Постановление ЕСПЧ от 04.05.2006
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 04.05.2006. 38797/03. 04.05.2006. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3879703
«Дело „Амбрушкевич (Ambruszkiewicz) против Польши“ (жалоба № 38797/03)»
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «АМБРУШКЕВИЧ (AMBRUSZKIEWICZ) ПРОТИВ ПОЛЬШИ» (Жалоба № 38797/03)
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу «Амбрушкевич против Польши» Европейский суд по правам человека (Четвертая секция), заседая Палатой в составе:
сэра Николаса Братца, Председателя Палаты,
а также при участии Ф. Эланс-Пассос, заместителя Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 4 апреля 2006 г.,
вынес следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 38797/03), поданной 3 ноября 2003 г. в Европейский суд по правам человека против Республики Польша гражданином Польши Станиславом Амбрушкевичем ({Stanislaw} <*> Ambruszkiewicz) (далее — заявитель) в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
2. Власти Польши в Европейском суде были представлены Уполномоченным Польши при Европейском суде по правам человека Якубом Воласевичем (Jakub {Wolasiewicz}).
3. 31 марта 2005 г. Председатель Четвертой секции Суда принял решение коммуницировать жалобу властям Польши. На основании положений пункта 3 статьи 29 Конвенции он принял решение об одновременном рассмотрении жалобы по вопросу приемлемости и по существу дела.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявитель, 1961 года рождения, проживает в г. Щецинеке (Szczecinek).
5. Обстоятельства дела, как они были изложены заявителем, могут быть кратко изложены следующим образом.
6. В 2002 году прокуратура г. Щецинек возбудила в отношении заявителя уголовное дело по факту предъявления в вышестоящих органах ложных обвинений в адрес некоторых сотрудников полиции и представителей судебной власти воеводства. Он был вызван в Окружной суд г. Щецинека.
7. В ходе первого судебного заседания, которое состоялось 13 мая 2003 г., заявитель подал ходатайство об отводе председателя суда. Суд прервал заседание для того, чтобы рассмотреть ходатайство об отводе и попросил стороны покинуть зал заседания, проинформировав их, что заседание возобновится в 11:45. Заявитель не вернулся в установленное судом время. Сочтя, что заявитель препятствует надлежащему ходу разбирательства, прокурор ходатайствовал перед судом о применении к заявителю меры пресечения в виде содержания под стражей. Суд удовлетворил его ходатайство и предписал поместить заявителя под стражу сроком на три месяца с момента его задержания. В обоснование своего решения суд отметил, что заявитель покинул суд без его разрешения, не проконсультировавшись предварительно со своим адвокатом. Суд счел, что заявитель умышленно препятствует надлежащему ходу разбирательства, его поведение дает основание предположить, что в будущем он может также попытаться скрыться от правосудия. Суд отказался учесть ходатайство адвоката заявителя, в котором он просил заменить содержание под стражей другой, менее строгой мерой пресечения, такой, как сопровождение на судебное заседание полицией.
8. 19 мая 2003 г. заявитель был задержан и направлен в следственный изолятор.
9. 21 мая 2003 г. заявитель подал апелляционную жалобу на постановление, в соответствии с которым он был помещен под стражу. Он жаловался на то, что содержание под стражей является слишком строгой и несоразмерной мерой пресечения по отношению к тяжести преступления, обвинение в котором ему было предъявлено.
10. 9 июня 2003 г. суд воеводства в г. Кошалина (Koszalin) отклонил апелляционную жалобу заявителя. Он принял решение оставить заявителя под стражей, сочтя, что эта мера пресечения является необходимой для того, чтобы обеспечить в будущем надлежащее отправление правосудия. Суд подчеркнул, что присутствие заявителя на судебном заседании 13 мая 2003 г. было обязательным. Приняв во внимание, что он не явился на заседание во время, установленное судом, суд был вынужден перенести заседание и не смог заслушать присутствовавших свидетелей. По мнению суда, хотя разбирательство могло быть окончено после первого заседания, из-за поведения заявителя он должен был перенести заседание.
11. 13 июня 2003 г. по существу на тех же основаниях Окружной суд отклонил ходатайство заявителя, поданное 27 мая 2003 г. об освобождении под залог.
12. Затем, 25 июня, 2, 7 и 17 июля 2003 г. подобные ходатайства заявителя были отклонены Окружным судом г. Колобжега ({Kolobrzeg}) в связи с тем, что суд счел, что по-прежнему существует риск, что заявитель попытается скрыться от правосудия.
13. 25 июля 2003 г. в соответствии с Постановлением, вынесенным 23 июля 2003 г. Окружным судом, заявитель был освобожден из-под стражи после уплаты залога.
14. Решением, вынесенным 31 марта 2004 г., заявитель был признан виновным в действиях, обвинение в которых ему было предъявлено, и приговорен к наказанию в виде лишения свободы сроком на 10 месяцев с отсрочкой исполнения в течение четырех лет испытательного срока. Суд засчитал в общий срок наказания период, в течение которого заявитель находился под стражей.
15. Заявитель подал апелляционную жалобу.
16. 31 августа 2004 г. суд воеводства отменил Решение от 31 марта 2004 г. и направил дело на новое рассмотрение.
17. Решением, вынесенным 10 ноября 2004 г., Окружной суд признал заявителя виновным и приговорил его к лишению свободы сроком на 10 месяцев с отсрочкой исполнения приговора. Заявитель подал апелляционную жалобу на это Решение.
18. 11 февраля 2005 г. суд воеводства отменил Решение от 10 ноября 2004 г. и направил дело на новое рассмотрение в Окружной суд.
В настоящее время разбирательство по делу продолжается.
II. Применимое национальное законодательство
19. Часть 3 статьи 251 Уголовно-процессуального кодекса Польши предусматривает:
«Основания постановления о применении меры пресечения должны... включать в себя обстоятельства, оправдывающие обоснованность и необходимость применения такой меры. В случае применения меры в виде предварительного содержания под стражей суду надлежит разъяснить причины, оправдывающие применение меры в виде лишения свободы вместо другой, менее строгой меры пресечения».
Часть 1 статьи 266 Уголовно-процессуального кодекса Польши предусматривает:
«Обвиняемый или другое лицо может внести залог в форме ценных бумаг, или путем оформления поручительства, или в форме ценностей или имущества».
Часть 1 статьи 275 Уголовно-процессуального кодекса Польши предусматривает:
«В качестве меры пресечения обвиняемый может быть помещен под полицейский контроль».
Статья 382Уголовно-процессуального кодекса Польши предусматривает:
«В случае неоправданной неявки в суд обвиняемого, чье присутствие в ходе заседания является обязательным, суд предписывает безотлагательно доставить его в суд или принимает решение о прерывании заседания или переносе заседания с этой целью».
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции
20. Заявитель утверждал, что его помещение под стражу являлось незаконным и что он был неправомерно лишен свободы. В частности, он ссылался на подпункт «c» пункта 1 статьи 5 Конвенции, который гласит:
«Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:»
c) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения...».
A. Приемлемость
21. Европейский суд установил, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Вместе с тем, Европейский суд отметил, что иных оснований для объявления жалобы неприемлемой не установлено. Таким образом, она должна быть объявлена приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Существо дела
22. По мнению властей Польши, заявитель был помещен под стражу с целью обеспечения его явки в компетентный орган, поскольку существовали обоснованные подозрения, что он совершил правонарушение. Власти Польши подчеркнули, что содержание заявителя под стражей было предписано в соответствии с пунктами 1 и 2 части 1 статьи 258 Уголовно-процессуального кодекса Польши, положения которых разрешают предварительное содержание под стражей лица, если оно обусловлено необходимостью обеспечения надлежащего хода разбирательства. Заявитель препятствовал надлежащему отправлению правосудия, поскольку он не явился на судебное заседание, не предоставив оправданий, несмотря на то, что был предупрежден о том, что его присутствие является обязательным. В связи с неявкой заявителя заседание должно было быть перенесено, притом что существовала вероятность того, что решение по существу дела могло быть вынесено в этот же день. Освобождение заявителя было предписано судом, как только большая часть свидетелей была заслушана в его присутствии.
23. Власти Польши также отметили, что для того, чтобы добиться освобождения, заявитель ссылался на часть 2 статьи 259 Уголовно-процессуального кодекса Польши, которая предусматривает, что содержание под стражей не должно применяться в случае, если с учетом обстоятельств дела предусмотренным наказанием является наказание в виде лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора или другое наказание, не связанное с лишением свободы. Вместе с тем, власти Польши указывали, что в соответствии с частью 4 статьи 259 Уголовно-процессуального кодекса Польши упомянутое положение не применяется в случае, если обвиняемый «уклоняется от правосудия, упорно отказывается явиться в компетентный орган или препятствует — незаконным образом — отправлению правосудия...». По мнению властей Польши, это имело место в данном деле.
24. Заявитель, прежде всего, отметил, что в соответствии со статьей 382 Уголовно-процессуального кодекса Польши в случае неоправданной неявки в суд обвиняемого, чье присутствие на заседании является обязательным, суд располагает другими средствами, менее строгими, чем лишение свободы, которые позволяют обеспечить его присутствие на заседании. Из указанного положения следует, что суд, в частности, может предписать сопровождение обвиняемого на заседание полицией и для этого прервать или перенести заседание. В данном случае возможность применения меры такого рода не была рассмотрена.
25. Заявитель утверждал, что при применении к нему меры пресечения в виде предварительного содержания под стражей, когда с учетом обстоятельств дела она не являлась необходимой, власти неправомерно применили меру пресечения в виде лишения свободы. Кроме того, он счел, что основанием решения, предписывающего его содержание под стражей, являлось желание наказать его за то, что он предъявил обвинение представителям местных органов правосудия.
26. Европейский суд установил, что заявитель был помещен под стражу 19 мая 2003 г. и был освобожден 25 июля 2003 г. Таким образом, длительность его содержания под стражей составила два месяца и семь дней. В соответствии с устоявшейся прецедентной практикой Европейского суда личная свобода должна являться правилом, а лишение свободы до решения суда — строгим исключением. Европейский суд напомнил также, что термины «в порядке», «установленном законом», фигурирующие в пункте 1 статьи 5 Конвенции, относятся к существу национального законодательства и посвящены обязательству соблюдать правила как по существу дела, так и в отношении процедуры. Прежде всего, именно национальным властям, в частности, судам, надлежит толковать и применять национальное законодательство, по-другому происходит в отношении дел, в которых с точки зрения пункта 1 статьи 5 Конвенции несоблюдение норм внутригосударственного права является нарушением Конвенции. В подобном случае Европейский суд может осуществлять определенный контроль для того, чтобы выяснить, были ли соблюдены нормы национального права (см., среди многих других прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Курт против Турции» (Kurt v. Turkey) от 25 мая 1998 г., Reports of Judgments and Decisions 1998-III, § 122; и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Дуийеб против Нидерландов» (Douiyeb v. Netherlands) от 4 августа 1999 г., жалоба № 31464/96, § 44 - 45).
27. Правомерность содержания под стражей с точки зрения национального законодательства является существенным, но не решающим элементом. Кроме того, Европейский суд должен быть убежден, что содержание под стражей в течение рассматриваемого периода соответствует цели пункта 1 статьи 5 Конвенции, а именно защите лица от любого незаконного лишения свободы (см. Постановление Европейского суда по делу «K.-F. против Германии» (K.-F. v. Germany) от 27 ноября 1997 г., Reports 1997-VII, § 63). Следовательно, Европейский суд должен убедиться, что само внутригосударственное законодательство соответствует Конвенции, включая провозглашенные и требуемые ею принципы (см., среди многих других прецедентов, Постановление Европейского суда по делу «Барановски против Польши» (Baranowski v. Poland), жалоба № 28358/95, § 51, ECHR 2000-III).
28. Европейский суд отметил, что в настоящем деле заявитель находился в предварительном заключении в соответствии с постановлением, вынесенным судом в ходе разбирательства по возбужденному в его отношении уголовному делу, в течение более двух месяцев в связи с тем, что он препятствовал надлежащему отправлению правосудия. Европейский суд также отметил, что заявитель подозревался в предъявлении в вышестоящих органах ложных обвинений в адрес некоторых должностных лиц органов правосудия — преступлении, предусмотренном статьей 234 Уголовного кодекса Польши, которое может повлечь за собой наказание в виде лишения свободы сроком до двух лет. Следует признать, что содержание заявителя под стражей имело законное основание в соответствии с внутригосударственным правом.
29. Европейский суд отметил, что при обосновании решения о помещении и содержании заявителя под стражей власти указали, в частности, на необходимость гарантирования надлежащего отправления правосудия по уголовному делу и, особенно, на опасение того, что заявитель попытается избежать правосудия. Не вызывает разногласий, что в некоторых особых случаях лишение свободы может являться единственным средством, позволяющим гарантировать явку обвиняемого в суд, в частности, с учетом его личности или характера преступления, а также тяжести предусмотренного наказания. Тем не менее, необходимо, чтобы основания, приведенные властями в подтверждение применения меры пресечения в виде лишения свободы, были дополнены конкретными фактами в отношении подозреваемого. Иными словами, необходимо, чтобы мотивы, указанные властями, могли представляться, при обстоятельствах дела, убедительными и соответствующими.
30. В отношении настоящего дела Европейский суд счел, что сложно установить элементы, которые могут подтвердить утверждение об опасности того, что заявитель попытается избежать правосудия. Европейский суд отметил, что заявитель был помещен под стражу по итогам первого судебного заседания по его делу в связи с тем, что он покинул суд без разрешения. Однако ни сложность дела, ни тяжесть наказания, которому он мог быть подвергнут в случае вынесения обвинительного приговора — основные элементы, на которые ссылались власти в обоснование постановления о предварительном заключении под стражу — не являлись факторами, которые могли заставить его скрыться. Более того, в отношении заявителя не было отмечено каких-либо фактов в прошлом, которые могли бы дать основание предполагать, что он может помешать ходу разбирательства.
Европейский суд также отметил, что в обстоятельствах настоящего дела, когда заявитель обвинялся по факту обвинения в адрес некоторых сотрудников полиции и представителей судебной власти воеводства, суд, рассматривавший дело, имел особое обязательство действовать таким образом, чтобы избежать любой вероятности пристрастности (mutatis mutandis, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Киприану против Кипра» (Kyprianou v. Cyprus), жалоба № 73797/01, § 127, ECHR 2005). В частности, при применении в отношении заявителя меры пресечения в виде лишения свободы поведение суда должно было быть осмотрительным, с тем чтобы не оставить никаких сомнений в своей беспристрастности.
31. Европейский суд напомнил, что одним из элементов, необходимых для правомерного содержания под стражей по смыслу пункта 1 статьи 5 Конвенции, является отсутствие произвола. Лишение свободы является мерой такой тяжести, что она оправдана, только если другие менее строгие меры пресечения были рассмотрены и признаны недостаточными для обеспечения личных и общественных интересов, требующих содержания под стражей. Следовательно, недостаточно, чтобы лишение свободы соответствовало нормам национального права, также необходимо, чтобы оно являлось необходимым с учетом обстоятельств дела (см. Постановление Европейского суда по делу «Витольд Литва против Польши» (Witold Litwa v. Poland), жалоба № 26629/95, § 78, ECHR 2000-III).
32. В деле заявителя, несмотря на то, что об этом неоднократно его адвокатом подавались ходатайства (см. выше § 7 и 9), власти не рассматривали применение менее суровых мер, предусмотренных внутригосударственным правом. Так, в соответствии со статьей 382 Уголовно-процессуального кодекса Польши суд имеет возможность предписать сопровождение заявителя на заседание полицией. Кроме того, в соответствии со статьей 226 Уголовно-процессуального кодекса Польши также возможно потребовать от заявителя уплаты залога или, при невозможности уплаты залога, указать третье лицо, которое могло бы явиться поручителем. Наконец, в соответствии со статьей 275 Уголовно-процессуального кодекса Польши суд также имел возможность поместить заявителя под полицейский надзор. Европейский суд также отметил, что часть 3 статьи 251 Уголовно-процессуального кодекса Польши предписывает суду вначале рассмотреть вопрос о применении менее строгих мер пресечения, чем лишение свободы, и в случае, если суд высказывается в пользу применения последней, объяснить причины, оправдывающие содержание под стражей.
33. В заключение, принимая во внимание, что эти меры не были рассмотрены в данном случае, несмотря на то, что они были предусмотрены национальным законодательством, Европейский суд счел, что содержание заявителя под стражей не должно считаться надлежащим по смыслу пункта 1 статьи 5 Конвенции. Следовательно, имело место нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции.
II. Применение статьи 41 Конвенции
34. Статья 41 Конвенции гласит:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Ущерб
35. Заявитель потребовал присудить ему 40000 евро в качестве компенсации причиненного ему материального ущерба и морального вреда. Он подтверждал эту сумму тем, что во время содержания под стражей он не смог продолжать управлять своим спортивным магазином и таким образом в значительной степени был лишен возможности иметь заработок.
36. Власти Польши возразили против этих требований и сочли, что сумма, требуемая заявителем, является чрезмерной.
37. На основании предоставленных ему материалов Европейский суд счел, что заявитель не доказал убедительным образом, что ему был причинен материальный ущерб. Следовательно, ничто не подтверждает, что Европейский суд должен предоставить ему компенсацию в этом отношении.
38. Вместе с тем, Европейский суд счел, что заявителю следует присудить сумму в размере 3000 евро в качестве компенсации морального вреда.
B. Судебные расходы и издержки
39. Заявитель не потребовал какой-либо суммы в качестве возмещения судебных расходов и издержек.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
40. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 5 Конвенции;
a) что государство-ответчик должно выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции 3000 (три тысячи) евро в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в польские злотые по курсу на день выплаты;
b) что по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляются простые проценты в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента;
Совершено на французском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 4 мая 2006 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.