--- title: "Письмо АРБ, Российской ассоциации промышленно-строительных банков \"Россия\" от 28.10.1996 N 02-17/241/01" number: "02-17/241/01" issuer: "Ассоциация российских банков" issued_on: 1996-10-28 status: действует canonical: "https://bukva.ai/docs/pismo-02-1724101" --- ## Письмо АРБ, Российской ассоциации промышленно-строительных банков "Россия" от 28.10.1996 N 02-17/241/01 # Письмо АРБ, Российской ассоциации промышленно-строительных банков "Россия" от 28.10.1996 N 02-17/241/01 <Об уголовном преследовании председателя правления акционерного банка "Кредпромбанк"> **АССОЦИАЦИЯ РОССИЙСКИХ БАНКОВ** **РОССИЙСКАЯ АССОЦИАЦИЯ ПРОМЫШЛЕННО-СТРОИТЕЛЬНЫХ** **БАНКОВ "РОССИЯ"** **ПИСЬМО** от 28 октября 1996 г. N 02-17/241/01 В Ярославле осуществляется уголовное преследование председателя правления акционерного банка "Кредпромбанк" Р. В настоящее время следователем УВД составляется обвинительное заключение и дело готовится к передаче в суд. Следствие вменяет Р. в вину допущенные в июле - декабре 1994 года в одном из филиалов банка нарушения, в результате которых денежные средства не проводились через расчетные счета двух организаций, а направлялись на ссудные счета в погашение имеющихся у этих организаций долгов перед банком по кредитам. Из-за этого нарушалась установленная нормативными актами первоочередность перечисления платежей в бюджет. Налоговым и банковским законодательством предусмотрено применение в таких случаях целого ряда санкций. Однако уголовной ответственности за нарушение в банке очередности осуществления платежных операций закон не устанавливает. Следствие посчитало, что в данном случае по вине Р. и двух руководящих работников филиала банка совершено "неправомерное завладение ценным имуществом без цели хищения", повлекшее утрату этого будто бы принадлежащего государству имущества, в связи с чем имеется повод обвинить банкиров в совершении преступления, предусмотренного частью 4 ст. 148.1 УК РСФСР. Как неправомерное завладение имуществом был квалифицирован и тот факт, что филиал, инкассируя поступавшие от одной из организаций наличные деньги, из-за недостатка средств на своем корсчете не смог перечислить затем соответствующую сумму в безналичной форме на расчетный счет этой организации, находившийся в другом банке. Продолжая "накрутку", следствие усмотрело еще и причинение Р. имущественного ущерба работникам двух организаций путем обмана и злоупотребления доверием (ст. 148.3 УК РСФСР) по тем мотивам, что непоступление средств на их расчетные счета не дало возможности выплатить работникам заработную плату путем использования на эти цели 30% от сумм поступлений. В довершение всего в вину вменена также организация подделки документов, "предоставляющих права", и использование заведомо подложных документов (ст. 196 УК РСФСР). На наш взгляд, надуманность уголовного преследования в данном случае достаточно очевидна. Статья 148.1 УК РСФСР гласит об ответственности за "неправомерное завладение транспортным средством, лошадью или иным ценным имуществом". Эта статья вводилась в июне 1994 года в целях усиления борьбы с угонами автомобилей и на практике только против угонщиков и применялась. Конструкция этой правовой нормы в принципе имеет в виду только индивидуально определенные вещи и исключает отнесение к "иному ценному имуществу" денежных средств, тем более в безналичной форме. Бессмысленно говорить и о "завладении" денежными средствами со стороны физического лица, когда речь идет о поступлении безналичных денег на счет юридического лица. Более того, в новом Уголовном кодексе законодатель привел в соответствие с уголовной теорией и практикой содержание данной нормы, исключив из нее упоминание о "лошадях и ином ценном имуществе" (ст. 166). Это означает, что в соответствии со ст. 3 Федерального закона "О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации" все возбужденные "по лошадям и иному ценному имуществу" уголовные дела подлежат прекращению - даже если бы и имелись основания говорить о неправомерном завладении, утрате принадлежащего государству имущества (что напрочь отсутствует в рассматриваемом случае) и других признаках этого преступления. Кому и зачем понадобилось реанимировать указанную статью и явно искусственно подводить банкиров под уголовную ответственность? Почему в июньские дни, когда осуществлялась публикация нового Уголовного кодекса, ярославские борцы с преступностью вместо прекращения уголовного преследования бросают банкира Р. за решетку - и именно на основании ст. 148.1 (санкции других вмененных ей в вину статей не давали оснований для ареста)? Лишь обращение представителей банковской общественности в МВД России позволило Р. после 47 дней пребывания за решеткой вырваться на свободу. Однако теперь уже, видимо, надо во что бы то ни стало отстаивать честь мундира, оправдывать необоснованный арест, и местные правоохранительные органы, включая прокуратуру, не особо скрывают своего намерения добиваться осуждения банкиров. Случайно ли, что все три проведенные по делу судебно-бухгалтерские экспертизы поручались специалистам, не имеющим и годового стажа работы, и при этом игнорировались вопросы, на выяснении которых настаивали обвиняемые банкиры? Представляется, во-первых, что имеется повод говорить о проявлении в данном случае либо предвзятости, либо непрофессионализма представителей местных правоохранительных органов (либо о том и другом одновременно). Во-вторых, это дело настораживает как признак раздувания истерии в духе "изобличения" банков в качестве основных виновников неплатежей в бюджет, невыплаты заработной платы и стремления сугубо карательными мерами подменить реально действенные способы решения проблемы неплатежей. Да, за нарушение, в том числе допускаемое банками, надо привлекать к ответственности - но строго в рамках закона, как об этом публично заявлял возглавляющий Временную чрезвычайную комиссию по укреплению налоговой и бюджетной дисциплины. "Ярославское дело", на наш взгляд, оказалось вне рамок такого подхода. Достаточно указать, что, как известно, в настоящее время едва ли не две трети банков относится к категории так называемых "проблемных банков", корреспондентские счета которых в неединичных случаях оказываются пустыми. Во что же выльется новаторский подход ярославцев, суть которого сводится к тому, что при отсутствии средств на корсчете банка (филиала) и неосуществлении из-за этого расчетных операций следует говорить о неправомерном завладении ценным имуществом без цели хищения, т.е. о преступлении? Мы надеемся на незамедлительное обеспечение непредубежденной, истинно профессиональной прокурорской проверки материалов уголовного дела в отношении Р. и двух других работников ярославского Кредпромбанка. Полагаем, что в рамках разворачивающейся борьбы с неплатежами в бюджет это явилось бы большим вкладом в дело обеспечения соблюдения законности и предотвращения произвола, тревожные симптомы которого проявляются уже и в других случаях.
Президент Ассоциации
российских банков
**С.Е.ЕГОРОВ** Президент
Российской ассоциации
промышленно-строительных
банков "Россия"
**А.В.МУРЫЧЕВ**
---