---
title: "Постановление ЕСПЧ от 30.01.1998"
number: "19392/92"
issuer: "Европейский суд по правам человека"
issued_on: 1998-01-30
status: действует
canonical: "https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1939292/statya-2"
---
# Статья 2
## ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 30 января 1998 года)
---
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу "Объединенная коммунистическая партия Турции и другие против Турции" <*> Европейский суд по правам человека, заседая в соответствии с правилом 51 Регламента Суда A [<**>](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1939292/statya-2#p100012) Большой палатой в составе:
---
<*> Примечание Секретаря-Канцлера. Делу присвоен номер 133/1996/752/951. Первое число - порядковый номер в списке дел, рассматриваемых Европейским судом в соответствующем году (второе число). Два последних числа указывают на порядковый номер дела в списке дел, направленных в Европейский суд с момента его создания, и в списке жалоб, являющихся основанием для возникновения дела и поданных в Европейскую комиссию по правам человека.
<**> Примечание Секретаря-Канцлера. Регламент Суда A применяется ко всем делам, переданным в Европейский суд до вступления в силу [Протокола](https://bukva.ai/docs/protokol-9-se-sovet-evropy/statya-1) N 9 к Конвенции (1 октября 1994 г.), а после его вступления в силу - только к делам в отношении государств, не подписавших Протокол N 9 к Конвенции. Регламент Суда A соответствует Регламенту, вступившему в силу 1 января 1983 г., с внесенными поправками.
Р. Бернхардта, Председателя Палаты,
Ф. Гюльчюклю,
Ф. Матшера,
Р. Макдональда,
К. Руссо,
Н. Валтикоса,
Э. Пальм,
И. Фуагеля,
Р. Пекканена,
А.Н. Лоизу,
Х.М. Моренильи,
сэра Джона Фриленда,
А.Б. Бака,
М.А. Лопеса Роши,
Л. Вильдхабера,
Е. Макарчика,
П. Куриса,
У. Ломуса,
П. ван Дийка, судей,
а также при участии Г. Петцольда, Секретаря-Канцлера Суда, П.Дж. Махони, Заместителя Секретаря-Канцлера Суда,
заседая 26 сентября 1997 г. и 27 января 1998 г. за закрытыми дверями,
вынес на последнем заседании следующее Постановление:
### ПРОЦЕДУРА
1. Дело было передано в Европейский суд Европейской комиссией по правам человека 28 октября 1996 г. в трехмесячный срок, установленный [пунктом 1 статьи 32](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-32#p100165) и [статьей 47](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-47#p100216) Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Дело было инициировано жалобой (N 19392/92), поданной 7 января 1992 г. в Европейскую комиссию по правам человека против Турецкой Республики политической партией Объединенная коммунистическая партия Турции и двумя гражданами Турции Нихатом Саргином (Nihat {Sargin} <*>) и Наби Ягчи (Nabi {Yagci}) в соответствии со [статьей 25](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-25#p100123) Конвенции.
---
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
Запрос Европейской комиссии относился к [статье 44](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-44#p100208) и [пункту "a" статьи 48](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-48#p100220) Конвенции и правилу 32 Регламента Суда A. Целью запроса было получение решения относительно того, свидетельствуют ли приведенные в деле факты о нарушении государством-ответчиком своих обязательств согласно [статье 11](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-11#p100065) Конвенции.
2. В ответе на запрос, подготовленный и направленный в соответствии с подпунктом "d" пункта 3 правила 33 Регламента Суда A, заявители сообщили, что хотели бы принять участие в разбирательстве, и назначили адвокатов для представления своих интересов (правило 30 Регламента Суда). Председатель Суда разрешил адвокатам использовать турецкий язык в устных и письменных процедурах по делу (пункт 3 правила 27 Регламента Суда A).
3. Палата, образованная для рассмотрения дела, включила в себя ex officio Ф. Гюльчюклю, судью, избранного от Турции ([статья 43](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-43#p100204) Конвенции), и Р. Риссдала, Председателя Суда (подпункт "b" пункта 4 правила 21 Регламента Суда). 29 октября 1996 г. Председатель Суда в присутствии Секретаря-Канцлера Суда посредством жеребьевки определил имена остальных семи членов Палаты, а именно: Б. Уолша, К. Руссо, И. Фуагеля, А.Н. Лоизу, Е. Макарчика, П. Куриса и П. ван Дийка ([статья 43](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-43#p100204) in fine Конвенции и пункт 5 правила 21 Регламента Суда A).
4. В качестве Председателя Палаты (пункт 6 правила 21 Регламента Суда A) Р. Риссдал, действуя через Секретаря-Канцлера Суда, провел консультации по вопросам организации письменного производства с Уполномоченным Турции при Европейском Суде по правам человека, представителями заявителей и представителем Европейской комиссии (пункт 1 правила 37 и правило 38 Регламента Суда A). Согласно данным затем распоряжениям Секретарь-Канцлер Суда получил меморандум заявителей 3 июня 1997 г., а меморандум властей Турции - 18 июня 1997 г.
5. 28 августа 1997 г. Палата решила уступить юрисдикцию по рассмотрению настоящего дела в пользу Большой палаты (пункт 1 правила 51 Регламента Суда A). В состав Большой палаты вошли ex officio Р. Риссдал, Председатель Суда, и Р. Бернхардт, Заместитель Председателя Суда, вместе с другими членами и четырьмя запасными судьями первоначальной Палаты, уступившей юрисдикцию в пользу Большой палаты, а именно: А.Б. Бака, М.А. Лопесом Рошей, Р. Пекканеном и Р. Макдональдом (подпункты "a" и "b" пункта 2 правила 51 Регламента Суда A). Председатель Большой палаты в присутствии Секретаря-Канцлера определил посредством жеребьевки еще семь судей, необходимых для завершения формирования Большой палаты, а именно: Ф. Матшера, Н. Валтикоса, Э. Пальм, Х.М. Моренилью, сэра Джона Фриленда, Л. Вильдхабера и У. Ломуса (подпункт "c" пункта 2 правила 51 Регламента Суда A). Впоследствии судьи Р. Риссдал и Б. Уолш не смогли принять участие в дальнейшем рассмотрении дела (пункт 1 правила 24 и пункт 3 правила 51 Регламента Суда A). Вместо судьи Р. Риссдала функции Председателя Большой палаты стал выполнять судья Р. Бернхардт (пункт 6 правила 21 и пункт 6 правила 51 Регламента Суда A).
6. По решению Председателя Суда открытые слушания по делу состоялись во Дворце прав человека в г. Страсбурге 23 сентября 1997 г. Перед этим Европейский суд провел подготовительное заседание.
В Европейский суд явились:
a) от властей Турции:
А. Гюндюз ({A. Gunduz}), профессор международного права, Университет Мармара (University of Marmara), Уполномоченный Турции при Европейском суде по правам человека;
Д. Акчай ({D. Akcay}), помощник Постоянного Представителя Турции при Совете Европы,
М. Езмен ({M. Ozmen}), Министерство иностранных дел Турции,
Ш. Алпаслан ({S. Alpaslan}), доктор юридических наук,
А. Кайя (A. Kaya), Министерство юстиции Турции,
А. Эмюлер ({A. Emuler}), Министерство иностранных дел Турции,
Й. Ренда (Y. Renda), Министерство иностранных дел Турции,
Н. Айман (N. Ayman), Министерство внутренних дел Турции,
Н. Алкан (N. Alkan), Министерство внутренних дел Турции, эксперты;
b) от Европейской комиссии:
Н. Братца (N. Bratza), представитель Европейской комиссии;
c) от заявителей:
Г. Динч ({G. Dinc}), адвокат Коллегии адвокатов г. Измира ({Izmir}),
Е. Сансал (E. Sansal), адвокат Коллегии адвокатов г. Анкары (Ankara), советники.
Европейский суд заслушал обращения Н. Братца, Г. Динча, Е. Сансала, Д. Акчай и М. Езмена.
### ФАКТЫ
#### I. Обстоятельства дела
7. Объединенная коммунистическая партия Турции (TBKP), первый заявитель, являлась политической партией, которая была распущена Конституционным Судом Турции (см. ниже [§ 10](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1939292/statya-2#p100083)).
Нихат Саргин и Наби Ягчи, второй и третий заявители, были, соответственно, председателем и генеральным секретарем Объединенной коммунистической партии Турции. Они проживают в г. Стамбуле (Istanbul).
8. Объединенная коммунистическая партия Турции была создана 4 июня 1990 г. В тот же день устав и программа партии были переданы Главному государственному советнику при Кассационном суде Турции для оценки их соответствия положениям Конституции Турции и Закона о регулировании деятельности политических партий N 2820 (Law No. 2820 on the regulation of political parties) (см. ниже [§ 12](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1939292/statya-66#p100120)).
##### A. Обращение о роспуске Объединенной коммунистической партии Турции
9. 14 июня 1990 г., когда Объединенная коммунистическая партия Турции готовилась к участию во всеобщих выборах, Главный государственный советник при Кассационном суде Турции (Главный государственный советник) обратился в Конституционный Суд Турции с заявлением о вынесении постановления о роспуске партии. Он обвинил партию в том, что она стремилась к установлению доминирования одного социального класса над другими (статьи 6, 10 и 14 и бывшая статья 68 Конституции Турции и статья 78 Закона N 2820), включила в свое наименование слово "коммунистический" (в нарушение части 3 статьи 96 Закона N 2820), вела деятельность, которая может подорвать территориальную целостность государства и единство нации (статьи 2, 3 и 66 и бывшая статья 68 Конституции Турции и статьи 78 и 81 Закона N 2820), а также объявила себя преемницей ранее ликвидированной политической партии Турецкая рабочая партия (Turkish Workers' Party) (часть 2 статьи 96 Закона N 2820).
В обоснование своего обращения Главный государственный советник ссылался, в частности, на отрывки из программы Объединенной коммунистической партии Турции, главным образом взятые из главы, озаглавленной "На пути к мирному, демократическому и справедливому решению курдской проблемы". В данной главе говорилось следующее:
"Существование курдов и их легитимные права отрицались с самого основания Республики, хотя национальная война за независимость велась при их поддержке. Власти ответили на пробуждение курдского национального самосознания запретами, гонениями и террором. Расистская, милитаристская и шовинистическая политика усугубили курдскую проблему. Этот факт является препятствием для демократизации Турции и служит интересам международных империалистских и милитаристских сил, стремящихся усилить напряжение в Малой Азии, натравить народы друг на друга и втянуть Турцию в военные авантюры.
Курдская проблема имеет политический характер, вытекая из отрицания существования, национального сознания и прав курдского народа. Поэтому она не могла быть решена гонениями, террором и военными средствами. Применение насилия означает, что право на самоопределение - естественное и неотъемлемое право всех народов - осуществляется не совместно, а раздельно и односторонне. Средство решения этой проблемы политическое. Если гонения и дискриминация курдского народа прекратятся, турки и курды смогут объединиться.
Объединенная коммунистическая партия Турции будет бороться за мирное, демократическое и справедливое решение курдской проблемы, чтобы курдский и турецкий народы могли добровольно жить вместе в границах Турецкой Республики на основании равноправия, имея целью проведение демократических реформ на основе общих интересов.
Решение курдской проблемы должно быть основано на свободной воле курдов и учитывать общие интересы турецкой и курдской наций, а также способствовать демократизации Турции и миру в Малой Азии.
Решение курдской проблемы будет найдено только в случае, если заинтересованные стороны смогут свободно выражать свои мнения, если они согласятся не прибегать к насилию в какой-либо форме для решения проблемы и если они смогут принимать участие в политике с позиции своей национальной идентичности.
Решение курдской проблемы потребует времени. В ближайшем будущем приоритет должен быть отдан окончанию политического и военного давления на курдов, защите жизни курдских граждан, прекратить чрезвычайное положение, отказаться от системы "сельских охранников" и снять запреты на курдский язык и курдскую культуру. Проблема должна обсуждаться свободно. Существование курдов должно быть признано Конституцией Турции.
Без решения курдской проблемы демократические реформы не смогут быть проведены в Турции. Любое решение повлечет за собой борьбу за демократизацию Турции".
Еще в двух отрывках, на которые ссылался Главный государственный советник, говорилось следующее:
"...Объединенная коммунистическая партия Турции является партией рабочего класса, созданной в результате слияния Турецкой рабочей партии и Турецкой коммунистической партии.
/.../
Культурное возрождение будет происходить, благодаря, с одной стороны, взаимному влиянию современной всеобщей культуры и, с другой стороны, турецким и курдским национальным ценностям, наследию анатолийских цивилизаций, гуманистическим элементам исламской культуры и всем ценностям, созданным нашим народом в стремлении идти в ногу со временем".
Турецкая рабочая партия, указанная выше, была ликвидирована 16 октября 1981 г. по тем же основаниям, на которые власти ссылались в отношении Объединенной коммунистической партии Турции.
##### B. Роспуск Объединенной коммунистической партии Турции
10. 16 июля 1991 г. Конституционный Суд Турции вынес постановление о роспуске Объединенной коммунистической партии Турции, что повлекло ipso jure ликвидацию партии и передачу ее имущества в Казначейство в соответствии с частью 1 статьи 107 Закона N 2820. Постановление было опубликовано в официальном издании 28 января 1992 г. Как следствие, основателям и руководителям партии запретили занимать аналогичные должности в любом другом политическом органе (статья 69 Конституции Турции и часть 1 статьи 95 Закона N 2820, см. ниже [§ 11](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1939292/statya-2#p100091)).
Конституционный Суд Турции, прежде всего, отклонил довод о том, что Объединенная коммунистическая партия Турции заявляла, что один социальный класс, пролетариат, был выше остальных. Ссылаясь на устав партии, современные работы по марксистской идеологии и политические идеи, Конституционный Суд Турции установил, что Объединенная коммунистическая партия Турции соответствовала требованиям демократии, основанной на политическом плюрализме, всеобщем избирательном праве и свободе участия в политике.
Суд также отклонил довод, основанный на части 2 статьи 96 Закона N 2820, что ни одна политическая партия не может объявлять себя преемницей партии, которая ранее была ликвидирована. По мнению суда, абсолютно естественно и соответствует концепции демократии, что политическая партия опирается на культурное наследие ранее существовавших движений и течений политической мысли. Объединенная коммунистическая партия Турции, соответственно, не нарушила данное положение своим намерением опираться на опыт и достижения марксистских учреждений.
Конституционный Суд Турции продолжил, что один лишь факт того, что политическая партия включила в свое наименование слово, запрещенное частью 3 статьи 96 Закона N 2820, как сделала Объединенная коммунистическая партия Турции в настоящем деле, был достаточен для применения данной нормы и, соответственно, ликвидации соответствующей партии.
Что касается заявления о том, что устав и программа Объединенной коммунистической партии Турции содержали высказывания, которые могли подорвать территориальную целостность государства и единство нации, Конституционный Суд Турции отметил, inter alia, что в этих документах содержалось указание на две нации - курдскую и турецкую. Но невозможно было согласиться с тем, что в Турецкой Республике, граждане которой, независимо от этнического происхождения, имели турецкое гражданство, существовало две нации. В действительности, положения устава партии, поддерживающие нетурецкие языки и культуры, имели целью создание меньшинств в ущерб единству турецкой нации.
Напоминая, что самоопределение и региональная автономия запрещены Конституцией Турции, Конституционный Суд Турции отметил, что государство является унитарным, страна неделимой, а также что существует лишь одна нация. Суд счел, что национальное единство было достигнуто через интеграцию сообществ и лиц, которые, несмотря на свое этническое происхождение, на равной основе сформировали нацию и основали государство. В Турции нет "меньшинств" или "национальных меньшинств" помимо тех, что указаны в Лозаннском договоре и Договоре о дружбе между Турцией и Болгарией, и нет конституционных или законодательных положений, позволяющих проводить различия между гражданами. Как и все граждане, являющиеся потомками иностранцев, граждане курдского происхождения могли выражать свою самобытность, но Конституция Турции и законодательство запрещали им формировать нацию или меньшинство, отличное от турецкой нации. Следовательно, цели, которые подобно целям Объединенной коммунистической партии Турции поощряли сепаратизм и разделение турецкой нации, были неприемлемыми и оправдывали ликвидацию соответствующей партии.
#### II. Применимое национальное законодательство
##### A. Конституция Турции
11. В рассматриваемое время соответствующие положения Конституции Турции гласили:
### Статья 2
"Турецкая Республика - демократическое, светское и социальное государство, основанное на нормах права, уважающее права человека в духе социального спокойствия, национальной солидарности и справедливости, придерживающееся национализма Ататюрка и опирающееся на основные принципы, изложенные в преамбуле".