--- title: "Информация о Постановлении Африканского суда по правам человека и народов от 24.11.2017 по делу \"Ингабире Виктуар Умухоза (Ingabire Victoire Umuhoza) против Республики Руанда\" (дело N 003/2014)" number: "003/2014" issuer: "Африканский суд по правам человека и народов" issued_on: 2017-11-24 status: действует canonical: "https://bukva.ai/docs/postanovlenie-0032014" --- ## Информация о Постановлении Африканского суда по правам человека и народов от 24.11.2017 по делу "Ингабире Виктуар Умухоза (Ingabire Victoire Umuhoza) против Республики Руанда" (дело N 003/2014) # Информация о Постановлении Африканского суда по правам человека и народов от 24.11.2017 по делу "Ингабире Виктуар Умухоза (Ingabire Victoire Umuhoza) против Республики Руанда" (дело N 003/2014) Уголовное осуждение за предполагаемое отрицание геноцида в Руанде.
[неофициальный перевод]
**Ингабире Виктуар Умухоза против Республики Руанда**
**[Ingabire Victoire Umuhoza v. Republic of Rwanda]**
**(Дело N 003/2014)** **По материалам Постановления**
**Африканского суда по правам человека и народов**
**от 24 ноября 2017 года**
Уголовное осуждение за предполагаемое отрицание геноцида в Руанде. ## ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА Заявительница, лидер оппозиционной политической партии в Руанде, вернулась в страну в 2010 году, проведя почти 17 лет за границей. Вскоре после этого она была задержана и в октябре 2012 года осуждена за террористические преступления и за отрицание геноцида. Ее жалоба в Верховный суд не дала результатов. В своей жалобе в Африканский суд по правам человека и народов (далее - Африканский суд) заявительница ссылалась на различные нарушения Африканской [хартии](https://bukva.ai/docs/afrikanskaya-hartiya-prav-cheloveka-i-narodov/statya-1) прав человека и народов (далее - Хартия). ## ВОПРОСЫ ПРАВА [Статья 9](https://bukva.ai/docs/afrikanskaya-hartiya-prav-cheloveka-i-narodov/statya-9#p100042) Хартии (свобода выражения мнения). Право на свободу выражения мнения является одним из фундаментальных прав, защищаемых международным правом прав человека. Однако оно не является абсолютным и при определенных обстоятельствах может подвергаться ограничениям. Не оспаривалось, что осуждение и наказание заявительницы составляло ограничение ее свободы выражения мнения. Вопрос заключался в том, было ли ограничение предусмотрено законом, отвечало ли оно правомерной цели, и было ли оно необходимым и пропорциональным при обстоятельствах дела. Африканский суд отметил, что некоторые положения соответствующего законодательства облечены в широкие и общие формулировки и могли быть предметом различных толкований. Однако принимая во внимание природу преступлений, которые было затруднительно точно определить, и пределов усмотрения, которыми пользуется государство-ответчик при определении и запрете преступных действий в своем законодательстве, он пришел к выводу о том, что оспариваемые законы предоставляли лицам адекватное предупреждение, позволявшее предвидеть и адаптировать свое поведение по отношению к установленным нормам. Преступления, за которые заявительница была осуждена, имели тяжкий характер и потенциально тяжелые последствия для государственной безопасности, и в качестве такового ограничение служило правомерной цели защиты национальной безопасности и общественного порядка. Ограничения, введенные для осуществления свободы выражения мнения, должны быть строго необходимы в демократическом обществе и пропорциональны преследуемым правомерным целям. Некоторые формы выражения, например, политические выступления, в частности, когда они направлены против государства-ответчика и государственных должностных лиц или используются лицами со специальным статусом, такими как публичные фигуры, заслуживают большей степени терпимости, чем другие. Руанда пережила наиболее жестокий геноцид в новейшей истории человечества, что признано международным сообществом. Следовательно, является оправданной обязанность властей государства-ответчика принимать все меры по содействию социальной сплоченности и согласию народа и по препятствию совершению аналогичных деяний в будущем. Государство обязано обеспечить соблюдение законодательства в этом отношении. Хотя было совершенно правомерным введение государством законов о минимизации масштаба, пропаганде или отрицании геноцида, данные законы не должны применяться за счет прав и свобод лиц способом, не учитывающим международные правозащитные стандарты. Важно, чтобы ограничения фундаментальных прав и свобод граждан были обусловлены конкретным контекстом каждого дела и природой действий, которые считаются обусловившими такие ограничения. Высказывания заявительницы, которые, как утверждалось, были сделаны по разным поводам, относились к двум группам: замечаниям, сделанным относительно геноцида [<*>](#p100014) и направленным против государства-ответчика. --- <*> Например: "Мы чтим у этого мемориала тутси жертв геноцида, имеются также хуту, которые были жертвами преступлений против человечности и военных преступлений, которых не вспоминают и не чтут здесь". Как в любой стране, пережившей геноцид, данный вопрос был весьма чувствительным, и мнения или комментарии относительно геноцида не могли рассматриваться так же, как мнения, высказанные по другим темам. Заявления, отрицавшие или минимизировавшие масштаб или последствия геноцида или недвусмысленно инсинуировавшие это, не относятся к сфере правомерного осуществления права на свободу выражения мнения и должны быть запрещены законом. Что касается утверждения о том, что замечания заявительницы распространяли теорию "двойного геноцида" [<*>](#p100017), ничто в ее замечаниях не свидетельствовало о том, что она распространяет это мнение. Ясно, что заявительница признавала геноцид против тутси и не утверждала, что геноцид осуществлялся против хуту. Во внутригосударственном приговоре признавалось, что ее заявления не относились к геноциду против хуту, но в нем была ссылка на контекст, в котором они были сделаны. В этой связи контекст сделанных заявлений мог придавать иное значение обычному содержанию, которое они передавали. Однако высказывания заявительницы были недвусмысленно ясными, и при таких обстоятельствах введение серьезных ограничений, как уголовные наказания, только на основании контекста могло создать атмосферу, в которой граждане не могли свободно реализовывать свое право на свободу выражения мнения. --- <*> Национальная комиссия по борьбе против геноцида, вступившая в дело в качестве amicus curiae, утверждала, что теория "двойного геноцида" являлась способом отрицания заявительницей геноцида, осуществлявшегося в 1994 году против тутси в Руанде, и что теория двойного геноцида имела целью трансформировать геноцид против тутси 1994 года в межэтническую резню для реабилитации виновных, их сообщников и сторонников. Вторая группа высказываний, допущенных заявительницей, содержала серьезную критику против властей государства-ответчика и публичных должностных лиц. Хотя некоторые ее замечания могли казаться оскорбительными, они относились к тому виду, который допустим в демократическом обществе и поэтому должен быть терпим, особенно если он исходит от публичной фигуры, такой как заявительница. Не имеется данных, свидетельствующих о том, что ее высказывания вызвали распри, общественное возмущение или создали любую иную угрозу для безопасности государства или общественного порядка. ## ПОСТАНОВЛЕНИЕ По делу допущено нарушение требований [Хартии](https://bukva.ai/docs/afrikanskaya-hartiya-prav-cheloveka-i-narodov/statya-1). Африканский суд также установил, что по делу требования [статьи 7](https://bukva.ai/docs/afrikanskaya-hartiya-prav-cheloveka-i-narodov/statya-7#p100033) Хартии (право на справедливое судебное разбирательство) нарушены не были. Компенсация. Вопрос не готов к рассмотрению. ---