--- title: "Постановление ЕСПЧ от 20.03.2009" number: "12686/03" issuer: "Европейский суд по правам человека" issued_on: 2009-03-20 status: действует canonical: "https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603" --- ## Постановление ЕСПЧ от 20.03.2009 "Дело "Гору (Gorou) против Греции (N 2)" (жалоба N 12686/03) [рус., англ.]
[неофициальный перевод] [<*>](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100008)
**ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА** **БОЛЬШАЯ ПАЛАТА** **ДЕЛО "ГОРУ (GOROU) ПРОТИВ ГРЕЦИИ (N 2)"** (Жалоба N 12686/03) ## Статья 138 ## ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 20 марта 2009 года)
---
<*> Перевод на русский язык Берестнева Ю.Ю.
По делу "Гору против Греции (N 2)" Европейский суд по правам человека, заседая Большой палатой в составе: сэра Николаса Братца, Председателя Палаты, Христоса Розакиса, Йозепа Касадеваля, Владимира Буткевича, Владимиро Загребельского, Альвины Гюлумян, Ханлара Гаджиева, Лилианы Мийович, Ренаты Йегер, Давида Тора Бьоргвинссона, Инеты Зиемеле, Марка Виллигера, Изабель Берро-Лефевр, Джиорджио Малинверни, Андраша Шайо, Здравки Калайджиевой, Ишил Каракаш, судей, а также при участии Венсена Берже, юрисконсульта Европейского суда, заседая 11 июня 2008 г. и 4 февраля 2009 г. за закрытыми дверями, вынес на последнем заседании следующее Постановление: ### ПРОЦЕДУРА 1. Дело было инициировано жалобой (N 12686/03), поданной 23 января 2003 г. в Европейский суд против Греческой Республики гражданкой Греции Анти Гору (Anthi Gorou) (далее - заявитель) в соответствии со [статьей 34](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-34#p100171) Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. 2. Интересы заявителя в Европейском суде представлял И. Милонас (I. Mylonas), юрист из г. Афин (Athens). Власти Греции в Европейском суде были представлены представителями Уполномоченного Греции при Европейском суде по правам человека советником Государственного совета (State Legal Council) Греции К. Георгиадисом (K. Georgiadis) и консультантом по правовым вопросам Государственного совета Греции И. Бакопулосом (I. Bakopoulos). 3. Заявитель, в частности, жаловалась, ссылаясь на [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, на несправедливый характер и длительность судебного разбирательства, которое было инициировано по ее заявлению о совершении преступления. 4. Жалоба была передана на рассмотрение в Первую секцию Европейского суда ([пункт 1 правила 52](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100453) Регламента Суда). Решением от 14 февраля 2006 г. Палата этой Секции в составе Лукиса Лукаидеса, Председателя Палаты, Христоса Розакиса, Франсуазы Тюлькенс, Пера Лоренсена, Нины Ваич, Дина Шпильманна и Сверре-Эрика Йебенса, судей, а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда, объявила жалобу частично приемлемой для рассмотрения по существу. 5. 14 июня 2007 г. Палата этой же Секции в составе Лукиса Лукаидеса, Председателя Палаты, Христоса Розакиса, Нины Ваич, Анатолия Ковлера, Элизабет Штейнер, Дина Шпильманна и Сверре-Эрика Йебенса, судей, а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда, единогласно постановила, что имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции вследствие чрезмерной длительности судебного разбирательства, и четырьмя голосами против трех, что не имело место нарушение данного [пункта](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) в отношении справедливого характера этого судебного разбирательства. 6. 1 сентября 2007 г. в соответствии со [статьей 43](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-43#p100213) Конвенции и [правилом 73](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100574) Регламента Суда заявитель направила обращение о передаче дела на рассмотрение в Большую палату Европейского суда. 12 ноября 2007 г. Коллегия Большой палаты удовлетворила это обращение заявителя. 7. Состав Большой палаты был определен в соответствии с [пунктами 2](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100146) и [3 статьи 27](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100147) Конвенции и [правилом 24](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100173) Регламента Суда. 8. Как заявитель, так и власти Греции представили свои доводы по вопросу приемлемости и по существу жалобы. 9. 11 июня 2008 г. во Дворце прав человека в г. Страсбурге состоялись открытые слушания по делу ([пункт 3 правила 59](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100510) Регламента Суда). В Европейский суд явились: a) от властей Греции: К. Георгиадис, советник Государственного совета Греции, представитель Уполномоченного Греции при Европейском суде по правам человека, И. Бакопулос, консультант по правовым вопросам Государственного совета Греции, советник; b) от заявителя: И. Милонас, адвокат, советник. Европейский суд заслушал обращения И. Милонаса и К. Георгиадиса. ### ФАКТЫ #### I. Обстоятельства дела 10. Заявитель является сотрудником Министерства национального образования (Ministry of National Education) Греции. В период рассматриваемых событий она находилась в командировке в Бюро по начальному образованию для греческих детей за рубежом (Bureau for the primary education of Greek children abroad) в г. Штутгарте (Stuttgart). 2 июня 1998 г. она подала заявление о возбуждении уголовного дела в отношении S.M. по факту лжесвидетельства и диффамации и ходатайство о признании ее гражданским истцом без требования компенсации вреда. S.M., служащий этого же Министерства, являлся непосредственным начальником заявителя. Заявитель, в частности, утверждала, что в рамках начатого в отношении нее административного расследования S.M. заявил, что она нарушала дисциплину труда и была в плохих отношениях со своими коллегами. 11. 26 сентября 2001 г. в ходе рассмотрения дела в Суде по уголовным делам (Criminal Court) г. Афин заявитель повторила свое ходатайство о вступлении в дело в качестве гражданского истца, потребовав компенсацию вреда в размере 1000 драхм (около 3 евро), и представила свои доводы. В тот же день Суд по уголовным делам г. Афин оправдал S.M. по предъявленным ему обвинениям, придя к выводу, что утверждения заявителя являются бездоказательными. В частности, изучив все доказательства, суд счел, что оскорбительные замечания являлись правдивыми и что обвиняемый не имел намерением оклеветать или оскорбить заявителя (приговор N 74941/2001). 12. 5 августа 2002 г. данный приговор вступил в законную силу и был внесен в реестр суда. 13. 24 сентября 2002 г. заявитель обратилась к прокурору при Кассационном суде (Court of Cassation) Греции с ходатайством подать кассационную жалобу на приговор Суда по уголовным делам г. Афин N 74941/2001 на основании части 2 статьи 506 Уголовно-процессуального кодекса (Code of Criminal Procedure) Греции. В частности, она утверждала, что данный приговор не является достаточно мотивированным. 14. 27 сентября 2002 г. прокурор при Кассационном суде Греции вернул письмо заявителя со следующим замечанием, написанным собственноручно на ее ходатайстве: "Для подачи жалобы в Кассационный суд отсутствуют правовые или обоснованные причины". #### II. Применимое национальное законодательство 15. Положения Уголовно-процессуального кодекса Греции, применимые в настоящем деле, устанавливают следующее: ### Статья 138 "1) Настоящим Кодексом определены случаи вынесения судьей постановлений или приказов. Прокурор также может выносить постановления в тех случаях, когда в силу закона он обязан принять меры в ходе судебного следствия по делу или когда суд откладывает рассмотрение дела...". ## Статья 139 ### Статья 139 "Постановления, приказы судебной коллегии, приказы следственного судьи или прокурора должны содержать конкретные и точные основания... /.../ Даже если это специально не предусмотрено законом, все постановления и приказы должны быть мотивированными независимо от того, являются они окончательными или промежуточными, или того, оставлено ли их содержание на усмотрение судьи, рассматривающего дело". ## Статья 463 ### Статья 463 "Средства правовой защиты могут использовать только лица, которым закон прямо предоставляет такое право...". ## Статья 505 ### Статья 505 "1. ...Право обжалования постановления в кассационном порядке принадлежит: a) подсудимому; b) третьим лицам, гражданско-правовая ответственность которых была затронута в обвинительном приговоре и которые признали такую ответственность; c) гражданскому истцу, указанному в обвинительном приговоре, но только в части приговора, касающейся присужденной компенсации вреда, признания права на компенсацию или отклонения гражданского иска как не имеющего правовых оснований; d) прокурору. Генеральный прокурор (Principal Public Prosecutor) при Кассационном суде вправе подать кассационную жалобу на любое решение в срок, установленный частью 2 статьи 479 настоящего Кодекса...". ## Статья 506 ### Статья 506 "Кассационная жалоба на оправдательный приговор может быть подана: a) подсудимым, если он был оправдан в связи с раскаянием; b) Генеральным прокурором..., если оправдательный приговор стал следствием ненадлежащего толкования нормы материального уголовного права по смыслу статьи 510 Уголовно-процессуального кодекса; c) лицом, выдвинувшим обвинение, или истцом, если он был признан обязанным возместить убытки и судебные расходы". ## Статья 513 ### Статья 513 "1) ...Прокурор при Кассационном суде вызывает лицо, подавшее кассационную жалобу, и других участников на судебное разбирательство путем вручения им повестки о вызове в суд в соответствии со статьями 155 - 161 настоящего Кодекса и в срок, предусмотренный статьей 166 настоящего Кодекса, в Кассационный суд или на его пленарное заседание... 2) Если кассационная жалоба подана прокурором, он не вызывается в суд, а его интересы представляет прокурор при Кассационном суде. /.../". 16. Заявитель утверждала, что решение, которым прокурор при Кассационном суде Греции отклонил ее ходатайство о подаче кассационной жалобы, являлось немотивированным. Она ссылалась на [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, которая в части, применимой к настоящему делу, гласит: "1. Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое... разбирательство дела в разумный срок... судом ...". ##### A. Постановление Палаты 17. В своем Постановлении от 14 июня 2007 г. Палата пришла к выводу, что прокурор при Кассационном суде Греции подтвердил приговор Суда по уголовным делам, вынесенный после всестороннего изучения материалов дела, поддержав аргументацию суда. Палата постановила, что, принимая во внимание обстоятельства дела и, в частности, простой характер судебного спора и ясные выводы Суда по уголовным делам, в настоящем деле нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции места не имело. ##### B. Доводы сторон ###### 1. Применимость ratione materiae пункта 1 статьи 6 Конвенции в настоящем деле 18. Как и при разбирательстве дела в Палате, в Большой палате власти Греции утверждали, что [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции не применим в настоящем деле по двум причинам. Во-первых, они считали, что поведение заявителя на протяжении всего уголовного судопроизводства свидетельствовало о том, что, вступив в процесс в качестве гражданского истца, она преследовала цель добиться осуждения подсудимого. В связи с этим власти Греции отметили, что в Суде по уголовным делам г. Афин заявитель ограничилась требованием символической суммы в 1000 драхм (около трех евро), сохраняя за собой право на удовлетворение всех ее гражданских прав в гражданских судах. Власти Греции добавили, что, оправдав подсудимого, Суд по уголовным делам г. Афин отказал в вынесении решения по гражданскому иску заявителя. Соответственно, единственной целью ходатайства заявителя к прокурору при Кассационном суде Греции было поддержать уголовное обвинение и добиться отмены оправдательного приговора, вынесенного Судом по уголовным делам г. Афин, а не реализовать свои гражданские права в суде по уголовным делам. По мнению властей Греции, эти факты не оставляли никаких сомнений в том, что заявитель решила вступить в дело в качестве гражданского истца, в первую очередь, для того, чтобы добиться осуждения подсудимого, а не для защиты или восстановления своих гражданских прав. Ссылаясь на [Постановление](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4728799/statya-1) Европейского суда по делу "Перес против Франции" (Perez v. France) (см. Постановление Большой палаты Европейского суда, жалоба N 47287/99, [§ 70](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4728799/statya-420#p100196) - [71](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4728799/statya-420#p100197), ECHR 2004-I), они отметили, что [Конвенция](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) не гарантирует право на "личную месть". Во-вторых, власти Греции утверждали, что [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции не применим в настоящем деле, так как обращение гражданского истца к прокурору при Кассационном суде Греции не могло, по их мнению, квалифицироваться как средство правовой защиты. В частности, они утверждали, что статья 506 Уголовно-процессуального кодекса Греции не предоставляла гражданскому истцу права на подачу кассационной жалобы. По данному вопросу власти Греции ссылались также на статью 463 Уголовно-процессуального кодекса Греции: "Средствами правовой защиты могут пользоваться только лица, которым закон прямо предоставляет такое право". По мнению властей Греции, прокурор не был обязан мотивировать свое решение об отклонении обращения заявителя, поскольку национальное законодательство страны не предусматривало право на подачу кассационной жалобы, и, более того, на такое право нельзя ссылаться вопреки закону на основании судебной практики. Подача кассационной жалобы относится к исключительным дискреционным полномочиям прокурора. 19. Заявитель, прежде всего, утверждала, что, вступив в дело в качестве гражданского истца, она требовала присуждения ей определенной суммы. Какой бы символической эта сумма ни была, [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции применим в данном деле, поскольку ее ходатайство о вступлении в дело в качестве гражданского истца имело также и экономический аспект в соответствии с принципом, сформулированным в [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4728799/statya-1) Европейского суда по делу "Перес против Франции" (упоминавшемся выше). Кроме того, заявитель отметила, что согласно многолетней сложившейся национальной практике гражданский истец был вправе обращаться к прокурору с просьбой о подаче кассационной жалобы и всегда мог рассчитывать на получение какого-либо ответа. Таким образом, судебная практика подтверждала наличие у гражданского истца возможности подать кассационную жалобу не напрямую, а через прокурора при Кассационном суде Греции. Заявитель добавила, что довод о том, что ее обращение к прокурору не касалось "гражданского права", являлся надуманным, так как это действие являлось частью целого процесса, в котором она участвовала, в том числе и с целью получения компенсации. Она отметила, что в соответствии со статьей 513 Уголовно-процессуального кодекса Греции в том случае, если прокурор удовлетворял обращение гражданского истца о подаче кассационной жалобы, гражданский истец также вызывался в Кассационный суд Греции для участия в возобновленном судебном разбирательстве. Наконец, она отметила, что даже в своей прецедентной практике по другим делам против Греции Европейский суд признавал в качестве "средства правовой защиты" обращение к прокурору при Кассационном суде Греции и, соответственно, применимость [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в таких делах. ###### 2. По существу 20. Заявитель утверждала, что, если национальный правопорядок предоставлял участнику судебного процесса средство правовой защиты, на государство возлагалась обязанность обеспечивать ему пользование основными гарантиями, предусмотренными [статьей 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции. Заявитель отметила, что согласно прецедентной практике Европейского суда по делам против Греции подобного рода прокурор был обязан мотивировать свои решения, при этом эта обязанность предполагает, что пострадавшая сторона могла рассчитывать на внимательное рассмотрение ее основных требований. В настоящем деле заявитель утверждала, что подала свое обращение, содержащее подробные доводы, прокурору при Кассационном суде Греции, но прокурор оставил эти доводы без внимания и отклонил обращение без объяснения причин. Подчеркивая, что [Конвенция](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) закрепляет права, которые являются не теоретическими или иллюзорными, а практическими и эффективными, она утверждала, что абсолютное отсутствие мотивировки решения прокурора при Кассационном суде Греции не позволило убедиться в том, что данное решение не являлось неправомерным или произвольным. 21. Власти Греции, прежде всего, отметили, что статья 139 Уголовно-процессуального кодекса Греции требовала предоставления обоснования только в отношении постановлений, вынесенных прокурором. Однако отклонение прокурором при Кассационном суде Греции обращения заявителя о подаче кассационной жалобы не являлось постановлением. Статья 138 данного Кодекса устанавливает, что прокуроры издают постановления в случаях, предусмотренных законом на досудебной стадии или во время перерыва в заседаниях суда. Соответственно, власти Греции утверждали, что отказ прокурора при Кассационном суде Греции подать кассационную жалобу в ответ на обращение гражданского истца не должно было в обязательном порядке быть мотивированным, поскольку такой отказ являлся не постановлением, а служебным письмом, в котором прокурор выразил свое желание не использовать рассматриваемое средство правовой защиты, что относилось к его усмотрению. Власти Греции также добавили, что, в любом случае, отказ прокурора в данном деле являлся в достаточной степени мотивированным. Поскольку речь шла о простом деле о клевете и лжесвидетельстве, прокурор счел достаточным подтвердить решение Суда по уголовным делам г. Афин, просто сделав заметку на обращении заявителя.
С. Мнение Европейского суда 1. Предварительные возражения властей Греции
22. Прежде всего, Европейский суд счел необходимым отметить, что Большая палата может рассматривать вопросы, связанные с приемлемостью жалобы, в той части, в какой они касаются части жалобы, признанной Палатой приемлемой для рассмотрения по существу (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Юнер против Нидерландов" ({Uner} [<*>](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-513#p100100) v. the Netherlands), жалоба N 46410/99, [§ 41](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1811402#p100119), ECHR 2006-X; и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "К. и Т. против Финляндии" (K. and T. v. Finland), жалоба N 25702/94, [§ 141](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3307196#p100255), ECHR 2001-VII). --- <*> Здесь и далее по тексту слова на национальном языке набраны латинским шрифтом и выделены фигурными скобками. 23. В настоящем деле Большая палата отметила, что Европейский суд в своем Решении по вопросу приемлемости жалобы от 14 февраля 2006 г. объявил приемлемой часть жалобы, поданной на основании [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, касающейся длительности судебного разбирательства и мотивировки ответа прокурора при Кассационном суде Греции. Более того, власти Греции выдвинули те же возражения при разбирательстве дела в Палате. При таких обстоятельствах Большая палата сочла необходимым рассмотреть эти возражения. a) Гражданский характер судебного разбирательства 24. Европейский суд напомнил, что [Конвенция](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) не предоставляет, как таковое, право на преследование в уголовном порядке третьих лиц или осуждение их за совершение преступления. Чтобы подпадать под сферу применения [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1), такое право должно быть неотделимо от осуществления потерпевшим своего права на возбуждение гражданского производства, предусмотренного национальным законодательством, даже если только для того, чтобы обеспечить символическую компенсацию или защитить гражданское право, как, например, право на "хорошую репутацию" (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Перес против Франции", [§ 70](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4728799/statya-420#p100196)). 25. Суть этой прецедентной практики заключается в том, что [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции применим к судебному разбирательству, затрагивающему жалобы гражданского истца, с момента вступления этого лица в процесс в качестве гражданского истца, если только это лицо не отказалось от своего права на компенсацию в недвусмысленной форме (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Перес против Франции", [§ 66](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4728799/statya-420#p100192)). 26. В настоящем деле заявитель ходатайствовала о вступлении в уголовный процесс по обвинению в лжесвидетельстве и диффамации в качестве гражданского истца с требованием компенсации в сумме, эквивалентной примерно трем евро. Соответственно, [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции применим, прежде всего, потому, что обжалуемое судопроизводство касалось права заявителя на защиту "хорошей репутации" (см. упоминавшееся выше Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Перес против Франции", [§ 70](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4728799/statya-420#p100196) - [71](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-4728799/statya-420#p100197); и Постановление Европейского суда по делу "Шваркманн против Франции" (Schwarkmann v. France) от 8 февраля 2005 г., жалоба N 52621/99, § 41). Кроме того, это судопроизводство имело экономический аспект вследствие суммы - хотя и символической - в размере около трех евро, которую заявитель требовала при вступлении в дело в качестве гражданского истца. Принимая во внимание изложенное, Европейский суд счел, что данное предварительное возражение властей Греции должно быть отклонено. b) Характер обращения, поданного прокурору 27. Европейский суд отметил, что власти Греции оспаривали применимость [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, утверждая, что обращение заявителя к прокурору при Кассационном суде Греции не может квалифицироваться как "средство правовой защиты". Однако Европейский суд указал, что для того, чтобы быть применимым, [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции не обязательно требует наличия средства правовой защиты, которое официально признается правом. Это положение в его гражданско-правовом аспекте применяется в том случае, когда имеется спор (contestation) о "праве", которое можно считать, по крайней мере, на доказуемых основаниях, признанным национальным законодательством (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Вильхо Эскелинен и другие против Финляндии" (Vilho Eskelinen and Others v. Finland), жалоба N 63235/00, [§ 40](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6323500#p100127), ECHR 2007). Такой спор предполагает наличие разногласия (см. Постановление Европейского суда по делу "Ле Конт, ван Левен и де Мейере против Бельгии" (Le Compte, Van Leuven and De Meyere v. Belgium) от 23 июня 1981 г., [§ 45](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-687875#p100034), Series A, N 43), которое должно быть реальным и серьезным; оно может касаться не только наличия права, но и его объема и характера использования. Более того, исход судебного разбирательства должен быть определяющим для "рассматриваемого гражданского права" (см., среди прочих прецедентов, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Фридлендер против Франции" (Frydlender v. France), жалоба N 30979/96, [§ 27](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2741795/statya-10#p100107), ECHR 2000-VII; и Постановление Европейского суда по делу "Спорронг и Леннрот против Швеции" (Sporrong and {Lonnroth} v. Sweden) от 23 сентября 1982 г., [§ 81](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-715175#p100082), Series A, N 52). 28. В настоящем деле Европейский суд уже установил, что рассматриваемое судебное разбирательство носит гражданский характер. Соответственно, он рассмотрит вопрос о том, существовал ли элемент "спора" в тот момент, когда заявитель подала свое обращение прокурору при Кассационном суде Греции. 29. В связи с этим Европейский суд напомнил, что дух [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) требует не толковать это выражение в узко техническом смысле, а придавать ему, скорее, материальное, чем формальное значение (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Ле Конт, ван Левен и де Мейере против Бельгии", [§ 45](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-687875#p100034)). Более того, при оценке наличия спора о гражданском праве необходимо обращать внимание не на внешние признаки и используемый язык правовой нормы, а на фактическую ситуацию (см., mutatis mutandis, Постановление Европейского суда по делу "Ван Дроогенбрук против Бельгии" (Van Droogenbroeck v. Belgium) от 24 июня 1982 г., § 38, Series A, N 50) с учетом обстоятельств каждого дела (см., mutatis mutandis, Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Роч против Соединенного Королевства" (Roche v. the United Kingdom), жалоба N 32555/96, [§ 121](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3255596#p100312), ECHR 2005-X). 30. В связи с этим Европейский суд отметил особенность настоящего дела: заявитель считала, что возможность подачи кассационной жалобы через прокурора при Кассационном суде Греции была основана не на законе, а на сложившейся судебной практике. Такая практика состояла в признании возможности гражданского истца обращаться к прокурору при Кассационном суде Греции с просьбой о подаче кассационной жалобы. Более того, прокурор обычно отвечал, хотя и в краткой форме, на такие ходатайства. Власти Греции не оспаривали существование такой практики. 31. Европейский суд счел, что вследствие такой особенности и некоторой двусмысленности относительно правового характера обращения заявителя целесообразнее исследовать реальные последствия ее ходатайства путем его помещения в контекст оспариваемого судебного разбирательства, в целом. Таким образом, Европейский суд рассмотрит вопрос о том, как ходатайство заявителя соотносилось с судебным разбирательством, которое началось подачей ею гражданского иска с целью получения компенсации. Иными словами, Европейский суд попытается установить, была ли указанная инициатива составной частью процедуры предъявления гражданского иска и имела ли она, таким образом, непосредственное отношение к первоначальному "спору". Для этого Европейскому суду необходимо изучить роль указанной судебной практики с учетом, в частности, национального законодательства Греции. 32. В связи с этим Европейский суд напомнил, что всегда придавал особое значение судебной практике в целях применения [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. Так, в своем прецедентном праве по вопросу равноправия сторон он часто принимал во внимание судебную практику при изучении совместимости национального законодательства с [пунктом 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. В частности, так он поступил в своем [Постановлении](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2304393) по делу "Райнхардт и Слиман-Каид против Франции" (Reinhardt and {Slimane-Kaid} v. France) (см. Постановление Большой палаты Европейского суда от 31 марта 1998 г., [§ 106](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2304393#p100244), Reports of Judgments and Decisions 1998-II), в котором он пришел к выводу, что практика объяснений, представляемых суду в стадии вынесения решения, может устранить невозможность сторон по делу ответить на доводы генерального адвоката, при условии, что последний сообщил адвокатам сторон суть своих доводов до даты судебного заседания. 33. Европейский суд придерживался той же точки зрения в делах "Мефтах и другие против Франции" (Meftah and Others v. France) (см. [Постановление](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3291196/statya-567) Большой палаты Европейского суда, жалобы N 32911/96, 35237/97 и 34595/97, ECHR 2002-VII) и "Вуазин против Франции" (Voisine v. France) (см. Постановление Европейского суда от 8 февраля 2000 г., жалоба N 27362/95). Кроме того, в деле "Винен против Бельгии" (Wynen v. Belgium) (см. Постановление Европейского суда, жалоба N 32576/96, ECHR 2002-VIII) Европейский суд сослался на практику Кассационного суда Бельгии, в соответствии с которой стороны по делу и их адвокаты могли обращаться в канцелярию этого суда с просьбой уведомлять их в письменной форме о дате проведения судебного заседания или предоставлять им эту информацию по телефону. Европейский суд не счел неразумным требовать, чтобы подающие кассационные жалобы заявители пользовались таким дополнительным источником получения информации. 34. Исходя из вышесказанного, Европейский суд счел, что реалиям национального правопорядка больше бы соответствовало принятие во внимание указанной практики и признание того, что обращение заявителя к прокурору являлось логической частью ее попыток оспорить приговор, которым ее требование как гражданского истца о компенсации было отклонено. Иными словами, ее обращение к прокурору при Кассационном суде Греции было подано в том же контексте и преследовало ту же цель, как и ее ходатайство о вступлении в дело в качестве гражданского истца. Кроме того, Европейский суд отметил, что, если бы прокурор при Кассационном суде Греции подал кассационную жалобу, обращение заявителя было бы неразрывно связано с последующим разбирательством. Действительно, из части 1 статьи 513 Уголовно-процессуального кодекса Греции следует, что, если бы прокурор удовлетворил ее ходатайство, подав свою кассационную жалобу, заявитель была бы вызвана на судебное разбирательство в Кассационный суд Греции в качестве "участника судебного разбирательства". 35. По мнению Европейского суда, при таких обстоятельствах было бы ошибочно отрицать, что обращение заявителя к прокурору вытекало из реального "спора", поскольку оно составляло неотъемлемую часть судебного разбирательства, в которое заявитель вступила в качестве гражданского истца с целью получения компенсации. 36. Соответственно, обращение заявителя к прокурору при Кассационном суде Греции относилось к "спору о гражданских правах" по смыслу [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. Таким образом, данное предварительное возражение властей Греции должно быть отклонено.
2. По существу
37. Европейский суд напомнил, что [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции обязывает национальные суды мотивировать свои решения, однако это обязательство не может пониматься как требование давать подробный ответ на каждый довод. Объем применения этой обязанности может варьироваться в зависимости от характера решения. Более того, необходимо принимать во внимание, inter alia, разнообразие замечаний, которые сторона спора может представить судам, и различия, существующие в государствах-участниках [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) в отношении правовых положений, обычаев, экспертных заключений юристов, а также в отношении представления и составления судебных решений. По этой причине вопрос о том, выполнил ли суд обязанность мотивировать свое решение, вытекающее из [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, может быть определен только в свете обстоятельств дела (см., среди прочих прецедентов, Постановление Европейского суда по делу "Руис Ториха против Испании" (Ruiz Torija v. Spain) от 9 декабря 1994 г., § 29, Series A, N 303-A; и Постановление Европейского суда по делу "Ван де Хурк против Нидерландов" (Van de Hurk v. the Netherlands) от 19 апреля 1994 г., § 61, Series A, N 288). 38. В настоящем деле Европейский суд отметил, что согласно национальному законодательству в случае оправдания подсудимого гражданский истец, в принципе, не вправе подавать кассационную жалобу напрямую или обращаться об этом к прокурору при Кассационном суде Греции. Тем не менее, Европейский суд признал, что существование сложившейся судебной практики не может быть оставлено без внимания в настоящем деле и что ввиду особенностей обращения заявителя к прокурору при Кассационном суде Греции [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции применим. Ту же судебную практику следует принимать во внимание и при оценке объема обоснования, которое прокурор должен привести в своем ответе. 39. Европейский суд уже отмечал, что прокурор обычно отвечал, хотя и в краткой форме, на обращения гражданских истцов по вопросу о подаче кассационной жалобы. На практике, гражданский истец обращает внимание прокурора на определенные особые обстоятельства дела, тогда как прокурор сохраняет за собой право принять свое решение, взвесив все представленные доводы. 40. Более того, необходимо отметить, что согласно статье 506 Уголовно-процессуального кодекса Греции "положительное" решение прокурора не обращено к гражданскому истцу, а дает основание для собственной кассационной жалобы прокурора. Аналогичным образом, "отрицательное" решение означает, что прокурор отказывается подавать кассационную жалобу от своего имени. Европейский суд также отметил, что, вопреки утверждению заявителя, из применимого национального законодательства не вытекает особая обязанность мотивировать решение, поскольку ответ прокурора при Кассационном суде Греции на обращение заявителя не был дан в форме "постановления" по смыслу статей 138 и 139 Уголовно-процессуального кодекса Греции (см. выше [§ 15](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100055)). 41. Наконец, Европейский суд отметил, что по вопросу предварительной процедуры рассмотрения и признания кассационных жалоб органом, учрежденным в рамках Кассационного суда Греции, он уже устанавливал, что апелляционный суд не обязан давать более развернутую мотивировку в том случае, когда он просто применяет определенную правовую норму с целью отклонения кассационной жалобы как лишенной перспектив на положительный исход, не давая дополнительных объяснений (см. Постановление Европейского суда по делу "Сале против Франции" ({Sale} v. France) от 21 марта 2006 г., жалоба N 39765/04, [§ 17](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-3976504#p100058); и Решение Европейского суда по делу "Бюрг и другие против Франции" (Burg and Others v. France), жалоба 34763/02, ECHR 2003-II). Европейский суд счел, что тот же принцип применим и в отношении прокурора при Кассационном суде Греции, к которому гражданский истец обращается с просьбой подать кассационную жалобу от своего имени. 42. Таким образом, собственноручно написанная заметка на обращении заявителя просто информировала о дискреционном решении, принятом прокурором. С этой точки зрения и с учетом существующей судебной практики прокурор не был обязан обосновывать свое решение, а должен был только дать ответ гражданскому истцу. Требование представить более развернутую мотивировку возложило бы на прокурора при Кассационном суде Греции дополнительное бремя, которого не требовал характер поданного ему гражданским истцом обращения о подаче кассационной жалобы после вынесения оправдательного приговора. Соответственно, Европейский суд счел, что, указав, что "[д]ля подачи жалобы в Кассационный суд отсутствуют правовые или обоснованные причины", прокурор в достаточной степени мотивировал свое решение об отклонении обращения. Таким образом, принимая во внимание изложенное, нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в настоящем деле места не имело. 43. Заявитель утверждала, что длительность оспариваемого судебного разбирательства нарушила требование "разумного срока". Она ссылалась на [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, который в части, применимой к настоящему делу, гласит: "1. Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом...". 44. Палата пришла к выводу, что длительность судебного разбирательства в настоящем деле была чрезмерной и что, соответственно, имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции. 45. Европейский суд отметил, что обращение заявителя о направлении дела на рассмотрение Большой палаты касалось только той части Постановления Палаты, которая относилась к жалобе о несправедливом характере обжалуемого судебного разбирательства. Однако с учетом того, что дело, переданное в Большую палату, неизбежно включает в себя все аспекты жалобы, ранее рассмотренные Палатой в своем Постановлении (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Сысоева и другие против Латвии" (Sisojeva and Others v. Latvia), жалоба N 60654/00, [§ 61](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-6065400/statya-190#p100275), ECHR 2007), целесообразно рассмотреть также жалобу на длительность судебного разбирательства. 46. По причинам, изложенным Палатой, Европейский суд счел, что в настоящем деле имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в отношении длительности судебного разбирательства, рассматриваемого в целом. 47. [Статья 41](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-41#p100207) Конвенции гласит: "Если Суд объявляет, что имело место нарушение [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) или [Протоколов](https://bukva.ai/docs/protokol-14-se-sovet-evropy/statya-1) к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне".
A. Постановление Палаты
48. В своем Постановлении Палата сочла, что заявителю, очевидно, был причинен моральный вред вследствие того, что длительность оспариваемого судебного разбирательства превышала "разумный срок", и что, таким образом, ей должна быть присуждена компенсация. Исходя из принципа справедливости, Палата присудила заявителю 4000 евро в качестве компенсации морального вреда плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эту сумму. Кроме того, Палата присудила заявителю 2300 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эту сумму.
B. Доводы сторон
49. В отношении компенсации морального вреда, который, как утверждала заявитель, был ей причинен в результате длительного и несправедливого судебного разбирательства, она требовала присудить ей 7500 евро и 10000 евро, соответственно. Кроме того, она потребовала присудить ей 7000 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек, которые она понесла в ходе разбирательства ее дела в Европейском суде. Заявитель представила два счета-фактуры на общую сумму в 2300 евро, соответствующую сумме гонораров, которые она уже выплатила своим адвокатам за представление ее интересов в Европейском суде. 50. Власти Греции не представили комментариев по данному вопросу. ###### 1. Моральный вред 51. Большая палата подчеркнула, что ее вывод о наличии в настоящем деле нарушения [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1) вытекает исключительно из нарушения права заявителя на разбирательство ее дела в "разумный срок". При таких обстоятельствах Европейский суд не видит причинно-следственную связь между установленным нарушением и моральным вредом, который мог быть причинен заявителю в результате предполагаемого несправедливого характера рассматриваемого судебного разбирательства. Таким образом, требования в этом отношении должны быть отклонены. Однако Европейский суд счел, что заявителю, со всей очевидностью, был причинен моральный вред в том, что касается ее права на разбирательство ее дела судом в разумный срок. Исходя из принципа справедливости, Большая палата, как и Палата, присудила заявителю 4000 евро в качестве компенсации морального вреда плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эту сумму. ###### 2. Судебные расходы и издержки 52. Европейский суд напомнил, что в соответствии со [статьей 41](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-41#p100207) Конвенции подлежат компенсации только те судебные расходы и издержки, которые являлись действительными, понесены по необходимости и являлись разумными в своем размере (см. Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Иатридис против Греции" (Iatridis v. Greece) (справедливая компенсация), жалоба N 31107/96, [§ 54](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2778595#p100103), ECHR 2000-XI). Исходя из принципа справедливости и принимая во внимание тот факт, что заявитель не выдвинула отдельных требований относительно судебных расходов и издержек, понесенных при разбирательстве дела в Большой палате, Большая палата, как и Палата, присудила заявителю 2300 евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эту сумму. ###### 3. Процентная ставка при просрочке платежей 53. Европейский суд счел, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента.
**НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД:**
1) единогласно отклонил предварительное возражение властей Греции о неприменимости в данном деле [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции относительно того, являлось ли рассматриваемое судебное разбирательство по своему характеру гражданским; 2) отклонил одиннадцатью голосами против шести предварительное возражение властей Греции о неприменимости в данном деле [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции вследствие характера ходатайства заявителя к прокурору при Кассационном суде Греции; 3) постановил тринадцатью голосами против четырех, что нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в отношении справедливого характера судебного разбирательства места не имело; 4) единогласно постановил, что имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в отношении длительности судебного разбирательства; 5) единогласно постановил: a) что государство-ответчик должно в течение трех месяцев выплатить заявителю следующие суммы: i) 4000 (четыре тысячи) евро в качестве компенсации морального вреда, причиненного чрезмерной длительностью судебного разбирательства, плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эту сумму; ii) 2300 (две тысячи триста) евро в качестве компенсации судебных расходов и издержек плюс сумму любого налога, который может быть начислен на эту сумму; b) что по истечении указанного трехмесячного срока и до произведения окончательной выплаты на указанные суммы начисляются простые проценты в размере предельной годовой ставки по займам Европейского центрального банка плюс три процента; 6) единогласно отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации. Совершено на [английском](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-513#p100205) и французском языках и оглашено на открытом слушании во Дворце прав человека в г. Страсбурге 20 марта 2009 г.
Председатель Палаты
Николас БРАТЦА Юрисконсульт Суда
Венсен БЕРЖЕ
В соответствии с [пунктом 2 статьи 45](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100229) Конвенции и [пунктом 2 правила 74](https://bukva.ai/docs/reglament-pravila-protsedury-evropeyskogo-suda#p100596) Регламента Суда к настоящему Постановлению прилагаются следующие особые мнения судей: a) отдельное мнение судей Владимиро Загребельского, Ханлара Гаджиева, Ренаты Йегер, Давида Тора Бьоргвинссона, Марка Виллигера и Изабель Берро-Лефевр; b) частично особое мнение судьи Йозепа Касадеваля; c) частично особое мнение судьи Джиорджио Малинверни, к которому присоединился судья Андраш Шайо; d) частично особое мнение судьи Здравки Калайджиевой.
Н.Б. В.Б.
Мы проголосовали с большинством судей об отсутствии в настоящем [деле](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005) нарушения [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции относительно жалобы на отсутствие мотивировки в ответе прокурора при Кассационном суде Греции на обращение заявителя с просьбой о подаче кассационной жалобы. Тем не менее, мы считаем, что в данном деле не имело места "спора" о гражданских правах, как того требует [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, и что, таким образом, эта [статья](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) не должна считаться применимой при обстоятельствах данного [дела](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005). Мы хотели бы объяснить нашу точку зрения по этому конкретному вопросу. Из применимого национального законодательства следует, что гражданский истец может требовать отмены судебного решения только в ограниченном количестве ситуаций, к числу которых настоящее дело в явной степени не относится. В частности, согласно части 1 статьи 505 Уголовно-процессуального кодекса Греции гражданский истец вправе обжаловать обвинительный приговор в кассационном порядке только в части, касающейся присуждения ему компенсации, признания права на присуждение компенсации или отклонения гражданского иска как не имеющего правовых оснований. В соответствии со статьей 506 Уголовно-процессуального кодекса Греции истец может требовать отмены оправдательного приговора, только если он был признан обязанным возместить убытки и судебные расходы. Верно, применимое законодательство дополняется судебной практикой: прокурор принимает во внимание обращения гражданских истцов и обычно отвечает в краткой форме на их письма, содержащие просьбу о подаче кассационной жалобы. Тем не менее, мы считаем, что большинство судей не должно было признавать [статью 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции применимой только на основании этой практики, какой бы устоявшейся она ни была, поскольку она противоречит норме закона. Если бы, в действительности, такая практика, согласно которой прокурор при Кассационном суде Греции отвечает на обращения гражданского истца в случае вынесения оправдательного приговора, рассматривалась как создающая средство правовой защиты, доступное гражданскому истцу, то это было бы несовместимо с ясным и точным применимым законодательством, признающим право гражданского истца подавать кассационную жалобу только в случае, предусмотренном в статье 506 Уголовно-процессуального кодекса Греции, что не имеет отношения к настоящему [делу](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005). Соответственно, обращение заявителя к прокурору может рассматриваться не как "средство правовой защиты", а, скорее, как средство приглашения или побуждения его подать кассационную жалобу от своего имени. Мы считаем некорректным, что, исходя из ограниченной судебной практики предоставления ответов на письма, международный суд делает вывод о наличии у судебного иска более широких последствий, особенно в том случае, когда закон содержит исчерпывающий перечень ситуаций использования такого судебного иска. По изложенным выше причинам мы считаем, что жалоба, касающаяся отсутствия мотивированности ответа прокурора заявителю, несовместима ratione materiae с положениями [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1). 1. Я проголосовал с большинством судей о признании в настоящем [деле](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005) нарушения [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции вследствие чрезмерной длительности судебного разбирательства. Однако я не разделяю их точку зрения относительно справедливого характера судебного разбирательства в связи с немотивированным отказом прокурора на обращение заявителя о подаче кассационной жалобы (посредством только лишь собственноручно написанной заметки, в которой указывалось, что "Для подачи жалобы в Кассационный суд отсутствуют правовые или обоснованные причины"). Ниже я изложил причины моего несогласия. 2. Европейский суд отмечал в ряде дел, что "[е]сли национальный правопорядок предоставляет лицу средство правовой защиты, такое, как, например, заявление о совершении преступления с заявлением ходатайства о вступлении в процесс в качестве гражданского истца, государство обязано обеспечить этому лицу пользование основными гарантиями [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции" (см. Постановление Европейского суда по делу "Анагностопулос против Греции" (Anagnostopoulos v. Greece) от 3 апреля 2003 г., жалоба N 54589/00, § 32). В настоящем деле право подачи кассационной жалобы вытекало не из закона, а из сложившейся и неоспоримой судебной практики (см. [§ 30](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-513#p100111) Постановления по настоящему делу). Кроме того, обращение заявителя к прокурору при Кассационном суде Греции "было подано в том же контексте и преследовало ту же цель, как и ее ходатайство о вступлении в дело в качестве гражданского истца" (см. [§ 34](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-513#p100115) Постановления). 3. Соответственно, так как Европейский суд установил, что обращение заявителя касалось "спора... о гражданских правах" и что указанная [статья](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции являлась, таким образом, применимой, мне трудно признать, исходя из тех же соображений и той же логики, что мотивировка прокурора - при отклонении этого обращения - являлась достаточной. 4. Начиная с принципа о том, что [пункт 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции обязывает суды мотивировать свои решения (см., среди прочих прецедентов, Постановление Европейского суда по делу "Ван де Хурк против Нидерландов" (Van de Hurk v. the Netherlands) от 19 апреля 1994 г., § 61, Series A, N 288), Европейский суд разработал недвусмысленное прецедентное право по отношению к практике, согласно которой греческие прокуроры отклоняют обращения физических лиц о подаче кассационной жалобы посредством кратких, и, тем самым, абсолютно немотивированных, собственноручно написанных заметок. Не утверждая об их исчерпывающей природе, я хотел бы процитировать три недавних дела - "Алийя против Греции" (Alija v. Greece) (см. Постановление Европейского суда от 7 апреля 2005 г., жалоба N 73717/01), "Гору против Греции (N 4)" (Gorou v. Greece (No. 4)) (см. Постановление Европейского суда от 11 января 2007 г., жалоба N 9747/04) и "Маркулаки против Греции (N 1)" (Markoulaki v. Greece (No. 1)) (см. Постановление Европейского суда от 26 июля 2007 г., жалоба N 44858/04) - которые поднимают тот же вопрос, что и настоящее [дело](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005), и в которых Европейский суд установил нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции в отношении справедливости характера судебного разбирательства. 5. Постановление по делу, которое передано на рассмотрение в Большую палату и которое касалось того же заявителя, А. Гору, как и второе из трех вышеупомянутых дел, но с выводом об отсутствии нарушения, датируется 14 июня 2007 г. и, таким образом, было вынесено в период между двумя последними из этих Постановлений: после Постановления по делу "Гору против Греции (N 4)" и до Постановления по делу "Маркулаки против Греции (N 1)". Непонятным образом Палата, тем самым, в июне изменила свою позицию (возможно, случайно?), чтобы в июле вернуться на свой прежний курс. 6. Рассматривая вопрос о том, должен ли был прокурор при Кассационном суде Греции мотивировать свой ответ на обращения о подаче кассационной жалобы, Европейский суд в трех вышеупомянутых Постановлениях ответил утвердительно и пришел к выводу, что имело место нарушение [пункта 1 статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1#p100053) Конвенции, пояснив, что эта обязанность вытекала из статьи 139 Уголовно-процессуального кодекса Греции и что предоставление "ответа на обращение заявителя не было оставлено на усмотрение прокурора" (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Алийя против Греции", § 22; и упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Гору против Греции (N 4)", § 22), или что "предполагалось, что соответствующие прокуроры должны мотивировать свои ответы на обращения заявителя, даже если вопрос об использовании рассматриваемых средств правовой защиты был оставлен на их усмотрение" (см. упоминавшееся выше Постановление Европейского суда по делу "Маркулаки против Греции (N 1)", § 23). 7. Сегодня Большая палата ответила на этот вопрос отрицательно и не установила нарушение в соответствии - как она указала - со статьями 138 и 139 Уголовно-процессуального кодекса Греции (теми же статьями того же кодекса), отметив, что "ответ прокурора при Кассационном суде Греции на обращение заявителя не был дан в форме "постановления" (см. [§ 40](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-513#p100123) Постановления по настоящему делу). 8. Большая палата решила поддержать сделанное Палатой отступление от прецедентного права. При отсутствии объяснений тому я не могу понять, какая причина, серьезный вопрос или законный интерес могут оправдать тот факт, что Европейский суд сделал такой шаг назад. Ясно, что в своих предыдущих постановлениях Европейский суд мог бы избрать иной подход в отношении этого вопроса - возможно, менее требовательный или менее формалистический - но, решив расширить права лица в каком-то конкретном аспекте права на справедливое судебное разбирательство, он не должен был - если только не по причине явной ошибки - менять свое решение. Приобретенные права в сфере прав человека являются, по крайней мере, настолько же ценными, как и приобретенные права в других областях права, и, таким образом, преимущественную силу должен иметь принцип необратимости. 9. В связи с этим мне на ум приходит техника "сохранения статус-кво". Также известный как "храповой механизм", не позволяющий зубчатому колесу вернуться назад после того, как оно поднялось на одну ступень, этот принцип развивался, особенно в правовой доктрине, в связи, главным образом, с приобретенными социальными правами. Это принцип, согласно которому предполагается, что законодатель не должен принимать законы, которые, как следствие, будут снижать уже достигнутый уровень социальной защиты. 1. Я проголосовал с большинством судей в пользу вывода о применимости [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции в настоящем [деле](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005). Однако я не могу согласиться с выводом большинства об отсутствии в данном деле нарушения [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции. 2. Действительно, я так и не понял, почему, отступив от более раннего прецедентного права Европейского суда (см. Постановление Европейского суда по делу "Анагностопулос против Греции" (Anagnostopoulos v. Greece) от 3 апреля 2003 г., жалоба N 54589/00 [<*>](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-513#p100191); Постановление Европейского суда по делу "Алийя против Греции" (Alija v. Greece) от 7 апреля 2005, жалоба N 73717/01; Постановление Европейского суда по делу "Гору против Греции (N 4)" (Gorou v. Greece (No. 4)) от 11 января 2007 г., жалоба N 9747/04; и Постановление Европейского суда по делу "Маркулаки против Греции (N 1)" (Markoulaki v. Greece (No. 1)) от 26 июля 2007 г., жалоба N 44858/04 [<**>](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-513#p100192)), в своем Постановлении от 14 июня 2007 г. Палата пришла к выводу о том, что нарушение [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции места не имело. --- <*> В Постановлении по делу "Анагностопулос против Греции" (§ 32) Европейский суд пришел к выводу: "Если национальный правопорядок предоставляет лицу средство правовой защиты, такое, как, например, заявление о совершении преступления с заявлением ходатайства о вступлении в процесс в качестве гражданского истца, государство обязано обеспечить этому лицу пользование основными гарантиями [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции". <**> Довольно любопытно, что Постановление Европейского суда по делу "Маркулаки против Греции (N 1)" было вынесено через несколько недель после [Постановления](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005) Палаты по делу "Гору против Греции (N 2)". 3. Такое отступление от прецедентного права тем более труднее оправдать, так как власти Греции не оспаривали более ранние Постановления Европейского суда, по крайней мере, неофициально, например, посредством обращения о передаче дела на рассмотрение в Большую палату. Это удивительно также и по той причине, что Европейский суд, как правило, отступает от своего прецедентного права с тем, чтобы предоставить физическим лицам лучшую защиту. В настоящем случае верно обратное. Теперь Европейский суд не только считает, что в подобного рода делах отсутствует нарушение [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции, но и меньшинство судей (см. совместное особое мнение) дошло до того, чтобы отрицать применимость этого положения [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1). Таким образом, настоящее [Постановление](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005) представляет собой шаг назад в области защиты основных прав человека, который я считаю сложным понять и который вызывает у меня сожаление. 4. По моему мнению, отказ прокурора был недостаточно обоснованным. В сущности, заявитель просила его подать кассационную жалобу на решение Суда по уголовным делам г. Афин на том основании, что оно не было в достаточной степени мотивированным. Вопрос, с которым заявитель хотела обратиться в Кассационный суд Греции, являлся, таким образом, в высшей степени правовым: а именно, являлось ли данное судебное решение в достаточной степени мотивированным. 5. В Греции обращение с жалобой в Кассационный суд относится к дискреционным полномочиям прокурора при этом суде, который их фильтрует. В настоящем [деле](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005) отклонение обращения заявителя было сделано в виде краткого рукописного комментария на ее ходатайстве: "Для подачи жалобы в Кассационный суд отсутствуют правовые или обоснованные причины". Эти несколько слов не отвечают предусмотренному [статьей 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции необходимому стандарту обоснования решения по ряду аспектов. 6. Прежде всего, хотя обращение с жалобой в Кассационный суд Греции, действительно, относится к усмотрению прокурора, однако необходимо отметить, что любой орган власти, обладающий таким полномочием, тем не менее не освобождается от обязанности мотивировать свои решения, поскольку в противном случае это может превратиться в произвол. 7. С этой точки зрения собственноручно написанная заметка прокурора имеет два недостатка. Отмечая, что "для подачи жалобы в Кассационный суд отсутствуют правовые... причины", прокурор должен был, по крайней мере, указать, на какие правовые нормы он ссылался. Это меньшее, чего можно было бы ожидать. Указывая, что отсутствуют "обоснованные причины для подачи жалобы в Кассационный суд", он должен был привести, хотя бы в краткой форме, причины необоснованности обращения заявителя. 8. Кроме того, согласно устоявшейся прецедентной практике Европейского суда по [статье 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции решения судебных органов должны быть надлежащим образом мотивированы (см. Постановление Европейского суда по делу "Ван де Хурк против Нидерландов" (Van de Hurk v. the Netherlands) от 19 апреля 1994 г., § 61, Series A, N 288; и Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Гарсия Руис против Испании" ({Garcia} Ruiz v. Spain), жалоба N 30544/96, [§ 26](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-2880295#p100103), ECHR 1999-I). Безусловно, их объем может варьироваться в зависимости от характера решения и должен рассматриваться в свете обстоятельств каждого дела (см. Постановление Европейского суда по делу "Руис Ториха против Испании" (Ruiz Torija v. Spain) от 9 декабря 1994 г., § 29, Series A, N 303-A; Постановление Европейского суда по делу "Иро Балани против Испании" (Hiro Balani v. Spain) от 9 декабря 1994 г., § 27, Series A, N 303-B; Постановление Европейского суда по делу "Хиггинс и другие против Франции" (Higgins and Others v. France) от 19 февраля 1998 г., § 42, Reports of Judgments and Decisions 1998-I). 9. Верно, что при мотивировке своих решений прокурор, возможно, не связан такими обязательствами, как судья. Тем не менее, в настоящем [деле](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005) заявитель не могла понять причины полученного отказа, даже несмотря на то, что ее обращение было составлено на шести страницах. Такая ситуация, по моему мнению, совершенно неудовлетворительна. 10. Наконец, я хотел бы отметить, что с точки зрения формы несколько слов, написанных от руки на обращении заявителя, свидетельствовали о неуважении по отношению к ней. Решение, представляющее для заявителя такую важность, должно было быть не только более подробным, но и, что касается формы, должно было быть изложено на отдельном печатном документе. По моему мнению, форма решения прокурора плохо сочетается с серьезным характером, который должны иметь все акты судебной власти, и даже может считаться способной подорвать доверие общественности к надлежащему отправлению правосудия. Вывод Европейского суда о применимости [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции предполагает, что рассматриваемое разбирательство должно иметь судебный характер и должно предоставлять гарантии, требуемые этим положением, по крайней мере, до определенного минимального уровня. Я проголосовала с большинством судей в поддержку вывода о применимости [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции к спору о гражданских правах заявителя в рамках уголовного судопроизводства, но я голосовала с меньшинством в пользу вывода о том, что отсутствие достаточной мотивировки решения составило нарушение этого положения [Конвенции](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-1). Я разделяю беспокойство судьи Йозепа Касадеваля относительно влияния вывода большинства судей об отсутствии нарушения [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции на развитие прецедентной практики Европейского суда в похожих делах. Я также согласна с мнением судьи Джиорджио Малинверни в том, что отсутствие требуемого содержания и формы решения, которое прекращает судебное разбирательство, может рассматриваться как произвол и может подорвать доверие общественности к правосудию. В настоящем [деле](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005) государство-ответчик утверждало, что обращение заявителя к прокурору, в принципе, не может считаться средством правовой защиты в отношении ее жалоб. Я согласна с этой точкой зрения. Действительно, тот факт, что спор о гражданском праве заявителя на получение компенсации оставлен на усмотрение органа, который не связан процессуальными нормами или требованиями, в отношении которого, кроме того, не существует апелляционной инстанции и который выступает в качестве посредника между заявителем и судом, не согласуется с институциональными и процессуальными гарантиями, которые необходимы для разрешения судебного спора о гражданском праве. Проголосовав за применимость [статьи 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции при обстоятельствах данного [дела](https://bukva.ai/docs/postanovlenie-1268603/statya-138#p100005), я не понимаю, как судебное разбирательство, не способное предоставить средство правовой защиты, может отвечать более высоким стандартам, соблюдения которых, в принципе, требует [статья 6](https://bukva.ai/docs/konventsiya-5-se-sovet-evropy/statya-6#p100051) Конвенции. Я считаю, что длительность рассматриваемого в настоящем деле разбирательства и отсутствие минимальной мотивировки в отношении исхода этого разбирательства являются логическими аспектами его несудебного характера. **EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS** **GRAND CHAMBER** CASE OF GOROU v. GREECE (No. 2) (Application No. 12686/03) **JUDGMENT <*>** (Strasbourg, 20.III.2009) --- <*> This judgment is final but may be subject to editorial revision. In the case of Gorou v. Greece (No. 2), The European Court of Human Rights, sitting as a Grand Chamber composed of: Nicolas Bratza, President, Christos Rozakis, Josep Casadevall, Volodymyr Butkevych, Vladimiro Zagrebelsky, Alvina Gyulumyan, Khanlar Hajiyev, Ljiljana {Mijovic}, Renate Jaeger, David {Thor} {Bjorgvinsson}, Ineta Ziemele, Mark Villiger, Isabelle {Berro-Lefevre}, Giorgio Malinverni, {Andras Sajo}, Zdravka Kalaydjieva, {Isil Karakas}, judges, and Vincent Berger, Jurisconsult, Having deliberated in private on 11 June 2008 and on 4 February 2009, Delivers the following judgment, which was adopted on the last-mentioned date: 1. The case originated in an application (No. 12686/03) against the Hellenic Republic lodged with the Court under Article 34 of the Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms ("the Convention") by a Greek national, Mrs Anthi Gorou ("the applicant"), on 23 January 2003. 2. The applicant was represented by Mr I. Mylonas, a lawyer practising in Athens. The Greek Government ("the Government") were represented by their Agent's delegates, Mr K. Georgiadis, Adviser at the State Legal Council, and Mr I. Bakopoulos, Legal Assistant at the State Legal Council. 3. The applicant's complaint concerned, in particular, under Article 6 § 1 of the Convention, the fairness and length of proceedings that she had initiated by filing a criminal complaint. 4. The application was allocated to the Court's First Section (Rule 52 § 1 of the Rules of Court). By a decision of 14 February 2006 a Chamber of that Section, consisting of Judges Loukis Loucaides, Christos Rozakis, {Francoise} Tulkens, Peer Lorenzen, Nina {Vajic}, Dean Spielmann and Sverre Erik Jebens, and of {Soren} Nielsen, Section Registrar, declared the application partly admissible. 5. On 14 June 2007 a Chamber of that same Section, consisting of Judges Loukis Loucaides, Christos Rozakis, Nina {Vajic}, Anatoly Kovler, Elisabeth Steiner, Dean Spielmann and Sverre Erik Jebens, and of {Soren} Nielsen, Section Registrar, found unanimously that there had been a violation of Article 6 § 1 of the Convention on account of the excessive length of the proceedings, and, by four votes to three, that there had not been a violation of that provision in respect of the fairness of those proceedings. 6. On 1 September 2007 the applicant requested, in accordance with Article 43 of the Convention and Rule 73, that the case be referred to the Grand Chamber. On 12 November 2007 a panel of the Grand Chamber accepted that request. 7. The composition of the Grand Chamber was determined according to the provisions of Article 27 §§ 2 and 3 of the Convention and Rule 24. 8. The applicant and the Government each filed observations on the admissibility and merits of the case. 9. A hearing took place in public in the Human Rights Building, Strasbourg, on 11 June 2008 (Rule 59 § 3). There appeared before the Court: (a) for the Government Mr K. Georgiadis, Adviser at the State Legal Council, Agent's delegate, Mr I. Bakopoulos, Legal Assistant at the State Legal Council, counsel. (b) for the applicant Mr I. Mylonas, Lawyer, counsel. The Court heard addresses by Mr Mylonas and Mr Georgiadis. 10. The applicant is a civil servant in the Ministry of National Education. At the relevant time she was on secondment to the Bureau for the primary education of Greek children abroad, in the city of Stuttgart. On 2 June 1998 she filed a criminal complaint for perjury and defamation against S.M., with an application to join the proceedings as a civil party, but without claiming compensation. S.M., a civil servant in the same Ministry, was the applicant's immediate superior. She alleged in particular that, in connection with an administrative investigation opened against her, S.M. had stated that she did not observe working hours and did not get on well with her colleagues. 11. On 26 September 2001, when the case was heard before the Athens Criminal Court, the applicant reiterated her civil-party application, claiming 1,000 drachmas (about 3 euros) and adduced her arguments. On the same day, the Athens Criminal Court acquitted S.M. of the charges against him, finding that the applicant's allegations were unsubstantiated. In particular, after examining all the evidence, the court considered that the offending remarks had been truthful and that it had not been the defendant's intention to defame or insult the applicant (judgment No. 74941/2001). 12. On 5 August 2002 this judgment was finalised and entered in the register of the Criminal Court. 13. On 24 September 2002 the applicant requested the public prosecutor at the Court of Cassation to lodge an appeal on points of law against the Athens Criminal Court's judgment No. 74941/2001, under Article 506 § 2 of the Code of Criminal Procedure. She alleged, in particular, that the judgment did not contain sufficient reasoning. 14. On 27 September 2002 the public prosecutor at the Court of Cassation returned the applicant's letter with the following handwritten comment on the actual request: "There are no legal or well-founded grounds of appeal to the Court of Cassation". 15. The Code of Criminal Procedure contains the following relevant provisions: Article 138 "(1) The present Code specifies the instances in which a judge gives a decision or makes an order. Orders shall also be made by the public prosecutor where he has a statutory obligation to take measures during a judicial investigation in a case or when hearings have been adjourned by the court..." Article 139 "Judgments, orders of the chamber of judges, and orders of the investigating judge or of the public prosecutor shall give specific and precise reasons... ... Even where it is not required by a specific provision, all judgments and orders shall include reasoning, whether they are final or interlocutory and whether or not they depend on the discretion of the judge hearing the case." Article 463 "Remedies may be used solely by persons who are expressly afforded such right by law..." Article 505 "(1)... an appeal on points of law may be lodged (a) by the defendant; (b) by a third party whose civil liability has been engaged in the conviction judgment and who has acknowledged such liability; (c) by a civil party named in the conviction judgment, but only in respect of that part of the judgment in which he or she is awarded damages or is recognised as being entitled to compensation, or in which his or her claims have been dismissed as being devoid of legal basis; (d) by the public prosecutor. The Principal Public Prosecutor at the Court of Cassation shall be entitled to appeal on points of law against any decision within the time-limit provided for in Article 479 § 2..." Article 506 "The quashing of an acquittal on points of law may be sought: (a) by the defendant, if he or she has been acquitted for expressing remorse; (b) by the principal public prosecutor... if the acquittal has been the consequence of a misinterpretation of a substantive criminal-law provision within the meaning of Article 510 of the Code of Criminal Procedure; (c) by the person who laid the charge or the complainant, if he or she has been ordered to pay damages and costs." Article 513 "(1)... The Public Prosecutor at the Court of Cassation shall summon the appellant in cassation and other parties to the proceedings, by a summons served on them in accordance with Articles 155 to 161 and within the time-limit provided for in Article 166, before the Court of Cassation or its plenary assembly... (2) Where the appeal on points of law has been lodged by a public prosecutor, he shall not be summoned but shall be represented by the public prosecutor at the Court of Cassation. ..." 16. The applicant complained that the decision in which the public prosecutor at the Court of Cassation had dismissed her request for an appeal on points of law had lacked reasoning. She relied on Article 6 § 1 of the Convention, the relevant parts of which read: "In the determination of his civil rights and obligations..., everyone is entitled to a fair... hearing within a reasonable time by [a]... tribunal..." ##### A. The Chamber judgment 17. In its judgment of 14 June 2007 the Chamber found that the public prosecutor at the Court of Cassation had upheld the Criminal Court's decision after a full examination of the case, espousing the reasoning of that court. It held that, having regard to the circumstances of the case and in particular the straightforward nature of the dispute and the clear findings of the Criminal Court, there had been no violation of Article 6 § 1 of the Convention. ##### B. The parties' submissions ###### 1. Applicability ratione materiae of Article 6 § 1 18. The Government submitted, as they had done before the Chamber, that Article 6 § 1 was not applicable in the present case for two reasons. First, they argued that the applicant's behaviour throughout the criminal proceedings showed that her purpose in joining the proceedings as a civil party was primarily to obtain the defendant's conviction. The Government noted in this connection that, before the Athens Criminal Court, the applicant had merely claimed the symbolic amount of 1,000 drachmas (about three euros), without prejudice to the satisfaction of all her civil rights before the civil courts. The Government added that, in acquitting the defendant, the Athens Criminal Court had refused to decide on the applicant's civil claims. Accordingly, the sole purpose of her request to the public prosecutor at the Court of Cassation was to support the criminal charge and to have the Criminal Court's acquittal reversed, not to assert any civil right before a criminal court. For the Government, those facts left no doubt that the applicant had decided to join the proceedings as a civil party primarily in order to obtain the defendant's conviction and not for the protection or reparation of her civil rights. Referring to the case of Perez v. France ([GC], No. 47287/99, §§ 70 - 71, ECHR 2004-I), they observed that the Convention did not guarantee the right to "private revenge". Secondly, the Government argued that Article 6 § 1 was not applicable in the present case as the civil party's request to the public prosecutor at the Court of Cassation could not, in their opinion, be characterised as a remedy. In particular, they asserted that Article 506 of the Code of Criminal Procedure did not grant a civil party the right to appeal on points of law. On this point the Government also referred to Article 463 of the Code of Criminal Procedure: "Remedies may be used solely by persons who are expressly afforded such right by law". For the Government, the public prosecutor was by no means obliged to justify his decision not to accept the request, since there was no right to appeal on points of law under domestic law and, moreover, no such right could be relied upon against statutory provisions on the basis of any particular judicial practice. The lodging of an appeal on points of law fell exclusively within the public prosecutor's discretion. 19. The applicant submitted, first, that in joining the proceedings as a civil party she had claimed a certain sum. However symbolic that sum might have been, Article 6 § 1 was applicable in the present case because her application to join the proceedings as a civil party also had an economic aspect, in accordance with the principle set out in Perez (cited above). In addition, the applicant observed that, according to a longstanding and established domestic practice, the civil party was entitled to request the public prosecutor to appeal on points of law and could always expect a reply. Judicial practice thus confirmed the possibility for the civil party to appeal on points of law indirectly, that is to say through the intermediary of the public prosecutor at the Court of Cassation. The applicant added that the argument that her request to the public prosecutor did not concern a "civil right" was contrived, since that act was part of a whole set of proceedings in which she had participated, among other reasons, to obtain compensation. She pointed out that, under Article 513 of the Code of Criminal Procedure, if the public prosecutor granted the civil party's request to lodge an appeal on points of law, the civil party was also summoned to appear before the Court of Cassation and to take part in the proceedings thus reopened. Lastly, she observed that the case-law of the Court itself, as developed in other Greek cases, recognised as a "remedy" the request to the public prosecutor at the Court of Cassation and, accordingly, the applicability of Article 6 § 1 of the Convention in such cases. ###### 2. Merits 20. The applicant submitted that, when the domestic legal order provided a litigant with a remedy, the State had an obligation to ensure that he or she enjoyed the fundamental guarantees of Article 6. She alleged that, according to the Court's case-law concerning Greek cases of the same kind, the public prosecutor was obliged to give reasons for his decisions, such obligation implying that the injured party could expect his or her principal claims to be dealt with attentively. In the present case the applicant asserted that she had filed a request containing detailed arguments with the public prosecutor at the Court of Cassation, but that he had completely disregarded those arguments and rejected the request without giving any reasons whatsoever. Pointing out that the Convention enshrined rights that were not theoretical or illusory but practical and effective, she alleged that the total absence of reasoning in the decision of the public prosecutor at the Court of Cassation had made it impossible to verify that the decision was not improper or arbitrary. 21. The Government observed, first, that Article 139 of the Code of Criminal Procedure required reasoning only in orders made by public prosecutors. The rejection by the public prosecutor at the Court of Cassation of the applicant's request for an appeal on points of law was not, however, an order. Article 138 of that Code provided that public prosecutors made orders in the cases provided for by law at the pre-trial stage or during the court's recess. Accordingly, the Government contended that the refusal by the public prosecutor at the Court of Cassation to lodge an appeal on points of law in response to a request from the civil party did not need to contain reasoning, since it was not a judicial decision but an official note in which he expressed his preference not to use the remedy in question, this being left to his discretion. The Government added that, in any event, the public prosecutor's refusal in this case had been sufficiently reasoned. It being a simple libel and perjury case, it had been sufficient, in their opinion, for the public prosecutor to confirm the Criminal Court's decision merely by writing an observation on the applicant's letter. ###### 1. The Government's preliminary objections 22. It should be pointed out, first, that the Grand Chamber may examine issues relating to the admissibility of the application in so far as they concern complaints that were declared admissible by the Chamber (see {Uner} v. the Netherlands [GC], No. 46410/99, § 41, ECHR 2006-X, and K. and T. v. Finland [GC], No. 25702/94, § 141, ECHR 2001-VII). 23. In the present case, the Grand Chamber notes that the Court, in its decision on admissibility of 14 February 2006, declared admissible the complaints under Article 6 § 1 of the Convention concerning the length of the proceedings and the reasoning of the reply from the public prosecutor at the Court of Cassation. Moreover, the Government raised the same objections before the Chamber. In these circumstances the Grand Chamber finds it necessary to deal with those objections. (a) Civil nature of the proceedings 24. The Court reiterates that the Convention does not confer any right, as such, to have third parties prosecuted or sentenced for a criminal offence. To fall within the scope of the Convention such right must be indissociable from the victim's exercise of a right to bring civil proceedings in domestic law, even if only to secure symbolic reparation or to protect a civil right such as the right to a "good reputation" (see Perez, cited above, § 70). 25. The import of this case-law is that Article 6 § 1 of the Convention applies to proceedings involving civil-party complaints from the moment the complainant is joined as a civil party, unless he or she has waived the right to reparation in an unequivocal manner (see Perez, cited above, § 66). 26. In the present case the applicant applied for civil-party status, claiming a sum equivalent to about three euros, in criminal proceedings concerning charges of perjury and defamation. Accordingly, Article 6 § 1 is applicable, above all because the impugned proceedings involved the right to a "good reputation" (see Perez, cited above, §§ 70 - 71, and Schwarkmann v. France, No. 52621/99, § 41, 8 February 2005). Moreover, the proceedings had an economic aspect, on account of the sum - however symbolic - of about three euros which the applicant claimed in joining them as a civil party. Having regard to the foregoing, this preliminary objection of the Government must be dismissed. (b) Characterisation of the request to the public prosecutor 27. The Court observes that the Government contested the applicability of Article 6 § 1, arguing that the applicant's request to the public prosecutor at the Court of Cassation could not be characterised as a "remedy". The Court notes, however, that to be applicable Article 6 § 1 does not necessarily require the existence of a remedy that is formally recognised by law. That provision, under its "civil" head, is applicable when there is a dispute ("contestation") over a "right" which can be said, at least on arguable grounds, to be recognised under domestic law (see Vilho Eskelinen and Others v. Finland [GC], No. 63235/00, § 40, ECHR 2007-....). Such a dispute implies the existence of a disagreement (see Le Compte, Van Leuven and De Meyere v. Belgium, 23 June 1981, § 45, Series A No. 43) which must be genuine and serious; it may relate not only to the existence of a right but also to its scope and the manner of its exercise. Moreover, the outcome of the proceedings must be directly decisive for the "civil right in question" (see, among other authorities, Frydlender v. France [GC], No. 30979/96, § 27, ECHR 2000-VII, and Sporrong and {Lonnroth} v. Sweden, 23 September 1982, § 81, Series A No. 52). 28. In the present case, the Court has already acknowledged the civil nature of the proceedings in issue. It will accordingly examine the question whether the "dispute" element was still present when the applicant submitted her request to the public prosecutor at the Court of Cassation. 29. In this connection, the Court reiterates that the spirit of the Convention requires that this word should not be construed too technically and that it should be given a substantive rather than a formal meaning (see Le Compte, Van Leuven and De Meyere, cited above, § 45). Moreover, in assessing whether there is a dispute over a civil right, one must look beyond the appearances and the language used and concentrate on the realities of the situation (see, mutatis mutandis, Van Droogenbroeck v. Belgium, 24 June 1982, § 38, Series A No. 50) according to the circumstances of each case (see, mutatis mutandis, Roche v. the United Kingdom [GC], No. 32555/96, § 121, ECHR 2005-X). 30. On this point, the Court notes the particularity of the present case: the applicant's view is that the possibility of appealing on points of law through the intermediary of the public prosecutor at the Court of Cassation derives not from legislation but from an established judicial practice. This practice consists in recognition of the possibility for a civil party to request the public prosecutor at the Court of Cassation to appeal on points of law. Moreover, the public prosecutor is accustomed to replying, albeit in a summary manner, to such requests. The Government have not disputed the existence of such a practice. 31. The Court considers that, on account of that particularity and of a certain ambiguity as to the legal nature of the applicant's request, it is more appropriate to examine the real impact of her request by placing it in the context of the impugned proceedings as a whole. The Court will thus look at how the applicant's request fitted into the proceedings that began with her civil-party application with a view to obtaining compensation. In other words, it will seek to ascertain whether the initiative in question was an integral part of the civil-party application procedure and whether it was thus directly related to the initial "dispute". For that purpose the Court must examine the role of the judicial practice in question, having regard in particular to domestic law. 32. In this connection, the Court reiterates that it has always attached a certain importance to judicial practice in the context of Article 6 § 1. Thus, in its case-law on equality of arms, it has often taken judicial practice into account in examining the compatibility of domestic law with Article 6 § 1. It did so in particular in its Reinhardt and {Slimane-Kaid} v. France judgment (31 March 1998, § 106, Reports of Judgments and Decisions 1998-II), where it took the view that the practice of sending notes to the court in deliberations could remedy the parties' inability to respond to the advocate-general's submissions, provided the latter informed the parties' lawyers of the tenor of his submissions before the day of the hearing. 33. The Court took the same position in the cases of Meftah and Others v. France ([GC], Nos. 32911/96, 35237/97 and 34595/97, ECHR 2002-VII) and Voisine v. France (No. 27362/95, 8 February 2000). In addition, in the case of Wynen v. Belgium (No. 32576/96, ECHR 2002-VIII), it further referred to the practice before the Belgian Court of Cassation whereby the parties and their counsel could request the registry of that court to inform them in writing of the date of the hearing or to provide them with that information by telephone. The Court found that it was not unreasonable to require appellants to the Court of Cassation to avail themselves of these additional notification arrangements. 34. Having regard to the foregoing, the Court considers that it would be more faithful to the reality of the domestic legal order to take into consideration the practice in question and to accept that the applicant's request to the public prosecutor was a logical part of her challenge to the judgment in which her claim for compensation as a civil party had been rejected. In other words, her request to the public prosecutor at the Court of Cassation was made in the same context and pursued the same aim as her previous application to be joined to the proceedings as a civil party. In addition, the Court observes that if the public prosecutor at the Court of Cassation had lodged an appeal on points of law, the applicant's request would have been inextricably linked to the subsequent proceedings. It can be seen from Article 513 § 1 of the Code of Criminal Procedure that if the public prosecutor had acceded to her request by lodging his own appeal on points of law, the applicant would have been summoned to appear before the Court of Cassation as a "party to the proceedings". 35. In the Court's view, it would be artificial, in these circumstances, to deny that the applicant's request to the public prosecutor arose from a real "dispute", since the request formed an integral part of the whole of the proceedings that the applicant had joined as a civil party with a view to obtaining compensation. 36. Consequently, the applicant's request to the public prosecutor at the Court of Cassation related to a "dispute over a civil right" for the purposes of Article 6 § 1. The Government's preliminary objection should therefore be dismissed. ###### 2. The merits 37. The Court reiterates that Article 6 § 1 of the Convention obliges courts to give reasons for their decisions, but cannot be understood as requiring a detailed answer to every argument. The extent to which this duty applies may vary according to the nature of the decision. It is moreover necessary to take into account, inter alia, the diversity of the submissions that a litigant may bring before the courts and the differences existing in the Contracting States with regard to statutory provisions, customary rules, legal opinion and the presentation and drafting of judgments. That is why the question whether a court has failed to fulfil the obligation to state reasons, deriving from Article 6 § 1, can only be determined in the light of the circumstances of the case (see, among many other authorities, Ruiz Torija v. Spain, 9 December 1994, § 29, Series A No. 303-A, and Van de Hurk v. the Netherlands, 19 April 1994, § 61, Series A No. 288). 38. In the present case the Court notes that, when an acquittal has been decided, under domestic law the civil party is not, in principle, entitled to appeal directly on points of law or to seek redress from the public prosecutor at the Court of Cassation. The Court has nevertheless acknowledged that the existence of an established judicial practice cannot be disregarded in this case and that, in view of the specific features of the applicant's request to the public prosecutor at the Court of Cassation, Article 6 § 1 of the Convention is applicable. That same practice should be taken into account in assessing the extent of the reasoning to be given by the public prosecutor in his reply. 39. The Court has already observed that the public prosecutor is accustomed to responding, albeit in a summary manner, to requests from the civil party to appeal on points of law. In practice, the civil party draws the public prosecutor's attention to certain specific circumstances of the case, while the prosecutor remains free to take his decision after weighing up the arguments submitted. 40. Moreover, it should be noted that, under Article 506 of the Code of Criminal Procedure, a "positive" decision by a public prosecutor is not addressed to the civil party but gives rise to the prosecutor's own appeal on points of law. Similarly, a "negative" decision means that the public prosecutor declines to lodge an appeal on points of law himself. The Court further notes that, contrary to the applicant's assertions, no particular obligation to give reasons arises from the relevant domestic law, because the response of the public prosecutor at the Court of Cassation to the applicant's request was not issued in the form of an "order" within the meaning of Articles 138 and 139 of the Code of Criminal Procedure (see paragraph 15 above). 41. Lastly, the Court observes that, as regards the preliminary procedure for the examination and admission of appeals on points of law by an organ operating within the Court of Cassation, it has previously acknowledged that an appellate court is not required to give more detailed reasoning when it simply applies a specific legal provision to dismiss an appeal on points of law as having no prospects of success, without further explanation (see {Sale} v. France, No. 39765/04, § 17, 21 March 2006, and Burg and Others v. France (dec.), No. 34763/02, ECHR 2003-II). The Court considers that the same principle may apply in the case of a public prosecutor at the Court of Cassation who is requested by the civil party to lodge an appeal on points of law in his own name. 42. To sum up, the handwritten note placed on the applicant's request simply gives information about the discretionary decision taken by the public prosecutor. Seen from that perspective, and having regard to the existing judicial practice, the public prosecutor does not have a duty to justify his response but only to give a response to the civil party. To demand more detailed reasoning would place on the public prosecutor at the Court of Cassation an additional burden that is not imposed by the nature of the civil party's request for him to appeal on points of law against an acquittal. The Court therefore considers that, by indicating that "[t]here [were] no legal or well-founded grounds of appeal to the Court of Cassation", the public prosecutor gave sufficient reasons for his decision to reject the request. Having regard to the foregoing, there has been no violation of Article 6 § 1 of the Convention. 43. The applicant alleged that the length of the impugned proceedings had entailed a breach of the "reasonable time" requirement. She relied on Article 6 § 1 of the Convention, which reads as follows: "In the determination of his civil rights and obligations... everyone is entitled to a... hearing within a reasonable time by [a]... tribunal..." 44. The Chamber found in the present case that the length of the proceedings had been excessive and that there had been a violation of Article 6 § 1. 45. The Court notes that the applicant's request for referral to the Grand Chamber concerned only that part of the Chamber judgment that related to the complaint concerning the fairness of the impugned proceedings. However, given that the case referred to the Grand Chamber necessarily embraces all aspects of the application previously examined by the Chamber in its judgment (see Sisojeva and Others v. Latvia [GC], No. 60654/00, § 61, ECHR 2007-...), it is also appropriate to examine the complaint about the length of the proceedings. 46. For the reasons set out by the Chamber, the Court considers that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention in respect of the length of the proceedings as a whole. 47. Article 41 of the Convention provides: "If the Court finds that there has been a violation of the Convention or the Protocols thereto, and if the internal law of the High Contracting Party concerned allows only partial reparation to be made, the Court shall, if necessary, afford just satisfaction to the injured party." ##### A. Chamber judgment 48. In its judgment, the Chamber considered that the applicant had clearly sustained non-pecuniary damage because the length of the impugned proceedings had exceeded a "reasonable time", and that it was therefore appropriate to award her compensation. Ruling on an equitable basis, it awarded 4,000 euros (EUR) to the applicant under this head, plus any tax that might be chargeable. It also awarded the applicant EUR 2,300 for costs and expenses, plus any tax that might be chargeable. ##### B. The parties' submissions 49. In respect of the non-pecuniary damage the applicant alleged she had sustained on account of the length and unfairness of the proceedings, she claimed EUR 7,500 and EUR 10,000 respectively. She also claimed EUR 7,000 for the costs and expenses incurred in the proceedings before the Court. She produced two invoices for a total amount of EUR 2,300 corresponding to the fees she had already paid for her representation before the Court. 50. The Government did not comment on this matter. ###### 1. Non-pecuniary damage 51. The Grand Chamber points out that its finding of a violation of the Convention resulted exclusively from a breach of the applicant's right to a hearing within a "reasonable time". In those circumstances, it does not see any causal link between the violation found and any non-pecuniary damage the applicant may have suffered as a result of the alleged unfairness of the proceedings in question. The claims under that head should therefore be dismissed. It considers, however, that the applicant clearly sustained non-pecuniary damage in respect of her right to a hearing within a reasonable time. Ruling on an equitable basis, it awards her, like the Chamber, EUR 4,000 for non-pecuniary damage, plus any tax that may be chargeable on that sum. ###### 2. Costs and expenses 52. The Court reiterates that costs and expenses will not be awarded under Article 41 unless it is established that they were actually and necessarily incurred and are also reasonable as to quantum (see Iatridis v. Greece (just satisfaction) [GC], No. 31107/96, § 54, ECHR 2000-XI). Ruling on an equitable basis, and in consideration of the fact that the applicant did not submit any specific claim for the costs and expenses she had incurred in the proceedings before it, the Grand Chamber, like the Chamber, awards her EUR 2,300 in respect of costs and expenses, plus any tax that may be chargeable to the applicant on that sum. ###### 3. Default interest 53. The Court considers it appropriate that the default interest should be based on the marginal lending rate of the European Central Bank, to which should be added three percentage points. 1. Dismisses unanimously the Government's preliminary objection that Article 6 § 1 is inapplicable because the proceedings in issue were not of a civil nature; 2. Dismisses by eleven votes to six the Government's preliminary objection that Article 6 § 1 is inapplicable on account of the characterisation of the applicant's request to the public prosecutor at the Court of Cassation; 3. Holds by thirteen votes to four that there has been no violation of Article 6 § 1 of the Convention in respect of the fairness of the proceedings; 4. Holds unanimously that there has been a violation of Article 6 § 1 of the Convention in respect of the length of the proceedings; 5. Holds unanimously (a) that the respondent State is to pay the applicant, within three months: (i) EUR 4,000 (four thousand euros), plus any tax that may be chargeable, in respect of the non-pecuniary damage caused by the length of the proceedings; (ii) EUR 2,300 (two thousand three hundred euros), plus any tax that may be chargeable to the applicant, in respect of costs and expenses; (b) that from the expiry of the above-mentioned three months until settlement simple interest shall be payable on the above amounts at a rate equal to the marginal lending rate of the European Central Bank during the default period plus three percentage points; 6. Dismisses unanimously the remainder of the applicant's claim for just satisfaction. Done in English and in French, and delivered at a public hearing in the Human Rights Building, Strasbourg, on 20 March 2009.
Nicolas BRATZA
President Vincent BERGER
Jurisconsult
In accordance with Article 45 § 2 of the Convention and Rule 74 § 2 of the Rules of Court, the following opinions are annexed to this judgment: (a) separate opinion of Judges Zagrebelsky, Hajiyev, Jaeger, {Bjorgvinsson}, Villiger and {Berro-Lefevre}; (b) partly dissenting opinion of Judge Casadevall; (c) partly dissenting opinion of Judge Malinverni joined by Judge {Sajo}; (d) partly dissenting opinion of Judge Kalaydjieva.
N.B. V.B.
**SEPARATE OPINION OF JUDGES ZAGREBELSKY, HAJIYEV,**
**JAEGER, {BJORGVINSSON}, VILLIGER AND {BERRO-LEFEVRE}** (Translation)
We voted with the majority in favour of finding that there had not been a violation of Article 6 as regards the complaint about a lack of reasoning in the reply of the public prosecutor at the Court of Cassation to the applicant's request for an appeal on points of law. We are of the view, however, that there was no "dispute" over a civil right, as required for the purposes of Article 6 § 1, and that this Article should not therefore have been found applicable in the circumstances. We wish to clarify our views on that particular question. It is clear from the relevant legislation that the quashing of a judgment can be sought by a civil party only in a limited number of situations, which evidently do not include that of the present case. In particular, under Article 505 § 1 of the Code of Criminal Procedure, a civil party is entitled to appeal on points of law against a conviction only in respect of that part of the judgment in which he or she is awarded damages or is recognised as being entitled to compensation, or in which his or her claims have been dismissed as being without legal basis. Under Article 506 of that Code, the quashing of an acquittal may be sought by the complainant only if he or she has been ordered to pay costs. To be sure, the relevant legislation is supplemented by judicial practice: the public prosecutor takes into account requests from civil parties and is accustomed to replying in a summary manner to their letters asking him to appeal on points of law. We are nevertheless of the view that the majority should not have found Article 6 applicable simply on the basis of this practice, however established it may be, that runs counter to the provisions of legislation. If indeed such a practice, whereby the public prosecutor at the Court of Cassation responds to the civil party's request in the event of an acquittal, were to be regarded as creating a remedy available to the civil party, that would be incompatible with the clear and precise applicable law recognising the civil party's right to appeal on points of law only in the situation provided for in Article 506 of the Code of Criminal Procedure, which is not relevant to the present case. Consequently, the applicant's request to the public prosecutor cannot be regarded as a "remedy" but rather as a means of inviting or urging him to lodge his own appeal on points of law. It is not appropriate for an international court to infer, from the limited practice of answering letters, the much broader effects of a legal action, especially where the law enumerates an exclusive list of situations in which such legal action is available. For the foregoing reasons we consider that the complaint concerning the lack of reasoning in the public prosecutor's reply to the applicant was incompatible ratione materiae with the provisions of the Convention.
(Translation)
1. I voted with the majority in finding a violation of Article 6 § 1 on account of the length of the proceedings. However, I do not share their view as regards the fairness of the proceedings in connection with the public prosecutor's unreasoned rejection of the applicant's request that he appeal on points of law (by means of a mere handwritten note stating "There are no legal or well-founded grounds of appeal to the Court of Cassation"). The reasons for my disagreement are as follows. 2. The Court has observed on a number of occasions that "[w]hen the domestic legal order provides an individual with a remedy, such as a criminal complaint with an application to join the proceedings as a civil party, the State has a duty to ensure that the person using it enjoys the fundamental guarantees of Article 6" (see Anagnostopoulos v. Greece, No. 54589/00, § 32, 3 April 2003). In the present case, the right to appeal on points of law derived not from legislation but from an established and undisputed judicial practice (see paragraph 30 of the judgment). Furthermore, the applicant's request to the public prosecutor at the Court of Cassation "was made in the same context and pursued the same aim as her previous application to be joined to the proceedings as a civil party" (see paragraph 34 of the judgment). 3. Accordingly, since the Court found that the applicant's request concerned the "determination of ... civil rights" and that the said Article was therefore applicable, I find it difficult to accept, on the basis of the same considerations and the same logic, that the public prosecutor's reasoning - in rejecting that request - was in fact sufficient. 4. Starting from the principle that Article 6 § 1 of the Convention obliges courts to give reasons for their decisions (see, among other authorities, Van de Hurk v. the Netherlands, 19 April 1994, § 61, Series A No. 288), the Court has previously developed unambiguous case-law about the practice whereby Greek public prosecutors reject requests from individuals for appeals on points of law by means of terse, and therefore completely unreasoned, handwritten notes. Without claiming to be exhaustive, I would cite three recent cases - Alija v. Greece, No. 73717/01, 7 April 2005, Gorou v. Greece (No. 4), No. 9747/04, 11 January 2007 and Markoulaki v. Greece (No. 1), No. 44858/04, 26 July 2007 - which raise exactly the same question as in the present case and where the Court found that there had been a violation of Article 6 § 1 in respect of the fairness of the proceedings. 5. The judgment in the case referred to the Grand Chamber, which concerned the same applicant, Mrs Gorou, as the second of the three judgments cited above, but this time finding that there had been no violation, is dated 14 June 2007 and was thus delivered between the last two of those judgments, after Gorou (No. 4) and before Markoulaki (No. 1). Incomprehensibly, the Chamber thus changed tack in June (perhaps accidentally?), only to revert to its previous course in July. 6. In addressing the question whether the public prosecutor at the Court of Cassation had to give reasons in replying to requests for an appeal on points of law, the Court's three above-mentioned judgments answered in the affirmative and found that there had been a violation of Article 6 § 1, explaining that this obligation derived from Article 139 of the Greek Code of Criminal Procedure and that "the reply to the applicant's request was not left to the public prosecutor's discretion" (see Alija, cited above, § 22, and Gorou (No. 4), cited above, § 22) or that "the public prosecutors in question were supposed to have given reasons in their replies to the applicant's requests, even though the use of the remedies in question fell within their discretion" (see Markoulaki (No. 1), cited above, § 23). 7. Now the Grand Chamber has answered this question in the negative and has not found a violation, in accordance - it states - with Articles 138 and 139 of the Code of Criminal Procedure (the same Articles of the same Code), after observing that "the response of the public prosecutor at the Court of Cassation to the applicant's request was not issued in the form of an "order" (see paragraph 40 of the judgment). 8. The Grand Chamber decided to endorse the Chamber's departure from case-law. In the absence of explanation, I fail to understand what reason, serious question or legal interest there is to justify this step backwards by the Court. It is clear that the Court, in its previous judgments, could have adopted a different approach to the issue - perhaps a less demanding or less formalistic one - but once it has decided to extend individuals' rights in a particular aspect of the right to a fair hearing, it should not - unless there has been a manifest mistake - reverse its decision. Acquired rights in the cause of human rights are at least as precious as acquired rights in other branches of the law and therefore the principle of non-regression must prevail. 9. In this connection I am reminded of the "standstill" technique. Also known as the "ratchet mechanism", preventing a cogwheel from turning back once it has moved forward, the principle has been developed, particularly in legal opinion, in connection mainly with acquired social rights. It is the principle whereby the legislature is supposed not to pass laws that would have the effect of lowering a level of social protection already achieved. **PARTLY DISSENTING OPINION OF JUDGE MALINVERNI JOINED**
**BY JUDGE {SAJO}** (Translation)
1. I voted with the majority in favour of finding Article 6 applicable in the present case. However, I am not able to follow the majority in their finding that there was no violation of that Article. 2. Indeed, I have never understood why the Chamber, departing from the Court's previous case-law (see Anagnostopoulos v. Greece, No. 54589/00, 3 April 2003 <*>; Alija v. Greece, No. 73717/01, 7 April 2005; Gorou v. Greece (No. 4), No. 9747/04, 11 January 2007; and Markoulaki v. Greece (No. 1), No. 44858/04, 26 July 2007 <**>), held in its judgment of 14 June 2007 that there had not been a violation of Article 6. --- <*> In its Anagnostopoulos judgment (§ 32) the Court found as follows: "When the domestic legal order provides an individual with a remedy, such as a criminal complaint with an application to join the proceedings as a civil party, the State has a duty to ensure that the person using it enjoys the fundamental guarantees of Article 6". <**> Rather curiously, the Markoulaki judgment was delivered a few weeks after the Gorou (No. 2) Chamber judgment. 3. That departure from case-law was all the more difficult to justify as the Court's earlier judgments had not been challenged by the respondent Government, at least not formally, for example by means of a request for referral to the Grand Chamber. It is also surprising in the sense that, as a rule, the Court departs from case-law in order to afford better protection to individuals. Here the opposite is true. Not only is the Court now of the opinion that there is no violation of Article 6 in this type of case, but a minority of judges (see the joint dissenting opinion) have even gone so far as to deny the applicability of the provision. The present judgment thus constitutes a step backwards in the protection of fundamental rights that I find both difficult to understand and regrettable. 4. In my opinion, the public prosecutor's refusal was insufficiently reasoned. The applicant had in fact requested him to appeal on points of law against the judgment of the Athens Criminal Court on the ground that it had not given sufficient reasons for its findings. The question that the applicant sought to submit to the adjudication of the Court of Cassation was thus an eminently legal one: namely, whether that judgment contained sufficient reasoning. 5. In Greece, appeals to the Court of Cassation are subject to the discretion of the public prosecutor at that court, by whom they are filtered. In the present case, the dismissal of the applicant's request was notified in a terse handwritten comment on her actual letter: "There are no legal or well-founded grounds of appeal to the Court of Cassation". These few words fall below the requisite standard of reasoning under Article 6 in a number of respects. 6. First, although it is true that, under Greek law, appeals to the Court of Cassation are subject to the public prosecutor's discretion, it should nevertheless be pointed out that any authority which has such power is not thereby absolved from the duty of giving reasons for its decisions, as otherwise it could quite easily slide into arbitrariness. 7. In this perspective the public prosecutor's handwritten note is doubly deficient. In commenting that there were "no legal grounds of appeal to the Court of Cassation" the public prosecutor should at least have indicated the legal provisions to which he was referring. This is the least that could have been expected. And in stating that there were "no well-founded grounds of appeal to the Court of Cassation" he should have given, even if only in summary form, the reasons why the applicant's request was not well-founded. 8. Furthermore, according to the Court's established case-law on Article 6, judgments of courts and tribunals should adequately state the reasons on which they are based (see Van de Hurk v. the Netherlands, 19 April 1994, § 61, Series A No. 288, and {Garcia} Ruiz v. Spain [GC], No. 30544/96, § 26, ECHR 1999-I). Admittedly, the extent of the reasoning may vary according to the nature of the decision and must be determined in the light of the circumstances of the case (see Ruiz Torija v. Spain, 9 December 1994, § 29, Series A No. 303-A; Hiro Balani v. Spain, 9 December 1994, § 27, Series A No. 303-B; and Higgins and Others v. France, 19 February 1998, § 42, Reports of Judgments and Decisions 1998-I). 9. It is true that, when giving reasons for decisions, a public prosecutor is probably not bound by the same obligations as a judge. Nevertheless, in the present case the applicant was unable to ascertain the reasons for which she met with a refusal, even though her letter of request extended to six pages. This situation, in my opinion, is totally unsatisfactory. 10. I would observe lastly that, in terms of the form, the writing of a few words on the applicant's actual request showed a lack of respect towards her. A decision of such importance for the applicant should not only have been more detailed but, as to the form, should have been set out in a separate, typed document. The form of the public prosecutor's decision sits uneasily, in my opinion, with the seriousness that should be a hallmark of all judicial acts, and could even be regarded as capable of undermining the confidence that the public must have in the proper administration of justice. The Court's conclusion that Article 6 is applicable implies an expectation that the proceedings in question should be of a judicial nature and should afford the guarantees required by this provision at least to a certain minimum level. I voted with the majority in finding that Article 6 is applicable to the determination of the applicant's civil rights within criminal proceedings, but I was among the minority in finding that the absence of sufficient reasoning constituted a violation of that provision. I share the concerns of Judge Casadevall about the effect of the majority's conclusion that there was no violation of Article 6 on the development of the Court's findings in similar cases. I also concur with the view of Judge Malinverni that the absence of requisite content and form from a decision which puts an end to judicial proceedings may be seen as arbitrary and may shake public confidence in justice. In the present case the respondent Government argued that the applicant's request to a prosecutor may not be seen, in principle, as a remedy in respect of her complaints. I agree with this view. Indeed, the fact that the determination of the applicant's civil right to compensation is left to the discretion of a body which is not bound by procedural rules or requirements and which, furthermore, has no appellate jurisdiction, but acts as an intermediary between the applicant and the court, does not appear to be consonant with the institutional and procedural guarantees that are inherent in the judicial determination of a civil right. Having voted that Article 6 was applicable in these circumstances, I fail to see how proceedings of a non-remedial nature could meet the higher standards required by Article 6 as a matter of principle. I regard the length of these proceedings and the absence of minimum reasoning for their outcome as logical aspects of their non-judicial nature. ---