Информация о Постановлении Межамериканского суда по правам человека от 30.06.2015 по делу «Вон Хо Вин (Wong Ho Wing) против Перу» (серия C, № 297)

Обязательства государств — участников Американской конвенции в контексте экстрадиционного разбирательства.

---

<*> Данное краткое изложение любезно предоставлено Секретариатом Межамериканского суда по правам человека. Более подробная официальная выдержка (на испанском языке) доступна на интернет-сайте этого суда (www.corteidh.or.cr).

Обязательства государств — участников Американской конвенции в контексте экстрадиционного разбирательства.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

Заявителем по делу выступал гражданин Китайской Народной Республики, который разыскивался властями Гонконга (Китай) в связи с контрабандой товаров, отмыванием денежных средств и взяточничеством. 27 октября 2008 г. власти Перу задержали его в аэропорту Лимы в соответствии с «красным оповещением» Интерпола. Он был подвергнут «временному или предэкстрадиционному задержанию» до помещения под домашний арест 10 марта 2014 г.

14 ноября 2008 г. Перу получило от Китая требование об экстрадиции. 10 декабря 2008 г. состоялось публичное слушании, в ходе которого заявитель и его представитель сообщили, что за контрабанду была предусмотрена смертная казнь. 20 января 2009 г. вторая временная палата Верховного суда Перу вынесла первое консультативное решение в экстрадиционном разбирательстве, признав требование об экстрадиции приемлемым в отношений преступлений уклонения от таможенных пошлин или контрабанды и взяточничества. После этого решения, 26 января 2009 г., брат заявителя подал ходатайство о выдаче приказа habeas corpus <*>. 24 апреля 2009 г. 56-й суд по уголовным делам Лимы признал обоснованным ходатайство о выдаче приказа habeas corpus и признал недействительным консультативное решение от 20 января 2009 г. в связи с тем, что оно было недостаточно мотивированным.

---

<*> Приказ «Хабеас корпус» — один из важнейших институтов правосудия в англосаксонской системе права — издается судом с целью проверить законность и обоснованность лишения человека свободы (примеч. переводчика).

11 декабря 2009 г. Китай информировал Перу о том, что его Верховный суд решил не применять смертную казнь, если заявитель будет выдан и осужден. 27 января 2010 г. Верховный суд Перу вынес еще одно консультативное решение, в котором он высказался в пользу экстрадиции, учитывая решение Верховного суда Китая. После этого решения, 9 февраля 2010 г. представитель заявителя подал ходатайство о выдаче приказа habeas corpus, которое было признано неприемлемым. Представитель подал жалобу, ссылаясь на нарушение конституционного права.

1 мая 2011 г. вступила в силу восьмая поправка в Уголовный кодекс Китая, которая отменила смертную казнь за контрабанду, из-за которой была запрошена экстрадиция заявителя. 24 мая 2011 г. Конституционный суд Перу рассмотрел жалобу в порядке конституционного судопроизводства и обязал органы исполнительной власти воздержаться от экстрадиции заявителя, сочтя, что дипломатические гарантии, предложенные Китаем, были недостаточны, чтобы обеспечить неприменение смертной казни. 9 июня 2011 г. он вынес дополнительное решение, разъясняющее, что дипломатические гарантии, предложенные Китаем, отсутствовали в материалах дела. Органы исполнительной власти после этого использовали различные средства судебной защиты, чтобы разъяснить способ исполнения решения, которые не принесли результата. Окончательное решение органов исполнительной власти по требованию об экстрадиции по-прежнему не принято на дату постановления Межамериканского суда.

ПРАВО

(a) Предварительное возражение. Власти государства-ответчика выдвинули возражение относительно неисчерпания внутригосударственных средств правовой защиты на том основании, что (i) на момент подачи первоначальной жалобы не были исчерпаны внутренние средства правовой защиты, и (ii) при принятии решения по вопросу приемлемости Комиссия не приняла во внимание, что на рассмотрении находились иные ходатайства о выдаче приказа habeas corpus.

Межамериканский суд отклонил первый довод, сочтя, что в соответствии со статьей 46 Американской конвенции о правах человека (далее — АКПЧ) исчерпание внутригосударственных средств правовой защиты требуется, когда принимается решение о приемлемости жалобы, а она — когда она подается. Что касается второго довода, суд отметил, что ходатайство о выдаче приказа habeas corpus было частью обычного экстрадиционного разбирательства в Перу, в связи с чем не требовало исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты.

(b) Пункт 1 статьи 4 (право на жизнь) в связи с пунктом 1 статьи 1 (обязательство соблюдения и обеспечения прав) АКПЧ и пункт 4 статьи 14 Межамериканской конвенции о предупреждении и наказании пыток (МКПНП) (запрет принудительного возвращения). Суд установил, что государства несут обязательство не высылать посредством экстрадиции лицо, находящееся под их юрисдикцией, если имеются убедительные основания полагать, что оно столкнется с реальной, предсказуемой и личной угрозой подвергнуться обращению, противоречащему его праву на жизнь и запрету пыток или жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения. Следовательно, когда лицо заявляет властям государства о наличии угрозы в случае возвращения, компетентные органы этого государства обязаны как минимум опросить его и осуществить предварительную оценку, чтобы определить, существует ли данная угроза в случае его высылки. Это предполагает, что при предоставлении лицу возможности объяснить причины, по которым он не должен быть подвергнут высылке, должны соблюдаться определенные базовые судебные гарантии, и, если угроза подтверждена, лицо не должно возвращаться в страну, где данная угроза существует.

Суд признал, что за одно из преступлений, в связи с которыми требовалась экстрадиция заявителя, смертная казнь была отменена. Таким образом, реальная угроза его праву на жизнь отсутствовала.

Установлено, что для того, чтобы определить, имелась ли угроза пытки или иных форм жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения, должны быть рассмотрены (i) предполагаемая угрожающая ситуация в запрашивающем государстве, включая относимые условия в запрашивающем государстве, а также конкретные обстоятельства заявителя, и (ii) предоставленные дипломатические гарантии. На основании прецедентной практики Европейского Суда по правам человека Межамериканский суд счел, что качество на надежность дипломатических гарантий должны быть подвергнуты оценке. Межамериканский суд установил, что информация, на которую в настоящем деле ссылались как Комиссия, так и представитель, относилась к общей ситуации с правами человека в Китае. Это было сочтено Межамериканским судом недостаточным, чтобы заключить, что экстрадиция заявителя повлекла бы для него реальную, предсказуемую и личную угрозу подвергнуться обращению, противоречащему запрету пыток или иного жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения.

ВЫВОД

Экстрадиция не составит нарушение обязательства Перу обеспечить заявителю право на жизнь и личную неприкосновенность (статьи 4 и 5 во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1 АКПЧ) или обязательства соблюдать запрет принудительного возвращения (пункт 4 статьи 13 МКПНП) (вынесено пятью голосами «за» и одним — «против»).

(c) Пункт 1 статьи 8 (право на справедливый суд) и пункт 1 статьи 25 (право на судебные гарантии и судебную защиту) в связи с пунктом 1 статьи 1 АКПЧ. В отношении предполагаемого уклонения от соблюдения решения Конституционного суда Межамериканский суд счел, что Перу должно было принять решение о том, каким образом должно быть продолжено рассмотрение запроса об экстрадиции заявителя, учитывая, что на данный момент отсутствовала угроза его правам на жизнь и личную неприкосновенность в случае экстрадиции, но что имелось решение Конституционного суда, которое на первый взгляд не могло быть изменено и в принципе было обязательным для органов исполнительной власти. Кроме того, Межамериканский суд принял во внимание тот факт, что действия органов исполнительной власти, совершенные ими по своему усмотрению, могли подвергаться последующему конституционному контролю.

Что касается продолжительности экстрадиционного разбирательства, Межамериканский суд проанализировал четыре элемента, чтобы определить, была ли длительность разумной: (i) сложность дела, (ii) процессуальную активность заинтересованной стороны, (iii) поведение судебных органов, и (iv) последствия для правового положения лица, участвующего в деле. Он заключил, что власти государства не действовали с надлежащей тщательностью и не исполнили обязательство безотлагательности, обусловленное заключением заявителя. Так, экстрадиционное разбирательство превысило разумный срок. Что касается иных гарантий надлежащего разбирательства, Межамериканский суд пришел к выводу, что, поскольку заявитель участвовал в судебной стадии разбирательства и сохранил возможность прибегнуть к судебному контролю окончательного решения по вопросу экстрадиции, государство не нарушило свое обязательство гарантировать право заявителя быть заслушанным.

ВЫВОД

По делу допущено нарушение гарантии разумного срока (пункт 1 статьи 8 во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1 АКПЧ, вынесено тремя голосами «за» и тремя — «против», с решающим голосом Председателя), отсутствует нарушение права быть заслушанным и права на защиту (пункт 1 статьи 8 во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1, вынесено пятью голосами «за» и одним — «против»), отсутствует необходимость разрешать вопрос о предполагаемом несоблюдении права на судебную защиту, предусмотренного статьей 25 (вынесено пятью голосами «за» и одним — «против»).

(d) Статья 5 (право на личную неприкосновенность) и 7 (право на личную свободу) в связи с пунктом 1 статьи 1 АКПЧ. В настоящем деле обладатель прав, ситуация которого рассматривается, являлся иностранцем, заключенным под стражу в связи с наличием международного ордера на арест и последовавшим требованием об экстрадиции.

Однако несмотря на основания для содержания под стражей, поскольку речь идет о лишении свободы, осуществляемом государством — участником Конвенции, оно должно строго соответствовать применимым положения АКПЧ и национального законодательства.

Что касается права на личную свободу, Межамериканский суд заключил, что (i) заявитель был подвергнут произвольному лишению свободы, продолжительность которого была чрезмерной, (ii) определенные средства правовой защиты habeas corpus не были эффективны, и (iii) государство уклонялось от принятия решений в связи с данными средствами правовой защиты в течение разумного срока.

В конечном счете, в отношении предполагаемого нарушения права заявителя на личную неприкосновенность в результате лишения свободы Межамериканский суд заключил, что доводы касались «побочного эффекта содержания под стражей».

ВЫВОД

Нарушение пункта 1 статьи 7, пункта 3 статьи 7, пункта 5 статьи 7 и пункта 6 статьи 7 во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1 АКПЧ (вынесено пятью голосами «за» и одним — «против»), отсутствует нарушение пункта 2 статьи 7 во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1 АКПЧ (вынесено четырьмя голосами «за» и двумя — «против»), отсутствует нарушение пункта 2 статьи 7 во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1 АКПЧ (вынесено четырьмя голосами «за» и двумя — «против»), и отсутствует нарушение статьи 5 во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1 АКПЧ (вынесено пятью голосами «за» и одним — «против»).

(e) Компенсации. Межамериканский суд решил, что постановление как таковое представляет собой форму компенсации, и обязал государство (i) принять как можно скорее окончательное решение в экстрадиционном разбирательстве, касающемся заявителя, (ii) немедленно пересмотреть вопрос о лишении заявителя свободы, (iii) опубликовать постановление и его официальное краткое изложение и (iv) выплатить сумму, предусмотренную постановлением, в качестве компенсации материального ущерба и морального вреда и возмещения судебных расходов и издержек.

---