Статья 203Постановление ЕСПЧ от 12.05.2017

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано жалобой № 21980/04, поданной против Болгарии в Европейский Суд по правам человека (далее — Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — Конвенция) тремя гражданами Болгарии: Любеном Филиповым (Lyuben Filipov), Нелли Николовой (Nelly Nikolova) и Филипом Любеновым Симеоновыми (Filip Lyubenov Simeonov) (далее — заявители) 8 июля 2004 г.

2. Интересы заявителей представляла С. Маргаритова-Вучкова (S. Margaritova-Vuchkova), адвокат, практикующая в г. Софии. Власти Болгарии были представлены их Уполномоченным при Европейском Суде Р. Николовой (R. Nikolova), сотрудницей Министерства юстиции.

3. Жалоба была распределена в Четвертую Секцию Европейского Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда). 23 августа 2011 г. Палата этой Секции признала жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу, отклонив все жалобы, выдвинутые заявительницей и вторым заявителем, и некоторые жалобы, представленные первым заявителем, Любеном Филиповым Симеоновым (далее — заявитель). Жалобы заявителя в соответствии со статьей 3 Конвенции по поводу отсутствия медицинской помощи в тюрьме, его условий содержания и предположительно избыточной строгости его тюремного режима, а также согласно пункту 1 и подпункту «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции, связанные с отсутствием помощи адвоката в первые несколько дней содержания под стражей в полиции, были коммуницированы властям Болгарии.

4. 20 октября 2015 г. Палата Четвертой Секции в следующем составе: Гвидо Раймонди, Председателя, Паиви Хирвеля, Георга Николау, Леди Бианку, Пола Махони, Кшиштофа Войтычека, Йонко Грозева, судей, а также при участии Франсуазы Эленс-Пассос, секретаря Секции, — вынесла Постановление по данному делу, единогласно признав жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу и установив нарушение статьи 3 Конвенции в отношении условий содержания под стражей в полиции и тюремного режима, которые были применены к заявителю, и отсутствие нарушения пункта 1 и подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции относительно отсутствия помощи адвоката в первые несколько дней содержания под стражей в полиции.

5. 12 января 2016 г. заявитель ходатайствовал о передаче дела в Большую Палату Европейского Суда в соответствии со статьей 43 Конвенции и правилом 73 Регламента Суда. Комитет Большой Палаты удовлетворил ходатайство 14 марта 2016 г.

6. Состав Большой Палаты был определен в соответствии с положениями пунктов 4 и 5 статьи 26 Конвенции и правилом 24 Регламента Суда.

7. 20 мая 2016 г. Председатель Большой Палаты Европейского Суда предоставил неправительственной организации «Ассоциация по предотвращению пыток» (Association for the Prevention of Torture), с офисом в г. Женеве (Швейцария), возможность представить письменные объяснения о праве на юридическую помощь.

8. Открытое слушание по настоящему делу состоялось во Дворце прав человека в г. Страсбурге 6 июля 2016 г. (пункт 3 правила 59 Регламента Суда).

В заседании Европейского Суда приняли участие:

(a) со стороны властей Болгарии:

М. Коцева (M. Kotseva), Уполномоченная при Европейском Суде,

М. Димитрова (M. Dimitrova), Уполномоченная при Европейском Суде,

(b) со стороны заявителей:

Дж. Макбрайд (J. Mcbride),

С. Маргаритова-Вучкова, адвокаты,

Н. Симеонова.

Европейский Суд заслушал выступления Макбрайда, Коцевой и Димитровой и ответы Макбрайда и Димитровой на вопросы, поставленные судьями.

9. 15 июля 2016 г. Председатель Большой Палаты Европейского Суда решил предоставить заявителю правовую помощь.

ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела

10. Заявитель родился в 1975 году и в настоящее время содержится в Софийской тюрьме <1>.

---

<1> Так в тексте. По-видимому, имеется в виду Центральная тюрьма г. Софии (примеч. редактора).

A. Уголовное разбирательство против заявителя

1. Задержание заявителя и его заключение под стражу

11. 2 июля 1999 г. два вооруженных человека ворвались в пункт обмена валюты в г. Бургас. Началась стрельба, в ходе которой двое сотрудников были убиты. Преступники скрылись с деньгами. В тот же день следственный орган г. Бургас возбудил уголовное разбирательство против неустановленного лица или лиц по факту разбоя и причинения смерти.

12. Органы, ответственные за уголовное расследование, выполнили ряд следственных мер: осмотрели помещения, провели вскрытие тел потерпевших, допросили свидетелей. Следователи быстро установили причастность заявителя и A.S. к происшествию.

13. Постановлением от 9 июля 1999 г. сотрудник полиции решил заключить заявителя под стражу на 24 часа в соответствии с положениями Закона о Министерстве внутренних дел. В постановлении упоминалось, что заключенный имеет право на помощь адвоката с момента своего задержания. В нем также указывалось, что копия постановления должна быть вручена задержанному. Копия соответствующего постановления, приобщенная к материалам дела, не была подписана заявителем, который в то время скрывался и разыскивался полицией.

14. 3 октября 1999 г. заявитель был задержан в г. Софии. Ни в одном из документов не указывалось, получил ли он копию постановления от 9 июля 1999 г. после задержания. Он оставался под стражей в г. Софии в этот и на следующий день.

15. 4 октября 1999 г. следователь из г. Бургас на основании статьи 202 Уголовно-процессуального кодекса заключил заявителя под стражу на 24 часа с 20.00.

16. 5 октября 1999 г. заявитель был переведен в г. Бургас. Его содержание под стражей было продлено прокурором в тот же день.

17. В документе, содержавшем два постановления от 4 и 5 октября 1999 г., не упоминается о праве заявителя на помощь адвоката и нет его подписи.

18. Заявитель подтвердил, что он подавал четыре ходатайства 3 — 6 октября 1999 г. о свидании с его адвокатом В. Михайловым (V. Mihailov) и что власти не удовлетворили эти ходатайства.

19. Заявитель указал, что он допрашивался должностными лицами, ответственными за расследование, с 3 по 6 октября. На допросе он сказал, что участвовал в нападении на пункт обмена валюты, но отрицал, что совершил два убийства.

20. Материалы дела не содержат письменной фиксации результатов любого такого допроса. В то же время они включают рукописные показания предполагаемого сообщника заявителя A.S., датированные 3 октября 1999 г., в которых A.S. пояснил, что заявитель подстрекал его к налету, что он сам согласился сотрудничать с заявителем и что позднее он использовал оружие во время инцидента.

21. 6 октября 1999 г. следователь, ответственный за расследование, назначил заявителю официального адвоката. Днем при участии официально назначенного адвоката заявителю были предъявлены обвинения в двойном убийстве и разбойном нападении на пункт обмена валюты в г. Бургас. Будучи допрошенным сразу после предъявления обвинения, он дал следующие показания:

«Я прочитал перечень обвинений в присутствии моего официально назначенного адвоката Д. Тодорова (D. Todorov).»

Я уведомлен о своих правах и обязанностях в качестве обвиняемого и моем праве отказаться от дачи показаний.

Я не буду давать объяснений по поводу обвинений, пока мои родители, которые уведомлены, не смогут привлечь адвоката».

2. Продолжение уголовного разбирательства против заявителя

22. 7 октября 1999 г. A.S. был допрошен следователем в присутствии адвоката. A.S. сослался на обстоятельства, сопровождавшие подготовку, совершение и последствия нападения, и рассказал, как он помогал заявителю на всех этих стадиях. Он подтвердил, что именно заявитель убил обоих потерпевших.

23. 8 октября 1999 г. заявитель привлек практикующего в г. Бургас адвоката Канева (Kanev). Во время своего допроса в присутствии этого адвоката 12 октября 1999 г. он хранил молчание и указал, что даст показания позднее.

24. 21 октября 1999 г. заявитель дал признательные показания в присутствии своего адвоката Канева. Он сознался в том, что подготовил и совершил нападение на пункт обмена валюты и утверждал, что двоих потерпевших убил A.S.

25. 22 декабря 1999 г. заявитель привлек второго адвоката, практикующую в г. Софии Желеву (Zheleva).

26. В дальнейшем органы следствия собрали различные виды доказательств: свидетельские показания, медицинские, научные, материальные и документальные доказательства.

27. 4 января 2000 г. заявитель и A.S. при содействии защитников ознакомились с материалами дела. Они отказались от своих показаний, а их адвокаты просили допросить своих подзащитных повторно.

28. 16 февраля 2000 г. бургасский окружной прокурор возвратил дело следователю для проведения дополнительного расследования. В частности, он дал указание выполнить несколько следственных действий и предъявить новое обвинение обоим подозреваемым.

29. 7 марта 2000 г. заявитель был обвинен в совершении еще одного преступления, а именно в незаконном приобретении огнестрельного оружия, которое было применено во время нападения 2 июля 1999 г. В тот же день двое подозреваемых были допрошены в присутствии их адвокатов. В своем объяснении заявитель сослался на версию событий о том, что разбойное нападение и убийства совершил V., гражданин Ирана, пособником которого было другое лицо.

30. 17 мая 2000 г. окружная прокуратура составила обвинительное заключение и передало дело заявителя и его предполагаемого сообщника на рассмотрение Бургасского окружного суда.

31. Бургасский окружной суд рассматривал уголовное дело с 25 июля 2000 г. по 14 июня 2001 г. Во время разбирательства заявитель, который пользовался помощью адвоката, утверждал, что он и его предполагаемый сообщник действительно находились в г. Бургас 1 июля 1999 г. и планировали совершить разбойное нападение на пункт обмена валюты, но изменили свои намерения и возвратились в г. Софию в тот же день.

32. 14 июня 2001 г. Бургасский окружной суд вынес приговор. Заявитель был признан виновным в вооруженном разбойном нападении на пункт обмена валюты в г. Бургас, совершенном совместно с A.S. и повлекшем гибель двух человек. Он также был признан виновным в незаконном приобретении огнестрельного оружия и патронов к нему. Бургасский окружной суд назначил заявителю самое тяжкое наказание, предусмотренное Уголовным кодексом Болгарии, а именно пожизненное лишение свободы. В соответствии с пунктом 1 статьи 127b (1) Закона об исполнении наказаний Бургасский окружной суд распорядился о содержании заявителя на «особом» тюремном режиме.

33. Опираясь на доказательства, собранные во время предварительного расследования и в судебном разбирательстве, Бургасский окружной суд установил следующие факты: бывшая подруга заявителя D.K. начала работать кассиром в данном пункте обмена валюты в 1997 году, когда она жила с ним. Работая там, она встретилась с первым потерпевшим, N.B., который был близким родственником собственника пункта обмена и его сотрудником. В июне 1999 года D.K. ушла от заявителя и переехала к N.B. в г. Бургас. Тогда заявитель решил убить N.B. и похитить наличные денежные средства, хранившиеся в пункте обмена валюты. Он приобрел пистолет Макарова с глушителем и патроны к нему. Заявитель убедил друга, A.S., принять участие в разбойном нападении. Днем 1 июля 1999 г. заявитель и A.S. приехали в г. Бургас на автобусе. Они пришли в здание, где располагался пункт обмена валюты, и поднялись на верхний этаж, чтобы провести там ночь. На следующее утро, около 9.00, они зашли на этаж, где находился пункт обмена валюты, и увидели, что N.B. был там один. A.S., который нес пистолет, ворвался в помещение и выстрел в упор в левый висок потерпевшего. Потерпевший сразу же скончался. Затем два сообщника собрали наличные деньги, найденные в пункте обмена валюты, в мешок, который принесли с собой. Тем временем вооруженный охранник пункта обмена валюты, P.I., ворвался в помещение, где был убит первый потерпевший. A.S. дважды выстрелил в него и попал ему в лицо. Охранник погиб мгновенно. A.S. и заявитель покинули здание. Они спрятали орудие убийства в мусорном ведре, выбросили одежду, которая была на них надета, и спрятали похищенные деньги. Через какое-то время они предложили E.E. принести для них деньги, что он и сделал.

34. Заявитель обжаловал приговор. Он жаловался на следующее: приговор был недостаточно мотивирован, его вина не была установлена, суд первой инстанции принял ошибочное решение, были допущены нарушения процессуального и материального права, региональный суд не был беспристрастным.

35. Адвокат заявителя подал ходатайство об отводе всем судьям Бургасского апелляционного суда. Он утверждал, что освещение уголовного дела в прессе создало обстановку нетерпимости и враждебности по отношению к его подзащитному. Защита требовала вызвать дополнительного свидетеля, повторно допросить одного из свидетелей, уже допрошенных судом первой инстанции, и назначить проведение нескольких дополнительных экспертиз. 4 декабря 2001 г. судья-докладчик, ответственный за уголовное дело, отклонил ходатайства о сборе дополнительных доказательств как не имеющие значения. Он отклонил отвод судьям Апелляционного суда из-за отсутствия доказательств пристрастности.

36. Апелляционный суд рассматривал уголовное дело с февраля по июль 2002 года. Он допросил нового свидетеля и получил дополнительные заключения психиатрической экспертизы о психическом состоянии двух обвиняемых.

37. 6 августа 2002 г. Апелляционный суд оставил без изменения приговор суда первой инстанции, поддержав фактические и правовые выводы последнего. Доказательства, собранные во время предварительного следствия, представленные в суде первой инстанции и Апелляционном суде, подтверждали, что двое обвиняемых планировали и осуществили разбойное нападение на пункт обмена валюты и что два потерпевших были убиты A.S. Однако заявитель был подстрекателем этих преступлений и предоставил оружие, примененное его сообщником. Апелляционный суд сослался на показания многочисленных свидетелей, допрошенных в ходе рассмотрения дела, на показания баллистической, технической и бухгалтерской экспертиз, а также на собранные вещественные и документальные доказательства.

38. Апелляционный суд отметил, что первоначальные показания обвиняемого во время предварительного следствия существенно отличались от его объяснений суду первой инстанции. Первоначальные показания подтверждали вывод об участии в совершении данных преступлений, тогда как в последующих он изложили версию о совершении этих преступлений гражданином Ирана. Апелляционный суд с доверием отнесся к первоначальным показаниям обвиняемого, которые были даны им следователю в присутствии его адвокатов после предъявления официальных обвинений. В связи с этим обвиняемым было разъяснено, что их показания могут быть использованы в суде с целью установления фактов, и их предварительное медицинское обследование не выявило следов физического насилия, что противоречило утверждению защитника о том, что первоначальное признание было сделано заявителем вследствие принуждения.

39. Апелляционный суд принял во внимание версию заявителя о том, что два убийства и разбойное нападение были совершены V., гражданином Ирана, и что сам заявитель в период, относящийся к обстоятельствам дела, находился на своем рабочем месте в г. Софии. Проверки, проведенные по базе данных Министерства внутренних дел, установили, что гражданин Ирана с таким именем в Болгарии не находился. Действительно заявитель был на рабочем месте в г. Софии 2 июля 1999 г. Однако он работал ночным сторожем, а разбойное нападение и убийства были совершены рано утром, что давало достаточно времени для преодоления расстояния между городами Бургас и София и прибытия на работу вечером того же дня. Апелляционный суд счел неубедительными показания единственного свидетеля, который подтвердил версию заявителя.

40. Апелляционный суд отметил, что в приговоре суда первой инстанции не было обнаружено процессуальных нарушений, упомянутых стороной защиты. Фактические и правовые выводы окружного суда не были основаны исключительно на признании обвиняемого, а на всей совокупности последовательных доказательств, собранных во время уголовного разбирательства. Заявитель активно участвовал в разбирательстве, его адвокаты подали несколько ходатайств, связанных с ходом судебного процесса и сбором доказательств. Окружной суд ответил на все эти ходатайства и предоставил полную мотивировку своих процессуальных решений. Кроме того, отсутствовали признаки предвзятости судей, рассматривавших дело, и разбирательство осуществлялось таким образом, чтобы гарантировать интересы сторон.

41. Апелляционный суд исключил показания одного свидетеля в связи с несоблюдением процессуальных правил, но не счел эти показания решающими с точки зрения фактических и правовых выводов по делу. Он указал, что, даже если окружной суд промедлил с указанием оснований приговора, защита, тем не менее, могла представить дополнительные объяснения в жалобе после получения копии этих оснований.

42. Заявитель подал кассационную жалобу, напомнив свои объяснения Апелляционному суду. В этой 40-страничной жалобе его адвокат выдвинул 74 возражения относительно сбора и толкования различных доказательств, а также фактических и правовых выводов нижестоящих судов. В пункте 33 жалобы адвокат оспорил допустимость протокола реконструкции событий от 7 октября 1999 г., утверждая, что в указанный день его клиент не пользовался помощью адвоката по своему выбору. В это время его клиент пользовался услугами официально назначенного адвоката, который не был направлен местной адвокатской ассоциацией, как того требует соответствующее законодательство. Адвокат заявителя добавил, что его клиент был неоспоримо лишен помощи адвоката 4 октября 1999 г., когда он был заключен под стражу, и расценил это как нарушение положений статьи 70(4) Закона о Министерстве внутренних дел и Конституции. Это было единственное предложение, относящееся к обстоятельствам содержания заявителя под стражей в полиции.

43. Решением от 17 декабря 2003 г. Верховный кассационный суд отклонил кассационную жалобу заявителя. Он решил, что ни одно из обстоятельств, упомянутых стороной защиты, не указывало на пристрастность судей, рассматривавших уголовное дело. Заявитель имел возможность эффективно защищать себя во время уголовного разбирательства: он представлял доказательства и оспаривал доказательства, выдвинутые против него. Нижестоящие суды удовлетворили некоторые его ходатайства о сборе дополнительных доказательств и привели надлежащие мотивы для отклонения иных ходатайств защиты о получении доказательств.

44. Кроме того, поддержав прочие доводы Апелляционного суда, Верховный кассационный суд пришел к выводу, что факты по делу установлены правильно, что нормы материального и процессуального права надлежащим образом применены и что права обвиняемого полностью соблюдались.

B. Условия содержания заявителя под стражей

45. Заявитель содержался в следственном изоляторе г. Бургас с 5 октября 1999 г. по 27 января 2000 г. и вновь с начала марта по 14 апреля 2000 г. Он находился в тюрьме г. Бургас с 27 января до начала марта 2000 года и вновь с 14 апреля 2000 г. по 25 февраля 2004 г. Позднее он был переведен в Софийскую тюрьму, где содержится до сих пор.

1. Следственный изолятор г. Бургас

46. Заявитель утверждал, что он содержался в камере без окон, туалета и водопровода. В помещении были неудовлетворительные вентиляция и освещение. Он не имел права находиться вне здания. Доступ к санитарному оборудованию был ограничен, и время, отведенное для умывания, было недостаточным. Заявитель подчеркнул, что гигиенические условия в следственном изоляторе были плачевными. Впоследствии он был переведен в другую камеру с двумя другими заключенными. Трое заключенных должны были спать по очереди, поскольку в камере была только одна скамья.

47. Согласно докладу генерального директора тюрем, представленному властями Болгарии, в то время единственной мебелью в камерах следственного изолятора г. Бургас были скамьи. В камерах отсутствовали окна, и дневной свет проникал через отверстия в металлических пластинах, прикрепленных к дверям. Данный изолятор имел только один общий умывальник, и отсутствовала возможность нахождения заключенных на открытом воздухе. В докладе также упоминалось, что с 2002 по 2009 год изолятор подвергся полной реконструкции и перестройке, чтобы условия содержания под стражей не нарушали человеческое достоинство заключенных.

2. Тюрьма г. Бургас

48. Заявитель утверждал, что его камера в тюрьме г. Бургас была площадью 6 кв. м. В ней имелись кровать и металлическая полка. В камере отсутствовали водопровод и туалет. Он использовал пластмассовое ведро для отправления своих естественных потребностей. Как и всем другим заключенным, ему было разрешено выходить из камеры на 30 минут три раза в сутки, чтобы опорожнить ведро и наполнить бутылку водой. В подтверждение своих требований заявитель сослался на показания своего сообвиняемого A.S., который содержался с ним в таких же условиях в тюрьме г. Бургас. Заявитель добавил, что он был вынужден носить форму заключенного, хотя согласно тюремным правилам ему было разрешено ходить в собственной одежде.

49. Заявитель пояснил, что при поступлении в тюрьму г. Бургас он был лишен прогулок. Согласно показаниям A.S. (см. § 48 настоящего Постановления) заключенным разрешалась одна часовая прогулка в день. Заявитель не участвовал в какой-либо организованной деятельности в тюрьме г. Бургас. Он представил несколько запросов, направленных тюремной администрации, о разрешении на прохождение профессионального обучения и профессиональных программ и просил о переводе в Софийскую тюрьму, чтобы быть ближе к семье, но какие-либо меры по его обращениям не принимались.

50. Согласно докладу начальника тюрьмы г. Бургас, представленному властями Болгарии, у заявителя были проблемы с адаптацией к тюремным правилам, его отношение к надзирателям и тюремной администрации было агрессивным и неуважительным. Однако заявитель пользовался всеми правами, предоставленными лицам, лишенным свободы. Его условия проживания соответствовали обычным тюремным стандартам. Он имел право на ежедневные прогулки и свободный доступ к тюремной библиотеке. Заявитель несколько раз консультировался с психологом, встречался с тюремным координатором деятельности.

3. Софийская тюрьма

51. После перевода в Софийскую тюрьму заявитель был помещен на «особый» тюремный режим, включая почти полную изоляцию от остальных заключенных.

52. Заявитель указал, что в период с февраля 2004 года до лета 2006 года он находился в камере размером 4 x 2 м, в которой содержались и другие заключенные. Две кровати занимали большую часть пространства, оставляя двум заключенным свободную площадь всего в 2 кв. м. В камере отсутствовал водопровод, и заключенные использовали ведро в качестве туалета.

53. Заявитель сообщил, что он проводил бо́льшую часть дня сидя на кровати из-за недостаточности свободного пространства в камере. Он принимал пищу в камере, ему разрешалось ежедневно гулять в тюремном дворе в течение часа. Его доступ к тюремной библиотеке был ограничен несколькими минутами, которые требовались на выбор и получение книги, после чего его немедленно отводили обратно в камеру. Заявителю разрешалось посещать тюремную часовню дважды в год, на Пасху и Рождество, но не во время богослужений, поэтому он не мог встречаться с другими заключенными.

54. До 2005 года тюремный корпус усиленной безопасности был переполнен и больные заключенные содержались вместе с остальными, что способствовало распространению инфекционных заболеваний. Условия содержания улучшились после работ по проведению реконструкции в корпусе усиленной безопасности в 2005 и 2006 годах. В декабре 2008 года тюремный режим заявителя был ослаблен. Однако, как и все заключенные этой категории, он был по-прежнему изолирован от остальных заключенных, и его камера запиралась в течение дня. В 2004 и 2005 годах он иногда работал в своей камере, складывая конверты. После 2010 года ему было разрешено посещать игровую комнату, где он мог общаться с другими осужденными к пожизненному лишению свободы и читать книги.

55. Согласно докладу начальника Софийской тюрьмы, датированному 11 октября 2011 г., в корпусе усиленной безопасности Софийской тюрьмы была сделана полная реконструкция в 2005 и 2006 годах. В дату данного доклада заявитель содержался в индивидуальной камере, площадь которой составляла 7,7 кв. м, в ней были кровать, стол, полка, душ и отдельный туалет. Его камера отапливалась, в ней имелись водопровод и надлежащее освещение.

56. Если не считать ограничений, установленных его тюремным режимом, у заявителя был доступ ко всем видам деятельности, которую могли осуществлять другие заключенные: он мог работать, посещать библиотеку и тюремную часовню, иметь свидания со своими родственниками, писать и получать письма. Он также имел право на смягчение своего тюремного режима в соответствии со статьей 198 Закона о тюрьмах при условии положительного отзыва от соответствующей специальной комиссии и мог быть впоследствии размещен с остальными заключенными.

57. Кроме того, в 2010 году заявитель обратился с требованием о признании недействительными ряда норм, имплементирующих правила Закона о тюрьмах, что касается условий отбытия наказания в виде пожизненного лишения свободы. Его требование было отклонено окончательным решением от 14 сентября 2011 г., вынесенным Верховным административным судом, который решил, что оспариваемые положения других имплементирующих правил не противоречат Закону о тюрьмах и что принятие правил не влекло нарушения, оправдывающего признание их недействительными.

II. Соответствующие законодательство Болгарии и правоприменительная практика

A. Условия отбытия наказания в виде пожизненного лишения свободы и компенсаторные средства правовой защиты в соответствии с Законом об ответственности государства и муниципалитетов за причинение вреда 1988 года

58. Соответствующее законодательство Болгарии и прецедентная практика относительно правил исполнения наказаний в виде лишения свободы и исков о возмещении вреда в связи с неудовлетворительными условиями содержания под стражей кратко изложены в Постановлении Европейского Суда по делу «Харакчиев и Толумов против Болгарии» (Harakchiev and Tolumov v. Bulgaria) (жалобы NN 15018/11 и 61199/12, §§ 108 — 135 и 136 — 146, ECHR 2014 (извлечения)).

B. Право на помощь адвоката в уголовном разбирательстве и разъяснение задержанным их прав

1. Закон о Министерстве внутренних дел и его имплементирующие правила

59. Закон о Министерстве внутренних дел 1997 года и имплементирующие его правила 1998 года позволяли полиции задерживать подозреваемых в совершении преступлений и заключать их под стражу на 24 часа. Задержанные имели право на юридическую помощь с момента их задержания. Соответствующие положения закона и имплементирующих правил в редакции, действовавшей в момент задержания заявителя, предусматривают следующее:

«...Статья 70 Закона [о Министерстве внутренних дел <1>] 1997 года»

---

<1> Текст в квадратных скобках добавлен при переводе (примеч. редактора).

(1) Полиция может задерживать лиц:

1. совершивших преступления...

(4) Задержанные имеют право на юридическую помощь с момента их задержания...

Правило 54 имплементирующих правил к Закону

(1) Ордер на заключение под стражу выдается в отношении лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.

(2) Ордера, выданные в соответствии с вышеизложенным пунктом 1, должны содержать:

...5) права, предоставленные заинтересованному лицу в соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 70 Закона о Министерстве внутренних дел.

(3) Ордер должен быть подписан полицейским органом и заключенным.

(6) Копия ордера вручается заключенному».

60. В момент задержания заявителя внутригосударственное законодательство не предусматривало вручения заключенным под стражу отдельного документа, излагающего их права, включая право на юридическую помощь.

61. 6 марта 2002 г. министр внутренних дел издал внутреннюю инструкцию, в которой указывалось, что сразу после задержания заключенные под стражу должны подписать две копии документа с изложением их прав, включая право на юридическую помощь.

62. В 2003 году в пункт 3 имплементирующего правила 54 Закона о Министерстве внутренних дел (см. § 59) были внесены изменения. Новая редакция правила предусматривала предоставление заключенным под стражу «декларации прав», которую они должны были подписать, указав, в частности, на свое намерение воспользоваться своим правом на юридическую помощь или отказаться от него. Новая формулировка пункта предусматривала следующее:

«(3) Заключенный под стражу заполняет декларацию, указав, что ему разъяснены его права, и то, намерен ли он воспользоваться своими правами, предусмотренными подпунктами (b) — (e) пункта (2)».

63. Законодательство Болгарии и правила, введенные в данной сфере с этого времени, включают ссылку на «декларацию прав», которую заключенные должны подписать после задержания.

2. Уголовно-процессуальный кодекс Болгарии

64. Во время данного разбирательства Уголовно-процессуальный кодекс Болгарии 1974 года разрешал следователям, ведущим уголовные дела, заключать подозреваемых под стражу на 24 часа. Срок содержания под стражей мог быть продлен прокурором не более чем на трое суток. Законодательные нормы о содержании под стражей и правах подозреваемого во время содержания под стражей предусматривали следующее:

«Статья 202»

(1) Следователь может, даже в отсутствие санкции прокурора, принять решение о предварительном заключении за совершение преступления, которое требует обязательного преследования и для которого предварительное следствие является обязательным, если:

1. лицо задержано во время совершения преступления или сразу после него;

2. очевидец указал на лицо как на совершившее преступление;

3. на теле, одежде лица или в его месте жительства обнаружены явные следы преступления;

4. данное лицо попыталось скрыться...

(1) Следователь обязан уведомить прокурора о заключении под стражу в течение 24 часов с указанием его причин.

(2) Прокурор должен немедленно утвердить или отменить ордер на заключение под стражу. При обстоятельствах, изложенных в пунктах 1 и 3 части 1 статьи 202, если заключение под стражу применено за совершение тяжкого преступления, требующего обязательного преследования, прокурор может продлить срок содержания под стражей не более чем на трое суток.

(3) Если по истечении срока, указанного выше в частях 1 и 2, заинтересованное лицо не было обвинено в преступлении, следователь обязан освободить его...