. Содержание заявителя под стражей с 24 по 26 августа 2010 г.

1. Приемлемость жалобы

2. Существо жалобы

21. Власти Российской Федерации указали, что заявитель не мог быть освобожден до того, как вступило в силу и стало подлежащим исполнению постановление об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, а именно до 3 сентября 2010 г. Кроме того, власти Российской Федерации уточнили, что заявитель был освобожден ранее этой даты. По их мнению, в период с 24 по 26 августа 2010 г. заявитель был лишен свободы в порядке, установленном законодательством, в соответствии с пунктом 1 статьи 5 Конвенции.

22. Заявитель настаивал на том, что положения законодательства, регулирующего порядок освобождения на свободу, а именно часть пятая статьи 173 УИК РФ не являлись в достаточной степени точными и предсказуемыми при применении и не удовлетворяли требованиям, предъявляемым к качеству закона в соответствии с пунктом 1 статьи 5 Конвенции. В этом отношении заявитель указал, что копия постановления об условно-досрочном освобождении может попасть к администрации пенитенциарного учреждения с запозданием. Кроме того, по его мнению, с трудом можно было предположить момент, в который постановление об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, вынесенное судом первой инстанции, вступило в законную силу и стало подлежащим исполнению, поскольку, с точки зрения заявителя, этот момент зависел от возможной подачи кассационной жалобы и последующего рассмотрения данной жалобы судом кассационной инстанции, и в течение указанного срока заключенный продолжал бы оставаться под стражей. Наконец, заявитель отметил, что в решении от 24 августа 2010 г. уточнялось, что он должен был быть освобожден условно-досрочно от отбывания наказания в виде лишения свободы, при этом ему оставалось отбывать наказание два года, три месяца и 15 дней. Заявитель утверждал, что единственной возможностью для государственных органов соблюсти вышеуказанный срок, было освободить его 24 августа 2010 г. Соответственно, он полагал, что с 24 по 26 августа 2010 г. его содержание под стражей было произвольным, поскольку оно было основано на законе, не соответствующем требованиям ясности и предсказуемости, предусмотренным в пункте 1 статьи 5 Конвенции.

(b) Мнение Европейского Суда

23. Европейский Суд отмечает, что заявитель был лишен свободы после того, как суд, рассматривавший его дело, а именно Челябинский областной суд, вынес ему обвинительный приговор 24 июля 2006 г., назначив наказание в виде лишения свободы сроком на 13 лет и четыре месяца. Следовательно, действие подпункта «a» пункта 1 статьи 5 Конвенции прямо распространялось на период содержания заявителя под стражей, завершавшийся значительно позже, чем 26 августа 2010 г.

24. Кроме того, Европейский Суд напоминает, что подпункт «a» пункта 1 статьи 5 Конвенции не гарантирует права на условно-досрочное освобождение (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Гергер против Турции» (Gerger v. Turkey) от 8 июля 1999 г., жалоба № 24919/94, § 69). В связи с этим Европейский Суд считает, что в настоящем деле он не должен выяснять, как предлагал заявитель, соответствовала ли часть пятая статьи 173 УИК РФ требованиям, предъявляемым к качеству закона пунктом 1 статьи 5 Конвенции, поскольку заявитель мог воспользоваться данным правовым положением лишь после того, как решение от 24 августа 2010 г. вступило в законную силу в соответствии с частью первой статьи 391 УПК РФ (см. § 13 настоящего Постановления). Европейский Суд не находит причин не согласиться с толкованием последнего положения, данным властями Российской Федерации, которые полагали, что постановление от 24 августа 2010 г. вступило в законную силу по истечении 10 дней, установленных для обжалования в кассационном порядке, а именно 3 сентября 2010 года. Европейский Суд в этом отношении подчеркивает, что настоящее дело отличается от ранее рассмотренных им дел, касавшихся задержки при освобождении заключенных на основании вступивших в законную силу судебных решений (см. Постановление Комитета Европейского Суда по делу «Карпова против Российской Федерации» (Karpova v. Russia) от 12 января 2016 г., жалоба № 35413/07 <1>, § 22, и процитированные в нем примеры). Что касается вопроса о том, были ли положения внутригосударственного законодательства, касавшиеся процедуры кассационного обжалования решений об освобождении, достаточно ясными и точными, Европейский Суд констатирует, что постановление от 24 августа 2010 г. не было обжаловано, вследствие чего данный вопрос не является актуальным при обстоятельствах настоящего дела.

---

25. Что касается указания в постановлении от 24 августа 2010 г. на срок лишения свободы, от отбывания которого был освобожден заявитель, Европейский Суд полагает, что в отдельности данное указание не может рассматриваться как наделяющее заявителя правом на освобождение в день вынесения постановления. Европейский Суд напоминает, что следует отличать ситуации, когда решение об условно-досрочном или окончательном освобождении принимается компетентными органами власти в рамках их дискреционных полномочий, от ситуаций, когда эти органы власти не имеют подобных полномочий и обязаны применить подобную благоприятную меру к каждому лицу, соответствующему условиям, установленным законом (см. Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Дель Рио Прада против Испании» (Del Río Prada v. Spain), жалоба № 42750/09, § 126, ECHR 2013).

26. В настоящем деле Копейский городской суд Челябинской области, удовлетворяя ходатайство заявителя об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, в частности, ввиду его хорошего поведения в течение срока лишения свободы, воспользовался своим дискреционным полномочием (см. § 11 настоящего Постановления). Указание на период, от отбывания которого был освобожден заявитель, не было связано с расчетом общего срока лишения свободы, назначенного заявителю, в рамках правовой системы Российской Федерации (см., a contrario, Постановление Европейского Суда по делу «Грава против Италии» (Grava v. Italy) от 10 июля 2003 г., жалоба № 43522/98, §§ 43 — 45). По какой бы причине внутригосударственный суд не указал в своем постановлении от 24 августа 2010 г. срок, от отбывания которого был освобожден заявитель, Европейский Суд полагает, что данное указание не повлияло на законность содержания заявителя под стражей с 24 по 26 августа 2010 г. по смыслу Конвенции.

27. С учетом вышеизложенного Европейский Суд приходит к выводу о том, что содержание заявителя под стражей с 24 по 26 августа 2010 г. было законным в соответствии с пунктом 1 статьи 5 Конвенции, и, соответственно, не было допущено нарушение указанного положения Конвенции.

НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1. решил прекратить в соответствии со статьей 39 Конвенции производство по жалобе на нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции, касавшейся законности содержания заявителя под стражей с 22 февраля по 24 июля 2006 г.;

2. объявил жалобу заявителя на нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции в части, касающейся законности содержания заявителя под стражей с 24 по 26 августа 2010 г., приемлемой для рассмотрения по существу;

3. постановил, что не имело места нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции.

Совершено на французском языке, уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 25 июля 2017 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

№ п/п	Номер жалобы, дата подачи	Заявитель(-ница), дата рождения	Представитель(-ница), место работы	Учреждение, период содержания под стражей, длительность содержания под стражей	Площадь на человека (кв. м)	Конкретные жалобы	Иные жалобы в соответствии со сложившейся прецедентной практикой	Сумма, присужденная в качестве компенсации материального ущерба, морального вреда, а также судебных расходов и издержек (евро) <1>
1	22461/10, 16.03.2010	Леонид Юрьевич Цибаков, 28.01.1972	-	Тюрьма г. Верхнеуральска, Челябинская область, 21.03.2007 — 15.01.2010, два года и девять месяцев и 26 дней.	1,2	Плохое качество пищи, содержание вместе с другими заключенными, которые курили, поэтому камера постоянно была заполнена табачным дымом, в камере водились мыши.	Статья 13 Конвенции — отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении неудовлетворительных условий содержания под стражей	25 000
				ИК-8 г. Сулак, Оренбургская область, 16.01.2010 — и по настоящее время, более семи лет и двух месяцев и 15 дней	1,9	Индивидуальных спальных мест было меньше, чем количество заключенных, содержание вместе с другими заключенными, которые курили, поэтому камера постоянно была заполнена табачным дымом, плохое качество пищи, неудовлетворительное освещение, в камере водились мыши
2	19416/11, 18.01.2011	Дмитрий Александрович Мурзин, 06.03.1972		Тюрьма в г. Ульяновске, 13.12.2007 — 13.12.2010, три года и один день	1,9	Плохое освещение в камере, в окнах не было стекол, прогулки были нерегулярными, отсутствие вентиляции. Заявитель содержался в камере вместе с лицами, зараженными туберкулезом. Пища была плохого качества, отсутствовала перегородка между санузлом и жилой частью камеры, санузел находился в 0,8 метра от обеденного стола	Статья 13 Конвенции — отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении неудовлетворительных условий содержания под стражей	5 000
3	66011/11, 09.09.2011	Александр Владиславович Вохмянин, 14.07.1981		Медсанчасть № ЛИУ-12, Кировская область, 07.12.2010 — 14.03.2011, три месяца и восемь дней	2,38	Низкая перегородка между санузлом и жилой частью камеры, отсутствие горячей воды и вентиляции, постоянный сигаретный дым. В камере водились насекомые	Статья 13 Конвенции — отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении неудовлетворительных условий содержания под стражей	2100
4	26995/15, 22.05.2015	Роман Владимирович Тишлер, 20.06.1984		Карцер, медсанчасть ЛИУ-35 г. Старцево, Красноярский край, 18.11.2014 — 23.11.2014, шесть дней.	2,25	Металлические жалюзи на окнах, в камере была высокая влажность, отсутствовала вентиляция. В камере водились насекомые. Освещение камеры в ночное время, низкая перегородка между санузлом и жилой частью камеры, прогулки продолжительностью не более 30 минут.	Статья 13 Конвенции — отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении неудовлетворительных условий содержания под стражей	1000
				Медсанчасть № ЛИУ-35 г. Старцево, Красноярский край, 22.01.2015 — 06.02.2015, 16 дней	2	Необеспечение доступа к естественному свету, отсутствие вентиляции, постоянный сигаретный дым, низкая перегородка между санузлом и жилой частью камеры, прогулки продолжительностью не более 30 минут, низкая температура воздуха в камере, высокая влажность
5	35160/15, 22.06.2015	Игорь Леонидович Мелентьев, 05.01.1985	Эрнест Александрович Мезак, г. Сыктывкар	ИК-1 Республики Коми, 10.06.2014 — 22.12.2014, шесть месяцев и 13 дней	2	Отсутствие вентиляции, неудовлетворительное освещение, в камере постоянно плохо пахло	Статья 13 Конвенции — отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении неудовлетворительных условий содержания под стражей	3200
6	40325/15, 01.08.2015	Максим Утыгенович Мажитов, 11.06.1967	Маргарита Владимировна Гордеева, г. Астрахань	ИК-2 в г. Астрахани, 10.09.2006 — 04.03.2015, восемь лет и пять месяцев и 23 дня	1,9	Необеспечение отдельным спальным местом в 2006-2011 годах. В камере были четыре унитаза и раковины на 110 — 165 заключенных. Необеспечение приватности при пользовании туалетом, отсутствие подходящей сезонной одежды, отсутствие места для прогулок, неудовлетворительное качество пищи, отсутствие питьевой воды, плохое освещение в камере. В камере водились насекомые и крысы	Статья 13 Конвенции — отсутствие эффективных внутригосударственных средств правовой защиты в отношении неудовлетворительных условий содержания под стражей	5 000

---