Письмо Роспотребнадзора от 23.08.2011 № 01/10790-1-32

«О практике применения судами законодательства о защите прав потребителей при замене лица в договорном обязательстве (по делам с участием территориальных органов Роспотребнадзора)»

МИНИСТЕРСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ И СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО НАДЗОРУ В СФЕРЕ ЗАЩИТЫ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ И БЛАГОПОЛУЧИЯ ЧЕЛОВЕКА

ПИСЬМО от 23 августа 2011 г. № 01/10790-1-32

О ПРАКТИКЕ ПРИМЕНЕНИЯ СУДАМИ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ ПРИ ЗАМЕНЕ ЛИЦА В ДОГОВОРНОМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕ (ПО ДЕЛАМ С УЧАСТИЕМ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ОРГАНОВ РОСПОТРЕБНАДЗОРА)

Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека доводит до сведения своих территориальных органов, что Высший Арбитражный Суд Российской Федерации (далее — ВАС РФ) 14 июля 2011 г. вынес уже второе определение об отказе в передаче дела в Президиум ВАС РФ, связанное со случаями неправомерного включения в договоры с гражданами условий, предусматривающих переуступку прав требования кредитора третьему лицу, не наделенному специальным правом на заключение и исполнение сделок с потребителями.

Первый раз ВАС РФ вынес определение такого рода 24 сентября 2009 г. по делу № А33-8727/2008, в котором сторонами являлись акционерный коммерческий банк «Союз» (открытое акционерное общество) и Управление Роспотребнадзора по Красноярскому краю.

АКБ «Союз» (ОАО) обратилось в арбитражный суд с целью признания незаконным Постановления Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю от 23 июня 2008 г. № 2317 по делу об административном правонарушении, определенном частью 2 статьи 14.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

В состав правонарушений, вмененных территориальным органом Роспотребнадзора названному банку, входило, среди прочего, включение в кредитные договоры с потребителями условия о «праве кредитного учреждения уступить полностью или частично свои права требования по договору третьим лицам, а также права на раскрытие необходимой для совершения такой уступки информации о заемщике, кредите, процентах, а также иной информации».

После неоднократного рассмотрения данного дела арбитражными судами разных инстанций Федеральным арбитражным судом Восточно-Сибирского округа было вынесено Постановление от 25 мая 2009 г. № А33-8727/2008 — Ф02-2223/2009, которым решение Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю о назначении соответствующего административного наказания банку признано законным.

При этом в постановлении суда кассационной инстанции прямо обозначено, что включенное в кредитный договор условие о переуступке прав требования кредитора, в случае, если новым кредитором являются не банк или кредитная организация, нарушает право на согласование условий в контексте требований пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ).

В этой связи «суд, руководствуясь требованиями статей 382, 819 ГК РФ, обоснованно признал, что уступка банком права требования возврата кредита третьим лицам может привести к тому, что право требования к гражданину-заемщику будет передано третьим лицам, не являющимся кредитными организациями. В силу части 1 статьи 819 ГК РФ денежные средства в кредит может предоставить только банк или иная кредитная организация, имеющая соответствующую лицензию».

Не согласившись с данным постановлением, АКБ «Союз» (ОАО) направил надзорную жалобу в ВАС РФ, который по результатам рассмотрения доводов банка подтвердил обоснованность действий Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю, отметив при этом в соответствующем определении от 24 сентября 2009 г. № ВАС-11679/09, что «отказывая в удовлетворении заявленного требования суды исходили из того, что в отдельные пункты кредитного договора... банком включены условия, ущемляющие установленные законом права потребителя».

Несмотря на данный вердикт ВАС РФ, в 2010 году ОАО АКБ «РОСБАНК» отказалось выполнять предписание Управления Роспотребнадзора по Магаданской области от 16 апреля 2010 г. № 1588-ФС/10 о прекращении нарушений прав потребителей, оспорив его в суде.

В числе нарушений, выявленных в ходе проверки по заявлению пострадавшего потребителя, было зафиксировано неправомерное включение в кредитный договор условия «уступки прав требований по договору другому лицу». При этом Управление Роспотребнадзора по Магаданской области особо отметило, что в силу пункта 2 статьи 388 ГК РФ не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Гражданин, имея договорные отношения по кредитному договору с банком как субъектом, наделенным в установленном государством порядке соответствующим специальным правом (подтверждается лицензией, выдаваемой Банком России) и априори несущим законные обязанности перед потребителями (в любом обязательственном правоотношении потребитель всегда является не только «специальным» должником, но и «общим» кредитором в контексте положений пункта 2 статьи 308 ГК РФ), при реализации условия договора об уступке права требования общего характера может оказаться в отношениях с одним из «коллекторских агентств», работа которых не урегулирована законодательно, или иного неизвестного потребителю лица, в том числе лица, изначально не осуществляющего деятельность на потребительском рынке и в этой связи не обязанного соблюдать правила, установленные законодательством о защите прав потребителей.

Очевидно, что при возникновении таких обстоятельств гражданин-потребитель оказывается лишенным законных преференций, предусмотренных Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее — Закон № 2300-1).

Одновременно Управление Роспотребнадзора по Магаданской области указало, что условия практикуемых ОАО АКБ «РОСБАНК» кредитных договоров для заемщиков — физических лиц не предусматривают выбор нового кредитора с точки зрения наличия у него правового статуса, гарантирующего гражданам сохранение при цессии возможности защитить свои права и законные интересы как потребителям.

В этой связи также необходимо иметь в виду, что в силу взаимосвязанных положений пункта 1 статьи 1 и пункта 5 статьи 4 Закона № 2300-1, корреспондирующихся с нормами, установленными пунктом 1 статьи 857 ГК РФ и статьи 26 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее — Закон № 395-1), особенно с учетом общих запретов, предусмотренных пунктом 4 статьи 421 и пунктом 1 статьи 422 ГК РФ, стороны кредитного договора не вправе включать в договор условие, «разрешающее» нарушение банковской тайны.

Кроме того, по смыслу приведенных норм соблюдение банковской тайны является одним из критериев качества соответствующей финансовой услуги, оказываемой банком потребителю, в связи с чем цессия в потребительских отношениях если и возможна, то только в ситуации, когда новый кредитор является банком, обязанным, как и первоначальный кредитор, качественно обслужить клиента-потребителя, в том числе с соблюдением банковской тайны.

Таким образом, при включении банком в кредитный договор общего условия о допустимости уступки требования (вместе с передачей соответствующей информации, относящейся к банковской тайне) третьему лицу, не обладающему специальным правовым статусом, адекватным статусу первоначального кредитора, права потребителей оказываются ущемленными, что является нарушением требований, установленных пунктом 1 статьи 16 Закона № 2300-1.

Как указано в решении арбитражного суда Магаданской области от 30 сентября 2010 г. по делу № А37-944/2010, ОАО АКБ «РОСБАНК» сам сослался на сложившуюся арбитражную практику, согласно которой уступка права требования одного банка-кредитора другому банку рассматривается как правомерная (при этом цессия такого рода никогда не оспаривалась Роспотребнадзором).

Вместе с тем, ОАО АКБ «РОСБАНК» и названный суд первой инстанции, опираясь на ту же судебную практику, в принципе не учитывающую особенности потребительских отношений (поскольку в качестве судебных прецедентов были приведены Постановления ФАС ДВО от 27.08.2007 № Ф03-А51/07-1/3737, ФАС МО от 19.04.2007 № КГ-А40/1501-07, от 24.06.2009 № КГ-А409/3837-09, ФАС СКО от 23.06.2010 № А32-22637/2009, определения ВАС РФ от 11.10.2007 № 13543/06 и от 12.09.2007 № 9102/07, касающиеся исключительно споров юридических лиц между собой), сделали неправомерный вывод о том, что цессия не ограничена никакими законными требованиями, в том числе в части объема и существа передаваемой при этом информации.

Данный ошибочный вывод был исправлен на стадии кассационного обжалования Постановлением Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 22 марта 2010 г. № Ф03-615/2011, которым действия Управления Роспотребнадзора по Магаданской области относительно правовой квалификации рассматриваемых событий признаны обоснованными в целом. При этом в указанном Постановлении по делу № А37-944/2010 отмечено, что «кассационная инстанция не может согласиться с выводами судов о правомерном включении банком в кредитный договор условия о предоставлении информации о заемщике третьим лицам, привлекаемым банком для взыскания задолженности по кредитному договору и для сопровождения уступки права требования».

Правильность такой позиции окончательно подтверждена уже упоминавшимся выше определением ВАС РФ от 14 июля 2011 г. № ВАС-8679/11, в котором еще раз было непосредственно указано, что согласно взаимосвязанным положениям статьи 857 ГК РФ и статьи 26 Закона № 395-1 «право заемщика на сохранение информации о его банковском счете, операций по этому счету, а также сведений, касающихся непосредственно самого заемщика, являются тайной, и разглашение этих сведений третьим лицам, не указанным в законе, нарушает его права».

Более подробная оценка цессии, в результате которой новым кредитором гражданина может оказаться «коллектор» или иное лицо, не обладающее соответствующей правосубъектностью, дана при рассмотрении арбитражным судом заявления ОАО «Восточный экспресс банк» об оспаривании Постановления Управления Роспотребнадзора по Ленинградской области от 28 августа 2009 г. № 61 о назначении административного наказания в виде административного штрафа за совершение административного правонарушения, определенного частью 2 статьи 14.8 КоАП РФ.

При этом в решении арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20 января 2010 г. по делу № А56-60582/2009 прямо обозначено, что «требование лицензирования, а равно наличие банка (кредитной организации) на стороне кредитора в кредитном договоре распространяется как на сам кредитный договор, так и на все действия, выступающие объектами обязательств по предоставлению кредита и его возврату. Данное утверждение, в свою очередь, позволяет сделать вывод, что уступка права требования возврата кредита и уплаты процентов субъектам небанковской сферы противоречит специальному банковскому законодательству, требующему лицензировать банковские операции.»

Подобное условие противоречит пункту 1 статьи 388 ГК РФ, согласно которому уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Таким образом, суд, руководствуясь требованиями статей 382, 819 ГК РФ, считает, что включенное в заявление условие о возможности уступки банком права требования возврата кредита третьим лицам может привести к тому, что право требования к гражданину-заемщику будет передано третьим лицам, не являющимся кредитными организациями».

Правомерность данного вывода подтверждена Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 28 апреля 2010 г., которым процитированное решение суда первой инстанции по делу № А56-60582/2009 признано законным. При этом суд кассационной инстанции счел необходимым особо указать на то обстоятельство, что «по смыслу статьи 819 ГК РФ денежные средства в кредит может предоставить только банк или иная кредитная организация (имеющая соответствующую лицензию), следовательно, право требования может быть передано лишь субъектам банковской сферы».

Таким образом, можно сделать вывод о наличии консолидированной позиции арбитражных судов в отношении очевидного отсутствия у так называемых «коллекторов» законной возможности вступать с потребителями в правоотношения, требующие специального правового статуса, а также о влиянии уже сформированной судебной практики на более поздние дела, рассматриваемые арбитражными судами.

В частности, Постановлением Управления Роспотребнадзора по городу Санкт-Петербургу 19 мая 2011 г. № Ю78-00-03-0098 назначено соответствующее административное наказание по части 2 статьи 14.8 КоАП РФ банку-нарушителю в лице ЗАО Банк «Советский» за включение им в кредитный договор, среди прочего, условия о «праве» банка «уступать, передавать или иным образом отчуждать свои права и обязательства по договору, передавать любую информацию о заемщике третьим лицам».

В решении арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29 июля 2011 г., вынесенном по делу № А56-36105/2011 в связи с оспариванием ЗАО Банк «Советский» указанного Постановления территориального органа Роспотребнадзора, судебный орган высказался вполне определенно:

«Пунктом 1 статьи 819 ГК РФ установлена специальная правосубъектность кредитора. Денежные средства в кредит может предоставить только банк или иная кредитная организация (имеющая соответствующую лицензию).»

При совершении сделки по уступке права требования права и обязанности кредитора в полном объеме переходят к новому кредитору. В силу вышеизложенного императивного требования к правосубъектности кредитора по кредитному договору круг третьих лиц, которым возможна уступка права требования, является ограниченным.

Требование лицензирования, а равно наличие банка (кредитной организации) на стороне кредитора в кредитном договоре распространяется как на сам кредитный договор, так и на все действия, выступающие объектами обязательств по предоставлению кредита и его возврату.

Данное утверждение, в свою очередь, позволяет сделать вывод, что уступка права требования субъектам небанковской сферы противоречит специальному банковскому законодательству, требующему лицензировать банковские операции.

Подобное условие противоречит пункту 1 статьи 388 ГК РФ, согласно которому уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Таким образом, суд, руководствуясь статьями 382, 819 ГК РФ, считает, что включенное в заявление условие о возможности уступки банком права требования возврата кредита третьим лицам может привести к тому, что право требования к гражданину-заемщику будет передано третьим лицам, не являющимся кредитными организациями. Аналогичная позиция изложена в Постановлении ФАС СЗО от 28 апреля 2010 г. по делу № А56-60582/2009.

В силу пункта 2 статьи 857 ГК РФ банк гарантирует тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте. Сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям, а также представлены в бюро кредитных историй на основаниях и в порядке, которые предусмотрены законом. Государственным органам и их должностным лицам такие сведения могут быть предоставлены исключительно в случаях и порядке, которые предусмотрены законом.

В соответствии со статьей 26 Закона № 395-1 кредитная организация, Банк России, организация, осуществляющая функции по обязательному страхованию вкладов, гарантируют тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов. Все служащие кредитной организации обязаны хранить тайну об операциях, счетах и вкладах ее клиентов и корреспондентов, а также об иных сведениях, устанавливаемых кредитной организацией, если это не противоречит федеральному закону.

Указанной нормой определен объем предоставляемой информации и установлен круг лиц, которым кредитные организации и банки могут предоставлять информацию по счетам и вкладам физических лиц.

При этом законом установлена ответственность за разглашение банком (то есть передачу иным лицам) указанной информации, составляющей в силу статьи 857 ГК РФ банковскую тайну.

Из изложенного следует, что законом предусмотрено право заемщика на сохранение информации о его банковском счете, операций по этому счету, а также сведений, касающихся непосредственно самого заемщика, в тайне и разглашение этих сведений третьим лицам, не указанным в законе, нарушает его права.

Кроме того, как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 февраля 1999 г. № 4-П «По делу о проверке конституционности положения части второй статьи 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 года „О банках и банковской деятельности“ в связи с жалобами граждан О.Ю. Веселяшкиной, А.Ю. Веселяшкина и Н.П. Лазаренко», гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны, т.е. для банков.

Учитывая, что условия кредитного договора в части предоставления информации о заемщике третьим лицам противоречат изложенным выше нормам и не содержат указания о том, что данная информация предоставляется лицам, указанным в статье 26 Закона № 395-1, либо только новому кредитору в связи с произведенной уступкой права требования, что позволило бы применить положения пункта 2 статьи 385 ГК РФ, выводы административного органа о наличии нарушения по данному эпизоду законны и обоснованны. Аналогичная позиция изложена в Постановлении ФАС Дальневосточного округа от 22 марта 2011 г. по делу Ф03-615/2011».

Тем самым органами судебной власти в очередной раз была подтверждена правовая позиция Роспотребнадзора в установленной сфере деятельности, в данном случае суть которой сводится к недопустимости уступки прав требования (цессии) без комплексной оценки ее соответствия требованиям закона и/или меняющей существо изначальных правоотношений.

Однако Роспотребнадзор вынужден констатировать не только продолжение практики переуступки прав требования кредиторов — исполнителей возмездных услуг «коллекторам», то есть лицам, не являющимся субъектами законодательства о защите прав потребителей и не имеющих банковской лицензии как документа, подтверждающего специальное право кредитной организации находиться с гражданами в правоотношениях на основании заключенных договоров об оказании отдельных видов финансовых услуг (прежде всего это касается кредитных договоров), но и ее распространение на другие социально значимые секторы потребительского рынка, в частности, на сферу жилищных правоотношений (ЖКХ).

В соответствии с изложенным территориальным органам Роспотребнадзора необходимо иметь в виду следующее:

1. приведенные примеры правовой квалификации конкретных событий в сфере финансовых услуг могут быть применены по аналогии в других сегментах потребительского рынка, прежде всего там, где обслуживание потребителей требует наличия специального права или соблюдения установленного законом порядка (так, в сфере ЖКХ деятельность по управлению многоквартирными домами хотя и не лицензируется, но при этом статус «управляющей организации» сам по себе связан со специальным порядком приобретения соответствующих полномочий в контексте требований статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации);

2. поскольку пресечение фактов нарушения законодательства Российской Федерации осуществляется Роспотребнадзором (его территориальными органами) только в установленном законом порядке, соответствующие функции в рамках федерального государственного надзора в области защиты прав потребителей в части проведения проверок и выдачи предписаний, подачи судебных исков и заявлений о ликвидации хозяйствующих субъектов и др., а также возбуждение дел об административных правонарушениях (с учетом возможности квалификации выявляемых правонарушений не только по части 2 статьи 14.8 КоАП РФ) необходимо применять исключительно в отношении субъектов Закона № 2300-1, в частности, в отношении исполнителей, прибегающих к сомнительным «услугам» «коллекторских агентств» и других «сборщиков долгов» (включая физических лиц), изначально не обладающих специальным правовым статусом субъекта законодательства о защите прав потребителей;

3. о всех поступающих в территориальные органы Роспотребнадзора фактах угроз и других незаконных действий, допускаемых «коллекторами» в отношении гражданского населения Российской Федерации, незамедлительно направлять соответствующие обращения граждан в правоохранительные органы на предмет выявления уголовно наказуемых деяний;

4. практические результаты соответствующей деятельности и правоприменительной практики предавать максимальной публичности через свои сайты в сети Интернет, средства массовой информации, а также используя другие информационные ресурсы, призванные обеспечивать просвещение потребителей;

5. следует активизировать работу по взаимодействию с органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, местного самоуправления и общественными организациями по вопросам защиты прав потребителей, особенно касательно реализации программ повышения потребительской и финансовой грамотности в целях развития у населения Российской Федерации устойчивых навыков самозащиты права.

В целях формирования единообразия правоприменительной практики в области защиты прав потребителей территориальным органам Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека необходимо учесть имеющийся опыт для повышения эффективности всего комплекса мер по государственной защите прав потребителей.

Документированную информацию об административной практике, связанной с выявлением и пресечением фактов включения исполнителями различных видов возмездных услуг в договоры с потребителями условия об уступке требования, не соответствующего требованиям взаимосвязанных норм ГК РФ и статьи 16 Закона № 2300-1, следует предоставлять 30 числа каждого месяца в Управление защиты прав потребителей вместе с отчетом во исполнение письма Роспотребнадзора от 10.11.2008 исх. № 01/12725-8-32 в электронном виде по адресу Pavlova_TV@gsen.ru с одновременным направлением запрашиваемых материалов по почте.

---