---
title: "Постановление ЕСПЧ от 30.04.2014"
number: "37858/08"
issuer: "Европейский суд по правам человека"
issued_on: 2014-04-30
status: действует
canonical: "https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3785808"
---
## Постановление ЕСПЧ от 30.04.2014
# Постановление ЕСПЧ от 30.04.2014
"Дело "Зенков (Zenkov) против Российской Федерации" (жалоба N 37858/08) [рус., англ.]
**ЗЕНКОВ ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ**
**[ZENKOV V. RUSSIA]**
(жалоба N 37858/08)
## АННОТАЦИЯ ДЕЛА
Заявитель, проживающий в г. Благовещенске, жаловался на бесчеловечные условия и незаконный характер содержания под стражей в следственном изоляторе.
Европейский Суд единогласно постановил, что в данном [деле](#p100005) власти Российской Федерации нарушили требования [статьи 3](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-3#p100026) (запрещение пыток) и [подпункта "с" пункта 1 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100043) (право на свободу и личную неприкосновенность) Конвенции, и обязал государство-ответчика выплатить заявителю 11 700 евро в качестве компенсации морального вреда.
[неофициальный перевод] [<1>](#p100008)
**ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА**
**ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ**
ДЕЛО "ЗЕНКОВ (ZENKOV) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" [<1>](#p100008)
(Жалоба N 37858/08)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ [<2>](#p100009)
(Страсбург, 30 апреля 2014 года)
---
<1> Перевод с английского канд. юр. наук Н.В. Прусаковой.
<2> Настоящее Постановление вступило в силу 30 июля 2014 г. в соответствии с положениями [пункта 2 статьи 44](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-44#p100221) Конвенции (примеч. редактора).
По делу "Зенков против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:
Изабель Берро-Лефевр, Председателя Палаты,
Элизабет Штейнер,
Ханлара Гаджиева,
Пауло Пинту ди Албукере,
Эрика Месе,
Ксении Туркович,
Дмитрия Дедова, судей,
и Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 8 апреля 2014 г.,
вынес в указанный день следующее Постановление:
#### ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой N 37858/08, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со [статьей 34](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-34#p100171) Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) гражданином Российской Федерации Андреем Анатольевичем Зенковым (далее - заявитель) 20 июня 2008 г.
2. Заявитель был представлен А. Хиневич, адвокатом, практикующим в Амурской области. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека Г.О. Матюшкиным.
3. Заявитель, в частности, утверждал, что условия его предварительного содержания под стражей не соответствовали требованиям [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-1), что его заключение под стражу было незаконным и что последующая жалоба на причинение вреда не была удовлетворена.
4. 27 августа 2010 г. жалоба была коммуницирована властям Российской Федерации.
#### ФАКТЫ
#### Обстоятельства дела
5. Заявитель родился в 1983 году и проживает в г. Благовещенске.
#### A. Уголовное производство в отношении заявителя
6. 11 марта 2006 г. заявитель был арестован по подозрению в мошенничестве. 12 марта 2006 г. Благовещенский городской суд Амурской области (далее - городской суд) санкционировал заключение заявителя под стражу. В качестве обоснования заключения заявителя под стражу суд привел следующие доводы:
"...[Заявитель] обвиняется в совершении преступления средней тяжести, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет. Как следует из предоставленных документов, [заявитель] обвиняется в совершении преступления группой лиц. При таких обстоятельствах суд полагает, что в случае освобождения из-под стражи [заявитель] может скрыться во избежание наказания или не явиться для допроса к следователю или в суд, препятствовать ходу производства по делу, а [также] может оказывать давление на свидетелей или уничтожить доказательства".
7. Заявитель оставался под стражей во время расследования и суда. Несколько раз срок его содержания под стражей продлевался.
8. В неустановленную дату следователь переквалифицировал обвинения против заявителя на подозрение в совершении нескольких эпизодов краж и ограбления.
9. 21 ноября 2006 г. городской суд начал судебное разбирательство по делу заявителя и семерых других лиц.
10. 29 июня 2007 г. городской суд продлил срок содержания под стражей заявителя и еще четырех обвиняемых до 21 октября 2007 г. В частности, городской суд отмечал следующее:
"Заслушав сторону защиты, которая считает, что мера пресечения в виде заключения под стражу, примененная к [обвиняемым], может быть заменена на более мягкую, изучив материалы уголовного дела, а также учитывая тот факт, что [обвиняемым] предъявлено обвинение в совершении тяжких преступлений и преступлений средней тяжести против собственности, суд не считает возможным [освобождение обвиняемых из-под стражи на время суда]".
11. 16 ноября 2007 г. городской суд продлил срок содержания под стражей заявителя и четырех других обвиняемых до 21 января 2008 г. Суд повторил свои собственные формулировки, приведенные в решении от 29 июня 2007 г. Заявитель обжаловал это решение, утверждая, что в период с 21 октября по 16 ноября 2007 г. он содержался под стражей без санкции суда.
12. 17 декабря 2007 г. городской суд признал заявителя виновным в инкриминируемых ему преступлениях и приговорил его к 10 годам лишения свободы.
13. 21 февраля 2008 г. Амурский областной суд отменил в кассационном порядке решение суда от 16 ноября 2007 г. Амурский областной суд признал, что проверка законности содержания заявителя под стражей была проведена с опозданием в три недели в нарушение требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации. Амурский областной суд далее отмечал, что в силу того что заявитель был признан виновным в совершении преступлений и приговорен к 10 годам лишения свободы, он не может быть освобожден из-под стражи и, таким образом, нет необходимости рассматривать вопрос о законности содержания под стражей по существу.
14. 31 июля 2008 г. Амурский областной суд в кассационном порядке оставил приговор заявителя без изменений в материальной части и снизил срок лишения свободы до восьми лет. Суд отменил приговор в отношении одного из эпизодов кражи и направил дело на новое рассмотрение.
15. 13 октября 2008 г. городской суд прекратил производство в отношении одного из эпизодов кражи, предположительно совершенной заявителем. Заявитель это решение суда не обжаловал.
16. 8 июня 2009 г. президиум Амурского областного суда рассмотрел дело заявителя в порядке надзора и снизил срок лишения свободы до семи лет и шести месяцев.
17. 5 февраля 2010 г. заявитель был освобожден из-под стражи.
#### B. Производство, касающееся выплаты компенсации за незаконное содержание под стражей
18. 29 сентября 2008 г. городской суд отклонил жалобу заявителя с требованием о выплате компенсации в размере 150 000 рублей за предположительно незаконное содержание под стражей в период с 21 октября по 17 декабря 2007 г. Городской суд, в частности, отметил следующее:
"...В силу того, что период [содержания заявителя под стражей с 21 октября по 17 декабря 2007 г.] был включен в срок наказания, назначенного окончательным решением суда, суд не видит оснований для признания незаконным содержания заявителя под стражей в указанный период. Суд также не считает обоснованным требование заявителя о компенсации морального вреда за незаконное содержание под стражей в этот период. Соответственно, суд отклоняет жалобу".
19. 19 ноября 2008 г. Амурский областной суд в кассационном порядке оставил решение от 29 сентября 2008 г. без изменений.
20. 25 марта 2010 г. председатель Амурского областного суда удовлетворил ходатайство заявителя о пересмотре в порядке надзора постановлений 29 сентября и 19 ноября 2008 г.
21. 19 апреля 2010 г. президиум Амурского областного суда отменил в порядке надзора постановления судов от 29 сентября и 19 ноября 2008 г. и частично удовлетворил жалобу заявителя. Ссылаясь на [Конвенцию](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-1) и положения Гражданского кодекса Российской Федерации, суд подтвердил, что в силу незаконности содержания под стражей заявитель имеет право на получение компенсации, и присудил ему 15 000 рублей. В частности, он постановил следующее:
"Учитывая, что было установлено, что [заявитель] незаконно содержался под стражей [с 21 октября по 17 декабря 2007 г.], а также принимая во внимание длительность незаконного содержания под стражей, последующие решения относительно срока лишения свободы, к которому [заявитель] был приговорен, а также отсутствие доказательств того, что здоровье [заявителя] ухудшилось из-за незаконного содержания под стражей, президиум считает необходимым принять новое постановление о частичном удовлетворении требований заявителя и присуждает ему компенсацию в размере 15 000 рублей".
#### C. Условия содержания заявителя под стражей
22. В периоды с 11 марта 2006 г. по 11 марта 2008 г., с 19 февраля по 19 марта 2009 г., и с 28 мая по 20 августа 2009 г. заявитель содержался в Следственном изоляторе N 28/1 г. Благовещенска [<3>](#p100054).
---
<3> Так в оригинале. По-видимому, имеется в виду Федеральное казенное учреждение "Следственный изолятор N 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации по Амурской области" (примеч. редактора).
#### 1. Описание, предоставленное властями Российской Федерации
23. Объяснения властей Российской Федерации относительно условий содержания заявителя под стражей можно изложить следующим образом:
| Период содержания под стражей | Номер камеры | Площадь камеры (кв. м) | Количество спальных мест | Количество заключенных |
| --- | --- | --- | --- | --- |
| С 11 марта по 3 апреля 2006 г. | 209 | 12 | два | два - четыре |
| С 4 апреля по 22 мая 2006 г. | 31 | 49,2 | 22 | 20 - 31 |
| С 23 мая по 8 августа 2006 г. | 215 | 18 | четыре | два - шесть |
| С 9 августа по 26 декабря 2006 г. | 98 | 8,5 | три | один - четыре |
| С 27 декабря 2006 г. по 11 марта 2008 г. | 31 | 49,2 | 22 | 17 - 31 |
| С 19 февраля по 19 марта 2009 г. | 31 | 49,2 | 22 | 14 - 22 |
| С 28 мая по 20 августа 2009 г. | 237 | 18 | четыре | один - четыре |
24. По утверждению властей Российской Федерации, заявителю предоставлялось отдельное спальное место и постельное белье, даже тогда, когда иногда площадь пространства камеры на каждого заключенного составляла менее 4 кв. м. Заявителю предоставлялось трехразовое питание. Качество пищи тщательно контролировалось.
25. Все камеры следственного изолятора, в которых содержался заявитель, были оборудованы вентиляцией. Вентиляционная система была исправна. Через вентиляционные отверстия в окнах осуществлялась естественная вентиляция. Температура воздуха в камерах составляла от +18 °C до +24 °C. Отопление и водоснабжение осуществлялось в соответствии с действующими нормами. Металлические решетки на окнах не препятствовали поступлению дневного света. Искусственное освещение камер осуществлялось в соответствии с действующими нормами с 6.00 до 22.00. По ночам для освещения камер использовались лампы низкого напряжения.
26. Туалет был расположен в углу камеры на платформе высотой 35 см. Он отделялся от остальной части камеры кирпичной или металлической перегородкой высотой 1,75 или 1,65 м. Расстояние от туалета до обеденного стола составляло по крайней мере 1,5 м. Ближайшее спальное место находилось на расстоянии от 1 м (камера N 98) до 2,45 м (камера N 209) от туалета. Расстояние между спальными местами и обеденной зоны составляло по крайней мере 1,6 м. В камерах регулярно проводились уборка и проветривание.
27. Заявителю разрешалась ежедневная прогулка. В среднем заявитель находился в камере 20 - 23 часа в день.
#### 2. Описание, предоставленное заявителем
28. Заявитель не оспаривал данные, предоставленные властями Российской Федерации, в части, касающейся размеров и наполненности камер, в которых он содержался. Заявитель добавил, что пять дней в декабре 2006 года и 15 дней в мае 2008 года он содержался в камерах карцера N 49 и 61, где подвергся одиночному заключению.
29. По утверждению заявителя, ему не предоставлялось отдельное спальное место. Камеры следственного изолятора были грязными и были заражены насекомыми и грызунами. Заключенные, инфицированные туберкулезом, содержались в одних камерах с остальными.
#### 3. Жалоба заявителя на условия содержания под стражей в следственном изоляторе
30. В неустановленную дату заявитель подал жалобу в областную прокуратуру на ненадлежащие условия содержания под стражей. В ответ на его жалобу прокуратура провела в следственном изоляторе проверку.
31. 31 октября 2008 г. прокуратура уведомила заявителя о том, что обнаруженные нарушения будут устранены. Результаты проверки условий содержания под стражей в следственном изоляторе прокурор сформулировал следующим образом:
"В результате проверки обнаружены многочисленные нарушения [правил содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений].
Оборудование камер не соответствует установленным требованиям. В некоторых камерах количество столов, скамеек, ящиков для хранения пищи, а также раковин недостаточно по отношению к количеству заключенных. Отсутствуют искусственная вентиляция, краны с питьевой водой и перегородки, отделяющие туалеты. Отсутствует радио. В более чем 40% камер нет деревянных полов. Не в полной мере соблюдаются требования по дезинфекции (заражены клопами карцеры, тараканами кухня и пекарня). В камерах также есть насекомые (клопы, вши и тараканы)...
Многие камеры требуют капитального ремонта (стены и потолки покрыты плесенью, с них осыпается штукатурка, имеются многочисленные трещины). Из-за недостатка искусственной вентиляции в камерах сыро, воздух спертый и влажный. Некоторые камеры не оборудованы радио. Температура в камерах не соответствует установленным нормам...".
#### ПРАВО
#### I. Предполагаемое нарушение статьи 3 Конвенции
32. Заявитель жаловался на то, что содержался под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-28/1 г. Благовещенска в ненадлежащих условиях, противоречащих [статье 3](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-3#p100026) Конвенции, которая гласит:
"Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию".
33. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель не подвергался бесчеловечному или унижающему достоинство обращению в нарушение [статьи 3](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-3#p100026) Конвенции. Условия его содержания под стражей в следственном изоляторе соответствовали установленным нормам в отношении санитарии, отопления и водоснабжения. Однако власти Российской Федерации признали, что следственный изолятор, в котором содержался заявитель, был переполнен, и норматив площади в 4 кв. м на человека иногда не соблюдался.
34. Заявитель настаивал на своей жалобе.
#### A. Приемлемость жалобы
35. Европейский Суд полагает, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу [пункта 3 статьи 35](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-35#p100180) Конвенции. Он также отмечает, что жалоба не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Следовательно, она должна быть объявлена приемлемой.
#### B. Существо жалобы
36. Для обзора общих принципов, см. Постановление Европейского Суда по делу "Ананьев и другие против Российской Федерации" (Ananyev and Others v. Russia) от 10 января 2012 г., жалобы N 42525/07 и 60800/08, [§§ 139](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3346803#p100961) - [159](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3346803#p100990) [<4>](#p100082)).
---
<4> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 8/2012.
37. Возвращаясь к обстоятельствам настоящего дела, Европейский Суд установил, что стороны не пришли к соглашению относительно некоторых аспектов условий содержания заявителя под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-28/1 г. Благовещенска в течение нескольких периодов с 11 марта 2006 г. по 20 августа 2009 г.
38. В этой связи Европейский Суд принимает во внимание признания властей Российской Федерации о том, что следственный изолятор был переполнен и что личное пространство, предоставляемое каждому заключенному, иногда было меньше установленного минимума в 4 кв. м.
39. Европейский Суд далее отмечает, что на основании данных, предоставленных властями Российской Федерации, которые не оспаривались заявителем, заявителю предоставлялось в среднем 3 кв. м личного пространства. Иногда на него приходилось около 1,59 кв. м площади (см. [§ 23](#p100056) настоящего Постановления). В результате такой переполненности условия содержания заявителя под стражей не соответствовали минимальным требованиям, установленным практикой Европейского Суда (см. среди многих прочих примеров упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Ананьев и другие против Российской Федерации", [§§ 143](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3346803#p100966) - [149](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3346803#p100977)). Кроме того, согласно информации, предоставленной властями Российской Федерации, иногда количество заключенных, содержавшихся в камере, превышало количество спальных мест. Соответственно, Европейский Суд признает достоверными утверждения заявителя о том, что ему не предоставлялось отдельное спальное место. Заявитель содержался в переполненной камере по 20 - 23 часа в сутки.
40. Таких выводов достаточно для того, чтобы Европейский Суд пришел к заключению, что проблема переполненности в настоящем деле не была решена властями на момент содержания заявителя под стражей. Европейский Суд признает, что иногда количество заключенных, содержавшихся под стражей вместе с заявителем, уменьшалось и на каждого приходилось более 3 кв. м личного пространства. Однако Европейский Суд не считает эти периодические изменения в наполненности следственного изолятора улучшающими положение заявителя в целом.
41. Наконец, Европейский Суд принимает во внимание ответ прокурора на жалобу заявителя на условия содержания под стражей в следственном изоляторе в соответствующий период времени, в котором подтверждались утверждения заявителя о том, что камеры, в которых он содержался, а также следственный изолятор в целом, находились в ветхом состоянии. Он также отмечает, что власти Российской Федерации не предоставили какого-либо объяснения по поводу несоответствия выводов прокурора и информации, содержащейся в их объяснениях.
42. По мнению Европейского Суда, условия содержания заявителя под стражей должны были причинять ему существенные физические и моральные страдания, выходящие за пределы допустимого уровня жестокости, согласно [статье 3](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-3#p100026) Конвенции. Таким образом, имело место нарушение указанных положений в связи с бесчеловечными и унижающими достоинство условиями содержания заявителя под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-28/1 г. Благовещенска в течение нескольких периодов с 11 марта 2006 г. по 20 августа 2009 г.
#### II. Предполагаемое нарушение статьи 5 Конвенции
43. Заявитель, ссылаясь на [статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100038) и [6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-6#p100051) Конвенции, жаловался на то, что его содержание под стражей в период с 21 октября по 16 ноября 2007 г. было незаконным и что его последующая жалоба о компенсации вреда была безуспешной. Европейский Суд рассмотрит данную жалобу в свете [статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100038) Конвенции, соответствующие положения которой гласят:
"1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:
...c) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения...
5. Каждый, кто стал жертвой ареста или заключения под стражу в нарушение положений настоящей [статьи](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100038), имеет право на компенсацию".
#### A. Приемлемость жалобы
#### 1. Доводы сторон
44. Власти Российской Федерации утверждали, что заявитель утратил статус жертвы. По их мнению, внутригосударственные компетентные органы прямо признали факт нарушения его прав, установленных [статьей 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100038) Конвенции, и присудили ему соответствующую компенсацию. В частности, они указали, что 21 февраля 2008 г. Амурский областной суд отменил в кассационном порядке решение суда от 16 ноября 2007 г. Суд признал, что проверка законности содержания заявителя под стражей была проведена с опозданием в нарушение применимого уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации. Впоследствии президиум Амурского областного суда частично удовлетворил гражданский иск заявителя, касающийся незаконности его предварительного содержания под стражей в соответствующий период и присудил ему компенсацию в размере 15 000 рублей. Кроме того, власти Российской Федерации утверждали, что жалоба заявителя была подана с опозданием и должна быть отклонена в связи с несоблюдением шестимесячного срока подачи, установленного [пунктом 1 статьи 35](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-35#p100176) Конвенции.
45. Заявитель считал свою жалобу приемлемой.
#### 2. Мнение Европейского Суда
(a) Статус жертвы
46. Европейский Суд напоминает, что заявитель лишается статуса жертвы в случае, если власти признали, прямо или по существу, допущенное нарушение [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-1) и предоставили соответствующую и достаточную компенсацию (см., например, Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу "Скордино против Италии (N 1)" (Scordino v. Italy) (N 1), жалоба N 36813/97, [§§ 178](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6733501/statya-2#p100411) - [93](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6733501/statya-2#p100430) [<5>](#p100102), ECHR 2006-V).
---
<5> Так в оригинале (примеч. редактора).
(i) Признали ли власти Российской Федерации допущенное нарушение прав заявителя
47. Что касается признания нарушения прав заявителя, установленных [статьей 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100038) Конвенции, Европейский Суд отмечает, что, как было указано властями Российской Федерации и не оспаривалось заявителем, 21 февраля 2008 г. Амурский областной суд признал, что предварительное содержание под стражей в рассматриваемый период времени было незаконным.
48. Соответственно, Европейский Суд считает, что власти Российской Федерации признали факт нарушения прав заявителя, установленных [статьей 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100038) Конвенции.
(ii) Была ли присужденная компенсация соответствующей и достаточной
49. В отношении второго условия, а именно соответствующей и достаточной компенсации, Европейский Суд отмечает, что заявитель получил материальную компенсацию за время, проведенное под стражей.
50. Первый вопрос заключается в том, является ли такая компенсация в данных обстоятельствах "соответствующей". Европейский Суд напомнил, что он уже изучал этот вопрос в более раннем деле против Российской Федерации, в котором он признал, что денежная компенсация вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей является "соответствующей" компенсацией заявителю, который к моменту ее присуждения уже не содержался под стражей (см. Постановление Европейского Суда по делу "Трепашкин против Российской Федерации" (Trepashkin v. Russia) от 19 июля 2007 г., жалоба N 36898/03 [<6>](#p100110), [§§ 71](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1786404/statya-1070#p100327) - [72](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1786404/statya-1070#p100329)). Европейский Суд не видит каких-либо причин отступать от данных выводов в настоящем деле. Таким образом, он считает, что компенсация, предоставленная заявителю, была соответствующей.
---
<6> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 3/2008.
51. Что касается "достаточности" компенсации, задачей Европейского Суда является рассмотрение на основании документов, имеющихся в его распоряжении, вопроса о том, как бы он поступил в подобной ситуации (см., mutatis mutandis [<7>](#p100113), упоминавшееся выше Постановление Европейского Суда по делу "Скордино против Италии (N 1)", [§ 211](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6733501/statya-2#p100455)).
---
<7> Mutatis mutandis (лат.) - с соответствующими изменениями (примеч. переводчика).
52. Европейский Суд установил, что президиум Амурского областного суда присудил заявителю 15 000 рублей (около 380 евро на момент рассматриваемых событий) в качестве компенсации морального вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей в период с 21 октября по 17 декабря 2007 г., то есть за более длительный период, чем рассматриваемый в настоящем деле. Однако Европейский Суд отмечает, что эта сумма гораздо меньше, чем те, которые обычно присуждаются в делах против Российской Федерации (см. для сравнения, например, Постановление Европейского Суда по делу "Сергей Соловьев против Российской Федерации" (Sergey Solovyev v. Russia) от 25 сентября 2012 г., жалоба N 22152/05 [<8>](#p100116), [§ 71](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3387205#p100150), а также Постановление Европейского Суда по делу "Тараканов против Российской Федерации" (Tarakanov v. Russia) от 28 ноября 2013 г., жалоба N 20403/05 [<9>](#p100117), [§ 63](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2040305#p100130)). Данный факт сам по себе создает ситуацию, заведомо неразумную с точки зрения практики Европейского Суда.
---
<8> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 12/2013.
<9> Там же. N 8/2014.
53. Таким образом, Европейский Суд приходит к выводу, что компенсация, присужденная заявителю, была недостаточной. Соответственно, второе условие также не было соблюдено. Европейский Суд полагает, что заявитель по настоящему делу по-прежнему может считаться жертвой нарушения [статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100038) Конвенции, поэтому возражения властей Российской Федерации должны быть отклонены.
(b) Применение правила о шестимесячном сроке подачи жалобы
54. Что касается правила о шестимесячном сроке подачи жалобы в соответствии с [пунктом 1 статьи 35](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-35#p100176) Конвенции, Европейский Суд установил, что окончательное решение, касающееся проверки законности предварительного содержания заявителя под стражей, было принято Амурским областным судом 21 февраля 2008 г. Соответственно, подав жалобу по существу на нарушение [подпункта "c" пункта 1 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100043) Конвенции в своем письме в Европейский Суд, датированном 20 августа 2008 г., заявитель выполнил требование о шестимесячном сроке. В связи с этим возражения властей Российской Федерации должны быть отклонены.
55. Европейский Суд далее отмечает, что в своем заявлении от 31 января 2009 г. заявитель подал дополнительную жалобу на отказ внутригосударственным судом в удовлетворении его жалобы о компенсации вреда, предположительно причиненного незаконным содержанием под стражей. В то же время окончательное решение по этому вопросу было принято Амурским областным судом 19 ноября 2008 г. (которое впоследствии было отменено в порядке надзора в 2010 году). Соответственно, не возникает вопроса о несоблюдении правила о шестимесячном сроке в отношении жалобы заявителя на нарушение [пункта 5 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100050) Конвенции.
(c) Вывод
56. Учитывая вышеизложенное, Европейский Суд полагает, что жалоба на нарушение [подпункта "c" пункта 1 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100043) и [пункта 5 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100050) Конвенции не является явно необоснованной по смыслу [пункта 3 статьи 35](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-35#p100180) Конвенции, она также не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Таким образом, жалоба должна быть объявлена приемлемой.
#### B. Существо жалобы
Подпункт "c" пункта 1 статьи 5 Конвенции
(a) Доводы сторон
57. Власти Российской Федерации не представили каких-либо комментариев по поводу существа жалобы.
58. Заявитель настаивал на своей жалобе.
(b) Мнение Европейского Суда
59. Европейский Суд напоминает, что выражение "законный" и "в порядке, предусмотренном законом", [пункта 1 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100040) Конвенции, по сути, отсылает к внутригосударственному законодательству и обязанности государства соблюдать его материальные и процессуальные нормы. Однако "законность" содержания под стражей, согласно внутригосударственному законодательству, не всегда является решающим фактором. Европейский Суд должен, помимо прочего, убедиться в том, что содержание под стражей в рассматриваемый период соответствовало целям [пункта 1 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100040) Конвенции, направленного на то, чтобы защитить лицо от произвольного лишения свободы. В частности, любое санкционирование предварительного содержания под стражей ex post facto [<10>](#p100131) нарушает "право на личную неприкосновенность", поскольку оно обязательно связано с произвольным решением (см. среди многих прочих примеров Постановление Европейского Суда по делу "Худоеров против Российской Федерации" (Khudoyorov v. Russia), жалоба N 6847/02 [<11>](#p100132), [§§ 124](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-684702#p100677) и [142](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-684702#p100700), ECHR 2005-X (извлечения)).
---
<10> Ex post facto (лат.) - постфактум, после события (примеч. переводчика).
<11> Опубликовано в "Бюллетене Европейского Суда по правам человека" N 7/2006.
60. Возвращаясь к обстоятельствам настоящего дела, Европейский Суд установил, что 16 ноября 2007 г. городской суд санкционировал содержание заявителя под стражей в период с 21 октября по 16 ноября 2007 г. ex post facto. Европейский Суд далее установил, что 21 февраля 2008 г. Амурский областной суд, проверяя законность содержания заявителя под стражей в соответствующий период, признал, что оно было санкционировано с опозданием в нарушение уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации.
61. Учитывая сложившуюся судебную практику по вопросам и обстоятельствам, рассматриваемым в настоящем деле, Европейский Суд не видит каких-либо причин не согласиться с выводами внутригосударственных судебных органов. Следовательно, содержание заявителя под стражей в период с 21 октября по 16 ноября 2007 г. было "незаконным", согласно законодательству Российской Федерации. Таким образом, имело место нарушение [подпункта "c" пункта 1 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100043) Конвенции. При таких обстоятельствах Европейский Суд не считает необходимым рассматривать отдельно жалобу заявителя на нарушение [пункта 5 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100050) Конвенции.
#### III. Иные предполагаемые нарушения Конвенции
62. Заявитель далее жаловался на иные нарушения, ссылаясь на [статьи 3](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-3#p100026), [5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100038) и [6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-6#p100051) Конвенции, а также на [статью 3](https://bukva.ai/docs/protokol-7-se-sovet-evropy/statya-3#p100022) Протокола N 7 к Конвенции.
63. Европейский Суд изучил эти жалобы и считает, что с учетом материалов, имеющихся в его распоряжении и в той части, в которой настоящие жалобы относятся к его компетенции, они не содержат признаков нарушения прав и свобод, гарантированных [Конвенцией](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-1) и [Протоколами](https://bukva.ai/docs/protokol-16-se-sovet-evropy/statya-1) к ней. Следовательно, Европейский Суд отклоняет их как явно необоснованные в соответствии с [подпунктом "a" пункта 3](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-35#p100613) и [пунктом 4 статьи 35](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-35#p100181) Конвенции.
#### IV. Применение статьи 41 Конвенции
64. [Статья 41](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-41#p100207) Конвенции гласит:
"Если Европейский Суд объявляет, что имело место нарушение [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-1) или [Протоколов](https://bukva.ai/docs/protokol-16-se-sovet-evropy/statya-1) к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Европейский Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
#### A. Ущерб
65. Заявитель требовал 540 000 евро в качестве компенсации морально вреда.
66. Власти Российской Федерации сочли требования заявителя чрезмерными.
67. Европейский Суд принимает довод властей Российской Федерации о том, что требования заявителя являются чрезмерными. Однако он считает, что физические и моральные страдания, причиненные заявителю нарушением его прав, не могут быть компенсированы признанием факта нарушения. Исходя из принципа справедливости Европейский Суд присуждает заявителю 11 700 евро в качестве компенсации морального вреда.
#### B. Судебные расходы и издержки
68. Заявитель не требовал компенсации судебных расходов и издержек, поэтому Европейский Суд не присуждает никаких сумм по этому основанию.
#### C. Процентная ставка при просрочке платежей
69. Европейский Суд полагает, что процентная ставка при просрочке платежей должна определяться исходя из предельной кредитной ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
**НА ОСНОВАНИИ ИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:**
1) объявил приемлемой жалобу на условия содержания заявителя под стражей в Следственном изоляторе N ИЗ-28/1 г. Благовещенска и предполагаемую незаконность его предварительного содержания под стражей в период с 21 октября по 16 ноября 2007 г., остальную часть жалобы - неприемлемой;
2) постановил, что имело место нарушение [статьи 3](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-3#p100026) Конвенции;
3) постановил, что имело место нарушение [подпункта "c" пункта 1 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100043) Конвенции;
4) постановил, что отсутствует необходимость рассматривать отдельно жалобу на нарушение [пункта 5 статьи 5](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-5#p100050) Конвенции;
5) постановил, что:
(a) государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления настоящего Постановления в силу в соответствии с [пунктом 2 статьи 44](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy-2/statya-44#p100221) Конвенции выплатить заявителю 11 700 евро (одиннадцать тысяч семьсот евро) в качестве компенсации морального вреда, подлежащие переводу в рубли по курсу, который будет установлен на день выплаты, а также любые налоги, начисляемые на указанную сумму;
(b) с даты истечения указанного трехмесячного срока и до момента выплаты на эти суммы должны начисляться простые проценты, размер которых определяется предельной кредитной ставкой Европейского центрального банка, действующей в период неуплаты, плюс три процента;
6) отклонил оставшиеся требования заявителя о справедливой компенсации.
Совершено на [английском языке](#p100167), уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 30 апреля 2014 г. в соответствии с [пунктами 2](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda-espch-evropeyskiy-sud-po#p100732) и [3 правила 77](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda-espch-evropeyskiy-sud-po#p100733) Регламента Суда.
Председатель Палаты Суда
Изабель БЕРРО-ЛЕФЕВР
Секретарь Секции Суда
Серен НИЛЬСЕН
**EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS**
**FIRST SECTION**
CASE OF ZENKOV v. RUSSIA
(Application No. 37858/08)
**JUDGMENT <*>**
(Strasbourg, 30.IV.2014)
---
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Zenkov v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
Isabelle Berro - Lefèvre , President,
Elisabeth Steiner,
Khanlar Hajiyev,
Paulo Pinto de Albuquerque,
Erik Møse ,
Ksenija Turkoviæ ,
Dmitry Dedov, judges,
and Søren Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 8 April 2014,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
#### PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 37858/08) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by a Russian national, Mr Andrey Anatolyevich Zenkov ("the applicant"), on 20 June 2008.
2. The applicant was represented by Mr A. Khinevich, a lawyer practising in the Amur Region. The Russian Government ("the Government") were represented by Mr G. Matyushkin, Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. The applicant alleged, in particular, that the conditions of his pre-trial detention had been incompatible with the standards set forth in the Convention, that his pre-trial detention had been unlawful, and that his ensuing claim for damages had been unsuccessful.
4. On 27 August 2010 the application was communicated to the Government.
#### THE FACTS
#### The circumstances of the case
5. The applicant was born in 1983 and lives in Blagoveshchensk.
#### A. Criminal proceedings against the applicant
6. On 11 March 2006 the applicant was arrested on suspicion of fraud. On 12 March 2006 the Blagoveshchensk Town Court of the Amur Region authorised the applicant's detention. As regards the reasons justifying applicant's detention, the court noted as follows:
"...[the applicant] is charged with moderately serious offences carrying a custodial sentence of up to five years. It can be seen from the materials submitted that [the applicant] is charged with offences committed by a group of people. In such circumstances, the court considers that, if at liberty, [the applicant] might abscond in order to evade justice, or fail to appear for questioning before the investigator or in court in order to obstruct the proceedings, and he might [also] put pressure on witnesses or destroy evidence."
7. The applicant remained in custody pending the investigation and trial. His detention was extended on several occasions.
8. On an unspecified date the investigator reclassified the charges against the applicant to several counts of theft and robbery.
9. On 21 November 2006 the Town Court opened the trial against the applicant and seven other persons.
10. On 29 June 2007 the Town Court extended the pre-trial detention in respect of the applicant and four of the co-defendants until 21 October 2007. In particular, the court noted as follows:
"Having heard the defence parties, who consider that the preventive detention imposed on [the defendants] can be replaced by a less strict measure, having studied the materials of the case-file, and having regard to the fact that [the defendants] are charged with grievous offences and moderately serious offences against property, the court does not consider that it is possible to [release the defendants pending trial]."
11. On 16 November 2007 the Town Court extended the pre-trial detention in respect of the applicant and the four other persons until 21 January 2008. The court reiterated verbatim its own reasoning from the detention order of 29 June 2007. The applicant appealed, alleging that from 21 October to 16 November 2007 he had been detained without a court order.
12. On 17 December 2007 the Town Court found the applicant guilty as charged and sentenced him to ten years' imprisonment.
13. On 21 February 2008 the Amur Regional Court quashed the detention order of 16 November 2007 on appeal. The court acknowledged that the review by the Town Court of the applicant's detention had been carried out more than three weeks late, in contravention of the applicable domestic rules of criminal procedure. The court further noted that, in view of the applicant's conviction and the imposition of a ten-year sentence, he could not be released and there was no need to examine the issue of his pre-trial detention on the merits.
14. On 31 July 2008 the Regional Court upheld, in substance, the applicant's conviction on appeal and reduced his sentence to eight years' imprisonment. The court quashed the applicant's conviction in respect of one count of theft and remitted the matter for fresh consideration.
15. On 13 October 2008 the Town Court discontinued the criminal proceedings concerning one of the thefts allegedly committed by the applicant. The applicant did not appeal.
16. On 8 June 2009 the Presidium of the Regional Court carried out a supervisory review of the applicant's conviction and reduced his sentence to seven years and six months' imprisonment.
17. On 5 February 2010 the applicant was released on parole.
#### B. Proceedings concerning compensation for unlawful detention
18. On 29 September 2008 the Town Court dismissed a claim by the applicant for damages in the amount of 150,000 Russian roubles (RUB) in respect of his allegedly unlawful detention from 21 October to 17 December 2007. In particular, the court noted as follows:
"...in view of the fact that the period [of the applicant's detention from 21 October to 17 December 2007] was set off against the period of the applicant's sentence imposed by the final judgment, the court discerns no ground to find the applicant's detention during the said period unlawful. Nor does the court find the applicant's claim for non-pecuniary damage on account of [his] detention during the said period to be substantiated. Accordingly, the court dismisses the claim."
19. On 19 November 2008 the Regional Court upheld the judgment of 29 September 2008 on appeal.
20. On 25 March 2010 the President of the Regional Court granted the applicant's request for supervisory review of the judgments of 29 September and 19 November 2008.
21. On 19 April 2010 the Presidium of the Regional Court quashed the judgments of 29 September and 19 November 2008 by way of supervisory review and granted the applicant's claims in part. Referring to the Convention and the relevant provisions of the Russian Civil Code, the court confirmed that, having been detained unlawfully, the applicant had a right to compensation, and awarded him RUB 15,000. In particular, it ruled as follows:
"Given that it has been established that [the applicant] was unlawfully detained [from 21 October to 17 December 2007], and regard being had to the length of such unlawful detention, its subsequent offsetting against the period of imprisonment [the applicant] was sentenced to, and the lack of evidence of any deterioration in the [applicant's] health resulting from his unlawful detention, the Presidium considers it appropriate to adopt a new judgment granting the applicant's claim for damages in part and awarding him compensation in the amount of RUB 15,000."
#### C. Conditions of the applicant's detention
22. From 11 March 2006 to 11 March 2008, from 19 February to 19 March 2009, and from 28 May to 20 August 2009 the applicant was detained in remand prison No. 28/1 in Blagoveshchensk.
#### 1. The description submitted by the Government
23. The Government's submissions as regards the conditions of the applicant's detention may be summarised as follows:
| Period of detention | Cell No. | Cell surface area (square metres) | Number of beds | Number of inmates |
| --- | --- | --- | --- | --- |
| From 11 March to 3 April 2006 | 209 | 12 | 2 | 2 - 4 |
| From 4 April to 22 May 2006 | 31 | 49.2 | 22 | 20 - 31 |
| From 23 May to 8 August 2006 | 215 | 18 | 4 | 2 - 6 |
| From 9 August to 26 December 2006 | 98 | 8.5 | 3 | 1 - 4 |
| From 27 December 2006 to 11 March 2008 | 31 | 49.2 | 22 | 17 - 31 |
| From 19 February to 19 March 2009 | 31 | 49.2 | 22 | 14 - 22 |
| From 28 May to 20 August 2009 | 237 | 18 | 4 | 1 - 4 |
24. According to the Government, the applicant was at all times provided with an individual bed and bedding, even though the personal space afforded to him was, on certain occasions, less than the statutory 4 square meters per person. The applicant was provided with three meals per day. The quality of the food was subject to the requisite quality control.
25. All the cells in the remand prison where the applicant was detained were equipped with forced ventilation. The ventilation system was in good working order. Natural ventilation was achieved by means of trickle vents in the windows. The temperature in the cells was between 18 and 24°C. The heating and water supply were in compliance with the applicable standards. The metal bars on the windows did not prevent access to daylight. The artificial lighting in the cells was in compliance with the applicable specifications and was on from 6 a.m. to 10 p.m. At night low-voltage bulbs were used to maintain lighting in the cell.
26. The toilet was located on a 35 cm-high platform in the corner of the cell. It was separated from the living area of the cell by a brick or metal screen 1.75 or 1.65 m high which ensured privacy. The distance between the toilet and the dining table was at least 1.5 metres. The closest sleeping place was located from 1 metre (cell No. 98) to 2.45 metres (cell No. 209) away from the toilet. The distance between the toilet and the sleeping places or dining area was at least 1.6 meters. The cells were regularly cleaned and disinfected.
27. The applicant was allowed daily outdoor exercise. On average, the applicant was confined to his cell for 20 - 23 hours a day.
#### 2. The description submitted by the applicant
28. The applicant did not contest the data submitted by the Government in respect of the measurements and population of the cells where he had been detained. He added that for 5 days in December 2006 and 15 days in May 2008 he had been detained in disciplinary cells Nos. 49 and 61, where he was held in solitary confinement.
29. According to the applicant, he was not provided with an individual bed. The cells in the remand prison were dirty and infested with insects and mice. At times inmates suffering from tuberculosis were held in the cell.
#### 3. The applicant's complaint about the conditions of his detention in the remand prison
30. On an unspecified date the applicant complained to the regional prosecutor's office that the conditions of his detention were appalling. In response to his complaint, the prosecutor's office inspected the remand prison.
31. On 31 October 2008 the prosecutor's office informed the applicant that the irregularities found in the course of the inspection would be rectified. As regards the conditions of detention in the remand prison, the prosecutor summarised the inspection findings as follows:
"The inspection found numerous violations of [the Federal Law on the detention of suspects and defendants charged with criminal offences] governing... conditions of detention... in remand prisons.
The furnishing of the cells is not in compliance with statutory requirements. In some cells the number of tables, benches, cabinets for food storage, and sinks is insufficient in relation to the number of inmates. There is no artificial ventilation. Stands for drinking-water tanks and screens separating the toilet from the rest of the cell are missing. There is no radio. More than 40 per cent of the cells do not have wooden floors. Disinfection measures are not carried out to the full extent (extermination of bed bugs in disciplinary cells, extermination of cockroaches in the kitchen and bakery). The cells are infested with insects (bed bugs, cockroaches)...
Many cells require complete refurbishment (the walls and ceilings are covered with mould, the plaster is flaking off the walls and ceilings, there are numerous cracks). Because of the lack of forced ventilation the cells are humid; the air is stuffy and humid. Some cells are not equipped with a radio. The temperature is not in compliance with the applicable standards."
#### THE LAW
#### I. Alleged violation of Article 3 of the Convention
32. The applicant complained that he had been detained in appalling conditions in remand prison No. IZ-28/1 in Blagoveshchensk, in contravention of Article 3 of the Convention, which reads as follows:
"No one shall be subjected to torture or to inhuman or degrading treatment or punishment."
33. The Government considered that the applicant had not been subjected to inhuman or degrading treatment in contravention of Article 3 of the Convention. The conditions of his detention in the remand prison had been in compliance with statutory standards as regards hygiene, heating and water supply. However, the Government conceded that the remand prison where the applicant had been detained had been overcrowded and the statutory requirement of 4 square metres per inmate had not always been complied with.
34. The applicant maintained his complaint.
#### A. Admissibility
35. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 (a) of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
#### B. Merits
36. For an overview of the general principles, see the Court's judgment in the case of Ananyev and Others (Nos. 42525/07 and 60800/08, §§ 139 - 59, 10 January 2012).
37. Turning to the circumstances of the present case, the Court observes that the parties disagreed as to certain aspects of the conditions of the applicant's detention in remand prison No. IZ-28/1 in Blagoveshchensk during several periods between 11 March 2006 and 20 August 2009.
38. In this connection, the Court takes into account the Government's admission that the remand prison was overcrowded and the personal space afforded to each inmate was on certain occasions below the statutory minimum of 4 square metres.
39. The Court further observes that, on the basis of the data submitted by the Government which was not contested by the applicant, the applicant was afforded no more than 3 square metres of personal space on average. Sometimes he had as little as 1.59 square metres of personal space (see paragraph 23 above). As a result of such overcrowding, the applicant's conditions of detention did not meet the minimum standard laid down in the Court's case-law (see, among many other authorities, Ananyev and Others, cited above, §§ 143 - 49). Furthermore, according to the information provided by the Government, sometimes the number of inmates held in the cell was greater than the number of sleeping places. Accordingly, the Court finds credible the applicant's allegation that he was not provided with an individual bed. The applicant was confined to an overpopulated cell for 20 - 23 hours per day.
40. These findings are sufficient for the Court to conclude that the problem of overcrowding had not been rectified by the authorities in the present case at the time of the applicant's detention. The Court acknowledges that sometimes the number of inmates detained with the applicant decreased and the personal space afforded to each of them exceeded 3 square metres. The Court does not, however, regard such occasional fluctuations in the remand prison population as having an attenuating effect on the applicant's situation as a whole.
41. Lastly, the Court takes into account the prosecutor's response to the applicant's complaint about the conditions of detention in the remand prison at the relevant time, which confirmed the applicant's allegations that the cells where he was detained, and the remand prison as a whole, were in a deplorable state. It also notes that the Government did not proffer any explanation for the discrepancy between the prosecutor's findings and the information contained in their observations.
42. In the Court's opinion, the conditions of the applicant's detention must have caused him considerable mental and physical suffering that went beyond the threshold of severity under Article 3 of the Convention. There has therefore been a violation of the said Article on account of the inhuman and degrading conditions of the applicant's detention in remand prison No. IZ-28/1 in Blagoveshchensk during several periods between 11 March 2006 and 20 August 2009.
#### II. Alleged violation of Article 5 of the Convention
43. The applicant complained under Articles 5 and 6 of the Convention that his pre-trial detention from 21 October to 16 November 2007 had been unlawful and that his ensuing claim for damages had been unsuccessful. The Court will examine the complaint under Article 5 of the Convention, which, in so far as relevant, reads as follows:
"1. Everyone has the right to liberty and security of person. No one shall be deprived of his liberty save in the following cases and in accordance with a procedure prescribed by law:
...
(c) the lawful arrest or detention of a person effected for the purpose of bringing him before the competent legal authority on reasonable suspicion of having committed an offence or when it is reasonably considered necessary to prevent his committing an offence or fleeing after having done so;
...
5. Everyone who has been the victim of arrest or detention in contravention of the provisions of this Article shall have an enforceable right to compensation."
#### A. Admissibility
#### 1. The parties' submissions
44. The Government submitted that the applicant had lost his victim status. In their view, the Russian authorities had expressly acknowledged the violation of his rights under Article 5 and had awarded him commensurate compensation. In particular, they pointed out that on 21 February 2008 the Regional Court had quashed the detention order of 16 November 2007 on appeal. The court had recognised that the applicant's detention had been reviewed belatedly, in contravention of the applicable domestic rules of criminal procedure. Subsequently, the Presidium of the Regional Court had granted in part the applicant's civil claims concerning the unlawfulness of his pre-trial detention during the relevant period and had awarded him RUB 15,000. Alternatively, the Government submitted that the applicant's complaints had been submitted belatedly and should be dismissed for his failure to comply with the six-month rule set out in Article 35 § 1 of the Convention.
45. The applicant considered his complaints admissible.
#### 2. The Court's assessment
(a) The applicant's victim status
46. The Court reiterates that an applicant is deprived of his or her victim status if the national authorities have acknowledged, either expressly or in substance, and then afforded appropriate and sufficient redress for, a breach of the Convention (see, for example, Scordino v. Italy (No. 1) [GC], No. 36813/97, §§ 178 - 93, ECHR 2006-V).
(i) Whether the domestic authorities acknowledged the violation of the applicant's rights
47. As regards acknowledgement of the violation of the applicant's rights under Article 5 of the Convention, the Court notes that, as pointed out by the Government and not disputed by the applicant, on 21 February 2008 the Regional Court found that that the applicant's pre-trial detention during the period under consideration had been unlawful.
48. Accordingly, the Court accepts that the Russian authorities acknowledged the violation of the applicant's rights under Article 5 of the Convention.
(ii) Whether the redress afforded was appropriate and sufficient
49. With regard to the second condition, namely appropriate and sufficient redress, the Court notes that the applicant received pecuniary compensation for the time spent in custody.
50. The first question is whether, in the circumstances, such redress was "appropriate". The Court observes that it has previously examined this issue in an earlier case against Russia, where it found that monetary compensation for damage resulting from unlawful detention constituted "appropriate" redress for an applicant who, by the time he was awarded it, was no longer in detention (see Trepashkin v. Russia, No. 36898/03, §§ 71 - 72, 19 July 2007). The Court sees no reason to depart from such conclusion in the case under consideration. It accepts, accordingly, that the redress afforded to the applicant was appropriate.
51. As to the "sufficiency" of the redress, the Court's task is to consider, on the basis of the material in its possession, what it would have done in the same position (see, mutatis mutandis, Scordino, cited above, § 211).
52. The Court observes that the Presidium of the Regional Court awarded the applicant RUB 15,000 (approximately EUR 380 at the time) in compensation for non-pecuniary damage on account of his unlawful detention from 21 October to 17 December 2007, that is, for a longer period than that under consideration in the present case. However, the Court notes that this amount is much lower than the amount it generally awards in similar Russian cases (compare, for example, Sergey Solovyev v. Russia, No. 22152/05, § 71, 25 September 2012, and Tarakanov v. Russia, No. 20403/05, § 63, 28 November 2013). That factor in itself constitutes a situation that is manifestly unreasonable having regard to the Court's case-law.
53. The Court thus concludes that the redress afforded to the applicant was insufficient. Accordingly, the second condition has not been fulfilled. The Court considers that the applicant in the instant case can still claim to be a "victim" of the violation of Article 5 of the Convention. Therefore, this objection by the Government must be dismissed.
(b) Application of the six-month rule
54. As regards the six-month rule set out in Article 35 § 1 of the Convention, the Court observes that the final decision concerning the lawfulness of the applicant's pre-trial detention was taken by the Regional Court on 21 February 2008. Accordingly, by raising, in substance, the complaint under Article 5 § 1 (c) of the Convention in his first letter to the Court dispatched on 20 August 2008, the applicant complied with the six-month rule. The Government's objection should therefore be dismissed.
55. The Court further notes that in his application form of 31 January 2009 the applicant raised an additional complaint about the domestic court's dismissal of his claims for the damage which allegedly resulted from his unlawful detention. At the time, the final decision on the matter was that of the Regional Court of 19 November 2008 (which was subsequently quashed by way of supervisory review in 2010). Accordingly, no issue arises under the six-month rule in respect of the applicant's complaint under Article 5 § 5 of the Convention.
(c) Conclusion
56. Regard being had to the above, the Court finds that the complaints under Article 5 §§ 1 (c) and 5 of the Convention are not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention, and that they are not inadmissible on any other grounds. They must therefore be declared admissible.
#### B. Merits
Article 5 § 1 (c)
(a) The parties' submissions
57. The Government did not comment on the merits of the complaint.
58. The applicant maintained his complaint.
(b) The Court's assessment
59. The Court reiterates that the expressions "lawful" and "in accordance with a procedure prescribed by law" in Article 5 § 1 essentially refer back to national law and state the obligation to conform to the substantive and procedural rules thereof. However, the "lawfulness" of detention under domestic law is not always the decisive element. The Court must in addition be satisfied that detention during the period under consideration was compatible with the purpose of Article 5 § 1 of the Convention, which is to prevent persons from being deprived of their liberty in an arbitrary fashion. In particular, any ex post facto authorisation of pre-trial detention is incompatible with the "right to security of person" as it is necessarily tainted with arbitrariness (see, among numerous authorities, Khudoyorov v. Russia, No. 6847/02, §§ 124 and 142, ECHR 2005-X (extracts)).
60. Turning to the circumstances of the present case, the Court observes that on 16 November 2007 the Town Court authorised the applicant's detention from 21 October to 16 November 2007 ex post facto. The Court further observes that on 21 February 2008 the Regional Court, when reviewing the relevant period of the applicant's pre-trial detention, recognised that it had been authorised belatedly, in contravention of the applicable domestic rules of criminal procedure.
61. Having regard to its well-established case-law on the issue and the circumstances of the present case, the Court does not see any reason to disagree with the findings of the domestic judicial authorities. It follows that the applicant's pre-trial detention from 21 October to 16 November 2007 was not "lawful" under domestic law. There has, accordingly, been a violation of Article 5 § 1 (c) of the Convention. In these circumstances, the Court does not find it necessary to examine separately the applicant's grievances under Article 5 § 5 of the Convention.
#### III. Other alleged violations of the Convention
62. The applicant further complained of other violations, referring to Articles 3, 5 and 6 of the Convention and to Article 3 of Protocol No. 7.
63. The Court has examined these complaints and considers that, in the light of all the material in its possession and in so far as the matters complained of are within its competence, they do not disclose any appearance of a violation of the rights and freedoms set out in the Convention or its Protocols. Accordingly, the Court rejects them as manifestly ill-founded, pursuant to Article 35 §§ 3 (a) and 4 of the Convention.
#### IV. Application of Article 41 of the Convention
64. Article 41 of the Convention provides:
"If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party."
#### A. Damage
65. The applicant claimed 540,000 euros (EUR) in respect of non-pecuniary damage.
66. The Government considered the applicant's claim excessive.
67. The Court accepts the Government's argument that the applicant's claim is excessive. Nevertheless, it considers that the applicant's suffering and frustration resulting from the infringement of his rights cannot be sufficiently compensated for by the finding of a violation alone. Making its assessment on an equitable basis, the Court awards the applicant EUR 11,700 in respect of non-pecuniary damage.
#### B. Costs and expenses
68. The applicant did not submit any claims for costs and expenses. Accordingly, the Court makes no award under this head.
#### C. Default interest
69. The Court considers it appropriate that the default interest rate should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
**FOR THESE REASONS, THE COURT, UNANIMOUSLY,**
1. Declares the complaints concerning the conditions of the applicant's detention in remand prison No. IZ-28/1 in Blagoveshchensk and the alleged unlawfulness of his pre-trial detention from 21 October to 16 November 2007 admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 3 of the Convention;
3. Holds that there has been a violation of Article 5 § 1 (c) of the Convention;
4. Holds that there is no need to examine the complaint under Article 5 § 5 of the Convention;
5. Holds
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, EUR 11,700 (eleven thousand seven hundred euros), plus any tax that may be chargeable, in respect of non-pecuniary damage, to be converted into the currency of the respondent State at the rate applicable at the date of settlement;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amount at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
6. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 30 April 2014, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.
Isabelle BERRO - LEFÈVRE
President
Søren NIELSEN
Registrar