--- title: "Постановление Конституционного Суда РФ от 26.11.2002 N 16-П" number: "16-П" issuer: "Конституционный Суд Российской Федерации" issued_on: 2002-11-26 status: действует canonical: "https://bukva.ai/docs/postanovlenie-16-p-2002" --- ## Постановление Конституционного Суда РФ от 26.11.2002 N 16-П # Постановление Конституционного Суда РФ от 26.11.2002 N 16-П "По делу о проверке конституционности положений статей 77.1, 77.2, частей первой и десятой статьи 175 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и статьи 363 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина А.А. Кизимова" **КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ** **ПОСТАНОВЛЕНИЕ** от 26 ноября 2002 г. N 16-П **ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПОЛОЖЕНИЙ** **СТАТЕЙ 77.1, 77.2, ЧАСТЕЙ ПЕРВОЙ И ДЕСЯТОЙ СТАТЬИ 175** **УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ** **И СТАТЬИ 363 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА РСФСР** **В СВЯЗИ С ЖАЛОБОЙ ГРАЖДАНИНА А.А. КИЗИМОВА** Именем Российской Федерации Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего Н.В. Витрука, судей Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, А.Л. Кононова, Ю.Д. Рудкина, А.Я. Сливы, В.Г. Стрекозова, О.И. Тиунова, Б.С. Эбзеева, В.Г. Ярославцева, с участием представителей гражданина А.А. Кизимова - адвокатов Е.Л. Липцер и К.А. Москаленко, представителя Совета Федерации - члена Совета Федерации Ю.А. Шарандина и полномочного представителя Президента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской Федерации М.А. Митюкова, руководствуясь [статьями 125](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100557) (часть 4) Конституции Российской Федерации, [пунктом 3](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100026) части первой, [частями третьей](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-3#p100032) и [четвертой](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-3#p100033) статьи 3, пунктом 3 части второй [статьи 22,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100152) [статьями 36,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-36#p100210) [96,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100498) [97,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100501) [99](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100508) и [86](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-86#p100443) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности положений [статей 77.1,](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-1#p100406) [77.2,](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-2#p100411) [частей первой](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101028) и [десятой статьи](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101154) 175 УИК Российской Федерации и [статьи 363](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-363#p101794) УПК РСФСР. Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина А.А. Кизимова на нарушение его конституционных прав указанными положениями уголовно-исполнительного и уголовно-процессуального законов. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации оспариваемые заявителем законоположения. Заслушав сообщение судьи-докладчика О.И. Тиунова, объяснения представителей сторон, заключения экспертов - докторов юридических наук М.П. Журавлева и А.С. Михлина, пояснения специалиста - доктора юридических наук В.А. Михайлова, выступления приглашенных в заседание представителей: от Верховного Суда Российской Федерации - судьи Верховного Суда Российской Федерации В.П. Степалина, от Министерства юстиции Российской Федерации - О.В. Филимонова, от Генеральной прокуратуры Российской Федерации - В.М. Савосина, от Министерства внутренних дел Российской Федерации - Н.С. Тузлуковой, от Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации - В.И. Селиверстова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации
установил:
1. Гражданин А.А. Кизимов после осуждения его Московским городским судом к десяти годам лишения свободы за совершение в несовершеннолетнем возрасте ряда преступлений продолжал содержаться под стражей в следственном изоляторе, поскольку к моменту вступления приговора в законную силу на рассмотрении Балаковского городского суда Саратовской области находилось уголовное дело, по которому он обвинялся в совершении ряда других преступлений и в связи с производством по которому к нему была применена мера пресечения в виде заключения под стражу. В результате к моменту обращения в Конституционный Суд Российской Федерации более двух третей назначенного по приговору Московского городского суда срока лишения свободы А.А. Кизимов провел в следственном изоляторе. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.А. Кизимов оспаривает конституционность положений [статей 77.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-1#p100406) и [77.2](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-2#p100411) УИК Российской Федерации, предусматривающих случаи, когда осужденный к лишению свободы может быть оставлен в следственном изоляторе либо переведен в следственный изолятор из исправительного учреждения, а также [частей первой](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101028) и [десятой](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101154) статьи 175 УИК Российской Федерации, наделяющих полномочием обращаться к суду с представлением об условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания администрацию исправительного учреждения, и [статьи 363](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-363#p101794) УПК РСФСР, закрепляющей полномочие суда выносить в связи с данным представлением соответствующее решение. По мнению заявителя, оспариваемые нормы, как не наделяющие администрацию следственного изолятора полномочием представлять осужденного, содержащегося под стражей, к условно-досрочному освобождению и не позволяющие самому осужденному, содержащемуся в следственном изоляторе, инициировать рассмотрение судом этого вопроса, нарушают его конституционные права, гарантированные [статьями 21](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100089) (часть 1), [45](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100177) (часть 2), [46](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100179) (часть 1) и [50](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100195) (часть 3) Конституции Российской Федерации. 2. В соответствии с Федеральным конституционным [законом](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1) "О Конституционном Суде Российской Федерации" жалоба гражданина на нарушение его конституционных прав и свобод является допустимой, если оспариваемый закон применен или подлежит применению в деле заявителя, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон (пункт 2 [статьи 97);](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100504) при этом в случае, если акт, конституционность которого оспаривается, был отменен или утратил силу к началу или в период рассмотрения дела, начатое Конституционным Судом Российской Федерации производство может быть прекращено, за исключением случаев, когда действием этого акта были нарушены конституционные права и свободы граждан (часть вторая [статьи 43).](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100264) В ходе заседания Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу не нашло подтверждения, что [статья 77.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-1#p100406) УИК Российской Федерации применялась или подлежала применению в отношении А.А. Кизимова. Положения указанной статьи распространяются на случаи, когда лицо, осужденное к лишению свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьме, может быть оставлено в следственном изоляторе при необходимости его участия в расследовании или судебном рассмотрении уголовного дела о преступлениях других лиц. Заявитель же был помещен в следственный изолятор на основании [статьи 77.2](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-2#p100411) УИК Российской Федерации в связи с привлечением его к уголовной ответственности по другому делу. Поэтому в данном случае [статья 77.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-1#p100406) УИК Российской Федерации не может быть предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации. Не подлежит рассмотрению Конституционным Судом Российской Федерации жалоба А.А. Кизимова и в части, касающейся проверки конституционности части десятой [статьи 175](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101154) УИК Российской Федерации. Данная норма, в соответствии с которой вопрос об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания осужденного к лишению свободы рассматривается в случае отбывания им наказания в облегченных условиях, была отменена Федеральным законом от 9 марта 2001 года и не препятствует более реализации заявителем затрагивавшихся ею прав. В связи с введением в действие с 1 июля 2002 года Уголовно-процессуального [кодекса](https://bukva.ai/docs/kodeks-174-fz/statya-1) Российской Федерации также утратила силу [статья 363](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-363#p101794) УПК РСФСР. Однако в данном случае в силу части второй [статьи 43](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100264) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" для разрешения поставленного заявителем вопроса о нарушении его конституционных прав сохраняется необходимость проверки конституционности положения [части первой](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-363#p101795) оспариваемой статьи, согласно которому решение об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания принимается судом на основании представления администрации учреждения или органа, исполняющего наказание. Таким образом, предметом проверки по настоящему делу являются положения [статьи 77.2,](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-2#p100411) части первой [статьи 175](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101028) УИК Российской Федерации и части первой [статьи 363](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-363#p101795) УПК РСФСР, определяющие порядок применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания в отношении осужденного к лишению свободы, в том числе содержащегося в следственном изоляторе в связи с привлечением его к уголовной ответственности по другому делу. 3. Согласно [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита - обязанностью государства [(статья 2);](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-2#p100020) права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими, они определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием [(статья 18);](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-18#p100079) достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления [(статья 21).](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-21#p100088) Непосредственным выражением конституционных принципов уважения достоинства личности, гуманизма, справедливости, законности является право каждого осужденного за преступление просить о смягчении наказания [(статья 50,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100195) часть 3, Конституции Российской Федерации). Данное право, гарантирующее осужденному возможность смягчения его участи вплоть до полного снятия всех ограничений в правах и свободах, которые установлены для него обвинительным приговором, принадлежит каждому осужденному независимо от того, за совершение какого преступления он был осужден, какое наказание ему назначено и каковы условия его исполнения. Конституционное право осужденного просить о смягчении наказания предполагает обязанность государства урегулировать соответствующий процессуальный порядок рассмотрения такой просьбы. Реализуя эту обязанность, федеральный законодатель в нормах уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства устанавливает конкретные условия, при которых каждый из предусмотренных законом видов смягчения наказания может применяться и при которых, соответственно, может быть реализовано право осужденного просить о смягчении наказания, в частности путем досрочного освобождения от его отбывания, включая условно-досрочное освобождение. Так, согласно [статье 79](https://bukva.ai/docs/kodeks-63-fz/statya-1#p102421) УК Российской Федерации лицо, отбывающее наказание в виде лишения свободы, может быть освобождено условно-досрочно, если судом будет признано, что для своего исправления оно уже отбыло указанную в законе часть назначенного по приговору наказания и не нуждается в полном его отбывании. Поскольку установление наличия оснований для условно-досрочного освобождения осужденного от отбывания наказания и принятие решения о его применении - прерогатива суда, осужденному, отбывшему указанную в законе часть назначенного наказания, должно быть обеспечено право обратиться именно к суду с соответствующей просьбой. Данный вывод корреспондирует рекомендациям, которые содержатся в принятых резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 45/110 от 14 декабря 1990 года Стандартных минимальных правилах Организации Объединенных Наций в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила). Пункт 9 указанных Правил к органам, выносящим по ходатайству правонарушителя решение о мерах, принимаемых после постановления приговора, в том числе об освобождении от наказания, относит в первую очередь суд. 4. В соответствии с Уголовно-исполнительным [кодексом](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1) Российской Федерации полномочием представлять осужденного к условно-досрочному освобождению при наличии к тому оснований наделяется администрация учреждения или органа, исполняющего наказание (часть первая [статьи 175).](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101028) Отсутствие в названной норме указания на право самого осужденного обратиться непосредственно в суд с просьбой об условно-досрочном освобождении от наказания не означает, однако, что он этого права лишен. Данное право вытекает из [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации, ее [статьи 50](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100195) (часть 3), закрепляющей право каждого осужденного просить о смягчении назначенного ему наказания, [статьи 45](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100177) (часть 2), согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, и [статьи 46](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100179) (часть 1), гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, а также из общих норм уголовно-исполнительного законодательства, определяющих основы правового положения осужденных. Так, в соответствии с частью второй [статьи 10](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p100039) УИК Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Применительно к правам, закрепленным в [статьях 45,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-45#p100175) [46](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-46#p100178) и [50](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-50#p100192) Конституции Российской Федерации, законодательство таких изъятий и ограничений не содержит, а, напротив, прямо предусматривает право осужденных обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами по вопросам, касающимся их прав и законных интересов, как к администрации учреждения или органа, исполняющего наказание, в вышестоящие органы управления учреждениями и органами, исполняющими наказания, органы прокуратуры, так и непосредственно в суд, а также в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека (часть четвертая [статьи 12,](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p100053) [части первая](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p100073) и [шестая](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p100078) статьи 15 УИК Российской Федерации). Закрепленные в указанных нормативных положениях права в равной мере гарантируются всем осужденным, в том числе тем, которые на основании [статьи 77.2](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-2#p100411) УИК Российской Федерации в связи с привлечением к уголовной ответственности по другому делу содержатся в следственном изоляторе. В силу [статьи 18](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-18#p100079) Конституции Российской Федерации они являются непосредственно действующими, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти и обеспечиваются правосудием. Истолкование положений [статьи 77.2](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-2#p100411) и части первой [статьи 175](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101028) УИК Российской Федерации как исключающих возможность обращения осужденного, содержащегося в следственном изоляторе в связи с обвинением в совершении другого преступления, к суду с просьбой об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, и тем самым признающих уже сам факт привлечения лица к уголовной ответственности причиной, влекущей для него негативные уголовно-правовые последствия, не согласуется с названными конституционными требованиями. Таким образом, положения [статьи 77.2](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-2#p100411) и части первой [статьи 175](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101028) УИК Российской Федерации - с учетом их конституционного смысла, выявленного в настоящем Постановлении, - не противоречат [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации. 5. Согласно части первой [статьи 363](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-363#p101795) УПК РСФСР условно-досрочное освобождение от отбывания наказания применяется судом по представлению администрации учреждения или органа, исполняющих наказание. Не предусматривая возможности рассмотрения этого вопроса по инициативе других органов и лиц, в том числе по обращению самого осужденного, данная норма препятствует реализации в судебном порядке гарантированного [статьей 50](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100195) (часть 3) Конституции Российской Федерации и конкретизированного в нормах отраслевого законодательства права осужденного просить о смягчении наказания. Кроме того, осужденный, отбывший установленную законом часть назначенного судом наказания и полагающий, что к нему может быть применено условно-досрочное освобождение, тем не менее в силу части первой [статьи 363](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-363#p101794) УПК РСФСР лишен возможности добиваться перед судом применения в отношении него соответствующих предписаний уголовного закона, чем нарушается его право защищать свои права и свободы, в том числе в судебном порядке [(статья 46,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100179) часть 1, Конституции Российской Федерации). Реализация конституционного права осужденного просить о смягчении наказания, охватывающая и решение вопроса об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, в том числе в отношении лица, находящегося в следственном изоляторе в связи с привлечением к уголовной ответственности по другому делу, предполагает обязанность государства обеспечить рассмотрение судом соответствующего обращения осужденного на основе состязательности и равноправия сторон. При этом законодатель вправе предусмотреть особенности процедуры решения вопроса о применении условно-досрочного освобождения в отношении таких осужденных, обеспечивая с учетом настоящего Постановления их конституционное право просить о смягчении назначенного наказания. Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй [статьи 71,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100367) [статьями 72,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-72#p100372) [74,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-74#p100380) [75,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-75#p100386) [79](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-79#p100414) и [100](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100510) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
постановил:
1. Признать находящиеся во взаимосвязи положения [статьи 77.2](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-2#p100411) и части первой [статьи 175](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101028) УИК Российской Федерации, как не исключающие право осужденного, в том числе содержащегося в следственном изоляторе в связи с привлечением к уголовной ответственности по другому делу, на обращение в суд с просьбой о смягчении назначенного наказания путем условно-досрочного освобождения от его отбывания, не противоречащими [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации. 2. Признать часть первую [статьи 363](https://bukva.ai/docs/ugolovno-protsessualnyy-kodeks-rsfsr-vs-rf-verhovnyy-sovet/statya-363#p101795) УПК РСФСР, постольку, поскольку ею исключается обязанность суда рассмотреть по существу просьбу осужденного, в том числе содержащегося в следственном изоляторе в связи с привлечением к уголовной ответственности по другому делу, о его условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, не соответствующей [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации, ее [статьям 46](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100179) (часть 1) и [50](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100195) (часть 3). 3. В соответствии со [статьей 68](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100355) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" производство по делу в части, касающейся проверки конституционности [статьи 77.1](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-77-1#p100406) и части 10 [статьи 175](https://bukva.ai/docs/kodeks-1-fz/statya-1#p101154) УИК Российской Федерации, прекратить. 4. Вопрос о применении условно-досрочного освобождения от отбывания наказания в отношении гражданина А.А. Кизимова подлежит разрешению судами общей юрисдикции на основе [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации и норм федерального законодательства с учетом настоящего Постановления. 5. Согласно частям первой и второй [статьи 79](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100415) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения и действует непосредственно. 6. Согласно [статье 78](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100412) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации" и "Российской газете". Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".
Конституционный Суд
Российской Федерации
---