Постановление ЕСПЧ от 02.11.2006
Актуально на 04.11.2026.
Как цитировать: Постановление ЕСПЧ от 02.11.2006. 19126/02. 02.11.2006. https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1912602
«Дело „Комарова (Komarova) против Российской Федерации“ (жалоба № 19126/02) [рус., англ.]»
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ДЕЛО «КОМАРОВА (KOMAROVA) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (Жалоба № 19126/02)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
<*> Перевод предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека.
По делу «Комарова против Российской Федерации» Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая 12 октября 2006 г. за закрытыми дверями,
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой № 19126/02, поданной в Европейский суд по правам человека против Российской Федерации гражданкой Российской Федерации Комаровой Надеждой Николаевной (далее — заявительница) 10 апреля 2002 г. в соответствии со статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. В Европейском суде интересы заявительницы представляла Беляева-Бурмистрова Е.О., адвокат, практикующая в г. Ярославле. Власти Российской Федерации были представлены Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П.А. Лаптевым.
3. 1 марта 2005 г. Европейский суд официально коммуницировал властям Российской Федерации часть жалобы, касающуюся длительности судебного разбирательства. В соответствии с пунктом 3 статьи 29 Конвенции Европейский суд решил одновременно рассмотреть жалобу по существу и по вопросу приемлемости.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
4. Заявительница, 1974 года рождения, проживает в г. Ярославле.
5. С 1991 по 1998 год заявительница работала главным бухгалтером совместного предприятия «Гатчина».
1. Предварительное следствие
a) Возбуждение уголовного дела
6. 2 июля 1998 г. следователь Заволжского районного отдела внутренних дел г. Ярославля возбудил уголовное дело по подозрению <*> в хищении активов предприятия некоторыми его работниками.
<*> Так в тексте (прим. переводчика).
7. 22 июля 1998 г. был проведен первый допрос заявительницы в присутствии ее адвоката.
8. Обвинение было предъявлено заявительнице 24 июля 1998 г.
b) Содержание заявительницы под стражей и предварительное следствие
9. 22 июля 1998 г. в отношении заявительницы была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.
10. 24 и 31 июля 1998 г. следователь допрашивал заявительницу.
i. Жалобы заявительницы относительно содержания ее под стражей
11. Неоднократные жалобы заявительницы относительно содержания ее под стражей были отклонены Постановлениями Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 10 ноября 1998 г. и 13 января 1999 г. Постановление от 10 ноября 1998 г. было оставлено без изменения Определением судебной коллегии по уголовным делам Ярославского областного суда от 8 декабря 1998 г.
12. 22 июня 1999 г. заявительница была освобождена из-под стражи на том основании, что следственные действия были завершены, а также в связи с состоянием ее здоровья. Следователь применил к заявительнице меру пресечения в виде подписки о невыезде.
ii. Медицинское обследование заявительницы
13. По-видимому, во время пребывания под стражей заявительница также часто подавала жалобы о том, что она не может содержаться под стражей по медицинским показаниям. Постановлениями от 14 октября 1998 г. и 1 июня 1999 г. следователь дважды назначал медицинские экспертизы состояния здоровья заявительницы.
14. Экспертизы были проведены с 23 октября по 11 ноября 1998 г. и с 7 июня по 1 июля 1999 г. соответственно, и по их результатам состояние здоровья заявительницы было признано удовлетворительным.
iii. Второе уголовное дело в отношении заявительницы
15. 13 января 1999 г. следователь возбудил новое уголовное дело в отношении заявительницы, на этот раз по подозрению в мошенничестве. Два уголовных дела были соединены в одно производство.
iv. Доступ заявительницы к материалам уголовного дела
16. Власти Российской Федерации утверждают, что с 1 июля 1999 г. по 29 марта 2000 г. заявительница имела доступ к материалам дела и восемь раз воспользовалась такой возможностью.
17. Постановлением от 29 марта 2000 г. производство по уголовному делу заявительницы было приостановлено в связи с состоянием здоровья Комаровой Н.Н. Заявительница находилась на стационарном лечении в больнице.
18. 17 июля 2000 г. производство по делу было возобновлено. На протяжении следующего месяца следователь предъявил аналогичное обвинение еще двум лицам и вынес постановление о медицинской экспертизе состояния здоровья заявительницы.
19. С 15 августа 2000 г. заявительница и другие обвиняемые повторно получили доступ к материалам дела. По-видимому, другие обвиняемые и адвокат заявительницы завершили ознакомление с материалами дела к 20 и 27 ноября 2000 г. соответственно.
20. Заявительница находилась на стационарном лечении с 16 августа по 1 сентября 2000 г. и начала знакомиться с материалами дела только 9 октября 2000 г.
21. 27 ноября 2000 г. следователь, опасаясь, что заявительница может затянуть производство по делу, установил срок для ознакомления с материалами дела — до 27 декабря 2000 г.
22. В январе 2001 г. срок был продлен до 24 февраля 2001 г.
c) Завершение предварительного следствия
23. 28 февраля 2001 г. было завершено предварительное расследование по уголовному делу в отношении заявительницы, составлено обвинительное заключение, которые подписано прокурором. Заявительнице и еще двоим обвиняемым было предъявлено обвинение в совершении мошенничества.
24. 1 марта 2001 г. материалы уголовного дела в отношении заявительницы и других обвиняемых были переданы в Заволжский районный суд г. Ярославля для рассмотрения по существу.
2. Рассмотрение дела судом первой инстанции
25. 26 апреля 2001 г. заявительница представила в Заволжский районный суд г. Ярославля ряд документов, которые, предположительно, подтверждали ее невиновность. В ответ и по ходатайству прокурора Заволжский районный суд г. Ярославля назначил в Российском федеральном центре судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации экспертизу подлинности представленных документов. Заволжский районный суд г. Ярославля также приостановил производство по делу до получения результатов экспертизы.
26. 27 июня 2001 г. указанный центр сообщил о невозможности проведения экспертизы, запрошенной судом.
27. 23 августа 2001 г. Заволжский районный суд г. Ярославля определил провести экспертизу в Северо-Западном региональном центре судебных экспертиз в г. Санкт-Петербурге. Однако 21 декабря 2001 г. указанный центр вернул Определение Заволжского районного суда г. Ярославля без исполнения, поскольку в связи с неисправностью оборудования экспертиза не могла быть проведена.
28. После согласования с адвокатами подсудимых судебное заседание было назначено на 20 мая 2002 г. По-видимому, 20 мая 2002 г. судебное заседание не состоялось и было отложено на 14 августа 2002 г., а затем на 27 ноября 2002 г.
29. 27 ноября 2002 г. судебное разбирательство было продолжено.
30. Определением Заволжского районного суда г. Ярославля от 6 декабря 2002 г., вынесенным по ходатайству прокурора, суд повторно назначил экспертизу. Однако 6 мая 2003 г. центр известил Заволжский районный суд г. Ярославля о невозможности проведения экспертизы. Заявительница утверждает, что центр не смог провести экспертизу, поскольку суд не представил в центр вовремя соответствующие документы.
31. 31 июля 2003 г. Заволжский районный суд г. Ярославля в третий раз назначил проведение экспертизы центром. 27 ноября 2003 г. центр сообщил о принятии запроса к исполнению, однако запросил дополнительные данные. По-видимому <*>, эта информация была представлена центру.
<*> Так в тексте (прим. переводчика).
32. 30 июля 2004 г. суд получил экспертное заключение и назначил судебное заседание на 30 ноября 2004 г. В этот день судебное заседание не состоялось из-за занятости судьи в другом процессе. Судебное заседание было отложено на 6 декабря 2004 г. 6, 7 и 9 декабря 2004 г. судебное заседание откладывалось в связи с неявкой адвоката одного из подсудимых.
33. Судебное заседание продолжалось с 9 по 15 декабря 2004 г., а затем было приостановлено в связи с болезнью одного из народных заседателей. Судебное заседание было возобновлено 12 января 2005 г. и продолжалось с перерывами до 25 февраля 2005 г., когда вновь было отложено на 14 марта 2005 г. в связи с болезнью адвоката одного из подсудимых, а потом — на 14 апреля 2005 г. в связи с занятостью адвокатов подсудимых в других процессах.
35. 19 апреля 2005 г. судебное заседание отложено в связи с необходимостью обеспечения принудительной явки свидетелей.
36. 22 апреля 2005 г. судебное заседание отложено по ходатайству заявительницы о вызове дополнительного свидетеля. 25, 27 и 28 апреля 2005 г. судебное заседание не состоялось в связи с неявкой адвоката заявительницы и еще одного подсудимого.
37. 3 и 11 мая 2005 г. прокурор ходатайствовал об отложении судебного заседания в связи с подготовкой к судебным прениям. Ходатайства были удовлетворены.
38. 20 мая 2005 г. судебное заседание отложено по ходатайству заявительницы до выздоровления ее адвоката.
39. По-видимому, приговором от 28 июля 2005 г. Заволжский районный суд г. Ярославля признал заявительницу виновной в предъявленном ей обвинении.
3. Кассационное судебное разбирательство
40. Приговор был отменен судебной коллегией по уголовным делам Ярославского областного суда 28 октября 2005 г. Дело было передано на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
41. По-видимому, до настоящего времени дело рассматривается по существу.
ПРАВО
I. Предполагаемое нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции
42. Заявительница утверждала, что длительность производства по ее уголовному делу не соответствовала требованию «разумного срока», установленному пунктом 1 статьи 6 Конвенции, в котором закреплено следующее:
«Каждый... при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом...».
43. Власти Российской Федерации не согласились с этим утверждением и полагали, что производство по делу не противоречило требованию «разумного срока», установленному статьей 6 Конвенции.
44. Заявительница настаивала на своей жалобе.
45. Подлежащий рассмотрению период начался 24 июля 1998 г., когда следователь возбудил уголовное дело в отношении заявительницы (см. среди других примеров Постановление Европейского суда по делу «Калашников против Российской Федерации», жалоба № 47095/99, ECHR 2002-VI, § 124), и в настоящее время еще не завершился, поскольку дело рассматривается судами Российской Федерации.
46. Следовательно, рассматриваемый период длится по состоянию на настоящий момент более восьми лет и двух месяцев.
A. Приемлемость
47. Европейский суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Не является она неприемлемой и по другим основаниям. Следовательно, она должна быть признана приемлемой для рассмотрения по существу.
B. Суть жалобы
48. Европейский суд повторяет, что разумность срока производства по делу должна оцениваться в свете обстоятельств дела и со ссылкой на следующие критерии: сложность дела, поведение заявителя и поведение соответствующих властей (см. среди других примеров Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Пелисье и Сасси против Франции» ({Pelissier} <*> and Sassi v. France), жалоба № 25444/94, ECHR 1999-II, § 67, и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу «Фридлендер против Франции» (Frydlender v. France), жалоба № 30979/96, ECHR 2000-VII, § 43).
<*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками.
49. Европейский суд отмечает, что дело имело некоторую степень сложности, поскольку касалось обвинения в растрате и мошенничестве, предположительно совершенных группой лиц, включая заявительницу и еще двух человек. Однако, по мнению Европейского суда, сложность дела сама по себе не являлась достаточной, чтобы оправдать длительность производства по нему.
50. Также [из обстоятельств дела] не следует, что поведением заявительницы срок производства по делу был бы существенно затянут или что на протяжении производства по делу заявительница вышла бы за пределы предусмотренной законом защиты или подавала бы следователю или судье произвольные жалобы или необоснованные ходатайства. В любом случае Европейский суд повторяет, что статья 6 Конвенции не требует от лица, обвиняемого в совершении уголовного преступления, активно сотрудничать с судебными властями. В частности, заявителей нельзя винить за то, что они в полном объеме пользуются представляемыми средствами правовой защиты, предлагаемыми национальным законодательством (см. Постановление Европейского суда по делу «Ягчи и Саргын против Турции» ({Yagci} and Sargin v. Turkey) от 8 июня 1995 г., Series A, № 319-A, § 66).
51. С другой стороны, Европейский суд полагает, что многие задержки в производстве по делу были вызваны действиями властей или, скорее, их бездействием. В связи с этим Европейский суд напоминает, что на протяжении 11 месяцев заявительница содержалась под стражей — обстоятельство, которое требовало особого усердия от рассматривавших дело судов, чтобы произвести отправление правосудия в сжатые сроки (см. упомянутое выше Постановление Европейского суда по делу «Калашников против Российской Федерации», § 132). Кроме того, власти Российской Федерации не представили информацию в движении по делу с 31 июля по 14 октября 1998 г. и с 13 января по 7 июня 1999 г., то есть о периоде длительностью семь месяцев и семь дней.
52. Дальнейшие задержки в производстве по делу были обусловлены неоднократными определениями суда о проведении судебной экспертизы в Северо-Западном региональном центре судебных экспертиз. Европейский суд полагает, и власти Российской Федерации это не оспаривают, что причиной отказа центра выполнить запрос Суда от 6 декабря 2002 г. был тот факт, что суд сам не представил центру необходимых материалов. Таким образом, получившаяся задержка продолжительностью почти два года и 11 месяцев — с 23 августа 2001 г., когда центру было впервые поручено проведение экспертизы, по 30 июля 2004 г., когда суд первой инстанции получил экспертное заключение, — обусловлена действиями национальных властей. Кроме того, Европейский суд не усматривает убедительных объяснений в доводах властей Российской Федерации о задержке в производстве по делу на четыре месяца и семь дней — с 30 июля по 6 декабря 2004 г. В заключение Европейский суд отмечает, что после почти восьми лет разбирательства по делу с участием органов следствия и судов Российской Федерации двух инстанций в настоящий момент данное дело все еще рассматривается судами Российской Федерации по существу.
53. Учитывая изложенное, Европейский суд полагает, что длительность производства по настоящему делу не отвечает требованию «разумного срока». Следовательно, она противоречит пункту 1 статьи 6 Конвенции.
II. Предполагаемые нарушения иных положений Конвенции
54. Заявительница также утверждала, что производство по ее уголовному делу было несправедливым. Кроме того, по ее мнению, условия содержания ее под стражей в рамках избранной меры пресечения противоречили статье 3 Конвенции, что содержание ее под стражей само по себе не соответствовало требованиям статьи 5 Конвенции и что мера пресечения в виде подписки о невыезде была применена к ней в произвольном порядке и неоправдана.
55. В части, касающейся недовольства заявительницы уголовным делом в ее отношении, жалоба является преждевременной, поскольку уголовное дело все еще рассматривается национальными судами. Относительно условий содержания под стражей и жалобы на незаконность содержания под стражей Европейский суд напоминает, что заявительница была освобождена из-под стражи 22 июня 1999 г., в то время как настоящая жалоба была подана 10 апреля 2002 г., то есть более чем шесть месяцев спустя. Следовательно, эти жалобы были поданы с нарушением срока. В заключение относительно примененной к заявительнице меры пресечения в виде подписки о невыезде Европейский суд напоминает, что само по себе не оспаривается, что государство может применять различные меры пресечения, ограничивающие свободу обвиняемого, включая лишение свободы, в целях обеспечения эффективного производства по уголовному делу. По мнению Европейского суда, подписка о невыезде является минимальным ограничением свободы (см., mutatis mutandis, Решение Европейского суда о приемлемости по делу «Надь против Венгрии» (Nagy v. Hungary) от 6 июля 2004 г., жалоба № 6437/02). Поскольку [из материалов дела] не следует, что заявительница пыталась покинуть место жительства, но ей в этом было бы отказано (см. Постановление Европейского суда по делу «Федоров и Федорова против Российской Федерации» от 13 октября 2005 г., жалоба № 31008/02, § 44 - 46), или что общий срок применения этой меры пресечения — по состоянию на настоящий момент — семь лет и два месяца — был неоправданно длительным (см., для сравнения, Постановление Европейского суда по делу «Луордо против Италии» (Luordo v. Italy), жалоба № 32190/96; ECHR 2003-IX, § 96, Постановление Европейского суда по делу «Гоффи против Италии» (Goffi v. Italy) от 24 марта 2005 г., жалоба № 55984/00, § 20, и Постановление Европейского суда по делу «Бассани против Италии» (Bassani v. Italy) от 11 декабря 2003 г., жалоба № 47778/99, § 24), Европейский суд не может прийти к выводу, что рассматриваемая мера пресечения применена произвольно или иным образом непропорционально.
56. Следовательно, данная часть жалобы является явно необоснованной по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции. Соответственно, она должна быть отклонена на основании пункта 4 статьи 35 Конвенции.
III. Применение статьи 41 Конвенции
57. В статье 41 Конвенции закреплено:
«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».
A. Материальный ущерб и моральный вред
58. Заявительница требовала 5000000 евро в качестве компенсации материального ущерба и морального вреда.
59. Власти Российской Федерации посчитали эти требования чрезмерными.
60. Европейский суд не усматривает причинно-следственной связи между установленным нарушением и требуемой суммой компенсации материального ущерба. Поэтому он отклоняет данное требование. Однако, исходя из принципа справедливости, Европейский суд присуждает заявительнице 4200 евро в качестве компенсации морального вреда плюс налоги, которые могут быть взысканы с этой суммы.
B. Судебные расходы и издержки
61. Заявительница не требовала компенсации судебных расходов и издержек, понесенных в национальных судах или в Европейском суде. Следовательно, Европейский суд не присуждает компенсацию по данному пункту.
C. Процентная ставка при просрочке платежей
62. Европейский суд счел, что процентная ставка за просрочку платежа должна быть установлена в размере предельной годовой ставки Европейского центрального банка плюс три процента.
-
объявил жалобу на чрезмерную длительность производства по уголовному делу приемлемой, а остальную часть жалобы — неприемлемой для рассмотрения по существу;
-
постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции;
a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявительнице 4200 (четыре тысячи двести) евро в качестве компенсации морального вреда, переведенных в российские рубли по курсу, установленному на день выплаты, плюс любые налоги, которые могут быть взысканы с этой суммы;
b) что с даты истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты проценты подлежат начислению на эти суммы в размере, равном предельной годовой ставке Европейского центрального банка плюс три процента;
Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 2 ноября 2006 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.
EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
CASE OF KOMAROVA v. RUSSIA (Application No. 19126/02)
<*> This judgment will become final in the circumstances set out in Article 44 § 2 of the Convention. It may be subject to editorial revision.
In the case of Komarova v. Russia,
The European Court of Human Rights (First Section), sitting as a Chamber composed of:
and Mr S. Nielsen, Section Registrar,
Having deliberated in private on 12 October 2006,
Delivers the following judgment, which was adopted on that date:
PROCEDURE
1. The case originated in an application (No. 19126/02) against the Russian Federation lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms («the Convention») by a Russian national, Ms Nadezhda Nikolayevna Komarova («the applicant»), on 10 April 2002.
2. The applicant was represented by Ms E.O. Belyayeva-Burmistrova, a lawyer practising in the town of Yaroslavl. The Russian Government («the Government») were represented by Mr P. Laptev, Representative of the Russian Federation at the European Court of Human Rights.
3. On 1 March 2005 the Court decided to communicate the complaint concerning the length of the proceedings to the Government. Applying Article 29 § 3 of the Convention, it decided to rule on the admissibility and merits of the application at the same time.
THE FACTS
The circumstances of the case
4. The applicant was born in 1955 and lives in Yaroslavl.
5. Between 1991 and 1998 the applicant worked as a senior accountant in the private company Gatchina.
1. Preliminary investigation
(a) Opening of the proceedings
6. On 2 July 1998 a local police investigator (Заволжский районный отдел внутренних дел г. Ярославля) initiated criminal proceedings on suspicion of misappropriation of the company's assets by some of its employees.
7. On 22 July 1998 an initial interview was held with the applicant in the presence of her counsel.
8. The applicant was formally charged on 24 July 1998.
(b) The applicant's pre-trial detention and the criminal investigation
9. On 22 July 1998 the applicant was remanded in custody pending the investigation.
10. On 24 and 31 July 1998 an investigator again questioned the applicant.
i. The applicant's complaints concerning her detention
11. The applicant's repeated complaints concerning her detention were rejected by decision of the Frunzenskiy District Court of the city of Yaroslavl (Фрунзенский районный суд г. Ярославля) on 10 November 1998 and 13 January 1999. The decision of 10 November 1998 was upheld on appeal by the Yaroslavl Regional Court («the Regional Court» — Ярославский областной суд) on 8 December 1998.
12. On 22 June 1999 the applicant was released on the ground that all the investigative measures had been concluded and on health grounds. The investigator imposed a measure of restraint on her in the form of an undertaking not to leave her place of residence.
ii. The applicant's medical examinations
13. It appears that while in detention the applicant also repeatedly complained that she was unfit for custody on medical grounds. By decisions dated 14 October 1998 and 1 June 1999 the investigator twice ordered a medical examination of the applicant.
14. The examinations took place between 23 October and 11 November 1998 and from 7 June to 1 July 1999 respectively, and found the applicant to be in good health.
iii. The second criminal case against the applicant
15. On 13 January 1999 the investigator opened a new criminal case against the applicant, this time for alleged fraud. The two cases against the applicant were joined.
iv. The applicant's access to the case file
16. According to the Government, between 1 July 1999 and 29 March 2000 the applicant had access to the case file and availed herself of that opportunity on eight occasions.
17. By decision of 29 March 2000 the proceedings were suspended owing to the applicant's state of health. She underwent in-patient treatment in a hospital.
18. On 17 July 2000 the proceedings resumed. Over the next month the investigator brought similar charges against two other people and ordered a further medical examination of the applicant.
19. From 15 August 2000 the applicant and the other defendants in the case had access to the case file again. It appears that the other defendants and the applicant's counsel completed their study of the case by 20 and 27 November 2000 respectively.
20. As regards the applicant, she again underwent in-patient treatment between 16 August and 1 September 2000 and only started to familiarise herself with the case file on 9 October 2000.
21. On 27 November 2000 the investigator, fearing that the applicant might cause delays in the proceedings, set a deadline of 27 December 2000 for the applicant to familiarise herself with the case file.
22. In January 2001 the deadline was extended until 24 February 2001.
(c) Conclusion of the investigation
23. On 28 February 2001 the preliminary investigation of the applicant's case was concluded and the bill of indictment was prepared and signed by a local prosecutor. The applicant and two co-defendants were charged with fraud.
24. On 1 March 2001 the case was transferred to the Zavolzhskiy District Court of Yaroslavl («the District Court» — Заволжский районный суд г. Ярославля) for trial.
2. First instance proceedings
25. On 26 April 2001 the applicant submitted to the court a number of documents allegedly confirming her innocence. In response and at the prosecutor's initiative, the court ordered the Centre for Forensic Examinations of the Russian Ministry of Justice to examine the documents with a view to verifying their authenticity. The court also stayed the proceedings in the case pending the outcome of the expert examinations.
26. On 27 June 2001 the Centre responded that it was impossible to carry out the expert examinations requested by the court.
27. On 23 August 2001 the court decided to examine the documents with the assistance of a different expert body, the North-Western Regional Centre for Forensic Examinations («the Centre»). However, on 21 December 2001 the Centre informed the court that, owing to malfunctioning of technical equipment, no examination could take place.
28. Having consulted counsel for the defence, the court fixed 20 May 2002 as the date of the next hearing. It appears that the hearing of 20 May 2002 did not take place and that the proceedings were adjourned until 14 August 2002 and then until 27 November 2002.
29. On 27 November 2002 the proceedings resumed.
30. By decision of 6 December 2002, taken at the prosecutor's initiative, the court decided again to order an expert examination. However, on 6 May 2003 the Centre again refused and informed the court that no such examination was possible. According to the applicant, the Centre could not carry out that examination because the court had failed to furnish it with the necessary documents in time.
31. On 31 July 2003 the court for the third time requested the Centre to carry out the examination. By letter of 27 November 2003 the Centre acceded to the request but asked for further information. It appears that the necessary information was furnished.
32. The court received a completed expert report on 30 July 2004 and scheduled the next hearing for 30 November 2004. On that date the proceedings did not take place because of the judge's involvement in a different set of proceedings. The case was adjourned until 6 December 2004. The hearings of 6, 7 and 8 December did not take place owing to the failure of counsel for one of the defendants to attend.
33. The proceedings resumed on 9 December 2004 and lasted until 15 December 2004, when they were interrupted by the illness of a lay assessor.
34. The proceedings continued on 12 January 2005 and lasted, with interruptions, until 25 February 2005. On the latter date the court adjourned the hearing first until 14 March 2005 owing to the illness of counsel for one of the defendants and then until 14 April 2005, citing the involvement of counsel for the same defendant in different sets of proceedings.
35. The hearing of 19 April 2005 was adjourned with reference to the need to secure the attendance of some of the witnesses by force.
36. On 22 April 2005 the hearings did not take place as the applicant requested that an additional witness be summoned; on 25, 27 and 28 April 2005 the applicant's counsel and one of the defendants failed to appear.
37. On 3 and 11 May 2005 the prosecutor requested that the proceedings be adjourned, referring to a lack of time to prepare for the judicial pleadings stage. The requests were granted.
38. On 20 May 2005 the proceedings were adjourned at the applicant's request, as apparently her counsel was ill.
39. It appears that by judgment of 28 July 2005 the District Court convicted the applicant as charged.
3. Appeal proceedings
40. The judgment was quashed on appeal by the Regional Court on 28 October 2005. The case was remitted for a fresh examination at first instance.
41. It appears that the case is currently pending before the trial court.
THE LAW
I. Alleged violation of Article 6 § 1 of the Convention
42. The applicant complained that the length of the proceedings had been incompatible with the «reasonable time» requirement laid down in Article 6 § 1 of the Convention, which reads:
«In the determination of... any criminal charge against him, everyone is entitled to a... hearing within a reasonable time by [a]... tribunal...»
43. The Government contested that argument and submitted that the proceedings had not breached the reasonable-time requirement of Article 6.
44. The applicant maintained her complaints.
45. The period to be taken into consideration began on 24 July 1998 when the investigator brought charges against the applicant (see, among many other authorities, Kalashnikov v. Russia, No. 47095/99, § 124, ECHR 2002-VI) and it has not yet ended as the proceedings are still pending before the domestic courts.
46. It follows that the period to be taken into consideration has lasted for over eight years and two months to date.
A. Admissibility
47. The Court notes that this complaint is not manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. It further notes that it is not inadmissible on any other grounds. It must therefore be declared admissible.
B. Merits
48. The Court reiterates that the reasonableness of the length of proceedings must be assessed in the light of the circumstances of the case and with reference to the following criteria: the complexity of the case, the conduct of the applicant and the conduct of the relevant authorities (see, among many other authorities, {Pelissier} and Sassi v. France [GC], No. 25444/94, § 67, ECHR 1999-II, Frydlender v. France [GC], No. 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).
49. The Court notes that the case was of some complexity as it concerned charges of embezzlement and fraud allegedly committed by a group of people, including the applicant and two other people. However, in the Court's view, the complexity of the case does not suffice, in itself, to account for the length of the proceedings.
50. Nor does it appear that the applicant's conduct contributed substantially to the length of the proceedings or that throughout the proceedings she went beyond the limits of legitimate defence or lodged any frivolous petitions or unsubstantiated requests with the investigator or the courts. In any event, the Court reiterates that Article 6 does not require a person charged with a criminal offence to cooperate actively with the judicial authorities. In particular, applicants cannot be blamed for taking full advantage of the resources afforded by national law in their defence (see {Yagci} and {Sargin} v. Turkey, judgment of 8 June 1995, Series A No. 319-A, § 66).
51. The Court finds, on the other hand, that many of the delays in the proceedings were occasioned by the acts of the domestic authorities or rather by their failure to act. In this connection it recalls that for eleven months the applicant was kept in custody — a fact which required particular diligence on the part of the courts dealing with the case to administer justice expeditiously (see Kalashnikov v. Russia, cited above, § 132). Furthermore, the Government failed to account for the events in the case from 31 July to 14 October 1998 and from 13 January to 7 June 1999, a period totalling seven months and seven days.
52. Further delays in the proceedings were due to the trial court's repeated decisions to order expert examinations from the North-Western Regional Centre for Forensic Examinations. The Court finds, and it is not disputed by the Government, that the reason for the Centre's refusal to accede to the trial court's request of 6 December 2002 was the court's own failure to provide the Centre with all the necessary materials. The resulting delay of approximately two years and eleven months between 23 August 2001, when the Centre was first requested to carry out the examination, and 30 July 2004, when the trial court eventually received the completed expert examination, was thus attributable to the domestic authorities. In addition, the Court does not find any convincing explanation in the Government's submissions for the delays of four months and seven days in the proceedings, between 30 July and 6 December 2004. Finally, it notes that after more than eight years of proceedings before the investigative authorities and the domestic courts at two instances, the case is currently still pending before the trial court.
53. Having regard to the foregoing, the Court considers that the length of the proceedings does not satisfy the «reasonable time» requirement. Accordingly, there has been a breach of Article 6 § 1 of the Convention.
II. Other alleged violations of the Convention
54. The applicant also complained that the criminal proceedings against her had been unfair. In addition, she alleged that the conditions of her pre-trial detention had been in breach of Article 3, that the detention itself had been incompatible with Article 5 and that the measure of restraint in the form of an undertaking not to leave her place of residence had been arbitrary and unjustified.
55. Insofar as the applicant is dissatisfied with the criminal proceedings against her, the complaints are premature as the case is still pending before the domestic courts. As regards the conditions of her detention and the complaint concerning the lawfulness of that detention, the Court recalls that the applicant's detention ended on 22 June 1999, whilst the present application was lodged on 10 April 2002, that is, more than six months later. It follows that these complaints were introduced out of time. Finally, as to the measure of restraint in the form of an undertaking not to leave her place of residence during the proceedings, the Court recalls that it is not in itself questionable that the State may apply various preventive measures restricting the liberty of an accused, including deprivation of liberty, in order to ensure the efficient conduct of a criminal prosecution. In the Court's view, an obligation not to leave the area of one's residence is a minimally intrusive restriction of liberty (see, mutatis mutandis, Nagy v. Hungary (dec.), No. 6437/02, 6 July 2004). Since it does not appear that the applicant actually sought to leave the area of her residence and was refused (see, Fedorov and Fedorova v. Russia, No. 31008/02, §§ 44 — 46, 13 October 2005) or that the overall duration of that measure — seven years and two months to date — was unjustifiably long (see, by contrast, Luordo v. Italy, No. 32190/96, § 96, ECHR 2003-IX; Goffi v. Italy, No. 55984/00, § 20, 24 March 2005; and Bassani v. Italy, No. 47778/99, § 24, 11 December 2003), the Court is unable to conclude that the measure in question was arbitrary or otherwise disproportionate.
56. It follows that this part of the application is manifestly ill-founded within the meaning of Article 35 § 3 of the Convention. Accordingly, this part of the application must be rejected pursuant to Article 35 § 4 of the Convention.
III. Application of Article 41 of the Convention
57. Article 41 of the Convention provides:
«If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party.»
A. Damage
58. The applicant claimed 5,000,000 euros (EUR) in respect of pecuniary and non-pecuniary damage.
59. The Government considered these claims excessive.
60. The Court does not discern any causal link between the violation found and the amount of pecuniary damage alleged; it therefore rejects this aspect of the claim. However, on an equitable basis, it awards the applicant EUR 4,200 in respect of non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable on that amount.
B. Costs and expenses
61. The applicant did not claim reimbursement of her costs and expenses incurred before the domestic authorities and the Court. Accordingly, the Court does not make any award under this head.
C. Default interest
62. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points.
FOR THESE REASONS, THE COURT UNANIMOUSLY
1. Declares the complaints concerning the excessive length of the proceedings admissible and the remainder of the application inadmissible;
2. Holds that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention;
(a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months from the date on which the judgment becomes final in accordance with Article 44 § 2 of the Convention, EUR 4,200 (four thousand two hundred euros) in respect of non-pecuniary damage to be converted into Russian roubles at the rate applicable on the date of settlement, plus any tax that may be chargeable;
(b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amount at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points;
4. Dismisses the remainder of the applicant's claim for just satisfaction.
Done in English, and notified in writing on 2 November 2006, pursuant to Rule 77 §§ 2 and 3 of the Rules of Court.