---
title: "Постановление Конституционного Суда РФ от 24.10.2000 N 13-П"
number: "13-П"
issuer: "Конституционный Суд Российской Федерации"
issued_on: 2000-10-24
status: действует
canonical: "https://bukva.ai/docs/postanovlenie-13-p-2000"
---
## Постановление Конституционного Суда РФ от 24.10.2000 N 13-П
# Постановление Конституционного Суда РФ от 24.10.2000 N 13-П
"По делу о проверке конституционности положений пункта 13 статьи 39 Закона Российской Федерации "Об образовании", статьи 1 Федерального закона "О сохранении статуса государственных и муниципальных образовательных учреждений и моратории на их приватизацию" и пункта 7 статьи 27 Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" в связи с запросом Майнского районного суда Ульяновской области, а также жалобами граждан Е.Е. Насоновой и Н.П. Ярушиной"
**КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ**
**ПОСТАНОВЛЕНИЕ**
от 24 октября 2000 г. N 13-П
**ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ПОЛОЖЕНИЙ**
**ПУНКТА 13 СТАТЬИ 39 ЗАКОНА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ**
**"ОБ ОБРАЗОВАНИИ", СТАТЬИ 1 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА**
**"О СОХРАНЕНИИ СТАТУСА ГОСУДАРСТВЕННЫХ И МУНИЦИПАЛЬНЫХ**
**ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ И МОРАТОРИИ НА ИХ**
**ПРИВАТИЗАЦИЮ" И ПУНКТА 7 СТАТЬИ 27 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА**
**"О ВЫСШЕМ И ПОСЛЕВУЗОВСКОМ ПРОФЕССИОНАЛЬНОМ**
**ОБРАЗОВАНИИ" В СВЯЗИ С ЗАПРОСОМ МАЙНСКОГО РАЙОННОГО**
**СУДА УЛЬЯНОВСКОЙ ОБЛАСТИ, А ТАКЖЕ ЖАЛОБАМИ**
**ГРАЖДАН Е.Е. НАСОНОВОЙ И Н.П. ЯРУШИНОЙ**
Именем Российской Федерации
Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего Г.А. Гаджиева, судей Н.С. Бондаря, Н.В. Витрука, А.Л. Кононова, Т.Г. Морщаковой, Ю.Д. Рудкина, А.Я. Сливы, О.И. Тиунова, В.Г. Ярославцева,
с участием граждан Е.Е. Насоновой и Н.П. Ярушиной, обратившихся с жалобами в Конституционный Суд Российской Федерации, адвоката С.Е. Чистяковой - представителя гражданки Е.Е. Насоновой, постоянного представителя Государственной Думы в Конституционном Суде Российской Федерации В.В. Лазарева и представителя Совета Федерации - А.В. Попова,
руководствуясь [статьей 125](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100557) (часть 4) Конституции Российской Федерации, [пунктом 3](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-3#p100031) части первой, [частями второй](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-3#p100032) и [третьей](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-3#p100033) статьи 3, [статьями 36,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-36#p100210) [74,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100378) [86,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-86#p100443) [96,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100498) [97,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100501) [99,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100508) [101](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100517) и [102](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100519) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности положений пункта 13 [статьи 39](https://bukva.ai/docs/zakon-3266-1/statya-1#p100490) Закона Российской Федерации от 10 июля 1992 года "Об образовании" (в редакции от 16 ноября 1997 года), [статьи 1](https://bukva.ai/docs/zakon-74-fz-1995/statya-1#p100008) Федерального закона от 16 мая 1995 года "О сохранении статуса государственных и муниципальных образовательных учреждений и моратории на их приватизацию" (в редакции от 12 апреля 1999 года) и пункта 7 [статьи 27](https://bukva.ai/docs/zakon-125-fz-1996/statya-1#p100383) Федерального закона от 22 августа 1996 года "О высшем и послевузовском профессиональном образовании".
Поводом к рассмотрению дела явились запрос Майнского районного суда Ульяновской области, а также жалобы граждан Е.Е. Насоновой и Н.П. Ярушиной, в которых оспаривается конституционность указанных законоположений в части, касающейся запрета на приватизацию расположенных в сельской местности жилых помещений государственных и муниципальных образовательных учреждений, а также высших учебных заведений.
Заслушав сообщение судей - докладчиков Ю.Д. Рудкина и В.Г. Ярославцева, объяснения сторон и их представителей, заключение эксперта - кандидата юридических наук В.Н. Литовкина, выступления приглашенных в заседание представителей: от Верховного Суда Российской Федерации - Б.А. Горохова, от Министерства образования Российской Федерации - З.П. Дащинской, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации
1. Майнский районный суд Ульяновской области, в производстве которого находится дело по иску гражданки В.Г. Прохоровой к Вешкаймскому районному отделу народного образования и Комитету по управлению имуществом Вешкаймской районной администрации о признании необоснованным отказа в приватизации занимаемого истицей жилого помещения, состоящего на балансе районного отдела народного образования, в своем запросе в Конституционный Суд Российской Федерации оспаривает конституционность положения пункта 13 статьи [39](https://bukva.ai/docs/zakon-3266-1/statya-1#p100490) Закона Российской Федерации "Об образовании", согласно которому не подлежат приватизации закрепленные на праве оперативного управления за государственными и муниципальными образовательными учреждениями жилые помещения, расположенные в сельской местности.
Аналогичное нормативное положение содержится в оспариваемой гражданкой Е.Е. Насоновой [статье 1](https://bukva.ai/docs/zakon-74-fz-1995/statya-1#p100008) Федерального закона "О сохранении статуса государственных и муниципальных образовательных учреждений и моратории на их приватизацию", подлежащей применению в ее деле, находящемся в производстве Одинцовского городского суда Московской области, а также в оспариваемом гражданкой Н.П. Ярушиной пункте 7 [статьи 27](https://bukva.ai/docs/zakon-125-fz-1996/statya-1#p100383) Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании", на основании которого Кетовский районный суд Курганской области оставил без удовлетворения ее иск к Курганской государственной сельскохозяйственной академии.
По мнению заявителей, оспариваемые положения нарушают конституционные права и свободы граждан, в том числе равенство всех перед законом и судом, право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства, право на жилище, и противоречат [статьям 2,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-2#p100020) [19](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100082) (части 1 и 2), [20](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100086) (часть 1), [27](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100106) (часть 1), [40,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-40#p100155) [46](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100179) (части 1 и 2) и [55](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-55#p100206) Конституции Российской Федерации.
Поскольку запрос Майнского районного суда Ульяновской области и жалобы граждан Е.Е. Насоновой и Н.П. Ярушиной касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь [статьей 48](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-48#p100274) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", соединил дела по этим обращениям в одном производстве.
Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации в настоящем деле проверяет конституционность положений пункта 13 [статьи 39](https://bukva.ai/docs/zakon-3266-1/statya-1#p100490) Закона Российской Федерации "Об образовании", [статьи 1](https://bukva.ai/docs/zakon-74-fz-1995/statya-1#p100008) Федерального закона "О сохранении статуса государственных и муниципальных образовательных учреждений и моратории на их приватизацию" и пункта 7 [статьи 27](https://bukva.ai/docs/zakon-125-fz-1996/statya-1#p100383) Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" в части, не допускающей приватизацию закрепленных за государственными и муниципальными образовательными учреждениями и высшими учебными заведениями жилых помещений, находящихся в сельской местности.
2. [Статья 19](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-19#p100081) Конституции Российской Федерации устанавливает, что все равны перед законом и судом; при этом государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. По смыслу [статей 17,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-17#p100075) [18,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-18#p100079) [19](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-19#p100081) и [55](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-55#p100206) Конституции Российской Федерации, конституционный принцип равенства распространяется не только на непосредственно признаваемые [Конституцией](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации права и свободы, но и на связанные с ними другие права, приобретаемые на основании федерального закона.
Согласно [статье 11](https://bukva.ai/docs/zakon-1541-1-1991/statya-11#p100039) Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" каждый гражданин имеет право на приобретение в собственность бесплатно, в порядке приватизации, жилого помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда один раз. Как вытекает из [преамбулы](https://bukva.ai/docs/zakon-1541-1-1991#p100006) названного Закона, закрепление данного права предполагает создание равных правовых условий для осуществления гражданами выбора способа удовлетворения потребностей в жилье, в том числе на основе свободы выбора места жительства, а также на обеспечение гражданам возможности эффективно использовать свои средства для улучшения жилищных условий, свободно владеть, пользоваться и распоряжаться жильем, выступать с ним на рынке недвижимости.
Право на приватизацию жилых помещений, таким образом, установлено законодателем в конституционно значимых целях, поскольку оно связано с реализацией прав граждан на жилище, свободу передвижения, а также права собственности [(статьи 27,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-27#p100105) [35](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-35#p100132) и [40](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-40#p100155) Конституции Российской Федерации). Оспариваемые же положения, вводя запрет на приватизацию расположенных в сельской местности жилых помещений, закрепленных за государственными и муниципальными образовательными учреждениями и высшими учебными заведениями, напротив, не способствуют достижению этих целей.
Как указано в [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-25-p) Конституционного Суда Российской Федерации от 3 ноября 1998 года по делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 4 Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", государство, закрепляя в законе право на приватизацию, обязано обеспечить возможность его реализации гражданами, гарантируя при передаче имущества в собственность соблюдение принципов и норм, предусмотренных [Конституцией](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации.
Установление запрета на приватизацию расположенных в сельской местности жилых помещений государственных и муниципальных образовательных учреждений и высших учебных заведений фактически свидетельствует об отступлении от провозглашенного [статьей 19](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-19#p100081) Конституции Российской Федерации принципа равенства и о дискриминации определенной категории граждан в зависимости от места жительства и рода занятий. Такой запрет не может не препятствовать осуществлению ими права свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства [(статья 27,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100106) часть 1, Конституции Российской Федерации), получать в порядке приватизации наравне с другими гражданами жилье из государственного и муниципального жилищного фонда в собственность, а следовательно, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами [(статья 35,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100134) часть 2, Конституции Российской Федерации), а также возможности требовать от органов государственной власти и органов местного самоуправления обеспечения одинаковых правовых предпосылок для осуществления права на жилище [(статья 40,](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100157) часть 2, Конституции Российской Федерации).
3. Согласно [статье 55](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100209) (часть 3) Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, т.е. вводимые законодателем ограничения должны обеспечивать достижение указанных целей и не быть чрезмерными.
Вводя запрет на приватизацию находящихся в сельской местности жилых помещений государственных и муниципальных образовательных учреждений и высших учебных заведений, законодатель обосновывал его необходимостью сохранения системы государственного образования и закрепления государственных гарантий конституционного права на образование, с тем чтобы в условиях дефицита финансовых средств, выделяемых на социальные нужды, в том числе на строительство жилья, обеспечить возможность привлечения граждан, занятых в сфере образования, к работе в сельской местности.
Однако этот запрет не способствует выполнению поставленных законодателем задач: жилые помещения, заселенные до вступления в силу оспариваемых положений, не подлежат освобождению гражданами - работниками сферы образования, не состоящими более в трудовых отношениях с образовательным учреждением, без предоставления им иного жилого помещения; их правовой режим не может быть изменен путем перевода в иной статус (например, статус служебных помещений). Следовательно, избранные законодателем исходя из указанных целей правовые средства, ограничивая проживающих в сельской местности граждан - работников сферы образования в праве на приватизацию по признаку места жительства и рода деятельности, не могут способствовать выполнению государством обязанности по обеспечению права на образование и по созданию условий для его реализации и потому являются чрезмерными и, таким образом, недопустимыми.
4. В соответствии со [статьей 55](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100208) (часть 2) Конституции Российской Федерации в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина.
Запрет на приватизацию расположенных в сельской местности жилых помещений государственных и муниципальных образовательных учреждений и высших учебных заведений был введен законодателем после вступления в силу [Закона](https://bukva.ai/docs/zakon-1541-1-1991/statya-1) Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", в соответствии с которым граждане - работники сферы образования, проживавшие в сельской местности, наравне со всеми другими гражданами имели право на приватизацию занимаемого ими государственного и муниципального жилья, могли им воспользоваться и во многих случаях воспользовались. Те же, кто не реализовал это право, в силу оспариваемых положений были неосновательно лишены его, без предоставления какой-либо иной возможности определенного выбора наравне с другими гражданами способа удовлетворения потребности в жилище, что противоречит [статье 55](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100208) (часть 2) Конституции Российской Федерации.
Кроме того, первоначально Федеральный [закон](https://bukva.ai/docs/zakon-74-fz-1995/statya-1) "О сохранении статуса государственных и муниципальных образовательных учреждений и моратории на их приватизацию" ввел указанный мораторий сроком на три года. В 1999 году мораторий был продлен без указания срока его действия, что противоречит правовому смыслу данного института (как он определен, в частности, в [статье 202](https://bukva.ai/docs/kodeks-51-fz/statya-1#p101096) Гражданского кодекса Российской Федерации). Замена трехлетнего моратория на не ограниченный сроком запрет для граждан, работающих в сфере образования и проживающих в сельской местности, является таким умалением их права на приватизацию занимаемых жилых помещений, которое, по существу, означает его полную отмену, что противоречит требованиям [статьи 55](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100208) (часть 2) Конституции Российской Федерации.
5. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-25-p) от 3 ноября 1998 года по делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 4 Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", ограничение прав и свобод человека и гражданина путем определения круга объектов, не подлежащих приватизации, допустимо только в том случае, если обстоятельства, фактически обусловливающие особенности правового режима жилья, прежде всего его целевое назначение (как это, в частности, имеет место применительно к служебным жилым помещениям или жилым помещениям в военных городках), исключают возможность передачи жилого помещения в частную собственность.
Что касается жилых помещений из государственного и муниципального жилищного фонда, закрепленных за государственными и муниципальными образовательными учреждениями и высшими учебными заведениями, распространение на них особого правового режима не может быть поставлено в зависимость исключительно от того, где они расположены - в городских, сельских поселениях или на других территориях.
Исходя из конституционного принципа равной защиты прав граждан особый правовой режим жилого помещения предполагает определение законодателем не только специального целевого назначения жилого помещения, но и других критериев допустимости введения такого режима. В частности, его нельзя распространять на уже занятые жилые помещения, а необходимость его введения должна быть обусловлена особенностями служебных обязанностей работников, для проживания которых предназначено жилое помещение. В отсутствие законодательно установленных критериев запрет на приватизацию жилья приводит к произвольному ограничению прав соответствующей категории граждан. Такое ограничение не служит необходимым и соразмерным средством защиты конституционно признаваемых публичных интересов, а также прав и законных интересов других лиц.
Решение вопросов, связанных с распространением определенного правового режима на то или иное жилое помещение, не может быть оставлено на усмотрение правоприменителя, поскольку при этом не исключается противоречивая правоприменительная практика, а следовательно, нарушение равенства граждан перед законом и судом. Но и в случае отнесения законодателем - в соответствии с названными критериями - тех или иных жилых помещений к имеющим особый правовой режим и потому не подлежащим приватизации должна быть обеспечена возможность судебного обжалования распространения такого режима на конкретное жилое помещение. Как указывается в [определении](https://bukva.ai/docs/opredelenie-229-o#p100011) Конституционного Суда Российской Федерации от 14 декабря 1999 года по запросу Юрьев - Польского районного суда Владимирской области, суды, не ограничиваясь лишь формальным подтверждением целевого назначения жилого помещения, должны проверять факты, обосновывающие в каждом случае распространение на него особого правового режима, исходя из практики и перспектив целевого использования данного помещения, включения его в соответствующую производственную и социальную инфраструктуру и т.п. Без исследования таких обстоятельств не может быть обеспечена реальная, гарантируемая [статьей 46](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-46#p100178) Конституции Российской Федерации судебная защита прав граждан, в том числе права на приватизацию жилого помещения.
Исходя из изложенного и руководствуясь частями первой и второй [статьи 71,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100367) [статьями 72,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-72#p100372) [74,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100378) [75,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-75#p100386) [79,](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-79#p100414) [100](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100510) и [104](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100523) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
1. Признать не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее [статьям 19](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100082) (части 1 и 2) и [55](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1#p100208) (части 2 и 3), положения пункта 13 [статьи 39](https://bukva.ai/docs/zakon-3266-1/statya-1#p100490) Закона Российской Федерации "Об образовании", [статьи 1](https://bukva.ai/docs/zakon-74-fz-1995/statya-1#p100008) Федерального закона "О сохранении статуса государственных и муниципальных образовательных учреждений и моратории на их приватизацию" и пункта 7 [статьи 27](https://bukva.ai/docs/zakon-125-fz-1996/statya-1#p100383) Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" в части, содержащей запрет на приватизацию расположенных в сельской местности жилых помещений, которые закреплены за государственными и муниципальными образовательными учреждениями, а также высшими учебными заведениями.
2. Согласно частям первой и второй [статьи 79](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100415) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.
3. В соответствии с частью второй [статьи 100](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100514) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" дела граждан В.Г. Прохоровой, Е.Е. Насоновой и Н.П. Ярушиной должны быть разрешены в установленном порядке с учетом того, что положения, признанные настоящим Постановлением не соответствующими [Конституции](https://bukva.ai/docs/konstitutsiya-rossiyskoy-federatsii/statya-1) Российской Федерации, применению не подлежат.
4. Согласно [статье 78](https://bukva.ai/docs/zakon-1-fkz/statya-1#p100412) Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Собрании законодательства Российской Федерации" и "Российской газете". Постановление должно быть опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации".
Конституционный Суд
Российской Федерации
---