Письмо ФНС России от 28.12.2017 № ГД-4-14/26814@

<О направлении «Обзора судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 4 (2017)»>

МИНИСТЕРСТВО ФИНАНСОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ФЕДЕРАЛЬНАЯ НАЛОГОВАЯ СЛУЖБА

ПИСЬМО

от 28 декабря 2017 г. № ГД-4-14/26814@

Федеральная налоговая служба в целях формирования положительной судебной практики направляет «Обзор судебной практики по спорам с участием регистрирующих органов № 4 (2017)» (далее — Обзор).

Управлениям ФНС России по субъектам Российской Федерации довести данное письмо и прилагаемый к нему Обзор до нижестоящих территориальных органов ФНС России для руководства и применения в работе.

Действительный государственный советник Российской Федерации 2 класса Д. Ю. Григоренко

Приложение

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО СПОРАМ С УЧАСТИЕМ РЕГИСТРИРУЮЩИХ ОРГАНОВ № 4 (2017)

1. По вопросу оспаривания решений об отказе в государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

1.1. Суд кассационной инстанции посчитал правомерными и обоснованными выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии нарушений прав и законных интересов заявителя оспариваемым отказом в государственной регистрации в связи с тем, что апостиль государства Вануату в заявлении о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, не соответствует требованиям Гаагской Конвенции от 05.10.1961.

По делу № А03-22808/2016 Д.В.О. обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением к Инспекции о признании незаконным решения от 23.06.2016 № 9537А об отказе в государственной регистрации изменений в сведения о юридическом лице, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), не связанных с внесением изменений в учредительные документы Общества, к Управлению о признании незаконным решения от 19.09.2016 № 07-19/11722@ об отказе в удовлетворении жалобы Д.В.О., как не соответствующих Федеральному закону от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Решением от 20.04.2017 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения постановлением от 04.07.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Заявитель, не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратился с кассационной жалобой, так как считает, что они приняты с нарушением норм материального и процессуального права, при несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Из материалов дела следует, что 16.06.2016 в регистрирующий орган по почте из г. Новосибирска представлен пакет документов, предусмотренных пунктом 2 статьи 17 Закона № 129-ФЗ: заявление по форме № Р14001 о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, а именно сведений о физическом лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, подписанное жительницей Порт-Вила, Вануату К.А., данная подпись заверена 01.06.2016 государственным нотариусом города Порт-Вила, Вануату Д.Л.Н., с приложением апостиля страны Вануату, подписанного неустановленным лицом (без расшифровки подписи) и удостоверенного в г. Порт-Вила в Министерстве иностранных дел проставлением тисненой печати (документы прошиты, пронумерованы, скреплены печатью нотариуса г. Новосибирска Б.Т.А., с переводом на русский язык страницы 8 заявления и апостиля); решение от 30.05.2016 № 4 адвоката М.С.В. от имени международной коммерческой компании «П.», действующего на основании доверенности от 25.11.2015, выданной директором Т.Б. указанной международной коммерческой компании «П.» как участника Общества, о снятии с должности директора Общества Д.В.О. с 31.05.2016 и назначении на должность директора Общества с 01.06.2016 иностранного гражданина К.А.; ксерокопия нотариального сертификата; ксерокопия удостоверения адвоката М.С.В.; никем не подписанное сопроводительное письмо с приложением разъяснений Федеральной налоговой службы России в ответ на запросы жителя г. Новосибирска С.А.С.

По результатам рассмотрения указанного пакета документов регистрирующий орган 23.06.2016 принял решение № 9537А об отказе в государственной регистрации изменений в содержащиеся в ЕГРЮЛ сведения о директоре Общества.

В обоснование отказа регистрирующий орган указал, что заявление о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, по форме № Р 14001 считается непредставленным, так как не соблюден нотариальный порядок представления формы документов, предусмотренный подпунктом «г» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, исходил из того, что регистрирующим органом при рассмотрении представленного Обществом заявления установлена недостоверность сведений, подлежащих внесению в ЕГРЮЛ, у него имелись предусмотренные законодательством основания для отказа в государственной регистрации по представленным документам.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции посчитал правомерными и обоснованными выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии нарушений прав и законных интересов заявителя оспариваемым отказом в государственной регистрации, в связи с тем, что апостиль государства Вануату в заявлении о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, не соответствует требованиям Гаагской Конвенции от 05.10.1961.

Согласно пункту 1.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ необходимые для государственной регистрации заявление, уведомление или сообщение представляются в регистрирующий орган по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, и удостоверяются подписью заявителя, подлинность которой должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке, если иное не установлено указанным пунктом.

Согласно пункту 14.2.05.53 письма Федеральной налоговой службы России от 31.01.2014 № СА-4-14/1645 «О направлении правовых позиций в сфере государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» документы (в том числе заявление о государственной регистрации), исходящие от органа или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции одного государства, подлежащие представлению на территории другого государства, в которых подлинность подписи заявителя засвидетельствована иностранным нотариусом, подлежат проставлению апостиля (если иностранный гражданин проживает на территории государства, ратифицировавшего Конвенцию, отменяющую требование легализации иностранных официальных документов, заключенную в Гааге 05.10.1961, или присоединившегося к ней) либо легализации в соответствии с Федеральным законом от 05.07.2010 № 154-ФЗ «Консульский устав Российской Федерации».

Поскольку Вануату и Российская Федерация являются участниками Гаагской конвенции 1961 года, а документы, представленные на государственную регистрацию, в том числе заявление по форме № Р14001 подписаны гражданкой Вануату, подлинность подписи которой засвидетельствована иностранным нотариусом, указанные документы подлежат удостоверению путем проставления апостиля в соответствии с положениями Конвенции.

Между тем, как следует из материалов дела, представленное Обществом заявление по форме № Р14001 о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, имеет апостиль не в соответствии с положениями Гаагской конвенции 1961 года.

Следовательно, такое заявление следует считать не соответствующим пункту 2 статьи 17 Закона № 129-ФЗ.

Довод заявителя в кассационной жалобе о наличии в ЕГРЮЛ записи о Д.В.О. как о руководителе Общества ущемляет его права на труд, поскольку может стать причиной для отказа в приеме на работу, подлежит отклонению. Данный довод был предметом рассмотрения в апелляционном суде, признан несостоятельным, поскольку положения устава Общества не содержат запрета единоличному исполнительному органу общества (руководителю) Общества заниматься любой иной деятельностью.

Кроме того, суд кассационной инстанции считает, что истец имеет возможность подать заявление о недостоверности сведений, внесенных в ЕГРЮЛ, по форме № Р34001, утвержденной приказом Федеральной налоговой службы от 11.02.2016 № ММВ-7-14/72@.

1.2. Несоответствие представленного в регистрирующий орган договора о присоединении положениям пункта 3.1 статьи 53 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» послужило основанием для отказа в удовлетворении заявления о признании недействительным решения об отказе в государственной регистрации юридического лица.

По делу № А45-1983/2017 общество с ограниченной ответственностью «П.», общество с ограниченной ответственностью «Н.» обратились в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением к Инспекции о признании недействительным решения от 06.10.2016 № 41839А, об обязании провести государственную регистрацию.

Решением от 19.04.2017 Арбитражного суда Новосибирской области в удовлетворении заявленных требований отказано.

Арбитражный суд апелляционной инстанции по основаниям, предусмотренным пунктом 4 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), определением от 28.06.2017 перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам, предусмотренным АПК РФ для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции, привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Т.».

Постановлением от 01.08.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции отменено, принят по делу новый судебный акт: в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационных жалобах, изложенных в одном документе, общество с ограниченной ответственностью «П.», общество с ограниченной ответственностью «Н.» и общество с ограниченной ответственностью «Т.» просили принятое постановление отменить, вынести новое решение.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены принятого по делу постановления суда.

Судами и материалами дела установлено следующее.

В связи с реорганизацией в форме присоединения общества с ограниченной ответственностью «Н.» к обществу с ограниченной ответственностью «Т.» лицом, действующим на основании нотариально удостоверенной доверенности, 06.10.2016 в Инспекцию представлены документы, в том числе договор о присоединении от 27.05.2016.

Заявителем при данном виде государственной регистрации выступал директор общества с ограниченной ответственностью «Н.»

Сообщения о реорганизации общества с ограниченной ответственностью «Н.» в форме присоединения к обществу с ограниченной ответственностью «Т.» опубликованы в журнале Вестник государственной регистрации от 29.06.2016 № 25, от 03.08.2016 № 30.

По итогам рассмотрения представленных документов регистрирующий орган пришел к выводу о том, что представленный договор о присоединении от 27.05.2016 не относится к надлежащим документам, необходимым для государственной регистрации, поскольку не содержит сведений об участниках присоединяемой организации, перешедших в результате реорганизации в состав участников общества с ограниченной ответственностью «Т.»

Инспекцией 13.10.2016 принято решение № 41839А об отказе в государственной регистрации в соответствии с подпунктом «а» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд, руководствуясь в том числе положениями статьи 53 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон № 14-ФЗ), статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), пришел к правильным выводам о законности и обоснованности решения Инспекции об отказе в государственной регистрации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в пункте 6.2 договора о присоединении от 27.05.2016 указано, что доля в уставном капитале присоединяемого общества (общества с ограниченной ответственностью «Н.») в размере 10 000 руб., принадлежащая его участнику обществу с ограниченной ответственностью «П.», переходит к основному обществу (общества с ограниченной ответственностью «Т.») и погашается при реорганизации. Общество с ограниченной ответственностью «Т.» за счет собственных средств выплачивает денежную компенсацию обществу с ограниченной ответственностью «П.» в размере 50 000 руб.

В пункте 4 договора о присоединении указано, что состав участников основного общества (общества с ограниченной ответственностью «Т.») в процессе реорганизации не меняется.

Суд пришел к выводу, что пункт 6.2 договора противоречит положениям пункта 3.1 статьи 53 Закона № 14-ФЗ, которыми определено, что при реорганизации подлежат погашению только те доли, которые принадлежат юридическим лицам — непосредственным участникам реорганизации.

Так, согласно пункту 3.1 статьи 53 Закона № 14-ФЗ при присоединении общества подлежат погашению:

• принадлежащие присоединяемому обществу доли в уставном капитале общества, к которому осуществляется присоединение;
• доли в уставном капитале присоединяемого общества, принадлежащие этому обществу;
• доли в уставном капитале присоединяемого общества, принадлежащие обществу, к которому осуществляется присоединение;
• принадлежащие обществу, к которому осуществляется присоединение, доли в уставном капитале этого общества.

Как правильно отмечено судом, указанная норма права четко определяет список случаев, при которых доли реорганизуемых юридических лиц подлежат погашению, и не содержит каких-либо исключений.

Согласно выпискам из Единого государственного реестра юридических лиц: — учредителями (участниками) присоединяемого юридического лица (общества с ограниченной ответственностью «Н.») являются общества с ограниченной ответственностью «Т.» (90% участия, номинальная стоимость доли 90 000 руб.) и общество с ограниченной ответственностью «П.» (10% участия, номинальная стоимость доли 10 000 руб.).

Исходя из указанных выше нормативных положений, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Н.», принадлежащая его участнику обществу с ограниченной ответственностью «П.», не может быть погашена в связи с реорганизацией в форме присоединения к обществу с ограниченной ответственностью «Т.», в связи с чем общество с ограниченной ответственностью «П.» должно войти в состав участников общества с ограниченной ответственностью «Т.» с учетом той доли, какая была у него в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Н.» до присоединения.

С учетом избранной формы реорганизации, когда присоединяющееся общество прекращает свое действие как юридическое лицо, требуется установление правовой судьбы прав его участников на принадлежащие им доли в уставном капитале присоединяющегося лица при утверждении договора о присоединении.

Учитывая изложенное, что в рамках настоящего дела в нарушение статьи 65 АПК РФ кассаторами, в том числе в кассационной жалобе, не изложены ссылки на имеющиеся в материалах дела доказательства, подтверждающие достижение участниками обоих обществ договоренностей о распределении долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Т.», суды обоснованно отклонили доводы заявителей о том, что договор о присоединении общества с ограниченной ответственностью «Н.» к обществу с ограниченной ответственностью «Т.» от 27.05.2016 не противоречит действующему законодательству.

1.3. При рассмотрении спора о признании недействительным решения об отказе в государственной регистрации юридического лица суды пришли к выводам о том, что обстоятельства, на которые ссылался регистрирующий орган в обоснование отказа в государственной регистрации, не свидетельствуют о представлении юридическим лицом недостоверных сведений, препятствующих регистрации изменений, вносимых в его учредительные документы, а также препятствующих осуществлению полноценного налогового контроля в отношении заявителя.

По делу № А27-2629/2017 Общество обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением к Инспекции о признании незаконным и необоснованным решения от 18.10.2016 № 17202А/2576 об отказе в государственной регистрации.

Решением от 20.04.2017 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным без изменения постановлением от 12.07.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда, заявленные требования удовлетворены.

В кассационной жалобе Инспекция, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, просила принятые по делу судебные акты отменить, вынести новое решение.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены принятых по делу судебных актов.

Судами и материалами дела установлено следующее.

11.10.2016 Инспекцией получены документы для государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы Общества, по результатам рассмотрения которых регистрирующим органом 18.10.2016 принято решение № 17202А/2576 об отказе в государственной регистрации.

Как следует из материалов дела, основанием для отказа в государственной регистрации послужило представление Обществом заявления о государственной регистрации, содержащего недостоверные сведения относительно нового участника Общества — ООО «Р.», поскольку в отношении одного из участников ООО «Р.», — ООО «У.», в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) содержатся недостоверные сведения об адресе (фактическое отсутствие данного лица по заявленному юридическому адресу) и его руководителе (директор К.В.В. умер 07.03.2016).

Суды, руководствуясь в том числе положениями статей 17, 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума от 30.07.2013 № 61 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица», в постановлении Президиума от 14.02.2006 № 12580/05, пришли к выводам о незаконности и необоснованности принятого регистрирующим органом решения, в связи с чем удовлетворили заявленные Обществом требования.

Формулируя указанные выводы, суды обоснованно исходили из того, что в рассматриваемом случае представленное Обществом в Инспекцию заявление о государственной регистрации изменений, вносимых в его учредительные документы, не содержит какой-либо информации, подлежащей внесению на основании указанного заявления в ЕГРЮЛ в отношении одного из участников ООО «Р», а именно, — ООО «У.», в связи с чем вопрос о наличии (отсутствии) исполнительного органа в ООО «У.», равно как и о фактическом месте нахождения данного юридического лица, не имеет правового значения для спорных правоотношений.

Кассационной инстанцией отклоняются доводы жалобы относительно фактического отсутствия у ООО «У.» единоличного исполнительного органа, поскольку судами правомерно отмечено, что исполнительным органом названной организации в спорный период являлся не только директор ООО «У.» К.В.С., но и исполнительный директор Б.О.В.; при этом закон безусловно не связывает возникновение либо прекращение полномочий единоличного исполнительного органа с фактом внесения в государственный реестр таких сведений.

Доводы кассационной жалобы относительно исполнительного органа и местонахождения ООО «У.» (участника ООО «Р.») не принимаются судом кассационной инстанции, поскольку не опровергают выводы судов, что данные обстоятельства не свидетельствуют о представлении Обществом недостоверных сведений, препятствующих регистрации изменений, вносимых в его учредительные документы, а также препятствующих осуществлению полноценного налогового контроля в отношении заявителя.

1.4. Ввиду того, что имеющие значение для правильного разрешения спора доводы регистрирующего органа о наличии обоснованных сомнений в принадлежности физическому лицу подписей в документах, представленных на государственную регистрацию прекращения деятельности присоединенного юридического лица, и представленные в их подтверждение доказательства, не получили надлежащей оценки судов первой и апелляционной инстанций, суд кассационной инстанции отменил обжалуемые судебные акты и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По делу № А13-12755/2016 ООО «А.» обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании недействительным решения Инспекции от 12.08.2016 № 13708А об отказе в государственной регистрации прекращения деятельности юридического лица — ООО «А.» при реорганизации в форме присоединения к ООО «А-а.» и обязании регистрирующего органа осуществить государственную регистрацию прекращения деятельности путем реорганизации в форме присоединения к ООО «А-а.».

Решением суда от 10.04.2017, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2017, заявление удовлетворено.

В кассационной жалобе Инспекция просила решение и постановление отменить, в удовлетворении требований ООО «А.» отказать.

Суд кассационной инспекции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела, 02.02.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись за государственным регистрационным номером 2163525107887 о нахождении ООО «А.» в процессе реорганизации в форме присоединения к ООО «А-а».

ООО «А.» 13.07.2016 подало в Инспекцию документы для государственной регистрации прекращения деятельности юридического лица при реорганизации в форме присоединения к ООО «А-а.», в том числе заявление по форме № Р16003 о внесении записи о прекращении деятельности присоединенного юридического лица.

Инспекция решением от 12.08.2016 отказала в удовлетворении заявления, сославшись на отсутствие в представленных документах достоверных сведений о лице, к которому осуществляется присоединение.

Кроме того, регистрирующий орган указал на отсутствие признаков ведения хозяйственной деятельности ООО «А-а.», использование ООО «А-а.» для массового присоединения к нему юридических лиц (по состоянию на 12.08.2016 более 50 юридических лиц находилось в стадии реорганизации в форме присоединения к этому обществу), непредставление заявителем пояснений причин реорганизации.

Удовлетворяя требования ООО «А.», суды указали, что представленные заявителем сведения являются достоверными, а отсутствие доказательств осуществления предпринимательской деятельности ООО «А-а.» не является законным основанием для отказа в регистрации реорганизации.

Как установлено судами, до 22.04.2016 ООО «А-а» находилось по адресу: 160000, г. Вологда, ул. Карла Маркса, д. 113, кв. 37, который был указан в сообщении о реорганизации юридического лица, опубликованном в «Вестнике государственной регистрации», по указанному адресу находился и единоличный исполнительный орган ООО «А-а»; с 22.04.2016 по 07.07.2016 ООО «А-а» располагалось в Вологде по адресу: ул. Солодунова, д. 12, кв. 60, а с 08.07.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись о смене места нахождения данного общества на новое по адресу: 162261, Вологодская обл., Харовский р-н, дер. Золотава, д. 26, оф. 1.

Суды признали достоверными сведения о нахождении ООО «А-а» по последнему адресу — в дер. Золотава исходя из того, что при проведении Инспекцией 21.07.2016 обследования было установлено, что по данному адресу находится нежилое деревянное здание, перед входом имеется вывеска ООО «А-а», указаны режим работы организаций и номер контактного телефона; на момент осмотра в помещении находилась представитель ООО «А-а» Н.Н.А., действующая по доверенности от 11.06.2016; а при осмотре 15.11.2016 — представитель ООО «А-а» Р.А.Е.; означенное помещение ООО «А-а» использует на основании договора аренды с собственником помещения Р.М.Ю.

Как отметили суды, из материалов дела не усматривается, что заявителем нарушен порядок реорганизации, неверно указано место нахождения юридического лица, к которому присоединялось реорганизуемое лицо, или по месту регистрации правопреемника отсутствует руководитель; приведенные Инспекцией обстоятельства не получили подтверждения в ходе судебного разбирательства и не формируют оснований, предусмотренных Федеральным закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» для вынесения решения об отказе в государственной регистрации.

Между тем суды не дали надлежащей правовой оценки доводам Инспекции о том, что из объяснений Р.Е.А., полученных Инспекцией и представленных в материалы дела, следует, что он не является лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа ООО «А-а», не может подтвердить факт подписания документов, представленных на регистрацию.

В суде первой инстанции Инспекция заявила ходатайство о назначении судебно-почерковедческой экспертизы с целью установления подлинности подписи директора ООО «А-а» Р.Е.А. на договоре о присоединении, заключенном между ООО «А.» и ООО «А-а» 25.01.2016; ходатайство заявлено с учетом означенных объяснений Р.Е.А., в том числе о том, что он не располагает информацией о деятельности названного общества.

Суд отклонил ходатайство, посчитав, что результаты экспертизы не будут иметь значения для принятия решения по существу спора. При этом суд принял во внимание, что Р.Е.А. возражал относительно доводов регистрирующего органа, подтвердил факт подписания договора о присоединении им лично и наличие договорных отношений с ООО «А.», направив в суд пояснения, подпись Р.Е.А. на которых заверена нотариусом.

В то же время суд не признал недопустимым доказательством объяснения Р.Е.А., представленные Инспекцией в подтверждение того обстоятельства, что Р.Е.А. фактически не является единоличным исполнительным органом ООО «А-а», не разрешил вопрос относительно противоречий в пояснениях Р.Е.А., не мотивировал, в связи с чем принимает одни объяснения данного лица и отвергает первоначальные — данные налоговому органу.

Не получили надлежащей оценки судов и доводы Инспекции о том, что подписи Р.Е.А. в представленных на регистрацию заявлениях от 01.04.2016, на договоре присоединения и на отзыве, представленном в судебное заседание, визуально отличаются от подписей названного лица в объяснениях в Инспекцию, полученных у него непосредственно

Согласно пунктам 1 и 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения должны быть указаны мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле. Суд был обязан проанализировать и дать оценку каждому доводу и доказательству, а также привести аргументы в подтверждение своих выводов.

Поскольку имеющие значение для правильного разрешения спора доводы Инспекции о наличии обоснованных сомнений в принадлежности Р.Е.А. подписей в документах, представленных на государственную регистрацию, и представленные в их подтверждение доказательства, не получили надлежащей оценки судов, обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

1.5. Непредставление налоговому органу справок 2-НДФЛ и документов по факту взаимоотношений с контрагентом само по себе не влияет на достоверность сведений, отраженных в ликвидационном балансе, и не может являться основанием для отказа в государственной регистрации ликвидации организации.

По делу № А60-10658/2017 Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения об отказе во внесении в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности юридического лица в связи с ликвидацией от решения № 59087А от 13.12.2016 вынесенное Инспекцией в отношении Общества. Также заявитель просил Инспекцию обязать внести запись о прекращении деятельности Общества в связи с ликвидацией по представленным документам.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.06.2017 заявленные требования удовлетворены. Решение Инспекции от 13.12.2016 об отказе в государственной регистрации ликвидации общества признано незаконным. Суд обязал Инспекцию в течение 10 дней с момента вступления в законную силу настоящего решения внести в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности Общества с ликвидацией.

Не согласившись с решением суда, заявитель обратился с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить и принять по делу новый судебный акт.

Суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для отмены обжалуемого решения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 09.12.2015 единственным участником заявителя принято решение о добровольной ликвидации общества, назначении ликвидатора, о чем 17.12.2015 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

Сообщение о ликвидации общества в соответствии с требованиями статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации вышла в журнале Вестник государственной регистрации от 30.12.2015 № 51 (563).

01.11.2016 решением единственного участника заявителя утвержден промежуточный ликвидационный баланс, о чем 11.11.2016 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

01.11.2013 решением единственного участника заявителя утвержден ликвидационный баланс.

03.11.2016 заявитель обратился в Инспекцию с заявлением о внесении сведений о прекращении деятельности общества в связи с ликвидацией, представив все документы, предусмотренные статьей Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что в Инспекцию для государственной регистрации были представлены все документы, предусмотренные Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», в связи с чем у Инспекции отсутствовали основания для отказа в государственной регистрации.

Суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения считает правильными выводы суда первой инстанции о том, что при осуществлении государственной регистрации ликвидации Общества соблюден предусмотренный гражданским законодательством порядок ликвидации юридического лица и для государственной регистрации прекращения деятельности этого лица в связи с ликвидацией в регистрирующий орган представлены необходимые и достоверные документы.

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно сообщению о ликвидации заявителя, опубликованному в журнале Вестник государственной регистрации от 30.12.2015 № 513 (563), единственным участником заявителя принято решение о его ликвидации, требования кредиторов могут быть заявлены в течение 2 месяцев с момента опубликования настоящего сообщения.

17.12.2015 регистрирующим органом внесены в ЕГРЮЛ сведения о принятии участником заявителя решения о ликвидации юридического лица, о назначении ликвидатора; 11.11.2016 — сведения о составлении промежуточного ликвидационного баланса.

01.11.2016 заявителем составлен промежуточный ликвидационный баланс, который в числе других документов представлен заявителем для государственной регистрации ликвидации юридического лица Общества.

Суд апелляционной инстанции считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что материалами дела не подтверждается довод заявителя о том, что Обществом на момент принятия регистрирующим органом оспариваемого решения имело задолженность по налогам в размере 16 419,95 руб.

Согласно имеющейся в материалах дела справки № 205277 о состоянии расчетов по налогам, сборам, пеням, штрафам, процентам по состоянию на 01.11.2016 у Общества имелась задолженность по НДС — 16142,66 рублей и 277,29 рублей пени, что составляет 16419,95 рублей.

Согласно данной справке по состоянию на 01.11.2016 у Общества имелись также и переплаты по налогу на прибыль организаций: 20787 рублей в федеральный бюджет. Также имелась переплата НДФЛ как налогового агента — 5850 рублей. Таким образом, итоговая переплата по федеральным налогам состоянию на 01.11.2016 составляла 10217,05 рублей (20787 + 5850 — 16419,95).

Даже с учетом предположительно рассчитанной налоговым органом задолженности по НДФЛ в размере 2340 рублей (вместо переплаты в размере 5850 рублей), имевшаяся у Общества налоговая задолженность полностью перекрывалась переплатой по налогу на прибыль организаций — размер итоговой переплаты составляет 2027,05 рублей (20787 — 16419,95 — 2340).

В соответствии с пунктом 4 статьи 49 Налогового кодекса Российской Федерации (далее — НК РФ), суммы излишне уплаченных ликвидируемой организацией подлежат зачету налоговым органом в счет погашения недоимки по иным налогам, сборам и задолженности ликвидируемой организации по пеням, штрафам в порядке, установленном НК РФ. Подлежащая зачету сумма излишне уплаченных или излишне взысканных налогов, сборов (пеней, штрафов) распределяется пропорционально недоимке по иным налогам, сборам и задолженности ликвидируемой организации по пеням, штрафам, подлежащим уплате (взысканию) в бюджетную систему РФ, контроль за исчислением и уплатой которых возложен на налоговые органы. Суммы излишне уплаченных ликвидируемой организацией или излишне взысканных с этой организации страховых взносов, соответствующих пеней, штрафов подлежат зачету, возврату налоговым органом в порядке, установленном соответственно пунктами 1.1, 6.1 статьи 78 и пунктами 1.1 статьи 79 НК РФ.

В соответствии со статьей 78 НК РФ сумма излишне уплаченного налога подлежит зачету в счет предстоящих платежей налогоплательщика по этому или иным налогам, погашения недоимки по иным налогам, задолженности по пеням и штрафам за налоговые правонарушения либо возврату налогоплательщику в порядке, предусмотренном указанной статьей; зачет сумм излишне уплаченных федеральных налогов и сборов, региональных и местных налогов производится по соответствующим видам налогов и сборов, а также по пеням, начисленным по соответствующим налогам и сборам (пункт 1). Зачет суммы излишне уплаченного налога в счет погашения недоимки по иным налогам, задолженности по пеням и (или) штрафам, подлежащим уплате или взысканию в случаях, предусмотренных указанным Кодексом, производится налоговыми органами самостоятельно (пункт 5).

Согласно статьи 13 НК РФ к федеральным налогам относятся: налог на добавленную стоимость (задолженность — 16419,95 рублей), налог на доходы физических лиц (задолженность — 2340 рублей), налог на прибыль организаций в федеральный бюджет (переплата — 20787 рублей).

Таким образом, налоговый орган не произвел зачет недоимки и переплаты по федеральным налогам, следствием чего стал ошибочный вывод о наличии задолженности и незаконный отказ в государственной регистрации в связи с ликвидацией.

Переплата налога на прибыль в федеральный бюджет налоговым органом не оспаривается.

В связи с изложенным, довод апелляционной жалобы, что ликвидационный баланс Общества является недостоверным, поскольку в нем не была отражена задолженность Общества по НДФЛ в размере 2340 рублей, отклоняется апелляционным судом.

Ссылка апелляционный жалобы, что основанием для принятия оспариваемого решения Инспекции явилось непредставление справок 2-НДФЛ за 2013 — 2016 год (требование от 10.11.2016), непредставление документов по факту взаимоотношений с контрагентом ООО «О.» за III квартал 2016 года (требование от 13.12.2016) не подтверждает позицию заявителя об отсутствии у регистрирующего органа оснований для государственной регистрации прекращения деятельности Общества в связи с ликвидацией.

Непредставление данных сведений налоговому органу само по себе не влияет на достоверность сведений, отраженных в ликвидационном балансе, и не может являться основанием для отказа в государственной регистрации ликвидации организации.

Кроме того, налоговым органом уже рассчитана образовавшаяся задолженность Общества по НДФЛ за период 2013 — 2016 годы, которая полностью перекрывается переплатой по федеральным налогам. Правовая оценка взаимоотношений Общества с контрагентом ООО «О.» была дана Межрайонной инспекцией в решении № 993 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 12.07.2017.

В период с принятия Обществом решения о начале процесса ликвидации (запись в ЕГРЮЛ от 17 декабря 2015 года) до даты подачи всех необходимых документов для осуществления государственной регистрации в связи с ликвидацией (3 ноября 2016 года) налоговым органом проверочные мероприятия не проводились. Общество начало получать сообщения (10 ноября 2016 года) и требования (13 декабря 2016 года) уже после подачи всех необходимых документов для ликвидации. Складывается ситуация, при которой налоговые органы бездействуют в течение более 11 месяцев, имея информацию о производстве Обществом процедуры ликвидации организации, а после подачи всех документов для государственной регистрации ликвидации начинают необоснованно и несвоевременно предъявлять требования и претензии к налогоплательщику, тем самым препятствуя завершению ликвидации организации.

Настаивая на наличии у заявителя задолженности по обязательным платежам, налоговый орган доказательства предъявления ликвидатору в установленным порядке и срок соответствующего требования не представил.

При этом налоговому органу было известно о проведении в отношения заявителя процедуры ликвидации. В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. В силу подпункта 2 пункта 5.1 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации при ликвидации юридического лица требования, не признанные ликвидационной комиссией, если кредиторы по таким требованиям не обращались с исками в суд, считаются погашенными. Таким образом, налоговый орган утратил право на погашение своего требования в ходе процедуры ликвидации заявителя и право на то, чтобы ссылаться на неправомерность невключения в ликвидационный баланс сведений о задолженности по обязательным платежам.

Следовательно, отказ регистрирующего органа в государственной регистрации по указанному основанию является неправомерным.

1.6. Руководствуясь положениями пункта 1 статьи 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» и пункта 3 статьи 17 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», суд апелляционной инстанции признал правомерным отказ в государственной регистрации, обусловленный непредставлением документа, подтверждающего факт принятия общим собранием участников общества с ограниченной ответственностью решения об увеличении уставного капитала общества.

По делу № А27-9529/2017 Общество обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением к Инспекции о признании недействительным решения об отказе в государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы Общества от 07.03.2017, обязании зарегистрировать изменения в устав Общества, утвержденные протоколом общего собрания участников Общества от 27.02.2017.

Решением суда от 26.07.2017 заявленные требования удовлетворены, признано недействительным решение Инспекции № 3746А/668 об отказе в государственной регистрации. Суд обязал Инспекцию устранить допущенные нарушения прав Общества путем произведения регистрационных действий в установленном действующем законодательством порядке по документам, представленным Обществом на государственную регистрацию 28.02.2017, входящий № 3746А.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 28.02.2017 Общество обратилось в Инспекцию с заявлением о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, по форме № Р13001.

По результатам рассмотрения заявления решением от 07.03.2017 инспекция со ссылкой на подпункт «а» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Федеральный закон № 129-ФЗ) отказала обществу в государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы, в связи с непредставлением заявителем определенных необходимых документов для государственной регистрации документов.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что представленный обществом для государственной регистрации протокол № 3 общего собрания участников общества от 27.02.2017 соответствовал требованиям действующего законодательства.

Седьмой арбитражный апелляционный суд не может согласиться с данным выводом суда по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 17 Федерального закона № 129-ФЗ для государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, в регистрирующий орган представляются, в том числе: подписанное заявителем заявление о государственной регистрации по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. В заявлении подтверждается, что изменения, вносимые в учредительные документы юридического лица, соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям, что сведения, содержащиеся в этих учредительных документах и в заявлении, достоверны и соблюден установленный федеральным законом порядок принятия решения о внесении изменений в учредительные документы юридического лица; решение о внесении изменений в учредительные документы юридического лица либо иное решение и (или) документы, являющиеся в соответствии с федеральным законом основанием для внесения данных изменений; документ, подтверждающий факт принятия общим собранием участников общества с ограниченной ответственностью решения об увеличении уставного капитала общества, или решение единственного участника общества с ограниченной ответственностью об увеличении уставного капитала общества, если в устав общества с ограниченной ответственностью, утвержденный его учредителями (учредителем) или участниками (участником), внесены изменения, связанные с увеличением уставного капитала общества, на основании указанных решения общего собрания участников общества или решения единственного участника общества.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 1 статьи 23 Федерального закона № 129-ФЗ отказ в государственной регистрации допускается в случае непредставления заявителем определенных настоящим Федеральным законом необходимых для государственной регистрации документов, за исключением предусмотренных настоящим Федеральным законом и иными федеральными законами случаев предоставления таких документов (содержащихся в них сведений) по межведомственному запросу регистрирующего органа или органа, который в соответствии с настоящим Федеральным законом или федеральными законами, устанавливающими специальный порядок регистрации отдельных видов юридических лиц, уполномочен принимать решение о государственной регистрации юридического лица.

Согласно подпункту 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении общества с ограниченной ответственностью путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или частью участников; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не предусмотрен уставом такого общества либо решением общего собрания участников общества, принятым участниками общества единогласно.

Федеральным законом от 30 марта 2015 г. № 67-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части обеспечения достоверности сведений, представляемых при государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» статья 17 Федерального закона Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» дополнена с 01.01.2016 пунктом 3, согласно которому факт принятия решения общего собрания участников общества об увеличении уставного капитала и состав участников общества, присутствовавших при принятии указанного решения, должны быть подтверждены путем нотариального удостоверения. Решение единственного участника общества об увеличении уставного капитала подтверждается его подписью, подлинность которой должна быть засвидетельствована нотариусом.

Как следует из материалов дела, согласно представленным для государственной регистрации документам Обществом вносятся изменения в сведения об увеличении уставного капитала путем зачета денежных требований к Обществу, возникших на основании договоров денежного займа.

Согласно протоколу № 3 общего собрания учредителей Общества от 27.02.2017 принято решение, в том числе об увеличении уставного капитала общества.

28.02.2017 К.Н.В., временно исполняющей обязанности нотариуса Кемеровского нотариального округа Б.Л.П., засвидетельствована подлинность подписей М.В.А., М.И.П. (участники Общества).

Принимая оспариваемое решение об отказе в государственной регистрации от 07.03.2017 на основании подпункта «а» пункта 1 статьи 23 Федерального закона № 129-ФЗ инспекция ссылаясь, в том числе на пункт 3 статьи 17 Федерального закона № 14-ФЗ, указала, что для государственной регистрации должно быть представлено свидетельство об удостоверении факта принятия решения (протокол) об увеличении уставного капитала и состава участников присутствовавших при принятии данного решения, что Обществом на государственную регистрацию не представлено.

Статьей 103.10 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1) установлено, что по просьбе лица, организующего проведение собрания или заседания органа управления юридического лица, в соответствии с законодательством и учредительными документами юридического лица нотариус присутствует при проведении собрания или заседания органа управления юридического лица и выдает свидетельство об удостоверении факта принятия решения органом управления юридического лица и о составе участников (членов) этого органа, присутствовавших при принятии данного решения.

Нотариус отказывает в удостоверении факта принятия решения, ничтожность которого очевидна для нотариуса. Нотариус для установления факта принятия решения органом управления проверяет правоспособность юридического лица, определяет компетенцию органа управления юридического лица в части принятия решения, наличие кворума на собрании или заседании и на основании подсчета голосов, представленного счетной комиссией или иным уполномоченным на подсчет голосов лицом, наличие необходимого количества голосов для принятия решения в соответствии с законодательством и учредительными документами юридического лица. Лицо, обратившееся к нотариусу для удостоверения факта принятия решения органа управления юридического лица, представляет ряд документов. В целях подтверждения состава участников (членов) органа управления юридического лица, присутствовавших при принятии решения, нотариус устанавливает их личность, полномочия, а также их право на участие в собрании или заседании.

Следовательно, факт принятия решения общего собрания участников общества об увеличении уставного капитала и состав участников общества, присутствовавших при принятии указанного решения, должны быть подтверждены путем нотариального удостоверения в силу прямого указания Закона.

Общество в отзыве ссылается на пункт 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и указывает, что протоколом общего собрания учредителей Общества от 27.02.2017 устав Общества приведен в соответствие с нормами Главы 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 8.2.13 устава предусмотрено, что принятие общим собранием участников общества решения и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются подписанием протокола председателем и секретарем общего собрания, являющимися участниками общества; нотариальное заверение протоколов общего собрания не требуется.

Суд апелляционной инстанции отклоняет данные доводы, поскольку подпункт 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации отсылает к уставу общества, который не может противоречить нормам закона, а специальный закон — Федеральный закон № 14-ФЗ указывает на императивно установленное правило о нотариальном удостоверении решения об увеличении уставного капитала.

Кроме того, пункт 3 статьи 17 Федерального закона № 14-ФЗ не содержит каких-либо исключений и не предоставляет возможности регулирования данного вопроса положениями устава либо иными решениями участников общества. В связи с чем, ссылки заявителя на положения устава общества, не содержащие запрета на принятие решения по указанному вопросу таким способом, нельзя признать обоснованными.

С учетом вышеуказанных положений материального права, проанализировав доводы апелляционной жалобы и отзыва, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи согласно требованиям статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанные в оспариваемом решении обстоятельства регистрирующим органом доказаны, правомерность его вынесения по тем основаниям, которые в нем изложены, применительно к доводам заявителя подтверждена, нарушений прав и законных интересов заявителя не установлено.

1.7. Поскольку представленные в материалы дела акты обследования не соответствовали пункту 14 Оснований, условий и способов проведения указанных в пункте 4.2 статьи 9 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» мероприятий, порядка использования результатов этих мероприятий, утвержденных приказом Федеральной налоговой службы от 11.02.2016 № ММВ-7-14/72@, суды не признали соответствующие акты в качестве надлежащих доказательств. Кроме того, применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела судами не было установлено предусмотренных законодательством о государственной регистрации оснований для проведения мероприятий по проверке достоверности сведений, включаемых в ЕГРЮЛ.

По делу № А64-630/2017 Общество обратилось с заявлением к Инспекции о признании недействительным решения № 5076А от 16.09.2016 об отказе в государственной регистрации и обязании произвести государственную регистрацию изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, по документам, представленным Обществом.

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 16.06.2017 решение Инспекции № 5076А от 16.09.2016 об отказе в государственной регистрации признано недействительным. На Инспекцию возложена обязанность устранить допущенное нарушение прав и законных интересов и произвести государственную регистрацию изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, по документам, представленным Обществом.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, Инспекция обратилась в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просил решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 11.08.2016 в Инспекцию от Общества поступило заявление о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица в связи с изменением места нахождения постоянно действующего исполнительного органа на территорию Тамбовской области.

16.09.2016 Инспекцией вынесено решение № 5076А об отказе в государственной регистрации юридического лица на основании подпункта «р» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Федеральный закон № 129-ФЗ от 08.08.2001).

Основанием для отказа в государственной регистрации явилось установление Инспекцией отсутствия необходимого офисного помещения и оборудования для ведения хозяйственной деятельности Общества в жилом доме, расположенном по адресу: Тамбовская область, Ржаксинский район, р.п. Ржакса, ул. Школьная, д. 77. Регистрирующий орган также отразил, что исполнительные органы по данному адресу отсутствуют, соответственно связь с юридическим лицом невозможна.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что Общество вместе с заявлением о государственной регистрации представило в регистрирующий орган все документы, установленные статьей Федерального закона № 129-ФЗ.

Спорное жилое помещение, расположенное по адресу: Тамбовская область, Ржаксинский район, р.п. Ржакса, ул. Школьная, д. 77, принадлежит на праве собственности Ч.З.А., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права № 68 АА 245257 от 19.05.2004, выпиской из домовой книги.

Материалами дела подтверждается, что собственником Ч.З.А. дано разрешение на размещение органа управления Общества в спорном жилом помещении. Данное согласие от 10.08.2016 было представлено к заявлению о государственной регистрации.

Кроме того, Ч.З.А. при проведении Инспекцией проверок также неоднократно подтверждала о даче ей согласия на размещение исполнительного органа Общества в помещении, принадлежащем ей на праве собственности. Данное согласие также отражено в отзыве на заявленные требования

Как следует из материалов дела, Ч.О.И., являясь директором Общества, указала местом нахождения общества адрес нахождения постоянно действующего единоличного исполнительного органа общества (директора общества): Тамбовская область, Ржаксинский район, р.п. Ржакса, ул. Школьная, д. ..., который и является местом жительства Ч.О.И.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 30.07.2013 № 61 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица» разъяснил, что при рассмотрении споров, связанных с отказом в государственной регистрации юридического лица, арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что регистрирующий орган на основании подпункта «р» пункта 1 статьи 23 Федерального закона № 129-ФЗ вправе отказать в государственной регистрации при наличии подтвержденной информации о недостоверности представленных сведений об адресе юридического лица, то есть о том, что такой адрес был указан без намерения использовать его для осуществления связи с юридическим лицом.

В пункте 3 названного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указано, что регистрирующий орган должен исчерпывающим образом мотивировать отказ в государственной регистрации, указав не только соответствующую норму Закона, но и все конкретные обстоятельства, которые, по его мнению, свидетельствуют о недостоверности сведений об адресе юридического лица.

Отклоняя довод Инспекции о невозможности установления связи с Обществом по месту миграции, поскольку при осуществлении мероприятий по установлению достоверности сведений об адресе (месте нахождения) Общества, суд первой инстанции верно указал, что директор присутствовала по данному адресу, сотрудниками Инспекции 16.08.2016 были получены объяснения от Ч.О.И.

В своих объяснениях Ч.О.И. указала, что по вышеуказанному адресу будет находиться бухгалтерия Общества и ее документация. Фактически деятельность по продаже ювелирных изделий будет проводиться по другому адресу в Тамбовской области, что не противоречит закону.

Инспекцией не приведено нормативного обоснования доводов о том, что по адресу места нахождения юридического лица должно осуществляться какое-либо производство, либо собственно деятельность юридического лица.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что почтовая или иная связь с Обществом заведомо для заинтересованного лица невозможна по указанному им новому адресу.

Отклоняя ссылку Инспекции на письмо Межрайонной инспекции № 07.1-05/08717@ от 07.06.2017 об установлении отсутствия Общества по спорному адресу, акт обследования от 06.06.2017, суд первой инстанции верно учел, что указанные документы не касались проверки, проведенной по пакету документов, представленных Обществом 11.08.16. Более того, указанные доказательства не опровергают установленные судом обстоятельства о достоверности спорного адреса места нахождения ввиду проживания там лица, уполномоченного без доверенности действовать от имени Общества, а также ввиду наличия согласия собственника спорного помещения на регистрацию Общества по адресу Тамбовская область, Ржаксинский район, р.п. Ржакса, ул. Школьная, д. 77.

Суд первой инстанции также правомерно отметил следующее.

В силу пункта 14 Оснований, условий и способов проведения указанных в пункте 4.2 статьи 9 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» мероприятий, порядка использования результатов этих мероприятий, утвержденных приказом Федеральной налоговой службы от 11.02.2016 № ММВ-7-14/72@ (далее — Основания и Порядок), осмотр объекта недвижимости проводится территориальным органом Федеральным налоговой службы, к территории осуществления полномочий которого относится адрес такого объекта недвижимости. Указанный осмотр проводится в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи. По результатам осмотра составляется протокол, отражающий результаты осмотра, который подписывается должностным лицом территориального органа Федеральной налоговой службы, проводившим осмотр, а также понятыми в случае, если при проведении осмотра не применялась видеозапись. О применении видеозаписи в протоколе осмотра делается отметка.

В рассматриваемом случае налоговым органом составлялись акты обследования от 16.08.16, от 16.09.16, 06.06.2017 без понятых, без использования видеозаписи.

По результатам оценки представленных в материалы дела доказательств, доводов и возражений участвующих в деле лиц судом установлено, что в нарушение требований Приказа Федеральной налоговой службы от 11.02.2016 № ММВ-7-14/72@, осмотр жилого помещения, расположенного по адресу Тамбовская область, Ржаксинский район, р.п. Ржакса, ул. Школьная, д. 77, оформленный актом обследования от 16.08.2016, от 16.09.16, 06.06.2017 проведен Инспекцией в отсутствие представителя налогоплательщика и без его уведомления о времени и месте его проведения; без участия понятых.

В связи с этим на основании статей 68, 71, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации акт обследования не может быть признан в качестве надлежащего доказательства по делу.

Кроме того, в пункте 2 Оснований и Порядка определен перечень оснований для проверки достоверности сведений, включаемых в ЕГРЮЛ.

Соответствующих оснований применительно к обстоятельствам настоящего дела не было установлено.

Таким, образом, исследовав представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности регистрирующим органом конкретных обстоятельств, которые бы свидетельствовали о недостоверности сведений об адресе юридического лица. Доказательств того, что адрес общества был указан без намерения его использовать для осуществления связи, равно как и доказательств того, что он обозначен как адрес большого количества иных юридических лиц, в отношении всех или значительной части которых имеются сведения о том, что связь с ними по данному адресу невозможна, материалы дела не содержат.

1.8. Отметив, что в отношении управляющей организации, сведения о которой подлежали внесению в ЕГРЮЛ как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, не имеется каких-либо запретительных мер и ограничений, предусмотренных статьей 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», а доказательств иного регистрирующим органом суду не представлено, суды признали неправомерным отказ в государственной регистрации юридического лица.

По делу № А06-2431/2017 Общество обратилось в Арбитражный суд Астраханской области с заявлением к Инспекции о признании недействительным решения от 07.03.2017 № 1400А об отказе в государственной регистрации в отношении юридического лица ООО «Э.».

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 18.05.2017, оставленным без изменений постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2017, признано недействительным решение Инспекции от 07.03.2017 № 1400А об отказе в государственной регистрации в отношении ООО «Э».

Инспекция, не согласившись с вынесенными судебными актами, обратилась с кассационной жалобой, в которой просила решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, в удовлетворении требований заявителя отказать.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела, 28.02.2017 заявителем в регистрирующий орган были представлены документы в электронном виде в отношении ООО «Э.»: заявление о внесении изменений в единый государственный реестр юридических лиц по форме № Р14001; решение участника ООО «Э.» от 28.02.2017, подтверждающие смену исполнительного органа ООО «Э.» — генерального директора Щ.В.А. на управляющую организацию Общество.

Инспекцией 07.03.2017 было принято решение № 1400А об отказе в государственной регистрации в отношении юридического лица ООО «Э.».

Основанием для отказа в государственной регистрации изменений в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), послужило то, что в представленном заявлении по форме № Р14001 о внесении изменений в ЕГРЮЛ вносятся сведения об управляющей организации Обществе, в которой лицом, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, а также участником, владеющим долей 80% в уставном капитале Общества, является Д.А.Г. Однако, Д.А.Г. является лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица ООО «К.», в отношении которого в ЕГРЮЛ содержится запись о недостоверности сведений о юридическом лице, предусмотренных подпунктом «в» пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ), и на момент представления документов в регистрирующий орган не истекли три года с момента внесения такой записи в ЕГРЮЛ.

В соответствии с подпунктом «ф» пункта 1 статьи 23 Закона № 129-ФЗ отказ в государственной регистрации юридических лиц допускается, если в регистрирующий орган представлены документы для включения сведений об учредителе (участнике) юридического лица либо о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, в отношении одного из следующих лиц: являющихся лицами, имеющими право без доверенности действовать от имени юридического лица, в отношении которого в ЕГРЮЛ содержится запись о недостоверности сведений о юридическом лице, предусмотренных подпунктом «в» или «л» пункта 1 статьи 5 указанного Федерального закона, либо имеется неисполненное решение суда о ликвидации указанного юридического лица, за исключением случаев, когда запись о недостоверности сведений о юридическом лице, содержащихся в ЕГРЮЛ, внесена в ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном пунктом 5 статьи 11 указанного Федерального закона, или когда на момент представления документов в регистрирующий орган истекли три года с момента внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ.

Суд первой инстанции указал, что заявителем были предоставлены заявление о внесении изменений в ЕГРЮЛ по форме № Р14001 и решение участника ООО «Э.» от 28.02.2017 о назначении исполнительным органом в ООО «Э.» управляющей компании в лице Общества, а не Д.А.Г. При этом в обжалуемом отказе регистрирующий орган указал, что «в представленном заявлении по форме № Р14001 о внесении изменений в ЕГРЮЛ вносятся сведения об управляющей организации Обществе.»

Отметив, что в отношении Общества не имеется каких-либо запретительных мер и ограничений, предусмотренных статьей 23 Закона № 129-ФЗ, а доказательств иного регистрирующим органом суду не представлено, суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования.

Суд апелляционной инстанций согласился с выводами суда первой инстанции.

Доводы кассационной жалобы не подтверждают неправильного применения судами норм материального или процессуального права, а направлены на переоценку исследованных судами обстоятельств дела, представленных доказательств и сделанных на их основе выводов, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не относится к компетенции суда кассационной инстанции.

2. По вопросу оспаривания решений о государственной регистрации юридического лица и индивидуального предпринимателя.

2.1. Учитывая конкретные обстоятельства дела, подтверждающие, что заявление по форме № Р14001 было подписано неуполномоченным лицом, что мог и должен был установить регистрирующий орган на основе имеющихся сведений ЕГРЮЛ, суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу о незаконности оспариваемого решения о государственной регистрации.

По делу № А76-30807/2016 участник Общества Б.К.Ю. обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к инспекции о признании недействительным решения регистрирующего органа о внесении 08.12.2016 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) записи № 7167456064450 о смене генерального директора общества с М.К.Н. на К.Е.К. и возложении на инспекцию обязанности по внесению в ЕГРЮЛ сведений о признании данной записи недействительной.

Решением суда от 28.04.2017 в удовлетворении заявленного требования отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2017 решение суда первой инстанции от 28.04.2017 отменено. Заявленные требования удовлетворены; решение инспекции о внесении записи от 08.12.2016 № 7167456064450 о смене генерального директора общества с М.К.Н. на К.Е.К. признано незаконным. Суд апелляционной инстанции обязал инспекцию устранить нарушения прав и законных интересов заявителя.

В кассационной жалобе инспекция просила постановление суда апелляционной инстанции отменить, решение суда первой инстанции оставить в силе, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального права.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в 2016 году в обществе принято несколько последовательных решений о смене директора.

Решением общего собрания участников общества от 26.01.2016 № 1/16 прекращены полномочия генерального директора К.Е.К., полномочия единоличного исполнительного общества возложены на Р.Д.В., о чем 12.02.2016 была внесена запись за государственным регистрационным номером 2167456151036.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 07.09.2016 по делу № А76-6951/2016, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2016, решение общего собрания участников общества от 26.01.2016 № 1/16 признано недействительным.

Доказательства, свидетельствующие о признании в установленном порядке данного решения собрания участников от 10.11.2016 недействительным, в материалы дела не представлены.

На основании заявления К.Е.К. от 01.12.2016, поступившего в инспекцию 05.12.2016, регистрирующим органом 08.12.2016 внесена в ЕГРЮЛ спорная запись № 7167456064450 о смене генерального директора общества с М.К.Н. на К.Е.К.

Б.К.Ю., являясь одним из участников общества, обратился с заявлением о признании незаконным решения инспекции от 08.12.2016 о внесении в ЕГРЮЛ записи № 7167456064450 о смене полномочий генерального директора с М.К.Н. на К.Е.К.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленного требования, придя к выводу о том, что регистрирующим органом соблюден порядок рассмотрения представленных документов для государственной регистрации изменений в сведения о генеральном директоре общества, установленных пунктом 2 статьи 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о регистрации), признав, что основания для отказа в государственной регистрации, предусмотренные пунктом 1 статьи 23 названного Закона, отсутствовали.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, пришел к иным выводам — о наличии оснований для удовлетворения требований и признал оспариваемое решение инспекции незаконным.

Согласно пункту 2 статьи 17 Закона о регистрации для внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о юридическом лице, но не связанных с внесением изменений в учредительные документы юридического лица, в регистрирующий орган представляется подписанное заявителем заявление о внесении изменений в единый государственный реестр юридических лиц по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. В заявлении подтверждается, что вносимые изменения соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям и содержащиеся в заявлении сведения достоверны.

В силу пункту 1.2 статьи 9 Закона о регистрации необходимые для государственной регистрации заявление, уведомление или сообщение представляются в регистрирующий орган по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, и удостоверяются подписью заявителя.

Согласно пункту 1.3 статьи 9 Закона о регистрации при государственной регистрации юридического лица заявителями могут быть следующие физические лица: а) руководитель постоянно действующего исполнительного органа регистрируемого юридического лица или иное лицо, имеющие право без доверенности действовать от имени этого юридического лица; б) учредитель или учредители юридического лица при его создании; в) руководитель юридического лица, выступающего учредителем регистрируемого юридического лица; г) конкурсный управляющий или руководитель ликвидационной комиссии (ликвидатор) при ликвидации юридического лица; д) иное лицо, действующее на основании полномочия, предусмотренного федеральным законом, актом специально уполномоченного на то государственного органа или актом органа местного самоуправления.

Отказ в государственной регистрации допускается, в том числе в случае подписания неуполномоченным лицом заявления о государственной регистрации или заявления о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в едином государственном реестре юридических лиц (подпункт «д» пункта 1 статьи 23 Закона о регистрации).

В ст. 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон об обществах с ограниченной ответственностью) установлено, что руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

К компетенции общего собрания участников общества относятся, в частности, образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий (статья 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Полномочия единоличного исполнительного органа общества возникают с момента его избрания компетентным органом управления общества (статья 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Исследовав обстоятельства дела, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив представленные в материалы документы, суд апелляционной инстанции установил, что на дату обращения К.Е.К. с заявлением по форме № Р14001 и принятия регистрирующим органом оспариваемого решения (08.12.2016) генеральным директором общества был избран М.К.Н. (протокол общего собрания от 10.11.2016 № 5/16), соответствующие сведения о М.К.Н. как единоличном исполнительном органе общества были внесены 18.11.2016 в ЕГРЮЛ; решение об избрании директором общества М.К.Н. не было признано недействительным в установленном порядке, в связи с чем апелляционный суд признал, что на момент подачи заявления в регистрирующий орган и принятия оспариваемого решения К.Е.К. генеральным директором общества не являлся. Установив, что приложенное К.Е.К. к заявлению по форме № Р14001 решение Арбитражного суда Челябинской области от 07.09.2016 по делу № А76-6951/2016 о признании недействительным решения общего собрания участников общества от 26.01.2016 № 1/16 о прекращении полномочий К.Е.К. и об избрании директором Р.Д.В., не свидетельствовало о том, что на момент обращения с заявлением в регистрирующий орган руководителем общества являлся К.Е.К., учитывая наличие в ЕГРЮЛ сведений о том, что генеральным директором общества решением общего собрания от 10.11.2016 избран М.К.Н., суд апелляционной инстанции констатировал, что при проверке полномочий заявителя регистрирующий орган должен был исходить из данных сведений.

Учитывая данные обстоятельства, подтверждающие, что заявление по форме № Р14001 было подписано неуполномоченным лицом, что мог и должен был установить регистрирующий орган на основе имеющихся сведений ЕГРЮЛ, принимая во внимание, что нахождение недостоверных сведений в ЕГРЮЛ об исполнительном органе юридического лица нарушает права и законные интересы участников общества, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае регистрирующему органу надлежало отказать в государственной регистрации таких изменений в соответствии с подпунктом «д» пункта 1 статьи 23 Закона о регистрации.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что полномочия К.Е.К. как руководителя общества проверялись нотариусом при свидетельствовании подлинности его подписи в порядке пункта 38 Методических рекомендаций по совершенствованию отдельных видов нотариальных действий нотариусами Российской Федерации, утвержденных приказом Минюста РФ от 15.03.2000 № 91, не принимается судом округа, поскольку данное обстоятельство не исключает проведение регистрирующим органом проверки полномочий лица, подписавшего заявление по форме № Р14001, в порядке пункта 4.2 статьи 9 Закона о регистрации, учитывая предоставленные регистрирующему органу полномочия администрирования в области государственной регистрации юридических лиц и проверки соблюдения законодательства о государственной регистрации юридических лиц, а также достоверности, полноты и своевременности представления сведений, подлежащих отражению в ЕГРЮЛ.

Доводы кассационной жалобы, касающиеся неправомерности выводов апелляционного суда о том, что о незаконности оспариваемого решения регистрирующего органа свидетельствует факт взыскания решением суда по делу № А76-9797/2016 задолженности с общества в пользу общества «Т.», выведении активов из общества и причинении обществу убытков в результате оспариваемых действий регистрирующего органа, судом кассационной инстанции признаются обоснованными, поскольку факт взыскания задолженности никаким образом не связан с действиями регистрирующего органа; при этом факт реального наличия долга был установлен постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2017 по делу № А76-9797/2016, в котором в том числе дана оценка доводам по принятию судом первой инстанции признания иска от неуполномоченного лица. Вместе с тем, ошибочная ссылка суда апелляционной инстанции на решение Арбитражного суда Челябинской области от 18.01.2017 по делу № А76-9797/2016 не привела к принятию неправильного судебного акта, с учетом установленных судом вышеизложенных обстоятельств и недопустимости включения в ЕГРЮЛ недостоверных сведений о единоличном исполнительном органе юридического лица, отражение которых в ЕГРЮЛ направлено на защиту участников гражданского оборота и реализации права на получение достоверной информации о юридическом лице.

2.2. Отменяя постановление суда апелляционной инстанции и отказывая в удовлетворении требований прокурора о признании недействительными решений инспекции о государственной регистрации, суд кассационной инстанции исходил из того, что выводы суда апелляционной инстанции о возможности признания решений инспекции недействительными на основании того, что физическое лицо не имеет отношения к обществу с ограниченной ответственностью, сделаны без учета того, что договор купли продажи доли в уставном капитале общества и решение единственного участника общества, не оспорены заинтересованными лицами в судебном порядке.

По делу № А04-2494/2017 Прокурор в интересах неопределенного круга лиц хозяйствующих субъектов, Российской Федерации в лице управления обратился в Арбитражный суд Амурской области в порядке статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) с заявлением о признании недействительными решений инспекции от 17.02.2016 № 624А, от 29.02.2016 № 799А о государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ), не связанных с внесением изменений в учредительные документы, в отношении общества с ограниченной ответственностью.

Решением суда от 23.05.2017 заявление прокурора удовлетворено, оспариваемые решения инспекции признаны недействительными по мотиву их несоответствия Федеральному закону от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о регистрации).

Шестой арбитражный апелляционный суд, выявив наличие основания для отмены судебного акта суда первой инстанции, предусмотренного пунктом 2 части 4 статьи 270 АПК РФ, определением от 20.07.2017 перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением апелляционного суда от 31.08.2017 решение Арбитражного суда Амурской области от 23.05.2017 отменено, оспариваемые решения инспекции признаны недействительными ввиду их несоответствия Закону о регистрации. Суд апелляционной инстанции обязал инспекцию внести в ЕГРЮЛ сведения о признании названных решений недействительными.

М.А.А., не согласившись с состоявшимися по делу судебными актами, считая их незаконными, необоснованными, подлежащими отмене, подал в Арбитражный суд Дальневосточного округа кассационную жалобу, в которой, с учетом представленного дополнения, предлагал решение суда первой инстанции, постановление апелляционного суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления прокурора.

Суд кассационной инстанции нашел жалобу обоснованной, а принятое по делу постановление суда апелляционной инстанции — подлежащим отмене.

Из материалов дела усматривается, что общество с ограниченной ответственностью как юридическое лицо зарегистрировано в инспекции 24.12.2008.

Решением от 08.02.2016 М.А.А., являясь единственным участником общества с ограниченной ответственностью, освободил себя от занимаемой должности директора названного общества, назначив директором указанного общества З.Р.С.

09.02.2016 между М.А.А. (продавец) и З.Р.С. (покупатель) заключен договор купли продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, согласно которому продавец продал покупателю 100% принадлежащей ему доли в обществе стоимостью 15 500 000 руб. Названный договор нотариально удостоверен нотариусом нотариального округа г. Москвы Я.К.В.

На основании данной сделки нотариус Я.К.В. направил в адрес инспекции по телекоммуникационным каналам связи заявление по форме № Р14001 (вх. № 624А от 10.02.2016), согласно которому единственный учредитель общества с ограниченной ответственностью М.А.А. прекращает участие в обществе и вносятся сведения о новом участнике в обществе с долей участия в обществе 100%.

Инспекцией 17.02.2016 принято решение № 624А о государственной регистрации названных изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ.

19.02.2016 за вх. № 799А инспекцией по телекоммуникационным каналам связи от нотариуса Я.К.В. получено заявление по форме № Р14001 о внесении изменений в сведения о физическом лице, имеющем право действовать без доверенности от имени общества с ограниченной ответственностью. Согласно указанному заявлению у М.А.А. такие полномочия прекращаются, а у З.Р.С. возникают. Данное заявление подписано З.Р.С., подлинность подписи которого засвидетельствована нотариусом Я.К.В.

Инспекцией 29.02.2016 принято решение № 799А о государственной регистрации обозначенных выше изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ.

09.02.2017 в прокуратуру Амурской области от управления, выяснившего в ходе камеральной налоговой проверки налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость за 3 квартал 2016 года, что З.Р.С. не имеет отношения к обществу с ограниченной ответственностью, поступило заявление о том, что в действиях лиц, представивших документы на государственную регистрацию изменений в сведения об учредителе и руководителе общества, усматриваются признаки состава преступлений, установленных статьями 173.1, 173.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, выразившиеся во внесении в ЕГРЮЛ сведений о подставном лице З.Р.С.

Прокуратурой Амурской области по результатам проведенной на основании заявления управления проверки выявлено, что документы 10.02.2016, 19.02.2016 представлялись в инспекцию для осуществления регистрационных действий в отношении общества с ограниченной ответственностью не для целей осуществления деятельности по руководству названным обществом З.Р.С.

Поскольку в результате обозначенных выше действий в ЕГРЮЛ применительно к обществу с ограниченной ответственностью решениями инспекции от 17.02.2016 № 624А, от 29.02.2016 № 799А, были внесены недостоверные сведения, прокурор, исходя из публичного характера данных сведений и факта нарушения названными сведениями публичных интересов Российской Федерации, обратился в порядке статьи 52 АПК РФ с заявлением о признании названных решений инспекции недействительными в арбитражный суд, который требование удовлетворил, исходя из того, что рассматриваемые решения инспекции приняты на основании недостоверных сведений относительно участия З.Р.С. в обществе с ограниченной ответственностью и руководства З.Р.С. обществом.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело по правилам главы 34 АПК РФ, решение Арбитражного суда Амурской области отменил применительно к положениям пункта 2 части 4 статьи 270 АПК РФ, а именно ввиду ненадлежащего извещения М.А.А. о времени и месте судебного заседания.

Посчитав подтвержденными обстоятельства, связанные с неосведомленностью З.Р.С. об обществе с ограниченной ответственностью, апелляционный суд, исходя из недостоверности представленной 10.02.2016, 19.02.2016 в инспекцию информации о внесении изменений в ЕГРЮЛ в отношении общества, требование прокурора удовлетворил, признав решения инспекции от 17.02.2016 № 624А, от 29.02.2016 № 7994 недействительными ввиду их несоответствия Закону о регистрации. В качестве способа восстановления нарушенного права суд второй инстанции обязал инспекцию внести в ЕГРЮЛ сведения о признании указанных решений недействительными.

Отклоняя довод М.А.А. об отсутствии недостоверных сведений в заявлениях по форме Р14001 применительно к отчуждению доли в обществе с ограниченной ответственностью З.Р.С. и возложению на З.Р.С. полномочий директора общества, апелляционный суд отметил, что проверка законности соответствующих сделок предметом спора не является.

Между тем, делая вышеуказанные выводы о представлении 10.02.2016, 19.02.2016 в инспекцию недостоверной информации и признавая решения инспекции от 17.02.2016 № 624А, от 29.02.2016 № 7994 недействительными, суд апелляционной инстанции, по убеждению судебной коллегии, не учел следующего.

В силу положений пункта 6 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) государственная регистрация юридического лица может быть признана судом недействительной в связи с допущенными при его создании грубыми нарушениями закона, если эти нарушения носят неустранимый характер. Включение в ЕГРЮЛ данных о юридическом лице может быть оспорено в суде, если такие данные недостоверны или включены в указанный реестр с нарушением закона.

Пунктами 4.1, 4.2, 4.4 статьи 9 Закона о регистрации установлено, что регистрирующий орган не проверяет на предмет соответствия федеральным законам или иным нормативным правовым актам Российской Федерации форму представленных документов (за исключением заявления о государственной регистрации) и содержащиеся в представленных документах сведения, за исключением случаев, предусмотренных указанным Федеральным законом. Проверка достоверности сведений, включаемых или включенных в единый государственный реестр юридических лиц, проводится регистрирующим органом в случае возникновения обоснованных сомнений в их достоверности, в том числе в случае поступления возражений заинтересованных лиц относительно предстоящей государственной регистрации изменений устава юридического лица или предстоящего включения сведений в ЕГРЮЛ. Государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в ЕГРЮЛ.

Из вышеуказанных норм ГК РФ, Закона о регистрации следует, что единственными основаниями для признания недействительными решений о государственной регистрации внесения изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ, могут быть либо установление факта недостоверности сведений, включаемых в ЕГРЮЛ, либо нарушение процедуры включения названных сведений в ЕГРЮЛ.

По правилам пункта 1 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон об ООО) переход доли в уставном капитале общества к третьим лицам осуществляется на основании сделки. Указанная сделка об отчуждении доли согласно пункту 11 статьи 21 Закона об ООО подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами.

Нотариус, совершающий нотариальное удостоверение сделки, направленной на отчуждение доли в уставном капитале общества, проверяет полномочие отчуждающего лица на распоряжение такой долей, а также удостоверяется в том, что отчуждаемая доля полностью оплачена (статья 15 Закона об ООО).

Полномочие лица, отчуждающего долю в уставном капитале общества, на распоряжение ей подтверждается документами, на основании которых доля ранее была приобретена соответствующим лицом, а также выпиской из ЕГРЮЛ, содержащей сведения о принадлежности лицу отчуждаемых доли или части доли в уставном капитале общества и полученной нотариусом в электронной форме в день удостоверения сделки (пункт 13 статьи 21 Закона об ООО).

В соответствии с пунктом 14 статьи 21 Закона об ООО нотариус, удостоверивший договор об отчуждении доли в уставном капитале общества, в течение двух рабочих дней со дня данного удостоверения, подает в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявление о внесении соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц.

Из материалов дела усматривается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что вынесение инспекцией решения от 17.02.2016 № 624А в ЕГРЮЛ на основании поданного по форме № Р14001 заявления о прекращении участия в обществе с ограниченной ответственностью М.А.А. и об участии в этом же общества З.Р.С. обусловлено заключением между М.А.А. и З.Р.С. 09.02.2017 нотариального удостоверенного договора купли продажи доли в уставном капитале общества.

Согласно положениям пункта 12 статьи 21 Закона об ООО после нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, с момента внесения соответствующих изменений в ЕГРЮЛ переход доли или части доли может быть оспорен только в судебном порядке путем предъявления иска в арбитражный суд.

Поскольку договор купли продажи доли от 09.02.2017 в предусмотренном выше порядке оспорен не был, что прокурором не отрицается, названный договор является действительным, следовательно, вопреки суждениям суда апелляционной инстанции, отсутствуют достаточные основания для вывода о представлении 10.02.2016 в инспекцию недостоверной информации относительно изменения участника общества с ограниченной ответственностью.

При таких обстоятельствах, учитывая соблюдение процедуры внесения вышеуказанных изменений в ЕГРЮЛ, что подтверждено апелляционным судом и не опровергнуто ни инспекцией, ни управлением, ни прокурором, окружной суд не усматривает оснований, из числа обозначенных в пункте 6 статьи 51 ГК РФ, для признания недействительным решения инспекции от 17.02.2016 № 624А.

Решение инспекции от 29.02.2016 № 799А, как подтверждается материалами дела, принято на основании поданного по форме № Р14001 заявления о прекращении полномочий М.А.А., как лица, действующего без доверенности от имени общества с ограниченной ответственностью, и возложении соответствующих полномочий на З.Р.С., что следует из решения единственного участника общества от 08.02.2016.

Вышеуказанное заявление по форме № Р14001 удостоверено подписью З.Р.С., подлинность которой по правилам пункта 1.2 статьи 9 Закона о регистрации засвидетельствована в нотариальном порядке. В заявлении в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 17 Закона о регистрации также подтверждено, что вносимые изменения соответствуют установленным законодательством Российской Федерации требованиям и содержащиеся в заявлении сведения достоверны.

Как отмечено пунктом 38 Методических рекомендаций по совершению отдельных видов нотариальных действий нотариусами Российской Федерации, утвержденных Приказом Минюста РФ от 15.03.2000 № 91, при свидетельствовании подлинности подписей должностных лиц организаций нотариус устанавливает личность должностных лиц и их полномочия на право подписи. В подтверждение полномочий нотариусу представляются, в частности, приказ о назначении или протокол об избрании (назначении) должностного лица; устав (положение) или иной учредительный документ организации, утвержденный в установленном порядке; свидетельство о регистрации юридического лица; в необходимых случаях доверенность или иной документ о наделении должностного лица соответствующими полномочиями.

Исходя из того, что З.Р.С. на основании решения единственного участника общества с ограниченной ответственностью от 08.02.2016 назначен директором названного общества и его полномочия при подписании заявления по форме № Р14001 нотариусом проверены, окружной суд, принимая во внимание отсутствие доводов о недействительности обозначенного выше решения от 08.02.2016 в совокупности с подтвержденным апелляционным судом и неопровергнутым ни инспекцией, ни управлением, ни прокурором факта соблюдение процедуры внесения изменений в ЕГРЮЛ относительно лица, уполномоченного действовать без доверенности от имени общества с ограниченной ответственностью, не усматривает оснований, из числа обозначенных в пункте 6 статьи 51 ГК РФ, для признания недействительным решения инспекции от 29.02.2016 № 799А.

Выводы суда апелляционной инстанции о возможности признания решений инспекции от 17.02.2016 № 624А, от 29.02.2016 № 799А недействительными на основании того, что З.Р.С. не имеет отношения к обществу с ограниченной ответственностью, по убеждению судебной коллегии, сделаны без учета того, что договор купли продажи доли в уставном капитале общества от 09.02.2017 и решение единственного общества от 08.02.2016, не оспоренными заинтересованными лицами, в том числе З.Р.С., в судебном порядке.

Учитывая изложенное, как полагает суд округа, утверждать о недостоверности сведений, включаемых в ЕГРЮЛ, в отношении З.Р.С. преждевременно.

При таких обстоятельствах, исходя из неправильного применения апелляционным судом норм ГК РФ, Закона об ООО, Закона о регистрации, судебная коллегия в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ считает необходимым постановление суда апелляционной инстанции от 31.08.2017 отменить и, не направляя дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт — об отказе в удовлетворении заявленных требований.

2.3. С учетом того, что то постановление судебного пристава-исполнителя от накладывало запрет на внесение изменений в учредительные документы юридического лица, а не на совершение регистрирующим органом определенных регистрационных действий, суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к заключению об отсутствии оснований для признания оспариваемых действий регистрирующего органа незаконными.

По делу № А71-600/2017 Общество обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании незаконными действий регистрирующего органа по государственной регистрации прекращения деятельности общество «Б.» при реорганизации в форме слияния и государственной записи от 26.08.2016 № 2161832465782 о прекращении деятельности при реорганизации в форме слияния в отношении общества «Б.».

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.05.2017 заявленные требования удовлетворены.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2017 решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе общество просило постановление апелляционного суда отменить, решение суда первой инстанции оставить в силе.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, директор общества «Г.» Т.Д.В. и директор общества «Б.» М.Д.Д. обратились 19.08.2016 в регистрирующий орган с заявлением о государственной регистрации общества «Б-И», создаваемого в форме слияния общества «Г.» и общества «Б.».

Регистрирующим органом 26.08.2016 принято решение № 12973А о государственной регистрации юридического лица — общества «Б-И».

В этот же день в ЕГРЮЛ регистрирующим органом внесена запись № 2161832465782 о прекращении деятельности общества «Б.» при реорганизации в форме слияния.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что государственная регистрация прекращения деятельности общества «Б.» при реорганизации в форме слияния произведена в нарушение постановления судебного пристава-исполнителя, оспариваемые действия регистрирующего органа не соответствуют статье 6 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» и статье 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации).

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявленных требований, апелляционный суд, рассмотрев доводы заявителя и возражения иных лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в материалы дела документы, установив, что 19.08.2016 от директоров реорганизуемых юридических лиц вместе с заявлением по форме № Р12001 в регистрирующий орган представлены документы, необходимые для государственной регистрации создаваемого в результате реорганизации в форме слияния общества «Б-И», перечень которых регламентирован в пункте 1 статьи 14 Закона о государственной регистрации, приняв во внимание, что постановление судебного пристава-исполнителя от 13.07.2016 накладывает запрет на внесение изменений в учредительные документы общества «Б.», а не на совершение регистрирующим органом определенных регистрационных действий, с учетом содержания представленных в материалы дела документов, не усмотрел в действиях регистрирующего органа нарушений вышеприведенных правовых норм; кроме того, принимая во внимание положения пункта 1 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации, апелляционный суд признал, что государственная регистрация прекращения деятельности общества «Би.» при реорганизации в форме слияния не препятствует заявителю предъявить свои требования к обществу «Б-И». С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к заключению об отсутствии в данном случае совокупности оснований, указанных в статьях 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемых действий регистрирующего органа незаконными.

Суд округа полагает, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют установленным им фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормам права, регулирующим спорные отношения.

Изложенные в кассационной жалобе доводы о том, что в нарушение статьи 14 Закона о государственной регистрации и статьи 52 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» представленные на государственную регистрацию документы о реорганизации в форме слияния содержали недостоверные сведения, поскольку передаточный акт общества «Б.» не содержит положения о правопреемстве по всем обязательствам вновь возникшего юридического лица в отношении всех его кредиторов, в связи с чем у регистрирующего органа отсутствовали основания для государственной регистрации юридического лица, судом округа не принимаются, поскольку при подаче жалобы в Управление, а затем при рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанции заявитель на указанные нарушения как на основание для признания действий регистрирующего органа незаконными не ссылался (что подтвердил представитель заявителя в судебном заседании суду округа), в связи с чем данные обстоятельства не входили в предмет судебного исследования при рассмотрении настоящего спора, а изменение оснований заявленных требований в соответствии с частью 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса допустимо при рассмотрении спора в суде первой инстанции.

При этом суд округа отмечает, что по смыслу пункта 1 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации при слиянии все права и обязанности каждого из участвующих в слиянии юридических лиц переходят к вновь возникшему юридическому лицу в порядке универсального правопреемства вне зависимости от составления передаточного акта и его содержания (пункт 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Ссылка заявителя на то, что он обращался в регистрирующий орган с возражениями относительно предстоящей ликвидации общество «Б.» при реорганизации в форме слияния, обращался к судебному приставу-исполнителю с заявлением о наложении запрета на регистрационные действия, связанные с ликвидацией названного общества, также не может быть принята судом округа, поскольку указанные обстоятельства ранее также не заявлялись и какими-либо документами в материалах дела не подтверждаются.

Доводы общества о том, что обжалуемое решение регистрирующего органа повлекло нарушение прав и законных интересов заявителя, поскольку в банкротстве общества «Б-И», помимо кредиторов общества «Б.», принимают участие кредиторы общества «Г.», что существенно ограничит возможности кредиторов общества «Б.» по взысканию задолженности, судом кассационной инстанции отклоняются. Каких-либо пояснений, обстоятельств, свидетельствующих о том, что до процедуры реорганизации общество «Б.» обладало активами, на которые в настоящее претендуют кредиторы вновь созданного юридического лица, заявитель привести не смог, пояснил, что при восстановлении названного общества розыском имущества должника займется судебный пристав-исполнитель, вместе с тем, в процедуре банкротства полномочиями по розыску имущества, оспариванию сделок, привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности обладает конкурсный управляющий.

Приведенный в кассационной жалобе довод заявителя о том, что обжалуемое решение регистрирующего органа повлекло нарушение прав и законных интересов заявителя, поскольку правопреемник располагается на территории Республики Башкортостан, расстояние между городами Ижевск и Октябрьский составляет более 400 километров, судом кассационной инстанции отклоняется с учетом положений ст. 153.1, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору, апелляционным судом исследованы, приведенные сторонами доводы и доказательства рассмотрены и оценены; нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта, не установлено.

2.4. С момента возбуждения дела о его несостоятельности (банкротстве) процесс ликвидации по правилам статей 61 - 63 Гражданского кодекса Российской Федерации не может быть осуществлен, и процедура ликвидации юридического лица в таком случае должна быть произведена только в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

По делу № А40-98813/17 Банк в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании действий Инспекции о внесении в ЕГРЮЛ записи от 29.05.2017 о начале процедуры ликвидации Общества и обязании Инспекции внести запись в ЕГРЮЛ о признании недействительной записи от 29.05.2017 в ЕГРЮЛ о начале процедуры ликвидации Общества.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 31.07.2017 заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым судом решением, Общество обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить как принятое с нарушением норм права.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Из материалов дела следует, что 17.04.2017 в Арбитражный суд города Москвы обратился К.Г.Е. с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом), введении процедуры наблюдения.

20.04.2017 Арбитражный суд города Москвы вынес определение по делу № А40-69692/17-185-101 «Б» о принятии заявления и возбуждении производства по делу о несостоятельности (Банкротстве) Должника, опубликовав указанное определение в установленном порядке в информационной базе на официальном сайте.

Вместе с тем, на основании уведомления по форме № Р15001 Инспекцией в ЕГРЮЛ 29.05.2017 была внесена запись ГРН 2177747702779 о том, что Общество находится в стадии ликвидации.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлении от 13.10.2011 № 7075/11, необходимые для государственной регистрации документы должны соответствовать требованиям закона и как составляющая часть государственных реестров, являющихся федеральным информационным ресурсом, содержать достоверную информацию.

В соответствии со статьей 61 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом. Юридическое лицо может быть ликвидировано по решению его учредителей (участников) либо органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано.

Согласно статье 62 ГК РФ учредители (участники) юридического лица или орган, принявшие решение о ликвидации юридического лица, обязаны незамедлительно письменно сообщить об этом в уполномоченный государственный орган для внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведения о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации. С момента назначения ликвидационной комиссии к ней переходят полномочия по управлению делами юридического лица. Ликвидационная комиссия от имени ликвидируемого юридического лица выступает в суде.

При этом согласно пункту 3 статьи 63 ГК РФ в случае возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) юридического лица его ликвидация, осуществляемая по правилам указанного Кодекса, прекращается и ликвидационная комиссия уведомляет об этом всех известных ей кредиторов.

Таким образом, поскольку законодатель установил невозможность добровольной ликвидации, если начата процедура принудительной ликвидации, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что с момента возбуждения дела о его несостоятельности (банкротстве) процесс ликвидации по правилам статей 61 - 63 ГК РФ не может быть осуществлен, и процедура ликвидации юридического лица в таком случае должна быть произведена только в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

При этом, как разъяснено в пункте 24 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона „Об обществах с ограниченной ответственностью“ в случаях, когда стороны, участвующие в рассматриваемом судом споре, ссылаются в обоснование своих требований или возражений по иску на решение общего собрания участников общества, однако судом установлено, что данное решение принято с существенными нарушениями закона или иных правовых актов (с нарушением компетенции этого органа, при отсутствии кворума и т.д.), суд должен исходить из того, что такое решение не имеет юридической силы (в целом или в соответствующей части) независимо от того, было оно оспорено кем-либо из участников общества или нет, и разрешить спор, руководствуясь нормами закона.»

Материалами дела подтверждается, что процедура ликвидации юридического лица Общества по правилам статей 61 - 63 ГК РФ на основании решения единственного участника общества № 10/05/2017 от 10.15.2017 была произведена после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве).

Данное обстоятельство является нарушением положения пункта 3 статьи 63 ГК РФ и влечет недействительность решения регистрирующего органа по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом то обстоятельство, что регистрирующий орган не наделен полномочиями проводить правовую экспертизу представляемых на регистрацию документов, не может быть принято во внимание, поскольку отсутствие у регистрирующего органа соответствующих полномочий не является препятствием для реализации кредитором, чьи права нарушены внесением записи о ликвидации должника на основании недостоверных сведений, требовать от полномочных лиц устранения нарушения его прав всеми предусмотренными действующим законодательством способами, включая требование о признании незаконными действий государственного органа, осуществленных на основании недействительных документов.

Оспариваемыми действиями нарушены его права и законные интересы, поскольку решение о начале ликвидации и производное от него оспариваемые действия регистрирующего органа могут явиться основанием для установления упрощенной процедуры банкротства в форме ликвидируемого должника, чем может быть нарушен баланс интересов участников процесса при принудительной ликвидации должника.

2.5. Положения пункта 5 статьи 20 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» не подлежат применению при государственной регистрации ликвидации юридического лица на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.

По делу № А56-12229/2017 Общество обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании незаконным решения, принятого Инспекцией, и обязании Инспекции внести в ЕГРЮЛ запись о признании государственной регистрации ликвидации ООО «Д.» недействительной и восстановлении ООО «Д.» в ЕГРЮЛ как действующего юридического лица.

Решением суда от 25.05.2017 в удовлетворении требований отказано.

На указанное решение Общество подало апелляционную жалобу, в которой ее податель просил решение суда от 25.05.2017 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, Инспекцией в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за государственным регистрационным номером 6167848071275 о регистрации прекращения деятельности ООО «Д.» в связи с ликвидацией на основании определения арбитражного суда от 14.12.2015 по делу № А56-29816/2014 о завершении конкурсного производства.

Заявитель ссылается на то, что на момент принятия Инспекцией решения о ликвидации ООО «Д.» последнее являлось соответчиком по встречному иску в рамках арбитражного дела № А56-11344/2014 о взыскании 62 588 397,17 руб. — сумма, на которую должна быть уменьшена цена контракта, вследствие некачественного выполнения строительных работ, и 25 973 000 руб. убытков. По мнению заявителя, государственная регистрация ликвидации ООО «Д.», проведенная до принятия итогового судебного акта по делу № А56-11344/2014, была недопустима.

В соответствии с пунктом 3 статьи 149 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2001 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон № 127-ФЗ) определение арбитражного суда о завершении конкурсного производства является основанием для внесения в ЕГРЮЛ записи о ликвидации должника.

Пунктом 2 статьи 21 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) установлено, что государственная регистрация в связи с ликвидацией юридического лица в случае применения процедуры в деле о банкротстве юридического лица осуществляется на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства, поступившего в Инспекцию из арбитражного суда путем направления указанного определения заказным письмом с уведомлением о вручении либо в электронной форме с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе сети Интернет.

Согласно абзацу 4 пункта 3 статьи 149 Закона № 127-ФЗ обжалование определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства приостанавливает исполнение этого определения.

Указанной норме права корреспондируют положения пункта 2 статьи 21 Закона № 129-ФЗ, согласно которым в случае поступления в регистрирующий орган определения о принятии к производству жалобы на определение арбитражного суда о завершении конкурсного производства государственная регистрация приостанавливается до поступления в регистрирующий орган судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения указанной жалобы.

Как усматривается из материалов дела, решением от 18.07.2014 по делу № А56-29816/2014 Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области признал ООО «Д.» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника и открыл в отношении него конкурсное производство.

Определением от 14.12.2015 по делу № А56-29816/2014 арбитражный суд завершил конкурсное производство в отношении ООО «Д.».

18.04.2016 в Инспекцию поступило определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.12.2015 по делу № А56-29816/2014 (о завершении конкурсного производства). Также, указанный судебный акт повторно поступил в регистрирующий орган 23.05.2016 за вх. № 21440.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2016 по делу № А56-29816/2104 определение суда первой инстанции от 14.12.2015 оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.08.2016 по делу № А56-29816/2014 вышеуказанные определение суда первой инстанции от 14.12.2015 и постановление суда апелляционной инстанции от 08.04.2016 оставлены без изменений.

В связи с прекращением действия оснований по приостановлению исполнения судебного акта о завершении конкурсного производства, в соответствии с пунктом 2 статьи 21 Закона № 129-ФЗ, на основании определения суда от 14.12.2015 по делу № А56-29816/2014 о завершении конкурсного производства 30.11.2016 в Единый государственный реестр юридических лиц в отношении ООО «Д.» внесена запись за ГРН 6167848071275 о государственной регистрации прекращения деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства.

Поскольку регистрирующим органом при вынесении оспариваемого решения не допущено нарушения норм действующего законодательства, а доказательств нарушения оспариваемым решением Инспекции о государственной регистрации ликвидации ООО «Д.» прав заявителя не представлено, суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для отмены решения Инспекции и удовлетворения заявления Общества.

При этом, как усматривается из содержания решения от 04.02.2017 по делу № А56-11344/2014, оставленного без изменения судом апелляционной инстанции (резолютивная часть объявлена 24.04.2017), все требования Общества были рассмотрены и удовлетворены частично с правопреемника ООО «Д.» — ООО «П.».

Доказательств того, что Общество пыталось реализовать право на защиту своих интересов в рамках дела о банкротстве ООО «Д.» до ликвидации общества, в материалы дела не представлено.

Общество, осведомленное о наличии возбужденного в отношении ООО «Д.» дела о банкротстве, избрало иной способ защиты своих прав вне рамок дела о банкротстве, в связи с чем доводы заявителя о том, что данным решением Инспекции нарушены его права, правомерно отклонены судом первой инстанции как необоснованные.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении данного дела фактические обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы заявителя, приведенные в апелляционной жалобе, были предметом надлежащей оценки суда первой инстанции и объективно отклонены. Доводы Общества о нарушении Инспекцией требований пункта 5 статьи 20 Закона № 129-ФЗ отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные и основанные на неправильном толковании положений закона. В данном случае положения указанной нормы не подлежат применению, поскольку запись о ликвидации общества внесена Инспекцией на основании вступившего в законную силу судебного акта о завершении конкурсного производства, а не в результате процедуры добровольной ликвидации общества.

При изложенных выше обстоятельствах оспариваемое решение является законным и обоснованным, в силу чего отсутствуют основания для его отмены или изменения.

3. По вопросу оспаривания иных решений, действий (бездействия), принимаемых (осуществляемых) регистрирующими органами при реализации функции по государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

3.1. При прекращении правоспособности юридического лица возможность проведения в отношении такого юридического лица каких-либо мероприятий по проверке достоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, утрачивается.

По делу № А45-18374/2016 Общество обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением к Инспекции о признании незаконным бездействия, выразившегося в невнесении в ЕГРЮЛ записи о недостоверности содержащихся в нем сведений об участии Обществе в обществе с ограниченной ответственностью на момент принятия решения об исключении общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, обязании регистрирующего органа устранить допущенные нарушения прав и интересов Общества путем внесения в ЕГРЮЛ записи о недостоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений об Обществе как об участнике общества с ограниченной ответственностью, владевшем не менее чем пятьюдесятью процентами голосов общества с ограниченной ответственностью, которое на момент его исключения из ЕГРЮЛ имело задолженность перед бюджетом или бюджетами бюджетной системы Российской Федерации, либо в отношении которого указанная задолженность признана безнадежной к взысканию в связи с наличием признаков недействующего юридического лица.

Решением от 31.03.2017 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 28.06.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе Общество, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просило решение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований заявителя.

Суд кассационной инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы.

Как следует из материалов дела, 09.06.2015 Общество обратилось в Инспекцию с заявлением (форма № Р14001) с целью внесения в ЕГРЮЛ сведений о прекращении своего участия в обществе с ограниченной ответственностью.

Инспекция решением от 14.06.2015 № 25089А отказала в государственной регистрации вышеуказанных сведений на основании «а», «д» пункта 1 статьи 23 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ) в связи с непредставлением необходимых для государственной регистрации документов (не представлены сведения, свидетельствующие о переходе доли на баланс общества с ограниченной ответственностью) и подписания неуполномоченным лицом заявления о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ.

02.06.2016 на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ общество с ограниченной ответственностью исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.

11.08.2016 Общество обратилось в регистрирующий орган с заявлением по форме № Р34002 о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, а именно, относительно того, что Общество является участником исключенного из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью.

Письмом от 11.08.2016 № 0416/028509 Инспекция сообщила, что проведение проверки достоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, невозможно в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ.

Из статьи 1 Закона № 129-ФЗ следует, что государственная регистрация юридических лиц и индивидуальных предпринимателей — это акты уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляемые посредством внесения в государственные реестры сведений о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц, приобретении физическими лицами статуса индивидуального предпринимателя, прекращении физическими лицами деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей, иных сведений о юридических лицах и об индивидуальных предпринимателях в соответствии с названным Федеральным законом.

Законодательство Российской Федерации о государственной регистрации состоит из Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона № 129-ФЗ и издаваемых в соответствии с ними иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона № 129-ФЗ в Российской Федерации ведутся государственные реестры, содержащие, соответственно, сведения о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц, иные сведения о юридических лицах и соответствующие документы.

Согласно пункту 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в ЕГРЮЛ сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Частью 4.2 статьи 9 Закона № 129-ФЗ предусмотрена проверка достоверности сведений, включаемых или включенных в ЕГРЮЛ, которая проводится регистрирующим органом в случае возникновения обоснованных сомнений в их достоверности, в том числе в случае поступления возражений заинтересованных лиц.

Вместе с тем при прекращении правоспособности юридического лица возможность проведения в отношении такого юридического лица каких-либо мероприятий по проверке достоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, утрачивается.

Принимая во внимание изложенное, а также учитывая, что с заявлением по форме № Р34002 о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ, Общество обратилось только 11.08.2016, то есть после исключения общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что у регистрирующего органа отсутствовали основания для внесения в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений об участнике общества с ограниченной ответственностью. При этом суды обеих инстанций обоснованно исходили из того, что применительно к заявленным Обществом требованиям Инспекция не имела возможности провести мероприятия по проверке заявления Общества о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, относительно участников общества с ограниченной ответственностью, поскольку правоспособность данной организации прекращена.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Суды, придя к выводу о недоказанности Обществом нарушения оспариваемым бездействием Инспекции его прав и законных интересов, правомерно учли также следующие обстоятельства:

• поскольку общество с ограниченной ответственностью не представляло в течение 12 месяцев документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах (последняя отчетность представлена 28.07.2010), у юридического лица в течение 12 месяцев по расчетным счетам отсутствовало движение денежных средств; расчетный счет, открытый в филиале «Новосибирский» АО «Г.», закрыт 14.01.2014, регистрирующим органом 05.02.2016 принято решение о предстоящем исключении общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица; 02.06.2016 в реестр внесена запись об исключении указанного лица как прекратившего свою деятельность юридического лица;
• в Вестнике государственной регистрации (N 5, выход в тираж 10.02.2016) опубликовано решение от 05.02.2016 № 1237 о предстоящем исключении общества с ограниченной ответственностью, вместе с тем в течение трех месяцев с момента опубликования решения о предстоящем исключении юридического лица заинтересованные лица, в том числе Общество, правом на заявление возражений не воспользовались и не представили в Инспекцию соответствующего заявления;
• нарушения, послужившие основанием для принятия регистрирующим органом решения от 14.06.2015 № 25089А об отказе в государственной регистрации сведений о прекращении своего участия в обществе с ограниченной ответственностью, заявителем не устранены;
• Общество, являясь участником, владеющим 85% уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, и зная, что с 2014 общество с ограниченной ответственностью года фактически прекратило свою деятельность, 27.02.2015 принимает решение о выходе из данного общества, что не может свидетельствовать о добросовестном поведении заявителя как основного участника в отношении указанного юридического лица.

При таких обстоятельствах суды обоснованно отказали в удовлетворении заявленных требований.

3.2. Разумный и осмотрительный участник гражданского оборота не лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц. Неблагоприятные последствия бездействия кредитора при отслеживании информации о контрагенте не могут быть возложены на регистрирующий орган, не допустивший при принятии решения на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» каких-либо нарушений.

По делу № А40-53969/17 Департамент обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекцией от 22.08.2016 о прекращении деятельности Общества в связи с исключением из Единого государственного реестра юридических лиц на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», обязании Межрайонной инспекции устранить нарушение прав и законных интересов Департамента путем внесения записи об обществе в Единый государственный реестр юридических лиц как о действующем юридическом лице.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2017 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2017 решение Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2017 по делу № А40-53969/17 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Департамент обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просил отменить решение Арбитражного суда города Москвы от 23.06.2017 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2017 по делу № А40-53969/17 полностью и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения оспариваемых судебных актов.

Из материалов дела следует и установлено судами, Департамент является органом исполнительной власти Краснодарского края, в силу статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации выступает в судах от имени Краснодарского края в рамках своей компетенции.

При этом Департамент является взыскателем по исполнительному производству от 29.08.2014 № 81967/14/77003-ИП в отношении должника общества, находящемуся в производстве Преображенского РОСП УФССП России по г. Москве.

Задолженность общества в размере 3 256 818 руб. 88 коп. возникла перед бюджетом Краснодарского края на основании решения Арбитражного суда Краснодарского края от 25.07.2011 по делу № А32-4129/2011.

Вместе с тем 22.08.2016 Межрайонной инспекцией принято решение о прекращении деятельности общества путем исключением из Единого государственного реестра юридических лиц (далее — ЕГРЮЛ) как недействующего юридического лица.

Порядок исключения юридического лица, прекратившего свою деятельность, из государственного реестра определен статьей 21.1 Федерального закона № 129-ФЗ от 08.08.2001 «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон № 129-ФЗ).

Из положений статье 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации и статье 21.1 Закона № 129-ФЗ следует, что юридическое лицо считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, если в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

При наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (статья 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Согласно статье 21.1 Закона № 129-ФЗ одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

При этом согласно статье 21.1 Закона № 129-ФЗ заявления могут быть направлены в срок не позднее, чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В случае направления заявлений решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не принимается, и такое юридическое лицо может быть ликвидировано в установленном гражданским законодательством порядке. Если в течение срока, предусмотренного данной нормой, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из единого дарственного реестра юридических лиц путем внесения в него соответствующей записи.

Судами установлено и следует из материалов дела, что в Межрайонную инспекцию из Инспекции поступили Справка № 3434-0 о непредставлении юридическим лицом в течение последних 12 месяцев документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и Справка № 13434-С об отсутствии в течение последних 12 месяцев движения денежных средств по банковским счетам или об отсутствии у юридического лица открытых банковских счетов в отношении общества, по форме, утвержденной приказом Министерства финансов Российской Федерации № 32н N «Об утверждении формы справки о непредставлении юридическим лицом в течение последних 12 месяцев документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и формы справки об отсутствии в течение последних 12 месяцев движения денежных средств по банковским счетам или об отсутствии у юридического лица открытых банковских счетов».

29.04.2016 было принято решение № 125403 о предстоящем исключении недействующего юридического лица общества из ЕГРЮЛ.

Сведения о предстоящем исключении общества были опубликованы 04.05.2016 в Вестнике государственной регистрации (номер журнала 17 (580) 2016).

Поскольку в течение трех месяцев после публикации сообщения в Инспекцию не поступало заявлений от лиц, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с предстоящим исключением общества, регистрирующим органом 22.08.2016 в ЕГРЮЛ была внесена запись за ГРН 7167748058394 о внесении в ЕГРЮЛ сведений об исключении юридического лица, фактически прекратившего свою деятельность из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях (Постановление от 06.12.2011 № 26-П, определения от 17.01.2012, № 143-О-О, от 24.09.2013 № 1346-О, от 26.05.2016 № 1033-О и др.), правовое регулирование, установленное вышеуказанной статьей, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц (в том числе о прекращении деятельности юридического лица), доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым — на обеспечение стабильности гражданского оборота.

Данные законоположения применяются с учетом предусмотренных законом гарантий, предоставленных лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц; к таким гарантиям относятся опубликование соответствующих сведений в органах печати, размещение в сети Интернет на сайте Федеральной налоговой службы, а также возможность направления заявления, препятствующего принятию решения об исключении недействующего юридического лица из Реестра.

Разумный и осмотрительный участник гражданского оборота не лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц. Неблагоприятные последствия бездействия кредитора при отслеживании информации о контрагенте не могут быть возложены на регистрирующий орган, не допустивший при принятии решения на основании статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ каких-либо нарушений.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований, учитывая, что заявитель, как лицо, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением общества из ЕГРЮЛ, проявив достаточную степень заботливости и осмотрительности, имел возможность выполнить требования пункта 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ и направить в регистрирующий орган соответствующее заявление, свидетельствующее о несогласии с исключением общества из ЕГРЮЛ, что воспрепятствовало бы регистрирующему органу исключить его из ЕГРЮЛ.

Ссылка Департамента на решение Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2017 по делу № А40-8738/17 не влияет на законность принятых по настоящему делу судебных актов, поскольку указанным решением суда было удовлетворено заявление Департамента о признании незаконным бездействия судебного пристава-исполнителя, выразившегося в неисполнении требований, содержащихся в исполнительном листе.

При этом кассационная коллегия отмечает, что Верховным Судом Российской Федерации в пункте 39 Постановления Пленума от 17.11.2015 № 50 сформирована правовая позиция о том, что исключение должника-организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ не препятствует кредитору-взыскателю в порядке, предусмотренном пунктом 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения имущества должника, если у такого ликвидированного юридического лица осталось нереализованное имущество.

Также дополнительные гарантии кредиторов недействующих юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ в административном порядке, предусмотрены пунктом 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 данного Кодекса.

---